Цена Господина 2
АЧимин проснулся один. Рядом с кроватью на тумбочке лежала записка, нацарапанная торопливым почерком Чонгука:
«Уехал по делам. Вернусь к вечеру. Не скучай. Люблю. Гук»
Чимин улыбнулся, прижимая бумажку к груди. Дурацкий, нелепый, любимый альфа. Даже записку оставил, словно они обычная пара, а не наследник и слуга, за которыми охотится Кан Сокджин.
День тянулся медленно. Чимин попытался читать, но буквы расплывались. Попытался вышивать - уколол палец. Всё валилось из рук. Сердце колотилось где-то в горле, предчувствуя беду.
К вечеру он не выдержал. Решил спуститься на кухню, приготовить что-нибудь вкусное к возвращению Чонгука. Может, его любимый суп? То, что готовила мать Чонгука, пока была жива. Старая кухарка как-то поделилась рецептом, и Чимин запомнил.
Он шёл по коридору второго этажа, когда услышал голоса. Они доносились из кабинета старого Чона. Дверь была приоткрыта - всего на щёлочку, но достаточно, чтобы звуки вытекали наружу.
Чимин хотел пройти мимо. Не его дело. Но вдруг услышал своё имя.
- Чимин не узнает. Ни в коем случае.
Голос старого Чона. Чимин замер. Сердце пропустило удар.
- Ты уверен, что твой сын не догадается? - второй голос принадлежал Кан Сокджину. Чимина передёрнуло от отвращения.
- Чонгук слишком доверчив, когда дело касается этого омеги. Он думает, что я смирился. Он думает, что любовь всё победит. - Старый Чон горько усмехнулся. - Мальчишка. Совсем ещё ребёнок.
- А ты, значит, мудрый отец? - в голосе Кан Сокджина звучала насмешка.
- Я отец, который спасает свою семью. Чонгук возненавидит меня. Но пройдёт время, и он поймёт. Альфы понимают такие вещи.
Чимин прижался к стене, боясь дышать. В вишневой крови стучало: беги, не слушай, уходи.
Но ноги не слушались.
- Значит, план такой, - продолжил Кан Сокджин. - Через три дня у Чонгука деловая встреча в городе. Он уедет на весь день. В это время ты отправляешь Чимина с каким-нибудь поручением - например, в городскую прачечную за твоим костюмом. Мои люди перехватят его по дороге.
- А если он не поедет?
--Прикажи. Ты же господин. Омеги обязаны подчиняться.
Пауза. Чимин зажмурился, молясь, чтобы старый Чон отказался.
- Хорошо, - раздалось через мгновение. - Но ты обещал - никакого насилия. Ты просто... поговоришь с ним.
Кан Сокджин рассмеялся. Этот смех прозвучал как пощёчина.
- Конечно, поговорю. Очень близко поговорю. Не волнуйся, старик. Я аккуратен. Твой Чимин вернётся через сутки. Немного уставший, немного испуганный, но живой. А ты получишь свои бумаги и забвение долга.
- А если он расскажет Чонгуку?
- Расскажет? - Кан Сокджин хмыкнул. - И что он скажет? Что его изнасиловали? Доказательства есть? А даже если и расскажет, какой альфа захочет "грязного" омегу? Чонгук, может, и побрыкается для вида, но потом сам от него отвернётся. Такие, как мы, знаем, честь омеги - это товар. Испорченный товар никому не нужен.
Чимин почувствовал, как мир вокруг начинает рушиться. Пол уходил из-под ног. Стены сжимались.
- Три дня, - повторил Кан Сокджин. - Жди моего человека с бумагами.
- Я всё понял. А теперь уходи, пока Чонгук не вернулся.
- Ой, да боюсь я твоего сыночка, - протянул Кан Сокджин, но в его голосе не было страха. Только презрение.
Зашуршала одежда, заскрипело кресло. Кан Сокджин вставал.
Чимин рванул прочь. Он бежал по коридору на цыпочках, молясь, чтобы никто не услышал. Влетел в свою комнату, закрыл дверь, заперся на задвижку и сполз по стене на пол.
Дрожь колотила так сильно, что зубы стучали.
Три дня.
У него есть три дня.
Потом его отдадут Кан Сокджину. А Чонгук даже не узнает. А если узнает отвернётся от "испорченного" омеги.
Слёзы потекли по щекам. Чимин зажимал рот ладонью, чтобы не зарыдать в голос.
Что делать? Бежать? Но куда? У него нет денег, нет связей, нет ничего. Кан Сокджин найдёт его везде. Старый Чон прикажет искать.
Рассказать Чонгуку? Но тогда Чонгук убьёт отца. Или Кан Сокджина. Или всех. И сядет в тюрьму. Империя рухнет. И всё из-за него, из-за Чимина.
Он вспомнил слова старого Чона: «Я отец, который спасает свою семью».
Семью. Чонгук - это семья. А он, Чимин, просто помеха. Просто омега, который слишком сладко пахнет. Просто разменная монета в чужой игре.
Чимин просидел на полу до самого вечера. Когда стемнело, он услышал шаги в коридоре - быстрые, уверенные, любимые.
- Чимин? - Чонгук постучал. - Ты здесь? Я вернулся! Чимин?
Чимин вытер слёзы, умылся холодной водой из кувшина, поправил волосы. Открыл дверь и улыбнулся.
- Привет. Я скучал.
Чонгук сразу обнял его, прижимая к себе.
- А я как скучал! - он чмокнул Чимина в макушку, в нос, в губы. _ Ты чего такой бледныф? Замёрз?
- Всё хорошо, - соврал Чимин, утыкаясь лицом ему в грудь. - Просто устал
- Тогда идём есть. Я привёз твои любимые пирожные из той кондитерской, помнишь?
Чимин кивнул и позволил увести себя вниз.
Он улыбался, шутил, ел пирожные. А внутри умирал.
Потому что знал: через три дня всё закончится.
***
Ночью, когда Чонгук уснул, Чимин долго смотрел на его лицо. Проводил пальцем по линии бровей, по скулам, по губам.
- Прости меня, - прошептал он. - Я люблю тебя. Я так тебя люблю.
И принял решение.
Он не скажет Чонгуку правду. Он позволит этому случиться. Потому что если его страдания спасут семью Чонгука, значит, так надо.
Он просто омега. А омеги должны приносить пользу.
Чимин закрыл глаза и заплакал беззвучно, уткнувшись в плечо спящего альфы.
Последние три дня счастья пошли.
***
Утро третьего дня выдалось хмурым. Небо за окном затянуло тучами, и Чимин смотрел на них с тяжестью на сердце. Сегодня. Именно сегодня старый Чон отправит его в город за "костюмом". Именно сегодня Кан Сокджин будет ждать его по дороге.
Чимин уже всё решил. Он пойдёт. Позволит этому случиться. А потом... потом будь что будет. Может, Чонгук действительно отвернётся от "испорченного" омеги, и тогда не будет так больно терять.
- О чём задумался?
Голос Чонгука выдернул его из чёрных мыслей. Альфа стоял в дверях, уже одетый в дорогой костюм, и поправлял запонки.
- Так... ни о чём, - Чимин заставил себя улыбнуться. - Ты сегодня рано.
- Деловая встреча в городе. Помнишь, я говорил? - Чонгук подошёл и чмокнул его в макушку. - Вернусь к вечеру. Ты как, справишься без меня?
- Конечно, - соврал Чимин. - Иди, не опаздывай.
Чонгук уже направился к двери, но вдруг остановился. Повернулся и посмотрел на Чимина долгим, внимательным взглядом.
- Ты точно в порядке?
- Да.
- Чимин.
- Что?
Чонгук вернулся. Подошёл вплотную, взял его лицо в ладони и заглянул в глаза.
- Ты врёшь. Я же чую. Твой запах... он горький. Ты плакала ночью.
Чимин замер. Чёртов альфа с его чёртовым нюхом.
- Всё хорошо, правда. Просто...
- Просто что?
Чимин открыл рот и закрыл. Не мог же он сказать правду! Не мог разрушить всё, ради чего согласился на эту жертву.
- Просто не хочу, чтобы ты уезжал, - выдохнул он первое, что пришло в голову.
Чонгук моргнул. Потом улыбнулся, той самой мягкой улыбкой, от которой у Чимина подкашивались колени.
Соскучился?
- Глупый, - Чимин ткнулся носом ему в грудь. - Просто останься.
- Не могу, малыш. Встреча важная.
- Знаю.
- Но... - Чонгук замолчал, что-то обдумывая. Чимин поднял голову и увидел, как в глазах альфы загорается какая-то мысль. - А поехали со мной.
- Что?
- Поехали со мной в город, - повторил Чонгук. - Посидишь где-нибудь в кафе, погуляешь по магазинам. А после встречи я заберу тебя, и мы поужинаем вместе. Ты же ни разу не был в городе нормально, только по делам.
Чимин замер. Сердце заколотилось где-то в горле.
- Но твой отец...
- Мой отец не командует моим личным временем, - жёстко сказал Чонгук. - И тобой тоже. Ты едешь со мной. Одевайся.
- Чонгук...
- Никаких возражений. Я сказал едем.
Чимин смотрел на него и чувствовал, как в груди разливается тепло. Альфа даже не знает, что только что спас его. Просто потому что не захотел оставлять одного.
- Спасибо, - прошептал Чимин.
- За что? - удивился Чонгук.
- За то, что ты есть.
Чонгук улыбнулся и поцеловал его. Долго, нежно, так, что мир перестал существовать.
- Одевайся давай, - прошептал он в губы. - А то опоздаем. И возьми что-нибудь тёплое - на улице ветер.
***
Через полчаса они спускались вниз. Чимин был в уютном свитере, который когда-то стащил из шкафа Чонгука и тот сделал вид, что не заметил тёплом пальто и смешно намотанном шарфе.
В холле их ждал старый Чон. Увидев Чимина, готового к выходу, он побледнел.
- А он куда? - спросил старый Чон, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
- Со мной, - коротко бросил Чонгук, натягивая перчатки. - В город.
- Но... у него же есть дела. Я хотел отправить его...
- Мои дела важнее, - перебил Чонгук, даже не взглянув на отца. - Пошли, Чимин.
Он взял Чимина за руку и повёл к выходу.
Чимин обернулся на прощание и успел увидеть лицо старого Чона. На нём застыла смесь ярости, страха и... облегчения? Будто старик сам не знал, радоваться ему или паниковать.
А ещё Чимин заметил тень в конце коридора. Человек в чёрном, который тут же исчез, когда их взгляды встретились.
- Чонгук, - тихо сказал Чимин, когда они садились в машину. - За нами следят.
- Знаю, - спокойно ответил Чонгук, заводя двигатель. - С того момента, как мы вышли из комнаты.
- И ты...
- И я хочу, чтобы они видели. - Чонгук повернулся к нему и улыбнулся, хищно, опасно, красиво. - Пусть знают, что ты под моей защитой. Пусть попробуют тронуть.
Чимин сглотнул.
- Ты знаешь про план?
- Я знаю про всё, Чимин. - Чонгук тронул машину с места. - Я знаю про долг отца. Знаю про сделку с Кан Сокджином. Знаю, что тебя хотели отправить сегодня в город. И знаю, что ты молчала, чтобы меня защитить.
- Откуда...
- У меня тоже есть свои люди, - Чонгук бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида. - И я не такой дурак, каким меня считает отец.
Чимин смотрел на профиль любимого и не верил своему счастью.
- И что теперь будет?
- Теперь? - Чонгук усмехнулся. - Теперь мы едем в город. Едим пирожные. Гуляем по парку. А вечером я отвезу тебя в одно место.
- Какое?
- Наш новый дом. Я купил квартиру. Небольшую, скромную, но нашу. Мы переедем сегодня. Я уже отдал распоряжение.
Чимин ахнул.
- Но... твой отец...
- Мой отец сделал свой выбор, когда решил продать тебя. - Голос Чонгука стал жёстким. - Я не могу его убить - он всё-таки мой отец. Но я могу убрать тебя оттуда, где он до тебя дотянется. Квартира оформлена на подставное лицо. Кан Сокджин не найдёт.
- Чонгук...
- А с Кан Сокджином я разберусь позже. У меня на него кое-что есть. То, что отправит его за решётку до конца жизни.
Чимин смотрел на него и чувствовал, как слёзы текут по щекам. На этот раз - счастливые.
- Я люблю тебя, - прошептал он. - Ты даже не представляешь как.
- Представляю, - Чонгук взял его руку и поцеловал пальцы, не отрывая глаз от дороги. - Потому что я люблю тебя так же.
Они ехали в город. За ними следили люди Кан Сокджина. Старый Чон метался по особняку, не зная, провалился план или нет.
А Чимин и Чонгук просто были вместе.
И это было главное.
***
Вечером они пили какао в новой квартире. Маленькой, уютной, пахнущей свежим ремонтом и их совместным будущим.
- Чонгук, - вдруг сказал Чимин.
- М?
- А Кан Сокджин... он правда не найдёт нас?
Чонгук обнял его крепче.
- Не найдёт. А если найдёт - пожалеет. Я обещаю.
За окном шумел город. А в маленькой квартире на окраине двое просто были счастливы.
Но Чимин почему-то знал, это ещё не конец. Кан Сокджин не из тех, кто сдаётся просто так. И старый Чон... он тоже не оставит попыток вернуть сына.
Буря ещё придёт.
Но сегодня можно просто быть вместе.
~~~ 🌒 ~~~
Неделя в новой квартире пролетела как один долгий, сладкий сон.
Чимин просыпался каждое утро и первым делом смотрел на Чонгука. Просто смотрел — на разметавшиеся по подушке тёмные волосы, на пушистые ресницы, на чуть приоткрытые губы. И не верил своему счастью.
- Опять пялишься? - хриплым со сна голосом бормотал Чонгук, не открывая глаз.
- я нн пялюсь, а любуюсь.
- Омеги-сладкоежки, - Чонгук притягивал его к себе и зарывался носом в макушку. — Пахнешь уже нормально.
- А чем я пах?
- Счастьем. И ванилью. Моя ванилька.
Чимин фыркал и пытался вывернуться, но Чонгук держал крепко. Так они и лежали, пока солнце не начинало светить слишком ярко и не припекало сквозь тонкие занавески.
***
Квартира была маленькой. Смешно маленькой по меркам Чонгука, привыкшего к особняку с двадцатью комнатами. Но Чимин видела, как альфа ходит по ней и улыбается.
- Смотри, тут кухня совмещена с гостиной. Будем готовить вместе.
- Ты умеешь готовить? - скептически приподнял бровь Чимин.
- Научусь, для тебя, всё.
- А тут что?
- Это спальня. Наша.
Чимин заглянул в маленькую комнатку с большой кроватью, которая занимала почти всё пространство.
- Кровать великовата для такой комнаты.
- Я специально такую выбрал, - Чонгук подошёл сзади и обнял за талию - чтобы ты никуда не убегала во сне, и чтобы всегда был в моих руках.
- Чонгук...
- И чтобы было где... ну, ты понимаешь.
- Чонгук!
- Что, я ничего такого не сказал!
Чимин покраснел до корней волос и ткнул его локтем в бок. Чонгук рассмеялся, искренне, счастливо, так, что у Чимина сердце зашлось.
***
Днём они гуляли по городу. Просто так, без цели. Заходили в маленькие кафе, ели мороженое на скамейках в парке, кормили уток в пруду.
- Смотри, вон та уточка такая важная, - Чимин показал пальцем. - Прямо как ты, когда надеваешь свой деловой костюм.
- А вон та, мелкая и пушистая как ты
- Я не пушистый!
— Пушистый, и глаза такие же круглые, когда удивляешься.
- Чонгук!
- Люблю тебя.
Чимин вздыхал и прятал лицо в шарфе. Щёки горели. Рядом с Чонгуком он чувствовал себя одновременно самым защищённым и самым уязвимым человеком на свете.
***
По ночам Чонгук впервые позволял себе то, чего так долго боялся. Не торопясь, не давя, спрашивая каждую секунду:
- Можно? Тебе не больно? Ты хочешь?
Чимин только смеялся сквозь слёзы.
- Глупый. Я хочу. Я так давно хочу. Я просто боялся
- Чего?
- Что тебе нужно только моё тело. Что я для тебя, просто омега в течке.
Чонгук замер. Посмотрел на него серьёзно, почти строго.
- Слушай меня ты не просто омега. Ты Чимин, тот, кто пахнет ванилью и домом, тот, кто заставляет моё сердце биться быстрее одним взглядом, тот, ради кого я готов сжечь этот мир дотла.
- Чонгук...
- Я люблю тебя, не твой запах, не твоё тело, а именно тебя, Весь целиком. С твоими страхами, с твоей глупостью, с твоими смешными носками. Понял?
Чимин кивнул, размазывая слёзы по щекам.
- Тогда иди ко мне.
И Чимин шёл. Снова и снова. Потому что рядом с Чонгуком было единственное место, где он чувствовал себя в безопасности.
***
Через две недели в дверь позвонили.
Чонгук напрягся, принюхался и расслабился.
- Это отец.
Чимин побледнел и вцепился в его руку.
- Хочешь, я не открою?
- Нет, надо поговорить.
Чонгук открыл дверь. Старый Чон стоял на пороге, постаревший, осунувшийся, с трясущимися руками.
- Сын...
- Чего тебе?
- Я... можно войти?
Чонгук посторонился. Старый Чон вошёл, оглядел маленькую квартирку и горько усмехнулся.
- Ради этого ты отказался от всего?
- Ради него, - Чонгук кивнул на Чимина, который жался в углу кухни - и не смей так говорить, это лучшее, что у меня было.
Старый Чон посмотрел на Чимина. В его взгляде больше не было презрения. Только усталость и... вина?
- Я пришёл извиниться - тихо сказал он.
Чимин замер.
- я... я поступил как последний трус. Продал тебя, чтобы спасти свою шкуру. Думал, что это правильно. Думал, что семья важнее. А потом понял... какую семью я спасал? Без Чонгука семьи нет - потом он посмотрел на чимина - Без тебя... у Чонгука нет жизни.
В комнате повисла тишина.
- Я не прошу прощения. Я знаю, что не заслужил. Но я хочу... попытаться всё исправить. Кан Сокджин арестован. Я сам сдал его полиции. Со всеми доказательствами.
Чонгук удивлённо поднял бровь.
- Ты?
- Я - Старый Чон вздохнул. - У меня есть свои люди. Я собрал на него досье за эти две недели. Он сядет надолго.
- Зачем?
- Затем, что я устал быть монстром. Затем, что твоя мать смотрит на меня с небес и плачет. Затем, что... я хочу вернуть сына.
Чонгук молчал. Чимин смотрел, то на одного, то на другого и не знал, что сказать.
- Чимин, - старый Чон повернулся к нему - Я знаю, что мне нет прощения. Но если ты позволишь... я хочу попробовать стать другим. Хочу, чтобы у моего сына была семья. Настоящая. С тобой.
Чимин прикусил губу. В голове всё перемешалось.
- Я... я не знаю, - прошептал он. - Мне нужно время.
- Конечно. - Старый Чон кивнул. - Время у тебя есть. У нас всех теперь есть время.
Он положил на столик ключи и документы.
- Это дом в пригороде. Не особняк, просто хороший дом. Я подумал... вам тут тесно. Если захотите переезжайте. Или продайте и купите, что хотите. Деньги на счету. Без условий. Просто... подарок.
- Отец...
- Я пойду. - Старый Чон направился к двери. - Но я буду ждать сколько нужно, если позовёте приду.
Дверь закрылась.
Чонгук и Чимин стояли и смотрели друг на друга.
- Что думаешь? - тихо спросил Чонгук.
- Не знаю - честно ответил Чимин - я злюсь на него. Очень. Но... он твой отец.
- Он предал нас.
- Да. Но он пытается исправить.
- Ты сможешь его простить?
- Не знаю. - Чимин подошёл и обнял Чонгука. - Но я знаю, что у меня есть ты. А с тобой я справлюсь с чем угодно.
Чонгук поцеловал его в макушку.
— Тогда мы справимся вместе.
~~~ 💖 ~~~
Полгода спустя
Они переехали в тот самый дом. Не из-за денег, просто маленькая квартира стала действительно тесной для двоих. Особенно когда Чонгук притащил третью полку с книгами, а Чимин завёл привычку готовить и разбрасывать муку по всей кухне.
Дом был уютным. С садом, где Чимин посадил цветы. С большой верандой, где они пили чай по вечерам. С камином, перед которым Чонгук любил читать вслух, пока Чимин дремал у него на плече.
Старый Чон приезжал раз в неделю. Сначала Чимин уходил в другую комнату, не мог смотреть на него, после начал здороваться, а уже потом сидеть за одним столом.
- Суп у тебя вкусный - сказал старый Чон однажды.
- Спасибо - ответил Чимин.
Это был первый нормальный разговор.
Прошло ещё время. И однажды, когда Чонгук уехал по делам, Чимин сам позвонил старому Чону.
- Приезжайте. Я испёк пирог, но Чонгук не любит вишнёвый, а мне одному много.
Старый Чон приехал через полчаса.
Они сидели на веранде, пили чай и смотрели на закат.
- Я правда сожалею - тихо сказал старый Чон - ты не представляешь, как
- Представляю - ответил Чимин - Но я устал злиться, это тяжело носить в себе эту злость.
- И что теперь?
- Теперь я просто хочу жить. С Чонгуком, и чтобы у него была семья. Настоящая.
- У него есть ты и этого достаточно
- И вы - закончил чимин предложения отца чонгука
Старый Чон поднял глаза, в них блестели слёзы.
- Ты правда...?
- Я не говорю, что всё забыто, но я пытаюсь ради него
Старый Чон кивнул и отвернулся, делая вид, что рассматривает сад.
Вечером, когда Чонгук вернулся, он застал странную картину Чимин и его отец сидели на кухне и вместе чистили картошку.
- Я сплю? - спросил Чонгук.
- Нет - улыбнулся Чимин - Мы ужин готовим, мой руки и садись.
Чонгук посмотрел на отца, тот пожал плечами и улыбнулся, виновато, но искренне.
- Она заставил - сказал старый Чон.
- Я не заставлял! Я предложил!
- Он предложил, а я согласился.
Чонгук рассмеялся, впервые за долгое время, свободно, легко, счастливо.
Он подошёл к Чимину, обнял со спины и поцеловал в макушку.
- Я люблю тебя.
- Знаю.
- И спасибо.
- За что?
- За то, что ты есть, за то, что ты веришь, за то, что ты даёшь шанс.
Чимин повернулся и посмотрел ему в глаза.
- Ты дал шанс мне, когда никто не давал, это самое малое, что я могу сделать.
Старый Чон деликатно отвернулся к плите, делая вид, что очень занят картошкой.
А за окном садилось солнце. И в этом доме, в этой маленькой кухне, пахло вишнёвым пирогом, счастьем и чуть-чуть ванилью.
Конец.
*****
Ну как вам такой финал? 💜 Надеюсь, история понравилась