35.
Аднан захотел сделать жене приятное и освободиться с совещания как можно раньше, чтобы побольше времени провести с Бихтер. Поэтому она не поехала домой, когда они доехали к офису, а вошла вместе с ним внутрь, чтобы подождать мужа в его кабинете. Секретарша учтиво предупредила пару, что Господин Бехлюль в кабинете начальника, и Аднан открыл дверь, где увидел парня, сидящего в его кресле с закинутыми ногами на столе и слегка задремавшего.
- Вот как усердно работает мой племянник. – громко оповестил о своем возвращении шуткой мужчина, и Бехлюль дернулся, очнувшись и поспешив встать.
- Дядя, здравствуй. Прошу прощения. – выпрямился Бехлюль, стараясь не смотреть на Бихтер, что зашла последней и снимала с себя пиджак. – Добро пожаловать. – мужчины крепко обнялись.
Парень постарался не подать виду, что удивлен нахождением девушки здесь. По началу, он даже подумал, что путает сон с реальностью. Жена дяди спокойной реагировала на его присутствие, не выдавая каких-либо чувств.
- Спасибо. А я-то думал можно быть спокойным.
Бехлюль поправил смявшийся воротник рубашки, оправдываясь:
- Пока ждал начало совещания, потянуло в сон, но с утра я, между прочим, уже много поработал.
- Парень с головой ушел в работу. – обернулся Аднан и посмотрел на жену, та улыбнулась в ответ, никак не комментируя увиденное, достаточно было того, что она сказала в машине наедине мужу.
- Ночью никак не мог заснуть. – признался Бехлюль, да и с виду он не выглядел выспавшимся.
- А где тебя ночью носило? – Аднан присел на свободный диван.
- На этот раз нигде. В голову лезли всякие мысли... в результате бессонная ночь.
Бихтер поняла призрачный намек парня. Удивительно, но, походу, их ночь прошла одинаково. Она тоже не могла похвастаться крепким сном. Если Бехлюль и надеялся своими словами получить от нее какую-либо реакцию, то не преуспел в данной задаче. Видимо, девушка избрала тактику отмалчиваться в его обществе и даже перестала шутить, как делала это раньше. Парень предложил дяде сесть в свое кресло, но мужчине было хорошо и на диване, поэтому Бехлюль сел сам и стал расспрашивать Аднана о подробностях поездки.
- Самое прекрасное путешествие – это дорога к любимой. – ответил мужчина, смотря на жену влюбленными глазами. – Поэтому я сейчас очень счастлив.
Бихтер улыбалась ему. Бехлюль подавил в себе вспыхнувшее раздражение при виде их невинного флирта. Благо в кабинет вошел Нихат и прервал идиллию дяди и его жены. После короткого обмена приветствиями, Аднан признался своему работнику.
- Хоть я и успел на совещание, но думаю, как отсюда улизнуть. Что, если я загляну туда на пару минут, а потом сбегу с любимой домой?
- Да, отпустите моего мужа, очень прошу. – взмолилась и девушка, посмотрев на зятя с жалостью.
Никто не видел, как помрачнел Бехлюль. Умом он понимал, что Бихтер – жена его дяди, но сердце отказывалось признавать ее связь с другим мужчиной. Ревность сжала его в тиски.
- Но есть документы, которые вы должны подписать. – улыбнулся Нихат, понимая свояка. Он бы и сам сейчас предпочел бы быть с Пейкер и сыном.
- Подпишу, что угодно, потом с вашего разрешения поеду домой. – отпрашивался Аднан, словно он был подчинённым, тем самым сохраняя дружелюбную атмосферу в офисе.
- Конечно, дядя. – отозвался Бехлюль. Бихтер одарила его недовольным взглядом, который он не мог не заметить.
Нихат увел начальника к себе в кабинет, чтобы уладить дела, и девушка с парнем остались наедине. Бехлюль закрыл дверь, и Бихтер почувствовала, как атмосфера наэлектризовалась. Она смахнула с лица упавшую прядь волос и сидела, не поднимая головы. Парень немного помялся, затем спросил:
- Угостить тебя чем-нибудь?
- Нет, не надо.
Холод в ее голосе обжигал. Бихтер даже не повернулась в его сторону, а, когда Бехлюль сел напротив нее на краешек стола, то посмотрела в бок. Парень мог покляться, что в его жизни это был первый раз, когда он просил у девушки прощения. Обычно они сами лезли к нему, либо примирение наступало, как само собой разумевшееся, но с Бихтер все было не так, как раньше, все было впервые. Она не боялась с ним ссориться, запросто увеличивала расстояние между ними, а он не мог позволить себе ее потерять, поэтому подобрал необходимые слова.
- Бихтер, прошу, прости меня. Мне очень стыдно. Это правда.
Бехлюль надеялся, что тема не затянется, его искренность дойдет до ее сердца, но девушка не была расположена сразу мириться, приподняв брови и подчеркнув:
- Еще бы, естественно.
- Вчера я не смог от стыда вернуться домой, провел эту ночь в отеле. Всю ночь не сомкнул глаз, все думал... Думал о том, как мог такое наговорить. Я измучился.
Его слова, тяжелый вздох в конце... Бихтер держалась, хотя желание расплакаться было велико. Она посмотрела на парня. Да, она могла быть откровенной, тоже сказать о переполнявших ее чувствах, о своих думах, что мучили ее всю ночь, но это счастья никому бы не принесло. Лучше пусть он будет держаться от нее подальше, да и злость в ней еще не утихла. Но злилась она не на выходку Бехлюля, а на то, что тот невольно делал с ней, какие внутренние метаморфозы вызывал.
- А я и не удивилась, это твоя обычная манера. Ты всегда был наглым, поэтому ты мне никогда не нравился. Ты никогда не изменишься, останешься все тем же Бехлюлем.
Слова Бихтер были неприятны. Пусть кто угодно отвергает его, но только не она. Признавая ее право обижаться, он снова мягко попросил:
- Пожалуйста...
- Да, вчера я сознательно организовала встречу там. – оборвала парня девушка. – Потому что Госпожа Айнур серьезно подозревала Элиф, она подслушала телефонный разговор мужа с Элиф.
С переменой темы переменилось и настроение Бехлюля. Настрой говорить о своих чувствах пропал, связь была утеряна.
- Элиф мне все рассказала. Между ними ничего не было и нет.
Бихтер кивнула, принимая ответ парня, хотя усмешка на ее губах говорила об обратном.
- Я беспокоюсь о репутации семьи, о муже. Твоя супруга станет членом нашей семьи, поэтому я хотела сама узнать всю правду, заботясь о тебе. В будущем ты мог услышать об этом из других уст. – Бехлюль снова поймал себя на ощущении, что не верит в заботу девушки и ее доброжелательность, хотя все объяснения звучали довольно складно. Видимо, Бихтер и сама убедила себя в этой «правде». - Но я не могла представить себе, что ты себя так любишь. Как ты можешь быть таким самовлюбленным?
Она обвиняла его в том, что тот не может допустить мысли, что на свете может существовать девушка, невлюбленная в него, и этой девушкой была она. Волна раздражения накрыла Бехлюля. Может, так оно и в действительности и было, а все знаки он себе придумал, но можно же было пощадить его чувства, когда он был оголен перед ней?
- Довольно, Бихтер! – прикрикнул парень, не выносящий, что его выставляют глупцом. – Я же попросил прощения! – бросил он жене дяди и резко встал со своего места.
Бехлюль не желал, чтобы все опять усложнилось. В кабинет вернулся Аднан, и на их разговоре была поставлена точка. Искры, мотающиеся по комнате, утихли. Парень призвал себя к спокойствию, а Бихтер улыбалась мужу.
- Любимая, я очень хотел сбежать, но видно не получится. Посмотрел повестку дня, мое участие на совещании необходимо. – девушка встала, подбирая сумочку и пиджак.
- Хорошо, дорогой. Ты иди на совещание, а я поеду домой.
- Притащил тебя сюда...
- Ничего, дома поговорим. – щебетала Бихтер и потянулась, чтобы поцеловать мужа в губы.
Бехлюль старательно делал вид, что чем-то занят в телефоне, но голос жены дяди, ее улыбки мужчине, ее понимающий тон и их быстрый поцелуй в губы, который он просил себя не смотреть, но все-таки смотрел, сбивали с толку. Он отпустил голову и нажал пару кнопок в мобильном, сам не понимая какие.
- Ты не сердишься?
- Нет, занимайся работой.
Бихтер ушла, а Аднан забрал угрюмого племянника вместе с собой на совещание, прихватив по пути и Нихата, застанного врасплох неожиданным звонком отца. Хильми просил сына о встрече, но парень не мог отложить дела по работе. Аднан с Бехлюлем понимающе отошли в сторону, чтобы Нихат мог поговорить с отцом наедине.
- Нам нужно поговорить, желательно сегодня. Это очень важно. – настаивал Хильми, успевший обдумать свое положение, прогуливаясь у моря.
- О чем?
- О тебе, обо мне и о твоей матери.
Мужчина боялся, что сын ему откажет в просьбе, проявив вредность за все то отвержение, что до этого момента получал, но надеялся на мягкость его характера, за которую до этого момента парня жестоко прессовал.
- Я тебе перезвоню после совещания.
- Хорошо, буду ждать твоего звонка. – моментально отозвался отец на том конце.
Положив трубку, Нихат подошел к мужчинам, ждущих его у двери в переговорную.
- Отец. Хочет увидеться, говорит что-то очень важное. – пояснил кротко парень Аднану. Бехлюль не стал слушать и зашел внутрь. Его кольнула мысль, что тема, может, касаться его невесты. – Опять, наверно, с плохими новостями.
Мужчина похлопал свояка сочувственно по плечу, и они вместе вошли в кабинет, приступая к работе.
Фирдевс услышала, как в коридоре служанка поприветствовала ее вернувшуюся дочь и окликнула девушку из комнаты, чтобы та зашла к ней, отложив в сторону модный журнал, который она читала. Бихтер заглянула к матери, слегка уставшая, но довольная. Женщина поздравила дочь с возвращением мужа и спросила, наблюдая, как та снимает с себя верхнюю одежду.
- А где Аднан?
- Отвезла его в холдинг, у него совещание.
- Пейкер недавно ушла, передала тебе огромный привет. – Бихтер улыбнулась и присела, а Фирдевс тут же упрекнула дочь. - Что вчера приключилось, а ты мне ничего не рассказываешь! Пейкер мне все рассказала, и у меня челюсть отвисла, ей-Богу! Какой позор!
- Мама, пожалуйста, никогда не заводи разговор на эту тему. – попросила предупреждающе девушка женщину.
- Да ну, мне-то что до тех людей? – развела руками Фирдевс. – Я просто беспокоюсь о Бехлюле. И что же он теперь будет делать?
- Они переговорили с Элиф, все решили без проблем. – чувствуя, как внутри нарастает раздражение, связанное с данной темой, Бихтер переключила внимание матери на другое. - Да ладно, разве, ты не пошла за покупками?
- Ах да, верну тебе карточку. – Фирдевс полезла в сумочку и достала из кошелька кредитку, передав дочери. – Большое спасибо. – просияла женщина, не торопясь показывать покупки.
- Аднану позвонили из банка, сообщили, что из карточки снимают деньги. – доложила дочь, вкладывая кредитку в свой кошелек. Заметив, что мать сконфуженно молчит, Бихтер пояснила. – Это же его карточка.
- Неудобно получилось. – прошелестела Фирдевс.
- Мне тоже стало стыдно, но что поделаешь.
- Он что-нибудь сказал?
- Что он скажет? И что ты купила? – воодушевлённо спросила девушка.
- Шикарные вещи, тебе понравятся. – женщина встала и подошла к шкафу с выражением счастья на лице.
Бихтер подготовилась оценить новое платье матери, наверно, купленное из последней коллекции какого-нибудь модельера, что немного превысило лимит карты, но, к ее неприятному удивлению, женщина стала набирать код на сейфе и достала из него два футляра – один под колье, а второй под кольцо.
- Мама, что это?
- Подожди, не кипятись. Сначала посмотри.
Если у Бихтер и была надежда, что это было какое-либо недорогое изделие на тонкой цепочке или что-то из серебра, то все ее надежды рухнули, когда мать раскрыла футляр с напевом «Тадам!» и предоставила ее вниманию колье с обильем бриллиантов и изумрудов.
- Ты с ума сошла? – спросила девушка, когда обрела дар речи и прикинула сколько эти шикарные украшения могут стоить, к футляру с кольцом она даже боялась притрагиваться.
- Разве, некрасиво? Мне очень понравилось. – Фирдевс приложила колье к шее, и оно засверкало при свете солнца, заглядывающего в комнату сквозь окна.
- Сколько ты за это отдала? – Бихтер потрясла футляром с кольцом перед лицом матери, наконец, открыв и его. Женщина пожала плечами, с невинным видом озвучив сумму. – Сто сорок тысяч!? Не верю, мама! Да ты спятила! Что ты наделала!? Как ты могла так поступить!?
Осознавая справедливость гнева дочери, Фирдевс вела себя осторожно. Сумма была огромной, но после покупки, вряд ли, тот же Аднан позволит вернуть украшения обратно в магазин. А Бихтер покричит и успокоится.
- Я же тебе говорила, на бальной вечеринке буду защищать...
- Немедленно сдай эти штучки назад! Сейчас же! Немедленно! Сейчас же свяжись с ювелиром! – дочь стала в панике оглядывать комнату в поисках телефона матери, та не двигалась.
- Ты с ума сошла? Об этом все узнают, люди поднимут меня на смех.
- Ты, кажется, меня не слышишь! Немедленно сдай эти штучки назад! – указывала пальцем на ювелирный изделия Бихтер.
Господи, каких усилий Аднану стоило дипломатично промолчать?
- Приди в себя, хорошенько подумай. Эти украшения, с одной стороны, гарантия твоего спокойствия, доченька. – невозмутимо отвечала Фирдевс, подобрав футляры и вложив драгоценности в них обратно. – Позволь людям поговорить о наших драгоценностях. Если они заметят иное, то для тебя это не будет лучшим вариантом.
- На что ты сейчас намекаешь? – покачала головой непонимающе девушка.
- Ты прекрасно понимаешь, о чем идет речь. То, что происходит между вами с Бехлюлем, можно заметить на расстоянии тысячи метров.
Бихтер вскочила на ноги, оказавшись лицом к лицу с матерью, которая стояла у зеркала, собираясь положить изделия обратно в сейф.
- Ты меня что шантажируешь!?
- Ты так поняла? – мать взяла девушку за руку. – Ну и ну.
Дочь вырвала свою руку, не вынося прикосновения матери, ее лицемерия, ее якобы заботу о ней. Она снова говорила о Бехлюле, но теперь в открытую заявляла, что ее брак с Аднаном дело времени, и той нужно готовить себе подушку безопасности, даже не ставя под сомнение наступление бракоразводного процесса. Она манипулировала данной темой, ощущая свою власть.
- Ты сдашь эти вещицы назад, мама! Это мое последнее слово. – с серьезностью проговорила каждое слово Бихтер, не давая собой играться. Девушка взяла в руки сумку и пиджак. - И выкинь из головы представление о наших отношениях с Бехлюлем. Только ты можешь придумать такую чушь! Отправь эти штучки назад, это мое последнее слово! – полыхая негодованием повторила младшая дочь и выскочила за дверь, но Фирдевс даже не повела ухом на ее слова.
Ни одна сила не заставит ее вернуть назад драгоценности, она сама поднимет данную тему, и сама решит вопрос с Аднаном. Главное сумма была оплачена. Вложив футляры обратно в сейф, женщина услышала, как дети Аднана в коридоре задержали мачеху, расспрашивая об отце. Фирдевс вышла наружу, поприветствовав Нихал и Бюлента. Бихтер, которая при детях играла роль добродушной мачехи, при виде матери не стала скрывать своих истинных чувств. Девушка с оскорблённым видом стала подниматься наверх, не вынося приторно-сладкого голоса Госпожи Фирдевс, воркующей с детьми.
- Похоже, Бихтер очень сильно разозлилась. – заметила Нихал.
- Да ее гнев не длится долго. Она, как и ее отец, вспыльчивая, но отходит быстро. – отметила женщина, не став зацикливать внимание на дочери и заговорив о том, как прошел день детей в школе, пока Бихтер в своей комнате негодовала, как родная мать могла ее так жестоко подставить перед мужем.
По возвращению домой Пейкер застала в квартире свекровь, качающую на руках внука. Девушку бесцеремонное появление женщины в ее доме не смутило, наоборот, Пейкер была спокойнее, когда с сыном была его родная бабушка, чем чужая женщина, обязанная выполнять свою работу по договору.
- Скоро я вам всем тут надоем, каждый день прихожу к вам. – улыбнулась виновато Айнур, понимающая, как важно молодым предоставлять личное пространство.
- О чем Вы говорите? Если бы я знала, то пришла бы раньше. – девушка стянула с себя клетчатую куртку и склонилась над ребенком в руках свекрови, коротко пересказав о всех делах, что успела сделать до данного момента. – Хорошо, что Вы пришли. Как мой сыночек? Не обижал бабушку? – обратилась с нежностью мать к сыну, взяв того на руки.
- Сладенький малыш. – отозвалась женщина, которой возня с внуком доставляла только удовольствие.
- Как у Вас дела? – спросила Пейкер, присев рядом, намекая на деликатную тему с Хильми.
- Хорошо. Сегодня решила поговорить с Нихатом.
- Вы ему расскажете?
- Он должен знать правду. Мы с Хильми разводимся, ему я тоже сказала об этом сегодня. – наступила небольшая пауза. Взглянув на невестку, которая выражала молчаливое сочувствие и не задавала лишних вопросов, Айнур пояснила сама. - Подумала и поняла, что я так не смогу, Пейкер. Я даже опоздала. Мне нужно было это сделать в тот день, когда он отказался от Нихата. – старые обиды бередили душу. Вместо того, чтобы со временем остыть, пропасть между супругами становилась только больше. - А к Хильми у меня не осталось ни доверия, ни уважения. Я так дальше продолжать не могу.
Укачивая ребенка и одной рукой поддерживая головку сына, Пейкер протянула вторую свободную руку и сжала ладонь свекрови.
- Что мне сказать? Пусть будет так.
Айнур улыбнулась, глядя на их переплетенные руки с невесткой. Ей повезло обрести столь понимающую девушку в свою семью, лучшей пары она не могла и представить своему сыну.
- Сегодня я переночую у вас? – попросилась свекровь.
- Конечно. Это и Ваш дом.
Пейкер перевела взгляд на засыпающего малыша. Она не смела судить Госпожу Айнур. Говорят, в браке необходимо проговаривать свои обиды, желания, чтобы не было измен, непониманий, но, разве, женщина не пыталась? Просто некоторые мужчине не готовы работать над отношениями, и иногда это приводит к катастрофическим последствиям.
К вечеру в имение приехала Госпожа Арсен, да не с пустыми руками. Сестра Аднана всегда была с подарками для каждого члена семьи и отказываться от данной привычки не собиралась, ведь, если приучила людей, то теперь должна нести эту ответственность до конца дней, так, по крайней мере, она шутила. Аднан вспоминал, как сестра в детстве и со школы возвращалась с гостинцами для него, и Бюлент наградил Нихал взглядом полного упрека. Пока все шутили, мужчина стал восторгаться богато накрытым столом, который подготовил Господин Сулейман по случаю возвращения хозяина дома с рабочей командировки.
- Кабачки, сарма, долма из баклажанов... - перечислял мужчина. – Полезно иногда уезжать из дома. – пошутил он, когда услышал от Шайастэ, что это поданы к столу еще не все блюда.
- Нет уж, дорогой. – возразила Бихтер и прижалась к мужу, зарывшись в его теплые объятия.
Мадам, дети и Фирдевс, сидящие в гостиной, отвели взгляды от пары, излучающей тихое счастье. Слуги окончили последние приготовления - наполнили стаканы из графинов и пригласили хозяев к столу. Аднан прежде, чем сесть и приступить к ужину, решил еще раз умыться, чтобы прогнать сонливость, которая целый день на него сегодня нападала. Госпожа Фирдевс поймала мужчину на пороге при выходе из комнаты.
- Господин Аднан, - начала она, подбирая слова. - Прошу прощения за то, что сегодня так случилось. – Бихтер, проводившая золовку до стола, краем глаза заметила разговаривающую мать с мужем. Девушка подошла к беседующим, понимая, о чем идет речь. - Я думала, что занимаю деньги у Бихтер, раз это ее карточка, а оказалась она была Вашей. Завтра я немедленно решу этот вопрос, сдам все драгоценности назад. – поспешно заверила Фирдевс зятя, ожидая от того возражений, что так и случилось.
Ведь и Аднану были ни к чему слухи о его якобы финансовых проблемах или о том, что теща живет у него в условиях полной экономии.
- Разве, так можно?
- Абсолютно согласна с мамой, мы это уже обсудили. – вмешалась Бихтер, схватив мужа под руку и потянув за собой. - Пойдем за стол, мама. – кивнула она головой и матери.
Но, как бы девушка не хотела проучить женщину, Аднан не сдвинулся с места и проявил щедрость.
- Прошу вас, пусть это будет подарком на Ваш грядущий день рождения.
Фирдевс готова была согласиться, как в разговор снова влезла Бихтер:
- Извини меня, дорогой, но я предпочитаю дарить более скромные подарки, чтобы люди не чувствовали себя обязанными. – метнула дочь испепеляющий взгляд на мать.
Аднан чувствовал напряжение между женщинами, представлял, какой скандал устроила матери его красавица – жена, но возвращать покупку не считал нужным. Его бы подобный поступок не украсил, хоть утром он и сам был полон негодования поступком тещи. К тому же, женщина, стоявшая рядом с ним, лишилась мужа, крыши над головой, что Бихтер не дала в свое время уладить, и он послушался, чуть не умерла, поэтому пусть это будет той самой малостью, что наполнит ее сердце радостью и умиротворением. Главное, чтобы Фирдевс не забывала о границах и не пользовалась проявленной добротой.
- На этот раз пусть подарок будет от меня. – заключил он, хоть жена взглядом показывала ему, чтобы тот ее послушался.
- Большое спасибо. Вы – настоящий джентльмен. – моментально отреагировала теща, пока дочь в очередной раз не вмешалась, все испортив.
- Чересчур чрезмерная щедрость. – подчеркнула Бихтер, окинув мать долгим предупреждающим взглядом.
- Пожалуйста. – попросил Аднан.
- На протяжении года не буду ждать никаких подарков. – просияла Фирдевс и даже почувствовала аппетит. - Пойдемте за стол, все уже сели!
Бихтер покачала головой, признав поражение. Удача сегодня была на стороне матери. Аднан отлучился умыться, а девушка села за стол.
- Что не так? – спросила у мачехи рядом сидевшая Нихал. Жена отца снова выглядела недовольной, зато Госпожа Фирдевс могла освещать комнату вместо лампочки. Но ответа дочь Аднана не получила. Бихтер отрицательно качнула головой, мол все хорошо, а девушка разозлилась, снова взрослые от нее что-то скрывали. – Происходит черт знает что. – пробурчала она вслух.
- А стол, на самом деле, очень богат. – глаза Фирдевс пробежались по деликатесам. – Интересно, сколько калорий в этой баклажанной долме? – задумалась женщина, почесывая затылок.
- Не считайте калории хотя бы в этот вечер. – попросила Мадам.
- Точно. Не обижайте поваров. – поддержала учительницу смеющаяся Арсен.
Фирдевс и сама засмеялась. Сегодня можно было сделать небольшое исключение, тем более повод был – обмыть новые ювелирные украшения. Благо у матери было настроение, поскольку Бихтер пока не желала притрагиваться к пище. За столом не хватало только одного человека, и не успела девушка о нем подумать, как он словно материализовался из воздуха, войдя в гостиную в строгом костюме и букетом цветов. Бехлюль пожелал всем приятного аппетита и поприветствовал тетю.
- А для кого этот прекрасный букет? – поинтересовалась Фирдевс. В красной упаковке среди бушующей зелени выглядывали алые розы цвета страсти, цвета любви, в сочетании с белыми с гипсофилами, последние на цветочном языке символизировали победу над соблазнами и преодолением себя, но так ли это было на самом деле?
- Для меня, наверное. – пошутила Нихал, но Бехлюль ей не ответил, он посмотрел в сторону Бихтер.
Как подарить цветы той, о ком мечтаешь? Обычно мужчины склоняли букеты перед любимыми женщинами, говоря о чувствах, извиняясь, он хотел выразить и то и другое, но напрямую никак не мог.
- Я купил его дяде, Бихтер. – замявшись, проговорил парень. Ее спина была натянута, как тетива лука. Конечно, она не верила, что Бехлюль при всех подарил бы ей букет, но мало ли что можно было от него ожидать? – Поставим его на стол?
Бихтер улыбнулась, кивнув. Она приняла цветы от Бехлюля, но тут же позвала Джамиле, чтобы та поставила их в вазу. Предлог парень придумал хороший. Как бы ей не хотелось вдохнуть аромат роз, полюбоваться лепестками цветов, но излишнее внимание привлекать к себе она не хотела.
- Красивый букет. – лишь скромно сказала она.
Фирдевс видела дальше, чем остальные, сидящие за столом. Совсем недавно она застала пару в разгар выяснений отношений, а сейчас цветы якобы Аднану? Во что она совершенно не верила. Может быть, Бихтер и Бехлюль думали, что одерживают победу над соблазнами и преодолевают себя, о чем говорили подобранные цветы, но женщина опытным взором видела лишь обратное, сила страсти, влечения, любви была сильнее. Их попытки держаться друг от друга подальше были тщетны. Любое отдаление сменялось двойным сближением. В гостиную вернулся Аднан, обрадовавшийся приходу Бехлюля, Бюлент тут же сказал отцу, что тот купил ему цветы.
- Какой заботливый у меня племянник. – улыбнулся мужчина, присаживаясь за стол.
- Он стал таким после Элиф. – не удержалась от комментария Нихал. – Кто знает, что ей пришлось испытать?
Услышав имя невесты Бехлюля, Госпожа Арсен поздравила парня лично, пожелав паре счастья. Бихтер тряхнула волосами и очаровательно спросила:
- А Элиф почему не пришла?
Вопрос был самым обычным, но звучал, как тонкий намек. Дожидалась ли девушка их ссоры? На его прямой взгляд она отвела глаза.
- Действительно, ты не заехал за ней после работы? Почему не привез ее сюда? – подключился и Аднан.
Фирдевс потирала руки, ожидая ответа. Состоится ли помолвка или парень бросил модель?
- У нее был тяжелый день, устала. Сказала, что не хочет выходить из дома. – ответ парня показался Фирдевс отмазкой, слишком облачный, да и после новостей, которые она услышала, резкое отсутствие Элиф казалось подозрительным.
Для себя женщина решила, что у пары произошел скрытый ото всех конфликт, и для себя Бехлюль, пока не решил, как быть дальше. Благо от щекотливой темы отошла сестра Аднана, заговорив о красоте модели и попросив парня привести Элиф для личного знакомства поближе в качестве его невесты до ее отъезда, на что тот ответил согласием и передал всем приветы от Элиф. Наконец, все приступили к трапезе, склонившись над своими тарелками. Бехлюль пригубил вина, ревностно наблюдая, как дядя взял Бихтер за руку и оставил на ее руке поцелуй.
- Самое прекрасное чувство – это возвращение домой. – повторил Аднан свои утренние слова, а жена ему широко улыбалась.
Нихат обычно возвращался домой в одно и тоже время, поэтому Пейкер накрыла на стол, достав с холодильника приготовленные салаты и курицу в специях из духовки. Хотя, вряд ли, сегодня мужу было бы до еды, узнай он какие новости его ждут дома. Девушка переживала за парня, но знала, что тот примет все благоразумно. Няня меняла подгузник Дуруку в детской, когда раздался звонок в дверь. Пейкер пошла открыть, свекровь тоже привстала со своего места, чтобы встретить сына. Стоя поодаль, Айнур смотрела, как невестка поприветствовала мужа, а затем Нихат посмотрел на мать, но не удивился ее нахождению здесь в такое время, не стал задавать вопросов, а поздоровавшись, сказал, что у них сегодня будет гость. Только сейчас Пейкер обратила внимание, что муж топтался на пороге и не поспешил закрыть за собой дверь.
- Заходи, отец. – сказал парень, заглянув за угол, и на пороге появился с виноватым видом Хильми.
- Здравствуйте? – мужчина с насторожённостью взглянул на свою жену, которую больше порадовало бы появление какого-нибудь коллеги сына, чем его внезапное нахождение здесь, а затем на свою невестку, спрашивая разрешения войти немым вопросом.
- Добро пожаловать. – отозвалась Пейкер, пока свекровь отмалчивалась в стороне, давая понять, что не против присутствия свекра в своем доме.
Тот шагнул в квартиру, кивнув жене.
- Привет, Айнур.
Женщина отделалась кивком головы и присела на диван, но даже от этого ее жеста у Хильми слегка потеплело на сердце. Хоть с виду он и выглядел холодным и черствым человеком, но Айнур была его слабым местом. Нихат, поинтересовавшись тем, чем занят сын у Пейкер, дождался, когда все сядут за свободные места, образовав круг, и начал разговор первым:
- Сегодня отец позвонил мне, и мы встретились после обеда, и очень долго с ним вели беседу, вплоть до этого часа.
- Мы попросили друг у друга прощения за все ошибки. – сказал Хильми, глядя на Айнур и надеясь, что она оценит его жест, но та холодно решила уточнить, избегая взгляда мужа.
- О чем вы говорили? Интересно знать.
- Обо всем. – ответил мужчина, хоть жена и обращалась к сыну.
Пейкер перебегала взглядом со свекрови на свекра, пока Нихат снова взял инициативу в свои руки.
- Мама, отец мне обо всем рассказал.
- Мне его очень жаль. Значит, хватило смелости.
- Нихат меня выслушал, Айнур, а ты не слушаешь. – упрекнул муж жену и мягко добавил. – Я не хотел бы тебя потерять. – чистосердечное признание при всех Хильми было неожиданным и приятным. Айнур уперла взгляд в стену, стараясь держаться гордо и слушая мужа дальше, которому было что сказать. - Я пришел в этот дом, чтобы попросить у тебя прощения, но не только у тебя, но попросить прощения и у Нихата, и у Пейкер. – парень поймал взгляд девушки, внутри Нихата переполняла радость от примирения с семьей, от слов отца. Ему казалось, что данный момент никогда не наступит. - Мне очень стыдно перед тобой, Пейкер. – дочь Фирдевс не скрыла удивления, отразившегося на лице, когда свекр смотрел на нее прямо, извиняясь. – Я очень вспыльчивый человек, а, если что-то ускользает из моих рук, я становлюсь еще хуже, поэтому я так упрямился. – Айнур кивала над словами мужа, а Нихат надеялся, что его любимой жене, как и всегда было раньше, хватит и сейчас мудрости и милосердия, чтобы простить его отца, для которого подобный поступок был несвойственен. Казалось, Пейкер это понимала. Девушка даже мысленно восхитилась глубиной чувств мужчины, которого считала жестоким и черствым, как дорога оказалась свекровь свекру, раз тот сейчас сидел перед ней со склоненной головой. – Мое упрямство могло длиться годы. Такой человек, как я мог, смог бы увидеть внука тогда, когда тот вырос бы и пришел бы к нему своими ногами. Но, когда я просил прощения у Нихата, я думал о тебе, Айнур. – взгляд Хильми вернулся к жене. – Я хотел, чтобы ты осознала, как сильно я тебя ценю. – взгляд женщины потеплел, она смотрела на мужа уже без прежней агрессии, а перед глазами даже появилась пелена из слез.
Наблюдая за родителями, Нихат понял, что они примирились. Вряд ли, какая женщина устояла бы перед таким самопожертвованием от мужчины, таким признанием в любви. Отец преподнес матери самой дорогой подарок – воссоединение с семьей, который она столько времени ждала, тайком зовя мужа к внуку и создавая ухищрения иного рода.
- Пейкер, принеси еще один прибор на стол. – попросил парень жену.
- Да, конечно. – улыбнулась девушка. Она могла не любить Хильми, но никогда не стала бы проявлять неуважения к родителям мужа, к бабушке и дедушке своего сына, к роду которого он имел прямое отношение. – Поужинаем все вместе? – спросила она у свекрови, и та кивнула в ответ.
Девушка засуетилась с приборами на кухне, а с соседней комнаты вышла няня с Дуруком на руках. Нихат тут же взял сына на руки, поговорил с ним, интересуясь делами, словно тот мог ему ответить, а затем передал малыша в крепкие руки властного дедушки. Дедушки, который любил его с первого дня появления, но никому в этом не признавался.
- Он подрос с тех пор, как я его видел. – сказал Хильми, ощущая внутреннее счастье, что держит внука с пухлыми щечками на руках.
- Он, как и его отец, любитель поесть. – улыбнулась Айнур, вспоминая маленького Нихата, и этими словами показывая, что уже не так злится.
Айнур смотрела на мужа, державшего внука за руку, на сына, чьи глаза светились, благодаря присутствию отца в его доме. Какой радости их пытался лишить Хильми? Еще совсем недавно женщина думала, что ее брак разрушен, как внезапно неприятное событие поспособствовало появлению одного из самого счастливого дня в ее жизни.
Бюлент успел выложить за столом тете подробности нового романа Нихал с парнем по имени Дениз, который сейчас, слава Богу, был в Улудаге, иначе сестра не переставала бы чатиться с ним. Нихал делала страшные глаза, призывая постесняться отца, но брат не унимался и не переставал болтать.
- Он Дениз, я Дениз. – проговорила задумчиво Мадам. – Надо что-то придумать.
- Будем называть его Тарканом. Он похож на Таркана. – моментально придумал Бюлент, вспомнив известного певца Турции, по которому страдали миллионы фанаток.
И, действительно, новый знакомый сестры был очень даже хорош собой, а зачесанные назад волосы, крепкое телосложение придавали ему еще большую схожесть со знаменитостью. Идея мальчика пришлась по нраву взрослым, но Нихал оказалась не в восторге от шуточек брата. Теме был положен конец, когда позвонил телефон Бихтер. Хозяйка дома увидела номер сестры и извинилась перед присутствующим, принимая звонок и выходя наружу.
- Никогда не звонила во время ужина, значит что-то случилось. – произнесла загадочно Фирдевс вслед дочери.
Бехлюля кольнуло нехорошее предчувствие. Госпожа Фирдевс явно многое знала и открыто намекала ему об этом.
Спрятавшись в комнате сына, Пейкер поделилась с сестрой последними новостями.
- Он предположил, что я могу тебе все рассказать, поэтому сдался.
- Не знаю. – засомневалась Пейкер с выводом сестры. – Но ты можешь поверить в то, что сделала Госпожа Айнур? Заставила девушку устроить дефиле, а затем оставила ее и ушла. – говорила шепотом девушка.
- Как никак, сваха нашей матери. – пошутила Бихтер, закрывшаяся в кабинете мужа для приватного разговора. – Они похожи.
Сестры засмеялись. К Пейкер постучались, за дверью оказался Господин Хильми, просивший у невестки бутылочку с молоком для внука.
- Одну секунду, Бихтер. – демонстративно попросила девушка, не ставшая скрывать с кем разговаривает.
- Молчи, пока у человека не остановилось сердце. – поразилась смелости старшей сестры младшая. Пейкер передала бутылочку мужчине, и тот, поблагодарив ее, ушел, не став выдавать каких-либо эмоций по поводу услышанного. – Он узнал, что ты разговариваешь со мной. Он догадался, что ты мне все рассказала. – сказала Бихтер, когда услышала звук закрывшейся двери.
- А мне все-равно. – пожала плечами Пейкер.
Она обходилась со свекром вежливо, но совсем пресмыкаться перед ним не собиралась. Переговорив еще немного, сестры отключились, и каждая вернулась за свой стол.
- Что сказала Пейкер? – полюбопытствовала тут же Фирдевс.
- Не сейчас, не буду портить вам аппетит. – Бихтер села за свое место, накрыв тканевой салфеткой колени.
- Что случилось? – любопытство одолело и Аднана, поэтому девушка рассказала.
- Господин Хильми попросил у Нихата прощения.
Бехлюль занервничал. Его взгляд столкнулся с прямым взглядом Бихтер.
- А что это он вдруг так внезапно?
- Не знаю. – соврала Бихтер в своем ответе на его вопрос, и парень это понял.
Упрямый мужчина, который не примирился с сыном после выписки внука, когда был прекрасный повод, сделал это сейчас, когда всплыла история с Элиф?
- Наверно, потому что у него много грехов. – снова с намеком заговорила Фирдевс, отпустив взгляд в тарелку, и Бехлюль выразительно посмотрел на женщину, но та не подняла головы.
- Я, на самом деле, не пойму, что он пытается сделать. – Бихтер пригубила вина.
— Значит, умнеет потихоньку, сделал сам первый шаг. Разве, отец с сыном могут жить в обиде? – вмешалась в разговор Арсен.
- Отсутствие этого человека намного лучше его присутствия. – заключила Фирдевс.
В другое время Аднан поддержал бы беседу, но этим вечером чувствовал сильную усталость. Он потер переносицу, чувствуя обещающую нарастить головную боль, если он не ляжет спать прямо сейчас. Мужчина встал и извинился перед присутствующими, что решил удалиться самым первым. Бихтер не возразила. Она оставила на губах мужа поцелуй, чем вызвала очередную волну неудовольствия в и так пребывающем не в лучшем расположении духа Бехлюля. Могли бы миловаться за закрытой дверью, хотя мысль об этом тоже сводила его с ума. Молодая хозяйка дома прошла с мужем и пообещала уложить его спать и вернуться. Бехлюль смотрел на их сцепленные руки, подумав о том, как она может уложить мужчину в кровать, но отогнал эти мысли, дядя, вряд ли, был на что-то способен этим вечером. По пути в супружескую спальню Бихтер поделилась с мужем планами – она хотела выставить одну из картин Аднана на предстоящем благотворительном вечере, поэтому собиралась похозяйничать в мастерской мужа. Мужчина был не против, но утром пожелал взглянуть на выбор жены.
Госпожа Арсен пожелала, чтобы племянница поиграла ей на пианино, и было принято решение перенестись в музыкальную комнату, где под игру Нихал насладиться десертом.
- Бехлюль убегает. – пошутил Бюлент, зная натуру парня, не любившего подобного рода времяпрепровождение, но на удивление Бехлюль остался, а убежала Госпожа Фирдевс, сославшись на начавшуюся мигрень.
Слушая лживые речи женщины, которая обещала наслаждаться концертом лежа на кровати, а на деле за закрытой дверью тут же попросила Катю принести ей ушные затычки, Бехлюль поднял голову на звук открывающейся двери и увидел выглянувшую Бихтер из супружеской спальни. Их взгляды пересеклись, но лишь на пару секунд, а потом она отвела глаза, которые играли по-особому, когда она была в сером. Он чувствовал, что Бихтер сторонилась его, но, если раньше он и сам держался такой тактики, то сейчас почувствовал боль в районе груди от ее отстраненного поведения. Молодая хозяйка дома под предлогом дел пообещала заглянуть попозже, и Бехлюль понуро поплел за домочадцами в музыкальную комнату. Пока Нихал думала, чтобы ей такое сыграть, парень неожиданно для себя сказал вслух:
- Может, сегодня сделаем исключение?
- Не верю. – ошарашенно посмотрела на него Нихал. – Ты будешь играть?
- Если захочешь. – пожал плечами Бехлюль.
- Конечно, хочу. Садись быстрее. – уступила моментально кузина ему место. Парень попросил разрешения и у тети, которая хотела послушать игру Нихал, но та была не против, учитывая, что уже не помнила, когда видела Бехлюля последний раз за роялем.
- Он играл на пианино, чтобы успокоить меня, когда я скучала по маме. – нахлынули воспоминания на дочь Аднана.
- В прошлом году я играл на твой день рождения. – напомнил Бехлюль, присаживаясь за пианино.
Музыка – это было то, что могло сейчас его успокоить, занять мысли.
- А в этом году не играл. – упрекнула его девочка.
Подняв указательный палец наверх, Бехлюль заключил:
- Потому что в этом году я люблю тебя меньше.
Под улыбки окружающих его пальцы запорхали над клавишами рояля, извлекая прекрасную мелодию и заставляя всех умолкнуть. Он играл мелодию своего сердца, тоскующего по той, что сейчас сидела за ноутбуком в кабинете мужа, его мелодия была колыбельной для засыпающего Аднана, была ностальгией для Нихиал скучающей по матери. Мадмуазель не шевелилась, завороженно слушая игру парня. Какие таланты в Бехлюле еще были, и почему он их в себе губил? Он прикрыл глаза, взывая в голове образ любимой, и, словно почувствовав его флюиды, Бихтер захлопнула крышку ноутбука, подобрав подготовленный кардиган и собираясь в мастерскую. Девушка вошла в музыкальную комнату, как обещала ранее Нихал, чтобы немного послушать ее игру, и замерла на пороге, когда вместо падчерицы ее взгляд уперся в широкую спину Бехлюля, сидевшего за роялем. Он почувствовал ее сразу, но не обернулся. Он снова закрыл глаза, и его губы тронула едва заметная улыбка, когда аромат ее духов донёсся до него. Бехлюль не видел Бихтер, но готов был покляться, что в данный момент она улыбалась, приятно удивленная его талантами. Она постояла немного у порога, позволив себе улыбаться, не отрывая взгляда от парня, чтобы было принято женщинами дома за испытанный шок. Затем он услышал стук ее каблуков, когда она осторожно прошла мимо, встав у входной запасной двери, которая вела из музыкальной комнаты на улицу, но не торопилась уходить, глядя на него, хоть и думала об этом, споря сама с собой. Бехлюль играл с закрытыми глазами, но видел все, отдаваясь музыке, молясь, чтобы его мелодия дошла до струн ее души, заставила остаться хоть на это мгновение. Он играл еще отчаяннее, от чего музыка становилась еще проникновеннее. Бихтер взялась за ручку двери, совладав над эмоциями своего лица и перестав улыбаться, но не могла себя заставить уйти и отвести взгляд. Это была одной из прекрасных сцен, что она видела – мужчину, играющего за роялем и передающей этим тайным языком музыки послание для нее, говоривший о своих чувствах через ноты. Его меланхолия передалась и ей. Зазвучали последние аккорды, и Бехлюль позволил себе открыть глаза и посмотреть перед собой на Бихтер. Нихал, Госпожа Арсен, Мадам и Бюлент кричали ему «браво», но молчала та, от которой он ждал похвалы и восхищения. Бихтер откинула волосы с лица и, улыбнувшись, присоединилась к аплодисментам. Но он снова чувствовал отстранение, хотя пару секунд назад они были едины. Эта была холодная маска, за которой девушка постаралась умело скрыть иные эмоции. Он заметил, как она сглотнула ком в горле и часто заморгала, прогоняя слезы. Бехлюль смог коснуться ее сердца, хоть Бихтер снова быстро закрылась от него.
- Я Вас не понимаю, Бехлюль, почему вы пренебрегаете пианино? – задала вопрос Мадам, который озвучивала не в первый раз после комплимента Госпожи Арсен о прекрасной игре парня.
- Как он играл? – спросил Бюлент у молчавшей мачехи.
Бехлюль был благодарен мальчику за вопрос, который не смог задать сам.
- Поздравляю. Я думала за роялем Нихал. – улыбнулась Бихтер.
- Я играю, конечно, получше Бехлюля, но он тоже неплох. – съязвила девочка, вызвав ухмылку у парня. – Давай еще раз? – Нихат метнулась и приобняла за плечи Бехлюля, прижавшись к нему лицом. – Ну, давай, прошу тебя.
- Если ты просишь в таком духе, разве, я буду играть? – припомнил не совсем лестный комплимент, сказанный минутой ранее, Бехлюль.
- Ну, пожалуйста. – пропищала Нихал, вися на парне. – Первый раз за сто лет сел за рояль!
Бихтер почувствовала злость, разве, она не просила Бехлюля соблюдать дистанцию с Нихал? Но поднимать эту тему не собиралась, иначе парень снова напридумал бы себе невесть что. Или она злилась, что не могла себе позволить подобную легкость в общении с ним, принадлежа другому мужчине? Поняв, что она слишком много времени провела рядом с парнем и не будет слушать очередное творение Бехлюля во избежание душевных метаний, девушка вспомнила о поставленной перед собой задаче и натянуто улыбнулась, сказав домочадцам:
- Я в мастерскую за картиной.
Бехлюль сразу же приметил перемену настроения и обстановки, в отличие от остальных. Бихтер хлопнула дверью и попутно надевая кардиган, исчезала в темноте ночи. Желания играть уже не было, хотя он был не против исполнить что-то еще, но в присутствии Бихтер. Нихал не отставала, а когда к ее уговорам присоединилась и Госпожа Арсен, парень снова заиграл, но на этот раз что-то веселое и быстрое.
После непродолжительных танцев и отсутствия у Бехлюля желания сыграть что-то еще, домочадцы стали расходиться спать по своим комнатам. Нихал позвала парня с ними, тот бросил короткое «иду», но его взгляд был обращен в сторону мастерской, где горел свет и зажгли камин. Там Бихтер выбирала картины. Он сам не понял, как вышел в ту же дверь, что и жена дяди немного раннее, крадучись направляясь к мастерской в темноте ночи и слабом освещении уличных фонарей. Мадмуазель, которой не спаслось, и она вспомнила о забытой книге в комнате музыке, вернулась за ней, не обнаружив никого. Женщина забрала книгу и защелкнула приоткрытую запасную дверь, от которой веяло ночной прохладой. Видимо, молодая хозяйка дома вернулась и неплотно прикрыла ту.
Бихтер выставила в ряд несколько произведений мужа, но пока не могла определиться, какую именно использовать на благотворительном вечере. Колебания воздуха заставили ее напрячься, она почувствовала присутствие Бехлюля и резко обернулась. Правда, тут же закатила глаза и отвернулась, пытаясь доказать парню, что всецело увлечена своим занятием. Тот остановился у порога, сверля ее взглядом, и Бихтер вновь пришлось взглянуть на Бехлюля укоризненно, словно задавая немой вопрос: «Что он тут делал?»
- Можно войти? – спросил он после непродолжительного молчания.
- Не входи. – буркнула сердито девушка.
Но Бехлюль не ушел, а в своей наглой манере одним шагом оказался в мастерской, прикрыв за собой дверь. Видимо, его вопрос был задан лишь для приличия.
- Сколько раз я просил у тебя прощения, Бихтер? – приступил к выяснению отношений парень, оказываясь все ближе и ближе.
- Пожалуйста, выйди отсюда, Бехлюль. – качнула головой девушка, указывая на дверь и не глядя больше на него.
- Но ты ни разу не посмотрела мне в глаза, Бихтер.
Она выпрямилась, выпустив из рук край полотна, и развернулась к парню. Как она могла ему сказать, что обидой прикрывала иные чувства? Что она избегала его, не потому что искренне злилась, а потому что не доверяла себе, оказываясь рядом с ним?
- Прошу тебя! Эти нелепые отношения сводят меня с ума.
Взгляд Бехлюля соскользнул с ее глаз на губы, подведенные блеском и манящие впиться в них поцелуем.
- Тебя или меня?
- Вот и прекрасно! Отстань от меня! – скрестив руки перед собой, Бихтер была прекрасна в своей злости.
Бехлюль сделал шаг, коснувшись руки Бихтер. Девушка посмотрела на его руку, а затем снова уставилась на парня, не понимая, что тот хочет сделать, но чувствуя, что они оказались в довольно странной обстановке, и воздух вокруг искрил, обещая превратиться в самый настоящий пожар.
- Давай поговорим. – предложил он.
Отмахнувшись от парня, Бихтер нервно вскрикнула:
- Чего ты добиваешься!? Сейчас ты подобен маленькому избалованному мальчишке! Ничем не отличаешься от Бюлента и Нихал! Абсолютно ничем! Ты действуешь мне на нервы! Я не понимаю, что ты делаешь!
Чтобы ни исходило из уст девушки, Бехлюль словно не слушал, завороженно смотря на Бихтер. Эти зеленые колдовские метающие молнии глаза, эти губы... Он был готов покляться, что она его приворожила.
- Я сам не отдаю отчет своим действиям. Я играю с огнем...
Бихтер сглотнула и тихо произнесла:
- Пожалуйста, оставь меня в покое.
Но хотела ли она сама этого? Ее губы говорили одно, но глаза звали, скрывая страсть, которая сжирала и его. Она была подобна человеку, предчувствующего свое падение со скалы, но остатками последних сил цепляющегося за ее край. Бехлюль был странным, словно его вела неведомая сила, которой он не мог не подчиниться. Бихтер не успела опомниться, как резким движением он положил руку на шею девушки и притянул к себе, сорвав с ее губ долгожданный поцелуй.