36.
Несколько секунд он был счастлив, чувствуя, как она машинально ответила ему, чувствуя клубничный вкус ее губ, но затем до Бихтер снизошло понимание происходившего, и она стала вырываться из его цепкий и сильных объятий, хоть Бехлюль и старался удержать ее. Когда кольцо его рук разомкнулось, он успел заметить ярость в ее глазах, а затем она занесла руку и оглушила его пощечиной. Щека горела, Бихтер убегала в слезах из мастерской, но на губах Бехлюля была довольная ухмылка. Он ни о чем не жалел, улыбаясь, и касаясь рукой губ, горящих от прикосновения к ней. Если ему сказали бы, что за это его ждет гиена огненная, он снова бы согласился повторить этот поцелуй, лишь бы умереть счастливым. Может, завтра он проснется и пожалеет о своем поступке, но сегодня он не уснет, повторяя в голове снова и снова сцену из мастерской.
Бихтер бежала и где-то у дома остановилась, переходя на медленный шаг. Ее грудь разрывали рыдания. Подняв глаза, она посмотрела на окно супружеской спальни, где крепко спал Аднан, всецело ей доверявший. Как теперь она могла ему смотреть в глаза? Около получаса назад она поцеловала мужа и сказала, что любит, а сейчас ее поцеловал другой мужчина. Да, это было сделано насильно, но самым страшным осознанием оказалось то, что этот поцелуй ей понравился. Вытерев слезы рукой, Бихтер вошла в дом, молясь, чтобы ни с кем не столкнуться. Она бы не смогла никому объяснить свое состояние. Дверь мастерской оказалась закрытой, обегая дом, Бихтер вытирала губы о светлый кардиган. Девушка вошла через передний вход, всхлипывая и прикрывая губы рукой, словно стараясь скрыть следы своего позора, словно кто-то мог прочитать по ее губам о случившемся.
- Госпожа Бихтер? – донёсся до нее жалобный и тихий голос Кати, вышедшей из комнаты Госпожи Фирдевс.
Смахнув волосы с лица, Бихтер постаралась строго произнести, чтобы та не полезла к ней с расспросами и сочувствием:
- Доброй ночи, Кати.
Конечно, служанка доложит обо всем матери, но у нее будет время до утра, чтобы слепить какую-нибудь правдоподобную историю. Катя с грустью посмотрела вслед молодой хозяйке дома. Служанка потопталась у двери, думая доложить обо всем своей хозяйке сразу, но в последний момент передумала. Катя удалилась за чаем на кухню, решив, что все расскажет по возращению, слыша за спиной, как у себя в комнате беспечно хохочет Госпожа Фирдевс, читая книгу перед сном.
Бихтер почувствовала, как ноги стали ватными, когда она оказалась у супружеской спальни. Девушка вытерла слезы в очередной раз, сделала несколько глубоких вздохов и выдохов и тихо вошла. Аднан спал и, глядя на него, по щекам у Бихтер снова покатились слезы. Ей было жаль мужа, заслужившего другую жену, жаль себя, возможно, ошибочно связавшую себя узами брака. Она быстрым шагом прошагала в ванную, чтобы не разбудить ненароком Аднана своими рыданиями. Тот проснулся, когда захлопнулась дверь ванной, но перевалился на другой бок и снова уснул, не догадываясь, какие сомнения терзали душу его молодой красавицы жены. Бихтер стянула с себя кардиган, пропахший запахом Бехлюля, и бросила в корзину с грязным бельем. Девушка подошла к зеркалу и посмотрела на себя, с трудом сдерживающую слезы, и темными кругами над глазами из-за растекшейся подводки и туши. Включив кран, она несколько раз сполоснула лицо и ощутила, как к горлу подкатил ком. Она снова плакала. Затем она стала с остервенением тереть губы, стараясь убрать ощущение губ Бехлюля на своих, но сколько бы не старалась, перед глазами все-равно стояла картина, как он со всей страстью приник к ней и с каким трепетом забилось ее сердце. Бихтер закрыла глаза и открыла их снова, смотря на себя и видя в деталях их поцелуй. Она вытерла губы полотенцем, рыдания снова стали накрывать ее. Зажав свой рот руками, чтобы не издавать звука, девушка старалась плакать беззвучно. Можно ли будет считать, что ничего не было, если к этому поцелую принудил ее Бехлюль? Можно ли считать себя верной и идеальной женой, когда она больше не могла быть честной перед мужем? Сможет ли она жить дальше, храня ото всех эту тайну? Если раньше она успокаивала себя отсутствием физического взаимодействия, то чем оправдываться сейчас? Этой ночью Бихтер оплакивала свой брак, в котором отныне появилась явная трещина, обещающая разрастить еще больше.
От чтения Госпожу Фирдевс оторвала вошедшая служанка. Женщина сняла очки, вытащила затычки из ушей, отложила книгу и присела поудобнее, чтобы Катя положила перед ней поднос с чаем.
- Все легли? – спросила женщина, сделав глоток теплого напитка и услышав фруктовый запах.
- Да, Госпожа. – немного помявшись, Катя добавила. – Только что с улицы пришла Госпожа Бихтер.
- С улицы? Ах да, она собиралась в мастерскую.
- Она плакала. – выложила девушка, заметив, как напряглась хозяйка. -Правда, я постеснялась просить, что случилось.
- Она прослезилась, зайдя в дом с мороза. – сорвала Фирдевс, защищая дочь.
Как бы женщина не доверяла своей служанке, она всегда держала за правило – не быть ни с кем откровенной до конца. Сегодня Катя на ее стороне, но завтра может запросто спеться со слугами дома Аднана из-за обиды, зависти или иных движимых ею чувств.
- Нет-нет, она плакала. – не поняла намека не продолжать тему и не углубляться Катя.
- Не придумывай! – резко выразилась Фирдевс. – Тебе показалось! С чего ей плакать ни с того ни с сего? Приехал ее муж, это ее самая лучшая ночь. – женщина снова пригубила чая, но уже не ощущала ни вкуса, ни запаха. Она вернула служанке чай и жестом показала убрать поднос. – Ложись спать. Я тоже почищу зубы и лягу спать. – закончила она, отсылая Катю, пока та не стала снова возражать.
Служанка безропотно повиновалась, пожелав хозяйке спокойной ночи. Кажется, реакция Фирдевс была естественной, и та ни о чем не догадалась, а соответственно слугам не будет о чем судачить. Лишь, когда дверь за девушкой закрылась, Фирдевс возвела глаза к потолку. В этом доме ей не было покоя и переживания за брак Бихтер вновь одолели ее. Как бы то ни было, читать больше не хотелось, хоть роман и был увлекательным, а для разговора с дочерью надо было дождаться утра. Женщина потянулась к зубной нити, как услышала щелчок входной двери снаружи. Моментально среагировав, Фирдевс выключила ночник и на цыпочках подошла к двери своей комнаты, слегка приоткрыв ее. Ее взору предстал крадущийся в дом, словно воришка, Бехлюль. На подъеме на второй этаж парень на несколько секунд остановился, посмотрев наверх и свет луны осветил его четкий профиль. Фирдевс не знала, что за думы одолели Бехлюля, но взгляд у того был одновременно и встревоженный, и мечтательный. А затем она увидела, как тот опомнился, передумал и спустился с лестницы, решив подняться в свою комнату через черный вход. К чему была такая осторожность, словно Бехлюль заметал следы после скрытного свидания? Плачущая Бихтер, вернувшийся после этого через несколько минут парень со странным поведением. Что этой ночью скрыли за собой стены мастерской?
Пока Бехлюль выдыхал в своей комнате, стараясь осознать произошедшее, словно в тумане, Бихтер относительно успокоилась и привела себя в порядок. Она переоделась ко сну и легла в постель рядом с мужем. Ее лицо было опухшим и раскрасневшимся от слез вины и раскаяния. Она наблюдала за спящим Аднаном и тот, словно почувствовав ее взгляд, проснулся и развернулся к жене лицом.
- Я люблю тебя. – прошептала Бихтер. Сквозь сон Аднан не осознал расстроенного состояния жены, но ее слова дошли до него, и он потянулся и обнял крепко девушку, прижав к себе. На глаза Бихтер снова навернулись слезы. – Я тебя очень люблю. – Зачем она это говорила? Старалась убедить себя? Девушка и сама не знала. – Я люблю тебя. – повторила она, склонив голову к плечу мужа.
Если бы только Аднан знал, что то, что он принял за состояние переполненностью теплыми чувствами к нему, имели под собой совсем другие основания. А в своей комнате Бехлюль нервничал, поддергивая ногой и развалившись на кровати. Было ли реальным то, что произошло или он снова бредил? Действительно ли он поцеловал Бихтер в той самой мастерской? Все словно было не с ним, а в другой реальности, где он потерял голову. Но другой вопрос мучил его больше всего – как теперь быть с этой правдой, обещающей испортить многие судьбы на своем пути?
Утро нового дня было хмурым. Бихтер проснулась в разбитом состоянии от свистящих звуков, что издавал муж, одеваясь и собираясь на работу. На несколько секунд она даже подумала, что все случившееся было лишь кошмарным сном, пока осознание реальности не снизошло до нее. Когда Аднан появился из ванной комнаты, поправляя галстук, она отпустила взгляд, стараясь не смотреть на него.
- Доброе утро, соня.
- Доброе утро, милый.
- Я насвистываю, чтобы ты проснулась, пою серенады, но ты не просыпаешься.
Муж выглядел таким счастливым, и Бихтер заставила себя через силу улыбнуться. Он сел на кровать и потянулся к жене за поцелуем.
- Не целуй, мне не здоровится. – остановила его Бихтер. В принципе, ее слова были правдивы. Чувствовала она себя неважно, но, вряд ли, дело было в реальной болезни. Да и в голове назревал вопрос, могла ли она целовать мужа, как прежде? Словно ее губ не касался другой мужчина? – Горло болит. Кажется, я заболеваю.
Аднан потрогал лоб жены.
- Температуры нет.
- Но я разбитая. Болят корни волос.
- Бедная моя, не вставай с кровати, пока не почувствуешь себя лучше.
- Я и так не могу поднять голову. – призналась девушка.
Она была готова лежать в этой кровати не то, что день, а даже неделю, месяц, пока не поймет, как ей дальше себя вести и быть. Разволновавшийся Аднан предложил позвать врача, но Бихтер заверила его, что острой необходимости в этом нет. Если ей станет хуже, она сделает это сама.
- Я весь день буду в холдинге, постараюсь прийти пораньше. – пообещал Аднан.
- А я постараюсь поправиться. – пообещала Бихтер.
- Я тебя люблю. – Аднан поцеловал свой палец и коснулся им губ жены.
- А я люблю тебя еще больше.
Она смотрела на мужа, накидывающего на плечи пиджак и была рада, что сегодня рабочий день, и тот уйдет. Она не испытывала к Аднану неприязни, но остро нуждалась в том, чтобы побыть наедине с собой. Ей нужно было время для перевоплощения из одного состояния в другое, как у змеи, что скрылась в своей пещеры, чтобы сбросить старую кожу и вернуться с сияющей и новой.
- Аднан убегает. – пошутил муж в стиле Бехлюля перед уходом, не заметив, как эти слова больно резанули слух жены.
- Пока. – только и вымолвила из себя Бихтер. Сказала бы она больше, ее голос сорвался бы на плач.
Девушка постаралась скрыть слезы за улыбкой, но, когда дверь за Аднаном закрылась, она перевалилась на бок, замотавшись в одеяло, словно то было ее защитным щитом от мира, и беззвучно заплакала.
О негодовании Бихтер стало быстро всем известно. Аднан попросил слуг отнести жене завтрак в постель, сообщив за столом теще с сестрой, что молодая хозяйка дома простудилась.
- Где она простудилась? Как жаль. – пробормотала Арсен.
- Простудилась вчера вечером в мастерской. – ответила буднично Фирдевс, скрывая за этими словами только ей понятный смысл. - Она должна была выбрать вашу картину. – напомнила теща зятю, который сладко в это время спал, не ведая, что происходило за его спиной.
- Возможно, в мастерской холодно. – согласился Аднан, задумавшийся об утеплении своего любимого места.
Плавно разговор перешел о детях, которых рано утром Мадам уже сопроводила в школу.
- Бехлюль еще не спустился вниз? – ненавязчиво поинтересовалась Фирдевс.
- Аристократ спит. – пошутил Аднан. – Но я сегодня вызову его в офис, ему придется покинуть постель.
Женщины захихикали, но сестра мужчины встала на защиту любимца семьи.
- Не говори так. Мальчик приезжает в свободное от занятий время. Он постоянно ездил в офис в твое отсутствие.
- Да-да, не будем грешить на него. – смирился хозяин дома, разрезав сырник и макнув его в малиновое варенье.
Бехлюль хотел убежать из дома незамеченным, но у самого выхода столкнулся с Мадам.
- Доброе утро. – поприветствовала она парня, выглядевшего лохматым и собранным в спешку.
- Доброе утро. – бросил парень без улыбки и обычных шуточек, заставив учительницу с удивлением окинуть его взглядом.
- Уходите, не позавтракав?
- Я тороплюсь, перекушу что-нибудь в университете. До свидания, всего хорошего. – коротко улыбнувшись, отчеканил Бехлюль и поспешил уйти.
Мадам пожала ему плечами вслед. В принципе, его поведение не выглядело странным. Бехлюль был как своенравный кот, который уходил и приходил, когда ему вздумается, хоть в последнее время и выглядел одомашненным, но, видимо, дикие инстинкты вновь брали свое. Конечно, парню ничего не стоило поздороваться перед уходом с домочадцами, но увидеть Бихтер после случившегося ночью и вести себя как ни в чем не бывало – сегодня это было выше его сил. А вдруг она что-то сказала дяде? А, если не сказала, то как ему теперь вести себя с мужчиной, который спас его от интерната, а тот так отблагодарил его? А самое главное, как смотреть теперь ей в глаза и не пропасть?
Об уходе парня Бихтер узнала от Несрин, которая принесла ей завтрак. Точнее девушка расспросила сама, ненавязчиво поинтересовавшись о присутствующих за завтраком, а не услышав имя Бехлюля, сама о нем спросила.
- Господин Бехлюль только что уехал. Я видела из кухни, как выезжала его машина. – любезно пожелав хозяйке приятного аппетита, служанка удалилась.
А Бихтер задумалась. Видимо, парня мучили угрызения совести, и тот предпочел, как и она, скрыться, вновь избегая общества друг друга. Это новость немного приободрила девушку. Значит она могла сегодня спокойно расхаживать по дому, не боясь столкнуться с обществом Бехлюля. Но долго ли могла продолжаться их игра в кошки-мышки? Ее думы прервал Аднан, который решил еще раз навестить жену перед выходом из дома. Взгляд мужчины соскользнул с девушки, лежащей на кровати, которая не меняла своего положения, на нетронутый поднос с едой.
- Ты не притронулась. – покачал головой Аднан и уверенными шагами направился к Бихтер. Он сел на край кровати и переложил поднос с тумбочки на свои колени.
- Я сейчас встану. – ответила она довольно слабым голосом.
- Я должен убедиться, что ты поела. – мужчина макнул тост в мед и передал жене.
- Спасибо, милый. – Бихтер откусила краюшек хрустящего хлеба, слегка приподнявшись на своем месте.
- Поскорее выздоравливай. – девушка слегка улыбнулась мужу, кивнув. Аднан заметил перемену в ней. Цвет ее лица стал лучше, хоть жена была не накрашена и со спутанными волосами после сна, у нее был домашний вид, от которого веяло уютом. – Ты заболела или капризничаешь? Ты меня обманула? Даю тебе срок три дня. Поправишься, значит поправишься, иначе я начну искать тебе замену. - шутка мужа была безобидной, и в другой день Бихтер с радостью бы пофлиртовала с ним, но в данную минуту ее глаза снова наполнились слезами. – Ну и ну, я пошутил. – улыбнулся Аднан и потрепал девушку по руке.
- Я так сильно люблю тебя. – сказала она, стараясь подавить слезы, хоть нижняя губа и стала поддергиваться.
- Ну ладно-ладно. Я тоже люблю тебя, не плачь. У моей любимой расшатаны нервы.
Бихтер вялым движением руки положила недоеденный тост обратно на тарелку.
- Я не могу есть. Прошу тебя, не настаивай.
- Ладно. Может, немного позже? – не стал спорить Аднан. Ему хотелось как-то вызвать у жены улыбку, приободрить, но все его попытки не обвенчались успехом.
- Хорошо. Немного посплю и, может быть, приду в себя.
- Ты должна окрепнуть до бала ассоциации. – напомнил мужчина девушке. Та так в последнее время уходила в работу и горела своим делом, что мысли об этом должны были помочь ей быстрее восстановиться.
- Ах да, еще же бал.
Знал бы Аднан, что занятие благотворительностью на самом деле скрывало попытку убежать от чего-то другого.
- Какую ты выбрала картину? - Точно. Бихтер даже забыла, за чем шла вчера в мастерскую. И, если честно, совсем больше не хотела вспоминать об этом злополучном месте. Ее глаза забегали в поисках ответа. – Бихтер? – почувствовал неладное в состоянии жены Аднан, которую простой вопрос поставил в тупик.
Бихтер сглотнула.
- Вчера вечером я смотрела картины... а потом услышала какой-то шум, испугалась и побежала домой. Наверно, это была птица, но я испугалась. Не посмотрела.
Объяснения жены были спутанными и странными, но мужчина не стал углубляться. Ее вполне поздно ночью мог напугать какой-то шум.
- Ничего, я выберу за тебя.
- Нет. Если я почувствую себя хорошо после обеда, я выберу. Сейчас не нужно торопиться, вечером я покажу тебе. – сказала Бихтер, думая о том, сможет ли она себя пересилить, чтобы переступить порог мастерской?
- Не вставай с кровати. – проявил заботу Аднан, которая была очень кстати. Девушка закивала головой. – Пока, любимая.
- Хорошего тебе дня. – улыбнулась Бихтер, хотя разговор с мужем будто снова высосал из нее все соки.
Аднан встал и поправил пиджак.
- Хотел взять с собой в холдинг Бехлюля, но негодник рано убежал.
Девушка не стала поддерживать тему, снова попрощавшись с мужем. Господи, как она не хотела слышать эти имя, от которого ее бросало то в жар, то в холод. Услышав спасательный щелчок двери, оповещающий об уходе мужа, она откинула голову на подушку и прикрыла глаза. Как ей теперь быть? Что делать? Может, стоит рассказать обо всем Аднану, чтобы очиститься? Но что тогда будет с их браком и с Бехлюлем? Сможет ли он ее простить, хоть ее вины и не было во вчерашнем поцелуе? Сможет ли она с ним жить, как прежде, когда внесет раздор в эту семью и лишит детей их любимца Бехлюля? Станет ли от ее признания хоть кому-то лучше?
В тренажёрном зале Бехлюль столкнулся с Пейкер. Парень, не зная, куда себя деть, поехал в спортзал, но понял, что не в состоянии ни заниматься, ни ехать на учебу в университет. Поприветствовав свою бывшую, с которой он обменялся любезностями, Пейкер изъявила желания попить сока, а Бехлюль поймал себя на мысли, что даже не завтракал с утра. На удивление он ничего не чувствовал к девушке, стоящей рядом, и общался с ней вполне по-дружески, хотя в свое время их расставание причинило немалый ущерб его задетому самолюбию, ведь та первой бросила его, когда все девушки до последнего держались за него. Как-то Элиф задала ему вопрос, не было ли его желание встречаться с Пейкер на самом деле, скрытым желание подобраться к ее младшей недоступной и холодной сестре, которая даже не смотрела в его сторону? Тогда этот вопрос показался ему глупым, но сейчас он думал иначе. Бехлюль двинулся с Пейкер в сторону небольшого кафетерия, находящегося в здании спортзала, как его телефон зазвонил. Парень пропустил девушку вперед, пообещав догнать ее несколькими минутами позже, и достал телефон. Увидев имя звонившего, у Бехлюля чуть не остановилось сердце. Немного помешкавшись и потоптавшись на месте, Бехлюль ответил на звонок.
- Доброе утро, дядя.
- Доброе утро. Что случилось? Ты рано ушел. – голос Аднана звучал буднично, и у Бехлюля отлегло на сердце. Вчера, целуя чужую жену, он сильно рисковал и потерял остатки разума, ибо с чего взял, что Бихтер не выдаст его? – Надеюсь для того, чтобы оказаться в офисе раньше меня? – подколол племянника мужчина по пути на работу.
- Нет, мне нужно было пораньше этим утром быть в университете. – соврал парень.
- Понятно. Я хотел предложить тебе приехать и пообщаться.
Бехлюль почувствовав, как его сердце забилось сильнее. Он понимал, что, вряд ли, таким спокойным тоном дядя ведет речь о чести своей жены, которую хочет защитить, но в любой момент боялся открытия данной темы.
- На счет чего?
- Поговорить о многом: о работе, о браке. После вчерашнего совещания у меня родились кое-какие планы на будущее. – услышав начало фразы «после вчерашнего», Бехлюль настолько разволновался, что тут не выронил телефон с рук, с трудом заставив себя дослушать. – Я хочу поделиться ими именно с тобой. Потому что они больше всего касаются именно тебя.
- Понятно. Хорошо, я приеду при первой возможности. – взял себя в руки парень.
Он попрощался с мужчиной и положил трубку. Не то, чтобы дядя никогда раньше не звонил ему с утра, но сегодняшний неожиданный ранний звонок не мог не вызвать в нем тревогу. Закинув спортивную сумку на плечо, он двинулся в кафетерий, где его ждала Пейкер, уже заказавшая себе сок. Девушка попивала апельсиновый сок из трубочки и заметила, каким потерянным вернулся ее бывший.
- Что случилось? Получил выговор?
- Нет. – Бехлюль протянул купюру буфетчице, заплатив за заказ Пейкер.
- Ты хотел что-нибудь съесть.
Парень почувствовал, что не сможет проглотить ни кусочка.
- Я передумал, поем в университете.
- Я сейчас поеду к вам.
- Правда?
- Угу. Ты поедешь на бал ассоциации?
- Не знаю. – пожал парень плечами, приняв сдачу.
- Не говори глупостей. Поедешь, конечно. Бихтер так старалась.
Бехлюль приложил все усилия, чтобы не отразить на лице чувства, которое вызвало у него упомянутое имя.
- Посмотрим. Постараюсь прийти.
- Приводи Элиф. – улыбнулась Пейкер, затронув еще одну тему, которая также не вызвала в парне желание поддержать разговор. Он ограничился лишь кивком головы. – Что с тобой? – спросила девушка прямо.
Раньше она избегала общества бывшего, но весть о его помолвке словно стало разрешением общаться с парнем открыто, без злобы. Пейкер хотелось выглядеть цивилизованной, европейской девушкой, которая могла после разрыва сохранить дружеские отношения с бывшим, не представлявшем для нее больше угрозы.
- Ничего. - вновь односложный и вялый ответ, хоть вежливая улыбка и была на лице Бехлюля.
- Да ладно тебе. Я вижу по твоим глазам, что-то произошло. Поссорился с Элиф?
- Нет, с чего ты взяла? - как же ему хотелось, чтобы Пейкер прекратила свои расспросы, но пока он не находил предлога для резкого ухода. Обычно толерантная и все понимающая, сейчас его бывшая проявляла излишнее любопытство, и ему даже захотелось вернуться в те времена, когда она избегала его общества. – У нас все хорошо.
- Тогда не сглазить бы. – девушка дернула себя за мочку уха и три раза постучала по деревянной стойке.
- Ты не можешь сглазить. – улыбнулся Бехлюль. – Я поеду. Ты не обидишься?
- Нет, я тоже приму душ и поеду.
- Хорошо, увидимся. Поцелуй Дурука.
- Поцелую.
Наконец, Бехлюль направился к выходу из здания.
На перемене школьный коридор гудел. Кто-то побежал в столовую, чтобы успеть купить любимое блюдо и пообедать, девчонки вели разговоры о мальчишках, уроках, моде. Нихал же отстранилась от всего этого, оставшись одна в классе и уставившись в окно. Но девушка не видела хмурой погоды, пустого школьного двора, на котором обычно было больше ребят летом, перед ее взором стоял вчерашний вечер. Она вспоминала Бехлюля, умелые пальцы которого играли на фортепьяно, вспоминала его горделивую осанку, мечтательное и задумчивое лицо. О чем он думал? Как он вчера отдавался музыке и как был прекрасен. Ее губы тронула улыбка, и Пелин, вернувшаяся с обеда, не могла не заметить влюбленного и отрешенного состояния подруги.
- Думаешь о Денизе?
Очнувшись от своих грез, Нихал моментально кивнула, не став отрицать:
- Да.
Объяснять иное было бы слишком долго, и она могла бы столкнуться с непониманием. Да и что объяснять? Что она, походу, влюблена в своего кузена? В это она до сих боялась признаться даже себе.
- Позвони, пусть подойдет к школе.
- Нет, забудь. – девушка склонила голову над тетрадками.
- Пусть придёт, я тоже посмотрю. – настаивала подруга на своем совете. – Пойдем куда-нибудь, посидим немного.
- Бешир, Бюлент.. все вместе. Как будет замечательно. – взмахнула руками Нихал, вспомнив о своей охране.
Пелин усмехнулась.
- Скажи, чтобы Бешир сегодня не заезжал за тобой.
- В нашей семье, к сожалению, такие спонтанные решения не принимаются, нужно было сказать папе с вечера.
Подруга устала вздохнула. Иногда излишняя правильность Нихал раздражала ее особенно. Девушка была тепличным цветком, которого растили в особых условиях, совершенно неподготовленная к иной жизни вне стен своего дома.
- Скажешь, что нужно было задержаться в школе.
- Сегодня нельзя. Скажу домашним в следующий раз, посидим где-нибудь. – отрезала Нихал, решившая больше не врать родным после того случая с их ночной вылазкой в клуб, а Пелин закатила глаза, скрестив руки на груди.
- Они сразу же приставят к тебе Мадмуазель.
Нихал печально кивнула и улыбнулась.
- Я постараюсь отпросить, но не сегодня, ладно?
- Ладно, хорошо. – сдалась подруга, усевшись за свою парту.
Желая как-то скрасить повседневные будни, Госпожа Фирдевс вместе с Госпожой Арсен и Госпожой Дениз после выпитой чашки крепкого кофе, перевернули стаканы на блюдце, и теперь всматривались в узоры, оставленные от кофейной гущи, пытаясь разгадать в этих замысловатых картинках загадочное будущее. Видимо, заниматься гаданием – это в крови каждой женщины, задумывающейся о вопросе, а что ее ждет?
- Это красивый и высокий мужчина. – говорила Арсен Мадам, крутя ее кружку в руках. – Волосы волнистые... Вот, посмотри. – женщина протянула чашку учительнице. Та кивала головой, но по выражению лица было понятно, что Мадмуазель относится к данной затее скептически, а приняла участие лишь для забавы и веселия. – Рядом с ним много рыбы. Он везунчик. – подытожила сестра Аднана.
- Может, он рыбак? – подмигнула Фирдес Мадам, и женщины захохотали.
- Не смейся. Вот появится, сразу обомлеешь. – отсмеявшись, проговорила Госпожа Арсен.
- Посмотрим. – скромно проговорила Мадмуазель.
- Вышли бы из дома – встретили бы, но Вы вечно дома. – высказала мнение со стороны Фирдевс. Понимая, что тема исчерпала себя, и их развлечение подошло к концу, женщина заговорила о другом. – Ну, что делали вчера без меня? Концерт понравился?
- Конечно. – ответила Арсен. – Бехлюль устроил сюрприз, сыграл на пианино.
- Ах, пропустила! – от досады Фирдевс шлепнула себя по ноге. – Бихтер удивилась, наверно?
- Она почти сразу ушла в мастерскую. – учительница машинально указала пальцем в сторону окна.
- А потом? – осторожно выпытывала мать девушки.
- Пошли спать. – пожала плечами Мадам.
Джамиле пришла и стала собирать грязные чашки, а Фирдевс под предлогом проверить состояние дочери, встала со своего места и поднялась наверх. Бихтер она обнаружила свернувшуюся на кровати калачиком.
- Милая, как ты? – мать взяла руку дочери в свою и запустила в комнату Несрин, чтобы та убрала поднос с завтраком.
- Хорошо. – немногословно ответила девушка.
Служанка заметила почти нетронутый поднос с едой.
- Вы даже не притронулись.
- Мне не хочется, унеси.
- Разве, так можно? – возразила Фирдевс.
- Но я не хочу. – снова слабо пропищала Бихтер и отвернулась от завтрака, один его вид вызывал дурноту. Несрин сочувственно посмотрела на мать девушки, ожидая указаний, и та кивнула головой, разрешая служанке унести поднос. Женщина притронулась ко лбу дочери, пытаясь понять, есть ли жар? Но Бихтер отмахнулась от ее руки. – Я болею, мама, и ты не заразись.
После недолгий размышлений, Фирдевс сказала:
- Непохоже на простуду... что с тобой?
Бихтер не уловила намека в голосе матери.
- Ничего, просто плохо себя чувствую.
- Сердце болит? – под настороженный взгляд дочери, удивившейся вопросу, Фирдевс нагнулась поближе. – Рассказывай, что было ночью?
- А что было ночью? – повторила вопрос Бихтер, желая выиграть время и понять, много ли знает мать.
- Катя сказала, что ты плакала.
Бихтер отвернулась и прикрыла глаза:
- Эта Катя!
- Она переживает за тебя, Бихтер.
- Однажды я выставлю ее за дверь, и тогда она узнает, что такое переживания!
- И я волновалась. Я шла к тебе, а увидела Бехлюля... - зашла теперь с другой стороны Фирдевс, чтобы вырвать признание у дочери.
- И? Он тут причем? – Бихтер пока держалась, несмотря на усилия Фирдевс сломить ее.
- Мадмуазель сказала, что Бехлюль пошел в мастерскую следом за тобой. – соврала женщина.
Девушка купилась на ложь, но моментально выкрутилась.
- Чтобы я не шла одна в темноте. Когда он направлялся ко мне, я уже возвращалась. – но этот ответ не удовлетворил Фирдевс. Почему тогда они не зашли вместе в дом? Почему Бихтер плакала? В мастерской между ними что-то произошло, и теперь она понимала это отчётливее. Ее маленькая хитрость дала ей понять, что молодые люди были вместе, а зашли по отдельности для отвода глаз. Это не было совпадением и случайностью. Под пытким взглядом матери Бихтер занервничала и вскрикнула, теряя терпение. – Что!?
- Не знаю. Это ты мне скажи «Что?» - голос женщины был полон спокойствия, контроль был в ее руках.
Девушка приподнялась на локтях на кровати и строго проговорила:
- Только не нужно домысливать.
- Если бы это были только домыслы...
- На что ты намекаешь!? Почему ты задеваешь меня!?
- Милая, я не намекаю, просто хотела убедиться, что у тебя все хорошо. Вижу, ты здорова. Пререкаясь со мной, сразу оживилась. – Фирдевс пригладила шелковистые волосы дочери, чувствуя всю ее напряженность. - Лежи, красавица, и ни о чем не волнуйся. Мне так спокойно в этом доме, слышишь? И я не хочу нарушать этот покой. Я не буду зря сбивать людей с толку, не переживай.
Нормально ли для дочери чувствовать скрытую угрозу от матери? В любом случае сейчас девушка не ощущала лишних сил для дальнейших выяснений отношений. Ей нужно было подумать о многом другом и избавиться от этой, ломающей кости, усталости.
- Выйди, пожалуйста. Я хочу спать. – Бихтер плюхнулась обратно на кровать.
Женщина послушно встала на ноги, но перед тем, как уйти, добавила:
- Бихтер, захочешь поделиться, не забывай, что я тебе ближе всех. Ты ведь это знаешь? Я же твоя мать.
Слова Фирдевс звучали заманчиво, но Бихтер была бы дурочкой, если бы доверилась ей. Девушка не сдержала ухмылку:
- Мне нечем делиться, ступай. Я скоро спущусь.
- Вот и правильно. – мягко проговорила Фирдевс, улыбаясь. - Звонила Пейкер, после спортзала она заедет к нам.
Дверь за матерью, наконец, закрылась. Бихтер поняла, что не сомкнёт глаз. Укрыться от проблем, зарывшись в одеяло, было соблазнительным, но пора было встать и взять ситуацию в свои руки, пока все не пошло наперекосяк. Немного погодя, она заставила себя встать, надеть чёрную кофту с V-образным вырезом с темными джинсами, поверх накинув красный кардиган. Слегка причесав волосы, она добавила румян на лицо и немного помады персикового цвета, чтобы скрыть свою бледность и освежить цвет лица. Спустившись, она нашла в себе силы даже поулыбаться Госпоже Арсен, когда та приказала принести ей с кухни чай и свежеприготвленный симит (турецкий бублик). Все шло хорошо, пока сестра Аднана не решила оставить наедине Фирдевс с дочерьми, к этому моменту успела приехать и Пейкер. Хоть мать Бихтер любезно предлагала учтивой женщине остаться, но, когда та ушла, выдохнула, закатив глаза и пробормотав:
- Наконец-то! Даже не можем поболтать наедине. – выдержав паузу, к неудовольствию Бихтер, мать начала расспросы о том, чье имя девушка не хотела совсем слышать. – Иии? Ты говорила, что видела в спортзале Бехлюля.
- Только и всего. – кивнула Пейкер. Она сидела чуть поодаль от младшей сестры, боясь заразиться и принести инфекцию в дом, где ее ждал маленький сын. – Пришел, показался и сразу ушел. Слоняется, как влюбленный. – улыбнулась девушка, вспомнив встречу с бывшем.
Бихтер молча сжала кружку с теплым чаем в руках.
- Влюбленный?... - удивленно повторила Фирдевс, а затем добавила. – В Элиф. – будто стараясь в этом убедить себя и дочь, страдающую с утра недомоганием.
- Позвонил Аднан, они поговорили. После разговора у него изменилось лицо. – продолжала щебетать Пейкер.
- Почему?
Как же Бихтер хотелось, чтобы старшая сестра сейчас заткнулась и перестала неосознанно выдавать матери ценную информацию.
- Я не знаю. У него что-то произошло с Аднаном? – поинтересовалась Пейкер у Бихтер, и последней пришлось включиться в разговор.
- А что могла случиться? Ничего не случилось.
- Может, они поссорились с Элиф? – продолжала строить догадки старшая сестра, когда для младшей и ее матери уже все было понятно. – Ты рассказала Аднану о случившемся?
- Нет. – устала проговорила Бихтер. – Я решила больше никогда не затрагивать эту тему.
- И хорошо. – поддержала Фирдевс дочь. – В конце ты все-равно окажешься плохой. – свою мысль женщина не закончила, мысленно подумав, что им не нужно, чтобы помолвка парня с моделью разорвалась.
Но Бихтер кинула на нее взгляд, словно прочитав мысли о недосказанном. Странное было чувство. С одной стороны, она не хотела видеть Бехлюля с кем-либо, а, с другой, понимала, что предстоящая помолвка избавит ее от общества парня, станет спасением для ее брака. Как там говорят, с глаз долой - и с сердца вон?
Подъехав за Нихал в школу, Бюлент у ворот здания заметил Дениза с другом – того парня с отдыха, который заинтересовался его сестрой, о чем незамедлительно сообщил Беширу. Бешир пристально разглядел очередного баловня судьбы, который, переминаясь с ноги на ногу, ожидал ту, кому он отдал сердце. Сначала Бехлюль, и только, казалось бы, названный племянник перестал быть помехой, как Нихал снова обращала свой взор не на него.
- Он пришел за сестрой. – уверенно заявил Бюлент.
- Ну уж нет. – отрицал очевидное парень, хотя и сам понимал, что так оно и есть. – Что за разговоры?
Даже друга привел, что тоже отозвалось болью у него внутри. Что он сейчас говорил своему приятелю? Что скоро выйдет девушка, которая ему нравится? О мимолетных девушках друзьям не говорят.
- Тогда зачем он пришел? – не унимался Бюлент, продолжая сыпать соль на его рану.
Бешир не ответил на вопрос, наблюдая, как во двор вышла Нихал. Она сразу заметила Дениза у железных ворот. Сначала удивилась, но было видно, что ей стало приятно, а затем улыбнулась, что-то защебетав на ушко Пелин. Наверно, сказала о Денизе, о том, что он здесь, было видно, как подруга оживилась перед предстоящим знакомством с бойфрендом Нихал.
- Красивый парень. – оценила Дениз Пелин.
Нихал спустилась по лестнице, отправив парню свою смущенную улыбку. Было приятно осознавать, что она могла кому-то нравиться, что кто-то мог сделать ей сюрприз, приехать ненадолго, чтобы увидеть ее, писать милые sms, но настроение ее слегка подпортилось, когда она увидела также ожидающую ее без опоздания машину.
- И наши здесь, конечно. – махнула она рукой в сторону авто. – Я опозорюсь перед парнем.
Но она все-таки подошла к нему, улыбающаяся. Успела спросить как дела, представь парня подруге, а он в свою очередь познакомил с другом, как их идиллию прервал Бешир, вылетевший мигом из машины.
- Нихал, я возьму твою сумку.
Взглядом Нихал показала парню, что его появление не кстати, но во избежание конфликта покорно отдала рюкзак и бросила короткое «привет» Беширу и младшему брату, появившемуся следом.
- Как дела, Бюлент? – спросила Пелин.
- Отлично, а у тебя?
- Я тебя знаю. Ты разбойник с гор. – пошутил Дениз, обратившись к мальчику.
- Мой брат. – Нихал погладила мальчика по щеке, который ревновал сестру не меньше, готового взорваться Бешира.
- Поедем? – вновь встрял в разговор Бешир.
Видимо, взгляд Нихал был недостаточно красноречив.
- Хотел предложить посидеть где-нибудь. – заговорил Дениз, обращая внимание девушки на себя.
Как бы Нихал не хотелось согласиться, пришлось отказать:
- Было бы замечательно, но не сегодня. Лучше бы ты позвонил предварительно.
- Хотел сделать сюрприз.
- У тебя получилось. – Нихал одарила Дениза очередной улыбкой. Интересно, насколько хватит его терпения, когда ее никуда не пускают одну? То он сидит с ней в кафе в обществе Мадам, то сейчас Бешир, который не дает даже немного пообщаться. Пока парень проявлял выдержку, но долго ли так будет продолжаться? – Садитесь в машину. – повернулась она к своим и взглядом показала уйти, для брата взгляд пришлось держать дольше, но в итоге Бюлент не стал спорить и, попрощавшись со всеми, сел в авто обратно.
- Твой мотоцикл, Дениз? – кивнула заинтересовано Пелин в сторону мотоцикла красного цвета с граффити.
- Нет, Сарпа. – друг был немногословен, подстрижен налысо и в кожаной черной куртке со вставками красного под цвет своего мотоцикла. – А другой твой брат? – спросил Дениз у Нихал про Бешира.
- Нет, водитель. – успела первой ответить Пелин, которой оба мальчика пришлись по вкусу.
- Отлично. Пусть он отвезет твоего брата, а мы немного посидим. Возьмем с собой и Пелин. Что скажешь?
Возможно, в другой Вселенной существует наглая Нихал, которая мигом согласилась бы, сумела бы вертеть отцом, находить отмазки, обманывать и проживать свою яркую жизнь, но в этой Нихал оставалась послушной дочерью своего отца.
- Нет, в другой раз. - к тому же, за Пелин тоже приехала машина. Попрощавшись с парнями, подруга Нихал присела в загудевший автомобиль, ожидающий ее. – Мне тоже надо идти. – повела головой Нихал в сторону своей машины.
- Мы встретимся в выходные, я все устрою.
- Еще поговорим. – девушка пожала руку другу Дениз, любезно проговорив, что ей было приятно познакомиться, и кивнув на прощание парню села в авто, где ее ожидал, сгоравший от ревности Бешир.
- Продинамили тебя. – усмехнулся Сарп, толкнув друга легонько в плечо.
- И не говори. – улыбнулся Дениз.
Нихал не успела сесть, как ее телефон завибрировал от смс подруги.
«Какой сладкий мальчик.»
Девушка улыбнулась, читая сообщение и мысленно соглашаясь с ним. Бешир, наблюдая за ее реакцией, подумал, что смс пришло от Дениза. Нихал, не стирая глуповатую улыбку с лица, посмотрела в окно, где Дениз надевал шлем, тоже стрельнув взглядом в нее.
- Все в порядке? Можно ехать?
Нихал лишь на секунду посмотрела на своего водителя, чтобы сказать короткое «Да» и снова обратила взор на Дениза, садившегося на мотоцикл. Даже Бюлент оценил мотоцикл друга парня. Пристегнувшись, Нихал подготовилась к скучной поездке, как Сарп с Дениз поравнялись с ними. Девушка засияла, спустила окно и помахала молодому человеку рукой. Тот, придерживая одной рукой друга, второй тоже махнул ей в ответ.
- Не сходите с ума! Это опасно! – крикнула она им, когда те перегнали их, увеличив скорость и стали лавировать между рядами проезжавших машин.
- Идиоты. – не разделял веселья Нихал Бешир. – Еще устроят аварию.
Когда мотоцикл дал по газам и проехал вперед, и его жужжание заполонило все вокруг, Бешир отъехал в сторону и припарковался.
- Что такое? – недовольно спросила Нихал.
- Ты видела, какие идиоты? – в гневе парень махнул рукой в их сторону.
- Не называй их идиотами. – строго отчеканила девушка. Ее брат с заднего сиденья только и успевал наблюдать за их перебранкой. – Это мои друзья.
- Но они делают глупости.
Дочь Аднана одарила слугу тяжелый взглядом.
- Хватит того, что меня дома воспитывают. Все, поехали. – Бешир посмотрел на девушку и хотел, что-то сказать, но она перебила его и подогнала. - Давай.
Разочарованный и расстроенный парень снова запустил машину. Что он мог дать дочери такого человека, как Аднан? Она молода, она хочет эмоций. А что может он ей предложить, кроме бедности, стабильности, серьезности и своего глупого влюбленного, но верного сердца?
В музыкальной комнате Госпожа Арсен сплетничала с Мадмуазель. Сестра Аднана делилась опасениями, что брак ее брата с молодой девушкой мог быть ненадежным, но благо ее страхи не оправдались. Аднан выглядел счастливым, Бихтер была привязана к мужу, с чем согласилась и Мадам, хоть эта тема и задевала что-то глубоко в ее душе.
- Как Вам живется с Госпожой Фирдевс? Она привыкла к укладу этого дома? – завела другую волнующую ее тему Арсен.
Но и тут Мадам ее успокоила.
- Конечно. Госпожа Фирдевс очень милая женщина. Благодаря ей дом повеселел.
- Отлично. Потому что Аднан великодушен, но у него есть свои принципы, и он свои чувства скрывать не станет.
- Они прекрасно ладят между собой. Жизнь идет хорошо.
- Рада это слышать.
Госпожа Дениз не была из тех, кто выносил сор из избы, а уж тем более не стала бы судачить о тех, с кем живет под одной крышей, даже, если бы ее что-то не устраивало бы. Благо от дальнейших расспросов ее спасли Госпожа Фирдевс с дочерьми - Пейкер зашла попрощаться. Пока старшая сестра обменилась любезностями с ее золовкой, младшая застыла, сделав пару шагов и зацепившись взглядом за фортепиано. Она будто окунулась во вчерашний вечер. Вспомнила Бехлюля в костюме, его красивые пальцы, летающие над клавишами. Бихтер накрыла слуховая галлюцинация: в голове заиграла мелодия, которую вчера играл парень, и весь мир перестал существовать. Девушка обвила себя руками, стараясь сдержать поступающие слезы. Где ей искать защиты от этих чувств? Только у самой себя. Она не заметила взгляд матери, которая словно читала ее мысли. Фирдевс без лишних раздумий поняла, что занимало разум дочери, даже сама подумала, насколько была красива эта картина? Бехлюля, играющего в строгом черном костюме за пианино. Парень и так был хорош, благодаря симпатичной мордашке и крепкому телосложению, но умение играть... с помощью музыки успех был бы обеспечен ему во многих кругах романтичных девушек. Мало кого это оставило бы равнодушным, вот и ее дочь, кажется, стала попадать под его чары. Бихтер не заметила и того, как все вышли из комнаты, а она осталась одна, а мелодия не переставала играть. В голове ярко заиграли флешбэки с их поцелуем. Его горячие губы обхватывают ее. Как она отвечает на этот поцелуй непреднамеренно, но, разве, могла она сказать, что не хотела его? Из девушки вырвался тяжелый вздох, и картинка перед глазами пропала. Сколько бы она стояла здесь, потеряв счет времени, если не голос вернувшейся за ней матери?
- Бихтер, Пейкер уходит.
Этот взгляд, обернувшейся дочери, которая не сразу совладала с собой, застигнутая врасплох, словно взгляд потерянного ребенка... Фирдевс вопросительно качнула головой, но девушка молча вышла из комнаты проводить сестру. Благо прощание было быстрым, и Бихтер неосознанно вновь смотрела на приоткрытую дверь музыкальной комнаты.
- Бихтер, - вновь позвала ее мать и подошла ближе. – Кажется, ты, и в правду, заболела. – рука женщины коснулась лица дочери, все также смотрящей в одну точку. Хорошо, что мало кто замечал странности в ее поведении. – Ты ужасно бледна.
Видимо, заходить в музыкальную комнату было преждевременным шагом. Бихтер к этому оказалась не готова.
- Я устала, пойду посплю.
Удерживать жену Аднана никто не стал.
- Может, ей принять лекарства или врачу позвонить? – предложила Мадам.
Но Фирдевс покачала головой.
- Нет, сейчас я приготовлю ей наш семейный чай по рецепту нашей бабушки.
- Не надо, не утруждайте себя, я попрошу, чтобы его приготовили.
Фирдевс отмела и это предложение учительницы.
- Нет, я сама им скажу, и все проконтролирую. Это нетрудно.
Даже, если чай не поможет от «болезни», то хотя бы поможет дочери прийти в себя. Она в этом нуждалась.
- Надеюсь, там внизу не сплетничают снова. – с досадой покачала головой Госпожа Дениз, когда Фирдевс скрылась из виду, и поспешила вниз.
- Спаси Господи. – развела руками Госпожа Арсен, надеясь на удачу.
Внизу сплетничали, но не о Бихтер и Фирдевс. Служанки дома господина Аднана разглядывали глянцевый журнал с актрисами и моделями. Джамиле смело высказалась, что одной из девушек пора сменить модельера, а Несрин согласилась, добавив, что на эту девушку даже смотреть смешно. Именно за этим занятием их и застала Фирдевс. Громкими хлопками она заявила о своем прибытии, обратив внимание служанок на себя, и все на кухне закопошились.
- Быстрее, доставайте фрукты из холодильника. И лимон, лимон! – трясущимися руками Несрин достала из ящика яблоки с лимоном. Помощь Кати женщина отмела, сказав, что сама приготовит чай ее матери. – Шайастэ, пожалуйста, двухлитровую кастрюлю. – женщина кивнула, а Несрин стала убирать с мандаринов шкурки. – Не чисти фрукты, просто помой их. Мы положим их вместе с кожурой. - взволнованная Мадам показалась на пороге кухни, но благо все было спокойно. В помещении шла оживленная деятельность, и учительница впервые видела слуг такими шустрыми и сосредоточенными. – Есть липовый чай, Джамиле? - без дела не остался никто, Фирдевс умело всем нашла занятие. – Катя, налей в кастрюлю воды.
Мадам села за столик, с любопытством наблюдая за окружавшими ее людьми. За окном в этот момент шел ливень, заглушивший звук приехавшей машины – это вернулись дети со школы. И, если Бюлент попрощался с Беширом, то Нихал промолчала и удалилась наверх без слов. Ее молчание было красноречивым, Бешир без труда понял, что девушка на него зла. Засунув руки в карман машины, удрученный парень остался мокнуть под дождем, пока на кухне продолжалась бурная деятельность, разведенная Госпожой Фирдевс. Правда, через пару минут он сдался и зашел на кухню, потирая мокрые волосы. В помещении витал приятный аромат, пока Шайастэ мешала в кастрюле фрукты.
- Пусть еще немного покипит, а затем процеди и перелей в чайник. – контролировала весь процесс Фирдевс.
Бешир вопросительно посмотрел на Несрин, а та шикнула ему в ответ. Поведение слуг раздражало женщину, но спорить с ними она не собиралась, подгоняя Шайастэ, увлеченную процессом и без проблем выполняя любые указания матери Бихтер.
Вернувшись со школы, Нихал с Бюлентом наперегонки первым делом побежали к любимой тетушке Арсен. Конечно, несносный мальчишка тут же доложил тете о любовных похождениях своей сестры, к ее огромному неудовольствию. Пока брат красочно описывал позы и переглядки сестры с парнем у школы, Нихал только и успевала краснеть и вскрикивать: «Неправда!» Бюлент успокоился лишь тогда, когда в него прилетела подушка, но Госпожа Арсен быстро угомонила детей, сказав о больной и отдыхающей наверху Бихтер. Взяв Нихал под ручку, женщина удалилась с племянницей наверх, посплетничать о женском.
Когда Госпожа Фирдевс покинула кухню вместе с Несрин, несущей перед собой поднос, в помещении раздались облегченные вздохи. Мадмуазель проводила женщин до комнаты молодой хозяйки дома, проконтролировав, чтоб они благополучно добрались и наткнулась в коридоре на взволнованного Бешира.
- Госпожа Дениз, можем поговорить? - на парне не было лица, и женщина незамедлительно кивнула. - У Нихал есть приятель... Думаю, Вы в курсе. Сегодня он приехал в школу.
Учительница поняла о ком речь, сложив руки за спиной, она поторопила слугу:
- И?
- Он приехал с другом на мотоцикле. Я говорю не для того, чтобы донести... Вообщем, этот парень кажется несерьезным. - скрывая ревность заботой о девушке, Бешир тщательно подбирал слова. - Они ехали рядом с машиной, красуясь перед Нихал. Разогнались, занялись трюкачеством на дороге. А вдруг он захочет прокатить Нихал? Я беспокоюсь... - краем глаза парень заметил выглянувшую из-за угла Джамиле, которая с интересом их слушала, поэтому он быстрее подытожил свою речь. - И решил сказать. Это опасно.
Мадам в глубине души согласная, что нынешний избранник девушки ей не пара, с Баширом хозяйскую дочку обсуждать не собиралась. Женщина кратко улыбнулась и кивнула, сказав, прежде чем удалиться:
- Ясно, Бешир. Спасибо, что сказал.
Как учительница скрылась, Джамиле выступила вперед перед парнем с подозрением спросив:
- В чем дело?
Но, если она надеялась на честный ответ, то напрасно.
- Ни в чем. - ответил Бешир и ушел, надеясь, что его разговор принесет плоды, и Мадмуазель удастся достучаться до девушки.
Бихтер не спала, когда к ней зашла мать со служанкой. Фирдевс отпустила Несрин и лично разлила напиток, красноватый оттенок которого всколыхнул в девушке отдаленные воспоминания. Поблагодарив женщину, Бихтер приняла с ее рук свежезаваренный чай. Фирдевс ушла довольная собой, уже не видя, как дочь поднесла стакан к губам, но не смогла сделать и глотка. Аромат чая напомнил ей о том дне, как она ухаживала за больным Бехлюлем. Тогда она заботливо тоже заварила ему напиток по-бабушкиному рецепту. Посмотрев еще раз на жидкость в своей чашке, Бихтер отложила чай, не притронувшись и зарывшись с головой в одеяло.
«Боже, прошу, помоги мне.» - взмолилась она, что было так на нее непохоже.
Неужели, теперь каждая мелочь будет ей напоминать о Бехлюле? На свою выдержку она больше не рассчитывала. Если Бог есть, если он ее слышит, то пусть вырвет из ее сердца эти ростки предательского чувства. Хотя, может, в этом был непонятный ей смысл? Где-то на берегу моря Стамбула о том же молил светловолосый парень. Только вот если он полагался лишь на божью помощью, Бихтер решила взять все в свои руки. Нельзя надеяться лишь на высшие силы и ничего не предпринимать. Смахнув с себя одеяло, она вскочила на ноги и набрала номер Элиф. Модель, разглядывающая витрины магазинов удивилась звонку, но трубку взяла.
- Слушаю?
- Привет, Элиф. Как дела? Это Бихтер. - жена Аднана придала голосу жизнерадостность.
- Привет, Бихтер. Хорошо...
- Что делаешь? Ты работаешь?
- Нет, вышла за покупками.
- Чем займетесь вечером? Планы есть?
Нахмурив брови, Элиф отвечала, как есть, чувствуя, что девушка на том конце не просто так набрала ее и подводит к какому-то разговору.
- Я еще не говорила с Бехлюлем...
- Хотела пригласить вас к нам на семейный ужин. - перебила ее Бихтер.
- Я не против.
- Госпожа Арсен здесь, поужинаем вместе.
- Я поговорю с Бехлюлем. - улыбнулась модель. Кажется, потихоньку ее начали принимать в семью. - Спасибо за приглашение. Если не получится, я сообщу.
- Приходите, мы ждём.
Положив трубку, улыбка спала с лица Бихтер. Меньше всего она хотела видеть рядом с собой названную невесту Бехлюля, но, отбросив свои чувства, она признавала, что, возможно, в этой девушке скрывается ее спасение. Девушка даже наплевала на то, что в доме будет еще одна хозяйка. Она терпит дочь Аднана, неугодных ей слуг, мать, всюду лазившую в ее дела, еще одной женщиной больше - ничего, и это она стерпит, лишь бы спасти свой брак, лишь бы вырвать эти предательские чувства из груди.
Элиф была рада. Если у них с Бихтер и были какие-то недопонимания, то, видимо, они остались в прошлом. Возможно, с возвращением Хильми в семью все встало на свои места, мужчина все объяснил, а с нее были сняты все подозрения в статусе любовницы. Немедля модель набрала номер возлюбленного и доложила ему о звонке.
- Звонила Бихтер, пригласила нас на ужин. – выложила девушка после коротких расспросов о местоположении парня. На том конце повисла долгая пауза. – Бехлюль?
- Слушаю... - сумел лишь выдавить из себя тот.
В его голове пронеслось тысяча мыслей. Пока он думал, как снова показаться в доме на глаза дяди и его жены, Бихтер, видимо, решила вести себя так, словно ничего не было. И этой идей с ужином говорила ему об этом. По крайней мере, Бехлюль расценил этот жест так, пока Элиф наивно полагала, что хозяйка дома таким образом приносила извинения за недостойное поведение раннее.
- Я советуюсь с тобой. Давай поедем? Нас ждут. Она настаивала.
Об упоминании имени Бихтер в груди становилось тепло, улыбка на лице появилась сама собой, да и настроение парня стало явно лучше.
- Хорошо. – кивнул Бехлюль, которого и не нужно было долго уговаривать.
Договорившись о времени и месте встречи, молодые завершили разговор. Пока Элиф витала в своих мечтах, которые ей казались совсем недавно несбыточными, Бехлюль думал о том, что снова ее увидит.