"Запретная любовь."

Утро нового дня началось с неожиданного гостя. Нихат умилялся своему сыну, мирно спящему в колыбели и улыбающемуся во сне. Сегодня ему особенно хотелось позабыть обо всех делах и провести время с ребенком, но этого он позволить себе не мог, хоть виснувшая на его шее Пейкер была в восторге от данной идеи. Дверной звонок застал их с женой врасплох, нарушив семейную идиллию. Пейкер прошла к двери и открыла ее, увидев на пороге свою свекровь. Та улыбалась, но выглядела сильно бледной. Невестка пропустила вперед женщину, встретив довольно тепло и обняв. Айнур услышала голос сына, удивившемся ее приходу. По ее расчетам он уже должен был быть на работе, но, видимо, сегодня немного задерживался, благо парень уже был в сером костюме, а значит должен был вот-вот уйти.

- Мама? Как хорошо, что ты пришла. Пришла твоя спасительница, Пейкер. – улыбнулся Нихат, приветствуя мать. Несколько минут раннее девушка говорила ему, что хочет встретиться с сестрой, но чувствует себя беспокойной, когда оставляет ребенка только с няней.

- Если тебе надо ехать по делам, я могу посидеть с внуком. – мгновенно отреагировала женщина на слова сына.

- Нихат едет на работу, а я хотела встретиться с Бихтер, но это не срочно. – Пейкер указала рукой свекрови на диван, предлагая присесть.

- Прошу вас, не меняйте свои планы из-за меня.

Присматривайся к матери, парень только сейчас заметил темные круги под глазами, в спешке нанесенный макияж: тушь лежала на ресницах комками, на губах лишь розоватый блеск, неравномерно нанесенный тон.

- Мамочка... у тебя все нормально?

- Все хорошо. Вышла подышать свежим воздухом, а по дороге решила заглянуть к вам, увидеть внука. – муж переглянулся с женой, но та пожала плечами, сама ничего не понимая.

- На тебе лица нет.

- Не сомкнула глаз ночью, должно быть из-за этого. – и этот аргумент сына Айнур спокойно отмела. – Иди по делам, сынок, не хочу тебя задерживать.

Нихат посмотрел на Пейкер – его мать была в надежных руках, поэтому он не стал допытываться до правды дальше, лишь попросил женщину остаться до ужина и дождаться его возращения, но та отказалась от данного предложения. Айнур попрощалась с сыном, а Пейкер проводила мужа до двери. Затем она вернулась к свекрови, предлагая той позавтракать вместе, пока ее внук спит, но та отрицательно покачала головой.

- Хотите, могу сварить Вам кофе?

Снова отрицательное покачивание головой. Айнур не смотрела невестке в лицо и была, словно выжитый лимон, хотя всегда отличалась энергичностью. К тому же, та не сняла даже верхнюю одежду, расположившись в гостиной.

- Семья Аднана уже вернулась?

Почувствовав странное, словно вопрос был задан лишь для иллюзии поддержания беседы, Пейкер присела на корточки, чтобы поравняться с лицом женщины, сидящей на кресле, и вглядеться в него.

- С Вами, действительно, все в порядке? – Айнур попыталась улыбнуться, разглаживая в руках углы носового платочка, но почувствовала, как глаза снова защипало от слез. – Что случилось? – обеспокоенно поинтересовалась Пейкер.

- Извини, у меня сдают нервы, но мне нужно кому-нибудь выговориться, иначе я сойду с ума. – вытерев слезы, женщина продолжала. Пейкер не перебивала, выражая молчаливую поддержку. – Со вчерашнего дня я места себе не нахожу, Пейкер.

- О, господи, что же случилось? – девушка сочувственно коснулась руки плачущей свекрови.

- Хилми... Он мне изменяет. – Пейкер потрясенно обдумывала новость. - Прошу тебя, ничего не говори об этом Нихату. – попросила ее Айнур.

- Нет, конечно, я ему ничего не скажу.

- Мне так плохо... он разбил мне сердце.

Айнур заплакала пуще прежнего. Она думала, что слез больше не осталось, но они появлялись снова и снова. Она не стала искать правду в телефоне мужа, не желая опускаться до подобного унижения, словно ревнивая жена-истеричка, да и, скорее всего, он замел все следы, не стала слушать и ложь из уст мужчины. Она доверилась тому, что слышала и своему внутреннему чутью.

Чтобы противостоять воспалительным процессам в организме и поскорее выздороветь, врач прописал Госпоже Фирдевс антибиотики в уколах для инъекций. И которое утро женщины начиналось с болючего укола от вызванной на дом медсестры. Нихал, спустившаяся к завтраку, заглянула к Фирдевс пожелать доброго утра и справиться о ее самочувствии.

- Я так ослабла. Хочу скорее избавиться от этого состояния. – пожаловалась девочке мать Бихтер, когда та присела напротив.

- Вас должно быть сглазили.

- Скорее всего. – засмеялась Фирдевс. – Уж как надоело мне лежать.

- А Вы ничего не теряете, дома не происходит ничего такого, что могло бы привлечь Ваше внимание. Все идет по-прежнему. – женщина плохо понимала, куда клонит дочь Аднана, видимо, на ее любовь к сплетням. Нихал тяжело выдохнула и сказала то, зачем пришла. – А Вы ошиблись по поводу Бехлюля.

Фирдевс кивнула.

- Да, должна признаться, я была не права.

- Я же говорила, чтобы Вы не старались.

Женщина испытала жалость к девочке. Та была безответно влюблена и сейчас страдала.

- Я, на самом деле, считала, что вы друг другу подходите, Нихал. – это было честно. Фирдевс никак не ждала, что обстоятельства сложатся так, что Бехлюль сделает предложение Элиф, к которой не был серьезно настроен. Она хотела сблизить вместе девушку и парня, она видела эту пару вместе и видела их плюсы (из-за влиятельного отца Бехлюль вел бы себя примерным семьянином), держал бы в узде чувства к Бихтер, но судьба внесла свои коррективы, и сейчас она даже испытала чувство вины, что дала неоправданную надежду. – Откуда я могла знать?

- В это было трудно поверить еще с самого начала. Элиф ему больше подходит, чем я. – Фирдевс отвела взгляд. – Да ладно. – улыбнулась Нихал. – В конце концов, Вы поняли, что ошибались, и мы больше никогда не возвратимся к этой теме.

От этих слов дочери Аднана стало легче, это помогало поставить точку на теме Бехлюля. Постучавшись, в комнату вошла Мадам, застав Нихал у изголовья кровати Фирдевс, улыбающимися друг другу. Женщина помялась немного на пороге, но загнула внутрь, а девушка тут же встала на ноги, почувствовав себя неуютно – то она за спиной осуждает мать Бихтер, то потом мило беседует с женщиной, боясь, что учительница все не так поймет. Пожелав скорейшего выздоровления Госпоже Фирдевс, Нихал ушла, а Мадмуазель осталась.

- Милая моя Нихал, такая заботливая девочка. – протянула женщина, восполняя паузу после ухода дочери Аднана.

- Да. – кивнула учительница, отказавшаяся от предложения присесть. – К тому же, она крайне чувствительна. – Фирдевс скрестила руки перед собой, поняв, что Госпожа Дениз пришла с завуалированными претензиями. -Старается скрывать свои чувства, не делится ими ни с кем, все держит в себе.

- Да, золотце. Надеюсь, она хорошо отдохнула на каникулах?

Проигнорировав вопрос женщины, Мадмуазель подвела итог своей вежливой, но предупреждающей речи.

- Пустые идеи, не сулящие ничего хорошего, могут легко вывести ее из колеи, и мы взрослые должны быть предельно внимательно с ней.

Фирдевс кивнула, прекрасно понимая намек. Все это время учтивая улыбка не сходила с ее лица.

- Конечно, я заметила.

- Вот и хорошо.

Поскольку прямо ничего сказано не было и обороняться было не от чего, их обходительный диалог перетек в другое русло. Женщина поблагодарила учительницу за предоставленные книги, ведь если бы не библиотека Госпожи Дениз, то Фирдевс давно бы заскучала. Последний роман пришелся особенно по нраву матери Бихтер, Мадмуазель пообещала занести вторую часть и под этим предлогом удалилась.

В гостиной Нихал перебирала диски, не притронувшись к завтраку. Отец ушел на работу, брат был за компьютером, Бихтер уехала в центр, а спустившиеся Бехлюль и Элиф тоже собирались по делам, решив позавтракать по дороге, но это не помешало парню кусочничать с накрытого стола. Ненароком Нихал сообщила и о своих планах, провоцируя Бехлюля.

- А я собираюсь на встречу со своим парнем.

Тот перестал жевать и недовольно посмотрел на девушку:

- Ты, кажется, ищешь приключений, Нихал?

Реакция парня не была ревностью, она это понимала. Бехлюль относился к ней, как к сестре, но ей все-равно было приятно представить иное и забыться.

- Тебе-то что?

- А дядя знает об этом?

По тому, как с лица девушки пропала нахальная улыбка, Бехлюль все понял без слов. Их дальнейший спор прервала Элиф, попросив оставить девочку в покое, что парень и сделал, но пообещал вернуться к данной теме попозже. Пригрозив Нихал пальцем напоследок, Бехлюль покинул комнату следом за своей невестой. Скрыв глупую улыбку с лица, поскольку в гостиную заглянула Мадам, Нихал прошла за женщиной к раскрытому балкону. Погода была прекрасная, хоть серость после дождя еще имела место быть. В воздухе витал особый запах. Дочь Аднана пошла на хитрость, ибо разрешения на прогулку с Дениз ей никто бы не дал.

- Вы сегодня заняты?

- Нет, а что?

- Хотела предложить Вам пойти за покупками. Пройдемся по магазинам, прогуляемся. – Мадам была почти согласна, но сомневалась. – Я угощу Вас кофе.

- Ну тогда конечно. – засмеялась учительница.

Она пошла решать оставшиеся небольшие дела, а Нихал достала из заднего кармана джинс телефон и стала печать сообщения Денизу, обговаривая нюансы встречи. Вошедшая Джамиле попросила у дочери Аднана разрешения, чтобы убрать накрытый стол, но увлеченная перепиской девушка даже не подняла головы, зависнув в переписке.

Айнур выложила невестке о том, как узнала об измене. Как ни странно, но жена сына оказалась для нее самым близким человеком, кому она могла довериться.

- Это такое отвратительное чувство. Сразу ломает человека, опустошает. Я не верю, что это происходит со мной. – говорила женщина открыто.

Девушка слушала, давая свекрови выговориться. Когда-то она испытывала подобное с Бехлюлем, вечно мучаясь в оправданных подозрениях, но была рада, что ей хватило ума закончить этот токсичный роман и создать спокойную, счастливую семью. Телефон Пейкер зазвонил, и та попросила прощения, ответив на звонок сестры. Бихтер хотела условиться о месте встречи, но старшая сестра, кажется, была готова отменить их планы.

- Я сегодня не могу, Бихтер.

- Что-то случилось? – задала логичный вопрос младшая сестра.

Айнур запротестовала, но Пейкер качнула головой, давая этим жестом понять, что не может оставить женщину наедине с ее горем.

- Мама Нихата у нас в гостях.

- Пожалуйста, Пейкер. Я обижусь. – услышала на том конце голос женщины Бихтер. – Немного понянчаюсь с Дуруком и пойду. Мне нужно побыть на свежем воздухе.

Айнур уговорила невестку. Девушка уточнила у сестры местоположение встречи и отключилась, понимая, что у Бихтер из-за ее странной реакции назрели вопросы.

- Как-то некрасиво получилось. – отложила на столик телефон Пейкер.

- Все нормально. Ты собирайся, не заставляй сестру ждать.

Девушка присела поближе к уже успокоившейся свекрови и взяла ее за руку:

- Прошу Вас, не принимайте пока никаких решений. Возможно, все это несерьезно.

- Серьезно или несерьезно – я этого не потерплю.

- Вы правы. – кивнула головой Пейкер, понимая чувства женщины. – Как бы я хотела чем-то помочь Вам, разделить Ваши страдания.

- Ты мне уже помогла. Я поделилась с тобой, и мне стало легче. – не юлила Айнур. - Больше не собираюсь возвращаться к этому разговору, и ты, пожалуйста, забудь все, о чем мы говорили.

- Хорошо, можете не сомневаться. – пообещала ей невестка, улыбнувшись.

В кафе у морского побережья Бихтер ждала сестру, наблюдая за неспокойным морем. Сколько тайн оно хранило, могло ли сохранить и ее тайну? Унести далеко-далеко к другим берегам и разбить там об побережные скалы? Могла ли она выплеснуть все чувства в него и вернуть себя прежнюю? Верящую, что сделала правильный шаг, выходя замуж. Не думающую о другом мужчине, а душой и телом принадлежавшую мужу. От мыслей ее отвлек приход сестры.

- Похоже, твоя свекровь не хотела тебя отпускать. – пошутила девушка, пока Пейкер снимала пальто.

- Замолчи, Бихтер. У меня и так нет настроения.

Поняв, что ее шутки неуместны, девушка вмиг стала серьезной.

- Это написано у тебя на лице. И по телефону ты ничего не сказала. В чем дело?

Сестра не стала ходить вокруг да около и честно выложила:

- Хильми изменяет Госпоже Айнур.

Но Бихтер не оказалась обескураженной.

- Ничего удивительного. Он еще тот тип.

- Но ты даже не можешь представить с кем.

- Неужели, это еще наша знакомая?

Пейкер активно закивала головой.

- С Элиф. – Бихтер не сразу подумала на невесту Бехлюля. Мало ли Элиф было в Стамбуле? Но в такое совпадение мало верилось. – Я дала слово Госпоже Айнур не обсуждать это даже с Нихатом, но, с другой стороны, это проблема также относится и к вашей семье.

Подошедший с меню официант заставил Пейкер отвлечься.

- Я так и знала. Как чувствовала, что за этой маской скрывается коварная личность. А это точно Элиф?

- Айнур случайно подслушала их телефонный разговор. На следующей неделе у его любовницы в Италии состоится дефиле. Ты помнишь, что вчера Элиф говорила об этом? Или это просто совпадение? В этом дефиле принимает участие всего четыре человека. – с каждым словом сестры Бихтер становилась все мрачнее и мрачнее. - Госпожа Айнур не знает, что его любовница, на самом деле, невестка Бехлюля.

- Значит вчера вечером Элиф с ним говорила, а за ужином вела себя, как невинная овечка.

Младшая сестра сделала глоток кофе.

- Прошу тебя, никому не говори. Если об этом узнают, то разразится большой скандал.

- Но Бехлюль-то должен об этом знать. – посчитала Бихтер, и Пейкер была с ней солидарна, но не хотела, чтобы ее слова стали поводом для большого недоразумения.

Прежде, чем предпринимать какие-либо действия, необходимо было прояснит ситуацию. Подставлять модель не хотелось, если она не имела к этому инциденту отношения. Сестры переглянулись. Бихтер пообещала найти решение данной проблемы и стала судорожно размышлять, как вывести невесту парня на чистую воду. Девушка хотела уверить себя, что делает так лишь беспокоясь о репутации семьи, но отчего она испытала облегчения, поняв, что помолвка Бехлюля и Элиф висит на волоске? И ей оставалось лишь достать ножницы и перерезать эту тонкую линию.

Нихал стоило больших усилий привести женщину к нужному кафе. По пути та так и останавливалась у витрин магазинов, желая ознакомиться с ассортиментом, а дочь Аднана настаивала сначала чего-нибудь выпить. Парень уже ждал их в заведении, попивая сок, и Нихал широко улыбнулась, когда увидела его за стеклянными дверьми.

- Мадмуазель. – позвала она женщину, переходящую дорогу. – Смотрите, это он. Какое совпадение. – Дениз поднялся со своего места и двинулся к выходу, чтобы встретить женщин.

- Тебе не стыдно, Нихал? – в голосе учительницы звучал укор. – Ты меня разыграла.

- Клянусь, нет.

- Замолчи. – строго одернула ее Мадам, не терпящая лжи. – Это некрасиво с твоей стороны.

- Но я ничего не подстраивала. – продолжала возражать девушка. – Это чистая случайность.

Учительница попросила ее еще раз замолчать. Нихал на удивление не стыдилась своего поступка. Она пожала парню руку, приветствуя того. Дениз протянул руку и женщине, и та тоже пожала ее. Далее Мадмуазель слушала спланированный диалог двух молодых людей, как, якобы одна гуляла по магазинам, а второй ждал друзей в кафе.

- Может присядем? – предложил обворожительный парень.

- Да. – ответила Нихал.

- Нет. – гаркнула в ту же секунду Мадам.

Она ссылалась на занятость, но слишком сильно Нихал упрашивала ее выпить хотя бы одну чашку кофе, а ее тезка присоединился к уговорам девушки. Женщина уступила, не став вредничать, хоть ее подопечную и стоило проучить. Все-таки одна чашка кофе займет не так много времени.

Бихтер думала недолго. Уже за ужином с семьей она знала, как поставить шах и мат Элиф за три хода. Госпожа Фирдевс за столом отсутствовала, придирчиво осматривая свое лицо в комнате на предмет новых морщин, и ужин ей Катя принесла в постель. Элиф была на репетиции в честь предстоящего показа мод, и это было хорошим шансом, чтобы сделать то, что девушка задумала. Хоть они старательно с Бехлюлем и избегали прямого взгляда, Бихтер поинтересовалась тем, когда приедут родные его невесты, а потом, ссылаясь на то, что не хочет встречать гостей дома без мужа, предложила отличную альтернативу – конный клуб. Территория заведения была огромной, помимо того, что там можно было выпить кофе и покушать, также можно было покататься на лошадях, что, однозначно, впечатлило бы гостей. Никто против не высказался, Бюлент даже обрадовался – он мог увидеть жеребенка Дурука вживую. Бехлюль был в небольшом замешательстве. Он чувствовал скрытый мотив за действиями жены дяди, но не понимал какой. Все эти дни она открыто демонстрировала свое «фи» в сторону его невесты, но вдруг с энтузиазмом стала готовиться к встрече с его родными. Бихтер была его головоломкой, которой он никак не мог разгадать. О предыдущей ночи они оба умалчивали, словно ничего не произошло. А что, в принципе, было? Он признавался в любви невесте, а Бихтер случайно их спалила. Пусть все останется так. Лишь одна Нихал высказалась, что на выходные у нее могут быть планы с «друзьями», но отлучится в такой день ей никто не разрешил. Первый ход Бихтер сделала, теперь необходимо было задуматься о втором – подгадать время так, чтобы Элиф и Господин Хильми оказались в конном клубе в одном месте и времени. В свою очередь Пейкер предстояло отпроситься у Нихата, чтобы в выходные быть рядом с сестрой. Девушка приготовила пасту с соусом "А-ля Болоньезе" и подала мужу тарелку. Тот, конечно же, поинтересовался у жены, что беспокоило его мать? Пейкер соврала, не глядя ему в глаза, что та просто не выспалась и дело было в возрасте.

- Мы посидели, поговорили, потом я пошла на встречу с Бихтер, а она осталась тут с Дуруком. – описывала коротко свой день девушка, пробуя пасту перед включенным на фоне телевизором. – Я предложила ей остаться на ужин, но она ушла.

- Отец не любит ужинать в одиночестве. Даже, если мама не ест, он просит, чтобы она сидела с ним за столом. – улыбнулся Нихат, предаваясь воспоминаниям.

Сконфуженная Пейкер промолчала. Ее мужу необязательно ждать, что, вряд ли, его родители сегодня ужинают вместе.

- Бихтер с семьей придут в наш клуб на выходные. Придут теща и тесть Бехлюля, их туда и повезут, там организуют встречу.

- Не понял. У них больше нет места для организации встречи с гостями? – удивился Нихат, тщательно пережевывая пищу.

Пейкер и сама понимала, что ее слова звучат странно, но придерживалась придуманного плана.

- Бихтер сказала, что это будет что-то новое.

- Ладно, пускай так. – пожал плечами парень.

После непродолжительно молчания, девушка спросила:

- Бихтер и нас пригласила. Пойдем?

- А что нам там делать, дорогая? – Нихат намотал на вилку спагетти, но не поднес ко рту. – Какое нам дело до семьи невесты Бехлюля?

- Милый, я просто передала приглашение Бихтер. Если не хочешь – не пойдем. – торопливо защебетала жена, избегая ссоры.

- Не хочу. – поняв, что его слова звучат резко и могут обидеть, Нихат пояснил, отложив тарелку и взяв в руки сок. – Отец там каждые выходные. Я разозлюсь, если мы встретимся. Так что забудь, мы проведем день вдвоем.

Пейкер поджала губы, но решение мужа приняла. В принципе, она догадывалась, что так все и сложится. Хоть ее муж и хотел примирения, но специально попадать отцу на глаза не стал бы, а еще, видимо, он до сих пор остро реагировал на все, что касалось темы Бехлюля.

За столом Нихал то и дело отвлекалась на оповещения своего мобильного, что выглядело не совсем вежливо. Мачеха, наблюдая за улыбкой падчерицы, поинтересовалась:

- Хорошая новость?

- Да. – кивнула девушка, отложив телефон.

- Могу спросить от кого сообщения?

Ответа Бихтер не получила. Нихал замялась, а затем попросила Мадмуазель передать ей хлеб.

- Нихал, Бихтер задала вопрос. – среагировал Аднан. Он видел, что жена сделала это без злого умысла, надеясь, что девушка подробнее расскажет о новом знакомом, но даже, если его дочь не хотела об этом говорить, то могла бы сослаться на письма от подруг.

- Ничего, родной, неважно. – мягко попросила Бихтер, пригубив вина.

Но Аднан не был настроен столь примирительно.

- Что происходит, Нихал? Есть что-то, чего я не знаю? – конечно, дочь ответила отрицательно, переглядываясь с учительницей, а, когда Бюлент попробовал возразить, что она врушка, то под столом получил смачного пинка по ноге, который заставил его моментально заткнуться. Бехлюль специально поинтересовался, почему мальчик айкнул, на что тот ответил, что прикусил язык. Но Аднану было не смешно. – Не хотите говорить, я давить не стану. Надеюсь, не наделайте глупостей в мое отсутствие. – строго произнес мужчина, бросив красноречивый взгляд на Госпожу Дениз. Та моментально его поняла и попросила хозяина дома не волноваться.

- Дядя, я тоже присмотрю за всеми. Ничего плохого не случится, пока тебя не будет. Обещаю тебе.

Бехлюль произнес эту фразу вполне серьезно, но она вызвала у Бихтер ироничную усмешку на губах, которую она поспешно скрыла, пригубив еще вина. Парень был последним человеком на земле, кому бы она доверяла на месте Аднана, особенно учитывая то неведомое, что вчера произошло между ними под боком у спящего мужа. А еще на месте Бехлюля она бы не давала таких громких обещаний, ведь плохое может произойти без его ведома, особенно если она этому поспособствует. А она поспособствует...

Элиф вся извелась в ожидании родителей в компании Бехлюля. Судьба сыграла с нею злую шутку, когда на ум Бихтер пришло провести выходной день и познакомиться с ее родными в конном клубе. Откуда эта идея вообще взялась? Модель молила небеса об одном, чтобы сегодня Хильми не явился в клуб, но вслух капризничала, то говоря, что родителям здесь не понравится, то напоминая о том, что путь до данного места будет для них слишком длинным. Конечно, все свое недовольство она выливала парню наедине, пока остальные ворковали с жеребенком. В итоге ей все же пришлось прикусить язык, когда терпение жениха лопнуло, и он намекнул на ее нервное и неадекватное поведение, и в очередной раз защитил Бихтер, добавив, что лучше места для встречи нельзя было и придумать.

Хоть Пейкер физически и не присутствовала в клубе, она была там мыслями и постоянными звонками сестре проверяла обстановку. Когда она набрала в очередной раз Бихтер, та притормозила, якобы поправляя обувь и жестом показывая Мадам с детьми, чтобы те ее не ждали и шли вперед, отвечая на звонок. Ни Хильми, ни родителей Элиф еще не было, о чем и оповестила сестру Бихтер.

- О Боже, я умру от любопытства. – краем глаза наблюдая за мужем, выходящим из ванной и направившимся в комнату к сыну, прошептала Пейкер.

- Я вам предлагала. Было бы хорошо, если бы пришли.

- Нихат отказался. Если бы настаивала, то он что-нибудь заподозрил бы.

- И мои могут заподозрить, отключаюсь.

Взяв с сестры обещание позвонить, когда будут новости, Пейкер положила трубку и, заслышав шаги за спиной, повернулась к мужу с малышом на руках, которого было пора кормить.

- С кем разговаривала? – спросил Нихат, передавая ребенка жене.

- С Бихтер.

- Это уже который звонок на сегодня. Что-то случилось?

- Нет, а что может случиться? – жена улыбнулась мужу и, укачивая сына на руках, увела его есть кашу.

Кажется, он поверил ее улыбке и будничному тону.

Кислую мину Элиф заметно было издалека. Нихал даже поинтересовалась у девушки, что произошло, когда зашла в кафетерий на территории клуба. Но та соврала о головной боли. Мадам любезно предложила таблетку, но модель не торопилась ее выпить. Может, попозже, если боль не отступит. Ее родители - Госпожа Асия и Господин Ялчин, наконец, приехали. За окном было видно черную затонированную машину Аднана, водитель которой сегодня был в распоряжении родных Элиф. Родственники девушки были в восторге от столь теплого приема и рады знакомству с семьей будущего зятя, так что все опасения модели были напрасны. Она и сама понимала, что высосала проблему из пальца, переживая за иное. И причина ее переживаний в данную секунду, пока Бихтер мило беседовала с ее матерью и отцом, извиняясь за отсутствие мужа, который был заграницей, подъехала в черном внедорожнике к зданию кафе. Хильми сразу же бросилась в глаза коалиция Господина Аднана при входе, обнаружив среди них и Элиф, потупившую взор при виде него. Он настороженно кивнул Бехлюлю, сидевшему рядом с моделью, осознавая, что девушка не врала за наличие жениха, но удивился он больше тому, кем тот был.

- Что-то не так? – спросил Господин Ялчин в строгом сером костюме, когда все резко притихли. Мужчина был черноволосым с пышными усами над губой.

- Пришел тот, кого не любит наша семья. – уклончиво ответил Бехлюль.

- Господи, я не ожидала, что мы его тут увидим. – пробормотала Бихтер, в душе ликуя, что мужчина явился. Она, конечно же, почувствовала, как сжалась Элиф, стараясь выглядеть незаметнее, и как Хильми смотрел на них. Это был слабый показатель, но она цепким взглядом наблюдала дальше.

- Разве, он не член этого клуба? – отозвался Бюлент, не понимая, почему все так удивились. – Здесь есть и его лошади. Понятно, почему он пришел.

Разумная речь мальчика улыбнула Мадам и Бихтер. Хильми присел в компанию знакомых бизнесменов, изредка наблюдая за знакомыми лицами. Разговоры плавно перетекли о детях Аднана, о том, откуда родом Элиф. Перекусить родители девушки пока не желали, и все решились прогуляться по территории конного клуба, кроме двух людей – взволнованной Элиф и Бихтер. Модель отлучилась якобы в уборную, а Бихтер – проверить кухню. Жена Аднана спряталась в проходе, прекрасно видя, как невеста Бехлюля не прошла ни в какую уборную, а встала и, когда Хильми обратил на нее внимание, легким кивком головы указала тому на дверь. Чувствуя себя героиней шпионского фильма, Бихтер, накинув на себя пальто, проследила за удаляющейся девушкой без верхней одежды и, минутой спустя, поспешившем за ней Хильми, наспех попрощавшегося со знакомым. Если бы шагающие на прогулке Бехлюль, Мадам, дети или родители Элиф обернулись бы, то заметили бы трех людей, прошмыгнувших в противоположном от них направлении. Элиф и Хильми спрятались за углом соседнего здания для короткой беседы, а Бихтер прислушалась, не сворачивая.

- Элиф, что это значит? – сразу спросил мужчина.

- Прошу, не подавай виду, что мы знакомы.

- Парень, про которого ты говорила, это Бехлюль?

- У нас скоро помолвка. Прошу, не усложняй ничего. – взмолилась девушка, а Бихтер сделала шаг вперед, чтобы оказаться в поле зрения Элиф. Дальше подслушивать не было смысла. Все было понятно и так. - Пожалуйста. – краем глаза, заметив движение, модель повернула голову, и ее глаза расширились от ужаса, когда она увидела Бихтер.

Молодая хозяйка дома смотрела на нее с насмешливой улыбкой, а Хильми что-то говорил, что она разобрала не сразу:

- Поздравляю, Элиф. Я рад. Желаю счастья.

- Спасибо. – выдавила из себя она.

Мужчина ушел, шагая вперед и не заметив Бихтер, а Элиф подскочила к собирающейся уходить девушке и окликнула ее.

- Это не то, чем кажется.

Бихтер, словно издевалась над ней, со спокойным выражением спрашивая в ответ.

- Что такое? А чем это кажется?

- Мы просто давно знакомы.

- Угу, я заметила.

Саркастическое выражение лица Бихтер вызывало раздражение. Поняв, что в той ей не найти поддержки и женской солидарности, модель перестала оправдываться и не стала что-либо объяснять. Разумным было найти Бехлюля и сообщить ему все первой, пока кто-то иной не донес ему эту новость в искаженном формате. Защититься прежде, чем Бихтер нанесет удар. Смотря вслед уходящей Элиф, Бихтер достала телефон и написала сестре сообщение с понятным им обеим смыслом, не вдаваясь в подробности: «Да, это точно».

Задремавшая Пейкер встрепенулась. Не от звука уведомления, а почувствовав, как муж потянулся к ее телефону, но она опередила его, соврав о тексте сообщения. Девушка жаждала подробностей, но предлог проверить сына, который был у Госпожи Айнур в соседней комнате, не сработал. Нихат прижал жену крепче к себе, прося насладиться обеденным сном и не волноваться. Пейкер подчинилась, но, вряд ли, ей получится теперь сомкнуть глаз.

Девушки появились друг за другом в конюшне - Бихтер с небольшим опозданием. Хозяйка дома пригласила гостей обедать, а Элиф, крепко держа за руку Бехлюля, словно невзначай спросила, чувствуя молчаливую угрозу, исходившую от девушки:

- Вы видели лошадей Хильми?

Бихтер поняла маневр модели и не вмешивалась, внимательно слушая, как та дальше повернет диалог. Дети Аднана ответили, что видели, и те находятся в другом загоне. Все внимание Бюлента было на жеребенке Дурука, и он теперь хотел себе такого, а Нихал подшучивала над ним, говоря, что они обязательно приобретут ему лошадь и привяжут ее в гараже.

- Ты откуда знаешь, где лошади Хильми? – удивился Бехлюль.

- Я раньше сюда с друзьями приходила, тогда познакомилась с Хильми.

- Ты мне не говорила.

- Ну, потому что вы его терпеть не можете.

Бехлюль хмыкнул, а Бихтер не сдержалась, с намеком проговорив:

- А он почему-то быстро собрался и ушел, не остался надолго.

- Хорошо, что Фирдевс не пришла, я бы не выдержал еще больше негатива. – пошутил парень.

Они прошли обедать. Бехлюль приобнял Элиф, а она успела ему шепнуть, что ей будет нужно поговорить с женихом. В любом случае ей нужно рассказать и остальную часть, Бихтер, идущая последней и не отрывающая взгляда от них, так просто все не оставит, но благо начало темы уже было положено.

Госпожа Фирдевс, почувствовав себя лучше и заскучав дома, решила вспомнить былые времена, где она бездумно тратила деньги ныне покойного мужа в ювелирных магазинах. Знакомая продавщица любезно предоставила вниманию женщины самые эксклюзивные украшения, одним из которых было кольцо со цветком распустившейся лилии - нежный дуэт в белом золоте и лепестками инкрустированными сияющими бриллиантами. Фирдевс примерила ювелирку на безымянный палец, наблюдая, как переливаются камни в искусственном освещении магазина. В планы женщины не входило тратиться, а лишь утолить голод по красивым украшениям, хотя бы посмотрев на них, поэтому она отмела предложение продавщицы присмотреть еще бриллиантовое ожерелье с каплевидными рубинами, честно признавшись:

- Очень красиво, но я не планирую ничего покупать.

- Вы передумайте, увидев это.

Женщину не смутил отказ потенциальной покупательницы. Очень часто люди сначала присматривались, узнавали о новинках, не сразу решаясь выложить крупную сумму. Она открыла черный футляр, продемонстрировав иное ожерелье - колье с щедрой россыпью бриллиантов и изумрудов. Фирдевс ахнула, поинтересовавшись о цене украшения, перебирая пальцами сверкающие камни. Продавщица написала сумму на листке ежедневника и протянула женщине. Последняя попыталась скрыть, насколько данные цифры были для нее непосильными.

- Не нужно. – улыбнулась она, вернув себе самообладание.

Предложение о скидке Фирдевс тоже отклонила, мягко попросив не соблазнять ее. Но, видимо, сам Бог велел данному магазину сегодня выполнить план продаж за месяц. Севиль, гуляющая по торговому центру, заметила свою подругу и не смогла пройти мимо.

- Дорогая, как ты? – обратилась она к Фирдевс, чмокнув ту в щечку, после того как поприветствовала продавщицу ювелирного магазина. - Тебя вообще не видно, я соскучилась. И ты стала затворницей. – намекнула Севиль на положение подруги, переставшей посещать светские мероприятия.

- Я была заграницей. – напомнила Фирдевс, что ее положение не столь плачевно.

Разговор зашел о предстоящем благотворительном вечере, над котором так старается Бихтер. Севиль и сама готовилась к выходу в свет, заказав и себе парочку украшений.

- А ты какую прелесть покупаешь? – взгляд женщины наткнулся на кольцо на пальце подруге, а затем прошелся по ожерельям, представленным на столе.

- Еще не решила, думаю. – переобулась Фирдевс, несколькими минутами раннее собиравшаяся уходить без покупок, но упасть лицом грязь перед главной сплетницей города она не хотела.

- Аа, это оно, не так ли? Известное колье. – узнала ювелирное украшение с изумрудами женщина. – Зумруд поругалась с мужем, когда он не купил ей это колье. Это недавно было. Я поехала к ней на игру, смотрю такая изысканная ваза стоит у всех на виду. Всем показывает и с гордостью говорит, что это наследие Мелиха, купила на аукционе. Как неприлично, лучше промолчала бы, все и так знают. У меня сердце кровью обливалось, когда я думала, как тебя это расстроит. Ужас.

В лживое сочувствие подруги Фирдевс не верила, иначе та элементарно не рассказывала бы это прилюдно. К тому же она хорошо помнила, как застала ту за одним столиком со своим врагом. Севиль была той, кто первой доложит всему городу, что ей теперь остается ходить по ювелирным магазинам и разглядывать украшения вместо того, чтобы покупать их. Женщина нервничала, жалость выдержать она не могла. Она постаралась вложить в своей ответ все достоинство:

- С чего мне расстраиваться, дорогая? Я специально все продала, чтобы не вспоминать о прошлом.

Фирдевс сняла кольцо с пальца и под взглядом молчаливой продавщицы, которая доверила дело случаю, положила обратно в футляр.

- Так-то оно так. Ты это купила? – Севиль взяла в руки коробочку с кольцом. Фирдевс кивнула. – Ах, шикарная вещь! И очень дорогая. – заметила ценник женщина.

Желая обернуть все в свою пользу, Фирдевс в голову пришла гениальная мысль. Ее взгляд метнулся к изумрудному ожерелью.

- И это тоже беру. Завтра отправьте на виллу семьи Зиягиль, там и расплачусь.

- Если у Вас есть водитель, мы отдадим украшение сейчас, а завтра разберемся с оплатой.

- Хорошо.

Фирдевс не видела лица Севиль, но чувствовала, как та шокировано смотрит на нее. Новая сплетня была готова – Фирдевс, не торгуясь, купила украшение, которое не смогла приобрести Зумруд. Пусть та довольствуется вазами, когда женщина будет блистать с бриллиантами. А как расплатиться - она обязательно придумает. У нее на это было 24 часа.

По дороге домой – в машине Бехлюля, Элиф успела выложить жениху все подробности ее отношений с Хильми. К ее удивлению, он все воспринял спокойно, но в этом и таилась угроза.

- Бехлюль, не молчи, пожалуйста. Скажи что-нибудь. – попросила она, смотря, как парень сжимает руль.

- Я же сказал «нормально», что мне еще сказать?

Мысли Бехлюля сейчас занимала Бихтер. Почему она все это провернула? Чего хотела добиться?

- Скажи, что ты мне веришь. – парень молчал и оставался холоден. - Клянусь, я познакомилась с ним во время нашего разрыва, но между нами ничего не было ни до, ни после. Он не оставлял меня в покое, настаивал, я только пару раз сходила с ним на ужин, а затем... затем я с ним порвала, а он все звонил и не успокаивался, настаивал на встречах.

- Это потому что ты моя девушка.

- Бехлюль, я перед тобой ни в чем не виновата.

- Услышу обратное – все закончится. – зловеще произнес парень.

Он верил Элиф, но ему было на руку, что девушка чувствовала себя виноватой и переживала. По крайней мере, прощать он ее сразу не собирался, это был повод разорвать помолвку, но он пока не понимал, стоит ли им воспользоваться.

- Думаешь, я хочу тебя потерять? Верь мне, пожалуйста, я говорю правду.

- Ладно, как скажешь.

Они были уже у многоквартирного дома Элиф. Машина, остановившаяся за ними, привезла родителей девушки. Бехлюль, как требовало того правила приличия, попрощался со своими будущими тёщей и тестем, обменявшись с ними любезностями, не показывая им, что между ним и их дочерью что-то произошло. Пара поднялась наверх, оставив молодых наедине. Элиф подошла и поцеловала парня в щечку, попросив позвонить. Он позволил ей это сделать, а затем развернулся и сел в машину. Перед тем, как уехать, Бехлюль припустил стекло, посмотрев на свою поникшую невесту, которая ждала у подъезда, пока он не отъедет. На несколько секунд ему даже стало жаль Элиф, вся ее проблема была в том, что он попросту ее не любил.

Не успела Бихтер вернуться домой, как первым же делом позвонила сестре, умирающей от любопытства. Нихат оставил жену и заглянул к матери с сыном.

- А где Пейкер? – спросила Айнур, наблюдая, как сын берет на руки внука.

- Болтает с Бихтер. Та рассказывает ей о том, как они познакомились с новыми сватами.

- Чьими сватами?

- Бехлюль же обручился. Сегодня было знакомство с родителями девушки. – Дурук закряхтел в руках отца.

- Бехлюль обручился? Не верю. – Нихат в ответ тоже пожал плечами, он и сам плохо верил в происходящее. – Кто невеста?

- Она модель. – сердце Айнур пропустило удар.

- Мы ее знаем?

- Ты видела в газетах ее фотографии. На днях вышла статья под заголовком «Турецкие модели в Италии». Элиф. Она и в рекламе иногда снимается. Ты ее узнаешь, когда увидишь.

Женщине стоило большого труда спокойно произнести:

- Не знаю. Наверное, да. – когда в гостиной появилась невестка, взявшая ребенка у Нихата, Айнур уточнила у девушки. – Пейкер, Бехлюль, оказывается, женится. Нихат только что рассказал.

- Все верно. У него скоро помолвка.

Нихат отошел в душ, а свекровь спросила уже яснее.

- Это девушка модель, и ее зовут Элиф. Возможно ли такое совпадение?

Пейкер повернулась и посмотрела прямо. Мир, действительно, был тесен, и Айнур предстояло тоже в этом убедиться:

- Нет. Думаю, нет.

Женщины поняли друг друга без дальнейших пояснений.

Фирдевс вернулась домой чуть позже остальных членов семьи. Благо все разбрелись по своим комнатам, что было ей на руку. Отправив встретившую ее Катю на кухню за содовой, женщина прошмыгнула к себе и спрятала футляры с драгоценностями во встроенный сейф внутри шкафа. Она ни о чем не жалела, разглядывая в спешке украшения. Бихтер она скажет о них только после окончательной покупки. К сожалению, ее дочери не отличались благоразумностью и не беспокоились о слухах, что гуляли вокруг их семьи. Сдавать обратно кольцо и колье она не собиралась, этот поступок стал бы достоянием общественности, и разговоры о ее нищем существовании на иждивении у богатого зятя снова бы поползли в округе, а она во чтобы то не стало должна была вернуть себе «доброе» имя. Да, может, она и живет у младшей дочери и на деньги ее мужа, но пусть все злопыхатели знают, что на широкую ногу.

Несрин принесла Нихал кусочек шоколадного пирога в комнату, а затем удалилась, оставляя девушку с учительницей наедине.

- Какой странный день, не так ли? – предалась размышлениям дочь Аднана. – Мы познакомились с тестем и тещей Бехлюля. Шутки-шутками, а он скоро будет женихом...

Нихал затосковала, Мадам это прочувствовала. Но, чем скорее девушка примет реальность, тем лучше.

- Это уже не шутки, все очень серьезно.

- Да. – через силу улыбнулась Нихал и склонилась над раскрытыми тетрадками с домашним заданием.

Мадмуазель решила оставить девушку наедине, выразив надежду, что та, воспользовавшись ее отсутствием, не станет чатиться в телефоне. Нихал в шутку потянулась за мобильным, но затем призналась, что Дениз снова в Улудаге, и их общение пока встало на паузу, поскольку парню там явно не до интернета. Пожелав Нихал удачи, учительница прошла проведать Бюлента.

Бешир протирал стекла автомобиля, когда услышал ворчанье подходившего к нему Сулеймана. Тот, переваливаясь, сел на табуретку на улице, следя за работой молодого слуги, и отчитывал того за перемешанные ключи и беспорядок в сарае. Парень молчаливо вытерпел упрек, поскольку голову его занимали другие мысли, и, сжимая в руке тряпку, подошел к мужчине.

- Дядя, Сулейман, я должен тебе кое-что сказать. – старый слуга дома подготовился выслушать Бешира. Тему было начинать непросто, но ситуация требовала разъяснения, а кто как не мужчина поймет другого мужчину? – Ходят неприятные слухи, и мне это не нравится. Несрин выдумала невесть что... - парень махнул тряпкой в сторону дома, где сейчас прибиралась служанка, подбирая стыдливо слова. - Будто я с Катей... будто между нами что-то есть... Тетя Шайастэ ей поверила, но я уверяю Вас, что ничего подобного нет.

Сулейман постарался выглядеть удивленным, хоть эти слухи он и слышал, но мужчина, действительно, был удивлен тому, что Бешир решил об этом заговорить.

- Несрин, конечно, любопытная, любит поболтать, но в подобном просто так никого не обвинит. – прокряхтев, слуга выбрал позу поудобнее на стуле. – Хотя и до меня эти слухи дошли. – поскольку парень говорил честно, Сулейман тоже решил быть открытым и шепотом поделился, откуда все пошло. - Несрин видела, как Катя среди ночи выходила из твоей комнаты.

На лице Бешира отразилось ясность сложившейся ситуации, когда пазлы в его голове сложились.

- Катя заходила в мою комнату, но я ее прогнал, сразу же выдворил за дверь. Как Вы можете так думать, дядя Сулейман?

- Что тебе сказать? Честно, я тоже не поверил, когда услышал, но... - намекнул на то, что дело молодое мужчина. Хоть Бешир и казался порядочным человеком, но времена были иные.

- Клянусь, я в ни в чем не виноват. – парень положил руку на сердце. Ему было важно вернуть себе доброе имя и репутацию. – Ты же знаешь эту женщину, она немного странная, вообще никого и ничего не стыдится. Да, она вешается мне на шею, но я держусь. Сначала решил не обращать внимания, я подумал она поймет, но нет, потом пришлось нагрубить ей. – Сулейман кивал головой, соглашаясь с доводами молодого слуги. – Мне очень неудобно говорить на столь личную тему с дамами. Не могу сам им объяснить... Поговори ты с ними, пусть перестанут меня обвинять. – призвал к помощи авторитета среди слуг Бешир.

К тому же, мужчина был самым старшим, самым мудрым среди них. И было бы лучше, если бы он потом все объяснил жене, а та Несрин, чем, если бы сам парень стал бы говорить с женщинами на столь деликатную тему. Заручиться поддержкой Сулеймана удалось. Он никого не судил и ни в чьи дела никогда не лез, но раз тут просили лично, то готов был оказать содействие тому, кого считал почти сыном.

- Хорошо, скажу.

- Пожалуйста, а то я не могу смотреть им в глаза. – не унимался оскорбленный слуга.

Приехала машина Господина Бехлюля, о чем сказал парню Сулейман, но тот не спешил встречать гостя, продолжая тему и говоря, что его оклеветали. Мужчине пришлось слегка повысить голос, чтобы напомнить Беширу о его обязанностях в доме, а со всем остальным он обещал разобраться сам.

Бехлюль припарковал машину у крыльца дома и, проигнорировав приветствие Бешира, вошел в особняк. Но сделал он это не специально, пребывая в своих мыслях, ему хотелось поскорее поговорить с Бихтер на чистоту. Он мысленно молился, чтобы та не заперлась у себя в комнате, и Бог услышал его молитвы. Девушка собиралась в гостиную и, заслышав шаги стремительно быстро поднимающегося человека по лестнице, приостановилась, чтобы понять кто это.

- Что-то вы сегодня рано. – иронично бросила ему она и сделала еще один шаг к гостиной. Бехлюль замер и крепко стиснул зубы, что не укрылось от Бихтер. – Что-то не так?

Она настороженно, посматривая на парня, вошла в комнату. Тот прошел следом и, оглядевшись, запер дверь. Неужели, хотел поговорить об Элиф и Хильми? Бихтер подготовилась, но совсем не ждала, что разговор примет иной оборот.

- Зачем ты нас туда отвезла, Бихтер?

- Не понимаю...

- Ты прекрасно знала, что мы встретим там Хильми. – размахивая руками, Бехлюль подошел вплотную к девушке. – Также ты знала, что они знакомы с Элиф, поэтому ты выбрала то место?

Спрятав легкий испуг, Бихтер улыбнулась, вызывающе посмотрев ему в глаза:

- Нет.

Бехлюль ухмыльнулся, не поверив ей.

- Элиф мне обо всем рассказала. Ты выбрала то место специально, чтобы поссорить нас с Элиф, правда?

Собравшись с духом, девушка скрестила руки перед собой, заговорив:

- Я не знаю, что рассказала тебе Элиф, но да, это правда. У меня были подозрения насчет Элиф. Я хотела, чтобы ты узнал об этом, пока не поздно.

Анализируя ее слова, парень чувствовал ложь. Его выводил не сам поступок девушки, его выводила ее неискренность, скрытие реальных мотивов, его выводило то, что она дурила его и водила за нос, хотя сколько раз он пытался поговорить с ней нормально. Ему не хотелось игр, ему хотелось правды.

- Почему ты так заботишься обо мне? Зачем?

- Как зачем? – жена дяди недоуменно пожала плечами. – Я только забочусь о нашей...

Бехлюль перебил Бихтер, не дав договорить. Он не собирался больше слушать глупых оправданий. Сделав еще шаг, его лицо оказалось у лица девушки. Сжимая пальцы, он стал перечислять, действуя с напором:

- Хранишь мои письма к Пейкер, да? Пробираешься тайком в мою комнату и копаешься в моих вещах. – парень согнул второй палец, оказавшись в непозволительной близости от Бихтер. Та попятилась и оперлась на стол позади, словно загнанная в ловушку зверушка, не зная, что ждать от своего преследователя. – Препятствуешь моей свадьбе. – уже три аргумента. – Зачем ты это делаешь, Бихтер? Почему ты думаешь обо мне? Почему ты всегда думаешь обо мне!?

На столь откровенное нарушение границ Бихтер замахнулась:

- Наглец!

Но Бехлюль ловко перехватил ее занесенную для пощечины руку. Его лицо было в пару сантиметров от ее лица. Ее глаза манили, а эти губы... Господи, как было трудно удержаться и не поцеловать ее. Еще секунду, и он бы за себя не ручался, но дверь гостиной открылась, и на пороге застыла потрясенная Фирдевс.

- Что происходит? – спросила она настороженно у дочери, пытающейся вырваться из крепкой хватки парня.

Голос женщины отрезвил Бехлюля. Пока Бихтер искала подходящее объяснение, занемев словно рыба, он среагировал быстро, выпустив ее руку и с презрением проговорил, отступая:

- Еще говорит, чтобы я не трогал Нихал! На себя посмотри! – парень отошел к окну, скрыв руки в карманах. За его спиной было молчание. Фирдевс переводила взгляд с растерянной Бихтер, которая обычно рвалась в бой, на разъяренного парня. Бехлюль повернулся, добавив: – К тому же, прическа у меня вполне нормальная! – во избежание дальнейших расспров он широкими шагами пересек гостиную, бросив женщине. – С Вашего позволения, я пойду, переоденусь.

Фирдевс заметила, как дочь протирает руку. Видимо, ненароком Бехлюль не рассчитал силы и причинил ей боль. Когда след парня простыл, она спросила:

- Что это за сцена? Он был так взвинчен. Что он хотел?

Бихтер совладала с собой. Гордо приподняв подбородок, она бросила, проходя мимо матери и присев на диван:

- Ничего. Ищет повод меня разозлить.

Девушка скрестила руки и сжала их между ногами, ее била мелкая дрожь, а дыхание застопорилось. Фирдевс присела напротив на свободное кресло.

- В последнее время вы как кошка с собакой. Это очень нехороший знак. – подчеркнула мать, приподняв тонко очерченную бровь. Ей нужно было безразличие во взгляде Бехлюля на ее дочь, а не милование, и тем более ощущение плавления комнаты от высокого градуса напряжения, когда они вместе. – Как видишь, я всегда в курсе всего происходящего.

- А что? Что!? Здесь что-то происходит!? – прикрикнула Бихтер, не выдержав самодовольства женщины и желая ту приструнить, чтобы мать перестала лазить в чужие дела.

Поняв, что лучше дочь сейчас не злить, глаза Фирдевс забегали по комнате, и она поправила свою речь:

- Из-за отсутствия Аднана ты сама не своя, Бехлюль взволнован перед помолвкой. Боюсь, что бессмысленные дискуссии нарушат спокойствие этого дома.

Девушка прикрыла глаза, не давая сорваться с губ очередному потоку ядовитых слов. Фирдевс наблюдала за ней, гадая, какие эмоции бушуют на лице Бехлюля? А он сожалел. Этажом выше парень не находил себе места. С досадой взмахнув рукой в воздухе, он сел на кровать и прикрыл рукой лицо. В его планы не входило пугать Бихтер, в его планы не входило так давить. Но он не понимал, сожалел ли, что им помешали или что переступил черту? А, может, переживал и за то, и за другое.

В гостиной пауза между дочерью и матерью затянулась. Желая ее заполнить, Фирдевс стала говорить, то расспрашивала о встрече с родителями Элиф, то вслух жалела об отсутствии Аднана сегодня с ними, но Бихтер не реагировала, то отвечая односложно, то вообще отмалчиваясь, все еще прокручивая в голове то, что произошло здесь несколько минутами ранее.

- Жалко, что Аднан вечно занят, правда? Зачастую остается не в курсе событий. – говорила мать, скорее, сама с собой, пока дочь устремила взгляд куда-то в стену. Но, в принципе, смятение Бихтер сейчас ей было на руку для решения своей небольшой проблемы. Девушка на многое согласится, чтобы отвязаться от нее в данную минуту и не заметит подвоха. Свою речь Фирдевс продолжила издалека. – Мне нужно было тоже поехать с вами. А я выехала в город, чтобы расслабиться, а получилось наоборот. Я встретила Севиль. Чтобы мне угодить, она рассказала, что говорят обо мне за моей спиной. Если бы ты знала о тех слухах... - глаза женщины наполнились слезами. Но это было не ради эффектности сцены, она, действительно, жалела себя и оплакивала свою судьбу. Бихтер слушала мать вполуха, снова прикрыв глаза, но от досады. Она не могла сейчас внимательно выслушать женщину и проявить сочувствие, пребывая в себе, и даже не заметила, как снова «отключилась» от разговора. – Наши вещи, антиквариат... Позже их выставили в выставочном доме. – срывающийся голос матери заставил Бихтер вновь включиться в беседу. - Их представляют, как антикварные экспонаты из коллекции Господина Мелиха, а те женщины, с которыми я даже не здоровалась провозгласили меня нищей. Люди считают меня в этом доме нахлебницей, представляешь? – Девушка представляла через что пришлось пройти матери, но вслух ничего не высказывала, терпеливо выслушивая. Смахнув слезы с глаз и волосы с лица, женщина сказала. – Но я им еще покажу, кто такая Фирдевс Йореоглу. Я пойду на бал. Я появлюсь перед ними в таком виде, что у всех челюсть отвалится. – на ее лице появилось удовлетворение, когда она представила себя в новом колье. - В тот вечер я должна выглядеть безупречно, Бихтер. Я должна купить себе кое-что. Ты мне поможешь? - у младшей дочери не хватило сил на полноценную ухмылку, ее губы лишь слегка приподнялась в подобии. - Я стараюсь не только ради себя, речь идет и о твоей чести.

Фирдевс не нужно было долго уговаривать и ухищряться, Бихтер была не против, полагая, что мать собирается купить новое платье и туфли. Это самая малость, что она согласна была ей предоставить.

- Хорошо. Завтра дам тебе карточку, пойдешь по магазинам.

Женщина просияла, поблагодарив дочь. Та, ссылаясь на усталость, прошла к себе, чтобы прилечь. Но от Фирдевс не укрылось, как она замерла перед порогом своей комнаты и бросила задумчивый взгляд наверх, зависнув на несколько секунд. Уже дальнейшее женщина не видела. Не видела, как Бихтер присела на диван, протирая виски и переводя дыхание, а потом, не найдя себе покоя на этом месте, легла на кровать, сжавшись в комочек и чувствуя себя совершенно беспомощной перед превратностями судьбы. Не видела, как Бехлюль поддергивал ногой от нервного возбуждения у себя в комнате, прислонившись к стене, а затем двинулся к шкафу, бездумно выбирая одежду, которая понадобится на первое время. Разум заставлял его убегать из дома, но сердце всегда возвращало на место, ибо его дом был здесь, поскольку здесь была Бихтер.

Раздраженная громким музыкальным сопровождением компьютерной игры брата, Нихал вышла в коридор и бросила ему замечание через закрытую дверь, попросив быть тише. Бюлент все понял и убавил звук, не став пререкаться. Ее внимание привлекло движение сзади, и она увидела Бехлюля в куртке с чехлом для одежды, внутри которого был рабочий костюм. Парень явно не собирался прощаться, если бы она его не окликнула.

- Эй! Ты когда пришел? И куда ты уходишь?

Он обернулся, остановился и кротко ответил на вопросы:

- Пришел недавно, ухожу к Элиф.

Нихал слегка помрачнела и посмотрела на костюм, что был в руках Бехлюля.

- Похоже, на вечер намечен шикарный ужин.

- Нет, хочу сразу выйти оттуда на работу. Родители Элиф завтра уезжают домой, хочу последний вечер провести с ними.

Девушка не узнавала парня, что был перед ней. Его стремление быть рядом с невестой и ее семьей одновременно и удивляло, и накрывало ее печалью. Казалось, тот вечер в компании Бехлюля в клубе, а затем ужина за встречей рассвета был чем-то несуществующим, нереальным. Какой полной надежд она тогда была. Нихал поймала себя на мысли, что многое бы отдала, чтобы оказаться на месте Элиф, но вслух лишь издевательски сказала:

- Здорово! Какой заботливый зятек. Браво! – у парня не было желания с ней спорить и, бросив кузине «пока», он пошел дальше, не услышав, как Нихал с грустью вслед ему проговорила. – Бехлюль убежал.

Но прежде, чем окончательно убежать, он спустился по лестнице и задержался на втором этаже у супружеской спальни дяди и его жены. Он медлил. Все его нутро просило повернуть ручку двери и зайти внутрь, но как был бы воспринят данный жест? Бехлюль хотел извиниться, но больше всего хотел снова увидеть Бихтер. В попытке добиться правды от девушки он повел себя очень некрасиво. Как она себя сейчас чувствовала? Злилась на него? Или плакала, заперевшись у себя? Может, вынашивала план мести? Последнее было больше похоже на строптивую Бихтер. Там за дверью девушка приподняла голову с подушки, заслышав шаги, а затем почувствовала, как кто-то остановился прямо у ее двери. Она знала, что это был Бехлюль. Каждый в доме имел свою особенную манеру ходить, и его шаги она не спутала бы ни с кем. Бихтер настороженно смотрела на ручку двери, гипнотизируя ее. Она ждала, что Бехлюль войдет. Она в тоже время и боялась, и хотела этого. Парень вел борьбу с собой. Он понимал, что Бихтер теперь отдалится от него еще больше и не хотел этого допускать, но его присутствие в супружеской спальне не закончилось бы чем-то хорошим, в последнее время ему все чаще сносило голову. Решив, что у него еще будет шанс все исправить, он с трудом оторвал ноги от пола и стал спускаться дальше. Бихтер услышала это, но испытала... разочарование? Когда шаги Бехлюля стихли, она вышла из комнаты, желая убедиться в своей догадке. Прислушавшись, девушка выглянула за дверь, но след парня простыл. Чувствовался его аромат, но она уже не доверяла себе, поскольку он и так ей мерещился без причины. Бихтер прошагала к окну в гостиной, где увидела отъезжающую машину парня. Ее небольшие остатки неверия испарились – она убедилась, это был он. Не только Бихтер провожала взглядом серый автомобиль Бехлюля, с тоской из окна в своей комнате смотрела и Нихал, а также Фирдевс. Только последняя, если раньше опасалась, что что-то может произойти, то теперь чувствовала, что, скорее всего, уже произошло. По крайней мере, в эмоциональном отношении точно.

Вечером за Айнур приехал Хильми. Она, желая усыпить бдительность сына, что-то подозревающего, ответила буднично на звонок мужа и без упрямства спустилась и села в машину, хотя лучше бы поехала на такси.

- Я же сказала, что приеду сама. Зачем ты приехал? – строго спросила она, когда мужчина с улыбкой ее поприветствовал.

- Я подумал, может, выйдем куда-нибудь вместе? Поужинаем где-нибудь наедине?

- Нет, поехали домой. Завтра у меня много дел. – многозначно ответила женщина. – Буду готовиться.

Холодность Айнур не обижала Хильми. Она огородилась от него ледяной глыбой. Он оплошал и заслужил подобное поведение. Надеяться на скорое примирение с его стороны было бы глупо, но он пытался и не собирался останавливать попытки. Айсберг между ними должен был стаять, его жена всегда была рядом и всегда прощала его. Это был вопрос времени. Бросив водителю короткое «поехали», он примирительно примолк, не ухудшая ситуацию.

За ними с подозрением наблюдал с окна их сын. Он, конечно, не мог слышать разговора между парой в машине, но ощущал некое напряжение даже со своего места.

- С мамой в последнее время что-то не так. Она тебе ничего не рассказывала? - Пейкер постаралась вложить в свой голос всю убедительность, когда сказала «нет», подготавливая кроватку сына для сна. – Похоже, ее что-то гложет.

Девушка взбила белоснежную подушку и положила в колыбель.

- Тебе показалось, милый. - ей хотелось быть честной с мужем, но она не могла нарушить данного слова. – Ты видел, как она счастлива с Дуруком? Играет, весь день его ласкает.

Но Нихат не согласился.

- Мама несчастна, Пейкер. Я полагаю это из-за отца.

Жена подошла и взяла руку мужа в свою.

- Переживает за то, что произошло между вами с отцом. По-моему, другой причины нет. – врать было невыносимо, между ними всегда были честные отношения, и Пейкер чмокнула Нихата в щечку, быстро закруглив беседу шутливым тоном. – Пойду накрою на стол, поужинаем, пока Господин Дурук спит.

Ощущение раздавленности, словно ее проехали катком накрыло Бихтер. Она прокручивала в голове моменты с Бехлюлем, его заданный вопрос и чувствовала, как в сердце что-то отзывается болью. Почему она думала о нем? Потому что испытывала чувства, этот факт девушка стала признавать. И это не укладывалось в голове Бихтер. Как так, если она вышла замуж по любви? Как она могла испытывать что-то к другому, когда любила мужа? Могло ли считаться ее мысли, ее желание быть с другим, ее тяга к Бехлюлю – изменой? Она успокаивала себя тем, что раз не было физического взаимодействия, все еще можно было спасти. Ей надо, как и прежде, избегать Бехлюля, ей нужно держаться ближе к Аднану. С этими мыслями и ощущением того, что она сделала неверный выбор, которое она всеми усилиями в себе гасила, девушка набрала номер мужа. Он был не рядом, когда был так необходим, но она снова в нем искала спасение.

- Вчера по новостям показывали ужин, на котором были и вы. Я мельком, но тебя увидела. – говорила Бихтер с мужем, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

- Ну и как я тебе? Симпатичный?

- Ты лучше всех. – голос девушки задрожал, и Аднан это почувствовал.

Ее давило чувство вины. Ее муж был замечательный, тепло к ней относился, как она могла допустить мысли о другом? Как могла отплатить ему подобным за все, что он сделал? Мужчина явно этого не заслуживал.

- Ты в порядке, родная?

- Нет. – призналась Бихтер. – Я соскучилась.

- Я тоже, милая. Потерпи немного, я завтра приеду.

- Знаю. – кивнула жена, словно муж это видел и утерла слезы.

- Ты плачешь?

- Когда тебя нет рядом, я чувствую себя такой беспомощной. Такой одинокой.

Губы Аднана тронула легкая улыбка, ему было приятно слышать от жены такие слова. Он расслабился, благо причина слез Бихтер не были дети, как-то обидевшие ее или что-либо еще.

- Перестань, не плачь. Скажи, что-то случилось? – решил еще раз уточнить муж.

- Нет, ей-Богу, нет. Наверно, просто устала от этих забот в центре, нервы на пределе. - ловко врала девушка и переключила тему. - Послушай меня, завтра сама встречу тебя в аэропорту, а оттуда увезу куда подальше. Пропадем куда-нибудь на несколько дней.

Предложение было неплохим, но мужчину ждала работа.

- Прекрасная идея, но...

- Не получится? – поняла Бихтер.

- Завтра прямо из аэропорта мне нудно успеть на совещание, я же говорил. Даже домой не заеду, сразу поеду на фирму.

Девушка расстроилась, но ждать Аднана до вечера завтрашнего дня ей показалось слишком долгим сроком, к тому же там бы его окружили дети, а до нее очередь дошла бы нескоро. Она предложила иную альтернативу, поскольку срочно нуждалась увидеть мужа, напомнить себе не только словами, но и физическим присутствием мужчины, что она чужая жена, забыться в его объятиях. Ведь, если он не отпустит ее руки и будет рядом, то что-либо, разве, ей грозит? Тогда никакой Бехлюль до нее не доберется и не будет ей страшен, но как же она ошибалась. Когда лавина низвергается с гор, то шансы выжить очень малы. После 3 часов пребывания в снежном плену почти 90% пострадавших погибает, и Бехлюль стал для нее этой лавиной, надвигающейся на нее и обещающий своим видом сбить с ног. Сколько раз даже будучи вдалеке от дома с мужем или же с ним вместе в компании Бехлюля, Бихтер все-равно чувствовала тягу к парню? Но все-равно избирала этот способ, ведь присутствие мужа была гарантом ее верности. По крайней мере, она так считала.

- Тогда я сама отвезу тебя на работу, приеду в аэропорт.

- Если найдешь время, буду очень рад. – Аднан засиял, любовь молодой, красивой женщины наделяла его силой.

- Ради тебя отменю все дела. – флиртовала Бихтер и, наконец, улыбалась.

- Мне неловко, что ты идешь на такие жертвы, я не могу отменить завтрашнее совещание.

- Вот как меня любят значит. – пошутила Бихтер.

- Я тебя очень люблю. – улыбнулся широко мужчина.

- А я тебя больше.

На этих признаниях их диалог завершился. Аднан продолжил работу за ноутбуком в номере отеля, а Бихтер, поправив макияж, слегка растекшийся от слез и сползающую с приоткрытыми плечами красную тунику, вышла в гостиную, где собрались домочадцы, чтобы сообщить им о звонке мужа и его возвращении. Но дети уже все знали и без нее. Нихал добавила, что отец ей тоже звонил, а Бюлент напомнил и о завтрашнем совещании, и что папа будет только к вечеру. Бихтер промолчала. Ей стало слегка неприятно, что она была не на первом месте в контактах мужа, но она не стала хвастаться своим преимуществом перед остальными – она увидит Аднана раньше всех и проведет с ним время первой. Фирдевс иронично наблюдала за дочерью, которую дети поставили на место. Несрин накрыла на стол и позвала хозяев к нему.

- А Бехлюль с Элиф не будет? – спросила Фирдевс у служанки.

Та ответила отрицательно, а Нихал объяснила, что тот останется у Элиф и завтра оттуда поедет на работу. Женщина внимательно следила за реакцией дочери, которая слегка погрустнела, но быстро взяла себя в руки. В целом, она уже выглядела намного лучше, чем несколькими часами раннее.

- «Бизнесмен Бехлюль» - даже звучит смешно. – отозвался Бюлент, первым севшим за стол.

- А по мне «жених Бехлюль» еще смешнее. – присоединилась Нихал к шуткам брата. Бихтер не смогла сдержать улыбку, она была того же мнения. – При родителях Элиф он притворился таким смирным парнем. – дочь Аднана изобразила смиренное лицо парня и засмеялась.

Бихтер, поняв, что разговор снова ведется вокруг человека, которого она хотела вычеркнуть из своей жизни, мягко положила этому конец, напомнив всем про ждущий их ужин.

Бехлюль был там, где и должен был быть – рядом с невестой. Он заехал за Элиф, забрал ее и привез к набережной, где они наблюдали за ночным морем и луной, освещающей его, оперевшись на капот машины. Девушка прильнула к парню, положив голову на его плечо. Со стороны картина казалась романтичной, если бы не совершенно отрешенное лицо молодого парня.

- Было бы досадно, если бы мы из-за этого расстались. – щебетала Элиф, а ветер играл с ее темными волосами. – Если бы ты не приехал и если бы ты мне не поверил, я бы привела этого человека к тебе.

- Перестань говорить ерунду. Я бы не стал встречаться с ним ради этого.

- Он поздравил меня, когда узнал, что у нас скоро помолка. Больше он не будет звонить.

- Элиф, пожалуйста! – повысил голос Бехлюль, до этого момента старающийся сохранить спокойствие. Неужели, модель не понимала, что ему было все-равно на нее и на Хильми? Девушка старалась сделать лучше, связывая его немногословность со все еще сохранившейся обидой, и не понимала, если тема Хильми закрыта, то почему она не чувствует, что ее жених снова с ней? – Можем поговорить на другую тему?

- Хорошо-хорошо. – улыбнулась Элиф, перегнувшая палку. Просто Бехлюль, возможно, устал и хотел отвлечься, а она преуспела в своем желании убедить его в своей правоте. – Ты сегодня останешься у меня?

Парень поразмыслил. Он ехал к невесте с мыслью помириться и остаться на ночь, что тоже стало бы для девушки знаком, что их воссоединение было полным, но внезапно ощутил, что не может больше выносить присутствие Элиф. Она словно душила его, а он нуждался в уединении.

- Нет, завтра мне надо рано быть на работе.

- А я уже обрадовалась, увидев твои вещи в машине.

- Я не за этим взял их с собой. Их привезли из химчистки, когда я выезжал из дома, а я отвезу завтра на работу на всякий случай.

Элиф поверила. Они помирились, между ними больше не было секретов, Бехлюль был ее женихом и начал работать. С выражением удовлетворения на лице она прикрыла глаза, наслаждаясь моментом. Одним из лучших моментов в своей жизни, как она считала. Парень приобнял ее, но тепло одной не заменяло для него тепла другой девушки. Бехлюль не мог смотреть в лицо Элиф и отвернулся, перед его глазами была Бихтер, которая сейчас, наверно, работала в кабинете мужа, что соответствовало действительности. Правда, работа в этот день у нее особо не ладилась. Девушка то и дело отвлекалась на рой мыслей в голове, не зная, куда себя деть. У одной лишь Фирдевс этот день задался. Перед сном женщина залезла в сейф и достала колье из футляра, осматривая его с восхищением, а затем положила обратно и провела пальцем по драгоценным камням. Уже завтра оно будет ее, осталось немного потерпеть.

- Вроде, не холодно, а меня дрожь берет. Дьявол прошелся что ли. – поежилась Шайастэ, складывая в шкаф теплую шаль.

- Дьявол крепко засел в ваших мозгах. В мозгах. Твоих и Несрин. – не стал откладывать разговор в долгий ящик Сулейман, насупив брови. Мужчина был в очках и читал газету, лежа на заправленной ко сну кровати. – Сегодня Бешир мне все рассказал.

- Бессовестный. – отозвалась женщина.

- Парень все отрицает.

- Конечно, он будет отрицать! А ты ему и поверил.

Шайастэ задвинула шторы в комнате, а Сулейман оторвался от газеты, чтобы донести суть до ведомой и падкой на сплетни жены.

- Он прогнал женщину из комнаты, а Несрин ее в этот момент и увидела. Парень клянется, и все отрицает.

- Не знаю, пусть сам отвечает за свои грехи. – качнула женщина коротко остриженными волосами до плеч, забравшись под оделяло.

- Послушай, Беширу обидно, что вы так о нем подумали, и он прав. Закройте эту тему раз и навсегда, перестаньте переглядываться. Стыдно! Парень может обидеться, а слухи распространятся, не дай Бог. – намекнул Сулейман, что хозяевам, вряд ли, придется по нраву интрижки слуг. - Тем более, если Бешир все отрицает, значит так оно и есть. Не ему ли нам верить? Или этой особе Кате? И еще, передай Несрин, пусть прекращает сплетничать. Хватит уже. Слышишь? Хватит. Скажи, что я просил ее. – мужчина снова водрузил на переносицу очки, которые пару минут назад снял.

Тема была окончена. Он видел по лицу жены, что та его поняла. Сначала слушала со скептицизмом, а затем доводы ей показались обоснованными. Катя играла с ними, это было в ее духе, а они шли у нее на поводу.

- Хорошо, передам. – согласилась Шайастэ и пожелала мужу спокойной ночи, дерзко вырвав у того из рук газету и сняв очки.

Пока Сулейман не успел опомниться, она повернулась на бок и выключила светильник.

Несрин нетерпеливо постукивала по двери общего санузла слуг, Катя, как назло не торопилась выходить, испытывая терпение служанки.

- Одну минуту. – доносилось с ванной комнаты, и Несрин даже представляла физиономию служанки Фирдевс, с каким довольством та это произносила.

- Сколько можно? Уже час прошел.

Проходящая мимо Мадам услышала бубнеж служанки и притормозила с пустым графином в руках, который хотела наполнить водой на кухне.

- Что происходит, Несрин?

- Катя заняла ванную и не выходит. – пожаловалась девушка, но учительница ее одернула.

- Оставь ее, это некрасиво.

- Часами обмазывается кремом, как Госпожа Фирдевс. Также нельзя, у меня сейчас мочевой пузырь лопнет. – служанка говорила это возмутительным и серьезным тоном, от чего Мадмуазель чуть не расхохоталась.

Наконец, Катя освободила комнату с парочкой небольших бутылочек в руках – тоником и кремом. Но Мадам обратила внимание не на это, а на то, что было на ней, и улыбка женщины померкла, когда до нее дошло осознание. Катя с достоинством пожелала учительнице «спокойной ночи», не смотря в сторону Несрин, и прошла к себе, не видя, но чувствуя, как ошарашенно Мадмуазель смотрит ей вслед, а точнее на развивающийся подол пеньюара при ходьбе. Женщина бросала взгляд то на Несрин, то на уходящую Катю, а потом снова на затихшую служанку. Она даже не смогла подобрать слов и указала пальцем туда, в каком направлении двинулась служанка Фирдевс, приоткрыв рот в удивлении, и приблизилась к Несрин, которая без слов поняла ее вопрос.

- Да, это тот самый пеньюар. Он надоел Госпоже Фирдевс, и она отдала его Кате. Мы не сказали Вам, чтобы не огорчать. Она еще в ту ночь пришла к нам в нем, похвастаться. Вот мымра, а!

Но, если служанка не понимала очевидного, то учительница оценила ум матери молодой хозяйки дома. Как тонко она поставила всех на место.

- Госпожа Фирдевс отдала его ей, не потому что он ей надоел, а потому что она все узнала.

- Неужели? – ни Несрин, ни Джамиле даже не пришло такое в голову.

- Вот таким образом она нас проучила! И изо вас! Уф! – высказала досаду Мадам очередной раз пристыженную служанку. Наверняка, Фирдевс знала и о ее участии в данной заварушке, и от этой мысли учительницу накрывал стыд, но ничего уже было не вернуть назад и исправить. Она не жалела, что помогла слугам, она снова бы поступила также, только не в скрытую от женщины. - Ладно, спокойной ночи. - Мадмуазель хотела уйти, но предупредила напоследок, чтобы тема ненароком снова не раздулась. – Не вздумай ничего спрашивать у Кати, забудем об этом раз и навсегда, поняла?

- Конечно-конечно. – активно закивала головой Несрин, забегая в уборную.

Бихтер постукивала пальцами по столу, другой рукой взлохматив волосы. Устав бороться с самой собой и поняв, что все строчки на экране перед ее глазами сливаются в одну, а фокус внимания совсем не на предстоящем благотворительном вечере, девушка захлопнула крышку ноутбука и прошла в спальню. Даже работа, которая по началу отвлекала, сейчас напоминала о бессонных ночах, когда она ждала Бехлюля, прикрываясь хлопотами в благотворительном фонде. Не раздеваясь, девушка легла на кровать. Она думала о нем, о том, что он делал. Разговаривал с родителями невесты или обнимал Элиф под покровом ночи в их спальне? Знала бы Бихтер, что Бехлюль также не находил себе покоя. Он проводил невесту до дома, а сам снял номер в отеле, хоть его невыносимо тянуло домой. Сбросив куртку, парень плюхнулся на круглую, заправленную белоснежными простынями кровать, со множеством подушек. Их местоположением было разным, но мысли и души едины. Оба, не подозревая о подобном совпадении, лежали в одежде, глядя в потолок и думали друг о друге, а точнее об одной и той же сцене, которая развернулась утром. Как глаза Бихтер засверкали, и она занесла руку для пощёчины, которую он ловко перехватил. Как их разделяли считанные миллиметры, и они были совсем близко к своему падению. Может быть, если другая реальность имела место быть, он хоть там успел сорвать с этих губ поцелуй.

Уже утром следующего дня Бешир почувствовал изменение в отношении Шайастэ, когда она обратилась с просьбой к нему прибраться в музыкальной комнате. Женщина вновь вела себя с ним, как и раньше, учтиво-вежливо и даже слегка виновато. Парень улыбнулся, осознавая, что ночью Господин Сулейман поговорил со своей женой, и жизнь начинала снова налаживаться. А чуть позже, когда он сидел на кухне, то ему удалось даже лично поставить Катю на место. Воспользовавшись тем, что они были одни, женщина сначала томным голосом поинтересовалась, как его дела, но, получив холодный ответ, не успокоилась. Она сначала демонстративно копалась пальцами в специях, а затем подошла к шкафчику, что был рядом с Беширом, якобы что-то там ища. Не найдя нужного, она закрыла дверцу шкафа и принялась массировать шею сидящего парня за столом.

- Ты постригся?

- Не надо меня трогать. – он скинул руку служанки Фирдес довольно грубо.

- А что я сделала?

- Не смей дотрагиваться до меня, мне это не нравится.

- Какой ты оказывается грубиян, Бешир? Тебе не стыдно так поступать?

Ее невинный тон не остудил пыл слуги. Он встал со своего места, с грохотом отодвинув стул. На пороге кухни появились Несрин с Джамиле, и они услышали его слова, адресованные Кате:

- А тебе не стыдно за свои действия? Я не хочу иметь с тобой ничего общего, как ты не понимаешь!? – парень заметил появившихся служанок, которые с самодовольном видом наблюдали за опозоренной перед ними служанкой Фирдевс. - Пожалуйста, держись от меня подальше. – добавил чуть мягче Бешир и покинул кухню.

Катя отвернулась к окну, представляя, как за ее спиной злорадствуют Несрин с Джамилей. Надо же было такому случится именно перед ними.

Фирдевс в нетерпении с утра поджидала дочь. Та не торопилась спускаться, но вскоре женщина услышала долгожданный стук каблуков на лестнице. Мать выглянула из комнаты и поприветствовала Бихтер в классическом наряде, собирающуюся встретить мужа в аэропорту, а перед этим прогуляться в центре, поскольку стены дома невыносимо на нее давили, но последнего девушка, конечно же, не высказала вслух. Бихтер не стала дожидаться и Пейкер, которая обещала сегодня заглянуть к матери, попросив извиниться за ее отсутствие. Фирдевс настаивать на присутствии младшей дочери не стала, а осторожно напомнила девушке про свою просьбу, а точнее про обещание дать ей свою кредитную карточку. Бихтер об этом позабыла, но при первом же напоминании достала из кошелька кредитку и протянула женщине, попрощавшись с ней. Довольная Фирдевс сразу же набрала номер ювелирного магазина.

- Госпожа Асуман, доброе утро! Это Фирдевс. Отправьте кого-нибудь из магазина, я жду. Хочу оплатить покупку кредитной карточкой. – на том конце донеслось уверение, что можно не торопиться, но женщина хотела скорее закончить это дело, чтобы никто не усомнился в ее платёжеспособности.

Не успел Бехлюль с утра появиться в офисе, как успел слегка взбесить Нихата, в своей шутливо-нахальной манере попросив, чтобы тот принес ему список намеченных дел, словно парень работал на него. Уже в кабинете его набрала Элиф, с девушкой с утра созвонилось агентство и позвало на личное дефиле для клиентки, и она предупредила парня, что отключит телефон, попросив его не беспокоиться, если она не будет на связи. Бехлюль принял всю эту информацию снаружи равнодушно, но порадовался в душе, что невеста будет ему сегодня поменьше досаждать, предоставив больше личного времени.

- Я глаз не сомкнула до самого утра, считала минуты до твоего приезда. – ворковала Бихтер, положив голову на плечо мужа.

Они были на полпути к офису.

- А я прилетел, как на крыльях, чтобы увидеть тебя. Я соскучился.

Аднан переплел свои пальцы с пальцами жены.

- В газетах пишут, что поездка была весьма продуктивной. О тебе стали много говорить.

Мужчина кивнул, теперь был его черед спрашивать:

- Вы справились с заданием в мое отсутствие? Я рад. И Бехлюль почти каждый день на работе.

- Отметиться-то отметился, но работал ли он? – с сомнением произнесла девушка.

- Когда уезжает семья Элиф?

- Кажется, сегодня вечером.

- Жаль, можно было пригласить их на ужин, если бы они задержались еще на день.

- А я думаю все и так хорошо, не стоит торопиться. – Бихтер не стала говорить мужу об интрижки модели с Хильми. Бехлюль все еще не сообщал о размолвке, но она верила, что ее поступок принесет плоды. – Все должны хорошо подумать перед окончательным решением.

- А что тут думать?

- Не знаю, просто не стоит торопить события.

Не могла же она сказать Аднану, что не верит в этот брак, а тот с усердием расспрашивал ее.

- Тебе не нравится Элиф?

- Не хочу говорить об этом, в конце концов всегда остаюсь во всем крайней. Время все расставит по своим местам.

Бихтер не успела вспомнить вчерашние обвинения Бехлюля и снова погрузиться в них, поскольку салон автомобиля заполнила музыка телефона мужчины. Ему звонили из службы безопасности банка. Кто-то в данный момент пытался списать с его карточки большую сумму, а его карточка была у жены, которая сидела рядом и не делала покупок. Попросив подождать, Аднан обратился к Бихтер:

- Любимая, а где твоя кредитка?

- Я отдала ее сегодня маме. Она собиралась сегодня пройтись по магазинам, а что?

- Позвонили из банка, предупреждают, что из карточки снимают деньги.

Девушка замолкла. Сколько собиралась потратить ее мать, что даже банк заинтересовался данной операцией? Аднан вернулся к звонку, твердо проговорив, что в курсе данного перевода. Ему не хотелось ставить в неудобное положение жену, которая по лицу явно недоумевала. Но на том конце оператор решил нужным пояснить:

- В данное время производится оплата ювелирному магазину на сумму 140 000 лир. Вы это подтверждаете, Господин?

Аднан напрягся, услышав шестизначную сумму, но постарался не подать виду из-за Бихтер.

- Да, подтверждаю.

Он положил трубку. Жена, видимо, все еще теплившая надежду, что вышло недоразумение, и мать не могла ее так жестоко подставить, подумала, что продавцы заинтересовались, почему оплачивает женщина с карты мужчины и передали информацию в банк для проверки либо службе безопасности показалось подозрительной активность на карте человека, который только сегодня приехал? Все-таки Аднан был известной личностью, и его данные особо охранялись.

- Тебе звонили, потому что это твоя карта, не так ли? Мама хотела купить себе кое-что, а с ее карточкой возникли проблемы. – мужчина даже понимал, какая проблема возникла – отсутствие столь огромных средств. - Я не хотела, чтобы она шла в банк за наличными, поэтому отдала свою, а тебя предупредить забыла, извини.

- Ничего страшного, дорогая. – улыбнулся Аднан.

- Сколько она потратила? – решила уточнить Бихтер.

- Это неважно.

- Скажи, прошу тебя. – девушка крепко сжала руку мужчины.

- Уверяю тебя, это неважно.

Если это была цена за спокойствие в доме, то он готов был ее заплатить. Бихтер на дружелюбный тон мужа не купилась. Она чувствовала, что-то произошло, но больше ощутила себя виновато и неуютно, молясь, чтобы Госпожа Фирдевс не стала пользовать этой карточкой, будто в последний раз. Они оба чувствовали неприятный осадок. Один от наглости тещи, вторая - от растущих внутри недобрых подозрений.

Пейкер явилась к тому моменту, когда комнату Госпожи Фирдевс покинул менеджер магазина, пришедший за оплатой. Девушка удивленно проводила взглядом представительного вида мужчину и вопросительно взглянула на мать, но та отмахнулась от ответа, сказав, что кое-что прикупила, но покажет позже. Закрыв плотно дверь, женщина посадила старшую дочь напротив себя, чтобы посплетничать. Глядя на сияющую мать, Пейкер не удержалась от комментария:

- Видно Бихтер тебе обо всем поведала. Ты так весела, нашла уязвимое место Господина Хильми. Теперь будешь радоваться.

Но на лице Фирдевс проскользнуло непонимание.

- А что случилось с Господином Хильми?

Поняв, что проболталась и восприняла все неправильно, девушка бросила в ответ «ничего», но этот ответ не удовлетворил женщину.

- Слушай, рассказывай в чем дело.

- Нет уж, мама. Я знаю, ты только все испортишь.

Ну с чего она решила, что младшая сестра может разоткровенничаться с матерью, учитывая их непростые отношения? Это могла сделать она, но никак не Бихтер.

- Говори. Иначе сама позвоню Хильми и спрошу у него.

Пейкер тяжело вздохнула. Она сама себя посадила в ловушку, и теперь иного пути, чтобы выйти из этой комнаты, кроме как выложить все случившееся на чистоту матери, для девушки не существовало.

Fashion-стилист (молодая девушка лет 35-ти) подобрала образы из последней коллекции для особого заказчика. Сейчас на Элиф было приталенное черное платье в пол, покрытое до колен серыми продолговатыми камнями, имитирующими чешую змеи. Длинные волосы девушки собрали в высокую прическу, не забыв про яркий, вечерний макияж и бижутерию.

- В зале много людей? – спросила модель, осматривая себя в зеркале.

- Только один человек. Он приехал за коллекцией вечерних нарядов, а из всех моделей выбрал именно тебя. Ты прославилась на всю страну. – слова стилиста, поправляющего черный подол платья в виде «рыбьего хвоста», были приятны Элиф, но слегка смущали.

Что, если это был какой-то назойливый поклонник?

- Когда сказали про личное дефиле клиенту, я подумала, что там будет несколько человек. А кто этот знаменитый клиент?

- Айнур Онал. – хоть на девушке и были румяна, она заметно побледнела. - Супруга Хильми Онала.

Нетвердой походкой Элиф вошла в комнату, где женщина попивала кофе и окинула модель пробирающим до дрожи взглядом с головы до ног. Девушка заставила себя прошагать вперед, а затем развернуться, чтобы продемонстрировать спину платья, потом она снова повернулась и, положив руку на бедро, подошла ближе. Взгляд Айнур соскользнул на бриллиантовое помолвочное кольцо на безымянном пальце модели и задержался на нем. Интересно, она когда-нибудь окажется на ее месте или такие особы думали, что их никогда не настигнет бумеранг? Вечерний наряд был шикарным, но женщина не была способна его сейчас оценить по достоинству, испытывая глубокую неприязнь к молодой, циничной модели. А данное сочетание цветов теперь всегда ей будут напоминать о любовнице мужа. Элиф старалась не выдавать чувств, уверяя себя, что все могло быть совпадением, применяя профессиональные навыки, которым ее научили для демонстрации наряда со всех сторон и только в выигрышном свете, чтобы клиенту захотелось его приобрести, хоть данная выдержка ей стоило много. Если Айнур хотела поговорить, то она была готова к разговору, но женщина бросила на нее лишь прямой взгляд, а, когда Элиф пошла на второй круг, то взяла свою сумочку, демонстрируя намерение уйти.

- Этого достаточно. Большое спасибо. – сказала она стоящему рядом стилисту.

Зачем бы она ни приходила – для себя жена Хильми все поняла. Когда она прошагала мимо, и дверь за ней закрылась, Элиф подошла к стилистке, которой и высказала все свое негодование.

- Что это значит?

- Не знаю, я тоже не поняла.

- Она что издевается надо мной? Что за наглость!

- Для чего это было нужно? – гадала рядом стоящая девушка. – И деньги она заплатила вперед. Почему ушла, не досмотрев до конца?

«Потому что хотела мысленно передать сообщение, что она знала об интрижке с ее мужем.» - моментально поняла девушка. Ей не хватало только мести обиженной жены и слухов о ней, что клиенты не досматривают показы, теряя интерес, где участвует известная модель. Униженная Элиф проговорила вслух другую мысль, чтобы не родились иные сплетни о ней:

- Или она считает, что, если богатая, то ей все дозволено!? Это меня оскорбило! Стыдно! Кем она себя возомнила?

- Ты права, дорогая. Я тоже в шоке. – высказала поддержку стилистка расстроенной модели, но та это толком не услышала.

Девушка поспешила в примерочную, но не затем, чтобы снять платье, а остаться наедине и набрать номер Хильми. На том конце мужчина только и успел сказать «слушаю», как на него посыпались обвинения:

- Ты знаешь, во что ты превратил мою жизнь, Господин Хильми? Со вчерашнего дня мою жизнь перевернулась с ног на голову!

- Ты поссорилась с Бехлюлем? – предположил Хильми. Он был в дороге.

- Твоя жена только что была здесь.

- Не может быть... Ты случайно не ошиблась? Потому что Айнур...

Модель оборвала потрясенную речь мужчины.

- Госпожа Айнур меня знает! Меня в жизни никто так не унижал! И во всем этом виноват только ты! Только ты! – кричала Элиф в трубку.

Она чуть не потеряла жениха, а, когда ей показалось, что все беды позади, теперь на волоске висела ее карьера, если женщина не успокоится и продолжит ей досаждать. Еще, конечно же, многое зависело от ее сопровождающего стилиста. Стала бы та держать язык за зубами? Но в это девушка слабо верила. Очень скоро многие узнают, как ее дефиле не понравилось клиентке, и будет очень хорошо, если никто не догадается связать эту историю с мужем женщины и не приписать им роман, что очернит ее репутацию, и заставит Бехлюля вновь задуматься о расставании. Оставалось лишь надеяться, что люди сошлются на причуду богатых.

- Прошу прощения. – искренне сожалел мужчина.

- Делай, что хочешь, но докажи, что между нами ничего нет. Избавь меня от этих недоразумений, пожалуйста! – молила доведенная до отчаянья модель, еле сдерживая слезы. - Прошу тебя, скажи правду.

Она положила трубку и расплакалась. А Хильми набрал номер жены. Айнур ждала этого звонка. Это стало для нее еще одним неопровержимым доказательством связи мужа с этой распущенной девицей.

- Слушаю. – донесся до мужчины ледяной голос жены, которая еще не успела заказать такси и уехать от здания агентства, где проходило дефиле.

- Айнур, нам надо поговорить.

Но говорить было не о чем, женщина уже знала, как поступит.

- Я решила подать на развод.

- О чем ты говоришь?

- Человек, который не является отцом моему сыну, не может быть моим мужем. – твердо произнесла женщина.

- Ты где? Скажи, я приеду. – запаниковал Хильми на том конце.

- На протяжении многих лет я все терпела, но я никогда не смирюсь с твоим последним предательством, так и знай.

- Да ты же меня не слушаешь!

- В эту ночь я останусь у сына, а завтра, когда вернусь домой, чтобы тебя там не было. Прошу тебя, сегодня же уходи из моего дома. – четко отчеканила каждое слово Айнур и отключилась.

Она должна была сделать этот шаг давно, когда произошел скандал между отцом и сыном. Но то, на что она тогда закрыла глаза, превратилось в огромный ком обиды со временем, не давая простить и забыть. Интрижка мужа на стороне с другой, скорее было, каплей в море, переполнившей чашу ее терпения. Наступило время, чтобы ценить себя. Жизнь показывала ей, чем больше прощаешь, тем больше со стороны ошибочно полагают, что им дозволено еще больше обижать, а не использовать разумно выпавший шанс. Хильми не узнавал свою обычно покорную жену и совершенно не знал, как быть, понимая лишь одно, что он не хотел терять ту женщину, которая была с ним и в горе, и в радости.