Блог Бабы-Яги

Изольда приземлилась на парковке Соловья средь бела дня. Завидев избу на курьих ногах, в считанные минуты ушли, уехали, ускакали все, кто был намерен сегодня заплатить налоги. Я бы тоже в ужасе сбежал, да не могу. Жребий брошен – нет пути назад.

Перед отлётом Яга вызвала одного из леших, велела отправляться к ближайшему лагерю и отослала с ним Бастет. Задача кошки – подслушать, если возможно, разговоры и улучить момент для похищения одного из бесов. Задача лешего – собственно похищение и доставка пленного. Ну и дела. «Чужие глаза» дались Яге легко, вошла в контакт сразу, проблем с наблюдением не предполагается. Делегировав полномочия, воительница отправилась к сборщику налогов. На борту избы – странная компания героев: Глюк и Кощей.

Жихан Соловейчик вышел на балкон своего резного терема посмотреть, в чём проблема, оценил обстановку и слетел вниз. А у него и правда есть крылья, как история пишет. Большие, коричневые с отливом. Как появились, так и исчезли, плавно спустив его грузное, облачённое в пёстрые одежды тело на землю.

– Чему обязан таким скорым визитом, баба Яга? Случилось что? – непонимающе захлопал глазами налоговый инспектор Лукоморья, оглядывая саму гостью и её спутников.

Его пухлые пальцы то теребили полы одежды, то сцеплялись меж собой.

– Есть дело крайней важности. Скажите, когда в последний раз вы свистели изо всей силы? – ласково улыбнулась Яга.

У меня от этой улыбки похолодели руки. Соловейчик вздрогнул, лысина покрылась каплями пота.

– Уважаемая, вы имеете в виду – так, чтоб всё живое падало мёртвым, дрожали горы, тряслась земля и валились деревья? – осторожно уточнил он.

– Да, как в старых былинах.

– Никогда. Если я так сделаю, то приедет Илья, мою семью уничтожит, а меня возьмёт в плен и повезёт в Киев на смерть, как заведено. А я не хочу, меня устраивает нынешнее положение дел, – почти заикаясь от непритворного страха, ответил Жихан. – Я бы хотел ещё пожить.

Тонкие усики вздрагивали, как при нервном тике.

– А если я вам скажу, что Лукоморье под угрозой захвата бесами и со дня на день будет битва за сказочный мир? Если я скажу, что мы можем и проиграть? Тогда жить будет негде. Я предлагаю внести посильный вклад в спасение Лукоморья.

Яга спокойно смотрела на собеседника, произнося столь страшные слова. И вот чувствовалось – отказа она не примет. По бокам от неё стояли Глюк и Кощей. Один грыз семечки, второй со скучающим видом осматривал жильё Соловья.

– Как это – битва? – узкие глазки забегали, вглядываясь в лица гостей.

Я уж сбился со счёта, в который раз звучал рассказ о планируемом захвате со стороны бесов. Закончила воительница на оптимистичной ноте – словами о подкреплении.

– Биться бок о бок с Ильёй Муромцем? Неслыханно! – возмущённо ответил Соловей, когда Яга закончила речь. – Я одну войну пережил когда-то давно, не думал, что снова придётся, да в таком месте, да магией, а не огнестрельным оружием.

Яркое солнце внезапно скрылось за тучей, воительница нахмурила брови. Сдаётся мне, она недовольна. Глюк посмотрел на небо, на подругу и живо встрял:

– Я чё прикинул, Соловей-разбойник не зря когда-то получил контракт, соответствуешь, – он выразительно глянул на его руки. – Отойдём, перетрём за жизнь?

На пальцах у Соловья – какие-то выцветшие синие татуировки. Ну и что они имеют в виду?

– И правда, а я задумался и не обратил внимания. Янина, пожалуй, твой гоповатый друг найдёт с ним общий язык, – презрительно хмыкнул Кощей.

– Попридержи язык, Тоха мне жизнь спас, и я не дам его в обиду. Надеюсь, мы поняли друг друга?

Бессмертный перестал кривить губы в усмешке и пожал плечами. Умение вовремя замолчать – талант, данный не всем, но колдун, при всей его заносчивости, правильно оценил ситуацию. Глюк действительно о чём-то серьёзно говорил, жестикулировал, потом поделился семечками, и вот уже двое беседуют на равных. Я не слышу, о чём речь: моя задача – находиться рядом с Ягой.

Не знаю, что там наш пернатый маг наговорил, но Соловей согласился, выразив надежду, что справится с задачей, поскольку силу свою никогда не применял.

Мы отправились назад, к Дубу. На борту прибавился ещё один пассажир, а у меня кончился очередной блокнот. Так много я не писал никогда. Но время такое – всё кажется важным. Уникальная Яга, небывалая команда, противостоящая силам захватчиков, непонятная политика руководства. Хорошо хоть заряд самописца на несколько лет – у нас тьма работы.

***

День клонился к вечеру. Кощей улетел, сказав, что должен подготовиться к веселью, Глюк сидел рядом с Ягой на крыльце избы. Оба в трансе: одна смотрит через кошку, второй разослал пернатых наблюдателей. Позаброшенный Жихан тоскливо вздыхал, глядя на мирный пейзаж.

– Есть! – вскрикнула воительница. – Молодцы! Отлично сработали.

Все дружно вздрогнули. Тоха очнулся:

– Баст в порядке?

– В порядке. Нимгир захватил пленного, они идут. Ненавижу ждать.

Супчик выкопался из волос хозяйки и что-то пищал. Яга зло улыбнулась в ответ. Знать бы ещё, о чём они переговариваются.

Леший появился спустя час. На его плече ехала кошка. В объятиях дерева, оплетённый сучьями, едва трепыхался бес. Оружия при нём не наблюдалось.

– Вот, хозяйка, – прошелестел егерь. – Получите-распишитесь.

Церемониться с пленником никто не стал – ветви разжались, и краснокожий с большой высоты упал на землю. Судя по приглушённому скулежу – подвернул ноги. Он, может, и громче бы орал, да его рот оказался замазан чем-то липким. Яга встала, нависла над ним, мстительное выражение появилось на лице.

– Привет, рогатый! – радостный тон совершенно не соответствовал выражению лица. – Как поездка? Оценишь наш сервис «Лесное такси» положительным отзывом?

Бес ошалело вытаращил глаза. Жихан, к слову, тоже: он совершенно растерянно переводил взгляд с одного участника событий на другого.

– Да ты не переживай сильно – поговорим, а там видно будет. Я немного наблюдала за вами. Оказывается, твои сородичи не все говорят на нашем языке, знай себе стрекочут на своём. Тебе слегка не повезло – язык знаешь, потому и здесь. Давай, губы разлепи, поболтаем.

Пока рогатый отскабливал с лица смолу, огляделся по сторонам, должным образом оценил черепа сородичей на кольях и совершенно сник. Леший остался посмотреть на представление, только немного отошёл и спустил на землю кошку.

– Яга, их больше, чем мы предполагаем. Лифт из преисподней работал на полную долго, – Баст облизнула лапу и принялась умываться.

– Ты это, молодец, справилась, – похвалил кошку Глюк. – Я чёт переживал.

– Не стоило, Антон. Я профессионал, – ответила она, но довольно прищурилась.

Бес попытался встать, но со стоном рухнул назад.

– О, ты готов к беседе! Отлично, приступим, – потёрла руки Яга.

Допрос. Ещё несколько дней назад ей и в голову не могла прийти подобная мысль. Эта жёсткая новая баба Яга с таким знакомым лицом вызывает шок. Однако друзья от неё не бегут в ужасе. На что они рассчитывают своим самоотверженным поведением?

– Твои сородичи довольно много болтали о захвате сказочного мира и моего родного, очень воодушевлённо, я бы сказала. Ты видишь, где они сейчас. Хочешь присоединиться?

Пленник сжал зубы, стреляя глазами по сторонам. Некуда бежать, даже если бы мог.

– Это неизбежно. Вы проиграете! – зло выкрикнул он.

– Какая самоуверенность. И почему же?

– Животное всё верно сказало – нас больше, намного больше, чем вы думаете. Я ничего не выдам.

– Ох ты, несчастье какое, – притворно всплеснула руками Яга. – Он говорить не хочет. Я сейчас задам вопрос, а ты на него ответишь либо без боли, либо со слезами. Зачем вам летательные средства?

В ответ бес плюнул в её сторону, попав на носок ботинка. Воительница вздохнула и обратилась к лешему:

– Нимгир, подержи нашего гостя.

Леший опутал сопротивляющегося рогатого гибкими ветвями, как лозами. Яга погладила мыша и зло прищурила глаза, что-то прошептав ему. Супчик слетел с плеча хозяйки, приземлился на голову пленника, аккурат между рогами, расправил крылья по бокам, вцепившись в уши коготками, буквально распластавшись всем телом, в довершение всего вцепился в кожу зубками. Что происходит?

Ответ не заставил себя долго ждать: бес задёргался сильнее, выпучив глаза.

– Несладко ему придётся, – Соловей подошёл ближе и впервые подал голос.

– Звуком-то, – поморщился Тоха.

– Да на такой частоте, – прижала уши кошка.

Я смотрел на всё это и тихо холодел. Робкий маленький Супчик теперь в состоянии нанести врагу урон – такая трансформация произошла с ним в коконе. Возможно, это далеко не всё. А милая, отзывчивая Яга пытает пленника. Воистину: corruptio optimi pessima. Падение доброго – самое злое падение.

– Хватит, – приказала Яга, когда из носа пленника потекла чёрная кровь.

Мыш вытащил зубки, но место не покинул. Ждёт.

– Наши учёные… починили… рухлядь, – с трудом проговорил бес.

– Зачем?

– Удар… с воздуха.

Все переглянулись. Да, мало хорошего.

– Когда нападение и сколько вас точно? – спросила Яга.

Пленный сотрудничать не хотел. Пришлось мышу снова поработать. Когда в глазах полопались все сосуды и белки сравнялись цветом с кожей, бес выдавил из себя несколько слов. Их примерно тысяча, ждут команды от главного, так что он не скажет, когда именно атака. А когда разгромят первых защитников, то прибудут уже и другие.

– Я вот думаю отправить тебя с посланием твоему главарю на междумировом лифте под Дубом.

– Ты опоздала – он давно уже здесь, – рогатый рассмеялся с каким-то булькающим звуком.

– Где? – крикнула Яга.

Но пленный больше ничего не сказал и после очередной порции воздействия потерял сознание. Воительница долго смотрела на тело, в итоге приказала привязать его к дереву.

– Подожду Каза, может, он вытянет из него больше информации.

Я очень рад, что новый череп на участке не появился. По крайней мере, сегодня и от её рук. Нимгир вызвался сторожить.

***

Улучив момент, не отягощенный событиями, я быстро написал отчёт и переместился в отдел. Начальник, схватившись за голову, читал какие-то древние фолианты. Завал книг на столе подсказывал, что занят он этим давно. Я положил свой доклад и молча стоял, ожидая, пока на меня обратят внимание.

– Как там дела, лютует? – устало спросил главный.

После встречи со своевольным Гомером я жалею, что у нас нет имён, только номера и должности. Насколько удобней называть друг друга по имени.

– Лютует. Без кота она озверела. Не знаю, сколько друзья смогут её удерживать от полного погружения в образ.

– Директор Ворлиан дал мне зацепку, и я нашёл кое-что.

Я не поверил своим ушам – радость в голосе начальника казалась неподдельной. С чего это?

– И что вы нашли?

– Древний кодекс, чьи страницы почти истлели. Там сказано, что кот, умирая, возрождается в другом месте, не зная, кто он, и проживает новую жизнь. Так происходит в случаях: смерти от старости, смерти, связанной с несчастным случаем, смерти от болезни. Но! – ответил начальник, приглаживая бакенбарды. – Компаньон, погибший в бою, возвращается! Тратит одну из жизней и возвращается туда, где его любят и скорбят по утрате! Мы уже разослали письма с этим заверенным фактом по всем отделам. Надеюсь, дойдёт куда надо.

– Сейчас Они меняют правила. Думаете, этот кодекс что-то значит?

– Мы не вмешаемся, если просто напомним об этом. Мы ведь делаем свою работу, не так ли?

Я не имею права рассказывать об этом Яге, да и не стоит. Во-первых, учили меня не так. Во-вторых, если не получится ничего, будет только хуже.

***

Поздней ночью Изольда вздрогнула от пола до потолка, разбудив от тревожной дрёмы всех в доме. Глюк и Соловей свалились с лавок, на которых лежали. Яга бегом спустилась вниз.

– Души пришли, что ли? – буркнула она ворчливо и открыла дверь.

Снаружи оказались далеко не гости.

За оградой из черепов, на залитом лунным светом поле происходило нечто странное. Тусклый свет, словно предрассветный туман, покрыл землю. Молочная дымка вспыхивала искрами, клубилась, перекатывалась. Мы молча застыли в дверях, глядя на это чудо. С поля веяло колючим холодом, я быстро замёрз, но никто из нас не делал попыток одеться. Искры нарастали в своей интенсивности, больше похожие на вспышки, и сконцентрировались примерно на том месте, где земля впитала кровь кота.

– Бальтазар, – потрясённо прошептала Яга и как была, босиком, бросилась туда по хрустящей обледеневшей траве. Следом полетел Супчик. Я смотрел, как она упала на колени, руки погрузились в дымку, шарили в поисках неведомо чего. Растрёпанные волосы отсвечивали, как пламя, в свете мистических вспышек, над ней, истошно вереща кружил, мыш. И вдруг воительница застыла, будто нащупала что-то, схватила обеими руками и потащила. Я сначала не понял, что она нашла: в лунном свете и отблесках рассеивающегося тумана блестел металл.

– Я держу тебя, держу! – всхлипывала Яга, упорно вытягивая что-то из земли.

Рывок и… Фигура большой кошки в доспехах, сияющих в лунном свете, показалась из земли целиком. Броня укрывала ее тело с головы до кончика хвоста, оставляя открытыми только лапы.

– Исчадие! – Бастет бросилась навстречу.

Волшебный туман испарился, кот медленно встал, слегка покачиваясь из стороны в сторону, оглянулся, встретился взглядом с хозяйкой:

– Ягуся.

Она плакала навзрыд, обнимая компаньона за шею, гладила по голове и причитала что-то несвязное. Под её руками мельтешила Бастет, мяукая и поднимаясь на задних лапах.

– Привет, Трикс, – сказал кот и сел, склонил голову, снюхавшись в приветственном ритуале.

– Дружище, где ты был? Я так волновалась, – мурчала кошка.

Неужели работа летописцев помогла? Если так, если это действительно Исчадие, то мы впервые на что-то повлияли. Но он больше, чем я его помню, в броне дело или он ещё вырос, станет ясно позднее.

– Это правда он или кладбище домашних животных? – крикнул Глюк, не решаясь подойти.

– Ну, черви из меняу не сыплются, пернатый. Можешь проверить, – фыркнул кот.

– Правда он, – облегчённо выдохнул маг, подошёл и обнял крыльями всех троих.

Соловей пожал плечами и скрылся в избе – его происходящее не касалось.

В тишине только всхлипы Яги, писк мыша и шелест крыльев Глюка. Мне хотелось задать множество вопросов коту, но я не имею права, остаётся только ждать рассказа.

– Пойдём, Антон, им нужно поговорить, – наконец сказала кошка.

Яга и компаньон остались вдвоём.

– Что с тобой случилось? – воительница сняла с кота шлем и погладила его по голове. – Ты погиб так быстро, я даже не успела ничего понять.

– Я смутно помню, всё в темноте. Голоса – мрачный шёпот. Они говорили про мёртвую и живую воду. Они сказали – так надо было, чтобы ты изменилась. Яу не идиот, яу умею драться и вообще прыгать на второго не собирался. – Кот закрыл глаза и вздрогнул. – Моё тело летело навстречу смерти вопреки моему разуму – я им не управлял.

Яга выругалась так, как я никогда от неё не слышал, небо прорезала молния. Доспехи – сталь с золотом – отразили её свет.

– Они вернули меня как погибшего в бою, как сказано в древнем кодексе, а эти латы – подарок. Сказали, я должен соответствовать воительнице.

Хозяйка и компаньон смотрели друг другу в глаза.

– Я отомщу за тебя, друг мой, – тихо поклялась Яга.

– Мне жаль, что так вышло, хозяуйка. Знай только: каким бы путём ты в итоге ни пошла, что бы ни выбрала – я иду с тобой. Воительница ты, дарительница или похитительница – мне всё равно.

Бальтазар сменил форму на комнатного кота, доспехи грудой рухнули на землю. Он выбрался из-под них, залез Яге на руки, обнял лапами за шею, уткнулся головой под подбородок:

– Налей мне стаканчик валерьянки. Я помню собственную смерть.