Путь к истокам

64 глава: Без права на лёгкую смерть 1 часть

Сириус бросился к ней с чувством облегчения. Адреналин, тревога и страх, терзавшие его весь последний час, пока её жизнь висела на волоске, заглушали всё остальное. Всё его внимание было приковано к девушке, поэтому он не расслышал последних слов человека, лежавшего рядом с ней. Не понял и того, что именно в этот момент начинался кошмар, который ещё долгие ночи будет преследовать его во сне.

Аскания вдруг начала превращаться в свою анимагическую форму.

Это происходило мучительно медленно - под душераздирающий крик, от которого кровь стыла в жилах.

Сириус видел, как лицо девушки, которую он любит, постепенно теряет человеческие черты. Видел, как пальцы вытягиваются, превращаясь в когти. Как кожу сменяют перья и бурый мех. Он наблюдал каждую секунду этой страшной трансформации и не мог ничего сделать.

Никогда прежде он не слышал столько боли в одном-единственном звуке.

А потом на её месте осталась лишь крупная бурая сова с большими ушами.

- НЕШИ!

Голос сорвался.

- АСКАНИЯ! Нет...

Кто-то промчался мимо него так быстро, что он едва успел заметить движение.

Том Реддл.

Отец девушки оказался рядом раньше всех, хоть узнал последним. Он буквально вырвал птицу из рук измученной Марлин и осторожно опустил её на землю. С птицами Том обращаться не умел. Сейчас же он явно не представлял, что делать и с какой стороны вообще подходить к этой проблеме.

Но самое важное - его дочь дышала.

Тихо. Слабо. Но, хвала Мерлину, дышала.

Сириус понимал, что даже будь он в десять раз сильнее, даже владей всей магией мира, он не смог бы сейчас оттеснить мужчину перед собой. Если кто-то и был способен помочь Аскании, то только её отец.

- Нет... - хрипло произнёс Том, опускаясь рядом на колени. Его рука осторожно коснулась перьев дочери. - Нет, моя девочка. Открой глаза. Что произошло? Что этот ублюдок с тобой сделал?

Ответа не последовало.

Тогда Реддл поднял взгляд на единственную свидетельницу произошедшего.

Марлин выглядела измождённая, бледная, с дрожащими руками, она явно не понимала ни слова из того, что Том говорил на парселтанге.

Блэк стоял над телом Эбигейла, тяжело дыша. Пальцы судорожно сжимали палочку - ему стоило немалых усилий не осквернить уже мертвое тело. Одно проклятие сменяло другое, каждое - яростнее предыдущего.

Лишь когда гнев немного отступил, он хрипло спросил:

- Что здесь произошло?

- Эйн... Эйнгил... - Марлин тяжело сглотнула. - Стюарт произнёс какое-то слово. Что-то вроде... Абхи... Адхи... Адхибия...

Она зажмурилась, пытаясь вспомнить.

- И после этого началось всё это. О...Мерлин... А ведь до того момента всё закончивалась хорошо. Ее признали духи. Она победиила его. Почему так...

Голос Марлин в сознание Сириус начал исчезать, когда его взгляд зацепился за что-то в руках Эбигейла.

Одно-единственное перо.

Он взял находку и замер. Размер. Расцветка. Структура оперения.

Сомнений не было. Он слишком хорошо знал это перо, ведь любовался им каждую ночь перед сном.

Два года назад, во время одного из превращений, Аскания обронила перо. Заметив это, Сириус забрал его и спрятал у себя. Тогда он серьёзно предупредил её: любые биологические материалы анимагов - будь то перья, шерсть или чешуя - могут стать ценным компонентом для тёмных ритуалов и опасных проклятий.

После того разговора Аскания настолько серьёзно отнеслась к предупреждению Сириуса, что наложила на себя защитные чары, не позволяющие упасть ни единому волоску.

Поэтому этого перо не могли найти в случайном месте, если только не в его комнате. Кто-то сумел обойти их? Или эльф служивший Дамблдор нашел его?

Как бы там не было, сейчас перо было сломано пополам. И от места разлома исходили остатки тёмной магии.

Сириус почувствовал, как внутри всё оборвалось. Он наконец понял, что тот самое проклятие анимага настигла Асканию.

Он не сказал об этом вслух. Не потому что побоялся, просто не смог.

Он винил себя, за то что не уничтожил перо; не вернул владелице. Не позаботился о том, чтобы никто не смог до него добраться. И теперь кто-то использовал эту ошибку против Аскании.

Сириус бережно поглаживал, пытаясь восстановить перо. Впервые за весь этот вечер он винил не Стеллу. Не Эбигейла. Не Дамблдора. А самого себя.

Потому что именно его небрежность позволила кому-то навредить его Неши.

***

Пока наследник Блэк погружался в своём горе, с лордом Реддлом связался ещё один наблюдатель этого произошедшего.

- Дура. Видимо это у вас в роду, насмехаться над умерающими. Вам надо сразу добить, а не вести светские беседы, - столько холодного презрения было вложено в эти слова, что Том мгновенно поднял голову.

Неподалёку от алтаря свернулась огромная королевская кобра. Её ярко-жёлтый глаз внимательно наблюдал за происходящим, а в раздвоенном языке чувствовалась насмешка.

Том вспомнил про него из писем дочери, как та приручала демона-змея.

- Спаси её. Скажи, как вернуть. Ты должен помочь...

- Что дочь, что отец - одинаковые идиоты. Я ничем не обязан вашей семье, человечек. Мой контракт действует, пока она жива. Твоя дочь была мне интересна, поэтому я пошёл ей навстречу. Если она умрёт так и быть. Её смерть же разобьёт сердце Адары, не так ли?

Кобра издала довольное шипение.

- Тогда я, пожалуй, даже порадуюсь.

- Говори способ исцеления, - Том добавил приказ в своем парселтанга, но, как и в прошлые разы в исполнение Асканией, но результат получил лишь ленивый зевок демона.

- Неужели ты решил, что это снова сработает? Я не настолько глуп, чтобы позволить Реддлам второй раз использовать один и тот же трюк.

Том стиснул зубы. Он чувствовал, что не может упустить этот шанс. Если кто-то здесь и обладал нужными знаниями, то только Асмодей.

- Её смерть невыгодна тебе.

- Правда?

- Ты хочешь магию.

Улыбка демона стала шире.

- Продолжай.

- Я знаю условия вашего договора. Сейчас ты не можешь заключать новые контракты. Но если она выживет, я... помогу за сбор договоров. Я найду тебе магов, - продолжил Том. - Всех, кого захочешь. Если потребуется - всю Британию.

- А если отвернусь сейчас? - с откровенным любопытством спросил Асмодей.

- Тогда потеряешь всё, что могла бы дать тебе моя дочь.

- И что же ты мне сделаешь, Том Реддл? Поднимешь против меня ад? Перебьёшь моих демонов? Начнёшь войну с Бездной? За свою вечность я слышал тысячи угроз, ни одна ещё не была исполнена, - Жёлтый глаз внимательно посмотрел на волшебника. - Но твоя предложение мне нравится. Вопрос лишь в том, способен ли ты её выполнить.

Лорд даже не колебался.

- Я, Том Марволо Реддл, клянусь собственной магией...

Но закончить клятву он не успел.

Все уже успели забыть о василиске. Молниеносным броском тот впился в кобру и одним укусом оторвал ей голову, тут же проглотив её. Из обезглавленного тела густыми клубами повалил алый дым, медленно впитываясь в землю.

Асмодей оказался неожиданно изгнан из змеиного тела. Лишившись сосуда, он больше не мог оставаться на землях Великобритании: руны, защищавшие границы страны, не позволяли демоническим сущностям свободно ступать по этой земле.

- Это ещё не конец... Увидимся в аду... - прозвучали его последние слова.

- АСМЕТ! Что ты наделал?!

- Успокойся, Реддл. Наследнице Слизерина вряд ли понравится, чем именно ты собирался пожертвовать ради ответа.

Фамильяр никогда не вступал в прямой контакт с демоном, но успел услышать, как тот пытался найти слабое место собеседника. Когда Аскания составляла договор, именно Асмет не позволил ей совершить ошибку. Теперь же он точно так же остановил и ее отца.

- Демон сам говорил наследнице, что не способен забрать то, что уже однажды отдал. У этого зловонного, - он кивнул на труп, - должна быть книга проклятий, которую тот получил от недозмеи.

До мужчины наконец дошло, какую аферу он едва не позволил провернуть демону - и как легко сам на нее попался.

Впрочем, времени предаваться самобичеванию не было. Стоило ему окинуть взглядом алтарь, как внимание сразу привлекла книга.

Манящие чары сорвали ее с места, и тяжелый том лег ему в ладонь. Лихорадочно перелистывая страницы, Реддл искал нужное проклятие, но никак не мог его найти.

- Мистер Реддл...

Маленькая ладонь девушки мягко, но решительно остановила его руку. Подняв взгляд, он увидел в ее глазах то же, что испытывал сам: страх и надежду. Но было там и еще кое-что - обреченность.

- Даже если вы сейчас найдете способ вернуть Эйнгил, она вряд ли сможет это пережить. Еще до обращения она едва держалась на ногах. Ее тело полностью истощено. Ему нужно время, чтобы восстановиться.

Тяжесть в душе прибавился услышав каком состояние была его дочь. Прежде он сумел принять решение, к ним заявился русский маг, проследав за лордом, сообщая что авроры проверает каждое здание в деревне.

Долохов был навеселе после своего дебоша в деревне и поначалу не вполне понимал, зачем Реддлу понадобилось мчаться именно сюда. Но чем дольше он осматривал тёмное помещение, тем яснее складывалась картина произошедшего.

- Скверна проклятая... - выдохнул он наконец. - Так вот почему всё так рано началось.

Он не знал всей истории. Но незнакомый мертвец у алтаря явно был её началом.

Антонин уже потянулся к телу - пальцы привычно нашли рукоять палочки, а в памяти всплыли формулы некромантии, заброшенные несколько лет назад, - как сверху донеслись голоса.

Топот тяжёлых шагов по лестнице. Команды, отданные вполголоса. Красные мундиры аврорского патруля появились в проёме один за другим. Они остановились на пороге, мгновенно оценивая обстановку. Их взгляды скользнули по телу, по алтарю, по василиску - и палочки взлетели в унисон.

- Всем оставаться на месте!

Голос старшего авроры был ровным, но в нём звенело напряжение человека, который видит перед собой нечто, выходящее далеко за рамки обычного дежурства.

***

Весь ноябрь магическая Англия жила новостями с первых полос. Каждое утро читатели разворачивали свежий номер «Ежедневного пророка» - и каждое утро их ждал очередной громкий заголовок.

«ЛОРД ГРИФФИНДОР ВОЗВРАЩАЕТСЯ: ПЯТНАДЦАТИЛЕТНИЙ СТУДЕНТ НАСЛЕДУЕТ ТИТУЛ ОСНОВАТЕЛЯ»

Первой сенсацией стало явление Лорда Гриффиндора. Джеймс, бывший Поттер, в свои пятнадцать лет был признан законным наследником самого древнего титула в истории магической Британии - и отныне считался лордом замка, в стенах которого сам же и учился. Новость всколыхнула общество, однако продержалась на первых полосах недолго.

«КОНЕЦ ЭПОХИ СТРАХА: ТОМ РЕДДЛ ПОВЕРГАЕТ ВОЛАН-ДЕ-МОРТА»

Куда громче прогремело другое известие. Тёмный лорд, державший магическую Англию в страхе долгие годы, был повержен в ночь Самайна - и сделал это один человек. По словам очевидцев, Тому Марволо Реддлу не понадобилось много усилий: его удар оказался настолько сокрушительным, что противник не приходил в себя больше недели. Народ ликовал. Реддл в одночасье стал героем.

«КТО ТАКОЙ ТОМ РЕДДЛ? ИСТОРИЯ ЧЕЛОВЕКА, СПАСШЕГО БРИТАНИЮ»

Следом хлынула волна материалов о самом победителе - судя по всему, заботливо подготовленных заранее. Читателям открылась история полукровки и сироты, выросшего в маггловском приюте и добившегося всего собственным трудом. Журналисты писали о его достижениях, его взглядах на будущее магического мира, а также о большой любви к жене - ради которой он когда-то добровольно исчез из общества.

«АДАРА РЕДДЛ ЖИВА: ВОЗЛЮБЛЕННАЯ ГЕРОЯ ПОЯВИЛАСЬ НА СВЕТСКОМ ВЕЧЕРЕ»

Упоминания о жене немедленно породили новый виток публикаций. Адара Реддл, которую долгие годы считали мёртвой, появилась на именном вечере Горация Слизнорта - живая, и, судя по описаниям очевидцев, в добром здравии. Магическое общество не скрывало потрясения.

«ДОЧЬ В ТЕНИ: ЭЙНГИЛ КОЛЛИН, ОНА ЖЕ АСКАНИЯ РЕДДЛ, ПРОКЛЯТА В НОЧЬ САМАЙНА»

Вместе с историей матери всплыло и имя дочери. Оказалось, что у Реддлов есть ребёнок - девушка, которую намеренно скрывали от посторонних глаз. В ту же ночь Самайна она стала жертвой проклятия и с тех пор находится в Святом Мунго, в отделении по лечению недугов от заклятий. Когда публика успела проникнуться сочувствием к судьбе героя, тон изданий резко переменился.

«ТЁМНОЕ ПРОШЛОЕ РЕДДЛА: ЗАПРЕТНЫЕ ЗАКЛЯТИЯ, НЕЗАРЕГИСТРИРОВАННЫЙ АНИМАГ И ВАСИЛИСК»

Слухи появились резко, точно кто-то ждал подходящего момента. Говорили, что сам Реддл - тёмный маг, а возвращение его жены стало возможным лишь благодаря запретным заклятиям. Намекали, что его дочь нашли в теле совы - а значит, является незарегистрированным анимагом. Авроры, прибывшие на место событий, сообщали, что видели живого василиска, подчинявшегося командам Реддла, который говорил на парселтанге. Кроме того, в подземелье было обнаружено тело иностранного студента - Эбигейл Стюард.

Последнее обстоятельство взбудоражило международное сообщество. Зазвучали слова о межконтинентальном конфликте.

Неделя ещё не закончился, а имя Реддла уже стало полем сражения - между теми, кто видел в нём спасителя, и теми, кто был убеждён: герои просто так из ниоткуда не появляются.

«РЕДДЛ - НАСЛЕДНИК СЛИЗЕРИНА: КРОВЬ ОСНОВАТЕЛЯ»

Команда, отвечавшая за репутацию Реддла, действовала методично и без лишней суеты.

Прежде всего они напомнили общественности, что Том Реддл никогда не скрывал: он владеет редкими и малоизученными разделами магии. Именно эти знания позволили ему противостоять Волан-де-Морту там, где потерпели поражение многие признанные специалисты. Незнакомое - ещё не означает запретное.

Следом они раскрыли то, о чём в приличном обществе давно догадывались, но предпочитали не говорить вслух. Том Марволо Реддл - прямой потомок Салазара Слизерина по побочной линии рода Мраксов. Парселтанг оказался не признаком тёмного мага, а наследственным даром семьи. Василиск же был не чудовищем на службе у злодея, а древним хранителем, веками связанным с родом Слизерина.

Более того, лорд Гриффиндор подтвердил, что василиск вовсе не единственное магическое существо, охраняющее Хогвартс. Он рассказал о мантикоре, связанной с Гриффиндором, а также намекнул, что и другие основатели оставили после себя собственных хранителей. После этого появление василиска стало восприниматься не как доказательство тёмной магии, а как часть древнего наследия школы.

Ответ на обвинения в адрес Адары оказался не менее прямым. Никаких запретных ритуалов, никакого тёмномагического воскрешения. Незадолго до этих событий в научных магических изданиях уже выходили статьи, посвящённые восточным практикам исцеления души. В качестве подтверждения были опубликованы выдержки из юношеских дневников самой Адары, где она подробно описывала свои путешествия по восточной части континента, знакомство с подобными техниками и первые попытки освоить их. Именно эти знания, как утверждалось, и легли в основу её второго шанса.

К заявлениям приложили даты, свидетельские показания и официальные документы. В результате тема угасла раньше, чем успела превратиться в полноценный скандал.

Но самый неожиданный ход команда Реддла приберегла напоследок.

«ПРИЗНАНИЕ ОБОРОТНЯ: ПЯТЬ ЛЕТ С МОЛЧАЛИВОГО СОГЛАСИЯ ДАМБЛДОРА»

Вопрос об анимагии Асканиии Реддл команда решила закрыть чужими устами. В редакции ведущих изданий поступило интервью со студентом Хогвартса - Римусом Люпином. Молодой человек говорил спокойно и без лишних слов: он оборотень. Об этом знал директор школы Альбус Дамблдор - именно он пригласил Люпина учиться в Хогвартс и дал негласное согласие шестью студентам сопровождать его в ночи полнолуния, находясь рядом с оборотнем в трансформированном состоянии уже второй год к ряду.

Логика была проста и убийственна: в замке ничего не происходит без ведома директора. Если Дамблдор закрывал глаза на незарегистрированных анимагов среди студентов всё это время - почему вопросы задают Реддлам, а не ему?

Имя Дамблдора оказалось в центре внимания.

«ДИРЕКТОР НАЙДЕН В КАБИНЕТЕ: ЧТО С НИМ СЛУЧИЛОСЬ?»

Новость пришла в момент, когда общественный интерес к Дамблдору был на пике. Альбус Дамблдор был обнаружен на полу собственного кабинета. Состояние его оценивалось как стабильное, однако многие вспоминали его речи накануне нападение в ночь Самайна - бессвязные, лишённые привычной стройности. Слова о маразме и старости зазвучали в магазинах, кафе и редакциях куда откровеннее, чем прежде.

Дополнительный интерес вызвали находки в директорском кабинете. Аврорат объявил, что изучает обнаруженные предметы и воздерживается от комментариев до завершения следствия, что, разумеется, лишь подстегнуло домыслы.

Параллельно всплыло ещё одно обстоятельство: причастность Дамблдора к исчезновению Асканиии Реддл в вечер её похищения. Следы вели к семье Стюард - один из них был найден мёртвым в ту самую ночь, другая в настоящее время находилась в том же отделении Святого Мунго, что и пострадавшая.

Общественное мнение качнулось.

Поймав эту волну, Том Реддл объявил о пресс-конференции коротко.

Когда он вышел к журналистам, первое, что бросалось в глаза - его вид. Осунувшееся лицо, тёмные круги под глазами, движения человека, который давно не спал по-настоящему. Аврорат вызывал его на допросы раз за разом, требуя пояснений по обстоятельствам той ночи, и всё время между повестками он проводил в Святом Мунго - у постели дочери.

Перед прессой стоял не триумфатор. Перед прессой стоял отец.

***

Зал для пресс-конференций в аврорате никогда не был таким переполненным. Журналисты теснились в первых рядах, за их спинами колдокамеры уже были наведены на возвышение, где стоял длинный стол. За ним сидели трое: Том Реддл - осунувшийся, в чёрном костюме без галстука, с тёмными кругами под глазами; аврор Флимонт Поттер - в парадной мантии Аврората, сдержанный и собранный; и колдомедик Изабелла Гринграсс - в белом халате с вышитым гербом Святого Мунго.

В зале стоял гул голосов, но как только оргинизатор, Дональд Шафик, поднял руку, тишина опустилась мгновенно.

- Прошу тишины. Пресс-конференция объявляется открытой. Первый вопрос - «Ежедневный пророк».

Из первого ряда поднялся мужчина средних лет, поправил очки и заговорил ровным, профессиональным голосом:

- Мистер Реддл, позвольте начать с самого главного. Ваша дочь, Аскания, находится в Святом Мунго уже несколько дней. Колдомедики сообщили, что она проклята и не может вернуть человеческий облик. Мы узнали, что вы проводите у её постели каждую свободную минуту. Скажите, есть ли у вас надежда? Что говорят колдомедики о её состоянии?

В зале стало особенно тихо. Реддл медлил. Он смотрел в стол, и казалось, что он собирается с силами. Когда он поднял взгляд, его голос прозвучал глухо, с трудом.

- Состояние моей дочери... оставляет желать лучшего.

Короткая пауза. Он сглотнул.

- Каждый раз заходя в палату, надеюсь увидеть дочь,...а не ее птичый облик. Она сильна настрадалась...

Отцу было трудно произнести эти слова, будто сказав об этом все надежда на восстановление уйдет к крахом.Тогда слово взяла Изабелла Гринграсс. Она говорила негромко, но твёрдо:

- Если позволите, я постараюсь ответить на медицинскую часть вопроса.

Она поправила манжету и продолжила:

- Состояние мисс Реддл действительно остаётся сложным. Проклятие, которое на неё наложили, относится к категории так называемых «ритуалов закрепления» - оно буквально вплавило её анимагическую форму в магическое ядро, сделав её постоянной. Прошлом такие проклятия были необратимы.

Она сделала паузу, давая словам осесть в сознании слушателей.

- Однако нам удалось найти способ вернуть ей человеческий облик. Процедура сложная, потребует нескольких сеансов. Мы не можем провести её прямо сейчас - организм мисс Реддл крайне истощён как магически, так и физически. Сначала она должна набраться сил, чем мы сейчас занимаемся.

В её голосе появилась более тревожная нота.

- Но я должна сказать правду. Когда я впервые увидела её школьную медицинскую карту, я пришла в ужас. За последние годы у мисс Аскании были зафиксированы резкие скачки магии - то неконтролируемые выбросы, то полная блокировка. Согласно протоколу, студента должны были немедленно направить в Святой Мунго для полного обследования. Этого не сделали.

Она обвела взглядом зал, словно проверяя, понимают ли её.

- Эти скачки, оставшиеся без внимания, привели к тому, что у неё развился «Синдром магической циклической дисрегуляции». Если говорить проще - нарушение естественного потока магии в организме. У здорового волшебника магия течёт ровно, как кровь по сосудам. У девушки этот поток постоянно прерывался. Представьте, что сердце бьётся то с бешеной скоростью, то замирает. Организм не выдерживает такого хаоса.

Она выпрямилась, и в её голосе появилась твёрдая надежда.

- Но есть и хорошая новость. Синдром излечим. Как только она вернет себя облик, мы начнем пройти по процедурам. Надемся Мерлину, чтобы её организм остался сильным. Она пережила то, что многие не пережили бы.

Журналист, задавший первый вопрос, кивнул и сел, но его место тут же занял другой - молодой, с острым взглядом, из «Вечернего вестника».

- Мистер Реддл, ваша дочь была зарегистрирована в Министерстве как Эйнгил Коллин, маглорождённая. Как вы это объясните? И почему вы оставили своего ребёнка в магловском мире?

Реддл медленно выдохнул. В его голосе появилась усталая честность, которую трудно было подделать.

- В пятидесятых годах, когда я только начинал свою политическую карьеру, на меня было совершено несколько нападений. В те годы магическая Британия была неспокойна, а мои взгляды на будущее нашего общества вызывали острое неприятие у некоторых концервативных кругов. Поэтому, я скрывал свою семейную жизнь, считая что она может стать мишенью. Но это все ровно не уберегло Адару от опасности, тем более когда она была беременна.

Он замолчал на мгновение.

- Адара не хотела расставаться с ребёнком. Она была готова рискнуть собой. Но я не мог позволить ей умереть. Я воспользовался ритуалом, который она сама разработала для своего больного отца - ритуал переноса. Так я перенес своего дитя в тело магловской женщины, Клары Коллин. Она подходила по единственной причине, о которой я тогда не знал: она была дальним потомком рода Мраксов. Это позволило зародышу прижиться.

Шок в зале стала почти осязаемой, если учитовать им передали фамильную древу Клары Коллин полученные от гоблинов. Реддл продолжал, и теперь в его голосе звучала горечь.

- Я не рассказал об этом никому, потому что это была страховка. Если бы кто-то узнал, что у меня есть ребёнок, она стала бы целью. Я не мог рисковать её жизнью. Я знал, что Дамблдор - великий волшебник. Я уважал его тогда. Верил, что он, с его любовью к маглорождённым и к тем, кто воспитывался в мире маглов, не позволит другим причинит вред им. Я доверился ему.

Он сделал глубокий вздох, с тяжолым выдохом.

- Только вот, Аскания, будучи скрытой как Эйнгил Коллин, не могла нормально учиться в Хогвартсе. Она столкнулась с тем, с чем не должен сталкиваться ни один ребёнок. А я не мог оставить Адару, которая только начинала восстанавливаться. Поэтому я открыл правду узкому кругу людей, которым доверял, - тем, кто мог позаботиться о моей дочери, пока я не смогу сделать это сам.

Третий журналист поднялся почти сразу, не дожидаясь паузы. Это была женщина из «Магического обозрения», и её голос звучал с вызовом.

- Мистер Реддл, ещё один вопрос о вашей дочери - незарегистрированный анимаг. Это подтверждено. Также мистер Люпин подтвердил личности других студентов-анимагов. Мистер Поттер, среди них - ваш сын, нынешний лорд Гриффиндор. По законам магической Британии это нарушение карается штрафом и регистрацией. Вы знали об этом и не сообщили в Министерство. Почему?

Аврор смотрел прямо в глаза журналистке. Его голос был спокойным, твёрдым, без тени оправдания.

- Да, я знал и не сообщил. Когда я впервые узнал о состоянии мистера Люпина, я сразу обратился к Дамблдору. Он заверил меня своей магии, что контролирует ситуацию, что у него есть программа, которая поможет детям с ликантропией влиться в общество. Я поверил ему, так как знал эту парнишку. И хотел дать ему и его виду надежду, также и самому проследит за ним.

Он сделал короткую паузу.

- Я был уверен, что обучение анимагии являлось частью программы, разработанной директором. Но ошибался. О том, что ребята сами пришли к этой идее, я узнал одновременно с вами - из откровений юноши. Они сделали это лишь для того, чтобы поддержать своего друга. И, как оказалось, именно это помогло Римусу Люпину значительно лучше контролировать свою ликантропию.

Голос Поттера стал твёрже.

- Штраф и регистрация будут. Я не воспользуюсь своим положением, чтобы это как та замять. Что касается Люпина - он первый, кто успешно проходит курс контроля оборотней, разработанный втайне в Министерстве. Он доказал, что это возможно. И я надеюсь, что скоро эта информация станет доступна общественности.

Четвёртый журналист - пожилой мужчина из «Пророка», с седыми висками и пронзительным взглядом - поднялся медленно, словно давая себе время сформулировать вопрос. Его голос был острее предыдущих.

- Мистер Реддл, ходят слухи, что вы происходите от Салазара Слизерина. Также появились необоснованные догадки, которые вы могли бы развеять, - получив кивок от него, журналист продолжал. - В годы вашей учёбы в Хогвартсе произошла трагедия - смерть студентки Миртл Уоррен. По официальным записям, именно вы помогли разоблачить виновного - Рубеуса Хагрида. Однако полувеликан Хагрид до сих пор утверждает, что его питомец невиновен. И узнав что как наследник Слизерина вы могли контролировать василиска, мы изучили его. И один из способности вашего существа, смертельный взгляд. Как вы это покоментрируете?

Реддл замер на мгновение, бросив взгляд на Шафик, который понял что делать. Но ответчик продолжал сам.

- Я понимаю, почему этот вопрос возник именно сейчас. И я не могу винить вас за желание связать два события, разделённых тридцатью годами.

Он слегка выпрямился.

- Когда я учился в Хогвартсе, я был старостой Слизерина. Моя обязанность - и моя гордость - заключалась в том, чтобы поддерживать порядок. И когда начали происходить те события, я сделал то, что должен был сделать любой ответственный студент: я начал расследование.

Его голос стал тише.

- Я нашёл Рубеуса Хагрида, когда тот незаконно содержал акромантула в замке. Я только передал свое наблюдение тогдашнему директору, Армандо Диппету. Хагрид был отчислен, его палочка сломана. Школа была спасена от закрытия. И все посчитали его преступником, и я тоже. Если Хагрид всё это время был невиновен, и преступник все еще на свободе - я готов поддержать пересмотр его дела.

Он замолчал на мгновение.

- Если вернуться к вопросу, в то время я не знал, что я - потомок Слизерина. Это знание пришло ко мне позже. И если бы тогда, я знал, что я могу контролировать василиска... задайте себе вопрос: зачем мне это было? Убийство маглорождённой в школе, где я сам учился, не принесло бы мне ничего, кроме проблем.

Реддл поднял взгляд на журналистов.

- Василиск, которого видели в ту ночь, находится под магией Хогвартса. Он не может покинуть пределы своего территории без особой причины. В том месте, где произошло несчастье, проходил ритуал признания организованного Эбигейлом Стюартом. Василиск, дремавший в замке, откликнулся на магию и нашёл алтарь, чтобы приветствовать своего законного наследника.

Журналист поднялся почти мгновенно, не дожидаясь, пока последние слова Реддла успеют осесть в сознании присутствующих. Его голос прозвучал настойчиво, почти требовательно.

- Мистер Реддл, аврор Поттер, не могли бы вы подробнее рассказать об этих событиях? И что вы имели в виду, говоря о законном наследнике?

- Меня не было в подземелье, когда началось то, что произошло с моей дочерью. Я прибыл позже. Но я видел, что осталось после ритуала.

Начал говорит отец пострадавшего, но его перехватил аврор:

- Подробное описание произошедшего мы получили от подруги Аскании - Марлин МакКиннон. Её использовали как наживку. Она была тяжело ранена, несколько раз теряла сознание, но успела увидеть достаточно. Именно мисс Марлин подтвердила, что насильственное обращение с мисс Асканией не ограничилось одним эпизодом во время ритуала.

Взгляд Тома стал заметно жёстче. На скулах напряглись желваки - редкий признак того, что он сдерживает гнев. После короткой паузы Флимонта, Том произнёс:

- Эбигейл Стюарт считал себя потомком рода Слизерин, опираясь на историю своей дальней родственницы - Изольды Сейр. Лично мне кажется глупым, что чистокровный волшебник, претендующий на столь древнее наследие, даже не удосужился проверить своё истинное родство. - Однако этот... - он уже собирался назвать покойника куда менее лестным словом, но предупреждающий кашель рядом заставил его осечься. - Индивид был одержим мыслью заполучить наследие Основателя Хогвартса. И он знал, что магия рода поражена проклятием, и рассчитывал, перенести это проклятие на другого человека, получив права законного наследника.

Реддл на мгновение сжал челюсти.

- Для этой роли он выбрал - или ему помогли выбрать - мою дочь. Этим решением он подписал себе смертный приговор. Магия умеет оценивать не только потенциал, но и происхождение. Мой род значительно ближе к истокам, чем его давно смешанная линия крови. Он начал ритуал, рассчитывая подчинить себе магию рода, но в какой-то момент она стала действовать против него. Всё, что веками накапливалось в роду в виде проклятия и магической скверны, обрушилось на него самого. Когда же магия ритуала поменяла их местами, Аскании досталось уже очищенное наследие рода Слизеринов.

Из зала тут же прозвучал новый вопрос:

- То есть вы подтверждаете, что сейчас у Хогвартса появились два официальных потомка Основателей?

- Да, - потвердили оба родителя.

- Нам также поступают сведения, что директор Дамблдор был осведомлён о планах семьи Стюард в отношении мисс Реддл. Что вы можете сказать?

На этот вопрос первым ответил Флимонт, поправив мантию. Его голос был сдержанным, но твёрдым.

- Прежде я поделюсь показанием, полученные в ходе расследования. Мистер Хейл, тоже иностранный студент из Ильвермони, сообщник Стюартов, был допрошен. Он признался, что подружился с кругом мисс Реддл с единственной целью - выведать её слабости. Он передал информацию, украл мисс МакКиннон в той ночи и передал перо, с помощью которого было совершено проклятие.

- Откуда у него взялось это перо? - перебил его любопытный молодой журналист.

- Кхм... Аскания состояла в отношениях с юным Блэком и подарила ему своё перо как знак любви, - с заметным усилием произнёс Том. Каждое слово давалось ему нелегко. Если бы не недвусмысленные предупреждения со стороны жены и семьи Блэк, он бы с куда большим удовольствием объявил Сириуса главным виновником всей этой истории.

- А мистер Хейл, пользуясь доверием друга, регулярно навещал комнату мистера Блэка и в один из таких визитов незаметно похитил перо, - закончил за него Флимонт. - так же он во время допроса подтвердил: мистер Стюарт помогал директору Дамблдору искать Асканию Реддл. Для этого он предоставил ему свою книгу, содержащую запрещённые заклинания.

- Постойте... То есть как это понимать? Директор не знал кем являеться мисс Реддл? - удивлённо перебил один из журналистов.

- Если помните, - ответил аврор. -около двух лет назад на празднике семьи Блэк появилась девушка, представившаяся как Аскания Бальтазар. Туда она пришла используя оборотное зелья, чем запутала приследование.

- Можете прокомментировать тот случай? - спросили журналисты уже у Тома.

- В тот год Аскания наконец узнала, кем является на самом деле. Несмотря на то что она понимала всю опасность, она оставалась подростком. Ей хотелось заявить о себе. Как позже рассказывал её дядя, Дональд Шафик, этим поступком она пыталась привлечь моё внимание. Она искренне верила, что, если я узнаю о ней, то обязательно приду, только пришел поздно.

Эти слова тронули часть присутствующих, однако остальные журналисты продолжили задавать вопросы.

- Была ли найдена книга, о которой вы упомянули, мистер Поттер?

- Да. Она была изъята во время осмотра места преступления. Однако книга содержала не только способы наложения проклятий, но и методы их нейтрализации. Поэтому нам пришлось временно передать её колдомедикам, чтобы они смогли спасти жизни мисс Реддл и мисс Стюарт. После завершения лечения книга будет возвращена следствию для дальнейшего изучения и представлена суду в качестве вещественного доказательства.

- По какой причине сестра злоумышленника тоже оказалась в больнице Святого Мунго?

Все взгляды обратились к колдомедику Изабелле Гринграсс. Услышав подтекст вопроса, она лишь плотно сжала губы.

- Девушка тоже стала жертвой проклятия. Она находилась в этом состоянии больше года, ещё до прибытия в Британию. Когда её доставили к нам, её организм едва сохранял признаки жизни. Лишь благодаря переданной книге нам удалось определить природу наложенного на неё проклятия.

Она медленно обвела взглядом зал.

- Она тоже жертва. Развитие проклятия искусственно поддерживали и контролировали. Мисс Стелла совсем недавно пришла в сознание и уже дала показания.

Изабелла посмотрела на Флимонта, безмолвно спрашивая разрешения раскрыть подробности. Получив утвердительный кивок, она продолжила:

- По словам мисс Стеллы, брат даровал ей способность говорить на парселтанге, но этот «дар» истощал её жизненные силы и постепенно разрушал разум. Она понимала, что его действия чудовищны, но не могла ему противостоять. За любое неповиновение её ожидало жестокое наказание.

Она повернулась к Реддлу, и её голос заметно смягчился.

- Однако она всё же ослушалась брата. Она не забрала защитные амулеты у мисс Аскании, хотя получила такой приказ. Возможно, именно это и спасло жизнь вашей дочери.

Слова колдомедика едва ли тронули Тома. Для него Стелла уже давно значилась в мысленном списке тех, кого однажды придётся устранить.

- Что касается Альбуса Дамблдора. Есть ли у вас предположения, почему он мог желать причинить вам вред, мистер Реддл?

Том выдержал короткую паузу.

- Знаете... я и сам хотел бы услышать ответ на этот вопрос. Именно профессор Дамблдор когда-то привёл меня в Хогвартс. Тогда я считал его своим наставником.

Произносить эти слова было почти физически неприятно, но на его лице не дрогнул ни один мускул. Голос звучал спокойно, с едва уловимой горечью - именно так, как должен говорить человек, чувствующий себя преданным.

- Если оглянуться назад, именно он первым начал намекать мне на мое происхождение. Он словно подталкивал меня принять наследие Слизерина. Но я отказался. Я решил создать собственный род, а не жить чужим наследием. Возможно... именно моё неповиновение и стало причиной его неприязни.

Полу правда, полу ложь из уст Реддл, а также действие Стюарт разжег у журналистов мнение, что Дамблдор долго планировал появление Слизерина.

- Когда стало известно о нападении Пожирателей смерти, директор выступил с пламенной речью, пообещав позже ответить на все вопросы, а затем отправился защищать Хогсмид. Однако среди тех, кто сражался в ту ночь, его никто не видел. Где сейчас профессор Дамблдор? В последнее время в прессе всё чаще появляются публикации, ставящие под сомнение его состояние. Он не намерен дать комментарий?

На этот раз ответила колдомедик Изабелла, чьё мнение ожидали многие.

- Мы понимаем обеспокоенность общества, однако причин для паники нет, - сдержанно улыбнулась она. - Состояние профессора Дамблдора удалось стабилизировать. Многие забывают, что директору уже девяносто четыре года. Да, волшебники живут значительно дольше магглов, однако возраст всё равно накладывает свой отпечаток. Со временем организм утрачивает способность столь же быстро восстанавливаться и компенсировать высокие нагрузки. По нашей предварительной оценке, профессор Дамблдор перенёс тяжёлый возрастной криз. К счастью, своевременно оказанная медицинская помощь позволила избежать необратимых последствий.

После сообщения о состоянии здоровья Дамблдора разговор перешёл к самой горячей теме. Только ответ аврора всем не понравился.

- Причина, по которой мистер Дамблдор не может сделать официальное заявление, заключается в том, что сейчас он находится под стражей. Подробности дела мы пока не вправе разглашать. Все обстоятельства будут представлены в ходе судебного разбирательства. Прошу дождаться официальных результатов.

Многие журналисты остались недовольны таким ответом, но уже мысленно составляли заявки на присутствие в зале суда. Однако следующий вопрос заставил их вновь сосредоточиться на пресс-конференции.

- Мистер Реддл, согласно информации из неофициальных источников, ваше имя связывают с Лордом Волан-де-Мортом. Утверждается, что под этим именем скрывался лорд Эйвери и что он был лишь вашей марионеткой. Вас часто видели вместе, а после того как вы столь быстро одержали над ним победу в ту ночь, подобные слухи лишь усилились. Что вы можете на это ответить?

В зале повисла напряжённая тишина.

Реддл медленно выдохнул. Впервые за всю пресс-конференцию в его голосе прозвучало нечто похожее на неловкость.

- Мне тяжело это признавать, но «Лорд Волан-де-Морт» - анаграмма моего имени.

Он высек воздухе свое полное имя, и поменял местами буквы. И все колдоаппараты засняли этот момент.

- Да, это имя придумал я. Тогда я был молод, честолюбив и мечтал оставить позади фамилию, которая ничего для меня не значила. Как и сказал в прежде, я хотел основать новый род. Я был достаточно глуп, чтобы верить, будто новое имя способно сделать человека великим.

Он поднял взгляд на зал.

- Об этом знал не так много людей. И Эйвери входил в круг моих друзей. Он постоянно прислуживал мне, считая это своей обязанностью. Я не поощрял такого поведения, но и не пресекал его. Поэтому был потрясён, когда узнал, что он присвоил моё имя и превратил его в символ террора. На допрос Эйвери меня пригласил мистер Поттер. Именно там я услышал то, во что до сих пор трудно поверить.

Его голос стал заметно тяжелее.

- Эйвери ненавидел идеи, предложенные моей женой. Он считал, что из-за неё мои взгляды на жизнь изменились, и я исчез. Он убирал с земли учёных-маглов, потому что видел в них угрозу. Но он не осмеливался нападать на маглорождённых - в них текла магия, и он боялся осквернить её своими руками.

Флимонт Поттер поднялся, чтобы добавить последнюю деталь. Его голос был ровным, но в нём слышался металл.

- Год назад в Аврорате была сформирована группа, которая уловила изменение в манере нападений. Их целью стали не маглы, а маглорождённые. Это не совпадало с прежней тактикой. В ходе допроса лорд Эйвери утверждал, что нападения на волшебников происходили не по его приказу.

Он сделал паузу, и его голос стал тяжелее.

- Чтобы не позволить слухам и домыслам расколоть общество, я раскрою ещё один факт. Только после того, как мистер Дамблдор пригрозил жизнью сына Эйвери, обучавшегося в Хогвартсе, тот собрал вокруг себя последователей и превратил их в настоящих Пожирателей Смерти.

Он сделал короткую паузу.

- Дамблдор использовал Эйвери как пешку. И мы не знаем, сколько ещё таких пешек было в его распоряжении. Но мы намерены это выяснить.

После слов Поттера, поднялся Реддл затем и Гринграс, тем самым заявляя об закрытие пресс-конференции. Зал взорвался шумом, но они не стали дальше слушать.

Как только дверь за журналистами закрылась, Том молча протянул Флимонту руку.Тот несколько секунд смотрел на неё, будто взвешивая решение, а затем лишь едва усмехнулся.

- Не стоит. После сегодняшней откровенности в штабе меня по головке точно не погладят, - с лёгкой иронией заметил он. - Я согласился участвовать в этом только ради сына.

Том понимающе опустил руку и кивнул.

- Как пожелаете. Но я искренне благодарен и вам, и вашему сыну. Без вашей помощи нам было бы гораздо сложнее добиться правды.

Флимонт устало выдохнул.

- В этом есть и заслуга Эйнгил. Она... проницательная девочка, - тихо произнёс он. - Мы все тяжело восприняли случившееся с ней. Если появятся хоть какие-нибудь новости... хорошие или плохие... дайте нам знать.

Том выдержал его взгляд.

- Обещаю. Если мы что-нибудь узнаем, вы будете среди первых.

Получив ответ, Флимонт коротко кивнул и первым покинул кабинет.

Едва за ним закрылась дверь, внутрь вошёл Шафик, закончивший провожать журналистов.

- Неплохо прошло, - удовлетворённо произнёс он. - Мы посеяли сомнения. Осталось лишь подкрепить их на суде и вывести правду на свет.

- Тот журналист... его прислал Альбус? - спросил Том, хотя и без того знал ответ.

Это был слишком удобный момент, чтобы Дамблдор им не воспользовался. Именно журналист задал вопрос о первом преступлении Тома - деле, благодаря которому он когда-то получил награду. Старик не мог упустить столь очевидную брешь в их версии событий.

- Ага. Я уже отправил людей проследить за ним и выяснить, где собираются его сторонники, - ответил Дональд. - Как только найдём их, выпустим ещё одну статью. Пусть готовятся составить Альбусу компанию на пути к дементорам.

Затем он повернулся к Изабелле.

- Вы великолепно справились. Если журналисты снова начнут расспрашивать о состоянии старика, придерживайтесь той же версии.

Колдомедик молча кивнула.

На этом разговор закончился. Вся компания направилась в Мунго, чтобы навестить свою драгоценность.

Ещё не дойдя до отделения недугов от заклятий, они услышали громкий женский крик.

- Это всё из-за тебя! Из-за тебя погиб мой ребёнок!

Голос был полон ярости. Незнакомку никто не узнал, но по характерному акценту было ясно - она приехала из Америки. Темноволосая женщина не переставала осыпать кого-то обвинениями, одновременно поддерживая высокого светловолосого мужчину. Левая половина его лица была покрыта уродливыми следами магических ожогов.

- Замолчи, Линси, - устало одёрнул её мужчина.

Однако его взгляд был прикован вовсе не к спутнице. Он неотрывно смотрел на Адару.

- Советую вам немедленно покинуть отделение, - холодно произнёс он. - Иначе мне придётся сообщить аврорам о нападении. Поверьте, после того, что натворил ваш сын, новые обвинения вам совсем ни к чему.

Его слова лишь сильнее разожгли ярость женщины.

- Ты...

Она вскинула палочку, намереваясь атаковать.

Однако её заклинание так и не сорвалось с губ. Палочка сама вырвалась из её руки и с громким стуком ударилась о стену.

Антонин даже не шелохнулся. Казалось, ему не потребовалось никаких усилий, чтобы обезоружить противницу.

Женщина замерла, тяжело дыша.

Тогда вперёд вышла Адара. Её голос звучал удивительно спокойно.

- Если я и виновата перед тобой, то лишь в одном - когда-то отдала тебе то кольцо. Не случись этого, возможно, не появился бы на свет и твой сын. Тот самый сын, который разрушил жизнь не только моей дочери, но и собственной сестре.

Она выдержала тяжёлый взгляд женщины.

- Не ищи виноватых среди других. Вы сами не уследили за своим ребёнком. И если ещё хоть раз появишься передо мной с угрозами...

На мгновение её голос стал ледяным.

- Клянусь всем, что у меня осталось, ты будешь молить о том, чтобы тебя отправили в Чистилище.

В коридоре воцарилась тяжёлая тишина.

Не сказав больше ни слова, Адара развернулась и скрылась за дверью палаты.

- Что здесь произошло? - спросил Дональд, окинув взглядом притихший коридор.

Словно почувствовав появление новых противников, Линси уже собиралась обрушить свой гнев и на них. Однако стоило ей встретиться взглядом с Томом, как слова застряли в горле. В его глазах не было ярости - лишь тяжёлая, холодная решимость, от которой по спине невольно пробегал холодок.

- Один пришёл просить прощения за грехи сына, - с усмешкой начал Долохов. - Заодно решил вспомнить былые времена. Правда, воспоминания закончились ударом от нашей барсучки. А следом примчалась эта леди: сначала обвинила Адару в том, что та якобы соблазнила её мужа, а потом - в «смерти» своего драгоценного сыночка.

Том медленно перевёл взгляд на светловолосого мужчину.

- Полагаю, мы ещё не знакомы. Том Реддл, муж Адары.

Он протянул руку.

- Много слышал о вас из рассказов жены.

При этом его взгляд неторопливо скользнул по лицу Стивена, не скрывая холодного презрения.

- Стивен Стюарт, - сдержанно представился тот.

Проглотив обиду, он уже потянулся пожать руку, но Том убрал её прежде, чем их ладони соприкоснулись.

На лице Реддла появилась едва заметная улыбка.

- Надеюсь, к суду вы подготовитесь куда лучше, чем ваш сын подготовился к своим преступлениям.

Он сделал шаг ближе, понизив голос настолько, что каждое слово прозвучало ещё тяжелее.

- В противном случае, уверяю вас, отвечать придётся не только вам. Я добьюсь такой компенсации, что ваша Ильвермони ещё долго будет вспоминать эту историю.

Том выдержал короткую паузу.

- Забавно... Ваш сын мечтал объединить два наследия. Что ж, у него почти получилось. Только встретятся они не в семье, а в материалах судебного дела.

После этих слов Том развернулся и, больше не удостоив супругов Стюарт даже взглядом, направился вслед за Адарой. Однако прежде едва заметным жестом отдал невербальный приказ Антонину, который, судя по лёгкой усмешке, только этого и ждал.

Войдя в палату, Том машинально перевёл взгляд на кровать - она была пуста.

Он резко остановился. Лишь после этого заметил Адару, сидевшую в кресле у окна. Она рассеянно перебирала перья совы, устроившегося рядом.

- Где она? - в его голосе впервые за долгое время прозвучала тревога.

Адара подняла на него уставший, но спокойный взгляд.

- Не волнуйся. Она пришла в себя незадолго до балагана. Колдомедики осмотрели её и сразу увезли на процедуры. Сказали, что сейчас нельзя терять время.

Том медленно выдохнул. Подойдя к Адаре, он молча положил ладонь ей на плечо.

- Она узнала меня, - с едва заметной улыбкой продолжила Адара. - Была растеряна... но, увидев меня, так искренне обрадовалась. Значит, память и сознание не пострадали.

Улыбка быстро погасла.

- Она ещё слишком слаба. Колдомедики предупредили, что ближайшие дни будут решающими.

- Но она пришла в сознание, - тихо ответил Том. - А значит, у неё есть шанс.

- Наверное... Но меня тревожат слова Марлин. Она считает, что Аскания потеряла слух.

Том нахмурился.

- Мы справимся.

Адара медленно покачала головой.

- Нет... Ты не понимаешь.

Она ненадолго замолчала, вспоминая собственные испытания: потерю чувств, расколотую душу, смерть и возвращение к жизни.

- Я вижу, она почему-то пожертвовала частью своей души... а сразу после этого прошла ритуал инаугурации рода. Такие ритуалы закрепляют всё, что есть в человеке: силу, особенности, раны, болезни. Они усиливают изменения и делают их частью носителя. Если слух действительно утрачен...

Её голос дрогнул.

- ...что, если это останется с ней навсегда?

На несколько секунд в палате повисла тишина. Том осторожно взял её за руку и заставил посмотреть себе в глаза.

- Помнишь, сколько раз мне говорили, что тебя уже невозможно вернуть?

Адара молча кивнула.

- Но я не переставал надеяться ни на один день. И оказался прав.

Он мягко сжал её ладонь.

- По сравнению с самой жизнью потерянный слух - не самое страшное. Это можно вылечить. А если нет... мы найдём другой способ. К тому же ты сама не раз совершала невозможное. Почему сейчас должно быть иначе?

На лице Адары появилась едва заметная улыбка.

- И не забывай, - продолжил Том, переведя взгляд на дочь. - Аскания сама рассказывала, как научилась общаться жестами, чтобы не попасться. Она везде адаптируется. Если это действительно глухота, то лишь временное испытание.

Адара прикрыла глаза, позволяя себе впервые за долгое время немного расслабиться.

Поддержка мужа не могла развеять её страхи, но стала той опорой, которая не позволяла им окончательно сломить её.

- Что будешь делать с Сириусом? - спросила миссис Реддл, используя этот момент, напомнив о визитере, которого уже даже не пускает на здание Святого мунго.

На что мистер закатил глаза, цокнув.

***

Как только стало известно, что источником проклятия стало перо Аскании, Сириус Блэк сам принёс его Тому Реддлу. Он опустился перед ним на колени и молча протянул сломанное перо. В его взгляде не осталось ни гордости, ни упрямства - лишь полное смирение. Казалось, он был готов принять даже Аваду Кедавру. Но Том не собирался дарить ему лёгкую смерть.

Вместо этого он приказал скрыть от Сириуса любые сведения о состоянии Аскании и запретил всем Блэкам приближаться к её палате. Том слишком хорошо знал эту семью. Стоило надолго лишить их возможности увидеть любимого человека, как они начинали сходить с ума. А если к этому добавить осознание, что именно их ошибка едва не погубила избранницу, чувство вины становилось страшнее любого проклятия. Зелёный луч был бы милосердием. Настоящим наказанием оказалось ожидание.

После нападения занятия в Хогвартсе приостановили, переведя учеников на домашнее обучение. Родители не пытались удерживать сына - понимали, что никакие запреты его не остановят. Сириус снова и снова искал способ попасть в Мунго. Он притворялся пациентом, но дальше приёмного отделения его не пропускали; переодевался колдомедиком, однако охранные чары мгновенно разоблачали подделку. Каждая новая попытка заканчивалась провалом.

Предвидя подобное, Том велел даже Нагайне охранять палату Аскании. И именно здесь впервые ошибся. Однажды ночью Сириус пробрался к окну. Маледиктус увидела его, но вместо того, чтобы напасть, молча отползла в сторону, позволяя войти. Она помнила добро: когда-то Сириус оказал ей помощь, и теперь отплатила тем же, подарив ему несколько минут рядом с Асканией. И помнила счастье любит тишину, поэтому отец девушки не знал о визитах.

Он не смел прикасаться к ней - боялся сделать больно. Он просто сидел на полу, прислонившись головой к кровати, и смотрел на её совиное лицо, повторяя про себя: «Я здесь, Неши. Я рядом. Прости меня...»

Этих коротких мгновений хватило, чтобы ненадолго успокоить сердце Блэка. Но простить себя он так и не смог. При каждой встрече с Томом он просил лишь об одном - наказать его. Он повторял эту просьбу снова и снова, а затем стал писать письма. Ни одного письма Реддл не прочитал. Каждый конверт мгновенно вспыхивал в его ладони, превращаясь в пепел.

***

- Этот мальчишка... едва не погубил нашу дочь своей беспечностью. И ты предлагаешь мне его простить?

- Я предлагаю тебе подумать, - мягко возразила Адара, накрыв его ладонь своей. - Да, он совершил ошибку. Но без него всё могло закончиться гораздо хуже. Именно он создал те переменные, которыми мы сейчас пользуемся. Если бы не его чуткость, если бы он не поднял всех на ноги, Дамблдор вполне мог добраться до неё первым. Всё это - одна цепочка. И каждое звено в ней оказалось важным.

Том мрачно смотрел в одну точку.

- Это не отменяет того, что он не заслуживает быть рядом с моей дочерью.

Адара усмехнулась.

- Правда? А ты сразу заслуживал моей руки? Или всё-таки сначала прошёл все испытания, которые устроил тебе отец?

- Это другое, - коротко ответил Том, хотя уверенности в голосе уже не было. - Кристофер не доверял твоему вкусу. После того как ты успела наплакаться из-за предыдущих ухажёров, у него были основания.

Адара театрально всплеснула руками.

- Ах вот как? Значит, теперь виновата я? Получается, это я выбрала тех идиотов исключительно затем, чтобы отец потом превратил твою жизнь в череду испытаний? Бедный Марволо...

Она наблюдала, как он пытается подобрать ответ, и уже мягче добавила:

- Я не прошу тебя простить его только потому, что он мой крестник. Я прошу дать ему шанс доказать, чего он стоит. Если он провалится - у тебя появится законный повод навсегда вычеркнуть его из жизни Аскании. Но если справится... возможно, именно он окажется тем человеком, который ей нужен.

Том долго молчал, разглядывая на кровать дочери. Наконец тяжело вздохнул.

- Хорошо. Я сниму запрет. Но только при одном условии.

Адара вопросительно посмотрела на него.

- С этого дня он будет жить по моим правилам.

- То есть... испытание?

- Бесконечное испытание. Пройдёт испытание - и на этом всё? Будет жить как ни в чём не бывало? Он гриффиндорец, но умеет обходить правила не хуже любого слизеринца. Я не дам ему времени привыкнуть. Он будет постоянно находиться у меня на виду. Каждый его шаг, каждое решение и каждая ошибка будут иметь последствия.

Адара недоверчиво прищурилась.

- Марволо... ты сейчас будущего зятя воспитываешь или нового домового эльфа?

На губах Тома появилась едва заметная улыбка.

- Одно другому не мешает.

- И что мне написать Вальбурге? «Поздравляю, ваш сын поступил на бессрочную службу в поместье Реддлов»?..

- Неплохая формулировка.

- Том!

Он всё же усмехнулся.

- Ладно. Пока что то передай ей другое. Если её наследник сумеет победить Антонина, тогда мы обсудим следующие условия его пребывания рядом с моей дочерью. Пусть заглатывает наживку.