Теплый вечер с чаем
— Так, все хорошо, пока я тут, вы обе в безопасности — сказал Голод, появляясь в дверях с двумя чашками в руках. — Вики, тебе чай с мёдом. Алина, ты тоже выпей. Нервы... не железные.
Он поставил чашки на стол и вновь сел рядом, на этот раз ближе к тебе. Его плечо почти касалось твоего, но он смотрел на Вики.
— Завтра я поговорю с теми, кого нужно. Попробую выяснить, кто это мог быть. Слишком уж всё… целенаправленно.
Ты услышала, как Вики тихо выдохнула, будто снова вспомнила тот момент.
— Он знал, куда я иду. Значит, следил заранее.
— Или это ловушка была с самого начала, — прошептала ты.
В комнате повисла напряжённая тишина. Только чай в чашках медленно остывал, а за окнами сгущалась ночь.
Вики посмотрела на вас — на тебя и Голода — и медленно кивнула.
— Что бы это ни было… я верю, что мы справимся.
Ты положила руку ей на ладонь, крепко сжав её.
— Обещаю.
Голод молча смотрел на вас, и ты заметила, как его пальцы слегка дрожали, когда он обхватывал чашку. Он был спокоен снаружи — как всегда.
— А где твой инфернальный герой, Вики? — внезапно спросил Голод, отхлебнув чай. В его голосе не было яда, но в глазах блеснуло что-то непонятное — может, усталость, а может, ирония.
Она фыркнула.
— Поссорились.
Он медленно поднял брови.
— Снова?
Демоница отвела взгляд.
— Ну, да. У нас это… традиция, видимо.
— А, понятно, — Голод поставил чашку на стол. — Любовь-морковь, крики, угрозы, гробовая тишина. Всё по как по учебнику.
— Спасибо за поддержку, — сквозь зубы бросила она. — Прямо согрела душу.
Он пожал плечами, но уже без усмешки. Теперь в его голосе звучало больше усталости, чем сарказма.
— Просто устал видеть, как ты каждый раз возвращаешься с потухшими глазами. Если это любовь… тогда я — архангел нежности.
Вики молчала. Потому что что ему ответить?
— Ты ведь понимаешь, что он тебя ломает? — тихо спросил он.
Демоница стиснула зубы.
— Не твоё дело.
Он вздохнул.
— Всегда говоришь это, когда тебе больно. Если бы не мы, то что? Любимая значит в опасности, а он дуется, как ребенок. Вот уже...
Ты положила руку на плечо Голода.
— Голод, ну он же не может предугадать, что с Вики. Тут никто не виноват.
Голод кивнул на твои слова
— Ты права. Что ж, надеюсь они помирятся ещё.
Вики с улыбкой отхлебнула чай.
— Я тоже не думала, что тебя когда-нибудь кто-то приручит, Голод. Особенно такая... Даже я не смогла.
Голод сразу возразил:
— Что ща чушь собачья? Никто меня не приручал!
Ты нахмурилась.
— Какая «такая?»
Вики подняла руки под знаком капитуляции.
— Спокойно, я имела в виду чистая, невинная, ангелочек. Кто ж знал, что такое милашки в его вкусе, а не демоницы, как он сам — она расхохоталась. — Ты стал мягче, Голод. Раньше — пепел, хаос, голые спины. А теперь чай, забота и ревность.
—Мягче? Возможно. Только не забудь — под этой заботой и чаем все ещё прячется пепел и голые спины.
— Алина, если он начнёт рычать — не пугайся. Он так любовь выражает. — расхохоталась Вики.
Ты улыбнулась.
— Я люблю его любым. Да, Голод?
Ты чмокнула его в щеку. Тот немного покраснел.
— Ладно, хватит тут плести ваши разговоры и обсуждать меня за спиной. Лучше займемся делом — времени жалко зря терять. Тут нападение было, а мы сидим воркуем.
Голод подошёл к окну, открыл его и закурил, выпуская дым в окно.
Вики усмехнулась, поправляя свои волосы за ухо.
— Ну что, Голод, дымок пускаешь? Неужели нервы на пределе, раз к сигарете прибегаешь?
— Отстань, Вики. Всегда так делаю перед важными событиями.
Ты улыбнулась на эти разговоры. Так становилось тепло на душе, когда вы даже в самые опасные времена говорите обо всем.
— Оставь его, Вик. Сразу видно, что вы лучшие друзья.
— Ещё какие, сколько столетий дружим...
За окном теплый, но пасмурный день будто застыл в ожидании. Тучи разливались по небу серыми волнами, и лёгкий ветер шуршал в ветвях, словно напевая незаметную мелодию. В комнате стояла тишина, только где-то вдали поскрипывала старая скамейка.
Вдруг раздался резкий стук в дверь.
— Странно, мы никого не ждём. – нахмурился Голод
Вики с надеждой посмотрела на дверь.
— Может это Люцифер? Ура! Пришел за мной!
— Не дай Бог... — сухо сказал Голод.
— Я пойду открою.
Ты слегка удивленная, медленно подошла и открыла. На пороге стоял он — Люцифер, с той самой привычной загадочной улыбкой.
— Привет, Алина — коротко сказал он, словно проверяя что-то. А Вики случайно не у этой колючки?
— Ну вот, только вспомни этого балагура — и он как на сигнал тут же появляется, — закатил глаза Голод.
— И я рад тебя видеть, Всадничек. — сказал демон, потрепал его по плечу.
— Люциферка, ты пришел, я так тебя ждала! — радостно воскликнула Вики, повисла на шее у Люци.
— Привет, дорогая. Как ты?
— Я в порядке, уже...
Голод подошёл ближе к новому гостю.
— Короче, Люцифер, я ближе к делу.
Тут на твою девушку напал какой-то мудила, она чуть не умерла. Мы испугались с Алиной и бегом спасать.
Демон взволновался, как никогда.
— О Господи... Я...
— Да да, мы поняли, ты переживаешь, но все с ней хорошо. Наша сейчас с тобой разобраться, кто это был. Неспроста ее преследовали. Тут что-то замешано нехорошее, у меня плохое предчувствие.
Люцифер ходил туда сюда, распрамт крылья.
— Мда. Тебе не кажется это странным? И почему именно моя Вики?
— Вот это я и пытаюсь разузнать. Нужно будет поспрашивать братьев, может, тоже что-то было на подобии.
Ты встряла в разговор.
— А вам не кажется, что он мог быть кем-то послан? Не зря он сразу скрылся, и скрывал свое лицо... Он же был в маске, Вик?
Вики помогала головой.
— Я не помню, может что-то наподобии капюшона, не знаю точно, но лица я его не помню.
— Ну оно понятно, это от шока, он же сразу тебя оглушил.
Голод поставил стакан с водой на стол, перед этим выпив содержимое.
— Я согласен с Алиной. Я тоже допускал эту мысль. Значит, это ещё сложнее, чем мы думали. Тот гад только пешка. Кто-то... Не один пытается причинить вред
— Это было предупреждение или они добивались смерти Вики? — спросил насторожено Люцифер. — Я переживаю за нее. Я это так просто не оставлю, весь мир перерою!
— Да я уже ни черта не понимаю. Голова не варит, — сказал Голод, чеша затылок. — Ладно, ребят, выдвигаемая завтра, будем что-то предпринимать. Утро вечера мудренее, да и голова свежее.
— Хорошо, встречаемся у твоего дома. Я заберу Вики?
Голод кивнул.
— Конечно, не оставляй ее одну, она должна быть под присмотром.
Люцифер пожал руку Голоду.
— Спасибо, брат, и тебе, ангел, за спасение. Я правда благодарен, хоть и редко это говорю...
— Хорошо, брат, мы поняли. Не подлизывайся, — усмехнулся Голод. — До завтра, всем пока!
— Пока, Голод, ты лучший! — приобняла его Вики, — и тебе, ангелочек!
— До встречи! — помахала рукой ты.
Ты стоишь у окна, наблюдая, как Люцифер и Вики уходят прочь, их силуэты растворяются в пасмурном свете вечера. Воздух прохладный, на сердце странная смесь облегчения и тревоги. В комнате осталось лишь тихо потрескивающий огарок сигареты Голода и его спокойное, но внимательное присутствие рядом.
— Ну что, — говорит он, чуть улыбаясь, — остались только мы с тобой. Тишина, холод и немного дыма. Как тебе такая компания?
Ты поворачиваешься к нему, чувствуя, что несмотря на его сдержанность, в его глазах горит что-то глубокое и непростое.
— Лучше, чем одиночество, — отвечаешь ты, пытаясь не показывать, что внутри всё волнуется. — а с тобой ещё лучше.
Он делает шаг ближе.
— Голод, я соскучилась...
Голод вздохнул, глубоко и чуть тяжелее обычного. Он медленно опустил взгляд, потом нежно обнял тебя, будто пытаясь согреть не только тело, но и душу.
— Вот и хорошо, — прошептал он, — я тоже скучал. Ничего не бойся, ладно?
— Не буду — улыбнулась ему ты, глядя в его глаза. — Но только если ты поцелуешь меня.
— Ах ты, моя хитрая лиса...
Голод быстро хватает тебя на руки, прижимая к себе, а губы его касаются твоих. Ты не удержалась и рассмеялась — легкий смех, полный тепла и радости.
После поцелуя Голод осторожно отнес тебя на кровать и аккуратно уложил. Ты почувствовала, как усталость мгновенно окутывает тело — этот вечер выдался действительно насыщенным. Чай по его рецепту — с медом и лимоном — успокоил нервы, согрел изнутри и помог погрузиться в глубокий, спокойный сон.
Вы заснули почти сразу, без задних ног, словно забыв обо всём на свете...