Молчун

Я была на кухне, когда пришла странная женщина в сопровождении Брана и лекаря Миро.

- Аксая, - проговорил старик. – Это госпожа Наит. Она из дворца Великого Хакона.

Я непонимающе уставилась на женщину, и она вежливо склонила передо мной голову. Ответив ей тем же, перевела взгляд на лекаря Миро.

- Она пришла за тобой, - продолжил лекарь.

Что-то дрогнуло внутри.

- За мной? Зачем? – спросила, понимая, что произошло нечто страшное.

Мало мне вчерашних переживаний, так ещё это.

Зачем кому-то из дворца Хакона приходить за мной? Меня отдают в услужение их вождю? А как же Атай? Он позволит меня забрать? Атай говорил, что я не буду рабыней. Арон передумал?

Приподняла край рукава. Беспомощно взглянув на браслет и убедившись, что на серебристом дереве –  зелёные листья, а значит, Молчуна рядом нет, перевела взгляд на старика.

- Разве моё место не здесь, с вами? Мне не позволят оставаться вашей помощницей?

- Я не знаю. Но тебе следует сейчас пойти с ней. Не бойся, скоро я смогу навестить тебя во дворце.

.Вот всё и закончилось. Почти всех пленников отправили на невольничий рынок. И для меня нашлось место. Вовсе не то, на которое я рассчитывала. Думала, что уже всё решено.

.Взглянув на Брана, вообще не поняла, зачем он здесь. С ухмылочкой-то его всё понятно. Он будет сопровождать меня во дворец?

- Пойдём, милая, - отозвался воин (ненавижу, когда он называет меня «милой»), - за тобой прислали целый паланкин.

Что за мной прислали? Это ещё что такое?

Я обречённо вздохнула. Есть ли смысл в моём положении возражать? Арон точно передумал…

Паланкином оказались большие носилки с закрытым одноместным сидением. Четверо рослых мужчин в одинаковых одеждах и странных шапочках с небольшими полями ждали, когда можно будет поднять носилки.

.Как только я вышла во двор, какая-то девушка, судя по всему, служанка, подняла полог, открывая вход в эту странную коробку-носилки.

Я оглянулась по сторонам в надежде увидеть Сынхо или Молчуна. Атай знает, что меня отправляют во дворец?

Сынхо не было поблизости, но я заметила Молчуна. Чуть было не бросилась к нему…

Атай просто стоял и безучастно за всем наблюдал. Он ничего не сделает?

Молчун развернулся и зашагал прочь.

Я опустила голову. Даже не думала, что мне есть о чём переживать. Была уверена,  что останусь здесь. И теперь последняя надежда исчезла. Развеялась словно дым, оставив после себя лишь непонимание и сожаление.

Но ведь Атай говорил, что я не буду рабыней, что если захочу, останусь ученицей лекаря Миро…

Почему Молчун просто ушёл?

Меня настолько поразил его поступок, что я не могла поверить. Было чувство, будто меня предали. Словно что-то сломалось внутри. Здесь и сейчас я ничего не смогу изменить, когда даже Молчун от меня отвернулся.

А, возможно, Атай и сам ничего не знал? Он пошёл к Арону, выяснять, что происходит?

Я почувствовала грубое прикосновение чуть выше локтя. Бран подтолкнул меня к паланкину, пригласительным жестом указав, что мне нужно сесть туда.

Злобно глянув на воина, выдернула свою руку и быстро залезла в паланкин. Служанка опустила назад полог, отрезав меня почти полностью от внешнего мира. Паланкин подняли с земли и понесли куда-то.

Чувствовала себя не очень комфортно в этой тёмной кабинке. Лучше бы я ехала верхом или шла пешком.

Подумала вдруг о Шамане. Что будет с ним без меня? Теперь он принадлежит воинам Одхан, Арону?

И Гаю я теперь не смогу помочь…

Вообще, странно, что меня таким образом доставляют во дворец. Слишком много чести для рабыни, пусть даже для той, которая будет служить во дворце.

Я аккуратно отодвинула ткань ширмы на небольшом окошке паланкина, пытаясь понять, куда меня несут.

Кстати, госпожа Наит и девушка-служанка шли рядом с паланкином.

Может боятся, что сбегу по дороге? Поэтому и запихнули в эту коробку?

Я присмотрелась к госпоже Наит. Вдруг вспомнила о словах владыки Царства мёртвых и его предупреждении. Но Наит не выглядела  настолько старой, чтобы её можно было назвать старухой.

Шли мы довольно долго и мне стало даже скучно разглядывать город. Теперь он уже не впечатлял своим величием. А вот дворец и его территория немного восхитили и испугали.

Мы прошли огромные охраняемые  ворота и словно вновь попали в город в городе. Правда, это место вовсе не было похоже на Казармы. Здесь почти не попадались люди, было тихо и спокойно. Красивые павильоны и дома с причудливыми крышами, беседки, маленькие парки и сады. Потом мы проходили ещё одни ворота и площадь с озером, парк, и наконец-то носильщики остановились, опустили паланкин на землю. Меня даже немного укачало, и я с радостью вышла из этой коробки.

Здание, к которому мы пришли, было выше и больше, чем все остальные.

Меня провели по коридорам, лестницам и каким-то залам в просторную комнату на втором этаже, кажется. Я с ужасом поняла, что сама отсюда не выберусь на улицу.

Окинув комнату взглядом даже растерялась. Она показалось мне невероятно красивой и даже уютной. Мягкая мебель, оббитая тёмной тканью, на небольшом столике с изогнутыми ножками стояла большая ваза с букетом пёстрых роз, источавших тонкий нежный аромат. Особенно меня впечатлили огромные окна и лёгкие занавеси на них. Напротив входа виднелась ещё одна дверь. Через приоткрытую створку видно было, что там спальня с широкой кроватью под куполом полупрозрачного  балдахина. Дом лекаря Миро был намного скромнее и проще.

Я думала, что здесь кого-то увижу. Того, кто объяснит и скажет, что ждёт меня дальше, чем буду заниматься.

Госпожа Наит всё молчала, но потом вдруг назвала меня «госпожой», сказав, что я могу располагаться здесь, что эта гостиная и спальня для меня, что Саши и Эри – девушки, которые зашли за нами в комнату, - помогут мне переодеться, принять ванну, если пожелаю.

Зачем это? Я только вчера одела новое платье, которое мы купили с Сынхо. Но, видно, здесь я буду носить то, что мне дадут. Сынхо зря только потратился.

.От слов госпожи Наит мне здесь стало неуютно. И я осталась, мягко говоря в замешательстве.

Эта госпожа Наит была строгой и чопорной, вела себя с достоинством, но я поняла, что она, должно быть, старшая среди служанок. Но со мной вела себя странно и с некоторым уважением, всё называя меня госпожой.

Наит ушла оставив меня в обществе двух служанок. Я внимательно окинула их взглядом. Обе молоденькие, примерно моего возраста, довольно симпатичные и черноволосые. На них были одинаковые простые тёмно-голубые платья с белыми передниками и причёски с подобранными под низ косами. Если долго смотреть на этих девушек, стоящих рядом, могло показаться, что двоится в глазах: насколько они казались похожими друг на друга.

Они с интересом рассматривали меня, а я внимательно присматривалась к ним, словно ожидая какого-то подвоха.

Наконец-то одна из них пролепетала, что её зовут Эри.

Как мне их различать-то?

Девушка улыбаясь повторила почти то же самое, что говорила Наит, о платье и помощи переодеться, уложить волосы. Она также называла меня госпожой и это мне уже начинало надоедать.

- Почему вы называете меня госпожой?

Служанки как-то странно переглянулись, но ни одна ничего не ответила, а только продолжали себя вести со мной так, словно я не новая рабыня…

Мне вдруг стало плохо, будто вновь укачало. В качестве кого я сюда попала? Платье, которое приготовили для меня, было совсем не похоже на форму служанок. Красивая гладкая ткань, явно дорогая, нежного светло-сиреневого цвета. Оно выглядело дороже тех, что я примеряла вчера в лавке на рыночной площади.

Девушки неохотно отвечали на мои вопросы. Всё, что удалось узнать: их задача прислуживать мне и помогать освоиться во дворце. На вопрос о том, зачем я здесь, недоумённо переглядывались, будто не понимая меня.

Переодеваться не очень то и хотелось. Я взглянула на браслет. Камни мерцали спокойными зелёными отблесками, а на душе моей была пустота. Глубоко внутри ещё теплилась слабая надежда, что Атай или лекарь Миро «отстоят» для меня место помощницы и ученицы лекаря.

Проведя рукой по гладкой ткани платья, которое лежало на кровати, невольно вспомнила, как примеряла платья в лавке.

«Атаю бы понравилось…» – говорил тогда Сынхо.

Воображение живо нарисовало в моей голове меня и Молчуна. Тогда мне так хотелось, чтобы  он увидел меня…

- Госпожа, вам нужно переодеться, - проговорила одна из служанок. – Иначе, нас накажут.

Я оглянулась. Вид у девушки был жалостливый и печальный. И мне стало жаль их обеих. Что за варварство? Наказать служанок за то, что я не надену это платье? Кто это вообще придумал?

Переоделась я сама. Служанки лишь помогли мне закончить туалет, обмотав вокруг талии широкий белоснежный пояс, и уложили мои волосы в красивую причёску, подобрав их наверх и украсив шпилькой  с красивым цветком из разноцветных блестящих камней.

Я смотрела на себя в зеркало со смешанными чувствами. То, что  увидела в отражении зеркала, мне понравилось, но стало как-то грустно и больно. Это была чужая я – девушка из другого мира. И… мне до сих пор тяжело было поверить в то, что стою здесь. И это не сон.

Обходительные служанки принесли перекусить, но мне кусок не лез в горло. Глубоко внутри засела ещё и тревога, чувство постоянного ожидания чего-то. Понимала, что не буду сидеть здесь бесконечно, ничего не делая.

И действительно, спустя некоторое время вернулась Наит и сказала, что меня хочет видеть Великая Госпожа Вэй.

Великая Госпожа… Звучало это странно, создавая впечатление о мании величия обладателей этих титулов-обращений.

Я не стала сопротивляться. Было слишком поздно, ведь я уже здесь. К тому же так наконец-то, похоже, узнаю, какая судьба меня ждёт.

Наит и одна из служанок, которые  помогали мне, вновь куда-то повели меня длинными коридорам и переходами, широкими залами. Мы даже выходили во внутренний двор.

Я послушно шла за Наит, размышляя, кем может быть эта госпожа Вэй. Жена вождя? Терялась в догадках, что меня ждёт. И немного даже побаивалась встречи с этой женщиной.

Меня привели и оставили одну в огромной по размерам комнате с высоким потолком. Она была обставлена такой же красивой мебелью из красного дерева, что и в тех комнатах, где я переодевалась. Только обивка другого цвета. На стенах висели огромные картины, всюду стояли благоуханные цветы и какие-то небольшие скульптуры… Окна, прикрытые занавесками из полупрозрачной ткани, были открыты и пропускали свежий воздух. На полу лежали медвежьи шкуры рядом с огромным креслом и софой.

В дверь с другой стороны кто-то вошёл, мягко шурша подолом платья. Женщина подошла ко мне ближе.

Я подняла глаза. Передо мной стояла  старая женщина лет восьмидесяти, а то и больше, – худая и уже полностью седовласая. Её лицо сплошь покрыто морщинами, но всё равно видно, что это была красивая женщина.

Вот она – промелькнуло в голове. Она – старуха.

И она просто впилась в меня взглядом,  какое-то время смотрела не моргая. Мне это показалось странным.

В голове промелькнула мысль, что это вряд ли жена вождя. Хотя я ведь не знаю, сколько их правителю самому лет. Возможно, он такой же древний старик.

- Аксая, - произнесла женщина властным голосом, который не утратил ещё твёрдости и своей силы. – Мне сказали, что тебя зовут Аксая.

Я слегка кивнула головой.

- Да.

- Ты ученица Миро? Знаешь искусство врачевания. Твой дед… был целителем.

Я вновь кивнула головой.

- И ты очень хорошо знаешь язык нашего племени.

- Да. Вам сказали правду.

- Ты знаешь, кто твои предки?

- Знаю. Племя…

- Нет, моя милая. Предки из племени Сато.

Я недоверчиво окинула старуху взглядом. Почувствовала, что эта женщина более проницательна, чем лекарь Миро и генерал Арон. Конечно же ей известно то, что я поведала им о себе. Невольно вспомнила Сынхо. Мальчишка не раз намекал на то, что не особо и верит в мою историю.

- Мне никогда не говорили, что…

- Ты очень похожа на неё, - перебила меня старуха.

Что-то дрогнуло внутри. Теперь я поняла, почему она на меня так смотрела.

- Амея. – Женщина испытующе сверлила меня взглядом, словно проверяя мою реакцию. – Тебе знакомо это имя?

- Нет. Я не знаю, кто это.

Взгляд незнакомки смягчился. Должно быть в моём ответе она не почувствовала лжи. Я ведь и в самом деле слышала это имя впервые.

Но вдруг моё сердечко дрогнуло. Что, если это настоящее имя моей прабабушки? Дед никогда не произносил его. Видно, было от чего никогда не вспоминать настоящего имени ни своей матери, ни своего собственного.

Теперь эта комната и её убранство показались мне клеткой. Она давила на меня.

- Ты, должно быть, её правнучка, судя по возрасту. Ты очень похожа на неё. Я с первого взгляда узнала её лицо. Я помню её… Она приходит ко мне в страшных снах почти каждую ночь.

Я удивлённо смотрела на женщину, внимая её словам.

- Меня зовут Вэй. Мой сын – Великий Хакон – вождь племени Сато.

Я невольно вздрогнула.

- Похоже, ты и сама не знаешь, кем была твоя прабабка. Ита… её сын… Он жив? Твой дед.

- Моего дедушку зовут Дан.

- Конечно же, найдя пристанище среди чужого племени, Амея не открыла никому, кто они, не назвала настоящих имён.

Женщина внимательно посмотрела на меня.

- Не бойся. Здесь тебе ничего не угрожает. Ты – ответ на мои молитвы. Я ждала, что боги смилуются над моим родом и подарят возможность хоть что-то исправить.

- Я вас не понимаю.

- Мой покойный муж - правитель Юн из клана Теруо племени Сато – отец Великого Хакона – пришёл к власти после попытки военного переворота.

Юн – Третий сын Ангира – достиг небывалых высот, на военном поприще и завоевав для своего отца новые земли, стал генералом и военным советником,  будучи ещё в молодом возрасте. Мой муж всегда хотел большего. Юн говорил, что это он создал величие племени Сато, хотел захватить и покорить ещё больше племён, объединить их. Считал Ангира никчёмным правителем, но вынужден был мириться с положением Третьего сына.

То был тяжёлый и тёмный период правления дома Ангира. Слишком многие были недовольны его правлением и жаждой его младшего сына покорять всё больше земель. Часть старейшин открыто заявляли Ангиру, что новые войны лишь изматывают и приводят в упадок племя Сато.

Юн просто убил недовольных старейшин, заставив их умолкнуть навсегда. Их и их семьи. Начались зачистки среди знати. Но это привело лишь к ещё  большей смуте и недовольствам.  Не поддерживали стремления Юна и некоторые военноначальники. Особенно после убийства возмутившихся старейшин.

Ангира и его старшего сына отравили. В одну ночь в сердце Гелона мятежники попытались утопить в крови весь род Ангира – семью, клан Теруо, и его слуг. Юн подавил мятеж, опираясь на верных ему воинов и взял власть в свои руки.

В убийстве правителя Ангира обвинили его лекаря – отца Амеи и Второго сына вождя - Лима, который по счастливой случайности остался в живых и пытался бежать. Юн считал, что восставшие старейшины и военные хотели объявить Лима правителем Сато. Юн казнил Главного лекаря и Второго сына Ангира – своего брата Лима.

Я вздрогнула, чувствуя, как что-то сжалось внутри. Слушала старуху, еле дыша. От её слов просто мороз шёл по коже. Не понимала, зачем она мне всё это рассказывает, но слушала внимательно.

- Дочери лекаря с маленьким сыном удалось сбежать из охваченного мятежом дворца. Она готовила лекарства для правителя и её так же должны были казнить.

Теперь моё сердце дрогнуло в страхе.

То, что я узнаю, мне не понравится… Владыка немного неправильно выразился.

- Прошло время, - продолжала Великая госпожа, - Юн устранял тех, кто пытался ему помешать или высказывал недовольство. Но став правителем, он не принёс племени ни процветания, ни величия. Юн стал кровавым тираном. Я не узнавала своего мужа. Юн и раньше не отличался мягкостью характера, но он стал другим, словно в него вселился злой демон. Он стал ещё более жестоким, раздражительным и  подозрительным.

Кое-кто из старейшин обвинял Юна в смерти Ангира, пытались найти Амею – единственную выжившую из тех, кто был причастен к заговору, и кто мог знать, что именно произошло, и чем Ангир был отравлен, кто за всем этим стоит. Но она бесследно исчезла. Впрочем, как и старейшины, которые сомневались в своём новом правителе.

В последний год своего правления Юн, казалось, совсем сошёл с ума. Во всех видел врагов, даже в своём единственном, оставшемся в живых… сыне – Хаконе.

Голос женщины дрогнул, но она продолжила:

- Юн до последнего своего дня пытался найти дочь лекаря, всё твердил, что должен во что бы то ни стало её разыскать, что все несчастья, которые постигли его и всех нас, из-за Амеи. Даже на смертном одре твердил, что она прокляла его.

Вэй вздохнула.

- Нашу семью и действительно преследуют несчастья и потери. Я похоронила почти всех своих сыновей. Небеса смиловались лишь над Хаконом. Но и он продолжает платить за грехи своего отца. Слишком высокая цена за власть, слишком много крови на руках Юна.

Но теперь мои молитвы услышаны. Я уверена, что ты – потомок Амеи. Боги привели тебя ко мне.

- Вы ошибаетесь, - проговорила, помня предупреждение владыки Царства мёртвых  о том, что не должна доверять старухе. - Я не потомок Амеи и не имею никакого отношения к вашей беглянке. Это не моя прабабушка. Ну и что, если я, как вы говорите, на неё похожа?

- О, нет, моя дорогая. Я уверена в этом, я чувствую. Но тебе нечего бояться. Ни Амея, ни её отец не виноваты в смерти Ангира.
Хакон приказал расследовать это дело с особой тщательностью. Ангир не был отравлен. Тогда в крови покойного правителя не нашли следов яда. Хакон и сам изучал тайные архивы дворца того периода. Неизвестно, как убили Ангира. И… Юн приложил много усилий, чтобы скрыть это. Для него было удобнее, чтобы всё выглядело, как отравление.

Так что, тебе нечего бояться. Имя твоих предков не наложит печать изменников на тебя и твою семью. Скажу даже больше.

Старая Вэй пристально взглянула на меня.

- Я сделаю тебя частью клана Теруо.

У меня глаза полезли на лоб от удивления. С чего это вдруг такая «милость»?

- Я простая пленница. Рабыня.

- Нет, моя милая. Забудь про рабство. Ты потомок древнего рода Хотару. Они долгое время были целителями племени Сато.

- Вы ошибаетесь. Что вы хотите сделать со мной?

- Замужество, милая моя. Тебя ждёт всего лишь замужество. Не нужно так пугаться.

- Вы не можете так со мной поступить, - проговорила, чувствуя, как холодок прошёл по спине.

- Я лишь хочу спасти душу своего сына  и внуков.

- Это не я. Я ничем вам не помогу. – Ох как же меня всю трясло. Мне казалось, что старуха просто уже из ума выжила. – Да и Великий ваш Хакон уже старик, должно быть!

- О, нет, моя дорогая Аксая. У Хакона есть сыновья. Дочь Амеи – Мия – была в раннем детстве сосватана за сына Лима. Клан Хотару и правящая семья Теруо и так в некотором смысле соединены узами. Пусть их брак и не состоялся, но сейчас, оба рода всё же смогут соединиться. Честь семьи Хотару восстановлена, их преданность  правящему клану Теруо не ставится под сомнение. Ты станешь частью семьи Теруо.

Я слушала и с трудом верила тому, что говорила эта старая женщина. Не помню, чтобы дед когда-нибудь рассказывал о сестре.

Так у него была сестра…

- Теперь можешь возвращаться к себе, моя дорогая. И жди своего жениха. Он навестит тебя вскоре.

За моей спиной послышался шум. Огромные тяжёлые створки двери отворились. Похоже, это пришли за мной.

Те же служанки проводили меня назад в мою комнату. Я не сопротивлялась, послушно шла с ними. Мне хотелось поскорее скрыться от пронзительного взгляда старухи-матери. Всё, что она рассказала, нужно было «переварить», обдумать.

Я шла длинными коридорами и просторными залами, пытаясь и сейчас запоминать дорогу. Но понимала, что с лёгкостью можно заблудиться. И, несмотря на то что мы уже здесь проходили, всё казалось мне незнакомым.

С некоторым облегчением выдохнула, когда обе служанки вышли, плотно затворив за собой дверь.

Слова старой Вэй всё ещё эхом звучали в моей голове. Они холодной лавиной обрушились на меня, всем этим стремительным потоком имён и… Я будто сама погрузилась в те далёкие события, но меня беспокоила Амея и её дети... Действительно ли Амея – моя прабабушка Аксая? Что-то подсказывало, что старая Вэй права. И владыка говорил, что скоро я узнаю, кем была моя прабабушка. Это правда.

Значит, у дедушки была сестра. Что стало с маленькой Мией? Она погибла в ту ночь здесь, в этом дворце?

Вот, почему прабабушка бежала так далеко из своих родных земель.

Я быстро ещё раз оглянулась по сторонам, осматривая «свою» гостиную. Подойдя к окну, выглянула наружу. Рядом стояло дерево. Достаточно близко. В моей голове крепла мысль о побеге. Мне не хотелось оставаться в этом огромном дворце. Здесь чувствовала себя в опасности.

Почему Молчун так просто дал меня увести? Он отказался от меня?

Я вновь взглянула на браслет, словно ожидая, что листья на дереве превратятся в красные цветы. Но они не меняли свою окраску.

Оценив обстановку за окном, поняла, что вполне могла бы сбежать. В платье это будет более проблематично. Ну что ж… Меня это не остановит.

Своей одежды и обуви я не нашла. Вот заразы! Куда они дели мои вещи?! Хорошо хоть кинжал не носила с собой. Как чувствовала: хранила его в комнате.

Подобрав подол, аккуратно забралась на подоконник и дотянулась до ближайшей ветки.

Лазить по деревьям – это не моё. А тем более в платье.  С горем пополам всё же добралась до нижней ветки и, повиснув на руках, соскользнула вниз.

Настороженно оглядываясь по сторонам прошла парк, который почти вплотную примыкал к зданию дворца, и добралась до какого-то небольшого павильона. За ним была стена. Не слишком высокая, но и перелезть через неё в любом месте не перелезешь. 

Я обошла павильон. За ним виднелся высокий парапет. Если на него взобраться, можно дотянуться до вершины стены.

Преодолев высоту парапета с надеждой прикоснулась к стене, заглядывая, как можно подняться дальше.

- На твоём месте я бы этого не делал, - прозвучал неожиданно совсем недалеко знакомый голос.

Я вздрогнула и обернулась. Сердце радостно заколотилось в груди. Сынхо стоял улыбаясь.  Склонив голову набок, разглядывал меня.

Невольно вспомнила нашу первую встречу. Кажется, тогда он сказал мне то же самое.

- Сынхо, - проговорила я немного взволнованно. – Как ты здесь оказался?

Ещё раз окинула его взглядом. Сынхо усмехнулся и протянул мне руку, собираясь помочь спуститься вниз.

- Ну же, - проговорил он, видя, что я не тороплюсь принимать его помощь. – Ты и в самом деле думаешь, что сможешь отсюда сбежать?

- Что ты здесь делаешь? – спросила, спускаясь вниз и крепко схватив за руку парня.

- Я здесь живу, - хмыкнул он, – когда не ночую у Миро.

- Здесь? – переспросила немного недоверчиво.

- Здесь недалеко. За этой стеной.

Я обернулась, задрав голову. За стеной, и вправду, виднелись крыши павильонов или домов. Значит, за этой стеной территория дворца правителя заканчивается?

Мне нужно только перебраться через эту стену…

- Ты можешь свободно приходить сюда и так же беспрепятственно выходить. Помоги мне выбраться отсюда. Мне нельзя здесь оставаться.

- Я не могу… Прости.

Перевела взгляд на парня. Он опустил голову, глянув себе под ноги.

- Раз уж ты здесь, - продолжил Сынхо, - пока не можешь покинуть дворец.

Я не верила своим ушам. Он – мой друг. Даже больше: ещё вчера говорил, что мы стали одной семьёй. И он отказывается помогать мне.

- Тебе не нужно бежать, - произнёс парень, вновь взглянув на меня. – Теперь тебя ждёт совсем другая жизнь. Возвращайся в свою комнату…

- Я хочу вернуться к лекарю Миро. Я ведь его ученица. Мне здесь не место.

- Ты вернёшься, но позже. Если захочешь.

- Сынхо, я ничего не понимаю. Зачем я здесь? Мне говорят, что я не рабыня. Значит, я свободна? Я могу уйти. Но нет. Я всё равно пленница, заложница. Сегодня меня привели к матери вашего Великого Хакона. Она… считает, что я… имею какое-то отношение к семье… Хо…

Я запнулась, вспоминая название клана.

- Хотату, - подсказал Сынхо прямо смотря на меня. – Госпожа Вэй в этом уверена. Она просто хочет, чтобы потомок безневинно казнённого лекаря Отха занял своё место. Хочет хоть как-то загладить вину перед его семьёй.

- Выдав меня замуж?!

- Дождись своего жениха. Возможно, ты изменишь своё мнение, или он тоже не захочет… вашего брака…

Я тяжело вздохнула и, развернувшись, зашагала прочь, не дослушав парня.

Сынхо не поможет. Возможно, чуть позже пойму, почему он не хочет или не может помочь мне, но сейчас я сердилась на него. И это подгоняло меня вперёд.

А ещё я ухватилась за слова Сынхо. Нужно всё же встретиться с этим “женихом” и поговорить с ним. Он ведь меня не знает. Я для него чужой человек. Возможно, он и сам не горит желанием жениться. Если он откажется, свадьба не состоится. Можно даже сказать, что у меня уже есть избранник. Я ведь нужна Атаю. Хотя, кого я обманываю? С браслетом я не могу ему помочь.

Остановившись в недоумении перед деревом и окном, поняла, что проникнуть в комнату назад будет более проблематично.

- Пойдём, я провожу тебя.

Я вздрогнула от неожиданности и обернулась.

Сынхо шёл за мной.

- Кстати, тебе очень идёт это платье.

Я нахмурила брови.

-  Выглядишь по-другому, - проговорил парень, окинув меня сияющим взглядом.

- Спасибо… И ты… выглядишь иначе. Такой сразу… представительный молодой господин.

Сынхо хмыкнул довольно.

- Проводи меня, - проговорила строго, - но не разговаривай со мной. Я злюсь.

Парень слегка склонил голову, словно соглашаясь со мной, и жестом пригласил пойти с ним.

Сынхо завёл меня во дворец, провёл до самых дверей нужной гостиной, не проронив ни слова. Стражники и слуги, которые нам попадались, лишь вежливо кланялись, а я вдруг поняла, что мальчишка очень хорошо ориентируется в этих коридорах.

Должно быть,  Сынхо часто бывает во дворце. Его отец, и правда, важная шишка.

Хотела спросить, об этом, но вспомнила, что злюсь на него, и мы не разговариваем… пока.

Сынхо учтиво открыл передо мной дверь. Я прошмыгнула мимо него в комнату и захлопнула за собой дверь. Почему-то решила, что он может зайти. А мне бы этого не хотелось.

Но потом вдруг развернулась и быстро вновь её открыла. Сынхо стоял перед дверью, словно и не собирался уходить. Он не был ни удивлён, ни возмущён.

- Надумаешь помочь мне бежать – приходи, - проговорила и вновь захлопнула дверь.

Тяжело выдохнув, обернулась и окинула комнату взглядом. Это действительно была та самая гостиная.

Теперь ещё один вопрос появился: откуда Сынхо знал, что меня нужно привести именно сюда?

Возможно, это комнаты для гостей?

Ещё раз вздохнув, села в кресло, которое стояло спинкой к окну. Так мне было видно дверь.

И когда, интересно, должен прийти этот «жених»? Долго его ждать? Что-то тревожно стало на душе. Как-то надежда на понимание со стороны незнакомца стала гаснуть. С чего я решила, что он согласится со мной?

Немного странно было сидеть и ждать своего «жениха». Прислушивалась к малейшему шороху за дверью, чувствуя, как всё внутри меня напряжено до предела.

Какой он? Мой «будущий муж». Стало даже любопытно. Надеюсь, хоть симпатичный.

Никогда не думала, что мне грозит замужество вслепую, что буду выходить замуж, ничего не зная о мужчине, с которым меня свяжут узами. Это всё неправильно. Возможно, для племени Сато это  в порядке вещей и сейчас. Но не для меня.

И что, если «жених» откажется от такого брака? Его могут заставить?

Да уж. Сынхо был прав, говоря, что все мы в чём-то не свободны. Что раб, что свободный человек. Старуха хоть и говорит, что я свободная, но, похоже, это далеко не так.

Атай, ну почему ты так легко отдал меня этим людям? Забери меня отсюда, пожалуйста…

Лекарь Миро говорил, что Хакон боится Атая. Может, если Молчун… захочет…

На что я надеюсь?

Но зачем я им нужна? Даже если признаю, что я потомок казнённого ими лекаря Отха и его сбежавшей дочери Амеи, почему должна выходить замуж за сына Хакона? Мне ничего от них не нужно. Ни милости, ни извинений.

И не надо свою вину заглаживать подобным образом! Такое чувство, словно меня хотят наказать.

Я вновь вздохнула.

Всё, что говорила мать вождя, было странным и ненормальным. Если род Теруо и прокляли, то было за что. Этот светлый просторный дворец, такой красивый, но с жуткой, кровавой историей. Каждый уголок его наполнен ужасами и страданиями.

Моя прабабушка и дедушка потеряли здесь своих родных, свою семью, вынуждены были бежать, чтобы спастись. Хотя ничего не сделали, ни в чём не были виноваты. Просто кому-то очень хотелось получить власть. Сомневаюсь, что даже этот несчастный Лим, Второй сын, был заговорщиком. Мне вообще было тяжело поверить и понять, что кто-то может хладнокровно убить своего отца, брата…

Не знаю, сколько так просидела в раздумьях.

С племенем Сато вообще что-то не так. Кто-то может запросто продать душу своего не рождённого ещё внука, чтобы спасти сына…

Я вздрогнула, потому что наконец-то послышались шаги, дверь отворилась. Что- то ёкнуло внутри. Моментально подскочила с кресла.