Молчун

Меня разбудил предрассветный холод. Я плотнее закуталась в одеяло, уткнувшись носом в мех воротника накидки. Так холодно по утрам ещё не было.

Непродолжительные сборы – и мы вновь отправились в путь. Миновав плоскогорье, теперь спускались вниз. Вокруг открывался немного однообразный и безрадостный вид. Голые скалы и каменные валуны. Очередная горная гряда закрывала горизонт и непонятно было, насколько далеко на север протянулись эти скалы.

К полудню мы добрались до какого-то горного селения больше похожего на крепость. Это было первое живое селение, которое попалось нам на пути. Целое и не разрушенное.

- Мы уже в землях племени Сато? – спросила у Сынхо, с некоторой даже тревогой посматривая на поселение.

- Да, мы почти дома.

Теперь понятно, почему селение-крепость целое и невредимое. Это их горная крепость.

Войско Одхан остановилось возле селения на дневной привал.

Поселение оказалось форпостом и там было много воинов приграничной охраны. Генерал Арон в сопровождении Атая и некоторых командиров отрядов заехали в само поселение.

- Хочешь посмотреть крепость? – спросил Сынхо, привлекая к себе моё внимание. – Это, конечно, не Гелон. Но могу провести экскурсию.

Я растерянно взглянула на парня, не зная хочу ли осматривать селение.

- Как-то меня туда совсем не тянет.

- Ну, как знаешь.

Сынхо принялся помогать лекарю обустроить место для бивака.

- Там есть трактир. Мы бы могли там пообедать.

Мальчишка словно уговаривал. Я взглянула на лекаря. Он пожал плечами. Немного подумав, согласилась. Возможно, после стольких дней похода это была и неплохая идея: поесть, сидя за столом.

Ничего примечательного и удивительно там я не увидела. Каменные дома, чаще двухэтажные, не слишком широкие вымощенные камнем улочки. Всё серое и однообразное, хмурые люди и много воинов.

Еда оказалась сытной и даже вкусной. Но то, что в трактире было очень много воинов, в том числе и на открытой площадке, где нам нашли свободный столик, мне не понравилось. Чувствовала себя не в своей тарелке. А когда увидела среди толпы Брана, ржущего над чем-то в компании воинов Одхан, старалась даже не смотреть в их сторону.

Я думала о том, неужели всё в племени Сато такое серое и безрадостное. Смех Брана не в счёт. От этого шума веселее не становилось.

Горная крепость, лишённая красок, была так не похожа на мой зелёный, цветущий край и родное селение. Но я пыталась отгонять от себя воспоминания о доме, его уюте и тепле. Такие мысли причиняли лишь боль, вынуждали сердце разрываться между желанием вернуться и привязанностью души к человеку, который отнял у меня мой дом и семью. Звучит странно, но порой я действительно не знала, чего хочу больше. Атай словно приворожил меня. И от этой привязанности сердечной и душевной не спасает даже браслет.

Воины Одхан не задержались в этой крепости. Мы тронулись в путь, пополнив запасы воды и некоторых продуктов.

Пейзаж вокруг постепенно менялся, и, немного погодя, скалы расступились, открыв вид на зелёную долину, уходящую к горизонту. Теперь в горах стало появляться больше растительности. Дорога уже не извивалась по краю обрывов и ущелий, а плавно огибала невысокие горы. А вскоре склоны и вовсе укрылись сначала редколесьем, потом лес стал гуще и разнообразные. Линия открытого горизонта скрылась из глаз, и нельзя было увидеть, куда мы движемся, лишь только следовать проложенной дорогой.

Ночевали мы в горах. Теперь не было уже так холодно, как в высокогорье. Днём, пригревшись на солнышке, я даже сняла накидку.

К полудню следующего дня горы наконец-то закончились. Теперь наш путь лежал через долину. А спустя ещё несколько дней, равнина изогнулась живописными холмами, и на горизонте на севере вновь виднелись невысокие горы, покрытые лесами. У подножия гор с южной стороны раскинулся огромный город.

В долине нам по дороге попадались небольшие селения, но они, все вместе взятые, не шли в сравнение с тем исполином, раскинувшимся далеко впереди.

Сынхо заметно оживился, да и все воины как-то выглядели бодрее и радостнее. Ещё бы, они вернулись домой из дальнего похода. И там их ждут семьи и близкие, друзья.

Даже некоторые пленные выглядели веселее, и в их глазах зажигалась надежда. Никто из пленников не знал, что их ждёт, но окончание этого пути было так близко, а значит, близок и некоторый отдых от долгого изнурительного перехода.

А у меня на душе стало как-то беспокойно. Я слушала восторженные рассказы Сынхо о его родном Гелоне и чувствовала, что этот город для меня чужой. Вдруг поняла, что боюсь величия Гелона. Ведь по какой-то причине моя прабабушка всё же бежала отсюда, спасая себя и самое дорогое, что у неё было – своего маленького сына.

Колонна под предводительством генерала Арона вошла в город через огромные ворота. Воинов Одхан встречали, как героев, вернувшихся домой с победой над врагом. Собственно, для племени Сато их воины и были героями. Толпа горожан, собравшаяся вдоль улиц, восторженно кричала, люди махали руками, выкрикивали имя генерала Арона.

Меня сначала оглушило такой суетой и шумом, толпа даже напугала. Мне казалось, что это волнующуюеся людское море снесёт меня и Шамана. Конь нервно подёргивал головой, и я боялась, что он сорвётся, пытаясь убежать от этой огалтелой толпы. Поэтому мне приходилось успокаивать и себя, и Шамана.

Немного привыкнув и почувствовав, что мой конь стал спокойнее, я уже даже с интересом оглядывала всё вокруг. Город и вблизи был совершенно не похож на те селения, которые нам попадались. Дома здесь были опрятнее и красивее, на улицах  много зелени, люди в разноцветных одеждах. Город не казался серым и блеклым.

Наша колонна не прошла вглубь города. На окраине свернула влево и потом ещё долго тянулась по улицам с обочинами, битком набитым людьми. Потом прошла через ворота поменьше. Эта часть города была огорожена каменным забором, и за ворота никто из горожан не проходил.

- Это Казармы братства Одхан, - пояснил Сынхо, видя, как я с тревогой оглядываюсь.

Я взглянула на парня.

- Здесь живут воины Одхан, - продолжал он с каким-то даже довольным видом, - тренеруются, здесь проходят сборы и обучение новобранцев.

Окинув взглядом всё вокруг, поняла, что это было похоже на город в городе. Но улицы здесь были пустынны и не такие пёстрые.

Колонна постепенно распадалась. Сынхо всё рассказывал об устройстве этого «города в городе».

- Там, - парень махнул рукой, куда устремилась основная часть воинов, - жилые казармы и за ними – конюшни, склады и арсенал, кузница. В центре плац, штаб и покои генерала. Здесь кухня и столовые, дальше тренировочные площадки и учебные классы. Улочка направо – дом лекаря Миро и лазарет.

Я послушно вертела головой туда, куда указывал Сынхо.

Поток воинов упорядочено направлялся в сторону казарм и конюшен. Пленных уводили в центр. Должно быть, теперь Арон будет решать, всех ли пленников отправить на невольничий рынок.

Мы втроём – я, лекарь и Сынхо – отделились от общей колонны, свернув к дому Миро.

Боковым зрением увидела, что лекарь Миро и Сынхо спешились. К нам вышел слегка полноватый мужчина средних лет с добродушным лицом.

Спустилась и я на землю.

Мужчина вежливо поклонился нам, приветствуя. Он с нескрываемым любопытством поглядывал на меня, пока Сынхо отстёгивал седельные сумки. Незнакомец радовался возвращению лекаря, называя его господином Миро, спрашивал всё ли в порядке. Старик обращался к нему по имени – Тод. Должно быть, это слуга лекаря.

- Значит, лекарь Миро живёт здесь? – спросила, окинув всё вокруг беглым взглядом.

- Да. Он военный лекарь, поэтому его дом на территории Казарм. Мы сейчас проедем к конюшням, а потом вернёмся к дому лекаря.

Старик и мужчина занесли вещи во двор дома, а мы с Сынхо, верхом направились к конюшням. Парень вёл коня лекаря за уздечку.

Мне как-то жалко было оставлять Шамана, но понимала, что забрать его мне некуда. Здесь для всего было своё место, и царил определённый порядок.

- Не переживай, - проговорил Сынхо, видя, что я не тороплюсь расставаться со своим конём. – О нём позаботятся. И очень хорошо позаботятся.

К нам подошёл мужчина. По его одежде поняла, что это не воин. На конюшнях работают горожане?

Шаман рванулся в сторону и я кинулась к нему. Успокаивая его, гладила по морде и шептала, что скоро вернусь, чтобы проведать его, что я буду рядом. Шаман стал спокойнее и дал незнакомцу себя увести в стойла.

- Пойдём, - поторопил Сынхо. – Нужно до ужина успеть разобрать наш обоз с вещами.

Ещё раз оглянувшись на Шамана, пошла следом за Сынхо. По дороге осматривала всё вокруг, стараясь запомнить дорогу. «Город в городе» ожил. Теперь здесь было много воинов и обстановка напоминала ту, что царила, когда мы становились лагерем.

- Ты тоже здесь живёшь? - спросила у Сынхо, пока мы шли к дому лекаря.

- Нет, но провожу здесь большую часть своего времени.

- А Атай?

- Он – в основном да.

Я вдруг почувствовала, как радостно застучало сердечко.

- Все воины Одхан, кто не женат, и у кого нет детей, постоянно живут в казармах, отлучаясь ненадолго в город. Семейные воины проводят большую часть дневного времени здесь в тренировках и обучениях новобранцев. Несут ночные дежурства. А так –  живут в городе. Постоянно находятся в Казармах во время сборов.

- А долго здесь будут… пленные?

Сынхо внимательно глянул на меня.

- Завтра их отправят на невольничий рынок. В Казармах для такого количества людей нет места. Арон, может, оставит новых работников для конюшен… Кого-то отправит во дворец для Великого Хакона. Возможно, кто-то из воинов заберёт себе раба, как часть своей доли…

Парень замолчал. Вздохнув, продолжил:

- Я прослежу, куда попадёт твой… друг. Но сама ничего не делай.

Я кивнула, соглашаясь с Сынхо. На радостях мне так хотелось сгрести его в охапку, но сдержалась.

Дом лекаря Миро мне понравился. Чистый дворик, маленький фруктовый сад, за садом грядки с травами и цветами, хозяйственные постройки. Сам дом был невысоким и небольшим, но казался уютным. Для меня старик выделил комнату.

Вплотную к дому прилегала деревянная площадка под навесом, как открытая беседка, на которую вели несколько ступенек. Отдельным помещением, но под одной крышей с жилым домом была кухня и ещё комната для купания. И к ним тоже прымыкала крытая площанка. Так что из дома можно было пройти под навесом, не спускаясь во двор.

Дальше по улочке отдельно стоял лазарет для воинов и приёмные покои. К лазарету вели две калитки: со двора дома лекаря и с улицы. Лазарет показать мне  Миро обещал завтра.

За домом, пока хозяин был с воинами в походе, присматривал слуга – Тод.

Я чувствовала себя немного странно и волнительно. Тяжело было поверить, что теперь – это мой дом. Вернее, место, где я буду жить.

Весь вечер мы все были заняты разбором вещей, ужином. Его, как и в походе, в корзине принёс Сынхо. Непривычно было ужинать не в походных условиях у костра, а возле дома под крышей пристройки за небольшим переносным столиком, сидя на мягких подушках.

Тод суетился возле купальни, готовя её к приёму ванны. Я всё порывалась помочь ему, но он категорически отказывался.

- Почему ты не идёшь домой? – спросила я у Сынхо, когда с ужином было покончено и старик пошёл купаться первым.

Мы вдвоём, свесив ноги, сидели на краю террасы, как назвал Сынхо пристройку.

Я обернулась к парню, а он взглянул на меня как-то грустно.

- Разве ты не хочешь увидеть родителей? Они тебя наверняка ждут. Вы так долго не виделись.

Парень опустил глаза.

- Нет. С отцом я увижусь завтра.

- А мать?

Сынхо вздохнул.

- У меня нет матери. Она… умерла, сразу после того, как я родился.

Мне стало как-то неудобно. Сынхо всегда избегал разговоров о доме и родителях. Всегда переводил тему на что-то другое. И о моих ничего никогда не спрашивал. Лишь однажды вспоминал о своей бабушке, вернее о её словах. Неужели даже с ней не хочет увидеться?

- Мне очень жаль, - проговорила печально.

- Нет. Всё в порядке.

Но я чувствовала, что было не так уж и в порядке.

- Я сегодня останусь ночевать здесь. Я ведь тоже – ученик лекаря Миро.

Сынхо усмехнулся и взглянул на меня. В его глазах не было больше грусти. А я смотрела на него и грустно становилось уже мне. Должно быть, у него с отцом натянутые отношения. Кто знает, как они расстались, когда Сынхо просился в поход с воинами Одхан. Похоже, обида на отца мальчишку грызёт до сих пор.

Я вздохнула. Подумала вдруг о том, где Сынхо будет спать. Потому что свободную комнату Миро отдал мне. Может, и комната Сынхо мне досталась? Я спросила об этом прямо.

Теперь вздохнул Сынхо.

- Да. Я там порой ночевал, когда не хотел возвращаться… домой.

- М-м… Прости.

- Нет. Ничего. Я не против. Не будешь же ты жить в казарме или в лазарете. Да и Тода было бы неправильно выселить из его комнатки. Она маленькая… Удивительно просто.

- Что именно?

- Всё моё становится твоим, - хмыкнул Сынхо. – И первый раз в жизни меня это совершенно не беспокоит. Я даже рад.

- Даже так?

Сынхо взглянул на меня, разглядывая, словно видел впервые.

- Тебе нужно купить женскую одежду, - протянул задумчиво.

Я бросила взгляд на то, в чём была одета.

- Завтра этим и займёмся, - проговорил парень деловито. – Купим для тебя что-нибудь. Заодно и город посмотришь.

Я глянула на него, невольно улыбаясь. «Старший брат» включился.

- Это вовсе не обязательно, - возразила.

- Ты что, собралась до конца дней носить мою одежду? Я больше не дам ничего.

Я поморщилась. С одеждой у меня да – беда. Своего почти ничего нет. Только то, что изначально было на мне, да порваное платье, которое у меня рука не поднялась выкинуть. И то я порвала его на лоскуты.

Но как-то не думала пока о новой одежде. Приобрести её мне было не за что.

А ещё из своих вещей у меня есть кинжал и браслет…

Я вздрогнула, взглянув на украшение, так как камни вдруг сменили цвет, окрасившись в красный.

Атай.

Подняв глаза и действительно увидела Молчуна. Он так тихо подошёл, что ни я, ни Сынхо не услышали его.

- О! – радостно воскликнул мальчишка. – Решил перед отбоем навестить нас?

Молчун кивнул головой и подошёл к нам. Он сел на пол террасы рядом со мной.

- А я тут собираюсь завтра сводить Аксаю на рыночную площадь. Ей нужно купить одежду. Не может же она всегда носить мои шмотки.

Атай взглянул на меня.

- Ты как? – спросил Сынхо, склонившись немного вперёд, чтобы увидеть Молчуна. – Пойдёшь с нами?

Воин пристально глянул на мальчишку.

- Да ладно тебе. Вы с Ароном тоже ведь не были ещё у отца. Вот завтра с утра и сходим.

Сынхо соскочил вниз и ушёл в сторону сада. Я в недоумении проводила его взглядом. Было чувство, словно что-то пропустила.

- Ты тоже не торопишься встретиться со своим отцом, - проговорила тихо, взглянув на Атая.

Но в случае с Молчуном… У него свои причины.

Атай отрицательно покачал головой.

Во дворе появился Тод. Он низко поклонился Атаю, и воин кивнул ему в ответ. А мне вдруг захотелось, чтобы у лекаря Миро не было слуги. Не будь рядом посторонних, возможно, Атай решился бы сказать мне хоть пару слов.

Я вздохнула и начала делиться с Молчуном впечатлениями о доме лекаря и «похвасталась», что у меня даже будет своя комната. Атай смотрел на меня внимательно, пока из купальной комнаты не вышел старик. Молчун сразу поднялся и склонился, приветствуя Миро.

Тод суетился, готовя воду теперь для следующего человека. Лекарь Миро сразу ушёл в дом, а мы с Молчуном ещё немного посидели вместе на террасе, пока Сынхо не вернулся. Тод вышел, занёс в купальню ведро холодной воды, а потом подошёл к нам, сказав, что всё готово для купания. И вежливо удалился, пройдя на кухню.

Сынхо кивнул мне, словно говоря, что теперь моя очередь.

Молчун поднялся склонив голову, будто уже прощался со мной. И я поняла, что, пока буду принимать ванну, Атай уйдёт. А потому попрощалась с ним, пожелав спокойной ночи.

С огромным удовольствием окунулась в горячую расслабляющую ванну – большую деревянную кадку. В воздухе витал приятный аромат трав и лёгкий древесный запах растопленной на дровах печи. Как же мне этого не хватало: расслабиться, помыться в спокойной обстановке, никуда не торопясь и не боясь, что кто-то войдёт. В походе кадка с горячей водой вообще роскошь.

Когда закончила все свои процедуры и вышла из купальни, Молчуна, и правда, уже не было. Сынхо заставил меня зайти в дом. Почти моментально, осторожно постучав в дверь, Тод принёс для меня травяной чай и пожелал спокойной ночи.

Я уснула сразу, как только моя голова коснулась подушки. Настолько устала.

Утром дома был лишь лекарь Миро и Тод. Слуга сказал, что молодой господин (было так странно слышать, как Тод называет Сынхо) ушёл рано утром.

Я вздохнула. Должно быть, он всё же собрался с духом, чтобы повидаться с отцом.

Спросила лекаря о пленных. Он сказал, что их уже отвели на невольничий рынок. Теперь судьба каждого из них в руках богов.

Тяжело было на душе, но я понимала, что совершенно ничего не могу сделать для них. Теперь даже жалела, что послушала Сынхо и не попросила за Гая. Неужели Арон так бы уж разозлился, узнав, что Гай мой друг?

Позавтракав, мы с лекарем Миро перешли в лазарет и приёмные покои. Старик показал мне что где находится. Потом я помогала ему расставлять и раскладывать лекарственные травы и снадобья по местам – то, с чем вернулись из похода.

Кстати, лекарь кое-чего не досчитался, обнаружив пропажу красных мухоморов и колбочку с мускарином. А я, кажется, догадалась, куда пропал яд и то, из чего его получали. Сынхо. Втихаря, похоже, всё выкинул. Вот же, жук.

До обеда оставалось ещё много времени, когда вернулся Сынхо. Он довольно улыбался, говорил, что насилу вырвался и готов сопровождать меня на рынок.

Я смотрела на парня во все глаза. Сынхо был в другой одежде, выдающей в нём богатого молодого господина, а не простого помощника лекаря. И теперь это необычное для меня «молодой господин» очень подходило Сынхо. Я даже невольно залюбовалась. Вот теперь он, кажется, на своём месте.

Мне было неловко соглашаться идти с ним, чтобы он покупал для меня новую одежду, но прекрасно понимала, что взять мне её самой негде.

- Это неправильно. Ты не должен покупать для меня одежду. Одно дело – дать что-то поносить, а другое…

- Ну что ты такое говоришь? – возмутился Сынхо. – Мы уже одна семья. Ты мне как сестра. Разве брат не может дарить сестре одежду?

Я изумлённо смотрела на него.

- Ты приняла подарок от Хозяина Царства мёртвых, - добавил он совсем тихо. – Чем я хуже?

Сдвинув брови продолжала смотреть на Сынхо. Его возмущённый и слегка наивный вид обезоруживал.

- Ладно, если лекарь Миро отпустит, - выдохнула, сдаваясь.

- Отпустит.

- А… Атай? Он не пойдёт с нами?

Сынхо улыбнулся.

- Нет. Он ещё не вернулся. Да и не любит он ходить по таким людным местам.

Слова парня меня расстроили, но если так подумать, Молчуну и в самом деле, должно быть, не слишком уютно среди праздной толпы зевак. Он привлекает внимание любопытных. Атай – слишком заметная фигура.

Лекарь Миро действительно не был против и сразу отпустил меня с Сынхо.

С некоторой опаской выходила я в город. Он пугал шумом и постоянным движением. Но вскоре освоилась. По улицам навстречу нам шли обычные люди, которым, кажется, совсем нет никакого дела до нас.

Сынхо не умолкал, все рассказывая мне о той части города, в которой мы находились. Я с любопытством разглядывала дома и людей, одежду, в которой они были. Причудливые и обычные дома, особняки за высокими каменными заборами. Улицы были вымощены серым камнем, по их обочинам выложены специальные канавки, по которым стекала дождевая вода.

Рыночная площадь оказалась не слишком далеко от Казарм. Сынхо говорил, что это ближайшая к нам торговая улица.

Здесь было очень шумно и ещё больше людей, чем на обычных улицах. Я даже боялась потерять Сынхо из виду. Он улыбнулся и взял меня за руку, чтобы я не потерялась, как маленький ребёнок. А у меня глаза разбегались от разнообразия цветов и прилавков. Чего там только не было…

Но Сынхо сразу привёл меня к павильону, в котором продавали одежду и ткани.

Фух… Выбор был сложным. Я не хотела, чтобы наши покупки обошлись Сынхо слишком дорого. И мне нужна была в первую очередь удобная и практичная одежда, а не шикарное платье, в котором бы на территории Казарм и в лазарете выглядела я довольно нелепо.

Мы даже немного поругались с Сынхо.

Женщина продавщица к моему глубокому стыду называла меня невестой молодого господина. На мои протесты Сынхо перебивал меня, говоря, чтобы я «хотя бы примерила». Я дулась, но примеряла, спрашивая:

- И куда я так буду ходить?

Продавщица снисходительно улыбалась, предлагая всё новые наряды. А я критически отметала всё: это мне не подходит, это не нужно.

- Знаешь, - проговорила я вздохнув. – Ты привёл меня не туда. Здесь все платья дорогие, для девушек из богатых семей. Я всего лишь помощник, ученица лекаря. Во всём этом буду выглядеть глупо.

- Атаю бы понравилось, - возразил Сынхо, смерив меня оценивающим взглядом.

Я вдруг задумалась. Сынхо применил «запрещённый приём». Даже не ожидала от себя того, что в этот момент мне так захочется, чтобы Молчун мог меня увидеть. Ведь некоторые платья были, и в самом деле, очень даже хороши. И я сама… Мне они понравились. Но куда?...

Вздохнув, покачала головой, с некоторой мольбой глядя на Сынхо.

- Мне нужно что-нибудь попроще, чтобы удобно было выполнять работу в лазарете. И… там на меня не только Атай будет смотреть. Там одни мужики…

Я опустила взгляд, а Сынхо вдруг проговорил:

- Ладно, снимай.

Я быстро переоделась в старую одежду. Извиняясь перед продавщицей за то, что причинили ей только неудобства и хлопоты, ничего так и не купив, отдала ей платье.

- Как же с тобой тяжело, - бормотал Сынхо ведя меня дальше.

Возле другого прилавка мы вновь задержались. Здесь я уже наконец-то смогла выбрать подходящее платье. Даже нашла белый передник, чтобы, работая, ненароком не заляпать подол. Здесь уже Сынхо был не столь активным и заинтересованным. Да я не особо у него и спрашивала. Ему явно больше нравилось в предыдущем торговом павильоне. Сказал только, чтобы взяла ещё что-нибудь на смену.

Купили мы для меня и пару удобной обуви. Мягкие высокие ботинки на шнурках. Я никогда ещё таких не видела.

Чем торговали в следующей торговой лавке, я сначала не поняла. И Сынхо немного даже смутился, сказав, что внутрь за мной он не будет заходить, так как оценивать, что я там буду на себя примерять, ему по статусу не положено.

Зайдя в павильон,  сразу поняла, что имел в виду Сынхо. Это был магазин женского белья, ночных строчек и всяких женских туалетных премудростей.

Ну, в общем покупками я осталась довольна.

Мы ещё немного прошлись мимо открытых лотков и лавок. Там было всё, что только душа могла пожелать. Украшения, ленты, заколки, гребешки для волос, шкатулки, всякие безделушки и зеркальца. И много ещё чего –  я даже не знала, что это такое.
И повсюду продавали всевозможные вкусности и сладости. И всё это аппетитно выглядело и пахло невероятно.

Сынхо привёл меня в таверну, усадив на открытой террасе за свободный столик. А сам, заказав пирог и какой-то напиток для нас двоих, куда-то ушёл, попросив ни шагу никуда не делать.

Да я и не собиралась. Мне и за столиком-то самой было не очень спокойно и уютно.

Наш заказ принесли, а Сынхо всё не было. Я уже и половину пирога съела сама. Стало даже как-то тревожно на душе.

Ненароком взглянув на браслет увидела нечто странное. Камни окрасились в нежно-голубой цвет.

И что это может значить?

Оглянулась по сторонам. Что с этим браслетом не так?

Мой взгляд вдруг упал на молодого человека, который медленным шагом прохаживался вдоль рядов прилавков, разглядывая товары.

Молодой господин в дорогих одеждах невероятно красив… и…

Меня вдруг бросило в жар: настолько он был похож на Хозяина Царства мёртвых.

И хоть волосы его теперь были без той странной седины, и сам он выглядел вполне по-земному, но это определённо… Этот человек был так на него похож.

Бог Смерти здесь?! Поэтому камни стали небесного цвета?

Внутри всё похолодело просто.

Мужчина остановился и поднял глаза. Наши взгляды встретились.

Да, это он.

Этот человек смотрел, словно знал меня. Он направился к таверне. Моё сердце чуть из груди от волнения не выскочило.

Что ему здесь нужно?

Он сел за мой столик. Окинув задумчивым взглядом открывающийся с террасы на торговую улицу вид, проговорил:

- Там невероятно скучно.

Я вздрогнула. Голос тоже узнала.

И незнакомец услышал мои мысли. Его слова для меня прозвучали, как ответ на мой вопрос.

Владыка взглянул на меня.

- Не бойся. Мне просто стало скучно. Иногда я прихожу в мир людей, чтобы прогуляться.

- А-а… вот как, - с трудом произнесла.

Хотя я могу ничего и не говорить. Он и так всё слышит.

- Ну, так намного приятнее, - проговорил бог. - Слышать твой голос.

Я слегка поморщилась.

- А вы можете, хотя бы сделать вид, что не слышите, о чём я думаю?

Владыка улыбнулся:

- Хорошо.

Даже так? Отлично.

- Так зачем вы здесь? – спросила, чувствуя, что ощущение беспокойства только усиливается.

- Я ведь уже сказал.

- Значит, это наша случайная встреча?

- Не совсем. Мне захотелось взглянуть на тебя.

- Зачем? – Даже испугалась его слов, хотя в голосе бога не было ни упрёка, ни недовольства. – Я ничего не делала, ничего не натворила.

- Знаю.

- Тогда почему?

- Я же сказал: мне стало скучно. Обитатели Царства мёртвых могут быть такими занудными, а боги и подавно. А здесь…

Владыка вновь обвёл взглядом толпу.

- Здесь всё совсем по-другому. Ты, кстати, не передумала? – добавил он вдруг, глянув внимательно на меня.

- Нет… - ответила, понимая, о чём он спрашивает. – Не передумала.

Бог взглянул куда-то вдаль. Он вдруг замолчал.

- Если я соглашусь, - проговорила несмело, - что меня ждёт? Вы так и не ответили. Я буду служить вам, как и Атай? Я… смогу оставаться человеком… здесь?

Хозяин Царства мёртвых перевёл на меня изучающий взгляд чёрных глаз.

- Работа Атая не для тебя. И я заберу тебя.

Что-то ёкнуло внутри. Это значит, что мне придётся покинуть этот мир?

- Но это не справедливо.

- Смерть часто несправедлива. Ты не справишься. Для работы Жнецом ты не достаточно хладнокровна. В этом мире и так много сбежавших и заблудших душ.

Я опустила глаза. Вдруг подумала, что если он сам Бог Смерти, он наверняка знает о моей прабабушке. Разве нет?

Взглянула на него с надеждой.

- Вы знаете, кем была моя прабабушка? Что меня связывает с Атаем?

- Ты сама скоро узнаешь об этом, - ответил владыка пристально глядя на меня.

Правда ли это? Почему он не может сказать сам?

- В этом нет необходимости. И тебе это может не понравиться.

Бог поднял голову, взглянув в сторону. К нам подошёл Сынхо. С очень недовольным лицом.

- Это ещё что? – возмутился он. – Ненадолго отлучился – и на тебе.

Мальчишка пристально вглядывался в незнакомца.

- Мы знакомы? – фыркнул всё так же недовольно.

- Да рано нам ещё знакомиться, - спокойно произнёс владыка.

- В смысле? Ты кто ещё?

Владыка поднялся из-за стола и шагнул к мальчишке, положив руку ему на плечо.

- В своё время узнаешь. Не кипятись так. Я всего лишь друг.

Сынхо вновь сдвинул брови, глядя в глаза владыки. Ох знал бы он, с кем разговаривает.

- Не доверяй старухе, - произнёс бог, обернувшись ко мне.

Он ушёл оставив меня в полном недоумении. Какой старухе?

Сынхо тоже, судя по всему, ничего не понимал. И сердился почему-то.

- Я ведь никуда не уходила, - произнесла, глядя теперь на него. – Чего сердишься?

- Кто это? Ни на мгновение нельзя оставить без присмотра. Уже кого-то подцепила.

- Ничего себе: «на мгновение». Тебя не было целую вечность. Я уже почти весь пирог сама съела.

- Так кто это?

Я вздохнула, взглянув на браслет. Камни горели зелёным.

Говорить или нет Сынхо, кто это был?

- Тот, кто браслет мне подарил, - проговорила тихо.

- Чего?!

Я подняла на Сынхо глаза.

- Я испугалась. Хочешь верь, хочешь нет. Это не простой человек и вовсе не… Кого я там должна была «подцепить»?...

Сынхо ничего не сказал.  Мы долго сидели молча. А потом мальчишка спросил:

- Ты уверена? Что… он хотел?

- Я видела его, как тебя сейчас. Его трудно забыть. И не узнать. Он сказал, что порой приходит в наш мир «погулять».

- Да уж.

Сынхо вздохнул и добавил:

- Не рассказывай Атаю. Ему это не понравится. Не думаю что Хозяин мира мёртвых приходил просто «воздухом подышать».

Я вопросительно взглянула на Сынхо.

- Пойдём домой. Что-то мне больше не хочется гулять. Мы вроде бы всё купили, что нужно было. Потом как-нибудь я тебе ещё город покажу. Сходим куда-нибудь.

Мы вернулись в Казармы. Теперь мне уже не хотелось разглядывать дома и людей. Сынхо молчал. Да и у меня самой не было желания болтать.

Образ Хозяина Царства мёртвых не выходил у меня из головы. Поглядывая на браслет и видя, что камни на ветвях зелёные, мне становилось спокойнее. Не давала покоя мысль, что это браслет привёл владыку потустороннего мира ко мне. Это ещё одна из причин, почему он дал его мне? Браслет наделён силой скрыть меня от духов и демонов, но сам его хозяин всегда будет знать, где я?

И о какой старухе предупреждал меня владыка? Она как-то связана с тем, что я узнаю что-то о своей прабабушке? Какая-то старуха расскажет мне о ней?

Меня ждёт встреча со старой женщиной, которой я не должна доверять.

Что ж, посмотрим.

Мы вернулись с Сынхо к обеду. Остаток дня прошёл без происшествий. У нас, кстати, появился пациент. Один из воинов получил травму во время тренировки, и лекарь Миро накладывал ему швы.

Ложилась спать с тяжёлым сердцем и долго не могла уснуть. Молчун вечером не приходил и я терялась в догадках, почему у него не получилось прийти повидаться со мной.

А ещё нужно как-то у Сынхо расспросить, узнал ли он что-нибудь о Гае. Или ещё слишком рано…

Потом я всё пыталась понять, чего хочет от меня владыка… Мутный он какой-то. Явно чего-то не договаривает…