ЧУДО

[Саша]

Наши дни

- Дальше, вы все знаете. - Сказала Элизабет, сидя на диване в своей гостиной. - Я сделала то, что в тот вечер пообещала сама себе. - Её взгляд коснулся меня. - Саша, я так была одержима тем, что бы отомстить твоим родителями... - Женщина покачала головой, и на пару секунд закрыла лицо руками. - Но я не подумала о том, что сломаю жизнь маленькой девочке, что этот развод причинит тебе такую сильную боль. Конечно, я ненавидела тебя. Ты - плод любви Аннет и Джона. Ты, а не наш с ним ребенок. Мертвый ребенок.

По щекам Элизабет покатились слезы, голос стал надрывистым, но она продолжила.

- Но я всегда понимала, что ты просто ребенок, ты ни в чем не виновата. Моя злость застилала глаза на протяжении многих лет. Я ненавидела их обоих, и тебя. Но стоило мне увидеть, как мой сын смотрит на тебя, как он хочет сделать тебя счастливой... - Элизабет коротко улыбнулась. - Через год после свадьбы, Винчестеры переехали в Лафайетт. Твоя мать написала записку, и, перед самым отъездом, передала ее моей матери, пока меня не было дома.

Женщина протянула мне старый клочок бумаги. От прошедших лет она стала мягче, и темнее. Я посмотрела на Элизабет глазами, которые заполнили слезы. Она просто кивнула, и я развернула записку.

Мамин почерк. Она всегда обладала безумно красивым почерком.

«Элизабет Коллинз!

Ты всегда будешь частью меня, частью моей жизни, и частью моего сердца. Я знаю, почему ты возненавидела меня. Ты считаешь, что твоя лучшая подруга украла любовь всей твоей жизни, но это не так. Джон Винчестер - не тот мужчина, которого можно увести с собой на поводке, как бездомную дворняжку. В глубине души, ты понимаешь, что он сам выбрал меня.
Никогда не думала, что наша многолетняя дружба закончится из-за какого-то парня, но - я понимаю. Джон убил вашего ребенка, и, поверь, я никогда не смогу простить его за это. И никогда не смогу простить себя.
Моя милая Лиз, если когда-нибудь тебе понадобится Нэт Уокер - просто приди. Найди меня. Не важно, сколько лет пройдет, сколько тебе понадобится времени, что бы простить меня. Я буду ждать.
Сегодня мы переезжаем. Как ты просила. Не хочу, что бы твое сердце разбивалось еще больше при виде «наших счастливых задниц».
Я люблю его. Я люблю тебя.
Надеюсь, мы еще встретимся.

С любовью, Аннет Уокер.»

По моим щекам потекли слезы градинами, и я взглянула на Элизабет, в чьих глазах читалась боль, и раскаяние. Эта женщина разрушила нашу семью, но мне, почему-то, так хочется её пожалеть. Она подняла свои голубые, немного опухшие от слез глаза, на меня.

- Я ненавидела твою мать. Но за что? Мне было так мало лет, и я не понимала, что если мне и стоит кого-то винить, то только Джона. Аннет специально не написала в записке свою новую фамилию. И даже не потому, что не хотела ранить меня еще больше, а потому, что для меня она всегда будет Уокер. Нэт знает это, всегда знала. - Элизабет вытерла слезы руками, но на их месте тут же появилась новая партия. - Я разбила вашу семью, я заставила тебя жить с чертовой Нилл, хотя прекрасно знала, что она та еще сука, и испортит жизнь любому существу! Я злорадствовала, Саша! Так сильно! И тебе, и Нэт! - Ее голос перешел в надрывистый крик, и, казалось, ее вот-вот захлестнет истерика. - Ты должна ненавидеть меня! Это то, чего я заслуживаю на самом деле. Все плохое, связанное с твоими родителями, сделала я! - Она прокричала последнюю фразу, и рыдания усилились, когда она свернулась калачиком и упала на диван.

Я подбежала к ней, и начала успокаивать. Мне не хотелось на нее кричать, или говорить, что она права. Не хотелось ее ненавидеть. Она совершила массу ошибок. Но мне так чертовски сильно захотелось ее обнять.

- Почему? - Прошептала Элизабет, сделав глоток воды из стакана, который принес Майкл. - Почему ты успокаиваешь меня, а не бьешь посуду? Это все я... - Женщина заплакала на моем плече, и из моих глаз сново полились слезы.

- Потому что она - моя дочь. Такая же сердечная, даже если хочет показаться холодной. И такая же понимающая. - Перед нами словно из ниоткуда выросла моя мать.

Увидев недопонимание в наших с Элизабет взглядах, мама продолжила, глядя на меня.

- Я знала, что ты не успокоишься после слов Нилл, и приедешь сюда. Я не хотела, что бы ты видела моих слез, но... Лиз, ты всегда была частью моего сердца. - Мама перевела свой взгляд с меня на нее. - И всегда будешь. Даже если я этого не заслуживаю.

Элизабет вскочила, и кинулась к маме. Они начали обниматься, а на моем лице нарисовалась улыбка, как и на лице Майкла.

- Прости! Прости, прости, прости! - Шептала Лиз. - Из-за меня, все из-за меня, Нэт!

- Все хорошо, милая. - Таким же шепотом ответила мама. - К тому же, Джон Винчестер в семейной жизни оказался огромным засранцем.

Мы все рассмеялись. Это был момент, как в каком-то дурацком драматическом фильме, где все знают, что это отстойный секрет, все знают, кто виноват, но при этом - все счастливы.

Моя жизнь никогда не будет нормальной.

Майкл обнял меня, сидя на диване, пока подруги заключали друг-друга в объятия. Прошло так много лет, что мы не имеем права судить Элизабет. Даже без этих лет - не имели бы. Я понимаю, почему ее окутала злость. Понимаю, почему она хотела отомстить маме с папой, но вместо ярости у меня это вызывает... Облегчение. Словно все прояснилось, и от этого почему-то стало легче.

Мы сидели в гостиной, пили что-то согревающее, кофе или чай, и разговаривали. Мама рассказывала, как сложно было жить с Джоном, и подшучивала, что благодарна Элизабет за то, что она подбила его на измену, а тем самым - на развод, Лиз извинялась через каждые десять слов, а лицо Майкла отображало смятение.

- Эй, что-то не так? - Прошептала я парню на ушко, что бы женщины не отвлекались от разговора.

- Мам. - Произнес Коллинз. - Ты была хорошей мамой, всегда ей будешь.

На наших лицах отразилось недопонимание.

- Малыш, почему ты...

- Ты сказала, что думала, мол будешь такой же, как бабушка. Это не так. - Перебил её Майкл.

- Солнышко... - Глаза женщины снова наполнились слезами, и она подошла к сыну.

Он встал, и ответил на объятия своей матери. На наших с мамой глазах вновь появились слезы. В этот раз, слезы счастья.

- Я люблю тебя. - Тихо произнес Майкл.

Элизабет отстранилась, и, снова зарыдав, вернулась на свое место, - большое кресло напротив дивана.

- Майкл... - Дрожащим тоном сказала Лиз, смотря на сына. - Ты должен кое-что знать. - Женщина горько выдохнула. - Ты не должен думать, что я хорошая мать. Когда я впервые взяла тебя на руки, такого крошечного, вечно-орущего мальчика. - Она горько усмехнулась. - Я не могла думать ни о ком другом, кроме того ребенка... Которого я убила. Который мог бы быть таким же маленьким и красивым, но...

- Мама! - Перебил ее парень. - Не думай, что я этого не понимаю. Я даже представить не мог, что ты пережила настолько паршивую историю. Но ты выстояла. Да, никто не отрицает, успела понаделать ошибок, но выстояла. - Майкл улыбнулся, и посмотрел в заплаканные глаза матери. - А теперь просто скажи своему сыну, что любишь его.

Элизабет, как и мы с мамой, улыбнулась. У Коллинза талант разбавлять атмосферу.

- Я люблю тебя, вечно-орущий красивый мальчик. - Съязвила та, и мы все рассмеялись.

Женщина посмотрела на меня, и улыбка исчезла с ее лица.

- Саша... Ты простишь меня? Понимаю, я не имею права просить об этом, не так быстро, но...

- Да. - Я не дала ей договорить. - Конечно да, мисс Коллинз. Я все понимаю.

- Элизабет. Нет, лучше Лиз! Называй меня просто Лиз. Меня давно так никто не называл... - Женщина опустила голову, и мама обняла ее, поцеловав в висок.

- Ты всегда была моей Лиз. - Произнесла мама, и улыбнулась.

- Нэт... Ты правда найдешь в себе силы простить такую дрань, как я? - Произнесла Элизабет, немного отстранившись от мамы.

- Перестань! То, что много лет назад я написала в записке тебе, было от чистого сердца. Ты - часть меня. И никакая не дрянь. - Мама вытерла ее слезы двумя большими пальцами, и Лиз снова упала в ее объятия.

Еще очень долго мы сидели и разговаривали. Обо всем. Это казалось настолько правильным, словно так и должно быть... Элизабет права, винить во всем стоит только Джона. Он разбил ее жизнь, разбил сердце юной девушки, а она просто решила постоять за себя. Конечно, мне было больно, и, конечно, я никогда не забуду эту боль. Но сейчас все хорошо. Рядом со мной мужчина, которого я люблю, и который, в свою очередь, любит меня. Люди, которым на меня не наплевать. Наша семья стала больше, теперь это не просто я и мама.

Все люди совершают ошибки, за которые мы не в праве их винить. У каждого свои обстоятельства. Но, люди меняются. Осознают все, принимают, и раскаиваются. Это заслуживает прощения.