Элисон Холид
Мы отмираем и продолжаем не просто целоваться… Пить друг друга, вкушать без стыда и каких-либо ограничений. Все смывает, остаются лишь безусловные инстинкты. Я вдруг осознаю, что задаю своему телу какое-то движение. Натуральным образом трусь о Хакер
а, в стремлении унять дикий зуд и невыносимое жжение в сосках.
Он стонет мне в рот и тут же смещается вниз. Прокладывая горячую дорожку из влажных и рваных поцелуев от моей шеи к груди, без предупреждения всасывает одну из воспаленных вершин.
Я выгибаюсь и громко стону, буквально умоляя о большем. Вся горю и трясусь. Живу какими-то инстинктами. И сейчас мне это кажется самым важным, крайне естественным и запредельно необходимым.
Когда Винни скользит ладонью по внутренней поверхности бедра, даже не пытаюсь его остановить. Напротив… В предвкушении этого зажмуриваюсь и на мгновение замираю. Едва он прикасается, за моими закрытыми веками, словно тысячи разноцветных лампочек зажигается. Тело пульсирует ритмичной дрожью. Изо рта вылетают гортанные и удивительно страстные звуки.
– Ты такая мокрая… Дикарка… Бля… Ох, бля… – бормочет он, не прекращая в промежутках терзать мою грудь. Я киваю. Кому и зачем? Не соображаю. А потом и вовсе… Тело пронизывает резкой и размашистой, словно огненная стрела, молнией, когда Винни заявляет: – Я хочу тебя попробовать…
Еще до того, как спускается лицом мне между ног, понимаю, о чем говорит. Не знаю, каким образом догадываюсь, ведь я о подобном и слышала-то только мельком. А сейчас… Прямо сейчас… Винни широко раздвигает мои бедра, толкает колени вверх и прижимается к моей влажной плоти ртом.
– Подожди… – удается с трудом прошептать.
Я приподнимаюсь на локтях. Он вскидывает голову.
Глаза в глаза.
Жар. Запахи. Учащенное дыхание.
Порок… Порок… Порок...
К черту!
Я другая.
– Я должна буду сделать тебе так же? – выдавливаю то, что в этот миг волнует.
Ответ в его глазах читаю. Они становятся буквально безумными.
«Сосет, наверное, хорошо…», – мозг взрывают давние воспоминания.
– Мне бы хотелось… – признается, как всегда, откровенно.
Конечно, ему бы хотелось. Вижу. И даже чувствую.
– Но, нет… Ты не будешь должна, – заверяет чуть глуше.
И я ему, безусловно, верю.
Затянуто шепчу:
– Хорошо… – и падаю обратно на спину.
В следующую секунду, с зарождающимся где-то очень далеко, в самой глубине души стоне, выгибаюсь…
На самом деле, когда Винни касается ошеломляюще чувствительной плоти языком, меня пронизывают такие сильные импульсы удовольствия, что я едва сознание не теряю. Выгибаюсь и на долгий миг цепенею. А потом… Мое тело трещит, как перезаряженная энергетическая единица.
Сорвавшиеся было стоны, быстро сменяются потрясающе громкими вскриками. Я сгребаю ладонями простыни и на самой высокой амплитуде, которую, оказывается, способно взять мое тело, рассыпаюсь острой дрожью.
Я не понимаю, что происходит… В режиме онлайн и нон-стоп узнаю, что человеческий организм напичкан таким огромным количеством нервных окончаний, которые отзываются и включаются в работу с безумной скоростью и потрясающей яркостью.
Я сама себя ослепляю, поражаю током, привожу к катастрофе… Никакие предохранители не активируются. Только физиологическая сирена бомбит – сердце. И то с перебоями. Рисуя нездоровую линию ритма.
Задыхаюсь вполне сознательно. Когда Винни вылизывает чувствительные лепестки моей сокровенной плоти, то и дело добирается до жаждущего внимания бутона и бьет его кончиком языка, нет никаких шансов, чтобы сохранять ровную частоту дыхания.
– М-м-м… – это самые тихие звуки, которые из меня выходят.
По большей части разрываю сгустившееся пространство стонами, криками и настоящими всхлипываниями. Я плачу? Плачу от удовольствия? Наверное… Не хватает сил для анализа.
Хакер лижет и лижет меня. Буквально стирает мою плоть – размашисто и жадно. То и дело присасывается губами. Кажется, что соков должно становится меньше. Но они только прибавляются. Периодически Винни размазывает их пальцами по моим бедрам. Более того, они стекают по моим ягодицам. Их слишком много. Мне должно быть стыдно. И мне стыдно. Но не настолько, чтобы я захотела это прекратить.
Желание Хакера, какой-то абсолютно животный голод, который он выказывает, заражает меня. Инфицирует, как неизвестный моему иммунитету вирус. Меня лихорадит. Жутко трясет. На коже обильно выступает испарина. Никогда я ничего подобного не испытывала и, честно говоря, даже не представляла, что подобные чувства в принципе возможны. Каждая миллисекунда происходящего шокирует. Лишь сейчас отчетливо понимаю шаблонную фразу «Грех сладок».
Ох, как же он сладок…
Никакие страшилки не заставят меня остановить Хакера.
«Я другая…», – напоминаю себе в который раз.
Совсем другая. Его.
Он не только языком и губами меня ласкает. Трогает ладонями. Иногда кажется, что беспорядочно и бесцельно. Но на самом деле даже сумасшедшая страсть не стирает его опытности. С определенным расчетом добавляет жара во всех самых чувствительных точках – грудь, соски, ягодицы, бедра… Слегка надавливает пальцем на сокровенный и священный вход в мое тело. В эти мгновения мне до клокочущей паники страшно, что он нарушит целость моей девственной плевы. И вместе с тем до безумного восторга кайфово. Обычно я не использую такие слова, но сейчас ни одно другое не выразит всей полноты моих ощущений.
И если меня когда-нибудь настигнет кара – пусть. Искупая свои сладкие грехи, я буду снова и снова грешить, только лишь вспоминая моего Хакер.
Я зависаю в бесконечности своего удовольствия. Теряю последнюю связь с реальностью. Мое тело буквально дробит наслаждением. Горит и дрожит оно, словно ничего более делать не способно. Хрипы и стоны скапливаются комом в горле. Я замираю. Напряженно звеню. Пока мое тело, наконец, не ломает сумасшедшим натиском наслаждения. Смывает высокой и бурлящей волной, выбивая из груди все скопившиеся звуки удовольствия. Они становятся громче, безумнее и ярче.
И вот тогда Винни, не переставая ласкать языком, скользит внутрь меня пальцем. Стонет вместе со мной, когда сокращающиеся стенки охватывают его тесной и жаркой пульсацией. Наверное, он бы хотел ощутить это своей твердостью. Представляет? И меня пленит эта мысль. Мечтаю о том же, пока тело не ослабевает.
Выпрямляется Хакер раньше меня. Пошатываясь, отступает. Осоловевшим взглядом наблюдаю за тем, как перемещается к изголовью. Поднимаюсь, осознавая, что я с головы до ног красная, как рак, и влажная, как мышь. Без разницы. Ползу к Винни. Встречая на мгновение взгляд, вздрагиваю. Такой он раскаленный, тысячи ватт напряжения выдает. Совершенно неожиданно низ моего живота вновь скручивает спазмом. Томным, сладким и вместе с тем болезненным.
Скользнув ладонями Винни за шею, осторожно прижимаюсь. Осторожно, потому что сама еще слишком остро реагирую на физический контакт между нашими телами. Хакер тоже вздрагивает. Чувствую разлетающихся по его гладкой и горячей коже мурашек.
– Винни…
Должно быть, в моем голосе слышно беспокойство. Он тут же спешит заверить:
– Все нормально.
Нормально… Не хорошо, как обычно… Ну я и сама вижу, что все не так прекрасно, как он пытается показать.
– Я… – снова начинаю и срываюсь.
– Я… – сипит в ответ Хакер. – Сейчас приду.
Отодвигает меня раньше, чем я осознаю, что он встает с кровати. Просунувшись по матрасу к краю, едва успеваю поймать за руку. Он оборачивается и застывает неподвижно, глядя на меня сверху вниз. Не сердито, но как-то очень выразительно стискивает челюсти. Сдерживается? Да, очевидно, что так.
– Сделай, как в прошлый раз… – предлагаю я, заливаясь новыми оттенками жара.
Странно, я только пару минут назад получила высшую степень удовольствия, но вот Винни смотрит, и внутри опять что-то назревает.
Он делает шаг, я опускаю взгляд и… его пенис оказывается практически перед моим лицом. Ближе к груди, конечно. Но все же… Я вдруг задыхаюсь от понимания того, какой он огромный.
– Тебе нравится моя «твердость»?
– Боже…
Хакер не улыбается, но я понимаю, что он меня дразнит. Да, я его рассматриваю. Сейчас более детально, чем в первый раз. Ракурс удачный. К тому же, Винни сжимает пенис у основания и, заставляя меня дернуться, оттягивает его на меня.
– Скажи, Дикарка… – хрипит он. – Этот уникальный, бля, термин… Прошепчи…
– М-м-м… – быстро облизываю губы. Винни крепче стискивает ствол и тяжело вздыхает. – Твердость? – это действительно шепот, едва различимый. – Нравится…
Глаза в глаза.
Ненадолго. Потому что долго выдерживать энергетический натиск Хакера я не в состоянии. И потом… Хочу его разглядывать. Ствол длинный, толстый, ровный и гладкий. Головка крупнее и ярче. Через небольшое узкое отверстие выступает крохотная прозрачная капля. Наверное, это его возбуждение. Я резко вдыхаю и снова нервно облизываю губы.
Хакер стонет и начинает двигать рукой.
– Боже… – даже не осознаю, что выдаю это вслух.
– Посмотри на меня, Элис, – требует приглушенно. И едва я повинуюсь, зачем-то предупреждает: – Я быстро.
Сразу же опускаю взгляд. Фокусируюсь на действиях Винни. Я отлично помню, какая горячая и приятная его твердость на ощупь. Но сама прикасаться не решаюсь. Он не просит, и я боюсь помешать. Завороженно наблюдаю за движениями. Обещаю себе, что когда-нибудь, тем же путем сама ему доставлю удовольствие.
Все реже вспоминаю о необходимости дышать. Во рту сначала становится чересчур сухо, а потом, наоборот, как-то слишком влажно. И я не успеваю сглатывать слюну. Сейчас этот рефлекс ощущается крайне затруднительным. Я будто давлюсь. Но не кашляю. Только горячо выдыхаю. Наполняясь запахом Хакера, дрожу и вибрирую. Незаметно подаюсь ближе. Пока движения Винни не становятся отрывистее и резче. Тогда, распахивая губы и расширяя глаза, инстинктивно замираю.
Хриплый и сильный стон Хакера прорезает пространство раньше, чем из узкого отверстия в его головке выплескивается семя. Оно выглядит белым и густым, а ощущается на коже моей груди жгучим и вязким. Прожигает мою плоть насквозь. Запускает какие-то новые импульсы. Я вздрагиваю и вся сжимаюсь, а оно все продолжает извергаться. Проливается и на ладонь Винни, которой он собственно и доводит себя до пика.
– Боже…
Сглатываю, когда Хакер выпускает пенис и неожиданно прикасается двумя пальцами этой же руки к моим губам. Надавливая на мягкую плоть, вынуждает открыть рот. Если бы я в тот момент хоть что-нибудь соображала, скорее всего, отпрянула бы от него. Но мой мозг будто вышибло. Оставалась лишь покорность, сконфуженность и желание ему угодить.
Ощущаю его вкус. Позволяю ему растворяться на своем языке. Веки опускаются не до конца. Часто дрожат. Шумно тяну воздух носом и принимаю пальцы Хакера на всю длину. Почти давлюсь и… Не знаю, что делать дальше.
Он подсказывает:
– Глотай.
Я сглатываю. Морщусь от странного терпковатого жжения, которое слишком медленно скатывается по гортани внутрь меня. Силюсь поднять веки. Сталкиваюсь с одурманенными глазами Винни.
Получаю следующую команду:
– Соси.
И я сосу. Слюны все еще много. Наверное, поэтому этот процесс проходит легко, приятно и со смущающим меня причмокиванием.
Понимаю, что Хакер не дышал, когда в один момент он чересчур бурно выдыхает. Прикрывая глаза, громко сглатывает и шагает назад. Мокрые пальцы с новым влажным хлопком выскальзывают из моего рта.
Свободно вздыхаю лишь, когда Винни подтягивает меня вверх и, заставляя встать на ноги, прижимает к груди. Между нами размазывается его семя, но его это не волнует, а я тоже начинаю привыкать.
– Я люблю тебя, – шепчет Хакер.
Я крепче его обнимаю и целую куда-то в плечо.
Чуть позже мы принимаем вместе душ и, наконец, безмерно счастливые ложимся спать.
А, шесть часов спустя, когда Хакер отвозит меня домой, мне приходится отправить ему ужасное сообщение.
_______________________________________________
Как думаете, что за сообщение?... Ставьте звёздочки ♡