Глава 25. Концерт
НЕЙТ
Воскресенье.
С утра всё вроде началось нормально. Я завтракал в кухне, когда Хлоя, сияя как солнечный зайчик, упорхнула куда-то, не утруждая себя объяснениями. Просто прошла мимо — лёгкая, как ветер, — и исчезла за дверью. Ни «привет», ни «куда я», ни «вернусь поздно». Только запах её духов остался висеть в воздухе — что-то ванильное, с ноткой цитруса. Чертовски дразнящее.
И знаете что? Это было даже хорошо.
Чем меньше мы видимся, тем больше шансов, что я не сорвусь.
За последние пару недель я действительно пытался забыть её. Сначала — по классике: алкоголь, клубы, девчонки. Всё, что временно глушит голову. Я пил больше, чем за целый прошлый год, и развлекался больше, чем должен был.
Помню, как в один из вечеров я стоял у бара, а какая-то брюнетка в коротком топе терлась о моё плечо, шептала на ухо:
— Нейт, поехали ко мне?
Я усмехнулся, допил виски и сказал:
— Ты слишком сильно хочешь заменить кого-то.
Она не поняла, но мне было уже всё равно.
Первые дни этот самообман работал. Ты будто забиваешь гвозди в свою голову — каждой новой рюмкой, каждой новой парой губ. И с каждой ночью убеждаешь себя, что всё под контролем. Что ты не вспоминаешь, как она смотрела на тебя. Как дышала, когда между вами оставалось меньше метра.
Но потом понял: если я так продолжу, мой организм скажет мне «до свидания», а карьера, репутация и всё, что я строил годами, пойдут коту под хвост.
Так что я решил: хватит.
Оставил себе только тусовки — без фанатизма.
Почти без телок. Ну ладно, пару раз сорвался.
Но в целом — держался.
И, странно, но стало легче.
Наши отношения с Хлоей выровнялись. Мы вернулись к состоянию «просто соседей». Могли перекинуться парой фраз, подшутить друг над другом, даже вместе смотреть кино в гостиной, делая вид, что ничего между нами никогда не было.
Делали вид, что тех поцелуев не существовало.
Хотя я, мать его, помнил каждую деталь.
Как она дрожала. Как пахла её кожа. Как на секунду прижалась ближе, будто не хотела отпускать.
Я гнал эти мысли, как только они всплывали. Гнал, будто мог убежать.
Всё было под контролем.
До того самого момента, пока мне не сказали:
— Ты должен остаться с Хлоей на неделю один в доме и присматривать за ней.
Первое, что я подумал: чёрт, вероятность того, что все мои усилия рухнут, равна девяносто девяти процентам.
Я знаю себя.
Я знаю её.
Я знаю, что происходит, когда мы остаёмся наедине.
Моё сердце уже предательски ускорилось, стоило только представить, как она выходит утром на кухню в своих пижамных шортах, волосы спутаны, глаза сонные.
Я провёл рукой по лицу, чертыхнулся тихо.
Нет, только не это.
— Надеюсь, ты не планируешь устраивать вечеринки, — сказал отец, вставая из-за стола.
— Конечно, нет, — фыркнул я. — Я же образец ответственности.
Он усмехнулся и вышел, оставив меня одного.
Я сидел молча, глядя в пустую чашку.
В голове крутилась только одна мысль: почему именно я.
Эта неделя обещала быть медленным самоубийством.
Неделей, где мне придётся смотреть на неё, слышать, как она смеётся, как говорит, как злится. Неделей, где нельзя ни прикоснуться, ни сказать то, что вертится на языке.
И всё это под одной крышей.
Я откинулся на спинку стула, закрыл глаза и усмехнулся сквозь зубы.
— Ну что, Нейт, — пробормотал я себе. — Проверим, на что ты способен.
Потому что я чётко знал одно:
держаться рядом с ней и не сорваться — это не самоконтроль.
Это пытка.
Сегодня было легче — Хлоя решила уехать.
Отлично. Пусть развлекается где угодно, только не здесь.
Я завтракал в тишине, впервые за несколько дней чувствуя, что дом снова мой. Без запаха её шампуня в коридоре, без её шагов по лестнице, без тихого напева где-то из ванной.
Боже, я даже мог спокойно пройти мимо её комнаты, не чувствуя, как внутри всё сжимается.
Да, определённо легче.
Я поехал по своим делам: заскочил в автосервис, потом на встречу с парой знакомых, побегал по парку, заглянул в спортзал.
Всё, что помогает не думать.
Не думать о том, что где-то она. Что, возможно, кто-то смотрит на неё слишком пристально. Что она может улыбаться кому-то так же, как улыбалась мне.
К вечеру, когда солнце уже садилось, я вернулся домой.
В доме пусто. Тишина такая, что даже холодильник казался громким.
И тогда я впервые реально понял — придётся ночевать одному в этом доме.
Ну, технически, не одному. Хлоя может вернуться в любую минуту.
И мысль об этом странно кольнула.
Слишком опасно.
Слишком большое искушение.
Я знал, как всё это работает: достаточно одного взгляда, одного случайного «спасибо», одного её шага навстречу — и всё, мои принципы летят к чертям.
И вот тут пришла простая мысль: а почему бы не пригласить Стива?
Старый проверенный метод — отвлечь себя шумом и компаниями.
Я набрал его.
— Бро, чем занят?
— Да ничем. Вижу, скука тебя тоже гложет?
— Есть немного. Собирайся, я заеду.
— Что, тусим?
— Мужской вечер, — сказал я. — Без девушек.
— Опасная формулировка, — засмеялся он.
Через сорок минут мы были в супермаркете.
Пиво, чипсы, пара пицц, немного бургеров — всё как надо. Я даже поймал себя на том, что чувствую облегчение.
Не надо думать о Хлое.
Не надо бояться, что вечером мы случайно пересечёмся на кухне и я снова буду смотреть на её губы так, как не должен.
Стив ввалился в гостиную с громким:
— Бля, чувак, у тебя тут, как в кино.
— Ну так, стараемся, — хмыкнул я.
— Тогда наливай.
Мы включили PlayStation, загрузили "FIFA".
Спорили, кто кого уделает, ругались, смеялись.
— Та ну, ты ж поддаёшься, — кричал Стив. — Это нереально, я же видел, как ты специально ворота открыл!
— Это мастерство, а не подстава, — ухмыльнулся я. — Учись, салага.
Потом перешли в "Mortal Kombat".
— Блядь, ты опять выбрал Саб-Зиро! — возмутился Стив.
— А ты всё тот же нытик, — засмеялся я. — Убей его уже, господи.
Я даже поймал себя на мысли, что реально расслабился. Голова чистая, в груди спокойно.
И тут телефон завибрировал.
На экране — "Хлоя".
Я замер.
Вот дьявол.
— Кто это? — спросил Стив, не отрываясь от джойстика.
— Да так, Хлоя, — отозвался я, стараясь звучать безразлично.
Но внутри что-то сжалось.
Зачем она звонит? Что-то случилось? Или просто хочет проверить, как я?
Я нажал зелёную кнопку.
— Алло?
— Эй... — её голос был тихим, немного неуверенным. — Я у Карлы. Останусь у неё на ночь.
Я замолчал на пару секунд.
Спокойным голосом, но я знал её слишком хорошо.
Хлоя всегда звонит так, будто заранее оправдывается.
— У Карлы? — переспросил я, сжав зубы. — Серьёзно?
— Ага. Мы решили посидеть, поболтать, — ответила она, будто между делом. — Завтра вместе в колледж.
Я чуть сжал телефон в руке.
Посидеть и поболтать.
Я прекрасно знал, что у девушек это может означать всё, что угодно — от тихого фильма до вечеринки с вином и парнями.
— Ладно, — выдохнул я ровно. — Оставайся.
Она отключилась.
Я смотрел на экран пару секунд, потом положил телефон на стол.
Вдох. Выдох.
Хоть не здесь. Хоть одна ночь спокойно.
— Всё нормально? — спросил Стив, подглядывая на меня.
— Ага, — буркнул я и взял джойстик. — Давай, теперь я тебя уделаю.
— Э-э, подожди, — Стив прищурился. — Это только что ты так грубо с Хлоей говорил?
— Забей. Просто Хлоя.
— Ага. Та самая "просто Хлоя", из-за которой ты выглядишь так, будто проглотил нож, — протянул он.
Я бросил в него подушку.
— Иди ты к чёрту. Играй.
Но, чёрт, он был прав.
Я действительно выглядел так, будто что-то гложет.
Потому что гложет.
Я снова включил игру, но мысли уже ушли далеко от экрана.
— Ты завис, — усмехнулся Стив.
— Просто думаю, — сказал я, не отрывая взгляда от экрана.
— О ней, да?
Я не ответил.
И он понял всё без слов.
— Тебе крышу точно сорвёт, если вы вдвоём будете под одной крышей, — сказал он.
— Возможно, — ответил я спокойно. — Но пока она не вернулась, я ещё в здравом уме.
Я улыбнулся, сделал глоток пива и ударил по кнопке на геймпаде.
— Ладно, Стив, давай забудем про всех девчонок этого мира. У нас серьёзное дело — финал чемпионата.
Но в голове всё равно звучало её «эй» — мягкое, почти нежное.
Потом мы тупо зависли в телефонах.
Я листал ленту, особо ни на чём не останавливаясь, и уже почти кайфовал от того, что вечер проходит максимально спокойно, без лишнего гемора.
Понимал, что это редкость: тихий вечер с пивом, без клубов, без толпы, без её присутствия... без неё вообще. И в какой-то момент думал, что вот оно — идеальное спокойствие.
Но в голове всё равно звучал тихий звонок тревоги: «Сейчас всё может поменяться».
И тут Стив выдал:
— Чувак, собирайся. Мы едем на тусовку.
Я фыркнул, не отрываясь от телефона.
— Ты серьёзно? Стив, я за последний месяц натусился на год вперёд. Я тебя вообще-то позвал, чтобы посидеть спокойно, без этой всей херни. Я хотел дома. Без клуба, без телок, без всего.
Он посмотрел на меня так, будто я только что предложил переехать в монастырь.
— Бро, не тупи. Сегодня в "Fifty" приезжает группа. Живой концерт, чёрт возьми. Я реально хотел бы их услышать. Плюс, ну давай честно: мы сейчас сидим, как два пацана-школьника, у которых нет денег на пиво, или как два старых деда, которые забыли, что им всего двадцать два. Мы молодые, мать его! Нам надо тусить, пока можем.
Я закатил глаза, но улыбка выскользнула сама собой.
— Стив...
— Смотри, — не унимался он, — это "Fifty". Там всегда спокойно, культурно, никаких дебильных разборок, никакого трэша. Атмосфера топовая.
Я уставился в потолок.
В голове звучали сразу два голоса: один — «нет, сиди дома, не лезь никуда», другой — «да какая разница, Хлои всё равно нет, можешь позволить себе расслабиться».
— Ладно, — протянул я с надрывной неохотой, — хрен с тобой. Поехали. Только учти, если будет скука, винить будешь себя.
— Договорились, — довольно оскалился он и хлопнул меня по плечу.
Через полчаса мы были у входа в "Fifty".
Как только мы подошли к дверям, какая-то блондиночка в мини-платье сорвалась со своего места, обняла меня и чмокнула в щёку:
— Нейт! Ты опять здесь! Рада тебя видеть!
Я чуть усмехнулся, мягко отцепляя её руки, ощущая лёгкий зуд — смешение раздражения и чего-то запретного.
— Привет, малышка, — сказал я, стараясь выглядеть спокойно.
Стив бросил на меня взгляд типа: «ну конечно, тебя тут каждая в лицо знает».
Мы вошли внутрь.
Музыка гремела, но не оглушала. Свет играл на барной стойке, танцпол был полон, но всё выглядело цивильно.
Стив был прав — атмосфера действительно отличалась. Я даже на секунду почувствовал облегчение: всё под контролем, никого опасного, ничего слишком личного.
Я прошёл пару метров, огляделся, и вдруг внутренняя тревога снова шевельнулась.
Каждый взгляд в толпу казался подозрительным, каждая улыбка — потенциальным напоминанием о ней.
Стив увлёкся шутками с барменом, а я завис рядом, словно охотник, следящий за своей добычей в лесу.
«Она могла бы быть здесь. Она могла бы появиться в любой момент», — шептала моя голова.
— Эй, Нейт, ты вообще где? — крикнул Стив, хватаясь за плечо.
— Тут, — буркнул я, отдергивая руку. — Просто осматриваюсь.
— Чувак, ты выглядишь, как будто ждёшь апокалипсис, — усмехнулся он. — Расслабься.Мы прошли чуть глубже в клуб, я уже собирался заказать выпивку, как вдруг Стив резко дёрнул меня за руку:
— Чувак... только спокойно. Выключи всю свою агрессию и посмотри направо.
Я нахмурился.
— Что там?
— Мне кажется... там сидит твоя сводная сестрёнка. И её подружка. И они не одни.
Я резко обернулся.
И да, Стив был чертовски прав.
За столиком в углу — Хлоя. В коротком платье, волосы мягкими волнами спадали на плечи, глаза блестели от света клуба. Рядом Карла, а напротив — трое каких-то пацанов. Один из них уже положил руку Хлое на бедро.
Сердце застучало так, что казалось, весь клуб слышит. Висками ударила жара. Я почувствовал, как кровь заиграла, а в груди зашевелился знакомый адреналин.
— Да, — процедил я сквозь зубы, — я вижу, что они не одни.
Стив, будто читая мои мысли, быстро добавил:
— Нейт, давай без разборок, ладно? Мы приехали тусануть, а не устраивать драку.
Я повернулся к нему и ухмыльнулся так, что даже сам испугался — эта ухмылка была не шуткой.
— Видишь ли, в чём проблема, Стив? Моя сестрёнка сказала, что ночует у Карлы и будет смотреть фильмы. А сейчас...
— А сейчас, — перебил он, кивая в сторону, — она стоит и обнимается с каким-то парнем. Кстати, парень симпатичный.
Я медленно повернул голову к нему.
— Стив. Закрой рот.
Он поднял руки в воздух, сдаваясь, и тихо пробормотал:
— Ладно-ладно, понял...
Я развернулся и пошёл прямо к столику. Стив чертыхнулся, но последовал за мной, явно понимая, что меня уже не остановить.
— Девочки! — нарочито весело сказал он, пока я шагал позади, готовый взорваться. — Какой сюрприз! Вы офигенно выглядите.
Хлоя обернулась, и я застыл.
Её лицо — смесь растерянности, шока и ужаса — моментально пронзило меня.
А этот наглец... даже не шевельнулся, рука осталась на её бедре.
Я не стал ждать.
Резким движением подскочил, схватил его за плечо и одним сильным ударом швырнул на пол.
— Что, черт возьми, — задыхаясь, выдавил он. — Ты кто вообще такой?
— Я тот, кто не позволяет трогать эту девушку, — сказал я низким, ледяным голосом. — И ещё кое-что тебе стоит запомнить: следующий удар будет не шуткой.
Второй парень, сидевший напротив Карлы, вскочил и рявкнул:
— Эй, ты слишком дерзкий! Мы вообще-то первыми их зацепили, ясно?
Я сделал шаг ближе, почти наклонился к нему.
— Ну и что? — сказал я с едкой усмешкой. — Это ваше оправдание?
Тот тронулся назад, губы затряслись. Третий уже пытался подняться, но Стив ткнул его локтем в ребро, и он замер.
— Убирайтесь, — сказал я, почти спокойно, но с явной угрозой в голосе. — Прямо сейчас.
Они переглянулись, нерешительно шевельнулись, а через пару секунд, понимая, что я не шучу, просто слиняли в сторону бара, пытаясь выглядеть круто, но с выражением испуга на лицах.
Я проводил их взглядом, а потом резко вернулся к Хлое.
Она сидела белее стены, глаза широко раскрыты. В её взгляде было всё: шок, злость, непонимание... и что-то ещё.
Что-то, что заставило моё сердце ускориться: лёгкая дрожь в её губах, как будто ей хотелось сказать что-то запретное, но страх сдерживал.
— Нейт... — её голос был тихим, почти шёпотом, но каждый звук пробивал меня насквозь. — Ты... что ты сделал?!
Я ухмыльнулся, наклонив голову так, чтобы её волосы слегка коснулись моего плеча, не нарушая дистанции:
— Считай, что это урок. И запомни — если кто-то ещё сунется к тебе руками, будет ещё хуже.
Хлоя едва заметно вздрогнула.
Стив пытался разрядить обстановку, махал руками, смеялся:
— Ладно, ребята, ну расслабьтесь! Это же всего лишь клуб, давайте не будем...
— Мы с Хлоей должны оставить вас на несколько минут, — перебил я резко, холодно, без малейшей улыбки. — Нужно решить один вопрос.
Стив посмотрел на меня с удивлением, но потом просто пожал плечами:
— Ладно, братан... делайте, что хотите.
Мы повернулись и направились к уборной.
Я захлопнул дверь за собой так, что плитка чуть дрожала. Хлоя оказалась прижатой к стене.
И чёрт, я не мог отвести взгляд. Всё внутри меня горело, кровь колотилась в висках, а разум пытался убедить, что это неправильно — что мы сводные, что она — девушка моего лучшего друга.
Но тело слушалось только одно — наблюдать, контролировать.
— Ты должна была ночевать у Карлы? — выдавил я, держа голос ровным, но с ноткой, которая срезала воздух, словно нож. — А оказалась здесь. И позволяешь этому чуваку лапать тебя?
Она подняла бровь, ухмыльнулась, и я почувствовал, как внутри всё сжимается.
— А тебе-то что? — резко сказала она, поднимая подбородок. — У тебя есть Изабелль. Всегда есть кто-то. Так почему вдруг решил играть в ревнивого ублюдка?
Я сделал шаг ближе, так, что её взгляд сразу наткнулся на мой. Сердце билось бешено, а адреналин брызгал наружу.
— Потому что ты, блядь, девушка моего лучшего друга! — вырвалось из меня громче, чем я планировал.
Хлоя усмехнулась так, будто я говорил что-то нелепое:
— О, так ты наконец-то вспомнил об этом? Как трогательно. Сколько времени прошло? Неделя? Две? Всё это время тебя это не парило.
Я вдохнул глубоко, чувствуя, как пальцы сами сжимаются в кулаки. Хотелось сорваться, прижать её к стене, сжать руки, заглушить словами, которые навсегда сломали бы эту чёртову дистанцию. Но я сдержался. Внутри кипела смесь злости, ревности и... чего-то ещё, что я боялся признать даже себе.
— Не смей так говорить, Хлоя, — выдавил я сквозь зубы, каждый звук будто обжигая её пространство.
Она сделала шаг вперёд, вызывающе, и её губы дрогнули в дерзкой усмешке:
— А как мне говорить? — прохрипела она. — Может, спасибо сказать, что ты снова решил поиграть в героя? Или объяснить, что я не обязана оправдываться?
Я сделал шаг к ней, так близко, что мог уловить запах её духов, слышать учащённое дыхание.
— Ты не понимаешь, Хлоя, — сказал я низким, твёрдым голосом, — но если ещё раз позволишь кому-то так себя трогать... я не гарантирую, что буду мягким.
Она дерзко улыбнулась, чуть прикусив губу, словно проверяя мою готовность.
— О, Нейт, — прошептала она почти на мой рот, — тебе это нравится. Признай. Тебе нравится, когда ты контролируешь меня.
Я глубоко вдохнул, сжав кулаки ещё сильнее, чувствуя, как каждая клетка моего тела кричит, а внутри — смесь запретного влечения и злости:
— Это не про удовольствие, — сказал я медленно, но с ноткой дрожи. — Это про то, что я не дам никому трогать то, что моё.
Она сделала шаг ещё ближе, так, что наши плечи коснулись. Я едва сдержался, чтобы не прикоснуться к ней полностью, чтобы не дать телу сказать то, что разум запрещает.
— И что, — тихо спросила она, — если мне это всё равно.
— Тогда — предупреждаю, — я чуть наклонился к её уху, — последствия будут нешуточные.
Хлоя чуть вздрогнула, но её глаза горели. Её губы дрогнули в лёгкой, дерзкой улыбке:
— Ты всегда такой злой, Нейт.
Я замер на мгновение, чувствуя, как внутри всё сжимается от напряжения, а взгляд её глаз будто обжигал меня насквозь. Мы стояли так, глаза в глаза, тишина между нами стала оглушительной.
Я видел, как её грудь едва заметно поднимается, слышал собственное дыхание, её сердце, бьющееся в унисон с моим. Мы на грани — одного движения, одного взгляда, и всё может выйти из-под контроля.
— Хлоя... — пробормотал я, голос чуть тише, почти шёпот.
Я наклонился ближе, наши губы почти соприкасались. Сердце стучало бешено, дыхание сбилось, всё внутри кричало: «Остановись», но тело слушалось только одно — двигаться вперёд.
Хлоя откинулась едва заметно, но в глазах её был этот знакомый блеск дерзости и провокации. Она наклонила голову, ухмыльнулась и сказала почти шёпотом:
— Знаешь в чём твоя проблема, Нейт?
Я замер, ощущая, как кровь стынет в венах и одновременно бьётся так, что кажется, вот-вот взорвётся.
— Что... — выдавил я, но она перебила.
— Тогда ты мог спихнуть то, что поцеловал меня, потому что мой бывший парень меня обижает.
Я напрягся, дыхание стало резким, пальцы непроизвольно сжались.
— А потом, — продолжила она, едва касаясь моих губ взглядом, — когда мы целовались на холме, ты спихнул это на то, что я была слишком пьяная... и сама полезла к тебе.
Мои зубы сжались. Я видел, как она провоцирует меня не просто словами, а всем своим телом: взгляд, лёгкая дрожь губ, прижатая к стене грудь.
— А сейчас... — её голос стал чуть ниже, плотнее, с ноткой вызова, — сейчас ты на что спихнёшь? То, что хочешь меня поцеловать? Или то, что трахнул бы прямо сейчас?
В этот момент всё во мне вспыхнуло: смесь злости, запретного влечения, ревности и напряжения, которое вот-вот должно было взорваться. Я глубоко вдохнул, глаза наши встретились, и в этот миг весь мир сжался до одного узкого коридора между нами.
— Хлоя... — выдавил я хрипло, чуть дрожа, — это...
Она наклонилась ещё ближе, дыхание её обжигало, губы почти касались моих.
— Ну? — прошептала она, едва касаясь своим носом моего. — На что ты спихнёшь сейчас, Нейт?
Я сжал кулаки, тело предательски тянуло к ней, а разум пытался удержать границу.
— Ты знаешь, что я могу потерять контроль, — сказал я низко, дыхание сбилось.
Хлоя чуть прижалась к стене, её дыхание слышалось прямо у меня на губах.
— Так потеряй уже этот чёртов контроль, Нейт... хоть раз, — сказала она тихо, почти шёпотом, но так, что каждый звук брал меня за горло.
Слова обожгли меня изнутри. Всё, что я пытался держать в узде, рвануло наружу. Сердце бешено колотилось, кровь закипела, а разум потерял последние остатки логики.
Я резко наклонился и сорвал с неё каплю сопротивления, буквально вдавив её в стену. Хлоя не отстранилась, наоборот — ухмыльнулась и провела рукой по моей груди, как будто подтверждая: "Да, вот так правильно".
Наши губы встретились. Сначала медленно, проверяя границу, осторожно, но через секунду я уже не мог удерживать себя. Целоваться стало жестко, страстно, каждая секунда горела, будто нас сожгли изнутри.
Хлоя отвечала на каждый мой жест, руки её бегали по моей спине, по плечам, и я почувствовал, как каждая клетка моего тела жаждет её.
— Нейт... — прошептала она, вжимаясь в меня ещё ближе.
Я прорычал в ответ, срывая с неё почти всю дистанцию, губы жадно слились с её, руки крепко сжимали её талию. Каждый её вдох отдавался у меня в груди, каждый вздох — как вызов, как укол в сердце и одновременно как обещание, что мы оба не сможем остановиться.
В уборной клуба, где слышались приглушённые голоса и музыка из зала, мы слились в этом запретном вихре. Стены, двери, весь мир — всё исчезло. Только мы. Только дыхание, только жар, только запретное чувство, которое нельзя было признавать, но невозможно было игнорировать.
— Хлоя... — выдавил я сквозь поцелуй, губы её едва отрывая, — ты знаешь, что это...неправильно.
— А мне наплевать, Нейт, — сказала она, ловко срывая с меня остатки самоконтроля. — Ты тоже хочешь, правда?
Я застонал тихо, чуть ослабляя поцелуй, чтобы взглянуть ей в глаза. И в её взгляде было всё: дерзость, желание, вызов. И я понял, что больше не могу сопротивляться.
Мы снова слились, жёстко, страстно, словно каждый поцелуй, каждое прикосновение — это то, чего мы оба ждали слишком долго. Кабинка туалета стала нашим запретным пространством, где невозможно было остановить этот шквал эмоций, и, чёрт возьми, мне было всё равно на последствия.
И тут завибрировал телефон. Сильный, резкий звонок, который прозвучал в самый неподходящий момент, когда мои губы ещё чувствовали её дыхание. Я дернул рукой, достал аппарат и сразу понял, кто это — Лим.
Показываю экран Хлое. Она моргнула, и я увидел мелькнувший у неё страх, удивление и... что-то ещё. Тревогу? Или, может быть, лёгкую вину? Я сжал телефон крепче.
— Да, Лиам, привет, — говорю ровно, стараясь держать голос спокойным, почти сдержанным, чтобы Хлоя слышала каждое слово.
— Привет, как дела, чувак? — бодрый, но с ноткой тревоги, слышно, что он насторожен.
— Всё нормально, — коротко. — А ты что?
— Приехал с гонок домой. А ты где вообще?
— В клубе со Стивом. Хочешь присоединиться?
Я бросаю быстрый взгляд на Хлою. Её глаза чуть сузились, бровь приподнята, губы едва заметно сжаты — молчание кричало громче любых слов: «Не надо, чтобы он сюда пришёл».
— Нет, я устал, хочу отдыхать.
Я усмехнулся, держа трубку у уха, и голос стал чуть мягче, но с едкой ноткой, которую Лим почувствовал бы, если бы знал обо всём:
— Чего звоню? Я с утра с Хлоей был, ещё пытался дозвониться, — говорю. — Ты не знаешь, она уже дома или ещё нет?
— Нет, — отвечаю спокойно, но с внутренним напряжением, — сказала, что будет у Карлы. Возможно, уже спят. Это же Хлоя. Домашняя девочка. Спит, черт возьми.
На том конце Лиам сделал паузу.
— Чувак... не шути. Я реально переживаю. Почему она трубку не берёт? Где она?
Я глубоко вдохнул, и в этот момент всё внутри меня сжалось. Я смотрел на Хлою, которая стояла рядом, прижавшись к стене, дыхание чуть учащённое, глаза немного округлённые. Я видел, как её сердце бьётся, и знал, что она всё ещё... встречается с моим лучшим другом.
— Да ладно, Лиам, — сказал я с лёгкой усмешкой, но взгляд был ледяной. — Ты что, думаешь, Хлоя сейчас стоит в клубе с каким-то красавчиком, зажатая в туалете, и непонятно, что будет дальше? Это же Хлоя.
Я услышал лёгкое «ага» на том конце и понял: Лиам верит. Он верит, но я знаю правду. А правда в том, что это больше не должно повториться. Никогда.
Телефон в моей руке замолчал, Лиам отключился, а я на секунду остался с Хлоей лицом к лицу. В ушах ещё звенела его тревога, его слова о том, что он переживает за неё. И, чёрт возьми, я понял: всё это безумие — это не просто игра, не просто желание. Это опасно. Для нас обоих.
Я сделал шаг назад, отстранив себя от неё, и глубоко вздохнул. Сердце бешено колотилось, пальцы дрожали, а взгляд Хлои — вызывающий, но с оттенком удивления — буквально прожигал меня.
— Хлоя... — сказал я ровно, без прежнего огня, но с такой твёрдостью, что ни одно её движение не могло это игнорировать, — этого больше никогда не должно повторяться.
Она приподняла бровь, готовясь возразить, но я продолжил, голос становился холоднее, жёстче:
— Никогда, Хлоя. Мы... больше никогда не должны целоваться. Ни при каких обстоятельствах. Понимаешь?
В её глазах мелькнуло что-то: удивление, вызов, раздражение, но она промолчала. Я видел, как внутри неё кипит тот же огонь, который тянул меня к ней, но сейчас я его задавил.
— Это... не из-за того, что я злюсь или ревную, — сказал я, стараясь, чтобы она почувствовала всю серьёзность. — Это... потому что это опасно. Для нас, для всех вокруг. И я не дам этому повториться.
Хлоя чуть нахмурилась, будто хотела что-то сказать, но потом просто опустила взгляд. И я понял: на этот раз она услышала.
— Я... — начала она тихо, но я перебил её жестко:
— Нет. Больше никаких "если", никаких "а вдруг", никаких поцелуев. Ни одного. Это граница. Моя и твоя.
Тишина висела в воздухе. Я видел, как её грудь еле заметно поднимается, дыхание сбилось, но она не двинулась. И в этот момент я почувствовал странное облегчение: я снова контролировал ситуацию. Не желания, не страсть — контроль.
— Хорошо... — прошептала она наконец, едва слышно, с лёгкой ухмылкой на губах. — Хорошо, Нейт. Я поняла.
Я кивнул, ощущая, как внутренний пожар всё ещё пульсирует, но разум победил тело. На этот раз правила ясны. Больше никаких поцелуев. Никогда.
***
Концерт грохотал так, будто звук бил прямо в грудь. Бас будто лез под кожу, вибрация прожигала виски, и толпа вокруг сливалась в сплошное движение — тела, огни, дым, музыка. Воздух пах потом, алкоголем и электричеством.
Я стоял у барной стойки, но взгляд всё равно цеплялся за неё — Хлою. Она сидела рядом с Карлой и Стивом, который слишком громко смеялся над своими же шутками. Хлоя делала вид, что ей весело, но я видел — она не здесь. Не до конца. Время от времени она бросала взгляд в мою сторону. Быстрый, нервный. Словно запрещала себе смотреть, но всё равно не могла остановиться.
И, чёрт, мне это нравилось.
Особенно — после того, как мы целовались в туалете.
Я до сих пор чувствовал вкус её губ, их мягкость, и ту мгновенную дрожь, что пробежала по ней, когда я притянул её ближе.
Она пыталась забыть. Я — тоже.
Но с каждым её взглядом я вспоминал, как она дрожала у меня в руках.
И тут я увидел её — блондинку, ту самую, что встретила меня у входа, ткнулась в губы на «привет» и оставила след помады у меня на шее.
Идеально.
Улыбка сама скользнула по лицу.
Я медленно встал, откинул плечи и направился к бару. Сел на высокий стул, заказал виски со льдом. Блондинка заметила меня сразу. Её шаги были нарочито медленными, бёдра двигались в такт музыке, и она уже знала, что я смотрю.
— Всё-таки решил не прятаться? — её голос звучал с игривыми интонациями, а пальцы уже лежали у меня на колене.
— А я и не прятался, — усмехнулся я, отпивая глоток.
Она наклонилась ближе, почти прижимаясь ко мне грудью, запах её духов был слишком сладким.
— Мы могли бы... найти место потише, — сказала она, проводя ногтем по моей руке.
— Сегодня — не твой день, крошка, — я криво улыбнулся, глядя прямо ей в глаза.
Она моргнула, не ожидая отказа.
— Правда? — её губы приоткрылись, будто приглашая.
Я лениво кивнул в сторону сцены:
— Мое сердце уже занято.
Она повернула голову — и, конечно, её взгляд наткнулся на Хлою.
Та сидела, сцепив пальцы на коленях, и явно старалась не смотреть в мою сторону. Безуспешно.
Я видел, как напряглась её спина, как она сделала вид, будто слушает Карлу, но глаза всё равно метнулись ко мне.
На долю секунды — наши взгляды столкнулись.
И это было достаточно.
Я чуть повернулся к блондинке, специально ближе, скользнув пальцами по её талии.
Она хихикнула, притворно кусая губу.
Но всё, о чём я думал, — это Хлоя.
Как она сейчас кипит внутри. Как сжимает кулаки под столом. Как, вероятно, мысленно убивает меня.
Отлично.
Потому что я должен был напомнить ей: я — не тот, с кем можно быть.
— Ты такой холодный, — сказала блондинка, делая вид, что обиделась.
— Только с теми, кто слишком горяч, — ответил я, отпивая ещё глоток.
Она усмехнулась, облизала губы.
— Тогда, может, я смогу растопить лёд?
— Не сомневаюсь, — я встал, бросив купюру на стойку. — Но, к сожалению, я уже занят.
— Кем? — она прищурилась, пытаясь поймать мой взгляд.
— Своими ошибками, — сказал я и пошёл прочь.
Когда я подошёл к их столику, Хлоя сидела с каменным лицом. Карла что-то рассказывала, но я видел — Хлоя не слушала. Стив в этот момент пытался что-то изобразить из себя рок-звезду, подпевая под музыку.
Я остановился напротив.
— Чего грустишь, принцесса? — спросил я, чуть склоняясь к ней, чтобы только она слышала мой голос.
Она подняла взгляд.
Холод. Гнев. И что-то ещё, глубже.
— Я? Нет, всё нормально, — сказала она, скрестив руки на груди. — Просто думаю, как же повезло Изабелле, твоей девушке. Столько счастья рядом с таким верным мужчиной.
— О, ты всё ещё про это? — усмехнулся я, наклоняясь ближе. — Серьёзно, Хлоя?
— А тебе, видимо, плевать, — прошипела она, сжимая кулаки. — Главное, чтобы все видели, какой ты... идеальный.
— Нет, не идеальный. Просто не притворяюсь лучше, чем я есть.
Она вздрогнула.
— Отвали, Нейт.
— От кого? От тебя? — тихо, почти шепотом. — Это ты должна держаться подальше, принцесса.
— Что ты доказываешь, Нейт? — спросила она вдруг, глядя прямо мне в глаза. — Что можешь флиртовать с кем угодно? Что тебе всё равно? Ты же сам сказал, что это не повторится.
— Я просто показываю тебе правду, — усмехнулся я. — Ты не сможешь забыть.
— Я уже забыла.
— Врёшь.
Пауза.
Тишина между нами резанула сильнее, чем басы.
Она прикусила губу, взгляд метнулся вниз.
А я — улыбнулся. Потому что знал: я попал.
— Знаешь, принцесса, — сказал я тихо, — иногда стоит быть осторожнее с тем, кого целуешь. Потому что некоторые поцелуи не заканчиваются. Они просто ждут продолжения.