51
POV Валя
Надо ли вам рассказывать, что оставшиеся дни до Нового года я просто изводила себя и
Егора предположениями о том, что же он придумал и, как он выразился, уже подготовил
для нас? Нет? Ну, тогда и не буду начинать. Скажу только, что все мои варианты оказались
провальными, а Кораблин лишь загадочно улыбался на мои слова, но молчал как партизан.
На его счастье это происходило не часто, так как виделись мы остаток года только на
учебе, потому как к нам в гости нагрянули родственники. Из Калининграда прилетели
дедушка Иван и бабушка Маша и планировали остаться у нас вплоть до самого праздника.
Это были родственники по линии отца, и я их очень давно не видела, а по сему мне хотелось
восстановить наше, так сказать, знакомство. Так и вышло, замечательные люди. Но
тридцатого декабря мы с ними тепло попрощались и проводили их домой, обещая, что
обязательно будем созваниваться и как можно чаще приезжать к друг другу в гости.
И в этот же день, но уже вечером за мной приехал Егор. Только в этот раз он не
остался ждать меня на улице, а поднялся в квартиру и встретился с суровым взглядом моего
родителя.
- Мам, пап, это Егор, мой парень, - страшась этой встречи, решилась пискнуть я.
- Здравствуйте, Василий Иванович, - кивнул он отцу и протянул для рукопожатия
руку, - Рената Аскольдовна, - еще один кивок и мама тепло ему улыбнулась, пытаясь не
пучить глаза на его забитые татуировками виски, шею и пальцы рук, - спасибо, что
доверили мне свою дочь. Обещаю, что верну ее в целости и сохранности.
- Куда хоть везешь ее, Егор? - все-таки ответил на его рукопожатие папа Вася и
указал кивком головы на мой крохотный чемоданчик.
- Простите, не могу сказать, это сюрприз, - улыбнулся им парень и подмигнул мне, а
я вмиг покраснела и опустила взгляд.
- Ладно, ребятишки, езжайте. Но знайте, что я за вами слежу! - и папа Вася смешно
показал себе на глаза указательным и средним пальцем, а потом и на нас.
- Он шутит, дети, - вмешалась мама, легко рассмеявшись, и шагнула ближе к
Кораблину,- приятно познакомиться с тобой, ЕГОР, Береги нашу девочку.
- Всегда, - кивнул парень и мы наконец-то распрощались с родителями и вышли за
дверь.
Все, Валя,назад дороги больше нет!
- Ты похожа на маму, - тепло прикоснулся к моей щеке костяшками пальцев Егор и
нежно припал к губам, но почти тут же углубил поцелуй, погружая свой язык в мой рот и
посылая по моему телу целую волну сладких спазмов.
- Слава Богу, - прошептала я и мы оба рассмеялись.
А на улице, у самой калитки стоял белоснежный навороченный Лексус, на котором, я
знала, ездил Милохина. И в нем нас ждал сам хозяин тачки и Паша Гордеев. Ребята тут же со
мной тепло поздоровались, но вели себя уж больно сдержанно и даже деликатно, что на них
было совсем не похоже.
- Что это с ними? - решилась спросить я Егора, подозрительно нахмурив брови.
- Боятся с фиолетовыми лицами Новый год встречать, - буркнул Кораблин.
И я после этого ответа вспыхнула как маков цвет. Да уж, ну а что тут непонятного? Я и
он, едем встречать Новый год в какое-то загадочное место на все выходные. Не надо быть
семи пядей во лбу, чтобы понять, что на уме у этих великовозрастных идиотов только
фривольные шуточки и прибаутки и они прекрасно понимают куда меня везут и зачем.
Зараза!
И да, я сразу нахохлилась, но Егор только прижал меня к себе теснее и крепко обнял,
почти баюкая в своих объятиях. Вот так, теперь все не важно, ни чужое мнение, ни их
пересуды.
Спустя почти полтора часа по запруженной Москве мы приехали в аэропорт
Шереметьево, а потом и все вместе прошли первый досмотр.
- А они что, с нами полетят? - косилась я в сторону двух амбалов, что с глупыми
улыбками на лицах все еще стояли рядом с нами.
- Нет, просто они оба в меня влюблены и нет сил расстаться, - рассмеялся Кораблин и
опять сгреб меня в охапку, а потом уверенно потащил меня, мой чемодан и свою сумку в
сторону стойки регистрации. Да не простой, а для VIP-персон. Ну да, это вам не хухры-
мухры, ребята!
- Пошто ты нас бросаешь, родненький? - театрально вскидывал руки Даня, а
Гордеев очень достоверно изображал, как рвет на голове волосы и тоже причитал:
- Доколе нам сохнуть в тоске, ненаглядный?
Боже, ну вы бы их видели, просто умопомрачительные дурашки! Кораблин же только
усмехался и качал головой, а потом протянул обеим руку, и они тепло попрощались, ну а мне
достались полноценные тисканья в их медвежьих объятиях и напутственные слова:
- Смотри, Валька, не разбей ему сердце, - это было от Паши .
- И, пожалуйста, предохраняйтесь, голубки! Я пока не готов стать крестным папой, -
а это, само-собой было от Дани.
- Милохин! - грозно оборвал Егор друга и тот тут же выдал улыбку в двести двадцать
вольт, мол «А я что? Я ничего!».
Ну, а потом они наконец-то покинули нас, что-то обсуждая и над чем-то заливаясь
диким смехом до самого выхода из аэропорта. Я перевела взгляд на своего парня и только
затем на табло стойки регистрации. И вот наконец-то я заметила куда мы все-таки летим.
Рейс Москва
- Санкт-Петербург. Вот же черт! То есть кайф! Всегда мечтала там побывать!
- Спасибо тебе! - благодарно выдохнула я и обняла его за талию, а потом как-то
запоздало всполошилась, - Егор, а ты как мои паспортные данные-то узнал?
- У Милохина в деканате есть надежный человек, - самодовольно выдал Кораблин и
подтолкнул меня к регистратору. Вот же жуки!
А дальше был досмотр, зал ожидания и наконец-то посадка на самолет. И кто бы
сомневался, что полетим мы не абы как, а бизнес-классом. Я страшно смущалась этого, ведь
была не привыкшая к такому расточительству, но Егор только, по своему обыкновению,
сгреб меня в охапку и расцеловал, приговаривая, что обожает, когда я краснею. Вот и все,
больше ничего и не надо для счастья, только его сильные руки и знание, что мы вместе.
Магия, правда? Не то слово!
Полтора часа в небе и вот мы уже в ночном и снежном Питере. Адреналин давно
вытравился из моей крови, и я начала клевать носом, но и не мудрено, ведь на часах была
уже половина второго ночи. Хорошо, что хоть получать багаж нам не нужно, а то бы я точно
где-то по ходу отрубилась. Я отрешенно наблюдала, как Егор достает мой телефон и
просит написать родителям, что мы успешно долетели. Выполняю, хотя глаза жутко
слипаются и не хотят смотреть ровным счетом никуда.
А дальше мы вышли в зал прилета, где нас встретил какой-то милый, седовласый
старичок и я в миг стряхнула с себя сонную дрему.
- Ну, здравствуй, Егор!
- Здравствуйте, Егор Кораблин- и они тут же пожали друг другу руки.
- Ну ты и вымахал, прямо богатырь. Сколько я тебя не видел? Лет пять, не меньше.
- Ага, где-то так, - согласно кивнул парень.
- А это что за красавица? - и бледно-голубые, полные живого любопытства глаза
уставились на меня, а я смущенно улыбнулась.
- А это моя девушка, Дима. Валя, - и старик тут же по-гусарски поцеловал
мне ладошку.
- Ладно, старый ловелас, пойдем уже, а то кое-кто уже спит на ходу, - выдал Егор и
игриво мне подмигнул, - вас-то докинуть до дома?
- Что вы, молодежь! Я у сестры останусь, она тут недалеко в Шушарах живет. Оба мы
одинокие, а Новый год все-таки праздник семейный, негоже мне быть одному. Да я и такси
себе вызвал, вот, смотрите, уже ждет, - и с гордостью потряс перед нами приложением в
телефоне, - это меня внучка пользоваться научила. Ну пойдемте, я вас до машины провожу.
И да, в доме все готово, как ты и просил, Егор.
- От души, Сан Дмитрич, - кивнул парень и приобнял старика.
И мы вышли из аэропорта, а потом прошли к стоянке, где стоял угрожающего вида
Гелендваген. Распрощались с Димой уселись в прогретый салон и
двинулись в путь.
- Это наш смотритель на даче. Я хотел взять такси, но тот наотрез отказался.
Выпросил у отца на тебя посмотреть, - и взлохматил мне волосы, когда я сняла с себя
шапку.
- Ну я прям звезда, - фыркнула я и вновь впала в непонятное смущение.
- Нет, Валька, ты круче.
Я стойко просила себя не засыпать и посмотреть на ночной новогодний Питер, но не
вышло. Уже через пять минут меня напрочь вырубило, а проснулась я от того, что Егор
нежно покусывает мои губы и тихо шепчет мне:
- Приехали, Валя.
Я разлепила веки и отрешенно уставилась на часы на приборной панели автомобиля.
Ого, уже была половина четвертого утра. Это куда мы так долго ехали? Оглянулась по
сторонам и увидела большой и элегантный двухэтажный дом в стиле «прерий», а еще
множество огней, что украшали периметр, переливаясь и задавая новогоднее настроение.
Какая красота!
- Егор, а это?
- Наша дача, - тихо ответил парень и вновь прикусил мне нижнюю губу.
- А где? - только и смогла выдохнуть я, блаженно прикрывая глаза от его ласки.
- В Репино. Это примерно в часе езды от Питера.
- М-м-м, как интересно. Утащил меня в глушь и мучить удумал? - почти
промурлыкала я.
- Удумал, - тихо рассмеялся Егор и отстегнул мой ремень безопасности, - пошли,
Валька, нужно немного поспать, прежде чем переходить к пыткам.
И мы вышли из грозного автомобиля и двинули в дом, где приглушенно горело ночное
освещение, а еще мигала, казалось бы, миллионом огней гирлянда на пушистой елке, что
стояла в гостиной у камина. Но толком интерьер я рассмотреть не успела, так как Егор
потащил меня наверх, усадил на кровать, а потом технично и планомерно начал меня
раздевать. А я и не возражала, сонно и осоловело хлопая глазами.
Затем он быстро разделся сам и, кутая меня в свои объятия и пуховое одеяло, уткнулся
мне в шею и тихо пробормотал:
- Спи, Валя, - и я тотчас отрубилась, покачиваясь на волнах, казалось бы,
безграничной радости и любви.
Просыпались мы дважды. Первый раз, примерно в районе часа дня, сонно смотрели
друг на друга и думали каждый о своем. Егор неспешно перебирал мои пальцы и нежно их
прикусывал, а потом утыкался носом мне в ладонь и счастливо вздыхал. Где-то посреди
этого момента я и провалилась вновь в дрему. А когда снова открыла глаза, то просто лежала
и смотрела на своего парня и то, как он спит, как мерно вздымается его татуированная грудь,
как в тусклом дневном свете поблескивает металл его пирсинга. Он остался только здесь -
на его груди, остальное Кораблин снял и больше не носил, и я чувствовала себя виноватой.
Потому что я не хотела его менять. Я влюбилась в него вот в такого, с татуировками и
пирсингом. И мне не нужен был другой Егор, а только этот, и плевать, что скажут люди
или мои родители. Это мой выбор!
- Валька, который час? - услышала я хриплый стон, а потом меня резко и
неотвратимо придавили сильным, тренированным, мужским телом, да так, что я
неожиданно пискнула, а потом и рассмеялась, когда его отросшая щетина прошлась по
нежной коже моей шеи.
- Не знаю, - сквозь смех выдала я и вновь зашлась хохотом, - Егор! Перестань, ну
щекотно же!
Он на секунду отлепился от меня, протянул руку к тумбочке и взял в руку свой телефон,
а потом нахмурился и громко запричитал:
- Бог ты мой!
- Что такое? - всполошилась я.
- Настало время жарких обнимашек! Мы чуть с тобой все не проспали, Валька ! -
дурашливо качал он головой и таращил на меня свои красивые глаза.
И я вновь рассмеялась, а потом отдалась на волю его сильных рук, умелых губ и
нежного шепота:
- Я схожу по тебе с ума... ты так сладко пахнешь, девочка моя... моя, Валя, только
моя...
Как итог, с постели мы соскоблили себя только в половину четвертого дня! Да-да, вы не
ослышались! Привели себя в порядок и спустились вниз. Там, на навороченной кухне, я
быстро отыскала турку, сварила кофе Егору, а себе заварила крепкий чай. Завтрак он
просил меня не готовить, так как оказалось, что есть мы будем вне дома.
Сам дом был просто чудесный, интерьер в эко-стиле с элементами шале, светлый и
очень теплый. Кто-то постарался и украсил дом к нашему приезду, но, как оказалось, не
только дом, но еще и всю территорию вокруг него. А еще в холодильнике были обнаружены
контейнеры с готовой едой и пара бутылок игристого вина. Я улыбнулась и отхлебнула свой
чай. Да уж, действительно, он все подготовил.
- Только оденься потеплее, ладно, - чмокнул меня в щеку парень, надевая на себя
теплый новогодний свитер с оленями.
- Так точно, товарищ командир, - и шутливо отдала ему честь.
Ну а дальше мы поехали завтракать, если можно это делать почти в пять часов дня,
когда на улице уже почти стемнело. Атмосферный ресторан в ретро-стиле встретил нас
изысканной кухней и обслуживанием по высшему разряду. Наелись и выдвинулись дальше.
На этот раз мы поехали кататься на ватрушках на какую-то гору, название которой я увы
не запомнила. И так нам было так весело, что и не описать. Я смеялась и попискивала, когда
мы скатывались с высоты склона и ничего не было помехой нашему веселью. А потом
Егор решил надо мной поиздеваться. Долго выбирал снаряжение, но все-таки взял в прокат
два сноуборда - один для него и один для меня.
Боже и что тут началось! Я в жизни так не смеялась, честное слово, до рези в животе и
слез, катящихся из глаз. Потому что Егор в этом деле был профи, а я что курица с этой
странной широкой лыжей на своих корявых ножках. Но! Егор не знает слова «нет» и не
приемлет неудач. Он все-таки домучил меня, терпеливо и въедливо объясняя, как именно
нужно стоять, ехать и держать баланс тела. И вот уже я качусь сама вдоль склона, исполняя
простейшую елочку на заднем канте и восторженно улыбаюсь от уха до уха. Так и пролетело
еще два волшебных часа.
Намерзлись, накатались, но остались до неприличия счастливыми и выдвинулись в
сторону дома.
- Валька ты же купальник взяла? - вырвал меня из раздумий Егор.
- Что? А, да, взяла. Надеюсь, ты меня в прорубь не потащишь купаться? - улыбнулась
я и припала щекой к его плечу.
- Значит насчет проруби ты против. Так-так...Ну хоть в баню со мной сходишь? В
настоящую, русскую, с веником, а? Там Сенька, помощник Диме истопить должен
был уже к нашему приезду.
- С веником говоришь? - потянула я.
- Ага, - хмыкнул Кораблин.
- Ну, давай попробуем.
И мы попробовали. Хотя я и жутко стеснялась непонятно чего на первых порах. Но все
же прошла в пропаренное жаркое помещение вслед за парнем и разместилась на деревянной
полке, блаженно вытягивая ноги и укладывая голову на колени к Егору. И как же тут было
хорошо! Пахло красным апельсином и немного эвкалиптом. И руки парня без конца
скользили по моему телу, то и дело задевая краешек купальника, а то и подныривая под него.
И эти ласки распаляли меня похлеще жаркой русской бани. Вот так он действовал на меня.
Но за черту не заходил, только накручивал меня до невозможности и целовал, прижимая к
себе все сильнее и сильнее.
А потом он вел меня передохнуть после горячего пара в зону отдыха, где мы смотрели
урывками «Ивана Васильевича» и почти синхронно повторяли за героями фильма, ставшие
крылатыми, фразы.
- Лепота!
А дальше пришла пора веников. М-м-м, вот тут-то Кораблин меня и отходил как следует!
От души, знаете ли, да так, что на него у меня сил уже не хватило, хотя и очень хотелось. Да-
да, с полки он меня форменно отлепил, осторожно промыл голову, ополоснул с лейки,
замотал в простыню, вывел в зону отдыха, а там усадил в кресло, вручив пузатый бокал с
клюквенным морсом.
Черт! Это лучшее тридцать первое декабря в моей жизни. А потом я перевела глаза на
часы и форменно ужаснулась.
- Егорка! - встрепенулась я.
- Что такое? - испуганно оглянулся он.
- Так уже одиннадцать! Новый год скоро!
- Потерпи немного, я сейчас, - улыбнулся мне тепло и скрылся за дверью парной.
Когда же мы вернулись в дом, то я спешно кинулась сушить волосы и приводить себя в
божеский вид. Дрожащими руками достала черный ажурный комплект нижнего белья и
натянула его на себя, немного смущаясь его бесстыдной красоты и, пока не передумала,
быстро надела платье, что захватила с собой специально для этого случая. Вот так, теперь я
готова. Вернулась в комнату, прихватила из чемодана заготовленную и упакованную
коробочку и без четверти двенадцать спустилась вниз, где меня, у накрытого стола с
горящими свечами, ждал Егор.
И, как и всегда, когда я смотрела на него, горячая лава прокатилась по всему моему
существу. Я так любила его, так была пронизана этим чувством, что иногда было трудно
дышать, а еще хотелось плакать от счастья и понимания того, что мои чувства взаимны.
- Вот и ты, Валька, - хрипло прошептал мне парень и сделал шаг в мою сторону, а
меня к нему потянуло словно магнитом.
- Вот и я, Егор. - и он тут же нежно и осторожно обнял меня.
Несколько секунд щемящей нежности в объятиях друг друга, а потом мы все же бредем
к столу и садимся напротив друг друга, не в силах разорвать магию наших глаз.
- Я тебе подарок приготовила, - выдыхаю я и несмело протягиваю ему коробочку.
- Ты и есть мой подарок, Валя, - сознание коротит от этих его слов и неуместно
вспоминается тот глупый и жестокий спор, но я тут же отгоняю эти мысли. Все, хватит, это
все в прошлом! Навсегда!
А потом он открывает коробочку и достает широкий кожаный черный браслет с тремя
бусинами, вплетенными между вязью.
- Я сама его сделала, - выдыхаю я, не в силах понять нравится ему или нет, - а
бусины - это Валя, - и последнее слово почти беззвучно срывается и тает между нами,
потому что я так и не могу разобрать его реакции. Да, наверное, это глупый подарок.
Смешно дарить подобное человеку, у которого все есть. Правда?
Но он сжимает мои ладони в своих горячих руках и прижимается к ним губами.
- Спасибо, Валька! Поможешь надеть? - и я киваю, дрожащими руками затягивая
петли замка на его широком запястье. Красиво и очень идет ему, как по мне.
Но все эти мысли тают в моей голове, после того как он протягивает уже мне длинную
и плоскую бархатную коробочку.
- А это тебе.
И я несмело открываю презент, а потом восторженно охаю, смотря на длинную
изящную золотую цепочку и кулон в виде сердца, сплошь усеянный сверкающими камнями.
- Боже! - выдыхаю я и поднимаю на него глаза, полные слез, - Егор, спасибо! Это...
- Не благодари! Я просто люблю тебя, Валя! И все, что я делаю для тебя - это от
чистого сердца и оно теперь принадлежит только тебе одной.
И после этих слов я не смогла сдержать всхлип, и одинокая слезинка скатилась по моей
щеке, а затем и вторая.
- Не плачь, родная, - встает он со своего места и сгребает в свои объятия.
- Это от счастья, Егор! - и он тут же заходит мне за спину и надевает на меня свой
подарок, а я стискиваю в ладошке сердечко и не понимаю, как смогу совладать с теми
чувствами, что почти душат меня изнутри.
Замочек щелкнул и моего плеча коснулись его губы, прошлись вверх по шее и зубы
прикусили мочку уха, призывая табун мурашек прокатиться вдоль моего позвоночника.
- Не надо плакать, Валька ,просто наслаждайся этим.
И он ладонью поворачивает к себе мое лицо и впивается в мой рот сразу глубоким
страстным поцелуем. Я не могу сдержать стона, но отвечаю ему, чувствуя, как жаркие
молнии разрывают все мое тело, что уже объято нетерпением. И вот она я, и вся в его власти,
а руки так умело скользят по мне, мастерски растравливая такие понятные для него желания
и такие опасные для меня.
Безумие, яркое и концентрированное, затапливает мое сознание и я уже ничего не могу
поделать, ни с ладонями, что по-хозяйски пробрались под платье и сжали ягодицы, ни с
моими ногами, закинутыми на его поясницу, ни с тем, что меня бережно уложили на мягкую
шкуру возле пылающего камина. Когда-то я была красиво одета, а теперь только его руки
путешествуют по мне и все больше топят меня в океане желания.
- Господи, Валя, - приподнимается на мне Егор, окидывая мое тело голодным
взглядом, - ты так прекрасна!
И снова набрасывается на меня, а я только варюсь в этом адском коктейле и
нетерпеливо постанываю, принимая его страсть, напитывая себя ею и сходя с ума от того,
что он делает со мной.
Я совершенно не заметила, как оказалась полностью обнаженной. Как и то, что это
сделал и он и спустился ниже. Поясницу окатило кипятком. А я только развела сильнее
ноги, приподнимая бедра и прихватывая его за волосы, и почти взвыла, когда несколько
минут спустя вспышка запредельного удовольствия разорвала меня на мелкие кусочки. Это
за гранью и сердце навынос...
Почти в полубреду я слышала, как рвалась фольга от защиты и его тихий, но
наполненный отчаянием шепот наполнил меня уверенностью, что все правильно, что так и
надо.
- Мне невыносима сама мысль, что я стану причиной твоей боли. Пусть и всего лишь
раз.
- Егор, пожалуйста, сейчас, - только и ответила я.
И мои губы тут же смяли в новом поцелуе, наполненном нежностью и любовью. Вот
так, мальчик мой, вот так... Не нужно медлить, мне и так страшно до одури!
Толчок и вспышка боли пронзила поясницу, остро и беспощадно, а я только впилась
зубами в изгиб его плеча и растворилась в понимании, что я теперь полностью принадлежу
ему одному.
С Новым годом, Валя!