Глава 44
Тэхен
Боль в боку пульсирует с каждым движением. Раны еще не затянулись полностью, но у меня нет выбора – я вынужден встать. Осторожно отстраняю руку Дженни, которая пытается удержать меня, и сажусь, стиснув зубы от пронзившей тело резкой боли.
— Мне нужно связаться с королем. Подай тот кристалл.
Дженни выполняет просьбу. Камень тускло поблескивает в полумраке комнаты – темно-синий, с вкраплениями мелких серебристых точек, похожих на звезды. Сжимаю его в ладони, чувствуя знакомое тепло, разливающееся от кристалла к кончикам пальцев.
— Я покормлю Ёнджуна в его спальне, — тихо говорит Дженни. — Не буду мешать.
— Хорошо, — киваю я, дожидаясь ответа короля.
Он выходит на связь только когда моя новая жена покидает комнату, будто точно знал, когда нужно ответить. Кристалл вспыхивает, наполняя комнату мягким голубоватым сиянием.
— Тэхен, – голос Юнги звучит четко, несмотря на расстояние между нами. — Как твоё состояние? Что у тебя происходит?
Я встаю, превозмогая боль – разговаривать с королем сидя было бы проявлением неуважения, даже если он меня не видит. Рана на боку отзывается острым жжением, но я не подаю вида.
— Мой король, ситуация серьезнее, чем обычно, — начинаю я, стараясь говорить по существу. — Среди тёмных есть аномальная особь, особенность которой — управление роем.
— Ты... уверен?
— Насколько можно быть уверенным в такой ситуации, — отвечаю я, вспоминая странное поведение тёмных в лесу, их необычайно согласованные действия. — Мы вступили с ними в бой. Я видел её достаточно близко, чтобы утверждать, что эта тварь разумна.
— Женщина? — уточняет Юнги после паузы.
— Да. Или что-то, принявшее женский облик.
— Это... беспокоит, — медленно произносит король. — Раньше ничего подобного не происходило. Меня тревожит, что тёмные развиваются, а королевство «так и не придумало эффективных способов бороться с ними.
В его голосе слышится усталость, слишком долго он несет ответственность за жизни других. Хочется немного приободрить его.
— При всем уважении, мой король, тёмные умирают, как и люди. Хватает удара меча или точной магической атаки. Мы знаем, как с ними бороться.
— Тэхен, – голос короля мягче, он понимает и принимает мою попытку сгладить углы. — Раньше мы думали, что тёмные не представляют серьезной угрозы. Разрозненные нападения, которые можно отбить силами стражи. А теперь у них появился рой. И кто знает, что будет дальше? Магия меняет их, кто знает есть ли пределы.
Юнги не заканчивает фразу, но я понимаю, о чем он думает. Если тёмные эволюционируют, если они становятся умнее, сильнее, организованнее — сможем ли мы и дальше защищать королевство?
— Вы правы, мой король. Я не стану недооценивать угрозу.
Мысли о Ёнджуне, который находится здесь, в постоялом дворе, заставляют меня стиснуть кулаки до побелевших костяшек. Я должен защитить его любой ценой.
— Хосок и Чонгук отправятся к тебе на подмогу, — продолжает Юнги. — Чимин отказался, но, возможно, прилетит Намджун.
Имена других ларианов отзываются в мыслях смешанными чувствами. Хосок — старый друг, надежный как скала. Чонгук — блестящий стратег, хотя и слишком любит рисковать. Чимин... что ж, его отказ не удивляет. Но Намджун... если он тоже прилетит, у нас появится серьезное преимущество.
— Благодарю вас, — отвечаю я. — Мы подготовим всё необходимое для обороны до их прибытия.
— Береги себя, Тэ. И своих жену и сына.
Кристалл в моей руке тускнеет, становясь обычным камнем до следующего вызова.
Накидываю на плечи китель, кое-как попадаю в ботинки и направляюсь к двери. Каждый шаг отдается болью, но я не позволяю себе показать слабость. Не сейчас, когда все взгляды будут направлены на меня в поисках подтверждения, что мы со всем этим справимся.
Выхожу в холл, и шум голосов обрушивается на меня, словно волна. Двор кишит людьми – солдатами в форме королевства, постояльцами с испуганными лицами, слугами, мечущимися между ними с узлами и сумками.
Ближе к дверям собралась толпа. Я слышу громкие, рассерженные голоса и вижу моих солдат, преградивших выход из постоялого двора. Перед ними стоит грузный мужчина в дорогой, но потрепанной одежде – очевидно, купец.
— Вы не имеете права держать нас здесь! — кричит он, размахивая руками. — Мы не ваши пленники!
Я подхожу ближе, и толпа расступается передо мной. Многие узнают меня и усмиряют стоящих рядом.
— Что здесь происходит? — спрашиваю я, хотя прекрасно понимаю суть конфликта.
Купец поворачивается ко мне, его лицо красное от гнева.
— Ваши люди не выпускают нас, лорд! — он указывает на солдат, стоящих у дверей. — Говорят, что никто не может покинуть постоялый двор из-за какой-то угрозы. Но если угроза реальна, разве не лучше нам уехать отсюда?
Женщина рядом с ним подхватывает:
— Вы используете нас как приманку! Хотите, чтобы эти... твари пришли именно сюда!
По толпе проходит ропот согласия. Я вижу страх на их лицах, слышу отчаяние в голосах. И они правы.
Мы уже знаем, что рой идёт сюда. В это время года направлений не так много, если вся эта толпа хлынет по южной дороге, они могут сманить тёмных за собой. Учитывая то, что теперь эти твари активны и при свете дня, да и отдых им не нужен, вопрос времени, когда они доберутся до следующего крупного города.
Возможно, при таком раскладе я бы уберёг сына от опасности...
На мгновение меня посещает искушение – открыть ворота, позволить всем уехать, увести тёмных подальше от моего сына. Но в глубине души я знаю, что не могу этого сделать. Тёмные догонят их на открытой дороге, где у них не будет никакой защиты. Это бойня.
— Послушайте меня, — мой голос, привыкший отдавать команды на поле боя, легко перекрывает шум толпы. — Я понимаю ваш страх. Но оставаться здесь безопаснее, чем пытаться уехать.
Я обвожу взглядом лица перед собой — напуганные, недоверчивые, злые.
— Постоялый двор крепкий. У нас есть стены, у нас есть воины, обученные сражаться с тёмными, маги, – я указываю на своих солдат. — За пределами этих стен у вас не будет ничего этого. Кто из вас убеждён, что сможет дать отпор монстрам?
Купец не сдается:
— Но если мы останемся, эти твари точно придут сюда!
— Вы столкнётесь с ними в любом случае, — отвечаю спокойно, хотя внутри все кипит от нетерпения. Время уходит, нам нужно готовиться. — Тёмные чувствуют людей. Они найдут вас, где бы вы ни были. Разница лишь в том, на каких условиях это случится. И есть ли у вас шанс выжить.
Мои слова производят впечатление. Я вижу, как меняются выражения лиц – от страха к пониманию, от гнева к смирению.
— А теперь прошу всех вернуться в свои комнаты, – продолжаю я. — Найдите чем укрепить окна, просите помощи друг у друга и моих людей. На улицу не выходить и присматривайте за своими детьми.
Толпа медленно расходится, забирая с собой наспех собранные вещи. Я слышу шепот, вижу испуганные взгляды, которыми они обмениваются, но никто больше не возражает открыто. Верят мне. Или, по крайней мере, в мою способность защитить их. Тяжелое бремя. Могу понять чувства Лианора, хоть и ощущаю всё в куда меньших масштабах.
Когда зал пустеет, я подзываю к себе Сынквана.
— Вырубить лес вокруг постоялого двора. Нам нужно больше открытого пространства для боя. Да и костры не помешают.
Сынкван кивает, не задавая вопросов – за долгие годы службы он привык доверять моим решениям:
— Как думаешь, сколько у нас времени?
— Не знаю. Может быть, несколько часов? Разведчики ничего не засекли?
— Пока нет. Но они придут. Обязательно придут. Ты успеешь восстановиться?
— Со мной же моя истинная, — ухмыляюсь я. — Только не уверен, что она будет рада ускорить процесс.
— Эта может и будет, — хитро улыбается помощник, отходя от меня. — Ещё помнишь, как правильно просить или только силой умеешь получать желаемое?
Каков наглец. Но он прав, нужно ускорить моё возвращение в строй. А значит, пойду проверю, как там новая жена в старом теле.