Особенная❤️‍🩹

Александра Миронова.

Меня с такой силой тащили за волосы куда-то, что глаза заполонила пелена от накатывающих слез. Я еще даже не успела толком очнуться, как почувствовала обжигающую боль в голове. Казалось, что человек, который дергал меня за волосы, хотел повырывать их с корнем или же сделать как можно больнее их обладателю. То есть, мне.

Да почему всем так хочется сделать мне больно?

С каких пор боль стала для меня нормой? Когда я успела к ней привыкнуть?

Я изо всех сил постаралась сконцентрировать свой взгляд хоть на чем-то вокруг, потому что все плыло перед глазами, а оглушающая боль не давала мне услышать хоть что-нибудь.

Давай же, Миронова!

Посмотри хоть на что-то. Хватит уже распускать слюни. Если бы у меня была такая возможность, то я прямо сейчас залепила бы себе отрезвляющую пощечину, чтобы, наконец, прийти в себя.

Да ты же просто... слабачка, которая вечно распускает нюни!

Тут всего-то надо оглянуться. Посмотреть на окружающую среду, чтобы понять, куда меня, черт возьми, тащат и кто это делает.

Взгляд коснулся чего-то блестящего на запястье. Наручники? Серьезно? Но нет.

Руки были в оковах коричневого цвета, а вот на правой руке что-то красиво сверкало, будто бы переливаясь.

Попыталась сконцентрироваться на этом. Постепенно становилось все вокруг все четче и четче.

Это браслет. Подарок Дениса на День Рождения.

Надеюсь, что он не стал показывать свой упрямый характер и ушел с остальными, а не побежал за мной. С ними должно быть все в порядке. Только вот я совсем не рассчитывала, что все будет в порядке со мной. Так и получилось. Хотя, план свой я выполнила.

Моя мама, с которой я даже не успела поговорить, в безопасности.

А я как-нибудь сама разберусь с этой небольшой проблемкой.

Первое, что я заметила, так это лес. Густой, хвойный лес и небольшая тропинка, по которой меня и тащили, волоча по земле так, что чувствовала каждый камушек, каждый корень, который топорщился из земли. И это было больно.

Интересно, куда они меня тащат?

Если им все-таки удалось сделать дубликат кольца, то, скорее всего, мы идем в ту самую сокровищницу с устройством, которое подорвет все наши дома. Нет, этого допустить нельзя.

— О, Принцесса очнулась, — послышался знакомый презрительный голос. — Отпусти ее, Жека, но я тебя предупреждаю, сучка: попробуешь убежать — вернем и накажем совсем не по-детски, понятно?

Я, как мешок с картошкой, плюхнулась на землю, поднимая облако пыли и грязи и подняла злой взгляд на Богдана, выглядевшего просто идеально в своей обтягивающей черной футболке и набедренных темных джинсах. Светлые волосы падали ему на глаза, ледяной цвет которых сейчас пронизывал меня до костей, потому что столько презрения и злости я еще не видела ни у кого, хотя подозревала, что его взгляд является отражением моего собственного. В какой-то мере.

Я заметила, что рядом стоял Император, у которого в глазах все так же не было ни капли эмоций, разве что легкая насмешка, будто бы я пролила на себя что-то, а он поражается моей неуклюжести.

Я еще раз удивилась потрясающе ужасной схожестью между отцом и сыном. Они будто бы родные братья, потому что Император совсем не выглядит на свой возраст.

— Куда вы меня тащите? — спросила я, бросая на Антона злобный взгляд.

— Тебя не касается, — рявкнула Рената, стоящая рядом со своим братом.

Она упиралась на его плечо, при этом умудряясь выгодно выпятить задницу в сторону двух охранников, стоящих около нее.

— Рената, она обращалась не к тебе, — отдернул ее Антон спокойно-холодным тоном. — Мы направляемся в сторону заброшенного собора святого Владимира. Я удовлетворил твое любопытство, дорогуша?

— Вам не позволят этого сделать! — прохрипела я, так как горло по неизвестной причине жутко саднило.

— Никто не знает об этом месте, дорогуша, я позаботился, — ухмыльнулся Антон. — Идемте, нам необходимо успеть сделать все до заката.

Я подняла глаза. Уже солнце начинало спускаться к горизонту, поэтому времени, чтобы что-либо предпринять, оставалось совсем немного, чтобы придумать, как помочь ребятам найти меня.

В голову ничего разумного не приходило, ибо все идеи в моем положении были неосуществимы. Меня окружили кольцом, но, по крайней мере, мне позволяли передвигаться на своих двух, что было не так уж и хорошо, так как ноги жутко болели, а голова кружилась.

Я думала, что вот-вот упаду, как кто-то стремительно подталкивал меня сзади, не давая упасть. Не из заботы ко мне, естественно. Только потому, что я своей медлительностью задерживала. Я часто спотыкалась, царапала голые руки о ветки, жалея что надела только черную майку, совершенно не прикрывающую руки. То, что ни одного ножа на моем теле не осталось, я заметила сразу.

Мысли в моей голове витали отнюдь не радужные, потому как перспектива умереть меня совершенно не устраивала, а ждать пока меня найдут, я уж точно не намерена, так что я решила действовать по-крупному. План мой не отличался особыми интеллектуальными способностями, так как я собиралась вывести Богдана из себя. Сначала, я подумала насчет Антона, но, судя по его каменности, его вывести будет гораздо сложнее, чем Богдана.

Что ж, Миронова, давненько ты никого не бесила! Главное только устоять на ногах.

— Скажи-ка мне, наследник, — усмехнулась я, обращая на себя внимание Богдана. — А как давно твоя обожаемая сестричка в тебя влюблена?

— Думай, о чем говоришь, маленькая Принцесска, — рявкнул он.

Я проследила за реакцией Ренаты, но девушка довольно профессионально делала вид, что ее это не интересует. Хотя я все же заметила косой взгляд, брошенный в сторону ничего не подозревающего наследника.

— Не, ну я серьезно, — задумчиво продолжила я. — Как на такую связь реагирует закон? Я еще не совсем во всем этом разбираюсь, но жуть, как интересно. Может поделишься?

С глухим рыком, Богдан преодолел расстояние между нами и схватил меня за горло своими холодными пальцами, впечатывая в ближайшее дерево. Дыхания не хватало, а яростный взгляд голубых глаз заставлял все тело покрыться тысячами мурашек. Кажется, мне удалось его взбесить, только вот ни к чему хорошему это, к сожалению, не приведет, потому что взбесить удалось только его. Рената продолжала оставаться невозмутимой.

— Закрой. Свой. Грязный. Рот, — отчеканил он.

— А как там Марго? — прохрипела я, так как из-за зажатого горла говорить нормально было проблематично. — Не ревнует?

Последующая оглушительная пощечина заставила мою голову едва ли не отлететь в сторону, потому что удар был совершенно недетский. Я почувствовала солоноватый привкус на губах. Вот оно. Вот доказательство того, что он на самом деле слабый. Нет уж, я ошиблась насчет провала своего плана. Я выполнила его на отлично. Теперь я знаю, что Богдан Белов никогда не сможет управлять своими эмоциями, как это делает его отец. Вот почему он и бесится.

Я ухмыльнулась своим мыслям, а Белов замахнулся еще раз.

— Богдан! — прикрикнул Император, заставив тем самым руку сына застыть в паре сантиметров от моего лица. — Я сказал: не трогать ее.

У него вообще странная мимика, невозможно сказать по его лицу, что он чувствует. Вот сейчас его выражение полностью отображает умиротворенное спокойствие, чего нельзя сказать о его сыне. Богдан пылал от ярости. Похоже, что эту черту от отца взяла именно Рената, потому что она ни единой эмоцией не показала, что ей есть дело до моей болтовни.

Рука на шее разжалась, а я судорожно вдохнула необходимый организму кислород.

Да, похоже, пока я буду дожидаться помощи, покалечат меня основательно. Тут в мою голову пробрался нехитрый план, однако он был, как и все, абсолютно нереальным, так как я понятия не имела, где находится дубликат красного алмаза и как его, черт возьми, стащить.

Но, надо признать, план был неплохим. Нет кольца — нет большого взрыва.

А вот интересно, а где Дима? Неужели пропускает все торжественное семейное празднество?

Да, и что-то Императрицы среди присутствующих я не наблюдаю. Всего лишь Император, Богдан и еще трое мужчин. Слишком мало для защиты. Не знаю, какими правилами руководствовался Император, но на всех них будет достаточно Дэна, Темы и Киры, учитывая, что Артем по-любому может замутить какую-то взрывоопасную штуку, которая подорвет весь лес.

И тут я увидела его. Старый, но от этого не менее великолепный, заброшенный собор святого Владимира, который расположился так удачно, прямо в центре огромной поляны, трава на которой уже выгорела из-за палящего солнца. Здание собора представляло собой мертвое совершенство. Я так и представляла, как в этом здании горит свет, и священник читает свою молитву.

А солнце уже начинало садиться за горизонт. Лес становился все мрачнее и мрачнее, нагнетая обстановку, которая и так была не ахти.

Кто-то грубо подтолкнул меня вперед, но мне почему-то стало панически страшно заходить в этот собор. Наконец, до меня дошло, что это все совсем недетские забавы, это все — реальное, настоящее и уж точно совсем не сон. И прямо сейчас могут умереть все, кого я люблю.

Страх своими липкими пальцами сжал в лапах мое сердце, которое с каждое секундой увеличивало количество ударов в минуту.

— Пошла! — рявкнул Богдан, толкнув меня так, что я еле-еле удержалась на ногах.

— Зачем вам все это? — прошептала я, делая шаг в сторону собора.

— Власть, маленькая Принцесска, власть, — прошипел мне на ухо Богдан, обжигая кожу своим горячим дыханием.

Мне было противно. Каждая клеточка моего тела хотела врезать ему со всей силы, только вот движения мои были ограничены, так что исполнить свою мечту мне не удастся.

Уберись из моего личного пространства!

Внутри собор был таким же прекрасно-завораживающим, как и снаружи. Воображение рисовало красивые лестницы с витиеватыми перилами, выкрашенные в золотой цвет, которые сейчас были облезлыми и сломанными в некоторых местах. Иконы святых сейчас представляли собой нечто уродливое и изувеченное.

Как в таком месте может храниться нечто столь сильное?

Нечто, что может взорвать все дома семейств.

Интересно, есть вероятность, что оно не сработает?

Что оно просто сломалось за все эти годы?

Я понимала, что надеяться на это глупо и чрезвычайно наивно, но есть ведь такая вероятность?

Мы спускались в подвал собора, и это жутко пугало, так как все лестницы и пол скрипели, да и все здание, собственно говоря, не внушало никакого доверия и прочности, казалось, что оно вот-вот развалится, но моего мнения на этот счет никто не спрашивал.

Мы пришли в большую комнату, в которой не было ничего, совершенно ничего, ни единой двери, которая бы вела куда-либо.

— Ната, камень, — спокойно проговорил Антон, обращаясь к дочери, которая вдруг стала какой-то бледной.

Наверху раздался оглушительный грохот, который услышали все, находящиеся в комнате.

Да, это точно они!

Я не знаю каким образом, но они нашли меня! Но только вот зачем им создавать такой шум?

Неважно! Главное, что они пришли!

Но, вопреки моим радужным мыслям, в комнату вошел Дима, который выглядел слишком потрепано для своего типичного состояния. Он окинул меня взглядом своих темных глаз, а потом перевел его на своего отца.

Боже, а я ведь почти поверила, что они пришли, почти поверила, что меня вытащат отсюда целой и невредимой.

Я кожей чувствовала присутствие Дениса в этом здании, но, похоже, я ошиблась.

— Она здесь зачем? — голос звучал хрипло, отдаваясь эхом от каменных стен.

— Надо же как-то развлекаться, — пожал плечами Антон. — Рената, я все еще жду камень.

Необходимо что-то предпринять прямо сейчас, иначе потом я буду жалеть всю свою жизнь, что не рискнула сейчас. Резким движением мой локоть ударился в твердую, как сталь, грудь мужчины, который держал меня. Тот, не ожидая такого был сбит с толку, а я тем временем рванула к Ренате, намереваясь воспользоваться общим замешательством и вырвать из ее руки красный алмаз.

Пара сильных рук резко перехватила меня и швырнула на пол. Богдан раздраженно зарычал, направляясь ко мне. Вот сейчас-то он меня убьет, и никто его не остановит. Позвоночник явно был не в восторге от подобных полетов и ударов и каменную стену, но мне пришлось на время заткнуть его ной. Нужно что-то делать, иначе этот зазнавшийся наследник придушит меня прямо сейчас.

— Сделаешь к ней еще хоть шаг — останешься без ноги, — саркастически произнесли со стороны двери.

Я могла даже не оборачиваться: этот голос я узнаю из тысячи. По телу развилось блаженное тепло от осознания, что с ним все в порядке.

Романов пришел.

Плевать, что я могу умереть. Плевать, что мы все можем умереть в ближайшее время.

Просто на-пле-вать.

Главное, что он рядом.

Я посмотрела на него. Идеальный, как всегда. Смотрит с яростью на Богдана, который остановился на полпути ко мне. На наследника угрожающе смотрело дуло пистолета Дениса. Странно, что он один. Где все?

Кто пустил его сюда совершенно одного?

Я попыталась отползти подальше, но ноги будто бы окоченели. Я судорожно переводила взгляд то на Романова, то на Богдана. Сейчас я бы определенно точно могла бы сравнить их с двумя животными. Романова с черной пантерой — грациозной, опасной, непредсказуемой и потрясающе красивой, а вот Белова в своей голове я почему-то сравнила с гиеной. Он же такой же мерзкий, трусливый падальщик.

— Денис Романов, — хлопнул в ладоши Антон. — Неужели тебе хватило глупости прийти сюда одному? Странно, ведь твой отец был безумно расчётливым и слишком умным человеком.

Я видела, как лицо Романова резко похолодело при упоминании его отца, но его рука с пистолетом не дрогнула. Дуло уверенно и угрожающе продолжало смотреть прямо на Богдана, рука которого стремительно тянулась к пистолету, закрепленному к заднему карману джинсов.

— Не надо меня недооценивать, — ухмыльнулся Денис, не сводя с Императора яростного взгляда. — Кинь пистолет на пол, иначе останешься без руки.

Тут из-за его плеч вышли Тёма и отец с довольно-таки грозными лицами и Глоками в каждой руке. Папа окинул меня беспокойным взглядом, но потом перевел его на Антона. Тёма же оглядел помещение лениво-скучающим взглядом.

Богдан послушно бросил пистолет на пол, скрипя зубами, а мне, наконец, удалось подняться на ноги. Я подбежала к Денису и крепко ухватилась за его плечо рукой, так как самостоятельно я держаться на ногах не могла. Он еле слышно выдохнул, когда я крепко сжала его плечо.

Будто бы почувствовал мою поддержку.

— Саша Миронов, сколько лет, сколько зим! — ухмыльнулся Белов. — Как там Настя? Не скучает? Ничего, скоро я ее заберу обратно.

— Это вряд ли, — процедил мой отец. — Антон, ты спятил! Это оружие никто не трогал уже много веков, и сейчас никто не тронет.

— Меня тоже не надо недооценивать, — прошипел он, как вдруг в дверь ворвалась целая армия людей, которые заполнили всю огромную комнату.

Нас схватили за руки, оттаскивая друг от друга, выбивая у ребят из рук пистолеты. Тот же самый мужчина, который меня тащил, заломил мне руки за спину, заставляя меня вскрикнуть от накатившей боли в запястьях, но тут я напоролась на нее. На ободряющую улыбку Дениса, которая буквально залила в меня тонну энергии.

Это, черт возьми, было неожиданно. Людей было человек пятьдесят, что было безумно много.

— Все будет хорошо, маленькая, — прошептал он одними губами.

У него есть план. Явно есть план. Только вот, в чем он заключается, этот план?

Рената, ухмыльнувшись, передала своему отцу большой красный камень, который тот в мгновение ока вставил в отверстие в полу, которое было точно такой же формы, как и камень. Раздался грохот, так как пол вдруг начал проваливаться под землю, образовывая нечто вроде лестницы в подвал.

Я охнула от удивления, уставившись во все глаза на то, как Император ступает на первую ступеньку лестницы. Неужели все-таки они победят? Этого просто не может быть. Так не должно быть.

Этого просто не может быть.

Ведь добро всегда побеждает зло.

Я резко дернулась в руках обидчика, заставляя его сжать мои руки еще сильнее. Черт. Вся боль в теле ушла на второй план, так как сознание сейчас полностью занял тот факт, что через пару минут все наши дома взлетят на воздух.

— Ваше Императорское Величие, а с этими что делать? — спросил мужчина, который заломил мои руки с такой силой, что, казалось, вот-вот затрещат кости.

Но я терпела. Терпела, закусив губу, потому что это сейчас совсем не главное.

— Проследите, чтобы не сбежали, — отрешенно буркнул он, с горящими глазами глядя на лестницу. — Потом придумаю, что мне с ними сделать.

Как только они скрылись, я услышала со стороны Дениса тихий приказ:

— Сейчас!

Тихий хлопок, и меня больше ничего не держит. Я мгновенно отскочила, оглядываясь. С невероятным облегчением, я увидела копну красных волос.

— Соскучилась? — она забавно подергала бровями.

— Кира, — я крепко сжала ее в объятиях, замечая, что слезы начинают формироваться в уголках глаз.

Я не могла не заметить, с какой любовью и нежностью смотрел на красноволосую девушку рядом стоящий Егор. Это заставило меня улыбнуться, ведь теперь есть надежда, что все будет хорошо.

— А со мной не здороваешься, Принцесска? — боже мой, этого просто не может быть.

Я, стараясь сдержать крик радости, бросилась на шею своему телохранителю, не обращая внимания на ноющую боль во всем теле.

— Потрепали же тебя, малышка, — ухмыльнулся он, сжимая меня в своих медвежьих объятиях.

Все люди Белова валялись в нокауте, а рядом с последним стояла женщина в черной кожанке и камуфляжных джинсах. Тёмные волосы были затянуты в высокий хвост, а в руках она уверено держала небольшой пистолет.

Мама.

Зачем они взяли ее с собой?

Она ведь еще слишком слаба, чтобы выходить на подобного рода задания. Как папа вообще разрешил ей выйти из безопасного места?

Она посмотрела на меня своими карими глазами с беспокойством и сожалением, но сейчас снова не было времени, чтобы поговорить. Почему постоянно необходима смертельная опасность? Почему всегда, когда мы встречаемся, то кто-то находится под прицелом дула?

— Мелкая, — позвал Романов, а я просто не могла не уткнуться носом в его грудь.

Хотя бы на мгновение. Я понимаю, что сейчас каждая секунда на счету.

Но мне это нужно.

Чтобы успокоиться.

Чтобы привести мысли в порядок.

Чтобы почувствовать себя в безопасности.

— Ты останешься здесь с Темой и матерью, пока мы разберемся с этой проблемой, понятно? — прошептал он, зарываясь носом в мои волосы, целуя их.

Ну, уж нет. Я не собираюсь держаться в стороне.

Не в этот раз, когда всем угрожает такая опасность.

— Я больше тебя никогда не оставлю, — прошептала я, крепко цепляясь за его руку.

— А я не позволю, чтобы хоть кто-то причинил тебе вред, — произнес он. — Я не смогу выкладываться на полную силу, осознавая, что ты где-то рядом можешь получить пулю в лоб.

— Дай мне пистолет, — упрямо сказала я, отталкивая его и протягивая руку.

— Дэн прав, малышка, — произнес отец. — Ты с матерью останешься здесь и будешь нас прикрывать, хорошо?

— Ладно, — сдалась я.

— Вы схерали так орете? — послышался голос со стороны лестницы.

Как только я увидела, кто идет, я мгновенно выхватила из рук Дэна пистолет и направила его на блондина. Если он сейчас нас спалит, то уж точно на эффекте неожиданности нам не выиграть.

— Принцесска, у тебя дрожит рука, — ухмыльнулся Белов, как-то странно глядя на меня.

— Пошел к черту! — прошипела я, как вдруг Денис притянул меня к себе сзади за талию, аккуратно забирая у меня из рук пистолет.

Что он творит, черт возьми? Он что сошел с ума и не видит, кто стоит перед ним? Это Дима Белов, черт возьми! Он смешает нас с грязью, даже ботинки не запачкав. Я посмотрела на Романова со смесью непонимания и злости.

Да что это с ним такое?

— Он помогает нам, мелкая, — сказал он просто.

Что?

Я посмотрела на Белова, который все так же продолжал ухмыляться, глядя на меня из-под светлой челки. Но зачем ему это? Почему он предает всю свою семью, чтобы помочь нам? Может, у него есть какие-то свои цели?

Не может быть, что он делает это все по доброте душевной. Но Денис бы не стал ему доверять, если бы не было на это веских причин.

А если ему доверяет Денис, то и я ему доверяю.

Я бросила на него еще один подозрительный взгляд и выдохнула, повернувшись к Денису:

— Будь осторожен.

— Конечно.

Все ушли, остались только я, мама, Тема и Дима, который сказал, что, если потребуется, то он скажет своему отцу-психу, что его просто здесь вырубили.

— Саша, — позвала меня мать, когда все стало более-менее тихо. — Прости меня, пожалуйста, я не должна была оставлять тебя там.

Я удивленно на нее уставилась. Так вот из-за чего ее гложет чувство вины. Она считает, что подвела меня, хотя это совсем не так. Я подошла к ней и взяла ее за руку, пытаясь как-то приободрить.

Если быть до конца честной, то я чувствовала себя неловко, потому что совершенно не знала, как мне себя с ней вести, ведь я ее даже не знаю.

— Ты не виновата, — произнесла я. — Ты поступила правильно.

— Нам столько всего нужно обсудить, — с полными глазами слез сказала она.

— И мы обсудим, — заверила ее я, крепче сжимая ее ладонь в своей. — Нужно только выбраться отсюда целыми.

Она утвердительно кивнула головой, как вдруг раздался треск. Что? Что происходит?

Страх.

Теперь он снова появился, свалившись как гром на Землю. Я крепко сжала в руках пистолет, который дал мне Романов.

Как только дверь открылась, Дима, каким-то неведомым образом оказавшийся рядом, схватил меня за руку и завел за свою спину. Что? Почему он меня защищает?

Из-за двери вышла Алёна Белова с целой толпой охранников, которые окружали ее, как мухи. Я выставила пистолет на вытянутой руке, направляя его в сторону сексуальной шатенки.

Я не могла не заметить, как в одно мгновение поменялось выражение лица моей матери. Я еще никогда не видела столько ярости на ее невероятно-красивом лице, обрамленном светлыми волосами.

— Мать, — выдохнул Дима, запустив пятерню в волосы.

— Сын, — в тон ему ответила она. — Ты не хочешь объясниться?

— Воздержусь, — произнес Белов.

— Тогда умрешь вместе с ними, — произнесла она. — Убрать их всех.

Ну, все.

Теперь идея прикрывать Дениса и остальных не казалась мне таким уж безопасным делом. Все сразу раскидались кто куда, начиная драться друг с другом, раздавались выстрелы и звуки ударов.

Я совершенно не могла понять, что происходит, потому что мой мозг отказывался воспринимать всю ситуацию здраво.

Я тоже дралась. Вымещала все свою злость, которая накопилась за все это время. Мне было плевать на себя, я била так, что мои костяшки уже были сбиты в кровь, я вся была в крови.

В своей или в чужой.

Непонятно.

Злость заполнила меня целиком, вытесняя все остальные эмоции.

Я не замечала никого и ничего, кроме лиц моих обидчиков.

Я не чувствовала боли, когда сама получала удары, не чувствовала, что кровь стекает из губы по подбородку.

Краем сознания я замечала, что Дима страхует меня, что мне совсем не нравится.

Я сама.

Я все сделаю сама.

И мне не нужна ничья защита.

— Принцесска, — вдруг не своим голосом проорал Дима.

Раздался выстрел, а я в ступоре уставилась на направленное на меня дуло пистолета.