Жертва

Солнце. Яркое, желтое, теплое, несмотря на позднюю осень, согревающее редких прохожих. Они не знали, но оно светило так ярко в последний раз в этом году, дальше всех ждала сырость, серость и долгая зима. Из-за незнания люди не могли по-настоящему оценить этот день и эту погоду, но некоторые замечали.

Мейв стояла возле ярко-синего седана и курила, разглядывая солнечные лучи, играющие на стеклах автомобиля. Сегодня она выбирала машину, и она выбрала самую яркую, выделяющуюся среди других, буквально сияющую своим цветом среди десятка простых черных автомобилей. Этот выбор полностью гармонировал с ее состоянием, но был не его отражением, а, скорее, дополнением - в то время, как девушка чувствовала себя в последние дни потрясающе спокойно и уравновешено, этот синий цвет был ярким пятном, нарушающим идиллию. Как инь и ян, словно черное в белом и белое в черном, создающее в итоге идеальный баланс.

Мейв краем глаза заметила движение и перевела взгляд на больничный вход. Из дверей вышел Маркус, под руку которого держала Хелен. Она выглядела великолепно, расцвела словно роза. Удивительно, но именно сейчас, когда она провела в больнице почти три недели и не имела доступа к многочисленным уходовым средствам, косметологам и дорогим процедурам, она стала настоящей красавицей, совсем другой, естественной, сияющей. Мейв не могла отвезти взгляда от Хелен, а та смотрела на нее в ответ. Они вели безмолвный диалог, понятный лишь им двоим.

- Рада тебя видеть, Хелен, - вежливо сказала Мейв, когда брат с сестрой подошли к машине.

- Лицемерие тебя не красит, - усмехнулась Хелен, в ответ на что Маркус состроил такое уморительно недовольное выражение лица, что девушки синхронно расхохотались.

- К моему удивлению, я говорю искренне. Хорошо выглядишь, - улыбаясь, произнесла Мейв, и открыла дверь автомобиля, махнув рукой на заднее сиденье, - прошу, миледи, извольте присесть в вашу карету и отправиться в счастливую жизнь.

- Смотрю, Маркус на тебя дурно влияет - выучила его шуточки, - ехидно прокомментировала жест Хелен, но в машину села.

Маркус смерил Мейв недовольным взглядом и покачал головой. Он не понимал этих девушек - любят они друг друга или ненавидят? Что это за взаимоотношения? Они постоянно ругались, стоило им оказаться в одном помещении, но при этом улыбались и за спиной говорили друг про друга только хорошее.

- Дурдом, - прокомментировал парень, обходя машину и садясь за руль.

Мейв хихикнула, сделала последнюю затяжку, кинула окурок на асфальт и села на переднее пассажирское сиденье.

- Ты уверена, что сразу хочешь поехать в аэропорт? - еще раз спросил Маркус, глядя на сестру в зеркало заднего вида.

- Маркус, ты уже раз сто спросил, не меньше. Мой ответ не изменился, - недовольно ответила девушка, закатывая глаза.

Мейв отвернулась к окну, пряча играющую на губах улыбку, и посмотрела на больницу, которая в последнее время стала ей вторым домом.

Хелен выписали только сегодня, а Мавеллу отпустили уже полторы недели назад, записав на еженедельные приемы к психотерапевту. Уже две недели девушка пила антидепрессанты и дважды общалась со специалистом - неизвестно, что именно помогало лучше, хотя она подозревала, что первое, но положительный эффект определенно был. Мир стал ее радовать и меньше пугать. Мейв согласилась переехать к Маркусу, потому что, взвесив все "за" и "против", осознала, что его поддержка тоже является частью ее лечения. А еще она хотела полностью сосредоточиться на полном восстановлении, и бесплатное жилье могло дать хорошую фору в поисках работы - отложенных денег при должной экономии могло хватить еще месяца на четыре, а то и пять, без оплаты аренды.

Маркус был счастлив, хотя и сдерживал свои эмоции, но все было, как обычно, написано на его лице. Они с девушкой по очереди готовили еду и убирались, вечерами смотрели фильмы, иногда гуляли, и он всячески старался ее веселить. Ночные кошмары, наконец, прекратились, и Мейв стала спать одна, и спать по ночам, а не днем, как раньше. Больница наладила ее режим, хотела она того или нет. Тут был большой прогресс. А вот с прикосновениями было сложно.

Теперь, зная, что Маркус в нее влюблен, девушка боялась задеть его чувства своими действиями. Он был слишком ласков и нежен, слишком мил, Мейв было так страшно, что она может разбить его сердце, разбить сердце друга, оставить ему травму на всю жизнь, покалечить. Поэтому она больше не пыталась к нему прикоснуться, но думала об этом постоянно.

Когда они смотрели фильм, он всегда клал руку на диван так, что она оказывалась возле ноги девушки, будто пытался снова и снова воспроизвести их прежние моменты "близости". Но Мейв не касалась. Она смотрела на руку долго-долго, но не двигалась с места. При этом девушка не боялась, потому что знала, что справится со всеми проблемами, и с этой тоже, просто не сейчас.

А самым удивительным оказались их отношения с Хелен. Внезапно, после того разговора, обе девушки осознали, что между ними возникла некая связь. Они понимали, что никакой дружбы между ними не будет, но непонятная связь была. Какая-то привязанность, обоюдное беспокойство. Мейв иногда заходила к Хелен в палату, когда приходила на терапию или на прием к врачу, а Хелен, в свою очередь, бывало, писала ей сообщения со странными рассуждениями среди ночи.

Сначала они говорили о каких-то мелочах, а потом заговорили и о прошлом, и о Кейдане, и о Маркусе, и обо всем, что с ними происходило в этой жизни. Нашли общий язык, почувствовали друг друга, смогли понять и простить.

Теперь же Хелен уезжала. Она чувствовала свободу, чувствовала новую жизнь, которая ждала ее, чувствовала, что больше ничего ее не держит здесь - ни в этом городе, ни в другом, ни в этой стране.

Хелен решила довериться свои инстинктам и отдаться судьбе, от которой вечно бежала. Она записалась на художественные курсы в жарком городе в другой стране, сняла там же маленькую квартирку - благо, денег у нее всегда было в достатке - и больше не строила совершенно никаких планов. Она была свободной и счастливой, готовой наполнить себя новыми впечатлениями и вдохнуть вторую жизнь.

И теперь они ехали в аэропорт. Без чемодана, без вещей, с кошельком и новым телефоном, Хелен собиралась исчезнуть и скрыться от всех прямо сейчас.

Компания приехала в аэропорт гораздо быстрее, чем каждый из них предполагал, и теперь наступило время прощаться. На Маркуса было больно смотреть. Он сжал сестру в объятиях так сильно, что она издала жалобный хрип.

- Задушишь, - просипела девушка, но из крепкой хватки не вырвалась.

- Хелен, я буду безумно скучать. Я тебя так люблю. Спасибо, что ты есть у меня. Это все... Несмотря на то, что случилось, я рад, что ты приехала, что все именно так сложилось, что так закончилось. Я так рад, - Маркус бормотал фразу одну за другой, старательно проглатывая всхлипы, - ты обязательно будешь там счастлива, а если что - мы всегда будем ждать тебя тут. Ты же приедешь?

Хелен слушала брата вполуха, улыбаясь и кивая на каждое слово, а сама смотрела через его плечо на Мейв.

Девушка стояла чуть поодаль, сложив руки на груди, и тоже смотрела на Хелен. И улыбалась. Это была странная картина - казалось, девушки понимают друг друга без слов, а в этих улыбках кроется какая-то тайна, известная им одним.

Маркус держал сестру в объятиях почти десять минут, пока та не попросила ее освободить.

- Маркус, все будет хорошо, - девушка потрепала его рукой по волосам, - и тебе пора постричься, совсем оброс, - парень рассмеялся, но в его глазах стояли слезы, - я тоже тебя люблю. Спасибо тебе за все. И дай мне с Мейв поболтать, хорошо?

Маркус рассеянно кивнул и отступил, давая девушкам пространство, чтобы уединиться. Мейв шагнула к Хелен, все еще улыбаясь, и последняя лукаво улыбнулась в ответ.

- Мейв.

- Хелен.

Они помолчали, разглядывая друг друга.

- Твои слова звучали, как прощание навсегда, - заметила Мавелла, внимательно разглядывая девушку.

Хелен молча улыбнулась и загадочно покачала головой.

- Я знаю, что оставляю Маркуса в хороших руках, - сказала девушка вместо ответа, - позаботься о моем брате, - Мейв кивнула, - больше мне нечего тебе сказать. Желаю найти себя и больше не терять, да?

- И тебе желаю того же, - кивнула ее собеседница.

Хелен протянула Мейв руку с оттопыренным мизинцем и сказала:

- Наш секрет я увезу с собой.

Мавелла смущенно потупилась, а потом легко обхватила своим мизинцем мизинец девушки и пожала. Они сделали это незаметно, быстро и скрытно, словно совершили ритуал.

- Спасибо за все, Хелен, - прошептала Мейв, а потом повернулась и махнула Маркусу, - чего стоишь? Все, посадка начинается, пора отчаливать.

Парень подскочил к Хелен, снова крепко сжал ее в объятиях, а потом отпустил, и девушка скрылась в глубине аэропорта, махнув рукой на прощание, но не обернувшись.

- Черт, я уже скучаю, - протянул Маркус.

Мейв только покачала головой и пошла к выходу из аэропорта.