Жертва

Хелен взяла телефон и прокрутила сотню непрочитанных писем. Она сказала на работе, что попала в больницу, поэтому ее пока не трогали, но рабочие вопросы продолжали падать на почту. Однако, девушка потеряла всякий интерес к решению этих проблем. Ей больше не хотелось возвращаться в свой город и не хотелось заниматься этой работой. Ей вообще ничего не хотелось.

Кейдан с тех пор, как она его выгнала, не появлялся. От него не было ни одного звонка или сообщения, и девушка лишний раз убедилась в его слабости. Вместо того, чтобы решить проблему, поговорить с ней и со всем разобраться - мужчина просто исчез. Хелен хмыкнула своим мыслям и отложила телефон.

Девушка встала с кровати и вышла из палаты. Она медленным шагом преодолела коридор и завернула в туалет. Врачи категорически запрещали ей ходить, но она не могла себя заставить ездить на коляске. В туалете Хелен остановилась у зеркала и подняла больничную рубашку, оголяя живот. От пупка к боку тянулся уродливый шрам. Сегодня утром медсестра сняла ей бинты, и она наконец увидела то, с чем ей придется теперь жить всю жизнь.

- Его можно убрать потом шлифованием, - сказала девушка, когда увидела выражение лица Хелен.

- Нет, спасибо, я оставлю его, как напоминание об ошибках, - задумчиво ответила она.

Медсестра хмуро покачала головой и ушла, явно решив, что у Хелен не все в порядке с головой.

Девушка усмехнулась своим мыслям - почему бы, собственно, и нет? Если люди носят кольца, чтобы показать, что они женаты или замужем, то почему нельзя носить свои шрамы, чтобы показать самому себе, каким глупым ты был и какие неправильные выборы сделал. Ее брак тоже был неправильным выбором, но физического следа от него не осталось. Потому люди и совершали свои ошибки повторно - мозгу свойственно забывать плохое, вот он и стирал все, что они сделали, а они давай по новой, снова на те же грабли. Снова замуж за не того человека, снова на работу, которая им не нравится, снова возвращались в город, который им не мил. Хелен подумала, что было бы неплохо, если бы после брака вместо кольца на пальце оставался шрам - как напоминание об ошибке. И сколько браков, столько и шрамов. А когда собирался бы выходить снова замуж, шрам бы болел и тебе надо было бы претерпеть эту боль, задуматься еще раз о правильности своего выбора, и вот, если готов эту боль терпеть, значит на этот раз все верно делаешь.

Девушка провела пальцем вокруг покрасневшей кожи и поморщилась - все еще больно. Она посмотрела в глаза своему отражению, долго, задумчиво, стараясь прочитать свой взгляд, а потом опустила рубашку и вышла из туалета.

Хелен никогда не лежала в больницах и у нее не было связанных с ними плохих воспоминаний, поэтому белые стены и потолок, белые халаты и неприятные запахи не казались ей отталкивающими, скорее наоборот - успокаивали. Последние дни она провела в таком хорошем расположении духа, что подумала, что было бы неплохо тут и остаться. Она медленно добрела до палаты, аккуратно переставляя ноги и стараясь не напрягать мышцы живота, и зашла внутрь. Маркус уже сидел возле ее кровати.

- Доброе утро, Маркус, - сказала девушка и парень вздрогнул, потому что не заметил ее появления.

Он поднял на нее взгляд и улыбнулся.

- Доброе утро, как самочувствие?

Хелен дошла до кровати, уселась на нее и посмотрела на брата в ответ.

- Вполне сносно. Вот, рассматривала свой чудный шрам в зеркале. Хочешь, покажу? - и, не дожидаясь ответа, девушка подняла рубашку, оголяя живот.

Маркус сначала смущенно отпрянул, не привыкший к таким внезапным видам, но, увидев шрам, громко присвистнул.

- Ого, недурно. Но ведь шрамы украшают, верно? - парень почесал в затылке.

- Понятия не имею, это мой первый, - рассмеялась Хелен, а потом поморщилась, потому что от смеха разболелся шрам, - но мне нравится. Мне идет?

Маркус тоже рассмеялся с ней в унисон, а потом состроил серьезное лицо и деловито кивнул.

- Конечно, идет. Боевое ранение.

О том, что в ранении виновата сама Хелен и Мейв, они не говорили. Хотя последняя сыграла не слишком значительную роль в этой битве. Полицейские хотели завести дело из-за того, что Кейдан их вызвал, но все быстро сошло на нет, потому что и Хелен, и Мейв отказались давать показания, а мужчина вообще исчез.

- Принес тебе кофе, - Маркус кивнул на стакан, стоящий на тумбочке, - ты завтракала?

- Спасибо. Нет, я не голодная, - у Хелен совершенно пропал аппетит после случившегося и она уже по ощущениям потеряла несколько килограммов, но сейчас ее не слишком волновал ее внешний вид, - как Мейв? - девушка знала, где ее брат проводит ночи, но никак не комментировала, а тут внезапно решила спросить, сама не зная почему.

Маркус стушевался, опустил глаза в пол, промычал что-то нечленораздельное, а потом все же ответил:

- Завтра идет к психиатру.

Хелен сделала глоток кофе и поморщилась - он тут был на редкость мерзкий, хотелось чего-то получше, и с этими мыслями она поставила стакан обратно.

- Понятно, - девушка хотела узнать, поговорил ли брат с подругой, что сейчас с их отношениями, как он, но не хотела его торопить, полагая, что однажды он сам все расскажет.

Маркус изменился после их первого разговора. Сначала он был сам не свой - ходил озлобленный, агрессивный, напряженный - а потом Хелен послала его к Мавелле и он вернулся другим человеком. Брат ничего не сказал тогда, только сидел задумчиво, смотрел в окно, молчал. Девушка ждала. Потом Маркус ушел на ночь и вернулся утром, очень рано, и сказал, что спал у Мавеллы. Хелен молча кивнула, ничего не спросила, просто приняла информацию к сведению. Сейчас эта маленькая девочка не вызывала у нее той ненависти, что была раньше, разве что жалость. Вся злость, которую Хелен на нее направила, была из-за Кейдана - это его надо было ударить, ему высказать все, что она думала, но, повинуясь инстинктам, заставляющим защищать территорию, девушка поехала к Мавелле. Сейчас она думала, что поступила очень глупо, но ни о чем не жалела. Все шло так, как должно было идти.

- Хелен, - позвал Маркус, взглянув сестре в глаза, - спасибо тебе...

- За что? - удивилась девушка.

- За все. За то, что ты рядом, за наши разговоры, за Мейв... - парень сглотнул, - мы с ней поговорили, и... Наверное, ты знала это и пыталась мне показать. В общем, я понял. Понял, что люблю ее.

Хелен усмехнулась и расплылась в улыбке. Она протянула руку и потрепала брата по голове. Он был таким милым парнем с такой тяжелой судьбой, и остался таким добрым и хорошим - девушка не понимала, как у него это получилось, сама она стала человеком мерзким и на нее жизнь наложила гораздо больший отпечаток, она это осознавала.

- И, что бы дальше ни случилось, куда бы нас не завела эта жизнь, я хочу быть рядом с ней, - тихо проговорил Маркус, опуская глаза в пол.

- Я понимаю, - Хелен продолжала гладить его по голове, но сама смотрела в окно.

Она видела в его глазах всю эту огромную любовь к этой девочке и знала, что это не просто обычные чувства. Они прошли вдвоем через слишком многое и уже никто не будет ему ближе, чем Мавелла, а другие девушки, если они и появятся, просто не смогут с ней конкурировать и в конце концов уйдут. Так бывает. Иногда жизнь складывается таким образом, что ты вечно тянешься с одному-единственному человеку, любишь его, но никогда с ним не будешь. Это нормально. Любить кого-то так сильно - это одновременно самое ужасное страдание и самое большое счастье.

- И, я хотел спросить, что ты думаешь делать дальше? Не уверен, что сейчас верное время, но мне интересно. Может ты хочешь остаться здесь? - Маркус неловко почесал в затылке и посмотрел на сестру, ожидая ответа.

Хелен долго смотрела в окно и молчала, обдумывая его вопрос. Она не знала, что будет дальше и чего она хочет, но остаться здесь?

- Не думаю, Маркус, прости. Я уеду. Не знаю, куда, но здесь оставаться не хочу. Хочу создать новые воспоминания в новом месте, понимаешь?

Брат кивнул. Он прекрасно понимал.

Вдруг открылась входная дверь. Собеседники синхронно повернулись и посмотрели на внезапного гостя.

- Хелен...

Кейдана было не узнать. Он исхудал, синяки под глазами говорили о бессонных ночах, одежда была помятой, как и весь его вид, а волосы, всегда уложенные и струящиеся, сейчас висели унылыми локонами.

Хелен моргнула, ожидая, что внезапное видение исчезнет, но человек остался на месте. Маркус поднялся со своего места, посмотрел на сестру, потом перевел взгляд на мужчину.

- Что ты тут делаешь? - грубо спросил он вошедшего.

- Хочу поговорить, - голос у Кейдана был жалобный, просящий, Хелен поморщилась.

- Тебе ясно дали понять, что тебе здесь не рады, - процедил брат сквозь зубы и двинулся в сторону гостя.

Хелен схватила его за край футболки и остановила.

- Не надо. Маркус, оставь нас, пожалуйста, - спокойно произнесла девушка, глядя в глаза мужу.

- Ты уверена? - парень посмотрел на сестру, ища в ее глазах ответ.

Хелен кивнула, отпустила его футболку и сложила руки на коленях. Маркус несколько секунд постоял, а потом кивнул сам себе и пошел к выходу, напоследок сказав:

- Я буду прямо за дверью, - и вышел.

Дверь захлопнулась и Хелен осталась наедине с Кейданом. Она смотрела на мужчину и искала в нем то, что ее так привлекало раньше, но не находила. Не находила ничего. Этот человек был ей чужим, незнакомым, словно и не было этих лет вместе.

- Здравствуй, Кейдан, - первой нарушила девушка тишину, потому что гость слишком долго молчал, - присаживайся, - она указала рукой на стул, с которого только что встал Маркус.

Кейдан рассеяно огляделся, а потом последовал указаниям и присел. Раньше он сидел уверенно, с прямой спиной, элегантно закинув ногу на ногу, в своем дорогом костюме и с идеальными волосами. Сейчас он сел на край стула, не зная куда деть руки. Он был в джинсах и футболке, которые висели на нем, как на вешалке, и выглядел весьма удручающе. Его глаза испугано блестели.

- Что скажешь? - спросила Хелен, почувствовав, что сейчас она тут главная и мужчина больше не имеет над ней власти.

- Хелен... - произнес Кейдан, вглядываясь в лицо девушки, - я так по тебе скучал. Дорогая. Как ты?

Хелен фыркнула, не сдержавшись, и мужчина отпрянул словно ошпаренный, пораженный такой реакцией.

- Серьезно? Скучал? Как я? Дорогая? - девушка разразилась смехом, а отсмеявшись, продолжила, - прекрасно, как видишь. Отдыхаю. Замечательно провожу без тебя время, да, - она нехорошо улыбнулась, - а вот ты выглядишь весьма паршиво. Тяжелая жизнь?

Кейдан поник, уставился в пол - он сейчас был таким жалким, что Хелен затошнило от омерзения - он тяжело вздохнул и кивнул.

- Да, без тебя тяжело, - казалось, он не уловил сарказма в голосе жены, - я люблю тебя, Хелен, я скучал по тебе, так сильно, что спать не мог.

Девушка вздрогнула от его слов, как от удара, задохнулась от возмущения.

- Любишь? - ошарашенно повторила она слова мужа.

- Люблю. Люблю больше всего на свете. Я этого не понимал, а теперь понял, что мне нужна только ты, больше никто, - жалостливо бормотал мужчина.

- Ты - идиот, Кейдан, - медленно и внятно проговорила Хелен.

Собеседник поднял на нее пораженный взгляд и открыл рот, услышав сказанное. Он часто заморгал, вглядываясь в лицо жены и силясь понять, о чем она говорит.

- Ч-что? - заикаясь, переспросил Кейдан.

- Идиот, - повторила девушка по слогам и сложила руки на груди, - я подаю на развод. Маркус вернет тебе кольца на выходе. Если тебе нечего мне сказать, кроме своих глупых слов о любви, будь добр, уходи.

- Но я люблю тебя! Ты не слышишь? Люблю! - все так же ошарашенно повторил мужчина, уставившись на жену.

- Рада за тебя, - Хелен усмехнулась, - что навело тебя на эту гениальную мысль? Секс с другими девушками? Сколько их было? Пять? Десять? Больше? Хотя, постой, я не хочу знать. Это уже не имеет значения. Я подаю на развод, хочешь ты того или нет. Можешь все вещи оставить себе, мне плевать, и деньги мне твои не нужны. Просто больше не попадайся мне на глаза, этого достаточно.

Девушка смерила мужчину равнодушным взглядом и скривилась, увидев, что в глазах Кейдана стоят слезы. Какой же он слабый. А дальше - хуже.

Мужчина упал на колени, подполз к Хелен и начал хватать ее за руки, повторяя:

- Я люблю тебя, я люблю тебя, не оставляй меня, я не хочу без тебя жить. Хелен, прошу.

Кейдан потянулся к ее лицу губами, чтобы поцеловать, но девушка отшатнулась, а потом замахнулась и залепила ему смачную пощечину. Голова мужчины крутанулась в сторону, он потерял равновесие и упал на пол, а потом заскулил и разрыдался.

- Черт возьми, Кейдан, ты посмотри, на что ты похож, - с отвращением выплюнула Хелен, - ты просто ничтожество. Ползи обратно туда, откуда вылез. Или я попрошу Маркуса о тебе позаботиться.

Но мужчина не слушал. Он лежал и стонал, всхлипывал, перевернулся на живот и потянулся снова к девушке.

- Маркус! Маркус! - закричала Хелен, не в силах вынести больше ни минуты рядом с этим существом, которое перестало быть похоже на человека.

Тут же распахнулась дверь, и брат влетел в палату. Он окинул комнату взглядом, оценивая ситуацию, а потом склонился над Кейданом.

- Убери его отсюда и отдай ему кольца, - уже спокойнее попросила Хелен.

Парень кивнул, схватил Кейдана за ворот футболки, легко поднял и потащил в сторону выхода. Мужчина подчинился и пошел, продолжая скулить. Через несколько секунд они скрылись за дверью и Хелен наконец выдохнула.

- Твою мать... - пробубнила она себе под нос, а потом обессиленно рухнула на кровать.

Маркуса не было довольно долго. Потом он все-таки вернулся, хлопнул дверью и выругался.

- Ты долго, - заметила Хелен.

- Он устроил цирк в коридоре, в итоге его санитары скрутили, потому что он вел себя, как неадекватный человек. Я сказал, чтобы сюда его не пускали, потом узнаю, что с ним дальше сделали. Кольца отдал, но он их швырнул в меня, так что они остались на полу на первом этаже, - Маркус уселся на стул и покачал головой, - ну и дурдом. Вот что он превратился?

Хелен заметила, что брат избегает произносить имя Кейдана и вздохнула. Брат еще долго возмущался, а потом резко замолчал, заметив, что девушка молчит и не реагирует.

- Извини, меня что-то занесло.

- Все нормально, - Хелен отмахнулась.

Она уже давно не слушала Маркуса и думала о своем. Думала о том, куда бы она хотела уехать и кем бы хотела стать. Раньше она просто стремилась к успеху, к идеалу, а теперь хотела найти что-то, что ей бы действительно нравилось, к чему бы лежала душа.

- Доброе утро, Хелен, - доктор Мартинс, как всегда неслышно зашел в палату.

- Доброе утро, - девушка приняла вертикальные положение и села на кровати, готовясь к осмотру.

- Доброе утро, - поздоровался Маркус, а потом встал, - вернусь попозже, - и вышел.

- Ну что, давайте посмотрим ваши швы, - сказал доктор, присаживаясь на стул.

Хелен подняла рубашку, наблюдая за мужчиной. Он не был симпатичным, но всегда был таким серьезным и спокойным, что с первого дня привлек ее внимание. Девушка подумала, что ситуация очень схожа с ее знакомством с Кейданом, поэтому сразу выкинула из головы все неподходящие мысли, но наблюдать ей запретить никто не мог. Хелен нравилось, как мужчина касался ее живота, ощупывая шрам, нравились его аккуратные мягкие движения, его легкая поступь. Она закусила губу, разрешая себе пару секунд подумать о немного постыдных вещах - после Кейдана девушка считала, что заслужила это.

- Заживает хорошо. Болезненные ощущения есть?

- Да, но несильные. В основном только, если случайно напрягаю пресс.

Доктор убрал руку и записал в карту пару слов.

- Да, такие боли еще будут долгое время, но потом пройдут - это нормальный процесс, ткани срастаются, заживают, рана была глубокая, так что понадобится время на восстановление. Как в остальном состояние? Что-то еще беспокоит? - голос у доктора тоже был мягким, плавным, весь он был такой спокойный, Хелен ассоциировала его с ленивцем или каким-то подобным животным, но при этом более сексуальным.

- Иногда болит голова, но в целом - все хорошо. И еще аппетит пропал.

- Вижу. Вы похудели. Это не очень хорошо, надо лучше питаться, чтобы заживление происходило быстрее.

- Я понимаю, но не хочется...

Доктор ничего на это не ответил, сделал еще несколько записей в карте, а потом закрыл ее и посмотрел на девушку:

- Скоро вас выпишем.

Хелен не особо была рада.

Когда доктор Мартинс ушел, вернулся Маркус. Он принес кучу всяких сладостей, чипсов, шоколадок, бутерброды.

- Ты что, автомат ограбил? - Хелен скептически осмотрела еду, - ты же знаешь, что я такое не ем?

- Почти. Но не ограбил - я за все заплатил, - брат изобразил обиду на лице, а потом добавил, - теперь ты это все ешь. Доктор сказал, что тебе надо лучше питаться.

- Знаешь, я почему-то более, чем уверена, что это все не считается хорошим питанием. Скорее наоборот - вредным.

Маркус закатил глаза, пробурчал "бла-бла-бла", изображая Хелен, а потом всучил ей в руки шоколадный батончик.

- Ешь, это вкусно, Мейв их обожает.

Девушка подняла глаза на брата, услышав имя Мавеллы, и внимательно на него посмотрела. Маркус смутился и сделал вид, что ничего не говорил, сел на кровать рядом с Хелен и взял себе бутерброд. Девушка улыбнулась и опустила глаза, думая, какой же брат милый. Мейв повезло, что он ее любит. Да и Хелен повезло, что он у нее есть.

- Спасибо, - сдалась она и открыла батончик.

- Так-то лучше, - Маркус довольно улыбнулся - он явно собой гордился.