История одной косатки

Он ее скрывал. Первый раз она пришла в поместье Одвет, когда в доме никого не было. Конечно, было понятно, что Валекия в курсе ее существования здесь. Остальным же Орест о ней не рассказывал.

Она казалась странной. Ее лицо всегда было спокойным, она никогда не позволяла себе чего-нибудь дурного, наподобие воровать, интриговать или пытаться проявить больше интереса, чем было позволено. Сначала Орест относился к ней настороженно, лишь изредка заходил в сад и уж тем более изредка с ней говорил. Он избегал ее всевозможными способами, пока в один из дней не заметил странную картину - Нил стоял на балконе, наклонив голову вниз. Ему было так любопытно наблюдать, чем же она занимается. А какая же у него проскочила искренняя улыбка, когда она случайно стукалась об ветку дерева, когда переносила горшки. С тех пор Орест стал уделять Виктории больше внимания. Словно в его голове созрел странный план.

Нил видел и слышал в поместье Одвет очень и очень много, поскольку никто и догадываться не мог, что у стен были уши. Нил знал и о том, что Русик с Яном ночью вечно убегали в ночные клубы, и о том, что Феликс всегда смотрел на фотографию Софьи, когда отправлялся спать, и о том, что это Валекия упросила Ореста, чтобы он согласился нанять помощника из-за больных коленей. А также о том, что Виктория всегда приходила в сад в одежде коричневого цвета. Кто она и почему Орест так ей увлечен?

Поначалу в голову лезли только дурные мысли. Начало казаться, что Орест так часто посещает сад, потому что решил, что имеет моральное право на безумие своей головы. Он то стал больше ссориться с женой, то иногда даже спать от нее стал в отдельной комнате - кабинете. Создавалось впечатление, что он изменяет. Он изменяет своей жене с этой молодухой из сада. Нилу это не нравилось. Он не мог поверить, что отец мог позволить себе поступать с матерью настолько жестоко. После всех тех слез, которые она проливала, когда он приходил домой побитым, после всех завтраков, ужинов, уколов, массажей, которые она делала для его больного тела... Как он мог посметь променять Валекию на другую?! Молодую, красивую, спокойную, улыбающуюся, верную, добрую, мягкую... Но чем дольше Нил наблюдал за Орестом и Викторией в саду, понимал, что все куда сложнее, чем он думал. Нет, Орест точно не изменял матери. Здесь было другое. Только вот что? Чем обычная девушка смогла так сильно привлечь Ореста? Почему он с ней проводил так много времени, о чем говорил? Чем эта девушка заслужила чести находится в саду?

Когда мысли насчет измены медленно угасали, Нил начал искать ответ и на вопрос, почему она. Почему Орест выбрал именно ее. Он точно знал, что Виктория не была здесь по великой случайности или старости Ореста. Было что-то еще, что выделило ее из толпы.

Чем больше Нил смотрел на нее, тем интереснее становилось за ней наблюдать. Когда Виктория не могла поднять что-нибудь тяжелое, она всегда сначала ставила руки в боки, потом так вопросительно хваталась за подбородок, потом рассматривала лопату, а потом этой лопатой пыталась отодвинуть горшок. Смешнее всего были моменты, когда она прикладывала слишком много усилий, и горшок переворачивался. Лицо Виктории в такие моменты было забавнее всего. Эта растерянность, перемешанная с отчаянием и смехом от нелепости ситуации. Не говоря уже о моментах, когда девушка эта могла закрывать глаза и танцевать под музыку, играющую в наушниках. Какая забавная и необычная девушка.

Чем больше Нил на нее смотрел, тем смотреть на нее хотелось еще и еще. Он мог часами стоять у окна своей комнаты, поглядывая вниз на сад, где Виктория весело смеялась с Орестом или выступала ему назло. Она была свободной, настоящей. Обычной. А от того и становилось еще интереснее, почему же Орест выбрал именно ее. И, самое главное, почему он ее прятал? Почему Орест около полгода никому не рассказывал, что она работает у него в саду? Чего он боялся? И имеет ли Нил права знать, что она была там?

Все тайны становились явными, когда ее в саду увидел Ян. Он невзначай, стараясь только не провоцировать возможный конфликт, аккуратно поднял подобную тему за столом.

- Эм... - вновь так смущенно ковырялся он в блюде. - Ты нанял помощницу в сад, пап?

Орест поднял свои хмурые глаза. Было видно, насколько он не ожидал в ближайшее время услышать подобного вопроса. Нил только так увлеченно за всем наблюдал, что же отец скажет теперь про этот маленький секретик?

- Ну да. А ты заходил в сад?

- Я... случайно.

- Ясно. - Орест внимательно осмотрел сыновей. - Да. Я нанял помощницу в сад, так что не бойтесь, если увидите ее. Она хорошая, в дом заходить не должна. Однако и вы ее не пугайте своим присутствием. Поэтому сад старайтесь обходить стороной.

- Я тоже видел ее... - Русик поднял свои испуганные глазки. Забавно, что, он как и Нил, долго об этом молчал. Только вот Нил молчал об этом с самого начала, в отличие от всех остальных. Нил видел и знал обо всем, что происходило в доме.

- А еще кто ее видел? Нил? - Орест зыркнул настолько страшно.

- Через стекло видел. Нельзя?

- Можно. Только все равно старайтесь не заходить в сад. Я не хочу, чтобы она ушла.

Нил так вопросительно смотрел на отца. Папа, почему ты так не хочешь, чтобы она ушла? Почему эта забавная девушка тебе настолько важна?

Узнать разгадку тайны с каждым днем хотелось сильнее и сильнее. Много времени Нил проводил, наблюдая за Викторией. За тем, как она поливала цветы, подпевая себе что-то под нос, как пропалывала грядки, подрезала кустики. И всегда так забавно чихала, после того, как понюхала цветы. И еще он видел, как она смотрела на небо, словно разговаривая с кем-то на небесах. И чем больше Нил хотел за ней наблюдать, тем дольше времени Нил проводил в поместье Одвет. А не там, где его снова изобьют до полусмерти. И Орест это понимал. И ему это было нужно.

- Готова? - спрашивал Ян, когда машина остановилась около поместья Одвет. В окне дома уже было видно, как напряженная Валекия ходит из стороны в сторону, потому что пора выезжать, а Ян куда-то запропастился.

- Если у Нила не отпадет челюсть, будешь мне должен.

Ян снова усмехнулся, вышел из машины, помогая Виктории встать.

- Тогда давай всех покорим.

Виктория пошла за Яном в поместье, придерживая платье. Зашла внутрь.

В гостиной уже сидели все виновники торжества: вот и Софья с животом в облегающем платье, Валекия в не менее темно-синем платье-накидке, а также такой взволнованный Феликс, такой поникший Нил и играющий в телефон Русик. С новой прической. Виктория только сверкнула в него глазами, теперь Русик больше был на человека похож.

Орест тут же заметил в дверях Яна с Викторией. Он такими выпученными глазами осмотрел ее с ног до головы. Виктория же внимательно наблюдала за мимикой главы семейства. Наконец он улыбнулся.

- Виктория. - сказал он. Нил даже поднял голову, очнувшись от своих мрачных мыслей, тут же поспешив к входу. - Я так понимаю...

- Меня Нил пригласил. - перебила она Ореста, когда он уже начал вопросительно смотреть на второго сынка. - Мне ведь можно пойти?

Валекия только так взволнованно подносила ладони к губам, не в силах налюбоваться Викторией.

- Конечно можно, дорогая! - не скрывая восторга так жадно осматривала Викторию с головы до ног.

- Виктория? - Нил подошел ближе, направив на нее взгляд.

Было видно, как его сердце на секундочку замерло. Он явно забыл, как дышать. Вот только было непонятно - произошло так из-за внешнего вида Виктории или потому что он наконец-то знал, что Габриэллочка не пристанет к нему. Виктория подошла ближе, не сводя с него глаз.

- Привет. - сказала она, так пристально взглядываясь в физиономию обескураженного Нила.

Нил повременил с ответом, еще раз осмотрел Викторию с головы до ног.

- Привет. - так тихо сказал он.

- Так, я понимаю ваше восхищение и трогательный момент, однако нам пора выезжать! - говорил Феликс, понимая, что это надолго. - Софья, дорогая, идем...

Феликс помог Софье одеть куртку, пока она продолжала глазами пожирать Викторию.

- Виктория, выглядишь шикарно! - наконец выдала она. - Это Ян помог тебе, да? Сразу видно руку мастера.

- Да. Ян обещал мне, что у Нила отпадет челюсть. - Виктория перевела взгляд на Нила, который к удивлению, все молчал. - Как-то не особо падает. - смотрела она в его глаза.

Нил попытался отойти от сна, вновь зачесал затылок. Он явно не ожидал, что Виктория придет. И уж тем более не ожидал, что она настолько красивая. Еще красивее, чем всегда. Еще красивее, чем когда танцевала в саду.

- С-спасибо... - наконец сообразил он, когда уже все, помимо Ореста, вышли на улицу. - Спасибо, что пришла.

Виктория только усмехнулась. Конечно, челюсть у Нила не упала, но голосок вздрогнул. Да, это определенно стоило того.

- Виктория. - Орест дождался, пока все выйдут во двор. Он внимательно смотрел на нее, потом заметил и косатку на шее, что сомнений спросить больше не оставалось. - Ты уверена, что готова пойти на это? Обратного пути нет. Еще не поздно сбежать.

Виктория только так тяжело вздохнула, поправляя прядь волос.

- Господин Орест, я не Косатка. Пока что нет. - она подошла ближе. Чего-чего, а решимости в ней было уже через край. - Только вот я и не крыса, чтобы бежать при легкой тряске от ветра.

Орест усмехнулся, подгибая трость под рукой. Протянул Виктории ладонь.

- Тогда добро пожаловать в семейство Одвет.

Конечно, пафоса пришлось поубавить. Конечно, Виктория на самом деле до сих пор не была уверена, что поступает правильно и что ей надо соваться и в косатки, и в Одвет. Однако она не хотела больше сомневаться. Хотя бы сейчас она хотела наконец-то выбрать сердце, а не мозг. Сердце, которое все это время кричало ей, какой выбор будет сделать вернее всего. А сердце требовало, чтобы Виктория была здесь. С Одвет. Вот, какой был самый честный ответ из всех возможных.

Нил не долго играл роль ошарашенного дебила, который поник от ее красоты. Такое бывает только в фильмах, да и то в фильмах не всегда бывает такое. А уж в реальной жизни тем более никто такими до жути влюбленными глазами резко смотреть на тебя не начнет. Впрочем, некоторый шок все равно присутствовал.

- И долго ли вы готовили этот план? - спрашивал Нил у Яна. - Мне нельзя было сообщить, что ты идешь? Я же... Я уже придумал, что буду писать на своем надгробии, а оказалось, что можно было обойтись и без этого!

- Мне нравится видеть, как ты страдаешь! - так довольно отсекал Ян. - Так что Виктория молодец, что не рассказала тебе, ха!

- Да уж... Я будто до сих пор не могу поверить, что ты действительно пришла. Спасибо, Виктория.

- Если Габриэллочка тебе лицо не расцарапает, поблагодаришь.

Машина остановилась. Приехали. Местом проведения столь великолепного празднества оказалось невероятно роскошное здание с не менее зелеными колоннами, как были и в том магазине, не говоря уже о подсветке по всему периметру здания. Строение было скорее похоже на поместье какого-нибудь императора или же дом Габриэля Агреста из леди баг. Да-да, той самой, о которой недавно напоминала одногруппница Виктории. Виктории после такого даже захотелось пересмотреть сериал. Да и гром грохотал так, что точно готовил злодейские тучи.

Орест шел впереди, вместе с ним шла и Валекия. Гости постепенно уже заходили в зал, ускоряясь, когда с неба начали падать и крупные капли.

Около входа можно было увидеть множество изящных, дорогих, громоздких автомобилей. Если и устраивать рейд или террор, так и казалось, точно сюда. Впрочем и по количеству охраны казалось безопасно настолько, насколько было и страшно находится здесь.

Позади Валекии с Орестом за ручку друг с другом пошли и Софья с Феликсом. Феликс всегда так нежно относился к своей жене: открывал ей двери, предупреждал о ступеньках, поправлял ее волосы. Да и беременная Софья стала чуть капризнее, чем обычно, так что иначе и быть не могло. Вот из соседней машины вышли и родители Софьи, тут же поприветствовав Ореста. Орест только так добродушно улыбнулся им.

- Ну что, пойдем? - протягивая Виктории руку, говорил Нил. - Мы с тобой вроде пара. Могу я взять тебя за руку?

- Ого, вспомнил о нашем договоре? Похвально. - Виктория протянула руку в ответ. - Ну, пойдем.

Товарищи вошли в помещение. Внутри здание выглядело еще сказочнее, чем так происходило снаружи. Туда-сюда уже ходило множество гостей, как и количеству обслуживающего персонала можно было только позавидовать. Виктории сразу помогли раздеться, на входе проверили и список гостей. Ян успел было предупредить о регистрации Виктории, так что не возникло никаких проблем. Виктория же только сжалась, испугавшаяся всего. Слишком величественно и дорого.

- Виктория, - Ян так серьезно на нее посмотрел, - помни, о чем мы говорили. Осанка.

Виктория поправила плечи. Сердце билось быстро-быстро, ноги, так и казалось, не слушались, голова была туманная от всего. Но Ян был совершенно прав. Это мероприятие нужно не для ее отдыха или показа ее свету. Это мероприятие нужно было, чтобы все знали, что Виктория теперь с ними. С Косатками. С семейством Одвет. Так что и любые переживания оставалось только отложить в сторонку и не вспоминать о них до самой ночи. Это не праздник. Это поле битвы!

- Да уж. - сказала Виктория, когда они с Нилом вошли в главный зал. - Самой красивой на этом мероприятии мне побывать не получится...

И вправду: куда не посмотреть, везде стояли невероятно женственные и обаятельные особы. Каждая девушка была одета в сногсшибательное платье, что традиционная ориентация мужского пола переставала быть чем-то спорным. Не влюбиться в таких было просто нельзя! Очаровательные, где-то нежные, где-то сексуальные. На любой вкус и цвет. Виктория аж цокнула, не понимая, чего это Нил был так недоволен подобным раскладом, чтобы такие красавицы подходили к нему. Дурак.

Все Одвет встали подальше от главного входа около стойки с фужерами. Хоть Орест изо всех сил и пытался скрывать, что нервничал, не заметить этого все равно было нельзя. Хотя бы той же Виктории, которая не меньше всех остальных понимала его страх. Как никак, а на это мероприятие придет и Роман. Оресту, особенно раз Виктория здесь, придется быть невероятно осторожным, впрочем, как и любому члену семейства Одвет.

Пока Феликс с Софьей продолжали общаться с родителями Софьи, стоя недалеко от кучки Одвет, на Яна уже успели напасть, по всей видимости, его знакомые мальчишки со своими не менее очаровательными девочками под ручку. Да что там, даже Русик, который после удачной смены прически, стоял около Яна, наконец-то пользовался популярностью! К нему тут же подошли некоторые знакомые из школы, не в силах понять, почему это Русик раньше не стригся, ему ведь так идет. И только Нил так ничтожно прятался за плечами Виктории, невероятно сильно боясь, что скоро его настигнет кара в виде Габриэллы.

- Нил, встань нормально. - сказала Виктория, когда уже было даже не смешно, что он прячется за ней. - Вообще-то это я должна стоять за тобой, ты мужчина, а не я.

Нил поправил волосы, поправил пиджак.

- Да, прости. Согласен. Наверное, просто устал за всеми мыслями, вот уже и сам ничего не смыслю.

Виктория только аккуратно поправила платочек на кармашке Нила.

- Даже сейчас не застегнешь верхние пуговицы?

- У тебя косатка. - проигнорировав вопрос Виктории, так серьезно спрашивал Нил. - Откуда?

- Мне Ян отдал. Сказал носить.

Нил тяжело вздохнул, зачесав затылок.

- А ты смелее, чем я. Да, намного смелее. - он достал из кармана брюк точно такую же подвеску, как на шее Виктории. - Почему ты такая смелая?

- А кто-то будет смелым вместо меня?

Нил усмехнулся, вновь начиная качать головой, как неваляшка. А в голове, по всей видимости, и снова творился бардак.

- Да. Да. Ты права. - он так серьезно на нее посмотрел. - Давай поставим точку. Поможешь застегнуть?

Виктория только наклонила голову вбок. Если Нил и делал что-то, то точно решился. Он наконец-то решил примкнуть к Косаткам?

- Да вообще без проблем, давай твою косатку! - и Виктория помогла Нилу ее нацепить.

Орест разжал трость. Он увидел, как Виктория помогает застегнуть Нилу косатку. На лице Ореста наконец-то за все это долгое время выступило хоть что-то, похожее на покой.

- Отец? - подошел Феликс, посмотрев на Нила в том числе. - Все нормально?

- Он надел ее... - с таким облегчением сказал он. - Он наконец-то ее надел!

- Значит, решился. - Феликс так внимательно посмотрел на Нила, который улыбался, пока Виктория поправляла ему эту косатку на шее. - Ты точно уверен в ней? Она кажется хрупкой, как стекло.

- Нет ничего прочнее раскаленного стекла, Феликс. - Орест сложил руку на плечо сына. - Я никогда не был ни в чем уверен настолько, насколько уверен в ней.

- Доброго времени суток и настроения, дорогие гости! - начал ведущий на сцене неподалеку, где еще стоял и какой-то рояль. - Пока мы ждем гостей, не забывайте угощаться фуршетом, а также брать напитки! А пока что на сцене выступает...

- Нил?! - с таким шоком раздался до дрожи писклявый голос, когда Виктория на секундочку отвлеклась, рассматривая предложенное столов. Да, она пришла поесть вообще-то. - Ни-и-ил!

Девушка в невероятно коротком платье, держалось которое неизвестно на чем, кажется, на божьем слове, на невероятно длинных каблуках, чуть ли не длиннее ее шеи, да еще и с этими страшными ногтями. Виктория сразу узнала девушку, которая тут же сиганула к Нилу, повиснув на его шее без какой-либо цензуры. Так и казалось, что, еще немного, и Нил распадется на щепки, стоит подобному телу хоть на минуточку дольше повиснуть на нем. Да. Габриэлла. Собственной персоной. Поздравляем, игра официально началась.

Ох, лицо Нила надо было просто видеть! На физиономии его можно было разглядеть и страх, и ужас, и брезгливость, и печаль, и полное разочарование в этой бесконечно-несчастной жизни. Предыдущие дни страданий Нила сейчас казались пылью, по сравнению с тем бесчисленным спектром негативных эмоций на его лице.

Нил с таким отвращением еле как ускользнул от попытки Габриэллы поцеловать его в губы, пока она только продолжала своей нестойкой помадой пачкать его щеки. Нил насколько только мог в подобной нервотрепке постарался снять руки женщины с себя, пока она никак не затыкалась.

- Нил, о Нил! - начала она еще и так наигранно, что ли, дергать его руку из стороны в сторону, словно попала в дораму. - Почему же ты мне не отвечал? Я тебе писала, звонила, я уже подумала, что перепутала номер!

Господи, думала Виктория, а как она с такими перекаченными губами разговаривает вообще? Ей нормально? Это же должно быть максимально неудобно... Будто ее часами напролет пчелы жалили.

- Эм... Габриэлла... - Нил сколько только мог сдерживать агрессию, аккуратно отцепился от нее, поспешно вытирая щеки от ее помады. - Не так активно, прошу!

- Да чего ты!

Вот позади спины Габриэллы и дошли шестерки. С не менее большими губами и фигуристо-короткими платьями. С одной стороны им шло. А с другой стороны было лучше и не смотреть - того и гляди увидишь много лишнего за столь откровенным нарядом.

- Почему ты меня игноришь, как мне такое понимать?!

- Габриэлла! - Нил сказал максимально серьезно, излишняя тактильность подружки начинала подбешивать. - Мы с тобой не встречаемся. Я это тебе уже не раз говорил.

- Ой, да брось ты, ну, Ни-ил... - от такого писклявого голоса уже нужны были беруши. - Значит, не поздно начать, например, сейч...

- У меня есть невеста.

Виктория только вытянула лицо. Ничего себе Нил загнул, аж невеста. Впрочем, логику его можно было понять. На такие мероприятия явно приходят только с теми, с кем рано или поздно все равно заключишь любовный союз. Так что и заявление такое было куда эффективнее для решения такой проблемы, как Габриэлла, чем есть ли бы Нил представил Викторию в роли своей подружки.

- Знакомьтесь, - пока Габриэлла пыталась осмыслить слова, Нил поймал момент полностью избавиться от ее резвых рук. Аккуратно потянул Викторию ближе к себе, так бесцеремонно схватившись за талию. - Это моя будущая жена, Виктория.

Сказать, какие взглядом Габриэлла посмотрела на Викторию, насколько низко упали челюсти шестерок, а также любых очевидцев, которые стали свидетелями криков Габриэллы - это ничего не сказать. Никто, абсолютно никто (да что уж там, даже сама Виктория, если честно) не ожидал, что у Нила Одвет есть невеста. И что он привел ее сюда.

Габриэллочка чуть не упала с каблуков от такого заявления. Нил же сбавил обороты, так взволнованно убирая руку с талии Виктории. Впрочем, и действия его можно было понять - Виктория бы и не так схватилась за кого-нибудь, если бы к ней подобным образом приставали. Однако все равно было немного много неловко.

- Ч-что? - хлопала Габриэлла своими нарощенными ресничками. - Невеста?

- Да. Невеста. - Нил не осмеливался отступать. Даже через слова его спокойные чувствовалась эта ненависть к Габриэлле. - Так что впредь, пожалуйста, больше не вешайся мне так на шею, ладно? Люди неправильно нас поймут.

Виктория чувствовала, насколько же давно Нил хотел сказать Габриэлле подобные слова. Да что уж там, даже Яну с его компашкой, да даже Оресту, стало интересно, что же произойдет теперь. Все, кому было не лень, обратили внимание на Нила и Габриэллу. А кому лень было меньше всего, поняли, что смотреть-то надо и на Викторию, на главную виновницу торжества. Это ведь из-за нее, по сути, сердце Габриэллы сейчас разваливалось на части.

- Что? Она? Невеста? Но как же мы... Как же мы... - она сильнее заливалась краской. Было непонятно, хочет она плакать или царапать Виктории лицо. Но Виктория заметно напряглась, готовая в случае чего и защищаться. Еще ей тут всякие Габриэллочки лицо не царапали!

- У нас с тобой ничего не было и нет. - Нил был максимально жесток. Даже Виктории уже становилось жалко Габриэллу. - Ты это и без меня знаешь. - Нил чуть подрасслабился. - Просто хотел, чтобы между нами не было недопониманий. Вот.

Габриэллочке было слегка плевать на слова Нила. Ее лицо сейчас выглядело куда не лучше физиономии Нила все предыдущие дни. Одного лишь отчаяния и одиночества сколько читалось в ее страшном взгляде! Однако печаль по дураку-Нилу весьма быстро перешла в гнев. Она такими жуткими глазами посмотрела на Викторию. Ну точно сейчас будет царапать ей лицо!

- Невеста, значит... - подошла она чуть ближе, оценивающим взглядом осмотрев Викторию с головы до ног. - Как, как зовут?

- Меня зовут Виктория. Приятно познакомиться с Вами, Габриэлла.

"Ну давай, Габриэллочка, сыграем в игру, кто из нас "больше подойдет Нилу". Попробуй меня победить, дура!" - только об одном подумала Виктория.

Габриэлла фыркнула.

- И сколько же вы... вместе?!

- Около года. - ответил Нил.

- И... и как же вы познакомились?!

- Она работала у нас в саду.

- Что?! - какой же противный писклявый голос! У Виктории так скоро кровь из ушей пойдет. И как только Нил вообще разговаривал с Габриэллой все это время? - В саду?! Она что... что...

- Простолюдинка? - Виктории надоел этот концерт. - Вы хотели сказать, простолюдинка?

Габриэллочка только проглотила язык. Конечно же она хотела сказать что-нибудь примерно такое же.

- Сама за себя и сказала. - она откинула прядь волос. - И чем же... вот ЭТА тебе так понравилась?! У моего отца хотя бы деньги есть, а у ее...

- У меня нет отца. Он сгорел в пожаре, когда мне было 12 лет.

Габриэлла чуть язык не прикусила. Виктория же выглядела настолько спокойно, что только нагоняла жути. Нилу стало так интересно за всем этим наблюдать! Он, конечно, предполагал, что Габриэлла в Викторию вцепится, но чтоб Виктория вцепилась в Габриэллу в ответ... Не хватало колы и чипсов. Хотя это скорее шутка Яна, Нилу было не так смешно. Потому что в дверном проходе он заметил Романа.

Заметил Романа не только Нил. Но и Орест, Феликс, Ян, Русик, шестерки Ореста, оказывается, которые существуют, а также мама Софьи, муж мамы Софьи. И все, кто был хотя бы косвенно причастен к Одвет, а точнее к Косаткам. Даже Валекия.

Атмосфера в один лишь миг от напряженной стала максимально напряженной. Если бы Нилу предложили сейчас измерить свой уровень тревожности, динамометр точно бы лопнул в его руках, осколками царапая изнеженную кожу. Нил головой указал Виктории на Романа, чтобы в случае чего она не забывала обходить его стороной. А Роман же с любопытством оглядывал и гостей помещения, желая найти только их - членов семейства Одвет. Своих заклятых врагов.

- Виктория, я отойду на минуточку, хорошо? - уменьшительно-ласкательные слова, это дурацкое "хорошо" в конце предложения и максимально спокойный голосок. Да, были видно, как Нил боялся. Виктория не могла его не отпустить.

- Да, конечно.

И Нил тут же, не взирая на крики Габриэллы вслед, на зрителей, которые до сих пор не понимали растерянности Нила, на ведущего на сцене, который продолжал что-то вещать, и даже на пышные губы шестерок Габриэллы, пошел к отцу. Слава Богу к отцу, а не к Роману. Зато было показательно видно, какой Нил сделал выбор.

- Невеста, значит... - так агрессивно стукала Габриэлла своим каблучком. Она-то и не была в курсе Романа, так что и на рожице ее только продолжали играться негативные чувства от предательства Нила. - И где же кольцо?!

- Ты сомневаешься в истинности слов Нила? Считаешь, что он мог соврать тебе? - спрашивала Виктория, исподтишка поглядывая то на Ореста, то на Романа. Выяснять отношения с Габриэллочкой сейчас и уж тем более драться, не было никакого резона.

Больше всего сейчас хотелось только снять эти даже удобные каблуки на платформе, переодеться в незаметную серую кофту и бежать отсюда настолько далеко, насколько только позволяет земной шар. Подальше и от Ореста, и от Нила, даже Яна. И уж тем более Габриэллочки. Страх. Страх, что Роман убьет Викторию так никуда и не делся. Виктория все это время пыталась делать вид, что не боится, но знала, знала, что это не так!

- Да как ты... - Габриэлле не нравилась наглость Виктории. - Как ты... - она точно уже готова была начать с ней драться.

- Виктория! - окликнул Ян. Он тут же встал между Викторией и Габриэллой, заметив, каким же околдованно-испуганным взглядом Виктория не могла свести глаз с Романа. - Пойдем!

- Эй, мы вообще-то говорили! - кричала Габриэлла.

- Габриэлла, - голос Яна от басистого стал жестоким настолько, что даже Орест бы его не переубедил, - чуть позже.

Под недовольные междометия из уст Габриэллы, Ян повел Викторию ближе к Оресту. Виктория только еле сдерживалась, чтобы не заплакать. Ей было страшно. Очень и очень страшно. Опять. Роман... Он убьет ее. Он убьет ее, точно убьет! Зачем она только говорила ему те слова в тот вечер!

- Придурок! - Ян так близко подошел к Нилу, аж позволив себе прервать его разговор с отцом. - Почему ты от Виктории отошел?!

Нил посмотрел на такую поникшую Викторию.

- Я... я...

- Еще раз оставишь ее так, мне плевать с какими Габриэллами, я тебе глотку вырву, понял?! Следи за ней! Чтоб она и Русик были хотя бы с кем-то из Одвет! - Ян был таким злым. Намного страшнее страха, который уже витал в воздухе.

- Ян прав, Нил. Твоя ошибка. - Орест поспешил угомонил Яна, пока и сыновья чуть не начали драться. Так и казалось, что чувства устроили настоящий парад к смерти.

- Да, я...

- Не ругайтесь. Он испугался. - Виктория подошла ближе. - Да и что со мной было бы, я с Габриэллой общалась. Не думаю, что кому-то наглости хватило бы влезть. Ну, кроме Яна.

Орест осмотрел Викторию с головы до ног. Хоть она пыталась казаться сильной, даже держать ту же осанку, было видно, как она нервничала. Подводили хотя бы те же коленки, которые без остановки тряслись. Только довольно пышнее длинное платье скрывало тот ужас, который она сдерживала внутри.

- И все-таки, - Орест был серьезнее, чем обычно. Да, что-то будет. Да, что-то было. Да, что-то есть. Теперь каждый из Одвет видел это отчетливее обычного, - Виктория, тебе не следует оставаться одной. Ты пришла на это мероприятие в качестве Одвет. И будь уверена, никто не станет тебя жалеть.

На войне, как на войне. Теперь это было очевиднее некуда. И никакая Габриэллочка уже не вызывала столько беспокойства, как так происходило между членами семейства Одвет. Виктории прямым текстом дали понять, что она своими же руками подписала себе смертный приговор. Что ж, сердце. И как слушать тебя после такого?

- Нил, ты понял, что я тебе сказал? - поспевал Орест, пока коленки Виктории так и продолжали дрожать. Роман же не стеснялся, проходил глубже. Его цель была предельно ясна. Ему нужен был Нил. Только Нил Одвет.

Средний сын Ореста только чесал затылок. Ну точно чувствовал, что ему по шее прилетит!

- Да, я понял.

- Вот и отлично. - Орест, не колебавшись, стукнул тростью. - А теперь сделали нормальные лица и ведите себя естественно. А ты, Нил. Пошел!

Виктория так озадаченно посмотрела на Нила, который старался только глубже дышать, явно чтобы не грохнуться в обморок. Впрочем, с его-то ситуацией даже обморок казался мечтой, способом сбежать от проблем. Хоть и не совсем эффективно и не совсем надолго...

- Нил, ты... - Виктория хотела было пойти за ним. Феликс только остановил ее рукой. Виктория так озадаченно на него посмотрела. Что вообще происходит? У Одвет исполняется очередной план или что за цирк?

- Стой здесь. - коротко и ясно сказал Феликс. - Я пойду к Софье.

Виктория продолжала глазами бегать с одного Одвета на другого. То на Яна посмотрела, который вернулся к своим друзьям, весело с ними похихикивая, будто ничего только что не случилось. То на Русика, который хоть и стеснялся своих друзей, делал лицо никуда не напряженнее всех остальных, стоя не так далеко от любимого братца. Даже тот же Феликс, ладонью прикоснувшись к спине жены, внезапно поплыл в такой беззаботной улыбке начала отцовства. Да что уж там, даже Валекия, которая хоть и неудачно скрывала свою нервозность, всеми силами старалась сейчас делать вид, что она самый обычный человек. А не жена главаря Косаток.

Виктория озадаченно посмотрела и на Ореста. Какого черта?! Оресту же на вопросительные глаза Виктории было крайне плевать. Он смотрел только на него. Только на Нила.

Нил тяжело вздохнул. Страх с каждой секундой интенсивнее воздействовал на мозги, что становилось больно даже думать о страхе. Но он шел. У него была цель.

- Встань и смотри. - так точно отсек Орест, не сводя глаз со среднего сына. Виктория исполнила волю главаря.

Вот и встретились. Нил не поднимал голову. Он зачем-то сильнее растрепал волосы, испортил осанку, ступая, словно был пьян. Поправил и рубашку. Точнее, не поправил ее, а сделал все, чтобы было видно, что висело на шее Нила.

- Нил. - сказал Роман, столь высокомерно подняв голову.

- Да он же... - хотела было возразить Виктория, когда увидела, как Роман с такой до боли довольно-жестокой рожицей приближается к Нилу. Посмотрела на Ореста, который, сложив руки на трость, наблюдал. Наблюдал. Наблюдал. Да, надо наблюдать.

- Нил Одвет. - Роман наконец подошел к Нилу ближе.

Секунда. Виктория аж издалека увидела, как Нил вздохнул, словно приготовившись к роли. К роли, да... Нилу хватило миллисекунды, чтобы опять включить этого дурачка. Так вот, что Орест сказал сделать Нилу. Включить наивного дурачка, с которым был все это время знаком Роман.

- М? - Нил так беззаботно поднял глаза. Выглядел он сейчас настолько же спокойно и легко, как в первую встречу Виктории с Романом. - О, Рома-ан, друг мой!

Нил тут же пошире раскрыл объятия, так небрежно приближаясь к товарищу. За спинами Романа продолжали волочиться шкафы, кажется, Левша и Правша, как их называл Нил. Или Ян. Или все Косатки, взятые вместе.

Роман так нервно смеялся.

- Друг? Дру-у-г.

Нил наконец остановился, беспечно засунув руки в карманы брюк. О, господи, выглядел он сейчас реально, как член какой-то мафии из аниме! Если не похуже. Только спина его хоть и выгибалась, выгибалась вполне естественно, а не как в анимационных фильмах.

Роман так недовольно фыркнул. А шкафчики позади его спины, так и чувствовалось, уже мечтали переломать Нилу парочку ребер.

- М-м-м... Косатка. - он посмотрел на шею Нила. Ну да, на шею Нила с его стараниями-то показать именно эту часть тела, заметить было нельзя.

Нил так задорно поджал губки, после чего в ладошке начал крутить подвеску из стороны в сторону.

- А? Это? - еще более невозмутимое делал лицо. - Да, косаточка. Отец на 14 лет подарил.

Видеть лицо Романа сейчас просто было надо! На лице его промелькнул и психоз, и нервность, и настоящая истерика, перемешанная с отчаянием и тоской. Даже Нилу после его нытья по поводу Габриэллочки оставалось только позавидовать насыщенному спектру эмоций Романа. Роман фыркнул.

- Косаточка... - опустил голову. Еще немного, и он руками своими примится Нила душить. - Может... на балкончик сходим, а?

- Виктория, - Орест не сводил взгляд с Нила, - приведи Нила сюда.

Виктория только сжалась. Она? Нила? От Романа? Издеваются что ли!

- Вы уверены, что я...

- Виктория. - твердо, стукнув тростью, не колебался Орест. - Приведи. Сюда. Нила. Живо!

Виктория поняла, что выбора у нее особо и нет. Ладно, хорошо. Нервный смешок.

Начиная бешено растирать пальцы, так неуверенно ступая на этих удобных каблуках, Виктория отправилась к Нилу.

Нил только так забавно цокнул.

- На балкончик? - переспросил он.

- На балкон. - по роже Романа было видно, как он зол.

- Нил! - Виктория была тут как тут, идеально подметила. Ну все, давай, актриса погорелого театра, твой выход. - Ой, здравствуйте! - Виктория расплывалась в такой неудачной улыбке. Подхватила Нила за плечико. - Вы, кажется...

- Виктория. Виктория Рецмуд. - на лице Романа нервозность стала и еще краше. Было видно, насколько его застали врасплох. Так Орест был прав, Роман и вправду искал информацию о Виктории, иначе откуда знает ее фамилию. - Вы же Виктория, да? - ноздри его оттопырились. - Подружка Нила. - такими дикими глазами переводил он взгляд с Виктории на того дурака.

- Да. - Виктория выдавливала такую отвратительную улыбку. - Прошу прощение, что прерываю ваш разговор, однако господин Орест зовет тебя, Нил.

- Отец? - Нил перевел взгляд на Романа. И ни одного мускула на лице не дрогнуло, да как Нил так мог! Ему бы в кино податься, а не во враги Романа. - Как же я могу заставить его ждать?

Нил поклонился, после чего за ручку повел Викторию обратно к Оресту. Роман же выдал настолько нервный смешок, что Нил аж руку Виктории крепче сжал. Ну, конечно, Нил же боялся оборачиваться спиной к другим людям. Как же ему сейчас было страшно внутри.

И хоть Нил продолжал корчить эту до боли невинную рожицу, ему и вправду было дико страшно. Была бы его воля, он бы тут же принялся биться в истерике, не говоря уже о тех вещах, которые полетели бы с полок, как однажды случилось с Русиком. В случае Нила даже полок не хватило бы. Насколько все было плохо.

Роман еще пару секундочек с нервным смешком повтыкал в пол, пока шкафы не могли понять, что происходит с боссом. А потом глазки поднял и на Ореста. И это было его главной ошибкой.

Орест стоял с невероятно довольно-жестоко-властной рожицей. Он выглядел сейчас настолько страшно, что, казалось, сошел с ума. Например, как люди с психическими отклонениями, которым нравится видеть чужую боль. Романа же подобный взгляд бывшего друга взбесил и еще сильнее, что у него аж задергался глаз. А Оресту было и радостно от этого. На его роже так и написано было: "бойся, милый мой. Игры закончились. И мы идем за тобой. Разорвем твою плоть, как косатки. Увы".

- Идем. - так агрессивно стукнул ногой Роман, тут же развернулся и покинул мероприятие. Да, он видел все, что хотел. Роман просто ушел.

- Нил! - Виктория подергала Нила за плечо, пока он так медленно шел, словно и не слышал ничего, что было вокруг. - Ау, блин, очнись! - Виктория дала ему подзатыльник.

На удивление, от подобного Нил сразу пришел в чувства. Он огляделся по сторонам, глазами будто пытаясь найти Романа.

- Он ушел! - Виктория пыталась поймать его бегающий взгляд. За голову повернула Нила на себя. - Ты там живой?

Нил оклемался. Проморгался.

- Ушел? - переспросил он. А вот и эта паника, которую он так пытался скрыть от Романа.

- Ушел.

Нил опустил взгляд, пощупал лоб, будто пытался что-то понять. К Виктории с Нилом тем временем подошел и Орест, так и не дождавшись, когда же они дойдут до него.

- Ха-ха-ха! - Орест был слишком довольным. Он так весело закинул руку на плечо сына. - Нил, Нил, Нил. А говорил, не будешь.

Нил только рожицу скорчил такую, будто ему неловко или стыдно стало.

- А, собственно... - Виктория крутила головой. - Какие-нибудь объяснения может дадите, по-дружески?

Орест смеялся и еще звонче.

- Ох, Виктория, Виктория! Объяснения - очень важная вещь. Но это все потом. Потом, потом, да-да! - Орест был чересчур довольным. Может, на нем так сказалась нервозность? Может это у него истерика так проявляется? - Отдыхайте! - потрепал он Нила по волосам. Нил же сжался, как маленький песик. - Остаток вечера отдыхайте, наслаждайтесь, радуйтесь. Танцуйте, развлекайтесь, ха-ха-ха!

Орест ничего так и не объяснил, только радостно под ручку взял Валекию и вернулся к своим фужерам, оставляя Викторию в полном небытие.

- Что... только что было... - Виктория пыталась хоть что-нибудь осознать. Но никто и не думал ждать, когда осознание до нее дойдет.

- ВЫ! - растягивая первую буквы насколько только давали возможности губы, подбежала Габриэлла. Да уж, подумала Виктория, беда не приходит одна. - Что... что только что было, куда ты ушел, Нил, мы не договорили!

Нил минуточку повтыкал в воздух, сам, кажется, пытаясь отойти от слов Ореста и общения с Романом. Посмотрел на Викторию. Посмотрел на такого довольного Ореста, на Яна, который приглядывал за всеми. Даже на Феликса, которому будто и фиолетово было сейчас абсолютно все, потому что он был с женой.

- Эй! - Габриэлла стукнула каблучком, пальчики сжимая в маленькие кулачки. - Я с тобой разговариваю!

Виктория локтем толкнула Нила. Он наконец-то прозрел.

- А, Габриэлла! - наконец сказал он хоть что-то. Виктория уж испугалась, что ей опять придется взаимодействовать со столь избалованной особой. От души аж отошло. - Прости, просто задумался.

Габриэлла вновь фыркнула. Вытянула губки поуже, ноздрями куда не уже ноздрей Романа, глядя на Викторию.

- Не верю! - вдруг выдала она. - Я не верю, что вы встречаетесь! Ты мне лжешь!

Такую реакцию следовало ожидать. Виктория с Нилом и вправду не выглядели, как люди, которые бы встречались. Нил не то, что к Виктории практически не прикасался, он на нее даже почти не смотрел! В его мыслях сейчас был, по всей видимости, только Романчик, который так вовремя-невовремя решил посетить столь чудное мероприятие. Да и эта неоднозначная реакция Ореста не сулила ничем хорошим. Или плохим. Самое жуткое во всей ситуации было то, что все вели себя крайне странно. Еще страннее, чем обычно. А это, считай, 256 уровень странности из 124 возможных семьи Одвет.

- Я? Лгу? Почему тебе так показалось?

Габриэлла снова стучала каблучком.

- Вы не встречаетесь! Я уверена! - она так грязно посмотрела на Викторию. Вернее, как на соперницу. - Зачем тебе такая... такая... простолюдинка в отвратном платье?!

Файт. Виктория только наклонила голову набок. Что. Эта. Девка. Себе позволяет?! Она хоть знает, сколько стоит наряд Виктории? Сколько сил и времени было потрачено на него?! Она хоть знакома с таким понятием, как "вкус". Или может ей стоит дать номерочек Яна, чтобы она свою тощую задницу хотя бы одела симпатично? И после этого эта недоделанная кукла смеет называть подобное платье отвратным? Никакие мысли о Романе сейчас и рядом не стояли с этой невоспитанной особой по имени Габриэлла! Виктория так вопросительно смотрела на нее, пытаясь понять, какого черта. Какого черта эта барби наглости имеет выражаться так!

- Габриэлла! - а Нил-то, в отличие от Виктории, не стал подобное терпеть. - Пожалуйста, не говори так о ней. Она моя невеста!

- Невеста? Невеста?! - и снова стукала каблучком, да коготочки свои терла. - Она не может быть твоей невестой, она тебе не подходит, она не достойна тебя!

- Габриэлла! - Нил и еще громче крикнул. Еще чуть-чуть и любой человек в этом зале будет смотреть только на них. - Давай... успокоимся... - сквозь зубы говорил Нил.

- Это нечестно! Это нечестно, нечестно, нечестно! - стукала и стукала каблучком. - Ты мой, ты мой, ты мой! Я не верю, не верю, не верю, что вы встречаетесь, вы лжете, нагло лжете!

Виктория только усмехнулась. Да уж, детский сад, штаны на лямках. Хотя в случае Габриэллы штанов даже без лямок не было, не говоря уже о мозгах или воспитании. Усмешка Виктории же Габриэлле нисколько не понравилась. Ой, как Габриэлле не понравилась эта усмешка Виктории!

- Ты! - ко всему и пальцами тыкать начала.

Виктория же краем глаза позади спины Габриэллочки заметила такого заинтересованного Яна, которому только концерта и подай. Он то ли все ждал, когда Виктория начнет что-то говорить, то ли не мог нарадоваться за несчастье Нила, которому так и не удалось избежать встречи с Габриэллочкой. Однако теперь не оставалось ни малейших сомнений, почему Нил так ныл. Виктория скоро и сама с Габриэллой заноет.

- Ты... Что смеешься?! Я сказала что-то смешное?!

Виктория же еле сдерживала смех. Габриэлла была тем еще чудом.

- Нет, нет, что ты. Продолжай.

Нил только искоса посмотрел на Викторию от ее неожиданной реакции и сам уже хотел только смеяться или плакать. С Габриэллой иначе было нельзя.

- Да как вы можете! Да как вы смеете! Мы с Нилом с самого детства знакомы, мы с ним... помолвлены! С самого детства! Да, он мне предложение сделал, когда нам было еще по 5 лет!

- О-о-о, правда? - Виктория подняла бровки выше, взглянув на Нила.

- Черная полоса в жизни... - цокнул он.

- Что?! Да как ты, да как ты! - Габриэлла снова топала ножкой. - Мы друг с другом и на дни рождения ходили, и в школе одной учились, и на море вместе ездили! Мы намного ближе друг с другом, чем ты с ним!

- На день рождения ходили лет до 10, в школе учились в параллельных классах, а уж на море были пару раз, потому что семьи вместе ездили.

- Да как ты смеешь, как ты смеешь!

- М-да... - Виктория сказала так тихо. - И долго еще?

- Ах ты, дрянь! - Габриэллочка явно злилась пуще прежнего.

- Эй! - Нил закрыл Викторию рукой, когда Габриэлла реально чуть ли не коготки свои выпячивала. - Габриэлла, это уже перебор. Перестань.

- Да ты, да ты! - и снова ножкой стукала, будто больше ничего и не оставалось. - Я... я не верю, она может быть твоей невестой!

- Да, Габриэлла! Невеста она моя, слышишь? Невеста? Стал бы я тебе о таком врать?

- Тогда... скажи ей, что ты ее любишь, раз вы встречаетесь! Ну, давай, говори! - Виктория усмехнулась от подобных предложений и еще громче.

- Я люблю ее. - так непоколебимо сказал Нил. - Я люблю Викторию и хочу прожить с ней всю жизнь. Она мне понравилась, я в нее влюбился, я ее полюбил. Я хочу видеть ее каждый день, каждый день держать ее за руку и целовать.

Виктория бы поплыла от его речей, если бы он так демонстративно не засунул руки в карманы и не сделал эту беззаботную рожицу придурка-Нила, которую всегда включал, когда намеревался врать. Да уж, талант не держать язык за зубами Нил не пропьет.

- Да как ты... - Габриэлла уже не знала, куда ей и деться. - Тогда... за руки... за руки возьмитесь!

Нил, не колеблясь, протянул Виктории руку. Виктория только посмотрела на него, как на дурачка.

- Серьезно? - спрашивала она его мысленно. - Ты правда будешь вестись на поводу этой дуры?

Нил в ответ будто только кивал.

- Да, Виктория, надо, надо. Иначе Габриэлла не заткнется.

Виктория еле заметно закатила глаза, так бесцеремонно схватив Нила за руку.

И тут Габриэллочка полностью поплыла. Ох, как ей не понравилось, что они схватились за ладони друг друга, да еще и Нил пальцами своими вцепился в пальцы Виктории. И по виду-то как крепко держалась связка рук, вовсе без какого-либо смущения или неловкости. Виктории же, как и Нилу, было абсолютно плевать на связку рук. Они друг друга и не в таких местах трогали.

- Да что вы... да что вы... - видно уже было, что Габриэлла на грани. Что ж, отрицание - сама тяжелая стадия принятия из всех. - Тогда... тогда... тогда поцелуйтесь! Живо!

Виктория аж опешила от ее наглости. Нил же на секунду вздрогнул, воздухом подавился что ли. Он тут же отпустил руку Виктории, что на лице его сейчас проступала неловкость и еще больше. К чему, к чему, а целоваться он точно готов не был. Впрочем, и Виктория не горела желанием. Конечно, Нил был симпатичным юношей и от него всегда приятно пахло, да еще и у него были такие нежные и теплые руки всегда, да и он иногда к ней так и прикасался, что по телу пробегали мурашки, не говоря уже о венах, торчащих на его руках и спортивному телосложению... Но, так. Стоп! Не по велению же Габриэллы какой-то целоваться, она что, пуп земли? Что за концерт тут устроили?! Ну это уже переходит все границы!

Нил так взволнованно посмотрел на Викторию. О, боже, подумала она, Нил реально полезет целоваться, только чтобы угомонить Габриэллу? Он реально был настолько тупым дураком? НАСТОЛЬКО?

Виктория вновь усмехнулась. Она опустила голову, еле сдерживая нервный смешок. Поставила руки на пояс, обдумывая дальнейший план действий. Ну целоваться - это уже переходило абсолютно любые границы.

- Смешно. - Виктория наконец придумала, что отвечать. Подняла голову, посмотрев на Габриэллу. - Ты вправду хочешь, чтобы мы поцеловались?

- А что... что, не поцелуетесь?! - в атаку пошли и пальцы, которыми она тыкала всех и везде. - Я так и знала, так и знала, вы не встречаетесь, вы - лжете! - и ко всему ножкой стукнула, ух, какая молодец.

- Поцелуемся. - голос Виктории был очень грозен. Ее достала эта паникерша. Аж Нил от подобных заявлений высунулся. - Обязательно поцелуемся, милая моя. - Виктория подошла ближе. Габриэлла чуть на каблуках не споткнулась от решительности Виктории. - И в губы, и в щечку, и в менее легкодоступных местах. - Виктория поставила руки в боки. - Только вот когда захотим. Где захотим. А не если ты нам скажешь. Понимаешь?

- Да как ты... да как ты...

Виктория выправила осанку, вдохнула поглубже.

- Ой, да чего ты! - включила она наивную дурочку. - Не пойми меня неправильно, я не хотела тебе грубить! Просто любовь... это ведь такое дело... довольно личное... Разве поцелуи на показ будут равнозначны любви? Если бы мы с Нилом целовались по чьему-то желаю, разве это было бы признаком нашей любви друг к другу? - Виктория так нежно прошлась по плечам Нила. Он аж вздрогнул от неожиданности. - Мне очень приятно, что ты беспокоишься о нас, Габриэлла. Я благодарна, что ты заботилась о Ниле до того, как мы встретились с ним. Но целоваться только потому что нам это кто-то сказал - не самое ведь верное решение. Правда? Целоваться нужно не по просьбе, а по желанию, исходящему из души! И мы обязательно это сделаем... - Виктория сложила руки на плечо Нила, так влюбленно-влюбленно глядя в его глаза. - Только вот не потому что нас об этом просят другие.

Речь Виктории звучало настолько сладко, что на зубах начинало скрипеть. Габриэлла рот открыть пыталась, чтобы что-то сказать. Но из уст ее вместо слов выходили только дурные звуки.

- Что ж, - Виктория повернулась к Габриэлле, наклонила голову, да выдавила эту ядовитую ухмылку, - мы, пожалуй, пойдем. Что-то тут душно стало!

Виктория так кокетливо провела ладонью по руке Нила, схватившись за его ладонь. После чего пошла, куда глаза глядят. Кажется, на балкон.

Нил еле сдерживал смех. Ему понравился концерт, который Виктория устроила. Это было изящно. Очень изящно.

- Кхм... - отпустил он руку Виктории, которая только так устало сложила руки на перила балкона. Слава богу, хотя бы погода была теплой, несмотря даже на дождь.

- Смешно тебе? - Виктория так гневно зыркнула на Нила.

Нил пожал плечами, не в силах свести глаз с Виктории. Она его знатно рассмешила тем, как легко заткнула Габриэллу.

- Как ты до этого додумалась?

Виктория поставила руку на пояс. Нил реально сведет ее так с ума. Подошла ближе.

- А если бы я не сказала этого, ты бы реально так легко согласился меня поцеловать?

Нил снова почесал затылок. А ответа-то у него и не было.

- Я бы... не знаю. Наверное, да.

Виктория цокнула. Какой невероятно честный ответ даже для Нила, он что, совсем не понимает, что значит целоваться с девушками?

- Ты хоть понимаешь, что значит поцелуй?

- Да не дурак я! - Нил опускал глазки. Конечно же он понимал всю ситуацию, будто сам не мог себя понять. - Просто... она меня с толку сбила. Я на секундочку растерялся.

Виктория засмеялась. Невинность Нила была настолько невинная, что даже обижаться или ругаться на него не хватало сил. Он реально вел себя, как маленький-маленький песик.

- Эй! Что смеешься? - пытался он посмотреть в глаза Виктории. - Что я такого сказал?

- Нет, нет, ничего, Нил! - Виктория попыталась отдышаться. - Просто твоя... твоя целомудренность меня доконает. Это слишком мило! - и снова отправилась в смех.

Нил только так печально вздохнул, посмотрев на небо. Виктория же наконец закончила свою истерику.

- Да ладно тебе, - Виктория толкнула Нила в плечо, - я же не в плохом смысле говорю о тебе. Просто ты... забавный. Сложно удержаться от такого.

- Я тебе настолько противен? - Нил будто обиделся, что Виктория так демонстративно отказалась с ним целоваться.

- С чего такой умный вывод?

- Ну... мне показалось, что это могло быть причиной, почему ты отреагировала так на слова Габриэллы.

Виктория тяжело вздохнула. Какой же Нил был сложный человек, слишком себе на уме. Опять напридумывал что-то.

- Когда кажется - креститься надо! А насчет Габриэллы... Потому что мы не куклы, которым можно приказать делать что-то, и они сделают, понял?

- Понял.

Нил все равно выглядел таким печальным. Тяжело было понять, какая именно мысль в голове кричала в наибольшей степени, однако Виктория точно знала, что его расстроила не Габриэлла или то, что они не поцеловались. Он будто сам задумался о чем-то, когда Габриэлла наговорила ему подобных слов.

- Слушай, - Виктория отстала от перил, - встань равнее.

- Равнее? - Нил исполнил приказ.

- Закрой глаза.

- Глаза? Зачем?

- Хочу показать фокус. Для этого надо закрыть глаза.

Нил нехотя закрыл глаза, так обреченно вздохнув и засунув руки в карманы брюк.

- И где твой фокус?

Виктория подошла ближе. Встала на носочки. И поцеловала Нила в щеку.

- Три-три. Теперь в расчете. - так спокойно сказала она, поспешив вернуться в зал.

Сердце Нила же остановилось. Он тут же открыл глаза, так взволнованно посмотрел на Викторию. Каждая клеточка его тела начала дрожать, а кислород никак не мог попасть в легкие. Нилу будто перестало хватать сил глотать воздух. Тело его за одну секунду напряглось настолько, что аж заболел живот.

Виктория только так весело от него отвернулась. Но Нил этого не хотел. Он схватился за ее руку. Посмотрел в ее глаза. После чего так нагло подтянул к себе.