67. Не потерял
Из-за задержки, связанной с оформлением выездных документов, самолет не смог прилететь по расписанию.
В зале ожидания было собралось много людей, в том числе, там были старый господин Вэй и Вэй Шочжун.
Так как в зале присутствовали старейшины, там стояла такая тишина, что можно было услышать, как пролетела муха. Цзян Сяоси забился в угол, сжимая телефон влажной рукой. Время от времени кто-нибудь бросал в его сторону испытующий взгляд, но, заметив сидевшего рядом с ним Вэй Юаня с его суровым лицом, поспешно отворачивался.
Самолет приземлился в 11 часов вечера.
Вэй Цидун вышел из толпы и поприветствовал отца с дедом.
Он не был ранен, и с ним все было в полном порядке. На нем была простая белая рубашка и черные брюки, и он все время улыбался. Он не был похож на человека, который только что сумел избежать величайшей опасности, казалось, он с радостью направляется в страну грёз.
Поприветствовав членов своей семьи и обнявшись с ними, Вэй Цидун пошел дальше.
Цзян Сяоси стоял далеко, но он мог четко разглядеть все эмоции на лице Вэй Цидуна.
До него доносились обрывки разговора с членами его семьи. Он слышал, как Вэй Цидун просит деда с отцом вернуться домой и отдохнуть и говорит, что ему еще нужно заехать в офис и кое-что проверить. Затем он услышал, как старый господин Вэй, проявляя искреннюю заботу, просит внука сначала отдохнуть, так как работа никуда не денется.
Вэй Цидун проводил их до машины и, дождавшись их отъезда, направился прямиком к Цзян Сяоси, а затем на глазах у всех обнял его.
Большинство присутствующих были доверенными лицами Вэй Цидуна, и их это нисколько не удивило. Они сделали вид, что ничего не замечают, и каждый занялся своим делом.
Цзян Сяоси почувствовал знакомый запах, и сильные руки обвили его тело, словно этот человек хотел слиться с ним в одно целое. Вэй Цидун протяжно вздохнул, и его теплое дыхание опалило кожу Цзян Сяоси, проникая в каждую клеточку его тела.
- Сяоси, я вернулся...
Цзян Сяоси крепко обнял его, впиваясь всеми пальцами в мышцы его спины, но его голос звучал приглушено и мягко, когда он пробормотал сквозь слезы:
- Ммм...
Вэй Цидун тихо рассмеялся:
- Почему ты плачешь? – с лукавой усмешкой спросил он. – Так сильно беспокоился обо мне?
Цзян Сяоси смутился и, вырвавшись из его объятий, ответил:
- Я плачу, потому что теперь остался без наследства. 🤣
Вэй Цидун рассмеялся и обнял его еще крепче:
- Поехали домой!
Они оба сидели на заднем сиденье автомобиля. Цзян Сяоси уже оправился от волнения первой встречи и теперь хранил молчание.
Они еще не помирились. В ситуации, где речь шла о жизни и смерти, это не имело значения. Но сейчас, когда этот человек вернулся, и жизнь снова вошла в обычное русло, он не знал, как себя с ним вести.
Впрочем, Вэй Цидун явно не собирался смущаться.
Он привалился к дверце машины и, подперев голову рукой, с лукавой улыбкой смотрел на Цзян Сяоси, отчего тот чувствовал себя все более неловко.
- Ну что ты смотришь, - не выдержав, запротестовал Цзян Сяоси.
- Ты такой красивый, - ответил бесстыжий Вэй Цидун.
Цзян Сяоси, не находя слов, лишь фыркнул в ответ.
Вэй Цидун какое-то время, еле сдерживаясь, молча смотрел на него, а затем придвинулся поближе и сказал:
- Сяоси, может... помиримся?
Цзян Сяоси ничего не ответил.
Вэй Цидун наклонился к нему еще ближе и заговорил снова, в его голосе послышались нотки мольбы:
- Я так рад, что ты беспокоился обо мне и даже проделал весь этот путь, чтобы дождаться меня. Я ведь до сих пор в твоем сердце. Давай помиримся, хорошо?
Цзян Сяоси нахмурился и бросил взгляд вперед, где за перегородкой сидели водитель с Вэй Юанем. Ему было неловко говорить при них на эту тему.
- Да все в порядке, им ничего не слышно, - сказал Вэй Цидун.
- Да, нам не слышно, - подал голос Вэй Юань, и Цзян Сяоси окончательно растерялся.
Вэй Цидун постучал по перегородке, давая понять Вэй Сюаню, чтобы он замолчал, и в салоне какое-то время было совсем тихо.
Вэй Цидун сидел совсем близко, подавляя его своей аурой, но при этом выглядел немного жалким, и Цзян Сяоси почему-то вспомнил овчарку Бадоу, которую Даюй столкнул в реку.
Он сжал губы, пытаясь погасить улыбку и рассудительно произнес:
- Беспокойство – это одно, а примирение – это совсем другое.
- Но я же составил завещание в твою пользу, - прищурив глаза, сказал Вэй Цидун.
- Ну, теперь с тобой все в порядке, и завещание потеряло свою силу.
- Я не собираюсь менять его, и ты сможешь воспользоваться им после моей смерти...
- ... Сейчас же замолчи! – Цзян Сяоси бросил на него испуганный взгляд.
На острове Дуоюй было строжайше запрещено произносить слово «смерть».
- Вот видишь, ты снова волнуешься, - с улыбкой сказал Вэй Цидун.
Пока они разговаривались, машина остановилась возле «Жуйхонцзю».
Вэй Цидун вышел из машины, не отпуская руки Цзян Сяоси, коротко переговорил с Вэй Юанем о планах на завтра и отпустил их вместе с водителем.
Он открыл ворота с помощью отпечатка пальца, и они вошли во двор, держась за руки. Вокруг ярусами буйно цвели маргаритки, словно красные сливы, припорошенные снегом.
- Когда их посадили? – спросил Цзян Сяоси и, остановившись, наклонился, чтобы понюхать цветы.
- После того, как ты ушел, - ответил Вэй Цидун.
После ухода Цзян Сяоси он велел перекопать весь двор и засадить его цветами.
- Я подумал, что когда-нибудь ты вернешься и, увидев эти цветы, обрадуешься, - тихо сказал Вэй Цидун, и, если бы не легкая хрипотца в его голосе, Цзян Сяоси не заметил бы, что он изо всех сил пытается обуздать свои эмоции.
Вэй Цидун опустил голову и посмотрел на человека, который нюхал цветы.
Теплый летний ветер обвевал все его тело, и жар медленно охватывал его, достигая самого сердца, и его уже было невозможно унять.
Оказавшись на краю гибели в чужой стране, пройдя через все эти испытания и увидев по прилету человека, о котором он думал день и ночь, он сумел сохранить спокойствие и даже свободно разговаривал и улыбался с другими. Но сейчас, глядя на этого человека, который просто сидел на корточках и вдыхал аромат цветов, он вдруг с невероятной силой ощутил всю глубину эмоций, захлестнувших его с головой.
- Дорога домой так коротка, но я так долго шел по ней... - Вэй Цидун обнял Цзян Сяоси сзади и уткнулся лицом ему в шею. – И на этой дороге я потерял тебя...
Его горячее дыхание опалило кожу Цзян Сяоси, а его слезы промочили ему воротник.
Цзян Сяоси медленно повернулся и обнял его в ответ.
Он долго молчал и, наконец, прошептал всего два слова:
- Не потерял...
Вэй Цидун, казалось, никак не мог оторваться от него и прижался к нему еще крепче.
Они вошли в дом, и он все время висел на Цзян Сяоси, словно огромный пес, не осознавая, что со своими габаритами способен раздавить его.
- Может все-таки отпустишь меня? – Цзян Сяоси приложил ладонь к его щеке и оттолкнул его. – Ты разве не проголодался? Не хочешь перекусить перед сном? И как я могу приготовить для тебя, если ты все время виснешь на мне?
Вэй Цидун отступил назад и, привалившись к дверному косяку, наблюдал за тем, как Цзян Сяоси достает продукты из холодильника.
Он только что принял душ и теперь чувствовал себя отдохнувшим и полным сил, ему совсем не хотелось спать. Он молча смотрел, как Цзян Сяоси готовит лапшу и ошпаривает помидоры, и через десять минут две миски лапши были готовы.
- В холодильнике не было баклажанов, поэтому придется съесть лапшу с помидорами, - сказал Цзян Сяоси, ставя миски на стол.
Он оглянулся назад и увидел стоявшего у двери Вэй Цидуна, у которого весело поблескивали глаза.
- Иди ужинать, - снова позвал его Цзян Сяоси.
- Оу, - Вэй Цидун неторопливо подошел к столу и взял палочки для еды, которые ему протянул Цзян Сяоси. Прежде чем приступить к еде, он вдруг поднял руку и шлепнул себя по лицу.
Затрещина вышла звонкой, но, похоже, она не причинила ему никакого вреда.
Цзян Сяоси уставился на него во все глаза, не понимая, что это на него нашло.
- Я просто боялся, что это только сон, - все еще улыбаясь, сказал Вэй Цидун. – Но нет, это происходит на самом деле, и это замечательно.
Цзян Сясои скривил губы, но все же внимательно посмотрел на его щеку. Убедившись, что на ней нет ни отека, ни покраснения, он перестал обращать на него внимания и приступил к еде.
- Сяоси, ты сейчас... - Вэй Цидун сунул немного лапши в рот и решил кое-что уточнить. – Ты только что сказал, что я не потерял тебя, так?
Цзян Сяоси полностью сосредоточился на лапше, пытаясь проигнорировать его.
Он был немного смущен, но решил отбросить притворство. Сейчас кроме них здесь больше никого не было, так какой смысл думать о том, чтобы сохранить лицо?
- Сяоси, твои слова означают, что мы теперь помирились?
- Хорошо, раз ты молчишь, буду считать, что ты согласился.
Вэй Цидун снова взял палочки и набросился на еду.
Эта ночь была очень тихой, и в этой тишине было слышно лишь как два человека едят лапшу.
Цзян Сяоси снова вернулся, и все в доме стало по-прежнему.
Хотя возвращение домой заняло так много времени, они, наконец-то, завершили этот путь.