30. Ставка
Вэй Цидуну понадобилось всего полгода, чтобы после своего возвращения окончательно укрепить своё положение в семье Вэй. За это время он успел предпринять множество шагов: он отстранил от дел несколько старых членов семьи Вэй, полностью оттеснив старшего брата. Он также успел заключить помолвку с молодым господином из семьи Дуань, а затем расторг ее. Его действия, тайные или явные, заставили других содрогнуться от страха.
С виду он казался таким учтивым и добропорядочным, но все знали, что за этой маской прячется бешеный пёс.
Но была одна вещь, о которой мало кто знал. После своего полугодового отсутствия Вэй Цидун вернулся не один.
- Много же ему понадобилось времени, прежде чем он осмелился показаться с тобой на людях, - послышался мужской голос в углу балкона, где высокий мужчина в костюме закурил сигарету и выпустил струю дыма в лицо молодого парня, стоявшего перед ним. - Что, неужели на этот раз он настроен серьезно?
Это был Вэй Жуфэн, старший брат Вэй Цидуна, с которым они соперничали с самого детства. Он был старшим сыном в семье и, несмотря на то что Вэй Цидун был младше его на два года, он всячески подавлял своего брата.
Со своим ростом, крепким телосложением и властной манерой держаться Вэй Жуфэн подавлял своей аурой. Он заслонял собой паренька, и его лицо было плохо видно, но было слышно, как дрогнул его голос, когда он едва слышно пискнул в ответ:
- Я, пожалуй, пойду.
- Я слышал, ты спас его на том острове, и вы полгода прожили вместе? Что ж, тогда неудивительно, что мой брат, привыкший порхать с цветка на цветок, до сих пор не устал от тебя – все дело в благодарности за оказанную услугу.
Вэй Жуфэн явно не собирался его отпускать и, не обращая внимания на слова этого паренька, взял его за руку:
- Ради тебя мой брат даже расторг помолвку, - насмешливо проговорил он. – Так что, ты уже встречался с нашим отцом?
Он слегка изменил положение тела, и теперь можно было ясно разглядеть внешность этого паренька.
Он был невысокого роста и обладал худощавым телосложением. На вид ему было лет двадцать, а, может, даже меньше. У него было круглое лицо с выразительными чертами, а его глаза сияли влажным блеском. Под натиском Вэй Жуфэна он был вынужден отступать, не осмеливаясь даже смотреть на него.
Достаточно было лишь взглянуть на него, чтобы почувствовать к нему жалость.
- Господин Вэй, я хочу уйти... - паренек заговорил громче, пытаясь выразить протест.
Вэй Жуфэн рассмеялся, и в его голосе можно было различить некий умысел:
- Ну, чего ты испугался? Я же не людоед. Если не уживешься с моим братом, можешь прийти ко мне...
Его прервал звук внезапно распахнувшейся двери. Вэй Цидун вышел на балкон и внимательно оглядел стоявших так близко друг к другу людей. По его виду было трудно понять, разозлился он или нет.
Вэй Жуфэн, слегка отстранился и кивнул в знак приветствия. Прежде чем уйти, он бросил многозначительный взгляд на прижавшегося к стене паренька.
Когда Вэй Жуфэн ушел, Вэй Цидун еще долго молчал, а паренек так и застыл на месте.
Сидя в темном углу на другой стороне балкона, Ли Цзибай сделал глоток воды, продолжая наблюдать за развернувшейся перед ним сценой.
На самом деле, он не собирался подслушивать, просто ему надоело вести светские беседы, и он вышел на балкон, чтобы немного подышать свежим воздухом. Но, видимо, сегодня у него удачный день. Ли Цзибай улыбнулся, даже не скрывая своей радости. Если бы он не опасался привлечь к себе внимание, то прямо сейчас отправил бы сообщение Ли Шэню и поделился бы с ним своим планом.
- Больше не уходи никуда один, - сказал Вэй Цидун.
Когда рядом не было посторонних, ему больше не нужно было притворяться и сдерживать свой гнев.
- И не оставайся ни с кем наедине в подобной обстановке.
Видя, что паренек ему не отвечает, он нетерпеливо спросил:
- Ты меня понял?
- Ммм, понял, - тихо ответил Цзян Сяоси.
Он так долго стоял неподвижно, что уже не мог ни на чем сосредоточиться. Это напомнило ему о том, как в детстве учитель поставил его в угол за невыполненное домашнее задание. Тогда у него точно также от долгого стояния онемела поясница, и от нее онемение распространилось на руки и ноги, а пальцы рук начинали покалывать, и он не смел пошевелиться.
- Он прикасался к тебе? – снова послышался мрачный голос Вэй Цидуна.
Цзян Сяоси слегка смутился и покачал головой.
Вэй Цидун ничего не сказал, но его взгляд, казалось, без слов говорил: «Лучше скажи правду, я все видел.»
Если то, что его сейчас взяли за руку, можно считать прикосновением, то да, к нему прикоснулись. Поэтому он кивнул головой и добросовестно ответил:
- Я хотел уйти, но он мне не позволил и взял меня за руку, но быстро отпустил.
Вот уж действительно честный и искренний ребенок.
Честный и искренний ребенок внезапно шагнул вперед и, схватив Вэй Цидуна за руку, начал уговаривать его:
- Я был неправ, пожалуйста, не сердись. Мне не следовало выходить на балкон одному. Просто там в зале столько людей, и я... мне... мне там было неуютно.
Взгляд Вэй Цидуна смягчился, и тон его голоса зазвучал уже не так агрессивно, как раньше.
- Я позову Вэй Сюаня, чтобы он отвел тебя отдохнуть и присмотрел за тобой, - он посмотрел на часы. – А потом мы вместе уедем отсюда.
Они ушли с балкона, и в этот момент можно было разглядеть улыбку на лице Вэй Цидуна, но ее никто не видел, кроме Ли Цзибая, который прятался в темноте. Возможно, даже сам Вэй Цидун не заметил, что улыбается.
К концу вечера деловая часть мероприятия перешла в неформальное общение. Большинство гостей были знакомы друг с другом, поэтому с удовольствием придались веселью.
Вэй Цидун посмотрел на часы – уже было можно покинуть это мероприятие. Но, когда он собрался уходить, его остановил один человек.
Он слегка приподнял брови и посмотрел на преградившего ему путь Ли Цзибая. Рядом с ними почти никого не было, поэтому им не нужно было изображать радушие.
- У меня есть настоящий финансовый отчет компании твоего брата на Юге, - сказал Ли Цзибай. – Я знаю, что ты его ищешь, и рано или поздно найдешь. Однако, на это потребуется время, которого у тебя нет.
Эта компания на Юге была последним козырем Вэй Жуфэна.
Вэй Цидун вовсе не был добросердечным человеком и никогда не полагался на семейные узы. Он знал, что, если у врага остается хоть малейшая возможность, он непременно разожжет пламя. Он признавал лишь полное устранение проблемы. И они с Ли Цзибаем оба прекрасно понимали это.
Эта компания занималась финансовыми махинациями, и Вэй Цидун знал, что, если поднять по этому поводу шум, Вэй Жуфэну грозит как минимум десяток лет в тюрьме.
Но Ли Цзибай был прав – на проведение расследование потребуется время, не меньше двух месяцев, а за это время слишком многое может измениться. Вэй Жуфэн ведь тоже не станет сидеть сложа руки.
- И чего же ты хочешь? – спросил Вэй Цидун.
- Все очень просто, - неторопливо проговорил Ли Цзибай. – Мне очень приглянулся мальчик, который пришел с тобой. Отпусти сегодня вечером его со мной, а утром я верну его с нужными тебе документами.
Взгляд Вэй Цидуна стал ледяным, он развернулся и пошел прочь.
Но в этот момент сзади вновь послышался голос Ли Цзибая:
- Но, если не хочешь, можем сыграть одну партию.
Вэй Цидун остановился, но ничего не ответил.
Ли Цзибай улыбнулся, он знал, что уже выиграл – прежде, чем началась игра.
- Техасский холдем, - Ли Цзибай выбрал игру, в которой они оба были сильны. – Если выиграешь ты, документы твои, а если я... - он намеренно выдержал паузу, - этот милаш будет моим.
Вэй Цидун кивнул, особо не раздумывая.
Игра не заняла много времени.
Они оба мастерски играли в покер, но Вэй Цидун еще в юности увлекался игрой в техасский холдем, и теперь был более искусен в расчетах и умении блефовать.
Постепенно вокруг них собрались несколько знакомых, которые наблюдали за игрой просто ради развлечения и спрашивали, что поставлено на̀ кон.
Ли Цзибай лишь загадочно улыбался в ответ, а Вэй Цидун молчал с непроницаемым видом. Атмосфера накалялась все больше, и все тактично замолчали, просто наблюдая за игрой.
Дилер сдал карты, и игра началась.
Впрочем, все обошлось без яркого зрелища, как ожидали некоторые. Вскоре Ли Цзибай открыл последние две карты и, сравнив их с картами Вэй Цидуна, признал поражение.
- Надо же, жалость какая, - с улыбкой сказал Ли Цзибай, не выказав ни малейшей досады из-за проигрыша. – Сегодня мне не достался твой милаш, так что пожелаю вам счастья.
Он поправил галстук, взял протянутое ему официантом пальто и, бросив многозначительный взгляд на прятавшуюся за колонной фигурку, сказал, обращаясь к Вэй Цидуну:
- Документы привезут тебе в офис завтра утром. Если тебе понадобится что-нибудь ещё, можем сыграть еще одну партию. Ставка останется прежней.
Вэй Цидун бросил карты на стол, не удостоив Ли Цзибая ответом.
Зрители постепенно начали расходиться. Эта игра оказалась обычной прихотью, никто не воспринял ее всерьез и не увидел в ней ничего интересного.
Один из знакомых протянул Вэй Цидуну бокал вина и шутливо сказал:
- Лао Вэй, ты все также хорош в игре, в твоей победе можно было не сомневаться.
Вэй Цидун лишь холодно усмехнулся. Когда он учился за границей, у него почти не было достойных соперников в игре. Ли Цзибаю было бы непросто победить его, он был полностью уверен в себе. Он знал, что замышляет Ли Цзибай, но ему не было до этого дела.
Поэтому, когда он обернулся и увидел застывшего у колонны Цзян Сяоси, у него даже не возникло ощущения, что он сделал что-то не так.
Он подошел к Цзян Сяоси и как ни в чем не бывало протянул ему руку:
- Идем.
Но тот вдруг оттолкнул его руку.
Этот обычно такой мягкий и застенчивый ребенок стоял теперь с побледневшим лицом и смотрел на него, как на чудовище:
- Ты... - с трудом проговорил он. – Если бы ты проиграл...
Вэй Цидун ругнулся про себя, но внешне остался спокоен.
- Это всего лишь игра, не принимай этого близко к сердцу.
- Я всё слышал... Если бы ты проиграл, мне бы пришлось уйти с ним...
Цзян Сяоси вцепился в свою сшитую на заказ одежду, полностью смяв дорогую ткань. В его обычно таком кротком взгляде вспыхнул гнев:
- Так или нет?
Вэй Цидун сделал глубокий вдох и, взяв Цзян Сояси за руку, направился к выходу.
- Пусти...
В такой момент Цзян Сяоси все еще беспокоился о репутации Вэй Цидуна и опасался поставить его в неловкое положение, если начнет сопротивляться.
Вэй Цидун почти силой затолкал его в машину.
Водитель ушел, и они остались вдвоем в салоне. Между ними повисла напряженная тишина.
- Эти документы очень важны, - пояснил Вэй Цидун. – И я не мог проиграть.
Он сидел на водительском сиденье, крепко сжав челюсти, его взгляд был полон раздражения:
- Это просто игра, никто не воспринимает ее всерьез.
- Значит... никто не относится к этому всерьез, и тебе тоже все равно, что ставить на̀ кон? – Цзян Сяоси нервно кусал губы, и вскоре они стали красными как кровь.
У него не было никаких способностей, да и характером он не вышел. Он всегда бы так мягок, что никто не воспринимал всерьез ни его самого, ни его обиду.
Так было всегда.
До сегодняшнего дня он все еще любил этого человека и, вероятно, будет любить и дальше.
Все прошлые обиды и недоразумения не были направлены против него лично. Цзян Сяоси был уверен в том, что Вэй Цидун его любит, и он был уверен в том, что сам любит его.
Но сегодня его уверенность пошатнулась, впервые он испугался Вэй Цидуна.
Стоя за колонной, он ясно слышал, как Вэй Цидун согласился на игру. Это настолько шокировало его, что он так и не оправился от потрясения до окончания игры.
Все, о чем он мог думать, это то, как Вэй Цидун легко и равнодушно дал свое согласие.
В мире Вэй Цидуна даже игры ужасны.
- Я же сказал, что не проиграл бы, - машина неслась вперед слишком быстро, и это выдавало внутреннее напряжение человека, сидевшего за рулем. – Чего ты разошелся?
- А если бы... что, если...
Цзян Сяоси не умел играть в покер, но он понимал, что в азартных играх не может быть абсолютных гарантий.
- Никаких «если»! – прикрикнул на него Вэй Цидун и с силой стукнул по рулю, отчего машина затряслась, продолжая катиться вперед на высокой скорости.
Его крик заставил Цзян Сяоси замолчать.
За всю дорогу они больше не произнесли ни слова.
_____________
Поставив своего пассива на кон, Цидун переплюнул всех яойных активов. До такого еще никто не додумался. Просто ДНИЩЕ. Неужели наш кролик и это проглотит?