Тень страсти | Роман 18+

Я всё ещё стояла у барной стойки, когда рядом вдруг появился Хардин.

— Ты пропала, — сказал он спокойно.

Я повернула голову. Он протянул мне стакан.

— Возьми.

Я посмотрела на напиток, потом на него.

— Спасибо.

Я сделала глоток. Алкоголь оказался крепче, чем я ожидала, но сейчас это было даже кстати.
Хардин внимательно посмотрел на меня.

— Ты выглядишь так, будто собираешься убить кого-то взглядом.

Я тихо усмехнулась.

— Может быть.

Он чуть улыбнулся.

— Тогда тебе точно нужно расслабиться.

Музыка вокруг становилась громче. Люди танцевали, смеялись, кто-то уже забирался на диваны, кто-то спорил у бара. Хардин взял меня за руку.

— Пойдём.

— Куда?

— Танцевать.

Я на секунду замялась... но потом кивнула.
Мы вышли в центр зала. Музыка била сильными ритмами, свет переливался по стенам, и толпа двигалась почти как одно целое.

Я сделала ещё один глоток из стакана.
И попыталась не думать. Не думать о Дилане. О том, как он ушёл. О том, как смотрел на меня перед этим. Я просто начала двигаться под музыку. Сначала осторожно. Потом свободнее. Хардин смеялся, что-то говорил, иногда наклонялся ближе, чтобы я услышала его сквозь музыку.

— Вот так лучше, — сказал он.

Я тоже начала смеяться. Напиток быстро закончился. Мы вернулись к бару. Ещё один. Потом ещё.
Алкоголь медленно разливался по телу, делая мысли мягче, легче. Шум зала больше не раздражал — наоборот, казался частью какого-то странного праздника. Я снова танцевала. Иногда смеялась без причины. Иногда говорила что-то Хардину, сама не понимая, о чём именно. Где-то глубоко внутри всё ещё оставалось то неприятное чувство... но теперь оно будто тонуло в алкоголе и громкой музыке. Я сделала ещё один глоток. Голова уже немного кружилась.

— Виолет, — сказал Хардин, глядя на меня чуть внимательнее. — Ты точно в порядке?

Я улыбнулась. Слишком легко.

— Конечно.

Но когда я попыталась сделать ещё шаг, мир вдруг слегка качнулся.
Я тихо рассмеялась. И только тогда поняла, что начинаю сильно пьянеть. Но сейчас... мне почему-то было всё равно.

Хардин

К полуночи клуб стал ещё громче.

Музыка гремела так, что иногда было невозможно разобрать слова. Люди уже были заметно пьяны, смеялись громче, двигались не так уверенно.

А Виолет... Она уже почти не держалась на ногах.
Я стоял рядом и наблюдал за ней. Она смеялась, что-то рассказывала, иногда вдруг начинала говорить о совершенно другом, забывая, с чего начала.

И, честно говоря... такая Виолет мне нравилась.

Не холодная наследница Рейнер.
Не серьёзная девушка за длинным столом среди глав семей.
А живая. Открытая. Настоящая.

— Виолет, — сказал я мягко, когда она снова чуть пошатнулась.

Она посмотрела на меня и рассмеялась.

— Я нормально стою!

И в следующую секунду едва не упала. Я успел поймать её за плечи.

— Да, конечно, — усмехнулся я. — Очень нормально.

Она снова тихо рассмеялась.

— Земля сегодня какая-то... странная.

Я покачал головой.

— Пойдём. Тебе пора домой.

— Не хочу домой, — пробормотала она, но всё же позволила взять себя за руку.

Мы вышли из клуба. Ночной воздух был прохладнее, чем в зале. Шум музыки остался позади, и вокруг стало тихо — только звук волн и ветер. Сначала я просто вёл её по дорожке. Но через пару минут стало понятно, что это почти невозможно. Она постоянно спотыкалась, смеялась, иногда останавливалась посреди дороги, чтобы рассказать что-то совершенно бессвязное. В какой-то момент она просто остановилась и посмотрела на небо.

— Смотри... звёзды.

Я тихо вздохнул.

— Да, звёзды.

— Они красивые...

Она ещё секунду смотрела вверх, потом вдруг слегка качнулась. Я поймал её прежде, чем она снова потеряла равновесие.

— Всё, — сказал я. — Хватит.

И просто поднял её на руки. Она удивлённо посмотрела на меня, но не сопротивлялась. Наоборот — даже устроилась удобнее, обняв меня за плечи.

— Ты сильный, — пробормотала она.

Я усмехнулся.

— Это не новость.

Она тихо засмеялась. И вот тут я понял, что сейчас у меня есть возможность.
Пьяная Виолет говорила всё, что приходило ей в голову. Без фильтров. Без осторожности. Я шёл по дорожке к её дому, держа её на руках, и спокойно спросил:

— Скажи мне кое-что.

— Мм?

— Ты давно знаешь Дилана?

Она чуть нахмурилась.

— Дилана...

И вдруг тихо вздохнула.

— Он... идиот.

Я усмехнулся.

— Это я уже понял. А ещё?

Она начала говорить. Но вместо того, что я ожидал услышать — какие-то реальные вещи, информацию, что-то полезное...
Она рассказывала странные, почти детские истории. Как он однажды её разозлил. Как они спорили. Как он смотрел на неё так, будто специально хочет довести. Как он иногда был невыносим.

— Он думает, что он главный... — пробормотала она.

Я слушал. Но чем больше она говорила, тем яснее становилось одно. Это были не ответы. Это были... эмоции. Обида. Злость. Какая-то странная привязанность, которую она сама, кажется, не понимала. Никакой серьёзной информации. Никаких секретов. Только эти... почти сопливые истории. Я тихо усмехнулся.

— Понятно.

Она посмотрела на меня сонно.

— Что понятно?

— Ничего.

Мы уже подходили к её дому. Море шумело совсем рядом. И в какой-то момент она вдруг тихо сказала:

— Он меня бесит...

Я посмотрел на неё.

— Дилан?

Она кивнула.

— Очень.

Но то, как она это сказала... заставило меня понять одну простую вещь. Она думает о нём гораздо больше, чем хочет признать.

Дом Виолет стоял почти у самой воды.
Я толкнул дверь плечом — она была не заперта. Внутри было тихо, только через открытые окна слышался шум моря.

Я занёс её внутрь.

Она уже почти не держалась в сознании.

— Мы... пришли? — пробормотала она сонно.

— Да, — спокойно ответил я.

Я прошёл в спальню и аккуратно положил её на кровать.
Она сразу же перекатилась на бок, запутавшись в покрывале, и тихо вздохнула.
Её волосы разметались по подушке, а глаза уже почти закрывались.

— Я дома... — пробормотала она.

Я стоял рядом и смотрел на неё пару секунд.
Она уже почти не понимала, где находится.

— Он меня бесит... — вдруг сказала она тихо.

Я усмехнулся.

— Дилан?

Она нахмурилась, будто пыталась сосредоточиться.

— Да...

Она перевернулась на спину и уставилась в потолок.

— Он такой... ужасный.

Я ничего не ответил.
Просто отошёл чуть дальше по комнате.

— Он думает... что главный... — продолжала она тихо бормотать. — Всё время издевается... провоцирует...

Я начал медленно осматриваться. Дом был аккуратный. Современный. Но слишком... аккуратный.
В таких местах почти всегда есть что-то важное.

— Но... — вдруг продолжила она.

Я краем уха слушал её, открывая один из ящиков.

— Он помогал мне...

Я остановился на секунду.

— Правда?

— Да...

Она тихо усмехнулась сама себе.

— Он... иногда добрый...

Я продолжал осматривать комнату.

Стол.

Шкаф.

Полки.

— Иногда даже... милый...

Я открыл ещё один шкаф.

— И... чуткий...

Я нашёл небольшую дверь в стене.

Сейф.

Мои губы чуть растянулись в лёгкой улыбке.

— Интересно, — тихо сказал я.

Позади меня Виолет снова что-то пробормотала.

— Но всё равно... идиот...

Я подошёл к сейфу и присел рядом.

Кодовый.

Я слегка постучал по металлу пальцами.

— Виолет, — спокойно сказал я.

Она что-то промычала в ответ.

— Скажи мне кое-что.

— Мм?

— Какой пароль от сейфа?

Она вдруг тихо рассмеялась.

— Сейфа?

— Да.

Она повернула голову в мою сторону, но её взгляд был совершенно расфокусирован.

— Не скажу...

Я усмехнулся.

— Почему?

Она снова рассмеялась.

— Потому что...

Она вдруг подняла руку и показала куда-то в потолок.

— Дилан бы не сказал.

Я закатил глаза.

— Виолет...

— Я хочу его ударить... — вдруг сказала она.

Я терпеливо ждал.

— Очень сильно...

Она улыбнулась во сне.

— Или... накричать на него...

Я снова нажал на кнопки сейфа.

— Или...

Она тихо вздохнула.

— Обнять...

Я остановился.

— Или поговорить...

Она повернулась на бок, уткнувшись лицом в подушку.

— Или... поцеловать...

Я раздражённо выдохнул.

— Виолет, пароль.

Она тихо засмеялась.

— Я... не помню...

Я посмотрел на неё.

— Серьёзно?

Она кивнула, не открывая глаз.

— Не помню...

И снова пробормотала:

— Но он всё равно идиот...

Я медленно выпрямился. Внутри начало подниматься раздражение. Вся эта ситуация. Пьяная Виолет. Этот чёртов сейф. И, хуже всего... То, что даже в таком состоянии она говорила только о Дилане.

Но глядя на нее я понимал, что в ней есть что-то завораживающее. Хотя сейчас она мне нужна только для выгоды. Но все равно я привязался к ней. Даже очень сильно. Смотря на нее как она лежит и даже не понимает где она и что она делает даже происходящее, я понимал, что я начинаю влюбляться, хоть и не хочу, хотя и не знаю что такое любовь, я не знаю ничего... я хочу власть, я хочу избавиться от Дилана, но хочу и её.

Хочу, чтобы она бегала возле меня с бумагами. Хочу, чтобы помогала. Хочу, чтобы говорила со мной бесконечно за бизнес и работу, как она это любит. Хочу, чтобы была она. Так она меня не очаровала своим иногда детским и несерьезным поведением, иногда даже раздражает, но черт как же велико желание иметь ее.

За этот период я ​​понял одно. Виолет и Дилан не просто враги, или конкуренты, они очень близки и связаны между собой. Сильно. Даже если это сами это не осознают. Но сука... я понимал что если получу ее, я повредю ему... и это заманивало и соблазняло все больше.

И я понимал, если виолет влюбить в себя, она будет моя, а если она будет моя, то Дилана это выбьет из колеи и это будет хорошим вариантом, чтобы уничтожить его и забрать власть себе.

Я провёл рукой по лицу.

— Чёрт.

Дилан

Я вышел из клуба, оттолкнув девушку, что стояла рядом.

— Ты меня достала, — сказал я холодно и быстро повернулся к машине. Она посмотрела на меня удивлённо, но я не ждал объяснений.

Я шёл по узким улицам острова, тихо, уверенно, к своему домику. В душе ощущалась удовлетворённая злость — я видел, как ей это задело, как я её «завёл». И это было то, чего я хотел.

Дома было темно. Я бросил куртку на кресло, налил себе виски, сев у окна, и тихо, без мыслей, наблюдал за мерцанием огней. Горький вкус виски жёг язык, а мысли, как всегда, возвращались к Виолет.

Тогда услышал шум снаружи — тихий, осторожный, но достаточно заметный, чтобы заставить меня напрячься. Я тихо поднял взгляд и увидел, как кто-то несёт её на руках.

Моё сердце сжалось. Я сразу понял — это Хардин.

Стакан с виски выскользнул у меня из рук и треснул о пол. Звук разнёсся по пустой комнате, но я не шел туда — просто наблюдал. Я видел её лицо, её волосы, её полупьяное состояние. Она ничего не понимала, была совершенно беззащитной.

Хардин нес ее на руках в ее виллу. На улице уже было темно, но луна могла осветить всю местность. Поэтому я понял, что это они. Я вижу как Виолет может спала, а может что-то бормотала себе под нос. Затем парень вошел в ее домик, и свет дома включился. К счастью я мог видеть что они делают через большие панорамные окна, он не прочитал того, что я могу здесь сидеть и видеть это все. Мою голову начали листать много разных мыслей, я не знал чего мне ждать. Но меня беспокоило то, чтобы он ничего не наделал с ней, тем более когда она в таком состоянии, она ничего не понимает что творится возле нее.

Я видел, как Хардин осторожно кладёт её на кровать, смотрел на неё и видел его ухмылку — он явно радовался.

Моё дыхание учащалось, но я не хотел, чтобы он меня заметил. Секунда — и я сделал шаг на террасе, чтобы видеть лучше, зажёг сигарету, тихо вдохнул дым, а потом резко топнул ногой, выбрасывая окурок.

Я оставался в тени. Смотрел, как он касается её, как она шевелится в пьяном состоянии, бормочет что-то...

И я чувствовал одновременно гнев и тревогу. Я не знал, что Хардин замышляет, но понимал одно — с ней что-то может случиться.

Я сделал тихий, осторожный шаг к её дому.
Сердце колотилось. Хочется войти, убедиться, что она в порядке.

Каждое движение Хардина я отмечал. Каждое дыхание Виолет. И всё это сдерживало меня от того, чтобы ворваться, ударить, забрать её и не дать никому приблизиться.

Я знал одно — я должен был быть уверен, что с ней всё хорошо, прежде чем делать следующий шаг.

Идти нужно тихо. Осторожно. Как тень.
Потому что сейчас я был один, и никто не должен был знать, что я здесь.

Хардин ушёл тихо, оставив после себя лишь лёгкий запах дорогого парфюма и пустоту в комнате. Я сделал шаг внутрь, быстро, почти бесшумно. Дверь за мной закрылась, и передо мной лежала Виолет на кровати.

Сердце сжалось. Она была почти без сознания, бормотала что-то невнятное, смешивая слова о Дилане и Хардине. Я не мог ждать ни секунды. Подошёл ближе, опустился на край кровати и осторожно коснулся её плеча:

— Всё хорошо, Киса... Ты в безопасности, — тихо сказал я, стараясь, чтобы мой голос был мягким, тёплым, но твёрдым. Она слегка дернулась, не открывая глаз, и продолжала бормотать.

Мои руки осторожно скользили по её плечам и рукам, проверяя, что она цела и невредима. С каждым её словом я чувствовал лёгкое раздражение — сначала на саму ситуацию, потом на Хардина, который позволил себе быть здесь, рядом с ней, пока она была в таком состоянии.

Когда я убедился, что Хардин её не тронул, я начал отходить к двери. Но она снова заговорила, её слова сливались в один поток:

— Я... не скажу... пароль...

Я замер:

— Какой пароль? — спросил я холодно, пытаясь скрыть тревогу.

— От сейфа... — пробормотала она, и в её голосе было что-то невнятное, пьяное, но отчётливое.

— Зачем он тебе нужен? — моё раздражение становилось ощутимым.

— Ты просил... — выдохнула она, и тут же назвала Хардина по имени.

Я сжал зубы. Всё стало ясно: он что-то искал у неё, лазил по её дому, и она даже не понимала, что творилось на самом деле. Сердце забилось быстрее, гнев растекался по телу, но я не мог позволить себе сорваться.

— Ложись и спи, — сказал я, пытаясь вернуть контроль, но она продолжала говорить, её слова бились о мою холодную стену терпения.

— Дилан... — произнесла она тихо, но отчётливо.

Мгновение — и я остановился. Всё остальное перестало существовать. Я наклонился ближе, прислушался к её словам. Она говорила о том, что я её злю, что она жалеет о поцелуе с Хардином, что ей трудно разобраться в своих чувствах.

Я слушал. Слово за словом. Ладонь легла на её щёку, пальцы аккуратно скользнули по волосам. Она лежала с закрытыми глазами, доверившись мне. Я аккуратно гладила её руку, плечо, пока она продолжала говорить, открывая всю правду о своих страхах, злости и привязанности.

Каждое её слово задело меня. И чем больше она открывалась, тем сильнее я чувствовал желание защитить её, удержать от ошибок, и одновременно — ярость на Хардина, который позволил себе быть рядом.

Я отвечал тихо, но чётко, объясняя ей, почему она так себя чувствует, мягко направляя, успокаивая. Моя рука не отпускала её, а взгляд оставался пристальным, холодным снаружи, но тёплым внутри, только для неё.
В этот момент всё остальное перестало существовать — только она и я, её слова и мой контроль, её признание и моё обещание, что я всегда буду рядом.

— я не хотела тебя задеть... это вышло как-то.. — говорила она невнятно — ммм ну ты понял... да? — спросила девушка уже почти видя сни

— да... киса я понял.., я понял что сильно привязан к тебе, я понял что хочу слышать тебя, видеть тебя, знать что с тобой, но я вижу как ты ставишься к Хардину, он не безразличен тебе.. правда? — спросил я подняв свой взгляд на нее

— может... я запуталась! — прокричала она и закрыла свое лицо руками

— я понимаю... поэтому и не хочу тебя больше втягивать в проблемы, я сплошная твоя проблема... и я понимаю что Хардин лучший вариант для тебя по крайней мере лучше меня... а со мной тебя ждет опасность... я не хочу тебя обижать или игнорировать, но так нужно... ти должна меня ненавидеть... — говорил я смотря на нее и понимая что завтра она это всьо не вспомнит

— врешь! — громко сказала она и немного спустила свои лодоне и посмотрела на меня

Она смотрела на меня так будто маленькая Виолет.
Я помнил всегда ее из такими глазами, большими, яркими и блестящими. И да... признаюсь мне она нравились.

— не вру.. — просмеялся я и погладил ее за щеку

— но ведь ти помогаеш мне... но иногда ти бываеш злым и вообще бабником! почему ты и хороший и плохой..? Я не понимаю!

— Виолет.. тебе нужно ити спать..! — сказал я и привстал из колен

Я взял плед и прикрыл ее.

— ти уходишь? — спросила она

— да... ухожу киса.. но не переживай, тебя одну я не ставлю, буду помогать, буду защищать, и присматривать, хоть ты это даже и не вспомнишь и утром снова меня возненавидишь, я буду готов к этому... — говорил я, но снова посмотрел на неё, я уже видел как она спит сладким сном, и чёрт это вызвало улыбку — а сейчас мне нужно понять что задумал этот Сукин сын