«Месть?» 52 часть
Виолет
Самолёт медленно остановился.
Когда дверь открылась, в салон ворвался тёплый воздух — солёный, морской, густой. Я вдохнула глубже, выходя по трапу на землю. Остров был таким, каким я его помнила из детства... и одновременно совершенно другим.
Скалы.
Темно-синее море.
Старые каменные здания, которые стояли здесь сотни лет.
Это место не было просто островом. Это было место, где началась власть наших семей.
— Виолет, осторожнее, — мягко сказал Хардин рядом со мной.
Он снова оказался возле меня, почти сразу после того, как мы вышли из самолёта. Он взял мой чемодан, что-то рассказывал, шутил. Его голос звучал спокойно и уверенно.
И, честно говоря... мне это нравилось.
После всего напряжения последних дней его присутствие казалось лёгким. Простым. Но где-то внутри меня всё равно было странное чувство.
Я машинально оглянулась.
Дилан.
Он шёл чуть впереди, рядом со своей семьёй — Канцлерами. Высокий, уверенный, как будто весь остров принадлежал ему. Он даже не посмотрел в мою сторону. Ни одного взгляда. Ни одного слова.
И почему-то это кольнуло меня сильнее, чем должно было. Я почувствовала странное чувство вины.
За тот поцелуй с Хардином. За разговор в коридоре. За то, как всё произошло.
Но самое странное — я не понимала, почему чувствую себя виноватой перед Диланом.
Мы ничего друг другу не должны. Мы почти... враги.
— Виолет? — голос Хардина вывел меня из мыслей.
— Да?
— Ты снова задумалась, — улыбнулся он. — Я говорю уже минуту.
Я чуть рассмеялась.
— Прости. Просто... вспоминаю этот остров.
— Здесь красиво, — сказал он.
— Красиво... и немного страшно.
Он посмотрел на старые каменные здания впереди.
— Да. Здесь всё слишком... серьёзно.
И он был прав. Даже воздух здесь был другим.
Нас развезли по домам. Мой дом стоял у самого моря.
Небольшой, каменный, с широкими окнами и длинной террасой. Когда я вошла внутрь, первое, что услышала — шум волн. Дом был оформлен просто, но дорого.
Светлое дерево.
Каменные стены.
Старинные картины.
Большая гостиная с панорамным окном на океан.
Я медленно прошлась по комнате. Провела рукой по столу. Открыла двери на террасу. Ветер ударил в лицо, и я закрыла глаза на секунду. Этот остров всегда заставлял чувствовать... что ты часть чего-то очень большого. Но вместе с этим — очень опасного. Я вышла на улицу, решив немного осмотреться.
Дорожки вели между домами глав семей. Всё было аккуратно, почти идеально.
И тогда я заметила дом рядом. Большой. Темный. С видом прямо на море. На террасе стоял человек. Высокий. Я узнала его сразу.
Дилан.
Он стоял, облокотившись на перила, и смотрел на океан.
Словно почувствовал мой взгляд. Он повернул голову. Наши глаза встретились на секунду. Ни улыбки. Ни приветствия. Только холод.
И потом он спокойно отвернулся, будто меня вообще не существует. Я тихо выдохнула. Не сказать, что мне это понравилось. Но и сказать, что я была против... тоже нельзя.
Это было... странно.
Я пошла дальше по территории острова. Здесь было много старых мест. Каменные статуи предков. Старинные арки. Длинные дорожки, ведущие к храму. Храм стоял на небольшой возвышенности. Темный камень. Высокие колонны. Символы всех семей были высечены на стенах.
Миллеры — северный центр.
Уильямсы — южный центр.
Моретти — западный центр.
Канцлеры — восточный центр.
И в центре всех — Рейнеры.
Моя семья.
Я провела пальцами по символу Рейнеров.
Здесь всё было пропитано традициями. Я заметила людей в темных костюмах, охрану, старших представителей семей. Они говорили тихо. Серьёзно. Никто не смеялся. Никто не расслаблялся. Каждый понимал, что это место значит. Здесь не просто собирались. Здесь решалась власть. И стоя посреди этого острова, я вдруг поняла одну простую вещь. Эта поездка не будет спокойной. Совсем. Особенно потому, что здесь есть Дилан Канцлер. И каким-то странным образом... мои мысли снова возвращались к нему.
***
К вечеру остров будто изменился.
Днём он казался тихим, почти спокойным, но когда солнце начало садиться за море, всё стало другим. Факелы зажгли вдоль дорожек, старые каменные стены храмов отбрасывали длинные тени, а люди начали медленно стекаться к главному залу.
Это был огромный каменный зал, почти как древний храм.
Посередине стоял длинный стол — настолько длинный, что его конец терялся в полумраке. Над ним висели старые люстры, а по стенам горели факелы. На каменных стенах были высечены символы всех семей.
Я села на своё место. Рядом со мной сел Хардин.
Он был тихий, собранный, внимательный. Его глаза спокойно наблюдали за каждым, кто входил в зал.
Семьи рассаживались медленно. Но одного человека не было. Дилана. Я заметила это почти сразу.
Странно, но мой взгляд несколько раз автоматически скользнул к пустому месту за столом Канцлеров.
Его там не было. Зал погрузился в короткую тишину. Тяжёлую. Напряжённую. И тогда заговорил отец Дилана.
Он сидел прямо, уверенно, словно всё происходящее здесь было создано именно им.
— Этот остров, — начал он громким, уверенным голосом, — является основой нашей власти. Здесь наши предки заключали союзы. Здесь формировалась система центров.
Он медленно оглядел всех присутствующих.
— Миллеры держат север. Уильямсы — юг. Моретти — запад. Канцлеры — восток.
Его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась гордость. Даже больше — желание подчеркнуть свою силу.
Он говорил о традициях.
О старых союзах.
О власти.
О том, что именно эти семьи держат порядок в городах и регионах уже много десятилетий.
Но я чувствовала, что в его словах есть что-то ещё.
Он будто... возвеличивал себя.
И тогда один из глав — кажется, из семьи Моретти — тихо усмехнулся.
— Интересно, — сказал он, чуть наклоняясь вперёд, — а где ваш наследник, мистер Канцлер?
Несколько человек слегка переглянулись.
— Дилан не явился на первую встречу? — продолжил он с лёгкой насмешкой. — Или он снова занят своим... скажем так... разгульным образом жизни?
Некоторые тихо усмехнулись. Я почувствовала, как внутри что-то неприятно кольнуло. Разгульная жизнь. Женщины. Я знала, что у Дилана их было много. Это не было секретом ни для кого.
И всё же... почему-то эти слова заставили меня на секунду задуматься.
Мой взгляд скользнул по столу.
И тогда я вдруг заметила одну странную вещь.
За столом было много старших.
Но многих наследников вообще не было. Некоторые семьи прислали только глав. Некоторые — только старших представителей. Это было странно. Я чуть нахмурилась.
Хардин рядом со мной сидел спокойно. Он слушал внимательно, почти не двигаясь. Иногда его взгляд медленно переходил с одного говорящего на другого.
Он словно... анализировал всё происходящее.
Тем временем разговор за столом продолжался. Но теперь голоса стали тише. Некоторые начали шептаться. Я услышала своё имя. И фамилию.
— Рейнер...
— После смерти её родителей...
— Интересно, сможет ли она удержать центр...
Я медленно повернула голову. Несколько человек быстро отвели взгляд. Я ничего не сказала. Только посмотрела на них. Спокойно. Холодно. Одного взгляда было достаточно. Моя мимика ясно говорила одно: не стоит обсуждать меня и мою семью. Шёпот мгновенно стих. Хардин тихо наклонился ко мне.
— Ты держишься хорошо, — прошептал он.
Я чуть выдохнула. Но в этот момент в голове снова появилась одна мысль. Дилан. Где он? И почему... я всё ещё думаю об этом?
Ужин постепенно подходил к концу.
Разговоры за столом становились всё тише, люди поднимались, обменивались короткими словами, кто-то уходил в сад, кто-то возвращался в свои дома.
Я тоже встала.
Хардин поднялся рядом со мной, и мы вместе вышли из огромного каменного зала. Ночной воздух был тёплым, пах морем и чем-то сладким — возможно, цветами, которые росли вдоль дорожек.
Несколько минут мы шли молча. Факелы освещали каменную тропинку. Я вдруг нахмурилась.
— Тебе не кажется это странным? — сказала я.
— Что именно?
— За столом почти не было молодых наследников.
Хардин тихо усмехнулся.
— Потому что они все не там.
— В смысле?
Он посмотрел на меня чуть хитро.
— Я сегодня днём кое-что узнал. На острове есть одно место... вроде клуба. Там собираются дети глав семей и другие богатые наследники.
Я остановилась.
— Клуб?
— Да, — кивнул он. — Музыка, алкоголь, вечеринки. Всё как обычно. Они всегда собираются там, когда проходят такие встречи.
Я на секунду задумалась. Если честно... это звучало логично.
После всего этого напряжённого ужина мысль о чём-то более лёгком казалась даже приятной.
Хардин посмотрел на меня.
— Хочешь пойти?
Я немного улыбнулась.
— Почему бы и нет.
Клуб находился ближе к побережью.
Снаружи он выглядел почти незаметно — старое каменное здание, но внутри всё было совсем иначе.
Громкая музыка. Свет. Смех.
Люди танцевали, разговаривали, смеялись. Здесь атмосфера была совершенно противоположная той, что царила за столом старших.
Мы с Хардином прошли внутрь.
Он взял для нас напитки, и постепенно напряжение, которое сидело во мне весь вечер, начало уходить.
Мы немного разговаривали. Иногда смеялись. Иногда просто наблюдали за людьми вокруг. Музыка становилась громче. Я уже почти расслабилась... когда решила подойти к барной стойке.
И именно тогда это произошло. Я повернула за угол. И столкнулась с кем-то. Буквально. Мой бок слегка ударился о чужое плечо.
— Осторожнее, — резко сказал мужской голос.
Я подняла голову. И он тоже. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга.
Дилан.
Он тоже, кажется, сначала не понял, кто перед ним. Его взгляд быстро скользнул по мне.
Дилан
Музыка била в виски.
Свет мелькал, люди смеялись, кто-то танцевал, кто-то уже был слишком пьян. Это место всегда было одинаковым — шумным, свободным, без всех этих правил и лицемерных разговоров старших.
И именно поэтому я пришёл сюда. Не слушать их речи. Не смотреть на эти старые лица за длинным столом. И точно не думать о Виолет Рейнер.
Я стоял у бара, лениво крутя стакан в руке. Виски почти не чувствовался — слишком слабый, чтобы заглушить мысли. Но я пытался. И вдруг в меня кто-то врезался.
— Осторожнее, — сказал я раздражённо, даже не поднимая головы.
Но потом я всё-таки посмотрел. И увидел её.
Виолет.
На секунду я замер. Тёмные волосы. Карие глаза. Та самая спокойная, упрямая уверенность на лице.
Чёрт.
Первой мыслью было сказать что-нибудь резкое.
Очень резкое. Я уже почти открыл рот... но потом понял, что это она. И внутри что-то неприятно дёрнулось. Я быстро пробежался взглядом по её лицу. Потом ниже. Она выглядела красиво. Слишком красиво. И это только разозлило меня сильнее.
— Ты? — сказал я коротко.
Она нахмурилась.
— Не ожидала встретить тебя здесь.
Я тихо усмехнулся.
— Интереснее вопрос... что ты здесь забыла.
Я видел, как её лицо чуть изменилось. Но остановиться уже не мог. Слишком много всего крутилось в голове. Её поцелуй с Хардином. Её руки в его волосах. То, как она бежала за мной потом. Её слова. И всё равно... она сидела за столом рядом с ним.
— Это место не для скучных наследниц, которые делают вид, что знают правила игры, — сказал я холодно.
Она попыталась что-то сказать. Но я уже отвернулся.
— Возвращайся к своим серьёзным разговорам, Рейнер.
И пошёл в толпу. Музыка ударила сильнее.
Несколько девушек сразу окружили меня — как обычно. Они смеялись, говорили что-то, одна из них обняла меня за плечи, другая взяла за руку. Я ответил им своей привычной улыбкой. Той самой. Уверенной. Немного дерзкой. Я что-то сказал, и они снова засмеялись.
Одна из девушек почти повисла на мне, и я позволил это.
Но через пару секунд мой взгляд сам нашёл барную стойку. Виолет всё ещё стояла там. Она смотрела. Прямо на меня.
И чёрт возьми... я понял, что всё это делаю специально.
Чтобы она это увидела. Чтобы её это задело. Чтобы хоть раз она почувствовала то же самое, что чувствовал я, когда видел её с Хардином.
Я сделал глоток виски.
И снова притянул к себе одну из девушек.
Но внутри всё равно было странное ощущение.
Будто даже среди шума, смеха и десятков людей... я всё равно чувствовал её взгляд.
Виолет
Я стояла у барной стойки и не могла отвести взгляд.
Музыка гремела вокруг, люди двигались, смеялись, кто-то танцевал, кто-то кричал что-то друг другу прямо в ухо из-за громкости. Но для меня всё будто приглушилось.
Я видела только его.
Дилан стоял в толпе девушек, как будто это было его естественное место. Высокий, уверенный, чуть ленивый в движениях, он выглядел так, будто весь этот шум принадлежал ему. Одна из девушек держалась за его плечо. Другая смеялась рядом, наклоняясь слишком близко. Он что-то сказал, и они снова засмеялись. Я видела его взгляд.
Тот самый — дерзкий, тёмный, почти хищный.
И вдруг я поняла одну вещь. Иногда... он смотрел на меня. Не долго. Всего на секунду. Но я это заметила. И каждый раз после этого он словно становился ещё смелее.
Девушка рядом с ним что-то сказала, и Дилан медленно повернулся к ней. Его рука легла на её талию легко, будто он делал это тысячу раз.
Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось. Он притянул её ближе. Она обняла его за шею. И потом он поцеловал её. Резко. Жадно. Будто хотел доказать что-то.
Я замерла.
Он поднял её на руки, и девушка тихо рассмеялась, обнимая его крепче. Его губы снова нашли её губы, а потом щеку, шею. Но между этими движениями... его взгляд снова скользнул в мою сторону. Я почувствовала, как моё сердце ударилось сильнее. Что-то внутри меня сжималось всё сильнее. Я пыталась сказать себе, что мне всё равно.
Что это Дилан Канцлер.
Человек, у которого всегда были десятки женщин. Человек, который сам говорил мне, что ему всё равно. Но почему-то это всё равно злило. Его руки на её талии. Его уверенная улыбка. Его взгляд. Особенно когда он снова посмотрел на меня. Словно проверял — вижу ли я. Я сжала пальцами край барной стойки. Меня это бесило. Невероятно.
Каждое его движение казалось специально показным. Как будто он хотел, чтобы я наблюдала. Чтобы я видела, как легко он смеётся. Как легко прикасается к другим. Как будто тот разговор между нами вообще ничего не значил.
Девушка снова поцеловала его.
И он ответил. С той же дерзкой уверенностью. А я стояла и чувствовала, как внутри поднимается странное чувство. Глупое. Неправильное. Почти детское. Ревность. Я тихо выдохнула, пытаясь успокоиться.
— Это смешно, — прошептала я себе.
Но почему-то мои глаза всё равно снова нашли его. И когда наши взгляды снова встретились через толпу людей... я вдруг поняла, что он всё это время знал, что я смотрю. Я всё ещё стояла у барной стойки.
Музыка гремела, люди вокруг смеялись и двигались, но для меня всё будто происходило где-то далеко. Моё внимание было приковано только к одному человеку.
К Дилану.
Он всё ещё держал ту девушку на руках, а потом медленно опустил её на пол. Она засмеялась, обнимая его за шею, и снова поцеловала его.
На этот раз он ответил почти лениво... но всё равно жадно.
Я видела, как его руки скользнули по её спине, как он притянул её ближе к себе. Девушка что-то прошептала ему на ухо, и он усмехнулся. А потом они начали двигаться к выходу. Сначала медленно.
Он держал её за руку, иногда притягивал ближе, иногда наклонялся, чтобы что-то сказать. Она смеялась, цеплялась за него, будто уже не хотела отпускать.
И вдруг он снова посмотрел в мою сторону. Всего на секунду. Но я это увидела. И в этом взгляде было что-то... странное. Будто вызов. Будто он хотел, чтобы я поняла, куда он идёт. Потом он отвернулся. И повёл её дальше. К выходу из зала.
Я стояла и смотрела, как их фигуры растворяются в толпе.
С каждым шагом внутри меня что-то сжималось всё сильнее.
В горле появился ком. Неприятный. Тяжёлый.
Я пыталась сказать себе, что мне всё равно.
Что это его жизнь. Что он всегда таким был. Что между нами вообще ничего нет. Но почему-то это не помогало.бЯ всё ещё видела в голове, как его руки лежали на её талии. Как он целовал её. Как смотрел на меня перед тем, как уйти.
Я медленно выдохнула, опираясь руками о барную стойку. Ком в горле становился только сильнее. И хуже всего было то, что я прекрасно понимала одну вещь. Он ушёл с ней. Куда-то в темноту острова. Чтобы быть с ней. И почему-то от этой мысли внутри становилось... больно.