23
Солнечный свет проник в комнату, пробудив меня. Лучи пробивались сквозь занавески, рисуя на стенах мягкие полосы. Я медленно открыла глаза, ощущая тяжесть сна, а где-то глубоко внутри — лёгкое беспокойство. Новое место, новые люди, новый город, новая страна. Канада. До сих пор не могу привыкнуть к тому, что нахожусь здесь. Надолго ли? Или Гоук соизволит найти моих родителей, и тогда мы поедем к ним? Он обещал... стоит напомнить ему.
Я собралась в ванной, умылась прохладной водой, чтобы окончательно проснуться.
Выходя из комнаты, я услышала негромкие голоса, доносящиеся из гостиной. Мне стало любопытно, и я подошла к ним.
— ...Это важно, — говорил Рой. — Всего лишь маячок. Всё, что нужно.
— Я понимаю, — ответил Гоук. — Но... — увидев меня, парень замер, так и не договорив.
— Доброе утро, — с хитрой улыбкой произнёс Рой. Я кивнула в ответ, но в душе остался какой-то осадок. — Слушай, мне нужна твоя помощь, — продолжил он.
— В чём? — моё любопытство сейчас подскочило к небесам, а рядом с блондином я услышала тяжёлый вздох.
— Есть один тип, Элиос Скотт. Он занимается редкой техникой — дроны, старые камеры, хакерские штуки, GPS-передатчики, ретро-компы и так далее, — увлечённо рассказывал парень.
Гоук, кажется, смирился или просто не стал ничего доказывать. Парень неподвижно стоял и лишь наблюдал.
— Элиос держит частную мастерскую, не особо светится в интернете, работает по доверенным контактам. И у него есть кое-что важное для меня, — парень задумчиво почесал подбородок, затем продолжил: — Всё, что тебе нужно, это закинуть ему в карман маячок, когда я узнаю, где у него эта мастерская.
— Зачем это всё? — нахмурив брови, спросила я.
Блондин на мгновение замер, смотрел в одну точку, а потом ответил:
— Ну, я дал возможность пожить у меня, теперь мне нужна помощь.
— Мы не надолго, — наконец вмешался Гоук.
— Это не отменяет тот факт, что я дал вам где переночевать, — посмотрев на Гоука, произнёс Рой.
— Ладно, я помогу, — отвернув голову, сказал брюнет. А Рой довольно улыбнулся. — Но с Холли договаривайся сам, — после этой фразы довольная улыбка сразу слетела с лица. Блондин медленно подошёл ко мне, только открыв рот, чтобы что-то сказать, но я его перебила.
— То есть ты предлагаешь мне подкинуть кому-то маячок? — приподняв бровь, спросила я. Он довольно кивнул. — Как?
— Я всё расскажу, только согласись.
— Ладно... — неуверенность присутствовала в моём голосе.
Рой улыбнулся во все 32 зуба и, говоря об Элиосе, сказал, чтобы я с ним встретилась по поводу купить что-то, например, старенькую камеру для дома.
— Но почему ты сам не можешь провернуть всё это? — как мне кажется, довольно логичный вопрос, спросила я.
— Просто он нихуя не может сделать без чужой помощи, — вмешался брюнет, издав ехидный смешок.
— Вообще-то, — замыслился парень, косо посмотрев на Гоука, — дело вот какое: он меня знает. И знает, что я действительно хочу.
— А что ты хочешь? — пыталась узнать как можно больше и задала очередной вопрос.
— Мне, просто, нужен кое-какой товар, — начал Рой издалека. Я нахмурила брови. — Ну знаешь, мне нужна именно рассада. А у него она есть, но он не хочет продать мне кустик.
На секунду повисла тишина. Гоук прикрыл глаза, будто досчитывая в уме до десяти, чтобы не ляпнуть что-то резкое. Но скулы всё равно дернулись. Видимо, он не особо дружил с Роем.
Правда, не знаю, почему я согласилась подкинуть маячок какому-то торговцу травой из-за чьей-то зелёной прихоти. Это вроде как не сильно опасно, но я не знаю этого Элиоса, поэтому утверждать не могу.
— Когда это всё должно быть? — наконец выдавила я.
— Сегодня вечером, — резко ответил Рой. — Я с ним уже списался с второго акаунта, так что он не знает, что это был я.
— То есть ты сам всё решил? — вмешался Гоук. — Если бы мы не согласились помочь, ты бы отменил встречу?
— Ты может и всё ещё не согласен, но твоя девушка согласилась, — от того, что он вновь назвал меня его девушкой, по телу пробежали мурашки.
Я вновь заметила раздражение на лице брюнета.
— Ладно, а я тебе для чего нужен? — сложив руки на груди, произнёс низким баритоном.
— Ты будешь на подстраховке: если что, подойдёшь во время их диалога, — заметив, как я испепелила его взглядом, Рой сразу начал отнекиваться. — Я не смогу подойти, Элиос не должен меня видеть.
— Я понял, — холодно ответил Гоук.
— Холли, — блондин обратился ко мне, повернувшись в мою сторону. — История такая: тебе нужна камера. — Его плечи чуть поднялись. — Впрочем, не важно, что за камера. Просто держись уверенно и в подходящий момент закинь жучок.
— Что ж, — нервно начала я. — Ладно.
— Этот маячок, — он вынул его из кармана, — ты его просто незаметно засунь в его сумку или в карман. Я верю в тебя, крошка, — с усмешкой сказал Рой. Пока я нахмурила брови, он протянул мне крошечный металлический блин, почти размером в фунт.
— Крошка Рой, — заговорил брюнет, с легко уловимой агрессией в голосе. Парень с удивлением посмотрел на Гоука. — Почему именно Холли должна подкинуть маячок?
— Элиот весьма аккуратная персона, поэтому ты близко не подойдёшь.
— Отлично, — промямлила я себе под нос.
Гоук ничего не ответил, лишь вздохнул и отправился в комнату. А я положила маячок в карман, не спрашивая больше ничего, и тоже отправилась собираться.
***
На улице было прохладно, но и не холодно. Лёгкий ветер обвивал кожу, и прохлада пробивалась сквозь кофту. Я стояла у старого кафе, где, по словам Роя, должен был появиться Элиос.
Маленькая сумочка висела у меня на плече, а внутри была немного налички, чтобы подтвердить легенду про покупку камеры. Если у меня есть возможность купить камеру, почему бы и нет?
От волнения ладони немного вспотели, но я старалась сосредоточиться на том, что я действительно просто покупатель. Я даже не знала, что у него есть ферма травы. Я протерла вспотевшие ладони о джинсы, заодно разгладив на них складки. «Всё будет нормально. Всё будет по плану», — повторяла я сама себе.
Главное — не думать сейчас про маячок. Бывали вещи и пострашнее, чем закинуть что-то кому-то в карман. Например, перестрелка в клубе или... ночь после. Вздохнув, я решила, что об этом точно лучше не думать прямо сейчас.
Позади, где-то в машине, должен был быть Гоук. Я знала, что он следит, и если что, вдруг подойдет сюда.
Мужчина подошёл почти беззвучно. Стоило мне развернуться, как он уже стоял за моей спиной, слегка напугав меня внезапным появлением. Высокий, в чёрном костюме, деловитый на вид, с дипломатом в руках. Он выглядел так, будто тоже волнуется, и довольно часто оглядывался по сторонам, словно параноик.
— Ты по поводу камеры? — спросил он. Я кивнула. — Отлично, здравствуй! — чуть расслабившись, произнёс он. — Зайдём? — он кивнул в сторону кофейни, которая была за спиной.
Я вновь обошлась лишь кивком, и мы зашли внутрь. Мы прошли к ближнему столику, и Элиос положил на стол дипломат, открыв его.
Если честно сказать, он правда выглядел нормально. Почти по-домашнему. На первый взгляд не был надменным. Небольшие очки с тонкой оправой сидели на глазах, а каштановые волосы с небольшой проседью были слегка вьющиеся и запутанные. Но его лицо не выглядело старым: оно было открытое, мягкое, с чуть усталыми, но добрыми глазами. На вид ему было, может, около сорока, но я совершенно не была в этом уверена.
— Я Элиос, — представился он, протянув руку.
— Холли, — тихонько сказала я, пожав её в ответ.
Его взгляд пробежался по мне, внимательно изучая. А через пару минут он продолжил говорить.
— Глянь, — он достал небольшую камеру чёрного цвета. На ней была надпись «Cilix F4», — эта модель довольно редкая по сравнению с моделями F5 или F3.
Мужчина протянул камеру мне, дальше увлечённо рассказывая.
— Красивая, — сказала я вслух, сама того не ожидая.
— Эстетика — вот как можно сказать иначе, — кивнул он, искренне улыбнувшись. — У тебя хорошие глаза. Те, кто видит красивое, не зря тянутся к технике с душой.
Я усмехнулась, и мужчина продолжил описывать функции камеры. Честно говоря, я не знала, останется ли камера у меня или Рой заберёт, так как он дал деньги, которыми я сейчас заплачу.
— Мне нравится, — вскоре произнесла я и подняла взгляд на Элиоса. — Какая цена?
— Не спеши, солнышко, — сказал он нежным тоном, совершенно не хмурясь и не задумываясь. Словно он говорил с маленьким ребёнком, тихо и нежно. Поэтому я не смутилась. — Память — это единственное, что останется. Снимай всё, что желаешь запечатлеть, навечно.
Я улыбнулась, а Элиос, делая вид, что что-то забыл, потянулся к дипломату. И это был прекрасный шанс закинуть маячок, хотя я чувствовала себя из-за этого нехорошо.
Я почти машинально сунула руку в карман джинс, достала маячок и аккуратно закинула его в глубокий боковой карман его пиджака от костюма. Сердце быстро заколотилось.
— Держи, — сказал он, доставая небольшой чехол для камеры, и передал его мне. — Он тебе пригодится.
— Спасибо, — кивнула я. — Но что насчёт цены?
— Восемьсот канадских долларов, — произнёс он, почесав затылок. Я заглянула в сумку и достала нужную сумму.
Пока в голове крутилась мысль: «Мне так стыдно... Этот человек действительно милый. Даже если он выращивает траву, он всё равно остаётся славным».
Попрощавшись, я вышла на улицу. Прохладный воздух ударил в лицо, и я наслаждалась тем, как он обволакивает тело. Пройдя чуть дальше от кафе, чтобы Элиос всё же не увидел, я подошла к бордовому Мустангу и села в машину.
***
Находясь уже дома у Роя, я устроилась в гостиной, опустив взгляд на камеру. Вокруг стояла вечерняя тишина, будто сам воздух устал за день и теперь отдыхал вместе с нами. Лёгкий запах табака всё ещё витал в комнате, впитавшись в подушки и мягкие кресла, в стены и лампы, в этот странный дом, где время, казалось, чуть притормаживало.
Cilix F4 лежала у меня на коленях. Я провела пальцем по корпусу, и металл отозвался прохладой. Мне стало очень любопытно посмотреть на фотографии, сделанные на этом аппарате.
В голову всплыл Элиос, о том, каким милым он мне показался. Но я знала чуточку больше про него, чем он думал. Сложно поверить, что он действительно выращивает траву. Даже звучит глупо, но по правде можно было понять, что он что-то скрывает: мужчина почти всё время нервничал, особенно на первой минуте встречи.
— Молодец, — неожиданно сказал Рой, отвлекшись от телефона. — Всё отлично.
— Ага, — кивнула я, подвинувшись к краю дивана, чтобы оказаться ближе к столу. Камера оказалась на столе. Почему-то она напоминала мне что-то из прошлого или кого-то. Например, Луну. Сама не знаю почему, но так оно и было.
— Забирай, — вдруг сказал Рой, подходя ближе. Я подняла глаза.
— Что?
Он слегка наклонился и повторил:
— Камеру можешь забрать себе. Будешь думать обо мне и вспоминать хорошим словом, — натягивая улыбку на лицо и произнося это противным тоном. Я приподняла брови. — Нет? Это философ должен был говорить, что ценности нужно сохранять. Разве я не ценный? — он усмехнулся и задер нос.
Я фыркнула, отворачиваясь, а в этот момент к нам бесшумно подошёл Гоук.
— Нет, ты не ценный, — серьёзно произнёс он. — Может, ты забыл, но тебе не стоит так разговаривать.
— Ладно-ладно, — сказал Рой, подняв руки. — Я не специально, — ехидно добавил он. — Кальян?
Не дожидаясь ответа, парень пошёл к шкафчику, достав большой кальян и смахивая с него крышку. Потом начал раскладывать табак на фольге, делая это с каким-то особым вниманием, как будто это был ритуал. Я не совсем понимала его действия, но Рой, казалось, был полностью уверен в том, что делает. Когда он начал раздувать угли, до меня дошёл запах табака с примесью малины и мяты.
— Не будете вы, буду я, — сказал он, ещё раз подув на угли.
— Буду, — Гоук посмотрел на меня, а затем добавил: — Будем.
Косо посмотрев на него, я ничего не сказала. Ранее не курила кальян, но сейчас не откажусь. Было довольно интересно, что из этого получится.
Мы сидели на балконе за небольшим столиком. Стулья были плетёные, лёгкие и немного шаткие, но устойчивые. Я провела пальцем по ребристой поверхности стола — тоже плетёной.
— Так, — Рой поставил на стол аккуратную тёмную колбу, что-то подпевая под нос.
Гоук сел рядом, потянувшись к кальяну. Он вытянул телефон из кармана, положив его на стол, и следил за движениями Роя, словно ждал, когда тот случайно обожжётся углём.
Я откинулась на спинку кресла и уставилась куда-то в темноту за перилами балкона. Где-то далеко горели фонари, и их свет мягко рассыпался в воздухе, словно растекался. Дым от кальяна лениво тянулся вверх, и в нём играли оранжевые отблески.
Гоук, чуть повернув голову ко мне и держа в руках трубку кальяна, заговорил:
— Ты когда-нибудь курила кальян? — тихо спросил он, почти шёпотом.
Я отрицательно мотнула головой, не отрывая взгляда от огоньков вдали, но всё же перевела взгляд на него. Он протянул трубку.
— Пробуй, — сказал он, отдавая мне трубку от кальяна.
На секунду наши пальцы коснулись, и я почувствовала, как по коже прошёл холодок. Или это дым уже начал кружить голову. Я сделала затяжку, чуть закашлялась, но всё же распробовала вкус малины и мяты. Вдохнула ещё раз. На этот раз всё прошло мягко, с лёгким терпким привкусом. Внутри стало тепло, будто меня укрыли пледом изнутри.
Гоук молчал, но краем глаза я видела, как он наблюдает за мной, словно боялся, что мне вдруг станет плохо. Но всё было отлично.
В этот момент Рой достал телефон, взглянул на экран, и уголки его рта дернулись.
— Ладно, — сказал он, поднимаясь с места. — Пускать пузыри круто, конечно, но мне пора, — улыбнулся он, глядя на новое сообщение.
Попрощавшись, я вскоре услышала звук мотора его машины. Он исчез, растворяясь в ночной темноте.
Мы с Гоуком остались вдвоём. В комнате клубился сладкий дым от кальяна, пролетая через дверной проём. Воздух был ленивым и тёплым, как будто мы не в гостях, а где-то на границе между сном и явью. Тихо потрескивал уголь в чаше, постепенно угасая.
Гоук медленно выдохнул дым, откинулся назад и скрестил руки на груди.
— Наконец он ушёл, — пробормотал он с ленивым облегчением в голосе, словно до этого кто-то мешал ему дышать.
— Мы надолго тут? — тихо спросила я.
— Да нет, — сказал он, его голос прозвучал ниже обычного и вяло. — Поедем в Италию, точнее полетим.
— Ты с ума сошёл? — резко произнесла я, и мои брови взметнулись вверх. Гоук вальяжно посмотрел на меня, словно говорил о самых обычных вещах.— Какая к черту Италия?
Парень прищурился, вглядываясь в мои глаза. Чуть помолчав, он продолжил:
— Может, это тебя удивит, но выучить итальянский — не просто моя прихоть, — склонив голову в бок, прохрипел он. — Италия — моя родная страна.
— Но... — я резко замолчала, пытаясь переварить и понять его слова. — То есть... — пауза. — Ты итальянец? Парень довольно кивнул, и уголки его губ слегка поднялись. — Неожиданно, — уже тише, почти шёпотом сказала я.
Я перевела взгляд на свои руки, складывая все мысли по полочкам. Я ведь никогда не задумывалась об этом, думала, что... даже не думала об этом. Возможно, он выучил, потому что ему было интересно...
— Но фамилия у тебя не итальянская, — неожиданно произношу, подняв голову и заглянув парню в глаза. — И имя... — сказала я, заметив на его лице едва заметную тень улыбки. Вскоре я услышала небольшой смешок и слегка нахмурила брови в недоверии.
— Кто сказал тебе, что моя фамилия... — он на мгновение замер. — То, что я называюсь Дрейком, ещё не значит, что это моя настоящая фамилия.
Мой взгляд скользнул в даль, а потом вернулся к Гоуку, который внимательно наблюдал. Его глаза в полумраке казались темнее, почти чёрными, и в этом взгляде было что-то озорное, словно он где-то далеко в своих мыслях.
— Ну и какая у тебя фамилия? — выдохнула я.
Он чуть усмехнулся, косой полуулыбкой, из-за чего на правой щеке появилась ямочка.
— Хочешь примерить фамилию? — его улыбка уже не была какой-то тенью. — Signorina Valente. (итал. «миссис Валенте.»)
— Валентé, — повторила я, но он мотнул головой.
— Валéнте, — исправил он. — Тебе подойдёт, — мягко сказал Гоук, из-за чего я закатила глаза.
Решив, что здесь находиться уже невыносимо, я встала и, без слов, вышла с балкона. Сделав шаг, а может, два, я услышала, как парень тоже поднялся. Он оказался позади, и прежде чем я успела выйти в коридор, его рука коснулась моего плеча. Итальянец шагнул вперёд и развернул меня к себе, и моя спина прижалась к стене.
Между нами оставалось несколько сантиметров. Дыхание смешивалось, а запах табака и ванили пробивался сквозь мятный дым от кальяна.
— Не надо уходить, — тихо сказал он, не отводя взгляда. Его глаза блуждали по моему лицу, пока я урывисто дышала.
Он провёл пальцами по моим волосам, заправляя прядь за ухо и чуть дольше задержавшись у скулы.
— Завтра будем лететь в Италию, — наклонившись ко мне ближе, сладко сказал Гоук.
— Если так нужно туда, почему мы ехали через Канаду? — шикнула я, пытаясь выкрутиться. Парень оперся рукой о стену, нависая надо мной.
— Мне нужно было встретиться с Роем, — спокойно ответил он, а его рука скользнула в правый карман моих джинс, доставая кинжал.
— Ты с ума сошёл? — попыталась помешать ему, чтобы нож остался у меня.
— Не хочу, чтобы ты меня заколола, — на его лице появилась полуулыбка, а мои брови нахмурились. Брюнет откинул кинжал в бок.
У меня пересохло в горле. Я не знала, что сказать, кроме как послать его. В нём было столько уверенности, что она сбивала дыхание и заставляла сердце стучать быстрее.
Он скользнул взглядом по моим губам и, прежде чем я успела что-то сказать, наклонился ближе. Я почувствовала, как его дыхание касается моего лица, и мне стало не по себе — слишком близко. Наши взгляды пересеклись, и, кажется, я знала, что сейчас будет.
— Отстань, — тихо попросила я и резко прижала ладони к его груди, пытаясь оттолкнуть. Парень замер, а его взгляд метнулся с моих губ на глаза. — Что это вообще? — резко спросила я, глядя на него снизу вверх. Моё сердце бешено колотилось, и мне не нравилось, что он, вероятно, это чувствует.
Одно мгновение он молчал. Потом хрипло выдохнул, будто слова вырывались с усилием:
— Non lo so. (итал. «Я не знаю.»)
— Нон ло со? Ничего? — предположила я, не зная перевода. — Что все это такое? — мой голос уже звучал не тихо, переходя, возможно, на тихий крик.
Наступила пауза. Он посмотрел прямо в глаза, а потом, медленно сказал:
— Да, ничего, — почти прошептал.
Моя грудь поднялись в тяжелом вздохе. Я закусила губы.
— А... а та ночь, — не успела я договорить, как парень догадался о моем вопросе и ответил, перебив.
— Решай сама.