26 часть
Соник шагал по мраморным плитам, слыша, как отдают приказы, как гул голосов за дверью перерастает в нечто большее. Там, за этими стенами, его ждёт дворцовая площадь, заполненная народом, который пришёл увидеть свою будущую королеву.
Шэдоу шёл рядом, его уверенные шаги отдавались в пустоте коридора. Ни один из них не говорил ни слова. Слуги спешили впереди, распахивая перед ними двери, создавая иллюзию лёгкости, но Соник чувствовал вес этого момента.
Когда огромные створки перед ним раскрылись, его ослепил солнечный свет.
Толпа загудела.
Соник застыл на миг, но тут же сделал первый шаг вперёд. Его взгляд оставался ровным, движения плавными, дыхание — спокойным. Он знал, как играть свою роль. Он делал это всю жизнь.
Рука Шэдоу легла на его талию, тёплая, тяжёлая, словно железный замок. Король наклонился ближе, не смотря на него, но говоря достаточно громко, чтобы слышал только он.
— Улыбнись.
Соник не улыбнулся.
Шэдоу чуть сжал его боковые рёбра, едва ощутимо, но достаточно, чтобы дать понять — это тоже приказ.
Соник склонил голову, делая вид, что замечает кого-то в толпе, и чуть приподнял уголки губ, но улыбка не достигла глаз.
Толпа взорвалась ликованием.
Он чувствовал, как тысячи глаз изучают его, оценивают, принимают. Никто не знал, кем он был на самом деле. Никто не знал, что под этим белоснежным платьем скрывается вор, который когда-то жил в грязи, который сейчас стоит рядом с королём, словно принадлежит этому миру.
Шэдоу поднял руку, требуя тишины, и она наступила мгновенно.
— Народ Западного королевства, сегодня вы видите свою будущую королеву.
Толпа замерла в ожидании.
— С тех пор как я взошёл на трон, я не позволял себе отвлекаться от обязанностей. Но настало время. Время продолжить династию.
Соник внутренне напрягся, но внешне остался таким же безмятежным.
— Вы должны знать её. Должны любить её так же, как любите меня.
Шэдоу повернулся к нему, а затем, прежде чем Соник успел что-либо осознать, взял его за подбородок и приподнял его лицо вверх.
— Поклонись им.
Соник смотрел в его глаза, холодные, наполненные тёмной глубиной, в которой таилась опасность.
Толпа ждала.
Шэдоу ждал.
Соник плавно опустил голову в знак поклона.
Толпа взревела от восторга.
Шэдоу улыбнулся.
И только Соник знал, что это — ещё одна клетка, ещё одна преграда на пути к свободе.
Соник держал голову опущенной, но не потому, что хотел подчиниться. Он не видел лиц в толпе, не слышал слов, которые кричали люди, не чувствовал вес ожерелья, давящего на горло. Всё его сознание было сосредоточено на одном.
Свобода.
Что теперь? Что дальше? Он стоял здесь, окружённый королевскими стражами, рядом с мужчиной, который провозгласил его своей королевой, и не мог просто уйти. Каждый шаг, каждый взгляд, каждое движение — ловушка. Весь этот дворец — одна большая клетка, и он сам шагнул в неё, думая, что сможет украсть ключ.
Но что, если ключа нет?
Что, если король никогда не позволит ему уйти?
Соник знал, что должен быть осторожен. Он уже видел слишком многое, уже понял, что за этим холодным взглядом и гордой осанкой скрывается нечто тёмное.
Миранда предупреждала его. Эти женщины, которые остались в той комнате, их взгляды… Они говорили больше, чем любые слова.
Ему нужно было действовать быстро.
Шэдоу сжал его запястье, лёгкое, почти незаметное движение, но достаточно сильное, чтобы вернуть его в реальность.
— Всё будет хорошо, — произнёс он негромко, чтобы услышал только он.
Соник едва заметно вздрогнул.
Эти слова не были утешением.
Они были обещанием.
Неизбежностью.
Толпа снова загудела, но Соник не слушал. Он думал.
Думал о том, что он сделал. О том, как всё зашло так далеко. О том, что он может предпринять.
Но, несмотря на всё, он знал одно.
Он не позволит этому человеку сломить себя.
Шэдоу чуть наклонил голову, изучая его лицо, словно пытаясь разгадать, о чём он думает.
Соник почувствовал это внимание кожей, но не поднял взгляда. Внутри него всё кипело — мысли метались хаотично, сцеплялись, рушились, снова складывались в новый узор. Он хотел убежать. Он должен был убежать.
Но как?
Его план с самого начала был рискованным, но он верил, что сможет выкрутиться. Он привык выживать. Всегда находил способ выбраться из любой передряги.
Но теперь всё изменилось.
Раньше он крал золото, драгоценности, еду — вещи, которые можно было спрятать, вещи, которые можно было унести.
Сейчас он украл чужое место.
Чужую судьбу.
Чужую жизнь.
И что хуже всего — теперь это принадлежало не ему.
Шэдоу отпустил его руку, но пальцы короля едва заметно скользнули по его запястью перед тем, как исчезнуть. Этот жест был быстрым, почти незаметным со стороны.
Но Соник заметил.
Его кожа горела в том месте, где его коснулись.
— Идём, — голос Шэдоу был спокоен, не требовал, не приказывал, просто констатировал факт.
Соник поднял голову. Толпа всё ещё ликовала. Мир всё ещё гудел вокруг. А он… он чувствовал себя так, словно задыхался.
Он сделал шаг вперёд.
Ему нужно было придумать, как выбраться. И придумать быстро.