Тот, кого люблю

«Слухи - это яд, который не убивает сразу»

- Спор есть спор, - сказал папа, качая головой, но в глазах у него пряталась хитрая улыбка. - Ты выиграла.

Я стояла у кухонного стола, скрестив руки, стараясь выглядеть максимально серьёзной, хотя внутри уже праздновала.

- Значит... - я намеренно потянула паузу, выжидательно приподняв бровь.

Папа достал ключи и картинно покрутил их на указательном пальце. Звон металла в тихой кухне прозвучал как триумфальный марш.

- Значит, всю неделю машина твоя. Бензин на тебе, царапины на твоей совести.

Я не выдержала и улыбнулась.
- Всю неделю?

- Всю. Но без безумств, Саманта.

- Я никогда не делаю безумств, - невинно ответила я, забирая ключи.

Папа усмехнулся так, будто мы оба знали, что это не совсем правда.  Я сжала ключи в кулаке. Тяжелые, холодные. Почему-то в этот момент это ощущалось важнее, чем должно было. Как будто это была не просто машина. Как будто это был свобода.

Ноябрь ворвался в Брайтон без предупреждения, сразу превратив туманные дожди в ледяную крупу, которая больно жалила лицо.  Университет Лейкшор превратился в гудящий улей: началась рубежная неделя, и воздух в коридорах буквально искрил от статического электричества и студенческого кофеина.  Для нас это время стало испытанием на прочность. Мы оккупировали дальний угол в библиотеке, завалив стол учебниками по истории и стопками исписанных конспектов по социологии. 

Подготовка к зачетам сплотила нас.  Саванна была в своей стихии.  Она превратилась в нашего штабного офицера: расчертила график подготовки, выделила текстовыделителями самые сложные вопросы и заставляла нас пересказывать темы, пока мы не начинали цитировать их во сне.  Миранда всё еще держалась особняком, сохраняя привычную дистанцию, но её холодность постепенно меняла структуру.  Она больше не отпускала ядовитых комментариев.  Наоборот, когда я замирала над очередным сложным параграфом, она молча придвигала ко мне свой безупречно оформленный планшет с четкой схемой.  Это было её негласное предложение мира. 

А Джейн... Джейн сидела тише всех, судорожно вцепившись в маркер.  Она выглядела так, будто зачеты это меньшее из её зол.  Она листала конспект слишком быстро, возвращалась к одному и тому же абзацу, не замечая, что уже третий раз перечитывает одну строку.

- Ты вообще здесь? - тихо спросила я, толкнув её локтем.

Она моргнула.
- А? Да. Конечно. Просто я ничего не успеваю, - выдохнула она. - Мне кажется, я всё путаю.

- Ты не путаешь, - сказала я спокойно. - Ты просто паникуешь раньше времени.

Джейн скривилась, но кивнула.  Часы тикали почти оглушительно.  Время в библиотеке текло странно, сначала медленно, потом резко ускорялось.  Мы теряли счёт часам.  Кто-то приносил кофе.  Кто-то выходил подышать холодным воздухом и возвращался с красными щеками.  Я чувствовала усталость, но это была правильная, рабочая тяжесть, которая помогала на время заглушить гул в сердце.

Я пыталась сосредоточиться на параграфе по истории, но буквы внезапно превратились в черных муравьев, разбегающихся по странице. Я кожей почувствовала на себе чужой взгляд. Подняв голову, я заметила, как через два ряда столов на меня смотрит группа девчонок с факультета искусств. Стоило мне поймать их взгляд, как они тут же прикрылись тетрадями, но по их лисьим улыбкам и быстрой перепасовке взглядов было ясно: они обсуждали меня.  В Лейкшоре сплетни были валютой, и мой курс акций сегодня стремительно падал.

- Сэм, - шепотом позвала Саванна, не отрываясь от конспекта. - Перестань дергаться.

Я выдохнула и сжала ручку. Слухи о нашем расставании с Кристианом распространялись со скоростью лесного пожара.  И если сначала это были просто догадки, то его поведение превратило их в аксиому.  Он перестал появляться на общих парах.  А если и приходил, то садился максимально далеко, окруженный своей привычной «свитой».

Кристиан выбрал самую изощренную форму расправы, он перестал меня замечать.  В коридорах Лейкшора он проходил мимо, глядя сквозь меня, словно на моем месте была лишь трещина на стене, которую вчера неудачно закрасили. Это молчание развязало руки Морган.  Она расцвела.  Стычка в столовой не прошла бесследно.  Морган, вооружившись своим новым лицом и непоколебимой уверенностью, перешла в открытое наступление.  Ее любимым маршрутом стал радиус в два метра вокруг Кристиана. А он? Крис, который еще недавно сжимал мою руку, теперь просто... позволял ей быть рядом.  Она шептала что-то ему на ухо прямо посреди оживленного холла, заливаясь тем самым смехом, который я слышала в своем кошмаре. Он не отталкивал её, не морщился.  Он был не против.  Его молчание породило лавину слухов, которая накрыла меня с головой. В коридорах, в курилке и в общих чатах шептались только об одном: «Ланкастер и Саманта - всё».  Говорили, что он наигрался, что я была «экспериментом», который закончился провалом, и что теперь всё возвращается на круги своя. 

Морган умело подливала масла в огонь, придумывая детали, которых никогда не было: якобы я умоляла его не уходить, якобы я строила из себя ту, кем не являюсь, и в итоге осталась у разбитого корыта. В этих историях я была полной дурой, а он скучающим принцем, который наконец-то прозрел.

Я видела, как Брайан наблюдал за этой сценой в коридорах.  Его взгляд, обычно спокойный, теперь был полон разочарования.  Ему явно не нравилось то, во что превращался его лучший друг.  Кристиан возвращался к своему «прежнему» состоянию - циничному, бездушному игроку, которому плевать на чужие чувства.  И Брайан, кажется, был единственным, кто понимал, какую цену мы все за это платим. 

Единственным моим спасением стала учеба. Я буквально растворялась в книгах, заставляя мозг работать на износ, лишь бы не оставалось ни единой секунды для мыслей о нем. Потому что по ночам, когда маска «рациональной Саманты» сползала, я чувствовала, как этот холод выжигает меня изнутри. Мне было физически больно, но я запрещала себе винить его.
«Ты знала, на что идешь, ты сама всё испортила.- продолжала я вести диалог с собой, глядя в окно на серый ноябрь. - Не вини его.»

-«Таак! СТОП!»-мой мозг внезапно выдал резкий сигнал торможения, -  «Да,я сделала выбор. Паршивый, тяжелый, но единственный возможный. Кристиан не заслужил этой лжи, но он тем более не заслужил той правды, которую готовит его мать».

- Сэм, посмотри на меня, - голос Миранды, резкий, как щелчок хлыста, вырвал меня из вязкого оцепенения над учебником.

Я вздрогнула.  Мы сидели в нашем углу библиотеки уже третий час. Саванна что-то яростно чертила в блокноте, а Джейн, казалось, пыталась слиться с цветом дубового стола.

- Слухи, которые несет Морган - это помойка, - отрезала она, захлопывая мой учебник, чтобы я не могла спрятаться за текстом. - И то, что ты молча это глотаешь, бесит меня еще сильнее.

Я подняла голову, встречаясь с её решительным, почти яростным взглядом. Саванна и Джейн замерли, боясь даже вздохнуть.

- Я ничего не глотаю, - спокойно ответила я.

Миранда прищурилась.
- Молчание выглядит как согласие.

- Нет, - я покачала головой. - Молчание выглядит как отсутствие интереса. Морган играет на публику, - продолжила я. - Если я начну реагировать, она получит то, ради чего старается.

- Она выставляет тебя жалкой, - продолжила Миранда. - А он... - её голос стал холоднее. - Он позволяет.

Имя Кристиана повисло между нами, даже не произнесённое вслух.

- Я не могу контролировать, что он позволяет, - сказала я. - И не собираюсь оправдываться за чужие фантазии.

- Может, ему удобно, - осторожно сказала Саванна.

Я замолчала на секунду. Эта мысль уже приходила мне в голову.

- Он злится.

Это прозвучало тише, чем я ожидала. Кристиан не был холодным стратегом. Он был человеком крайностей.  Если радовался, то громко.  Если защищал, то до последнего.  Если злился, то жестоко.  И сейчас он обижался. Просто вместо разговора выбрал демонстрацию.  Это было упрямством.

Миранда наклонилась ближе.
- Или он ждёт, что ты сорвёшься.

Я посмотрела на неё.
- Тогда он просчитался, - спокойно сказала я.

Миранда медленно кивнула.
- Значит, ты ждёшь?

- Нет.

Тишина в нашем углу стала плотной. За соседними столами кто-то листал страницы, тихо кашлял, щёлкал ручкой.

Джейн откинулась на спинку стула, глядя на меня с каким-то странным, почти испуганным восхищением.

- Ты слишком рациональна для человека, о котором говорят, что его бросили, - тихо сказала она.

Миранда же смотрела так, будто пыталась вскрыть меня взглядом.

- Тебе вообще не больно? - ее вопрос был прямым. Без яда. Без насмешки.

Я сделала паузу.

- Больно, - ответила я честно. - Но это не повод устраивать публичную войну.

Саванна тихо кивнула, будто согласилась с формулой.

- Но если ты будешь молчать, версия останется её, - заметила она.

- Версия останется до следующей сенсации, - спокойно сказала я. - Через месяц найдётся новая тема.  Поймите, если два импульсивных человека начинают выяснять отношения на публике, - я слегка усмехнулась, - Это заканчивается катастрофой.

- Тогда что будем делать? - спросила Саванна.

- Учиться. - Я открыла учебник снова.

- Если я еще хоть раз услышу, как Морган открывает свой рот, чтобы вякнуть что-то о тебе.  Клянусь, я сломаю ей  нос, в которое папочка выложил целое состояние, и на этот раз никакой хирург не соберет этот пазл обратно.

В тишине библиотеки её слова прозвучали так весомо и искренне, что я на секунду замерла. Все накопившееся напряжение, этот ледяной игнор Криса и ядовитый шепот за спиной вдруг вырвались наружу коротким, почти истерическим смешком. Миранда сначала нахмурилась, глядя на мою реакцию, а потом её губы тоже дрогнули в усмешке. Через мгновение мы уже смеялись в голос, давясь от хохота и прикрывая рты ладонями, пока библиотекарь не зашикала на нас.

Я порывисто обняла её, и Миранда, помедлив секунду, крепко сжала меня в ответ, ощутимо хлопнув по плечу.

- Спасибо, - прошептала я ей на ухо.

Библиотека снова погрузилась в сонную тишину, прерываемую лишь шорохом страниц. Саванна с фанатичным блеском в глазах продолжала чертить схемы, Джейн, казалось, пыталась просто не дышать, уткнувшись в конспект. Я не видела что ей это было интересно, она практически засыпала.

- Всё, с меня хватит, - шепнула Миранда, захлопывая крышку планшета. - Мне нужно проветрить мозги, иначе я начну кусаться.

Я кивнула, собирая вещи. Нам обеим нужна была пауза. Мы вышли из душного здания библиотеки на свежий воздух. Ноябрьский ветер тут же ударил в лицо, заставляя поплотнее запахнуть куртку.  Миранда отошла чуть в сторону, за угол корпуса, в тень старых кленов.  Она достала из сумки пачку сигарет. Секунду покрутила её в руках, словно сомневалась, стоит ли, но потом всё-таки вытянула одну и зажала между губами.

- Будешь? - спросила она.

Я покачала головой.
- Нет.

Миранда пожала плечами и щёлкнула зажигалкой. Маленькое оранжевое пламя на секунду осветило её лицо. Она затянулась и медленно выпустила дым в холодный воздух. Она баловалась этим редко, обычно только в моменты запредельного стресса, когда язвительность уже не помогала справляться с напряжением.

- Только не читай мне лекций, Сэм, - выдохнула она вместе с облачком серого дыма. - Один раз - не преступление.

Я оперлась спиной о холодную кирпичную стену, глядя на пустой фонтан.

- Я и не собиралась. Сама едва держусь.

- Он ведь не знает, - подруга резко сменила тему,но  уже серьезно,- Про Шеннон.

Я опустила взгляд.
- Нет.

- И ты правда собираешься так всё и оставить?

Я пожала плечами.
- Миранда,прошу не начинай.....

Миранда тихо выдохнула.
- Ты понимаешь, что со стороны всё выглядит так, будто ты просто... передумала?

Я невольно усмехнулась.
- Да. Понимаю.

Миранда несколько секунд просто смотрела на меня.

- Он имеет право знать.

- Если я скажу... - тихо сказала я, - всё станет только хуже.

- Для кого?

- Для него.  Для всех.

Миранда фыркнула.
- Очень сомневаюсь.

- Ты не знаешь Шеннон так, как знаю я.

Это прозвучало жёстче, чем я хотела.
Миранда потушила сигарету о край урны и бросила её внутрь.

- Всё равно это чёртовски несправедливо, - пробормотала она.

В этот момент со стороны спортивного корпуса показалась компания.  Пятеро парней из футбольной команды, во главе с Трэвисом, их защитником, который всегда отличался слишком громким голосом и полным отсутствием такта. Они шли в сторону столовой, размахивая сумками и что-то оживленно обсуждая. Стоило им поравняться с нами, как смех мгновенно стих. Трэвис замедлил шаг. Его оценивающий, липкий взгляд прошелся по мне сверху вниз, задерживаясь дольше, чем позволяли приличия. Раньше, когда я была «девушкой Кристиана», он не смел даже смотреть в мою сторону. Теперь он чувствовал запах крови.

Один из них что-то негромко сказал остальным, и они снова заржали, но уже как-то иначе грязно, липко.

Я не шелохнулась, не отвела взгляд и не опустила голову. Я смотрела прямо на Трэвиса, и в моем взгляде было столько ледяного презрения, что его ухмылка на секунду дрогнула. Я видела таких, как он, сотни раз. Они смелые, только когда жертва загнана в угол. Но я не была жертвой. Я была охотником, который временно затаился.

- Ненавижу этих идиотов, - выплюнула Миранда, когда они скрылись за дверями.

- Пойдем, - хрипло сказала я. - Саванна и Джейн уже должны быть в столовой.

Я поправила сумку на плече и зашагала к входу. Моя рациональность давала трещину, но на её месте проступало что-то более прочное. Гордость.

- Надеюсь, Саванна уже заняла нам стол.  Я умираю с голоду, - сказала Миранда.

  Я уже представляла, как Джейн будет возмущаться, что мы её бросили, а Саванна спокойно перелистывать свои конспекты даже за обедом.  Я была так занята борьбой с собственными мыслями, что не заметила странной тишины, которая воцарилась в холле.

Студенты не просто шли, они стягивались к дверям столовой, как будто там давали бесплатное шоу, финал которого нельзя пропустить.

Я нахмурилась.

- Странно...

Миранда тоже замедлила шаг. По коридору прокатился громкий гул голосов. Кто-то возбуждённо говорил, кто-то смеялся, кто-то, наоборот, выглядел растерянным освобождая дорогу тем, кто рвался вперед.

- Там что-то происходит, - констатировала  Миранда.

Мы подошли ближе. Толпа перед дверями столовой становилась всё плотнее. Студенты вытягивали шеи, пытались заглянуть внутрь, кто-то даже вставал на цыпочки, пытаясь рассмотреть что-то через головы.  Из-за дверей доносились обрывки криков.   И какой-то резкий сухой звук.  Будто что-то упало.  Или разбилось.  Я переглянулась с Мирандой.

- Может, пожарная тревога? - тихо предположила я.

- Тогда люди бы выбегали, а не ломились внутрь, - сухо заметила она.

Изнутри снова донёсся шум. А затем, взрыв коллективного, восторженного «О-о-о!», от которого у меня заложило уши.  Звон посуды. Чей-то громкий голос. Потом ещё один. Толпа снова взволнованно загудела.

- Ладно, - сказала Миранда и решительно направилась к дверям. - Сейчас узнаем.

Мы начали протискиваться через студентов. Кто-то раздражённо буркнул, кто-то шагнул в сторону, пропуская нас. Чем ближе мы подходили, тем отчётливее становился беспорядочный шум изнутри. Я чувствовала, как внутри всё сжимается.  Мы толкнули тяжелую створку и вошли внутрь.