Тот, кого люблю

«Луна молчала, но, кажется, видела больше, чем нужно.»

Я стояла с бокалом вина рядом с Лорой. Она была в восторге глаза сияли, волосы распущены, лицо раскраснелось от смеха, сестра слегка покачивалась, бокал с вином блестел в её руке.

- Признайся, - сказала она, - Себастьян сегодня был не плох .

- Что? Не неси чепуху. Лора, может, тебе хватит, - сказала я с лёгкой улыбкой, пытаясь забрать у неё бокал.

- Нет, у меня всё в порядке, - отмахнулась она, сияя. - Ты просто должна видеть, как он смотрел на тебя сегодня. Да и ты сама... Ну, ты просто чудо!

Я лишь закатила глаза и тихо усмехнулась, сестра уже была подвыпившей. Я взяла ее бокал, поставила на столик и глубоко вздохнула.

- Я не хочу такое обсуждать.

Я взглянула на Кристиана. Он стоял чуть поодаль, разговаривал с мистером Уитмором и Риком. На лице ледяное спокойствие. Но я знала этот взгляд. Сдержанная злость, желание всё бросить и просто забрать меня отсюда.

- Боже, - пробормотала я. - Только бы он не устроил сцену.

- Кто? - усмехнулась Лора.

Себастьян подошёл в этот момент.
- Вы не замёрзли? - спросил он, кивнув на лёгкий ветер.

- Нет, всё хорошо.

- Отлично. - Он улыбнулся. - Хотите пройтись? У нас здесь вечером особенно красиво - огни, поля за оградой, запах жасмина.

Лора подмигнула мне:
- Иди.

Я бросила на неё взгляд, но Себастьян уже подал руку. Отказать было невозможно, всё было слишком естественно.

- Я хочу показать вам кое-кого, - сказал Себастьян, улыбаясь. - Пойдёмте.

Он повёл меня к конюшне. Моё внимание сразу привлекла стройная лошадь с коричневыми пятнами и блестящей гривой.

- Это Белла, - сказал Себастьян, ласково гладя её шею. - Она выигрывает почти все заезды, если всадник знает, чего хочет.

Я протянула руку, слегка боясь, что она укусит, и осторожно погладила лошадь. Себастьян мягко поправил мою руку:

- Не бойтесь. Она понимает, когда её гладят с уважением.

- И что она любит? - спросила я.

- Почти всё, особенно морковь и сахар. И похоже, вы ей понравились.

- Правда? - спросила я, стараясь говорить легко.

- Да. Она не всем позволяет себя гладить. А вам позволила.

Я улыбнулась, продолжая гладить Беллу. Себастьян наблюдал за мной, потом тихо спросил:

- Скажите честно... - начал Себастьян тихо, с лёгкой насмешкой в голосе, - вас здесь ещё пытались выдать замуж по расчёту?

Я чуть опешила.

- Простите?

- Ну как же, - он склонил голову, словно говорил о погоде. - Тут всё - браки, союзы, фамилии, капиталы. Один неверный взгляд и вас уже записали в список невест.

Я рассмеялась, слегка нервно, но живо.

- Слава богу, нет. У меня нет счетов в офшорах и коллекций ценных бумаг. Думаю, я не прохожу по «кастингу».

Себастьян усмехнулся, но взгляд остался серьёзным:

- Поверьте, вам повезло. Моей сестре меньше. Она... слишком послушна. Делает ровно то, что от неё ждут. И человек, за которого её хотят выдать... - он сделал короткую паузу - Равнодушен. Даже не пытается скрыть, что не заинтересован.

Я склонила голову, пытаясь понять, слышу ли я в его голосе обиду или презрение.

- Странное зрелище, - сказала я, стараясь говорить легко, хотя внутри всё напряглось.

- Ещё бы, - кивнул он.

- Может, у него есть причины, - пробормотала я осторожно.

- Возможно. Но это не меняет того, что моя сестра не товар. И я не хочу видеть, как её вежливо «сдают» под фамильный герб ради выгоды, - произнёс он тихо, но твёрдо.

Я поняла: речь о Кристиане. Сердце пропустило удар.

- И вы... ничего не можете сделать? - спросила я, осторожно.

- Честно говоря... - его голос стал ниже, почти доверительным, - Не уверен, что смог бы.

Он усмехнулся, но в этом смехе не было веселья.

- Это смело, говорить так. Вы ведь... - я прищурилась - Один из них?

- Я... - спокойно ответил он, - Один из них, но не с ними. Хотите прокатиться? - сменил тему он, слегка улыбнувшись, словно извиняясь за мрачность разговора.

Я кивнула, хотя неохотно. Себастьян подал мне руку, помог сесть в седло. Белла его лошадь, ржала и топтала копытом, будто чувствовала напряжение между нами.

Себастьян выбрал, Беллу, а мне дали спокойную, степенную кобылу с мягкой походкой.

- Не волнуйтесь, она вас не подведёт, - сказал он и, слегка тронув поводья, повёл нас прочь от конюшни.

Мы выехали из стойла, и я ощутила свободу ветра на лице, лёгкое покачивание под копытами. Вокруг уже собирались гости кто-то садился в седло, кто-то смеялся, кто-то, как Лора, настойчиво уверял, что «может» кататься.

Но Рик остановил её, твёрдо сказав:
- Ни шагу к лошадям, Лора. Ты уже еле держишься на ногах.

- Ну, милый, - тянула она, но покорно осталась.

Пока Себастьян показывал мне, как держать поводья, количество наездников увеличилось ,шесть, семь человек. Вдалеке я заметила Амелию, но Кристиан пока оставался с родителями, наблюдая со стороны. Она спокойно, почти уверенно скакала на лошади.

- Амелия хорошо держится в седле, - заметила я.

- Мы с детства , учимся ездить верхом.

- А я, похоже, единственная, кто не умеет кататься на лошадях.

- Ничего, - он усмехнулся, - Зато вы учитесь быстро.

Я пыталась сосредоточиться на движении, на ощущении седла под собой, но взгляд невольно скользил к полю, где стоял Кристиан с мистером Уитмором. Он что-то обсуждал с ним, смех, короткие фразы, лёгкие улыбки, а иногда взгляд его скользил к Амелии. Она слегка наклонилась сидя верхом, поправила поводья, при этом улыбнулась Кристиану. Её глаза сверкали, и, как мне показалось, она пыталась казаться непринуждённой, а на самом деле тщательно ловила его взгляд. Она старается впечатлить его... и это видно. Каждый её взгляд, каждая улыбка направлены на него. Сердце колотилось так, что казалось, что оно слышно даже Себастьяну. Он ехал рядом, наблюдая за мной, тихо улыбался.

«Он мой...» - прошептала я про себя, сжимая поводья крепче.

И вдруг, словно сорвавшись с цепи, мои мысли вырвались словами:

- Она его любит? - спросила я резко, ни с того ни с сего. - Парня, за которого её хотят выдать.

Себастьян опешил от моей резкости, словно не ожидал, что я снова затрону эту тему, которую мы обсуждали ещё в конюшне, он пожал плечами:

- Любовь? Пожалуй, нет. Но разве это кого-то волнует?

Я сжала поводья, ощущая смешанные эмоции: сомнение, тревогу, но и лёгкое облегчение. Амелия не любила Кристиана так, как я люблю его.

- А ваша сестра, - осторожно продолжила я, - Не сопротивляется этому браку?

- Она... пытается, - он сжал зубы, глаза стали холоднее, - Но общество давит, и желание угодить родителям.

- Это жестоко... - пробормотала я.

- Да, - тихо кивнул он. - И в этом есть ужасная ирония: она умна, красива, достойна настоящей любви. А её «светский муж» не достоин ее.

И тут я почувствовала противоречие: слова Себастьяна звучали так убедительно, но мои глаза видели совсем другое Я вспомнила, как Амелия улыбается, когда он рядом, как в её глазах загорается какой-то свет, который не видят другие, и мне стало тревожно. Себастьян, похоже, даже не подозревает, что у его сестры могут быть какие-то чувства к Кристиану.

Себастьян заметил моё напряжение и, чуть улыбнувшись, перевёл разговор на светскую сторону:
- Видите ли, такие браки редко бывают счастливыми.

- Вы правы, - выдохнула я, следя за тем, как Амелия ловко перепрыгивает через барьеры, пытаясь завладеть его вниманием.

Ревность поднималась всё выше, смешиваясь с облегчением: Он её не любит и значит, шанса на брак нет... Но что если она всё же любит его? И тогда... и тогда что?

Я закрыла глаза на мгновение, делая глубокий вдох. Ветер с полей казался холоднее, запах жасмина острым и почти горьким. Внутри меня боролись чувства: облегчение и ревность, страх и любопытство. И только одно было ясно: всё, что говорит Себастьян о своей сестре, я теперь видела под совершенно другим углом.

Он направил Беллу чуть вперед, лошадь шла мягкой рысью. Мы ехали бок о бок. Небо над Брайтоном светилось золотом, воздух был наполнен запахом травы и тёплого ветра. Я почти успокоилась...Но вдруг сильный звук, словно стук упавшего ведра с инструментами со стороны склада, заставило мою лошадь вздрогнуть и рвануть вперёд.

- Стой! - вскрикнула я, теряя равновесие.

Лошадь мчалась сама по себе. Я пыталась тянуть поводья, но она была быстрее меня, глаза её блестели от испуга. Сердце бешено колотилось, руки дрожали. В голове кружилось: «Не упади... держись...»

- Саманта! - услышала я крик Себастьяна, но он остался где‑то позади.

Лошадь неслась по склону, будто обезумев. Я пыталась тянуть поводья, но она не слушалась. Глаза заслезились, в горле стоял крик.Я закрыла глаза, ветер бил в лицо, ветки царапали руки и щёки.

- Саманта! - крикнул кто‑то, и я едва успела увидеть знакомую фигуру, мчащуюся ко мне.

Я открыла глаза и увидела Кристиана, он прыгнул вперед, смело, решительно. Его руки крепко ухватились за уздечку, мгновенно остановив мою лошадь. Она нервно фыркнула, зажмурила глаза, но больше не сорвалась. Я едва могла дышать, сердце ещё стучало, но страх постепенно уступал место чувству безопасности.

- Ты не ушиблась? - хрипло сказал он, когда помогла мне спуститься.

- Господи, Кристиан ... - мой голос был хриплым. Щёку саднила царапина.

Кристиан провёл пальцем по моему лицу, тихо, почти с нежностью.

- Больно?

- Нет... не сильно.

- Малышка, - выдохнул он, - Ты меня так испугала.

Я не плакала, просто стояла, ощущая, как дрожь постепенно уходит, а вместе с ней приходит необычное чувство защищённости. Кристиан крепко обнял меня, и я прижалась к нему, позволяя себе наконец расслабиться.

Я сделала шаг вперёд,подняла глаза и наши губы встретились. Сначала осторожно, а потом страстно, как будто восполняли все страхи и нервы последних минут. Руки Кристиана обвили меня, притягивая ближе, а я не сопротивлялась, прижимаясь всем телом.

- Ты в порядке? - хрипло спросил он между поцелуями.

- Да... но... - едва слышно прошептала я, чувствуя, как дрожь постепенно уходит, оставляя только жар внутри.

Он крепко прижал меня к себе, словно говоря: «Я здесь. Я спасу тебя снова. Всегда». Я ответила ему тем же, отдаваясь чувству, которое так долго томилось во мне целый день. Среди деревьев, под мерцающими звёздами, мы были одни. Никто, кроме нас, не существовал. Никто, кроме моего любимого, который снова пришёл на помощь.

Мы наконец разомкнули губы, дыхание приходило в норму, а сердце всё ещё стучало бешено. Ветер играл волосами, а запах травы и жасмина казался необычно острым, почти головокружительным. Я ещё чувствовала жар по всему телу, когда услышала отдалённые голоса:

- Саманта! Где вы? - раздался тревожный крик.

Я мгновенно ощутила тревогу: - Они нас ищут... Кристиан...

- Мы должны вернуться, - сказал он тихо, но твёрдо.

- Саманта! Кристиан! - кричала Лора, перебивая друг друга с Риком - Где вы?!

Мы вернулись по полю, где слышались голоса Лоры, Рика и других гостей. Крики становились всё ближе, и я видела, как лица окружающих выражают тревогу и недоумение.

- Амелия, стой! - подхватил Себастьян, но дочь Уитмора уже выглядела растерянной, вскакивая в седле, словно пытаясь определить, куда идти.

Амелия заметила нас первой. Её глаза расширились, когда она увидела Кристиана рядом со мной, но она быстро восстановила маску спокойствия и уверенности. Она ловко спрыгнула с лошади и сделала вид, что просто подошла, чтобы узнать, всё ли в порядке.

- Вот они! - услышали мы Рика и несколько других гостей, и я почувствовала смешанное облегчение и смущение.

Скоро к нам подбежал Себастьян, немного запыхавшийся, слегка напряжённо оглядывая нас. Его взгляд задержался на Кристиане, а потом на мне, словно он пытался прочитать между строк. Но он ничего не сказал только слегка нахмурился и перевёл взгляд на Амелию, которая пыталась казаться непринуждённой.

- Простите меня... - сказал он, немного смущённо. - Это моя вина, я вас уговорил прокатиться.

Я слегка улыбнулась, бросив взгляд на Кристиана:
- Всё в порядке. Кристиан спас меня, - тихо добавила я, выражая благодарность глазами, - Просто лошадь... испугалась...

Амелия слегка приподняла бровь, а Себастьян покачал головой, словно пытаясь понять ситуацию.

- Я рад, что у вас всё хорошо, - наконец сказал он, но в голосе слышалась лёгкая сдержанность и чувство сожаления.

В этот момент Лора прибежала, слегка взволнованная. Она обняла меня, и мы вместе пошли дальше.

Амелия стояла немного в стороне, её взгляд постоянно скользил к нам. Я почувствовала, как внутри снова поднимается ревность, её глаза пытались прочитать, что между нами происходит. Когда я прошла мимо нее, она вежливо улыбалась.

Рик подошёл к Кристиану, хлопнул его по плечу:
- Молодец, брат. Вовремя среагировал.

Запах антисептика напомнил мне школьный медпункт тот же холодный, стерильный запах и ощущение беспомощности. Когда помощница миссис Уитмор осторожно промывала ссадину на щеке, я чувствовала себя той самой неловкой школьницей, которая снова пришла с разбитыми коленками и притворяется, что не больно.Перекись зашипела, и я вздрогнула.

- Потерпи, милая, - сказала она мягко, но от её заботливого тона становилось только неловко.

«- Прекрасно, просто идеально, думала я, глядя в пол. - Весь вечер один сплошной позор, вот уж героиня вечера».

Когда всё наконец закончилось, в комнате стало непривычно тихо. Гости начали расходиться. Рик, слегка нахмурившись, посмотрел на Лору, которая устало опустилась в кресло и держалась за голову улыбалась всем подряд. Щёки её раскраснелись, глаза сияли. Она не была пьяна до беспамятства, но всё-таки слишком оживлённа для такого вечера.

- Ах, Сэмми! Я думала, с тобой что-то случится!

- Всё хорошо, - ответила я, улыбнувшись, улыбка была нервной и скорее не ловкой, - Не нужно драматизировать.

Лора болтала без умолку. Рик едва успевал удерживать её за локоть.

- Ну всё, красавицы, вечер окончен, - сказал он, и с добродушной улыбкой повернулся ко мне. - Саманта, мы отвезем вас с Лорой, ей на сегодня уже хватит. Пора ехать.

Амелия стояла неподалёку, безупречно собранная, но её улыбка казалась натянутой. А рядом миссис Уитмор что-то шептала ей на ухо коротко, сдержанно, как будто предостерегала. Себастьян предложил отвезти меня домой, но Рик покачал головой:

- Нет, всё в порядке, Кристиан сам её отвезёт.

Кристиан стоял неподалёку, скрестив руки. Он встретился взглядами с Себастьяном. В его взгляде промелькнуло раздражение, он не стал спорить.

- Хорошо, - только и сказал он, и его голос прозвучал сдержанно, почти холодно.

Себастьян промолчал. Его взгляд задержался на мне дольше, чем следовало внимательный, проницательный. Лора в это время немного шатаясь на каблуках шла к машине, требуя мужа, «прокатить ее на лошади».

- Милая, нам лучше сейчас ехать домой, - тихо сказал Рик, подхватив её за плечи, - Завтра прокатимся.

Рик выдохнул, перевёл взгляд на меня, потом на Кристиана.

- Крис, отвези Саманту, ладно? - сказал он спокойно, но в его голосе прозвучала та особая интонация, от которой у меня внутри всё сжалось.

Кристиан кивнул коротко. Их взгляды встретились на долю секунды, в этом молчании чувствовалось больше, чем в десятке слов.

- Конечно, - ответил он и шагнул ко мне, обхватив меня за плечи так невинно, будто прикасался ко мне впервые.
Ко мне подошел Себастьян.

- Я всё ещё чувствую себя виноватым, мисс Джонс.

- Не нужно, - я качнула головой. - Это была случайность. Я сама виновата, растерялась.

- Вы держались достойно, - мягко ответил он. - Не каждая дама выдержала бы такое.

Кристиан молчал, но я видела, как напряглась линия его челюсти. Его взгляд был холодным, почти стальным. Амелия подошла чуть позже, идеальна, как всегда. В её движениях не было ни спешки, ни лишнего звука, только отточенная грация.

- Как вы себя чувствуете, Саманта? - спросила она ровным голосом, и вежливая улыбка на её лице казалась чуть натянутой.

- Уже лучше, благодарю, - ответила я.

- Это самое главное, - произнесла Амелия, переводя взгляд на Кристиана. - Мы все очень испугались. Особенно Себастьян.

- Разумеется, - холодно сказал Кристиан, - Ведь это под его присмотром всё и произошло.

Себастьян чуть приподнял бровь, сохранив вежливый тон:
- Верно. Но, к счастью, всё закончилось хорошо, благодаря вам.

- Удача, - коротко бросил Кристиан, но в голосе его прозвучала та особая, опасная сдержанность, за которой всегда скрывалось нечто большее.

Между ними повисла пауза. Амелия подошла ближе,
- Думаю, у нас ещё будет возможность поговорить, - произнесла она с лёгкой улыбкой.

- Разумеется, - ответила я, и улыбнулась в ответ, хотя внутри отозвалось холодом.

«Она что-то подозревает?» мелькнуло в голове.

Себастьян тоже наклонил голову:
- Рад был провести этот вечер с вами, мисс Джонс.
Надеюсь, завтра вы будете чувствовать себя лучше.

- Спасибо, - сказала я, чувствуя, как Кристиан мягко, но настойчиво положил ладонь мне на спину, подталкивая к машине.

- Мы поедем, - коротко сказал он.

- Конечно, - ответил Себастьян спокойно, но в его взгляде мелькнула тень.

Мы отошли, и, обернувшись, я поймала взгляд Миссис Уитмор. Мы обменялись формальными улыбками. Она стояла рядом с Амелией, поправляя перчатки, и что-то тихо сказала ей. Амелия кивнула, снова бросив на меня взгляд, и в её глазах было холодное осознание, от которого мне захотелось отвернуться.

Себастьян, всё так же вежливый и сдержанный, придержал дверь, помогая мне сесть в машину. Его ладонь едва коснулась моей, холодная. Я поблагодарила, пытаясь улыбнуться, но чувствовала, как лицо пульсирует, больно и неприятно. Кристиан молча обошёл машину и сел за руль. Двигатель загудел, как будто зевнул от усталости после долгого вечера. Мы тронулись. Я смотрела в окно, огни Брайтона мелькали, как оборванные кусочки чужих разговоров. Воздух в салоне пах смесью антисептика и кожаных сидений. Двор Уитморов остался позади, вместе с напряжёнными взглядами и неозвученными вопросами.

- Болит?

- Нет, всё нормально, - ответила я, хотя голова гудела, а плечо ныло. - Просто устала.

Я посмотрела на своё отражение в окне и скривилась.

- Как я завтра в университет пойду с таким лицом, - выдохнула я тихо, не столько ему, сколько себе.

Он молчал. Но я чувствовала, как в нём всё кипит. Его пальцы сжимали руль слишком крепко, мышцы на скулах подрагивали.

- Ты могла серьёзно пострадать, - его голос был низким, ровным, но в нём чувствовалась едва сдерживаемая злость. - Что тебе вообще пришло в голову ехать с ним?

Я глубоко вдохнула, пытаясь говорить спокойно:
- Себастьян просто показал мне лошадь. Я не могла предположить, что она понесёт.

- Себастьян, - повторил он это имя так, будто оно было ему физически неприятно. - А этот идиот даже не понял, что ты едва не разбилась.

- Крис... - начала я тихо, но он перебил:

- Ты хоть представляешь, каково было видеть, как ты мчишься вниз по склону, будто в пропасть? - он сжал руль сильнее. - У меня всё внутри оборвалось.

Его голос дрогнул, и в нём появилась не злость, а боль. Я опустила взгляд.
- Прости... Я не хотела, - прошептала я. - Я не думала, что всё так обернётся.

- Не смей больше кататься с ним одна. Ни с ним, ни с кем другим.

Я повернулась к нему:

- Кристиан...

- Нет, - он посмотрел прямо, - Не спорь.

Я отвернулась к окну. - А почему ты не сводил глаз с Амелии? - бросила я тихо, почти шепотом, но с остротой.
Он коротко усмехнулся, не глядя.

- Серьёзно? Ты сейчас хочешь спорить?

- Я просто задаю вопрос, - ответила я, не поднимая взгляда. - Кажется, она тобой очень довольна.

Он резко посмотрел на меня:
- А ты думаешь, я не заметил, как Себастьян едва ли не боготворил тебя? Даже выиграл для тебя трофей! Чертов выпендрежник!

«Вот опять», - подумала я. Мы оба замолчали. Я посмотрела в окно. Мы ехали вдоль озера, машина неслась по дороге, и только луна - та самая, что видела всё, молча скользила за нами по небу.

- Давай остановимся, - сказала я тихо. - Хочу немного подышать.

- Хочешь остановиться? - уточнил он.

- Да.

Машина плавно съехала на обочину. Я вышла, вдохнула прохладный ночной воздух. Всё вокруг было тихо, только где-то далеко перекликались лягушки. Кристиан подошёл ко мне, не говоря ни слова, и обнял. Я почувствовала, как его руки сомкнулись у меня на талии, и на мгновение весь шум в голове стих. Мы стояли, прислонившись к капоту, глядя на лунную дорожку на воде. Я уткнулась лицом в его грудь, слушая, как ровно бьётся его сердце. Наше объятие уже не несло покоя, в нём чувствовалось напряжение, как будто мы оба пытались удержать то, что давно начало трескаться по швам. Я повернулась к нему. В свете луны его глаза казались почти чёрными, чернее ночи. Он был сосредоточен, будто внутри себя что-то решал. Я хотела сказать хоть что-то глупое, лёгкое, чтобы развеять эту тишину, но язык не слушался. Я закрыла глаза, глубоко вдохнула прохладный воздух и подумала, как сильно хочу, чтобы всё стало проще. Но, кажется, теперь уже нет.

- Завтра начнётся учебный год, - сказала я, нарушая тишину. - И мне придётся идти с этим лицом.

Он хрипло усмехнулся:

- Всё заживёт.

- Не всё.