Сказ о том, как солдат брата искал

К сожалению, связь во всех восьми галактиках была прервана, и толковых репортёров здесь не было, иначе, если бы удалось взять интервью у последнего представителя династии Кэли, легендарного Арес Фэна, оно могло бы занимать первые полосы газет целый месяц.

Патрульная группа, которая с трудом справилась с пиратами, была всего лишь приманкой. И сложная система антиотслеживания тоже была приманкой.

Разве намеренно открытый нелегальный маршрут и ложное моделирование колебаний энергии не были ловушкой? Разве Пророк из Антиутопического общества не подтвердил это ранее?

Каким образом ловушка стала настоящей?

В этой смеси правды и неправды Арес Фэн сколько не думал, все равно не смог понять; он так и не понял до конца своей жизни.

Действительно ли в Восьмой Галактике скрываются регулярные войска Альянса?

Если так, то как они могли стоять и равнодушно смотреть, как он взрывает три планеты?

Или это была длинная и тщательно продуманная ловушка, чтобы выследить его, которая началась три месяца назад, когда пропал Юань Ижэнь?

И самое главное - почему Линь Цзинхэн ещё жив?

"Зелёные пророки" Антиутопического общества, выступающие за то, чтобы спать в домиках на деревьях в девственном лесу, во время войны полагаются на анализ больших данных.

Предводитель пиратов, принц Кэли был отступником и ненавидел Альянс, но никогда бы не поверил, что система Эдем Альянса может дать сбой.

Эта эпоха беспрецедентной цивилизации настолько причудлива, что следы пребывания человека в ней на столько неясны, и на вид не осталось даже подобия человека.

Отряд Серебряная Девятка неожиданно появился перед Арес Фэном, который не мог в это поверить, а его команда лизоблюдов пришла в ещё больший ужас. Недостаток склонности принца Кэли к подбору и использованию слабоумных людей, наконец-то выявился, но у него уже не было времени чинить хлев, когда овцы пропали*.

*亡羊补牢 досл. чинить хлев, когда овцы пропали, обр. извлекать уроки из прежних ошибок; исправить ошибку

Армию подхалимов разогнала Серебряная Девятка, воцарился полный хаос. Линь Цзинхэн не дал им времени для передышки, смело вторгся прямо в окружение пиратов и за три секунды настиг мех принца Кэли. Серебряная Девятка отлично взаимодействовала с ним и с трёх направлений окружили их. Пиратский отряд был разбит в пух и прах, в то же время две ракеты, с левой и правой сторон, взорвали стражу Арес Фэна.

Линь Цзинхэн точно прицелился в арсенал тяжёлого меха Арес Фэна, ракета прорвалась сквозь вакуум.

Арес Фэн в отчаянии* совершил экстренный скачок, но Линь Цзинхэн, похоже, заранее знал, в какую точку прыжка он собирается прыгнуть, и вслед за ним появилась ракета, прибывшая почти одновременно с Арес Фэном. По случайному совпадению, именно эта точка перемещения была заранее подготовлена к взрыву. Энергия, высвобожд ённая от взрыва, мгновенно поглотила этот кошмар во плоти, унёсший три планеты и бесчисленное количество невинных душ.

*狗急跳墙 букв. в крайности собака бросается на стену.

Во всём мире не только искусственный интеллект пиратов может анализировать поведение.

Со смертью Арес Фэна боевой дух пиратов упал, и, хотя их численность превышала численность Серебряной Девятки, они походили на неуклюжих ходячих мертвецов. Потерпев полный разгром, они отступили.

Вся битва закончилась более головокружительным образом, чем ураган: под натиском Серебряной Девятки оставшиеся в живых пираты, добровольно разоружились, по своей инициативе вышли из ментальной сети и сдались.

Лу Бисин посмотрел на часы: с момента появления Серебряной Девятки до зачистки поля боя в общей сложности прошло десять минут и двадцать одна секунда.

Он выдохнул и задумался: «Вот, значит, какая гвардия Серебряная Десятка... опора, которую Альянс разрушил собственными руками».

В следующее мгновение по каналу связи поступил сигнал, и Серебряная Девятка показалась перед всеми.

Возможно, потому что гвардия Серебряная Десятка покинула Альянс пять лет назад, и пять лет, как и Линь Цзинхэн, не следовала правилам, но на изображении капитан Серебряной Девятки... не очень-то походил на военного.

Несмотря на то, что капитан флота был одет в военную форму, волосы были собраны в хвост - в регулярной армии Альянса, независимо от рода войск, расы или пола, за исключением гражданского персонала, не разрешалось отращивать волосы. Однако у этого человека были не только длинные волосы, да ещё и длинные каштановые локоны аккуратными прядями спадали на грудь – стильно, но с одного взгляда понятно, что они не натуральные. Капитан был высоким, осанка - необычайно прямой, и, несмотря на довольно резкие черты лица, было в нем объяснимое подростковое чувство*. Присмотревшись, можно было заметить, что капитан ещё и накрашен, словно модель, одетая в военную форму, для фотосессии.

*少女感 - это ребяческий, живой и милый характер, который не только проявляется во внешности, но и исходит из внутренней уверенности и жизненной силы. В основе подросткового чувства лежит ощущение нетронутости жизнью, состояние, наполненное жизненной силой, а не только в внешнем облике.

Затем "модель" легонько щёлкнула каблуками и доложила согласно требованиям воинского приветствия почётного караула: «Капитан флота Серебряной Девятки, Элизабет Кара Туран, прибыла».

Вооружённые силы базы никогда не видели такой модной женщины-командира и, затаив дыхание, ошарашенно смотрели на неё.

Линь Цзинхэн и так был зол тем, что Серебряная Девятка прибыла позже, чем он ожидал, но увидев её, его гнев только усилился.

Сначала он вызвал из медотсека несколько медицинских капсул и запихнул туда не выдержавших сильной болтанки и вытиравших кровь из носа учеников, чтобы вылечить им сотрясение мозга, после этого он поднял злобный* взгляд, холодно окинув взглядом офицера. Закрыв канал связи, который Лу Бисин временно создал с помощью своих удалённых сигналов, изолировался от лишних взглядов и только после этого он с неприязнью в голосе сказал: «Капитан Туран, я подал неверный сигнал или ты неправильно его расшифровала? Если я правильно помню, я велел тебе немедленно прибыть на передовую, а не на смотрины?»

*鼻子不是鼻子眼不是眼 - нос - не нос, глаза - не глаза - пословица, означающая описание лица человека, очень уродливого из-за гнева

Как только капитан Девятой услышала этот тон сразу же поняла, что ей не поздоровится, и гордая осанка стала ещё прямее.

К счастью, в это время Чжаньлу случайно дал ей глазные капли*, радостно поприветствовав её: «Давно не виделись, капитан Туран, вы сегодня выглядите очень красивой и очаровательной».

* 给她上眼药 "дать ей глазные капли, метафора, означает допускать ошибки в особенно очевидных или важных местах

Линь Цзинхэн: «Да, у тебя было время завить волосы по пути сюда, из-за меня ты пропустила свой дебют?»

Туран почувствовала, как тянет мышцы на ее напряжённой спине, опустив голову, подобно побитому морозом баклажану*, тихо ответила: «Это... для скрытности, чтобы иметь возможность лучше собирать всевозможную информацию».

*霜打茄子 (сехоуюй) проистекает из сельскохозяйственной культуры северного Китая. Часто используется для описания состояния людей, столкнувшихся с трудностями или неудачах и потерявших былую бодрость и силу духа.

«О, у меня просто старческий склероз, - сказал Линь Цзинхэн. - Я ошибочно думал, что Девятая гвардейская часть является штурмовым отрядом, а, вы, оказывается, агенты разведки».

Туран: «...»

Выражение лица Линь Цзинхэна было холодным: «Почему опоздали?»

«Эти мехи изначально незаконно хранились в Шестой Галактике, и мне пришлось искать способы перебросить их. Это старые модели, которые уже сняты с производства; выглядят неплохо, но производительности явно не хватает, как и мощностей, энергорасход не выдерживает при быстром перемещении, – тихо, словно на экзамене, сообщила Туран. – Я боялась попасть на передовую без припасов, мы в затруднительном положении*. Мы разделились с Серебряной Тройкой, и не смогли найти надёжного инженера. Мы не могли быстрее, адмирал».

*捉襟见肘- потянешь за полу ― видны локти; не сводить концы с концами, бедствовать

Это было приемлемой объективной причиной, лицо Линь Цзинхэна слегка смягчилось.

И сразу же услышал, как Туран добавила: «Тщательная подготовка - залог успеха. Прикинув ход сражения, я решила, что даже, если мы опоздаем, вы и сами справитесь, ведь адмирал мудрый и могущественный».

Линь Цзинхэн чуть не рассмеялся от злости: «А в случае, если я не справлюсь - всё будет хорошо, и в военное время вы будете свободны, верно?»

Туран вздрогнула и, опасаясь, что с неё спустят шкуру и пустят на половую тряпку, не осмелилась проронить ни слова.

Бывшая мощь Вото, Серебряная Крепость, всегда создавала впечатление образца отменной выправки и дисциплины.

Но все это заслуга академии Улань.

Более девяноста процентов членов Серебряной Крепости были элитными выпускниками академии Улань, эти люди отличались превосходным семейным положением, хорошим воспитанием и высокими качествами. Они были «лицом» Военного Совета Альянса.

Однако манера держаться затесавшейся среди них гвардии Серебряной Десятки не соответствовала стандартам.

Штурмовые отряды были беспредельщиками, оперативные отряды использовали все средства, а инженерные отряды превозносили свои способности и презирали других, каждый год они устраивали беспорядки в главном управлении Военного Совета ради финансирования и бюджета. Кроме того, основная армия презирала всех, за исключением Линь Цзинхэна, стоило им выйти, всегда возникало столкновение с другими военными подразделениями и административными учреждениями. Как свора собак, которой не давали мяса, и в любой момент может укусить своего хозяина.

Линь Цзинхэн: «Возвращаемся».

Когда они вернулись на базу, энергетическая башня уже повернулась и стало совсем светло.

Новый год наступил незаметно на поле боя.

На ограниченном пространстве станции мехов на базе и без того еле вмещался Трёхъядерник, и она ни в коем случае не смогла бы вместить ещё тридцать тяжёлых мехов. Поэтому эти мехи были вынуждены кружиться за пределами атмосферы базы, подобно вращающимся вокруг планет спутникам.

Туран разделила людей, дежуривших на каждом тяжёлом мехе, на три группы с восьмичасовыми сменами, отвечающие за охрану мехов, ожидая, пока другие приземлятся.

Быстрая, как ветер, Серебряная Девятка и обитатели базы с любопытством смотрели друг на друга, словно они доселе не виданный редкий вид в зоопарке, но из-за Линь Цзинхэна никто не осмеливался разжигать конфликт.

Туран подмигнула мужчине, который не сводил с неё глаз, и быстро побежала за Линь Цзинхэном.

Хоть она и выглядела роскошно, нельзя судить человека только по его внешности: она была ужасной болтушкой.

Как ни странно, но Линь Цзинхэна с детства окружали люди и искусственный интеллект, и все были, назойливыми болтунами - жизнь его была полна невыносимых страданий*.

*水深火热 вода всё глубже, огонь всё жарче; обр. невыносимые страдания, находиться в бедственном положении

Туран сказала на бегу: «Адмирал, эти мехи не могут постоянно летать вокруг базы, очень скоро закончится энергия. Арсенал тоже настолько сдулся, что сколько не цеди - молока не добьёшься. Если бы эти пираты были чуть более стойкими, не исключено, что у нас уже бы не было ракет... Хорошо, что они испугались... Неплохая база - есть еда, вода, и даже кинотеатр, а как насчёт оружия и боеприпасов? Раз уж я здесь...»

Линь Цзинхэн бросил на неё холодный взгляд.

Туран усмехнулась и, собрав храбрость в кулак, сказала: «Выделите немного».

Линь Цзинхэн остановился, обернулся и, смерив её взглядом, словно увидел перцовый баллончик в виде человеческой фигуры, хладнокровно произнёс: «Даю тебе двадцать минут, чтобы привести себя в порядок, подстричься и смыть с себя этот макияж трансвестита. Катись».

Туран: «...»

Лу Бисин не проронил ни слова с тех пор, как с неба свалилась эта красивая девушка, бывшая подчинённая Линь Цзинхэна. Придерживаясь научной объективности, он молча наблюдал, чтобы больше узнать.

Когда-то давно новости о Евгении и Линь Цзинхэне распространились, как лесной пожар, в которых Линь Цзинхэн представлялся, как лишённый интереса к жизни евнух. Лу Бисин всегда считал, что люди просто драматизируют ситуацию, но после того, как он увидел общение адмирала Линя с красивой девушкой, он признал, что в этих слухах есть доля правды*, заслуживающей доверия.

*空穴来风 досл.: ветер из пустой пещеры; обр. нет дыма без огня, беспочвенные слухи

«По-видимому, это уравнение, которое никто не может решить,» - бесстрашный современный учёный, претендующий на Нобелевскую премию и премию Альянса "Добровольный вклад", размышлял над этим.

Затем он, уловив подходящий момент, вмешался: «Я позабочусь о проблемах стыковки и энергии».

Увидев его, Туран просияла и, прищурившись, протянула ему руку: «Как зовут?»

«Меня зовут Лу Бисин, - Лу Бисин вежливо пожал ей руку, - можно сказать, я временный инженер армии, так ведь, адмирал?»

Линь Цзинхэн кивнул и ничего не сказал, видев в нем теперь должника.

«Военный инженер? - Туран вожделенно уставилась на его лицо, не замечая странное выражение лица своего капитана и, не будучи стеснительной, крепко сжала руку Лу Бисина, не давая ему уйти, - Где адмирал откопал такого красивого инженера? Я всегда говорила, что этих бесполезных* придурков из Третьей следует...»

*玩蛋 досл.: играть с яйцами (сленг из Ляонина) про молодых людей, которые любят думать о бесполезных вещах, ведут беспорядочную половую жизнь, любят развлекаться, поступают неразумно; тратят время впустую.

«Элизабет! Туран!» - Линь Цзинхэн внезапно назвал её полным именем.

Вздрогнув, Туран перестала уделять внимание красавчику, рефлекторно выпрямилась: «Есть!»

Линь Цзинхэн понизил голос: «Что я только что сказал?»

«Слушаюсь! - Туран щёлкнула сапогами повернулась к своему отряду, - Кругом! И катимся отсюда!»

Фуко поспешила за ней, помогая найти место для их размещения.

Линь Цзинхэн вошёл в центральное управление мехов.

Календарь все ещё был прошлогодним, но, спустя одну ночь, база изменилась.

Из командного центра были видны некогда новенькие мехи, теперь, закалившись в боях, стали обшарпанными. Роботы техобслуживания крутились, как белки в колесе. Все мехи располагались в соответствии с номерами и среди них имелись незанятые слоты, словно «лес стел» за зданием Парламента Альянс, тех, кто не вернулся.

Многие жители базы собирались у станции мехов в бессильном ожидании. Одни, увидев, что их родные и друзья возвращаются, плакали у ворот. Другие, не дождавшись, входили в станцию мехов, а осмотрев вооружение и не находя, бесцельно бродили по станции.

Что касается остальных... одиноких и сирот: никто не ждал их при жизни, никому не было дела до них и после смерти — это были другие реалии.

Линь Цзинхэн оперся руками на оконный переплёт и низко опустил голову, почти касаясь подбородком груди, закрыл глаза и медленно выдохнул.

Туран ещё официально не доложила ему, но и краткое объяснение о том, как она получила мехи, уже вызвало у него дурное предчувствие.

В этот момент сзади раздался звук шагов. Линь Цзинхэн быстро стёр с лица следы волнения и вернул себе невозмутимый вид. Обернулся... и едва не налетел на Лу Бисина.

Точно, есть ещё дела с этим человеком.

Линь Цзинхэн резко отступил назад. Он не знал, что за лекарства принял Лу Бисин, но, поскольку сам находился в смятении, то принял решение, что, если Лу Бисин продолжит свои глупости с прошлого вечера, пусть выметается.

Хотя он не высказал этого вслух, поднятая бровь была довольно красноречива: «В чём дело?»

Лу Бисин, скрестив руки, прислонился к окну и тихо произнёс: «Спасибо».

Линь Цзинхэн: «...»

Готовое "убирайся" не очень соответствовало данной ситуации, поэтому он лишь прокрутил его на языке и проглотил.

«В конце концов, ты помог им, - сказал Лу Бисин. - Ты знал, что Серебряная Девятка придёт, ты мог просто дождаться их и не беспокоиться об этих людях, как мы и говорили вначале».

Линь Цзинхэн обошёл его, не поднимая головы: «Юань Ижэнь мёртв, думаешь, Арес Фэна так просто обмануть?»

Лу Бисин: «Подожди. Я слышал от Мяты и остальных, ты снова использовал релаксант!»

Линь Цзинхэн не стал отвечать и проигнорировал его, как игнорировал Чжаньлу.

Лу Бисин упорствовал и шагнул вперёд, преграждая ему путь: «Последствия использования релаксанта тяжёлые, тебе не больно?»

Такие вопросы "больно ли?" и "не устал ли?" были слишком близкими, слишком личными для Линь Цзинхэна. Последний раз он слышал подобные вопросы в детстве, так что эти слова звучали так, будто Лу Бисин непринуждённо обсуждает с ним события из детства*, заставляя его чувствовать себя неловко, и он не знал, что ответить.

*撒尿和泥 – досл.: пи́сать и грязь — слово, которое чаще всего используется для описания невинной и счастливой жизни детских товарищей.

Происхождение этого слова может быть таким: в детстве дети играют в грязи, когда им нужно сходить в туалет, они идут пописать, а пописав, возвращаются и продолжают играть с грязью, поэтому это слово используется для описания счастливого и невинного состояния жизни в детстве.

«Не болтай о всякой ерунде, - терпение Линь Цзинхэна иссякло, - займись своими делами».

Лу Бисин, чутко уловив его неловкость, отступил, ступая то в лево, то в право и не давая ему пройти. Он нисколько не боялся гнева Линь Цзинхэна - ведь самое большее, что Линь Цзинхэн мог сделать в гневе, это сказать "убирайся", которое даже ругательством не было и совершенно лишено опасности. Другие люди вели себя как перепёлки перед адмиралом Линем, Лу Бисин разумом понимал и сочувствовал им, но совсем не чувствовать то же самое.

«Адмирал, почему вы ведёте себя так, будто прячетесь от хулигана, я ведь ничего не сделал. - сказал Лу Бисин и, осенённый вдохновением*, пошёл в атаку, бросив фразу Линь Цзинхэну: «Вчера вечером моё признание было прервано ненавистными пираты, поэтому сегодня я многое хотел бы сказать тебе, но ты не обращаешь на меня внимания. Неужели, я, терзаемый беспокойством, должен заниматься ремонтом твоего меха на станции?»

*福至心灵 - когда приходит счастье, ум оживляется; удачи оживляют ум; когда везёт, тогда все удаётся

Линь Цзинхэн: «...»

Командир Туран, которая только что закончила приводить себя в порядок, вбежала в центральное управление: «...»

Лу Бисин заметил её краем глаза, но ничуть не смутился, наоборот, подумал, что потрясённое выражение лица командира Туран довольно забавное. Мудрецы прежних эпох, которые вводили себе вирусы, запускали воздушных змеев, чтобы поймать молнию, придали ему беспредельной смелости, упорства и безумства.

Пользуясь растерянностью Линь Цзинхэна, Лу Бисин, схватил его за запястье: «Если я решу добиваться тебя, ты пристрелишь меня?»