Сказ о том, как солдат брата искал

После ожесточённого сражения люди обычно проходят через несколько стадий. Сначала - "непонимание и замешательство", после - "радость", через какое-то время, вспомнив о потерянных товарищах и увидев разрушение вокруг, чувствуют подавленность и доходят до стадии "печали".

Бедолаги из базы не прошли стадию радости, не успели даже опечалиться, как появилось новое несчастье.

«Послушайте...» - сказал Лу Бисин, но его голос утонул в канале связи.

Он нахмурился и сразу же отправил схему энергетических колебаний в канал связи, но сообщение утонуло.

Лу Бисин: «Эй!»

Вероятно, только ракеты способны подтянуть дисциплину этим бездельникам.

Лу Бисин был культурным человеком, он не имел привычки ругаться во все горло и, чуть что раздражаясь, не брал на прицел товарищей. Находясь в безвыходном положении, ему ничего не оставалось, как сказать по каналу связи: «Помолчите все, дайте я сделаю предложение!»

Эта фраза наконец-то получила резонанс. Одноглазый Ястреб громким, способным всколыхнуть небо и потрясти землю, голосом закричал: «Лу Бисин, ты, мелкий ублюдок, жить надоело?!»

Совместными усилиями отца и сына шум в канале связи был заглушен.

«Спасибо, папа, - сказал Лу Бисин, снова отправив схему энергетических колебаний. - Поток высокоэнергетических частиц от взрыва точки 001 уже прошёл, рядом не должно быть таких сильных излучений. Ребята, ещё ничего не закончено, будьте начеку».

Все приготовились слушать отрывок из скандальных новостей, но неожиданно попали на канал военных. Через несколько секунд молчания поднялся шёпот, как ураган, что начинается с дуновения ветра. Гул в канале связи взорвался.

Суббота хриплым голосом прокричал: «Заткнитесь все! Помолчите немного!»

Фуко тоже шикнула, успокаивая своих людей: «Учитель Лу, что это значит?»

Хорёк нервно спросил: «Где командир Линь?»

Линь Цзинхэн хранил молчание. Ему надоело, и он отключил связь. Взяв откуда-то бокал, он сказал Чжаньлу: «Одну унцию».

Чжаньлу хорошо понимал, что он имеет в виду. Дверца бара автоматически открылась, и он налил ему крепкого вина.

Линь Цзинхэн говорил о возвращении, но, в отличие от своего решительного поведения ранее теперь он замер на месте, не проявляя никакого недовольства к этим копушам. Держа вино под языком, он не отрывал взгляд от карты дальней связи. Он напоминал волка, спокойно ожидающего битвы.

Хуан Цзиншу, увидев его выражение лица, вздрогнула: «Будет...»

Линь Цзинхэн поднял палец, прервав её.

Тем временем тысяча уток в канале связи постепенно умолкла. Линь Цзинхэн снова включил канал и услышал, как какой-то дурак недоуменно спросил: «Почему все молчат? В чем дело?»

Ему никто не ответил.

Поскольку в это время Лу Бисину уже не нужно было объяснять, как смотреть на аномальные графики энергетических колебаний - те, кто не отключился от ментальной сети, всё увидели сами...

В кромешной тьме космоса казалось прятались неведомые чудовища, которые проступали один за другим, им не было числа. Они вызывали у людей и восхищение и отчаяние.

Недалеко от них медленно выплывали мехи ещё более устрашающие, чем были ранее, на их темных корпусах стоял внушающий ужас символ принца Кэли. — но на этот раз, противниками были только тяжёлые мехи.

Это был отряд гиперпространственных тяжёлых мехов.

Такой же отряд осаждал Серебряную Крепость.

Такой же отряд похоронил в Сердце Розы две звезды Альянса.

Такой же отряд уничтожил Кэли, Пекин-β и Эгрету.

Потерявшие большую часть людей вооружённые силы базы, которые и солдатами-то не были, окружили Трёхъядерник, вытаращив глаза и раскрыв рот, смотрели на эти неожиданно появившиеся гигантские мехи, как муравьи в ожидании ливня.

Их необходимый для выживания муравейник - система антиотслеживания - уже стала могилой для предыдущего противника.

Уайт дрожащими губами еле слышно спросил: «Адмирал, почему вы до сих пор пьёте?»

Линь Цзинхэн проглотил вино, которое держал под языком, обернулся к четырём ученикам, признавая их молодость и бесстрашие, и чувствуя, как его руки и ноги немного похолодели.

Он не боялся смерти и не боялся поражения, просто ему не хотелось разговаривать с принцем Кэли.

Мирная и благополучная жизнь разрушалась, а он застрял на этой убогой базе на три месяца, оторванный от реальности. С одной стороны, ему было невыносимо интересно узнать о положении дел, а с другой - он немного боялся. Поскольку, независимо от того, умышленно или нет Альянс очутился в таком положении, он не имеет к этому никакого отношения. Если "умышленно" - это безумие, "непреднамеренно" – то это невероятная глупость; оба варианта не слишком утешительны.

Но и нельзя не поговорить, потому что эта бесполезная гвардия Серебряная Девятка, вероятно, переела, раз она скорее ползла, чем летела, а адмирал Линь в одиночку тащил на себе этот мусор. Если уж он не мог держать под контролем ситуацию, то оставалось только тянуть время.

На Трёхъядерник поступил запрос связи и следом был транслирован по всем каналам через удалённую систему.

Линь Цзинхэн выдохнул пары́ крепкого вина и подключился.

Сразу же перед всеми появилось отчётливое, выгравированное на костях и запечатлённое в сердце лицо Арес Фэна. Одноглазый Ястреб чуть не выстрелил из пушки.

Ученики, конечно, помнили этого сумасшедшего, который взорвал планету Пекин-β. Мята закрыла рот рукой, Бойцовый Петух сжал кулаки, не понимая, иллюзия перед ним или реальный человек, он с налитыми кровью глазами, издав низкий рык, собирался наброситься на него - Линь Цзинхэн сжал его плечо и легко отодвинул в сторону.

Если бы у Арес Фэна была могила предков, там, вероятно, уже бы вырыли станцию метро, ему было плевать, кто и что говорит, и он не обращал внимания на ненавистные взгляды. Его взгляд упал на Линь Цзинхэна, и зрачки заметно сузились, пристально глядя на него. Арес Фэн улыбнулся металлическим ртом: «По-видимому, я отвечаю требованиям перекинуться с вами парой фраз. Представлюсь: я принц Кэли, меня зовут Арес Фэн. Этот господин выглядит на удивление знакомо, позвольте спросить, как вас зовут?»

Линь Цзинхэн, сдерживая смешок, задал встречный вопрос: «По-вашему, на кого я похож?»

Когда Линь Цзинхэн управлял Серебряной Крепостью, он исполнял несколько функций - он был камнем преткновения для правительств семи галактик, стремящихся к военной автономии, бельмом на глазу для некоторых высших чиновников Альянса и источником проблем для трёх крупнейших космических пиратских групп. Его фотографию, приколотую к множеству досок для дартса, каждый день дырявили по тысячу раз.

Разве мог Арес Фэн не узнать это лицо, но он думал, что под лицом Линь Цзинхэна скрывается другой человек.

Единственный кусочек кожи, оставшийся в уголке глаза, начал дёргаться на непроницаемом лице принца Кэли, как будто был прикреплён не к тому нерву: «Если я правильно помню, в законе о праве на изображение в вашем Альянсе установлено, что изменение внешности через пластические операции для имитации других, особенно известных, людей, является незаконным».

Линь Цзинхэн, улыбнувшись в ответ, заявил: «Чиновники не расследуют дела, о которых не донесла общественность. Линь Цзинхэн не вылезет из могилы со своей погребённой одеждой* и не предъявит мне иск. В худшем случае, я просто ещё раз прочту его некролог. Ваше Высочество, принц Кэли, я с братьями, желая выжить, просто ищем укромный уголок, в чём я виноват?»

*衣冠冢 могила с погребённой одеждой усопшего - без его тела

Арес Фэн объяснил: «Ты из гвардии Серебряной Десятки».

Линь Цзинхэн фыркнул, то ли признаваясь, то ли смеясь.

«Можно изменить лицо, можно подделать личность, но нельзя изменить свою сущность. Анализ боевых действий в критические моменты ошибиться не может, - проблеял Арес Фэн. - Твоё звание не ниже, чем контр-адмирал. В которой из Серебряных частей ты служил?»

Линь Цзинхэн, не стерпев, поднял бровь: «Ваше Высочество принц Кэли, вы уже разнесли Серебряную Крепость на куски, откуда здесь гвардия Серебряной Десятки? Что вам нужно?»

Все с базы, затаив дыхание, наблюдали, как Линь Цзинхэн морочит принца Кэли. Вероятно, они впервые слышали, чтобы адмирал Линь говорил так много.

Арес Фэн довольно любезно ответил: «Не я взорвал Серебряную Крепость и не антиутописты. В моём ведении только Восьмая Галактика. В Восьмой Галактике, от звёзд до планет, от трупов до обломков - все принадлежит мне. Существование у меня под носом нелегальных маршрутов и неизвестных точек перемещения недопустимо».

Вопреки ожиданиям Линь Цзинхэн, казалось, согласился с его аргументами. Выслушав, он задумался на миг и кивнул, не изменившись в лице: «Стало быть, вы хотите наши карты нелегальных маршрутов».

«Да. Восьмая Галактика - мой задний двор, никто не хочет, чтобы его задний двор было полон змеиных логов и мышиных нор, - недвусмысленно сказал Арес Фэн. - Недавно я отправил одного из своих подчинённых исследовать маршрут с отрядом мехов, но они не вернулись. Люди и мехи тихо исчезли в Пустыне Смерти. Ты их не видел?»

Линь Цзинхэн не стал бы распространяться по всему миру о том, что это сделал он. Поэтому, кроме Одноглазого Ястреба и Лу Бисина, большинство людей было в недоумении, но все почувствовали, что после слов принца Кэли ранее спокойная атмосфера внезапно стала напряжённой.

Линь Цзинхэн посмотрел на Арес Фэна, уклонившись от ответа: «Ты считаешь, что я убил людей и спрятал отряд, поэтому вы пришли, чтобы отомстить. Где доказательства?»

Арес Фэн развёл руками; его медная кожа, железные кости не могли гибко выполнить это движение, выглядя как безжизненная марионетка: «Юань Ижэнь был со мной более ста лет, он помог мне бежать из Кэли к границе. Хотя с годами у него появилось все больше дурных привычек и характер стал более извращённый, но я не мог позволить себе потерять его. У меня не так много преданных людей, а тех, кто прошёл испытания, ещё меньше. Он по непонятной причине погиб в Пустыне Смерти, и у меня болит сердце».

Один требует доказательств, другой говорит "сердце болит", - слушающие их разговор в канале связи, начали думать, что сигнал, вероятно, снова ухудшился, словно они пропустили несколько фраз, и диалог совершенно не складывался.

Однако Линь Цзинхэн немного шевельнул пальцем и отправил сообщение в канал связи.

«Откройте щиты и приготовьтесь к экстренному скачку».

Система антиотслеживания исчезла, но точки перемещения пока не были взорваны».

Люди с базы даже не смели вздохнуть. Только что закрытые щиты один за другим раскрывались, те, у кого щиты были повреждены, становились в центр под защиту других.

Но бедолаги действовала слишком медленно. Ещё до того, как они завершили установку щитов, принц Кэли сказал: «У меня нет доказательств, но я так расстроен, что мне нужно выпустить пар, и кто как не вы, выглядите самыми подозрительными? На ракетах не сказано, что для их запуска нужны доказательства».

В тот момент, когда он произнёс эти слова, тяжёлые мехи внезапно запустили ракеты!

Линь Цзинхэн, услышав от Чжаньлу биографию Арес Фэна, сказал, что этот человек словно пиратская версия его самого, и на самом деле он не совсем преувеличил - адмирал Линь лично уничтожил точку перемещение Лу Синя и был очень зол, поэтому он спустил гнев на Юань Ижэня; люди, посланные принцем Кэли на задание, погибли на полпути, что очень его расстроило, поэтому всем, кто находился поблизости, не повезло - не важно, кто именно виноват, все будут привлечены к ответственности.

Поблизости от вооружённых сил базы не было точки перемещения, оставался только экстренный прыжок. Прежде эти новички ни за что бы выдержали экстренный прыжок, но в момент, когда они увидели, что ракеты летят в их сторону, неудачники проявили невероятный потенциал, и большинству из них удалось сбежать. Они впервые в жизни ощутили действие защитного газа меха, задыхаясь от удушья.

Ранее сбившийся в кучу, словно перепёлки, отряд разлетелся врассыпную, словно разбросанные горошины разбежались во все стороны.

Линь Цзинхэн напрямую перенёсся к точке перемещения 0051, которая находилась вблизи от взорванного порта 001. По какой-то причине он не прервал удалённую связь с базой, и теперь нелегальный маршрут, ведущий к базе, был виден Арес Фэну.

Казалось, что он рассчитывал отступить по этому маршруту.

Арес Фэн не отводил от него глаз.

Не обращая внимания на остальных членов вооружённых сил, Арес Фэн устремился прямо к Линь Цзинхэну.

Линь Цзинхэн развернулся и вошёл в нелегальный туннель, ведущего к космической станции. Волны аномальных энергетических колебаний со стороны базы то накатывали, то отступали, словно выплёскивалась энергия, проникающая по системам связи множества точек перемещения, словно там притаился свирепый зверь.

Арес Фэн неожиданно скомандовал: «Остановитесь, не преследуйте его!»

Но было уже поздно.

Авангард пиратского флота был слишком быстр и уже прошёл через точку перемещения 0051. Линь Цзинхэн внезапно развернулся и нацелился на преследователей, блокируя их интенсивным огнём, взглянул на положение всех участников в канале связи, выбрав ближайшего: «Одноглазый Ястреб, взорви 0051».

Лу Бисин обернулся.

Одноглазый Ястреб негромко рассмеялся. Не заботясь о том, что взрывом зацепит Линь Цзинхэна, он, управляя малым мехом, находился слепой зоне от обстрела. Выпустив три ракеты в точку перемещения 0051, затем совершил экстренный прыжок и скрылся.

Пираты в тяжёлых мехах, находившиеся рядом с точкой 0051, не успели укрыться от плотного огня Трёхъядерника и не могли уйти от удара, когда точка перехода взорвалась. В то же миг пилоты, находившиеся рядом с точкой 0051, потеряли сознание, одновременно лишившись доступа к ментальной сети. Захваченные мехи развернули пушки и выпустили сразу несколько десятков ракет в сторону свих войск.

Расширяющийся взрыв точки прыжка одним махом поглотил больше десяти пиратских тяжёлых мехов. Прежде чем энергия взрыва ударила, Линь Цзинхэн успел произвести экстренный переход прямо во флот принца Кэли.

Гордость Арес Фэна была уязвлена тем, что он попался в ту же ловушку, что и Пророк из Антиутопического общества ранее, а затем он едва не уничтожил половину собственного отряда. Арес Фэна был в ярости: «Перехватите его!»

Вмиг многочисленные ментальные сети обрушились на Чжаньлу, словно стая волков, набросившихся на добычу, один за другим стремился лишить его ментальной сети. Огромную силу давления почувствовали все внутри меха; у сидевших на корточках и державшихся за головы, учеников, только освободившихся от защитного газа, кружилась голова и закладывало уши. Бесчисленные ракеты и пушки частиц, направленные со стороны Трёхъядерника, прошли мимо, в модулях меха раздавались звуковые сигналы тревоги.

Лу Бисин: «Следуйте за мной!»

Разбежавшиеся вооружённые силы наконец-то услышали команду и быстро собрались позади него, словно косяк рыбёшек, плывущих против течения во время бури. Они устремились к концу гвардии Кэли и, не дожидаясь, пока тяжёлые мехи отреагируют на их действия, Лу Бисин внезапно выпустил ракету в полуоткрытую точку прыжка.

Напуганные действиями этой группы диверсантов, готовых чуть что взорвать точку перемещения, ближайшие к точке пираты резко рванули в стороны, разбегаясь. Линь Цзинхэн, воспользовавшись моментом, словно острый нож, пробился из окружения пиратского отряда, находившегося в крайнем смятении.

В то же время Лу Бисин, следуя за ракетой, погрузился в пункт скачка, а за ним непрерывной чередой последовали рыбки на малых мехах. Хорёк громко рассмеялся: «Учитель Лу, ты блефовал?»

«К сожалению, - ответил Лу Бисин, - у меня ни вершка железа в руках, остаётся только идти на хитрость».

Несмотря на это, Лу Бисин ничуть не раскаивался. Небольшая группа мехов сновала по нерасшифрованным точкам перехода. Когда преследователи приближались, они открывали огонь по точкам перехода. В первый раз ложный выстрел напугал пиратов, второй выстрел уже не сработал так хорошо, а третий – все равно, что кричать "волк"*.

*狼来了 поднимать ложную тревогу, подорвать доверие к себе ложным призывом о помощи (намёк на басню Эзопа о пастухе, который развлекался тем, что обманывал людей, крича "волк, волк!")

Гвардия принца Кэли запустила помехи перемещения и выстрелила из лучевых пушек, чтобы заблокировать их. Бесчисленное количество щитов разрушилось, Лу Бисин будто слышал звук разрушающихся щитов маленького меха, а в следующее мгновение в мехе раздался сигнал тревоги о ракетном прицеливании. Было уже слишком поздно уклоняться.

В то же время ментальная сеть Чжаньлу внезапно окутала его, словно невидимая щит. Ментальные сети пиратов неожиданно подверглись атаке, когда невидимое человек-машинные стыковые соединения столкнулись в смертельном поединке, все окружающие пираты будто подверглись обездвиживающему заклинанию.

«Боже... - кто-то, забывшись, произнёс в канале связи табуированное адмиралом Линем слово и воскликнул: «Неудивительно, что его не выбросило из ментальной сети».

«Вернитесь в нелегальный туннель... - раздался голос Линь Цзинхэна с перебоями в канале связи, - быстрее!»

Флот малых мехов протиснулся в щёлочку и устремился к туннелю.

Суббота: «Но база...»

«Не беспокойся, - прервал его Лу Бисин, - слушай его».

Арес Фэн рассмеялся: «Сделал точную копию лица и поверил, что ты и есть Линь Цзинхэн?»

Линь Цзинхэн взял шприц с релаксантом.

В это время Арес Фэн и Лу Бисин одновременно получили предупреждающий сигнал.

Аномальная энергия поступала со стороны нелегального маршрута базы!

Хорёк в недоумении спросил: «Учитель Лу, это тоже блеф?»

Арес Фэн усмехнулся: «Вы слишком часто используете один и тот же трюк, неужели вы исчерпали свои средства*?»

*黔驴技穷 китайская идиома "искусство осла из Гуйчжоу иссякло" в знач.: выбиться из сил, выдохнуться, исчерпать все средства; по притче Лю Цзунюаня о тигре, никогда не видевшем осла и испугавшемся его рёва; когда тигр подошёл к нему, осёл лягнул его; «Только всего и уменья!» - вскричал тигр и загрыз осла)

Однако эта уловка с аномальной энергетической волной была выполнена довольно небрежно. Она двигалась с огромной скоростью, почти как целый флот гиперпространственных мехов, несущихся прямо к ним.

Но откуда в Восьмой Галактике флот гиперпространственных мехов?

Лу Бисин вдруг закричал: «Уходим!»

Вооружённые силы базы моментально разделились на две части. В следующую секунду яркий свет, пронзивший ментальную сеть каждого, проложил проход в центральной линии отряда принца Кэли.

Неожиданно появился военный отряд быстрых тяжёлых мехов.

Серебряная Девятка.

Все присутствующие на поле боя подозревали, что у них галлюцинации от отравления азотом.

Тридцать тяжёлых мехов, как ядовитые кинжалы, пронзили центр отряда принца Кэли, рассекая его пополам. Два ряда ракет, похожие на разделяющий море артефакт, ударили в обе стороны. Гравитационная система в мехе Арес Фэна почти отказала во время мощной бомбардировки. Он резко встал: «Серебряная...»

Не успел он договорить, как поступил запрос на связь, подчинённый дрожащей рукой принял его, и Линь Цзинхэн, чьё лицо на плакатах вывешивали как мишень для дротиков, появился перед ним.

У мужчины, который единолично мог сопротивляться ментальной силе почти целого отряда пиратов, на висках выступил холодный пот, а лицо было необычайно бледным. Он хлопнул в ладоши, стряхивая остатки случайно сломавшегося шприца с успокоительным: «В таком случае я тоже представлюсь, Ваше Величество Фэн, я - настоящий, я не нарушаю чьи-то права на изображение, и ещё я не поблагодарил вас за то, что ваши пираты в Сердце Розы помогли мне выбраться».