Mări/Моря

В Изоле стоял поздний вечер. Небо уже погрузилось в темноту, а волны в Адриатике перекатывались необычно тихо, будто морской мир тоже решил отдохнуть. Большинство жителей расходились по домам после работы, кто-то задерживался на прогулке вдоль улиц, кто-то уже сидел у себя, занимаясь обычными делами. Атмосфера была спокойной и мягкой.

Но в одном из домов, где жили старшие братья Лазники, царила совсем не такая тишина. Там гремела шумная вечеринка. Ребята праздновали победу Деяна над Нейцем — и повод, конечно, оказался более чем весомым.

На кухне вся компания сидела за столом. Ужин в этот раз был богатым: перед празднованием они сходили в магазин и набрали всего, что только могли. Помимо ароматных морских трав и лепёшек из водорослевой муки, на столе были рыбная йота — густой наваристый суп, морской штрагль, рулеты с различными начинками и солинский салат, пахнущий свежестью.

Когда за столом поднялся очередной гул и смех, Лука поднялся, взяв в руки стакан. Он встал во весь рост, ожидая внимания — и весь шум мгновенно стих.

— Итак, мы собрались здесь, чтобы отпраздновать победу нашего брата Деяна над надоедливым разбойником Нейцем, — произнёс он с широкой улыбкой. — Тем, кто столько времени портил жизнь нашему городу. Так что… за Деяна!

— За Деяна! — разом повторили остальные, поднимая стаканы.

Стекло звеняще столкнулось, и кухня наполнилась радостным смехом.

После плотного ужина в доме снова закипела жизнь. Теперь все переместились в гостиную, танцуя под песни исполнителей с суши — в основном звучала музыка популярных балканских артистов. Ребята смеялись, подпевали, и хотя вокруг стояла ночь, о предстоящей миссии никто даже не думал. Им просто хотелось радоваться тому, что опасность на этот раз осталась позади.

Так и прошёл их праздник — шумный, весёлый и беспечный.

Но когда наступила глубокая ночь и все постепенно разошлись по спальням, дом вновь погрузился в долгожданную тишину.

Только в одной комнате всё ещё горел слабый свет. Михаэла не спала. Она сидела на полу, обхватив руками колени, и была полностью погружена в свои мысли.

Она перебирала в голове прошедшие дни — все последние миссии, одну за другой.

Первая всплыла миссия в Дубровнике. Там она должна была пройти испытание вместе с Николеттой. Михаэла пыталась сделать все сама, хотела доказать себе, что способна справиться без помощи… но Николетта всё равно вмешалась и спасла её. Конечно, Зугравеску была благодарна. Но глубоко внутри ощущала неприятное жжение — разочарование от того, что не справилась в одиночку.

Следующей была миссия в Неуме. Водный Лабиринт, встреча с Миралемой — одной из разбойниц. Там Михаэла тоже хотела сразиться сама, хотела преодолеть её… однако Миралема довольно легко взяла верх.

И, наконец, последняя миссия — здесь, в Изоле. Их столкновение с Нейцем. Михаэла собиралась атаковать первой, но и этот противник смог её одолеть. Девушка тяжело вздохнула, вспоминая, как его удар отбросил её назад.

Во всех этих событиях было одно общее: она так и не смогла проявить себя в бою. Хотя должна была. Ведь она — наследница Хранительницы Воды. По идее, она должна быть сильнее. Должна защищать. Должна выдерживать удары.

После того, как они соберут все камни, ей придётся вернуться в Мангалию. Там её ждёт Дракмар. И если в решающем бою всё повторится так же, как раньше? Если она снова проиграет?

Морской мир может просто исчезнуть.

Чувствуя слабость и вину, Михаэла опустила голову. Казалось, будто она тянет друзей за собой на опасности, а сама так и не становится той, кем должна быть.

Но потом в её голове мелькнула мысль: впереди — новая миссия. И завтра, и после завтра будут новые шансы. Она ещё сможет доказать себе, что сильна.

Оставшуюся ночь Михаэла листала старинную книгу, пытаясь узнать, куда их направят следующей. И нашла: следующая миссия ждёт их в другой части моря — в Тирренском. На Сардинии, одном из островов Италии, находится Камень Спирали.

В книге говорилось, что этот камень объединяет стихии Воды и Ветра, способен управлять памятью и направлять судьбу.

Утром вся компания позавтракала остатками вчерашнего ужина. После спокойной трапезы подростки разошлись по комнатам собирать свои вещи.

Когда Михаэла вышла в коридор, за ней последовала Николетта. Увидев усталое выражение её лица, она сразу насторожилась.

— Что с тобой, Михаэла? — спросила она мягко. — Ты какая-то уставшая.

Йеле глубоко вздохнула — и решилась сказать правду.

— Мне не спалось ночью. — Она опустила взгляд. — На всех последних миссиях я так и не смогла напасть на противников. А впереди же бой с Дракмаром… Если всё повторится, я подведу весь город.

Николетта ахнула. Она не ожидала, что подруга держит в себе такие страхи. Подойдя ближе, она обняла её за плечи, стараясь придать сил:

— Не переживай так. — Её голос звучал уверенно и мягко. — У нас впереди ещё много миссий. У тебя будет время проявить себя. Ты станешь сильнее. Я уверена.

Эти слова будто сняли тяжесть с плеч Михаэлы. Она улыбнулась — робко, но искренне — и тихо обняла подругу.

— Спасибо тебе, — прошептала она.

Когда наступил полдень, компания подростков начала собираться в путь. Взяли багаж, попрощались с комнатами, где ночевали, и вышли во двор.

Старшие братья Лазник вышли следом, чтобы проводить Деяна. На мгновение во дворе повисла тишина — только взгляды, тёплые и немного грустные.

Затем Деян подплыл ближе, ускоряя темп, и вскоре резко рванулся в объятия братьев. Те крепко обняли его в ответ.

— Надеюсь, мы скоро увидимся, — сказал он.

— И мы тоже, — ответил Лука. — Береги себя на миссиях.

— Обещаю.

— И удачи тебе! — добавил Мирко с широкой улыбкой.

Деян отплыл назад к друзьям, а старшие Лазники помахали всем рукой.

— До свидания! — хором прокричали ребята, и Михаэла добавила:

— Спасибо за гостеприимство!

— Увидимся! — откликнулись братья.

Шестеро подростков подплыли к подводным магическим экспрессам и заняли свои места. Балканские воды, уже почти родные, остались за спиной.

Теперь им предстояло плыть дальше — в Италию, где ждала новая миссия. Новое испытание. И новый шанс.

Спустя некоторое время экспресс вышел к Тирренскому морю. Оно оказалось совершенно иным — не похожим ни на яркое Адриатическое, ни на родное Чёрное море, где выросли Михаэла и её друзья. Здесь чувствовалась особенная глубина: будто сама вода хранила память древних эпох и легенд, забытых на суше.

Днём море сверкало, словно гладь голубого стекла. Солнце так ярко отражалось на поверхности, что казалось — под толщей воды лежат поля светящихся камней, рассыпанных кем-то гигантским.
Берега были каменистыми: тёмные скалы возвышались над водой, окружённые низкими солёными травами. Они пахли розмарином, солью и высохшими водорослями. Иногда ветер приносил сладковатый аромат морской пены — такой, будто она таила в себе живое дыхание моря.

Когда розоволосая вышла из экспресса, она сразу почувствовала, что и вода здесь иная. В Сардинии она теплее, но при этом строже. Стоит нырнуть глубоко, как мягкое тепло мгновенно сменяется резким холодом — это глубинные течения, охраняющие тайны острова. Они тихие, но в их движении ощущалась сила; казалось, они присматриваются: впускать ли незваных гостей?

Оглянувшись по сторонам, подростки увидели на берегу трёх людей.
Самый высокий — мужчина лет тридцати. Тёмные короткие волосы, глубокие карие глаза, крючковатый нос, аккуратно подстриженная борода. Телосложение крепкое, движения уверенные. Он носил чёрную майку и брюки.

Второй мужчина был ниже и худощавее. Волосы — тёмно-каштановые, короткие; глаза — светло-карие, а нос также крючковатый. На нём была тёмная рубашка и такие же брюки.

Третья — женщина среднего роста, с длинными волнистыми каштановыми волосами. Глаза — болотного оттенка, нос — прямой. Платье на ней было того же тёмного цвета, что и одежда двух мужчин.

Двое мужчин были омбрамаре — древними морскими духами. Их руки и ноги были полупрозрачными, словно сотканными из воды. Девушка же оказалась итальянской сиреной — другой, более редкой разновидностью морских духов, не похожей на греческих сестёр.

— Buon giorno, уважаемые гости! — первым заговорил высокий мужчина. — Меня зовут Арландо, а со мной — мой брат и сестра.

— Я Фабрицио, — произнёс худощавый с лёгкой ухмылкой.

— А меня зовут Эрминия, — мягко улыбнулась девушка.

— Мы — стражи Камня Спирали, — продолжил Арландо. — Но чтобы получить его, вам придётся пройти испытание. Следуйте за нами.

Шестеро подростков нырнули вслед за ними.

Под водой царила полутень: солнечные лучи пробивались сквозь толщу воды, превращаясь в зелёные полосы света. Здесь слышно было только собственное сердце и далёкое эхо подводных пещер. Поодаль мелькали серебристые рыбы, а на скалах прятались старые коралловые заросли, похожие на миниатюрные деревья.

Добравшись до места, друзья заметили, что участки воды вокруг сияли разными оттенками.
Это были ветра — Мистраль, Сирокко, Леванте и Поненте. Каждый ветер управлял своей частью Тирренского моря, и их присутствие ощущалось почти живым.

— Перед вами — ветра, правящие Сардинией, — начал объяснять Арландо. — Их четыре. Чтобы получить Камень Спирали, вам нужно пройти через них.

Подростки кивнули, понимая, что их ждёт серьёзное испытание.

— Но пройти его может только ваш лидер, — добавил Арландо.

Все тут же посмотрели на Михаэлу. Она поняла, что это — шанс доказать себе собственную силу.
Розоволосая уверенно кивнула:

— Я справлюсь.

— Прекрасно. Начинаем, — одобрил Арландо и щёлкнул пальцами.

Секунда — и пятерых друзей подняла в воду невидимая магия. Второй щелчок — и каждого замуровало внутри своего ветра.

— Ребята! — крикнула Михаэла.

— Михаэла! — откликнулись друзья.

— Это часть испытания, — спокойно пояснил Арландо и хлопнул в ладоши.

В тот же миг ветер затянул саму Зугравеску. Это был Мистраль.

Мистраль был прохладным, резким северо-западным ветром, что очищает небо до хруста.

Оглянувшись, Михаэла увидела Андраду — рыжая подруга застряла в потоке.

— Михаэла! — позвала она.

— Андрада!

— Помоги…

Но прежде чем подруга успела приблизиться, появился Арландо:

— Твоя задача — пройти через свои собственные сомнения.

Он исчез, оставив её одну.

Вдруг порыв ветра ударил в её грудь так сильно, что она упала на спину. Поток зашелестел, стал беспокойным — словно предупреждал.

— Осторожно! — закричала Андрада.

Но Зугравеску стояла неподвижно, прислушиваясь.

И она услышала:

«Ты ещё не готова. Ты всего лишь ребёнок, играющий в хранительницу.»

Эти слова будто впились в сердце. Магия не слушалась её руки, силы рассыпались. Но она закрыла глаза, вспомнила ровное дыхание моря… то самое, что отец учил её в детстве.

Океан в груди выровнялся — и буря стихла.

Мистраль ослаб, отпустил Андраду. Поток рассеялся, и рыжая упала на песок. Михаэла подхватила её.

Первый ветер был пройден.

Следующее пространство — жар Сирокко. Воздух золотистый, тяжёлый. Вода мутная, будто сама устала от солнца.

Сверху крикнула Сияна:

— Почему море такое горячее? Оно будто злится!

— Если нас не освободят, станем жареными сардинами, — хмыкнул Деян.

Михаэла молчала.

«Ты хочешь доказать, что не боишься. Но кому? Себе? Или тем, кто должен тебя заметить?»

Голос был чужим, но звучал внутри неё. Волны вокруг начали вздыматься — это буря, созданная её собственным гневом.

— Михаэла! — голос Андрады пробился сквозь шум. — Эй! Очнись!

Зугравеску сделала глубокий вдох.
И вместе с выдохом отпустила злость.

Сирокко стих.
Сияна и Деян упали на безопасный песок.

Второй ветер пройден — и ещё один страх внутри неё тоже.

Третий ветер — Либеччо. Он не кричал, не давил — просто толкал, упрямо и резко.

Появился Фабрицио:

— Будь осторожна. Самые внезапные удары — самые опасные.

Он исчез.

Михаэла шагнула — и тут же отлетела назад. Либеччо будто говорил: не пройдёшь.

— Он толкает нас обратно, — сказал Деян. — Мы не доберёмся до камня.

Розоволосая посмотрела вдаль — там, среди каменных башен-нураг, ждал Камень Спирали.

И впервые она решила не бороться.
Не идти наперекор.

Она направила магию вдоль ветра, не против. Вода закрутилась в спираль, подхватила их — и понесла вперёд.

Так был пройден третий ветер.
Зугравеску обрела мудрость.

Последний ветер был тихим, как утренний северный бриз. Свежим, прозрачным.

Михаэла увидела Матию и Николетту — спокойных, терпеливых. Они не могли выйти, пока не пройдёт она.

Появилась Эрминия:

— Поздравляю. Ветры пройдены. Осталось лишь одно — забрать Камень Спирали.

Щелчок — и девушка исчезла. Матия с Николеттой освободились.

Среди камней впереди мерцал Камень Спирали. Он сиял перламутрово-голубым светом, прожилки на нём выглядели как серебристые волны в миниатюре. Форма была неровной, но естественной, будто сам океан вырезал узор спирали.

Она протягивает руку, и вокруг начинает кружиться слабый вихрь — не разрушительный, а мягкий, как дыхание моря.

Теперь Михаэла поняла, что сила не в том, чтобы побеждать, а в том, чтобы принять и направить.

За это время, пока она проходила испытание, то наступила ночь. Шестеро подростков стояли вместе с наградой. К ним появились все трое стражей.

— Ещё раз поздравляю с пройденным испытанием! — с улыбкой поздравил Арландо. — Теперь вы получили тот долгожданный камень.

— И за это достижение, предлагаю устроить поздне вечерний ужин! — Фабрицио также улыбался.

Обрадовавшись, братья и сестра стали сопровождать их к своему дому. Когда Михаэла плыла за ними следом, то сжав руку в кулак, шепнула:

— Я докажу Дракмару… но не потому что должна. А потому что готова.