Последний Экзорцист

То, что начертано рукою Провидения

Уж недоступно впредь для изменения,

Ни доводам ума, ни знаниям богослова

И никаким слезам не смыть судьбы решения.

©Омар Хайям.

Ночь – прекрасное время суток. Она словно мать: скрывает от чужих глаз. Она точно хранительница: укрывает и терпеливо тебя охраняет. Она жадна до безумия: никому тебя не показывает и ни с кем тобой не делится. Ты для нее объект очарования, а она для тебя неотъемлемая часть жизни.

В эту ночь Луна была особенно яркой и нереальной. Раньше, стоя на балконе своей комнаты, в замке, парень никогда не обращал внимание, на ее необычный цвет, что проявлялся раз в году. Но сейчас все изменилось: тогда у него не было времени рассматривать, разбираться или просто наслаждаться видом, а сейчас есть.

Николас, закинув лямку походной сумки повыше себе на плечо, вновь посмотрел в гущу леса и, с наслаждением вдыхая влажный воздух, прислушался. Тихо. Присев на корточки, стихийник слегка коснулся пальцами земли, прикрыл глаза, сосредотачиваясь на своих ощущениях. В ту же секунду под закрытыми веками изумрудными линиями и искрами проявилась карта окружающей местности с очертаниями всех деревьев, кустарников и дорог, со следами маленьких зверушек и тараканов – всего, что хотя бы стояло или как-то касалось земли. Этот путеводитель растягивался на несколько сотен и тысяч километров, от чего запросто можно было понять – насколько далеко от них войско императора или как далеко сейчас он находит от Нонстама.

Ресницы взмыли вверх, и Руссе вновь посмотрел на голубую Луну. Красиво. Он тихо выпрямился и принял позу для бега. Парень точно знал куда нужно идти. Несколько сотен верст на север, а там уже и город, как на ладони. Зрачки в лунном свете резко блеснули зеленой искрой, после чего Николас качнулся на месте. Сапоги его шаркнули по твердой почве, и Руссе резко сорвался на бег.

Земля под ногами стала перемещаться быстрее, чем колеса на повозке. Николас бежал так, словно за ним одним неслась целая армия императора. Казалось, где обычный человек делает шаг, он делает десять. И там, где обычно люди бегут по земле, земля бежала под ним.

Вскоре, через несколько минут земляной маг замирает, грубо прошаркав подошвой о твердую поверхность грунта и поднимая за собой пыль. Старая дорога Нонстама была частично разрушена временем, но все так же ровно и непоколебимо тянулась вдоль главной улицы. Стихийник осмотрелся – никого, после чего устало вздохнул и направился в наполовину раздушенный Файер (главное здание, находящееся в центре города возле разрушенного фонтана).

Стражники у входа, заметив самого лорда земли, заметно напряглись. Николас не сразу понял их напряжение и лютый страх, что читался в каждом зрачке. Они боялись его, потому что маг мог, по желанию, сровнять их с землей. Но только сейчас парень пришел сюда не как враг, а как союзник. Но даже не обнаружив никакой угрозы, охранники не спешили открыть путь, а лишь сильнее перекрестили свои оружия, закрывая дорогу. Лорд замер, вскидывая брови удивленно вверх. Глубоко внутри затаилось чувство негодования и обиды.

— Никола?? — Вскрик за спиной заставил обернуться. Там, где-то возле мигающего огненного фонаря да напротив фонтана, стоял Уолтер. Он то ли испуганно и со страхом, то ли облегченно и с радостью, вновь, только уже шепотом, повторил имя друга, и как-то облегченно улыбнулся. Но как только взгляд шатена пробежал по округе, улыбка спала, точно ее и не было.

— Ты что тут делаешь!? А где остальные?! — Лейб неожиданно подлетает к Руссе, хватает того за предплечья руками, начиная осматривать тело на наличие особо опасных для жизни ран, и шепчет что-то не разборчивое перед тем, как снова вскликнуть:

— С ними что-то случилось? — Он хватается за чужие плечи, обтянутые темно-зеленой тканью, и хорошенько встряхивает.

— Ну, Уолтер! Прекрати, — парень перехватывает напряженные ладони шатена и, отдирая их от себя, точно репейник, закатывает глаза, — с ними все в порядке, они просто... Задерживаются?.. — Придумывает отговорку на лету.

— Но почему тогда ты пришел? Могли бы все вместе подойти, только позже, разве нет? — Лейб хлопал глазами, совсем по-детски рассматривая уставшее лицо друга. Охрана возле дверей тоже хлопала ресницами: очень интересная сцена разворачивалась перед ними.

— Как зачем? Уолтер, ты что? Своего парня, нашего капитана, не знаешь? — Скрещивает руки на груди и, усмехаясь, следит за тем, как меняются эмоции на лице мятежника.

— Оу, ты прав, – Уолтер растягивает губы в улыбке и почесывает затылок, вспоминая о том, какой все-таки Алан паникер. Сейчас в его голове наконец-то пробегает мысль, что Николас верно поступил. Лучше прийти одному, чем потом пытаться остановить внеплановую войну.

— Но почему тогда ты не проходишь внутрь? — Лейб говорит в пустоту, осматривая каждого из стражников. Глаза его медленно увеличиваются, а губы вытягиваются в форме овала, после чего парень вскидывает руки к небу, бормочет что-то в духе атеиста: «о, мой бог», и, хватая Николаса за руку, тащит в сам Файер.

— Вы, остолопы, будьте добры хорошенько запомнить это миловидное лицо и в следующий раз пустите без всяких проблем! — Шипение его заставило охрану натянуться, как две струны, и без остановки закивать в знак согласия. Обреченно вздохнув, Уолтер вместе с лордом земли стал пускаться по скрипучей лестнице. С каждым шагом им отчетливее становился шум внизу, с каждым вздохом ощущался более прохладный воздух.

Наконец-то с протяжным скрипом широкая дверь открылась, а на мгновение озадаченные чьим-то поздним визитом люди замолкли. Но обнаружив, что в дверном проеме стоит Уолтер Лейб – не чужой – вернулись к разговору за огромными столами, что тянулись вдоль огромного зала, точно в Хогвартсе. Уолтер не задерживаясь ни на секунду свернул налево, в сторону кабинета:

— Ала-ан, отзывай войска, Николас докладывает, что все в порядке! — Лейб говорит одновременно с открывающейся дверью, чем вводит капитана в недолгий ступор. Русый парень уже было начинает думать, что его любовник спятил, но смутные сомнения тут же опровергает вошедший следом за Лейбом Руссе.

— Приветик, — беззаботно тянет и машет ладонью, точно накосячивший ребенок. Алан замирает на добрые несколько секунд, и эти самые секунды становятся огромным испытанием. Ведь никто не знает: о чем он сейчас думает.

Нечитаемый взгляд лидера шмыгнул по уставшему телу напротив, по рваному рукаву, испачканным штанам и заляпанной накидке, после чего заглядывает за дверь в поисках остальных, но таких не наблюдалось.

— Николас, где все? Даже не так, судя по тому, что ты вернулся, с ними то как раз всё хорошо, но... Почему вы задержались? Где вас носило все это время?! — Его голос не дрожал от нестерпимого гнева, что заставило лорда выдохнуть с облегчением. Николас, ощущая всю тяжесть будущего разговора, слезка прикрыл глаза и потер переносицу, приступая непосредственно к самому рассказу.

Пришлось рассказать всё: как у команды все пошло под откос, потому что на главной площади стража перекрыла дорогу, и они были вынуждены бежать совершенно в другом направлении, скрываясь в чужой лавке; как там же они поняли, что пропали по полной, ведь по барьерам беспощадно били, пытаясь сломать, а стены ветхого домика рушились; как появилась очень сомнительная особа и попросила подождать ее, что взбесило Руссе не на шутку; как оказалось, что эта девушка-экзорцистка; как она эффектно спасла стихийников; как после побега им устроили западню.

— То есть? Хочешь сказать, что они нагнали вас на лугу Христианста? — Алан задумчиво постукивает по столу, а Николас в шоке от того, что лидера удивило лишь это, но никак наличие в их команде лишнего человека, который между прочим последний выживший экзорцист из города Нонстам.

— Да! Я тоже был в шоке!.. Но потом та девчонка призвала своего сокола, и мы вполне неплохо справились.

— Сокола? — Успевает удивленно вставить свою реплику Уолтер.

— Да, он гибрид!

— Гибрид?! — Удивляется еще больше.

— Тупой что ли? Я так и сказал, – фыркает, но не останавливается, – потом мы пошли через лес, но из-за непредвиденных обстоятельств наткнулись на оборотней.

— Каких еще оборотней? — Алан наконец-то перестал смотреть в одну точку и уставился на стихийника с гласным вопросом. — Какие оборотни, Николас?! В той части, где я вам сказал идти территория общая и охота волков запрещена! Там даже ночью можно спокойно пройти!

— Ну... Так я и не сказал, что мы пошли по твоему маршруту... — Никола виновато растягивает губы в неловкой улыбке и почесывает затылок, пряча глаза где-то в воротнике.

— Что?!

— Что? — повторяет изумление капитана, а злые глаза напротив заставляют сморщиться, точно сушенная слива. — Не кричи на меня! Орать будет на Криса, это его идея! — вскидывает руки вверх, перекладывая всю вину на лидера. И кажется, что удивляться больше нечему, если бы не одно НО:

— Правда... там нам тоже повезло: вожак оборотней и девчонка оказались знакомы, — Руссе складывает руки на груди и удивляется тому факту, что им столько раз везло, лишь потому, что рядом с ними была Мираисса. Да и сложись карты как-то иначе; отряд давно бы пал еще там, в лавке, из-за неосторожности и опрометчивости.

— Погоди, — Уолтер резко нарушает затянувшуюся паузу и, протягивая своему парню стакан холодной воды, задумывается. Рука его обхватила лоб и пару раз потерла его от усталости. — О какой девушке сейчас идет речь? — Наконец-то звучит вопрос, а Николас расплывается в чеширской улыбке и прищуривает глаза.

— Мы встретили последнего экзорциста, — он замолкает, пожимая плечами, словно каждый день встречает заклинателей. Капитан Фриз выплевывает часть воды и ошарашенно смотрит на друга: экзорцистов ведь всех уничтожили. С этой мыслью Алан начинает пить воду снова, но на этот раз практически залпом, пытаясь все уложить в своей голове. Руссе же на этот момент задумывается и говорит:

— Её вроде Мираисса зовут, фамилию не запомнил... — И Алан давится водой повторно.

***

Утро одно на все времена и случае жизни: непонятное, ленивое и нежеланное. Особенно после веселой ночи с плясками, с танцами и с громкими песнями. Почему-то, лежа на боку, Мираисса думала о том, что они вчера ночь даже умудрились выпить, однако от чего такая мысль образовалась в голове – она не знала. Слегка прислушиваясь, шатенка могла услышать недалекое щебетание птиц, копошение людей. Пару раз зайчик пробивался сквозь ветки деревьев и попадал ей на глаза, от чего девушка сильнее жмурилась и тихо мычала.

В следующий раз, когда луч солнца решил поиздеваться над шатенкой, Мираисса нервно отвернулась, утыкаясь во что-то теплое и мягкое. Легкий аромат пыли и мороза пробирался все глубже при каждом вздохе, наполняя каждую клеточку этим запахом и даря свое зимнее спокойствие... Было настолько хорошо, что мгновение захотелось поставить на паузу и включить на вечный повтор, но после этой мысли осознание к ней пришло так же быстро, как и бодрость. Глаза распахнулись, резко смотря в чужую и бледную шею.

— «Чёрт, чёрт, чёрт!», — кричало сознание, когда собственное тело в панике, пыталось быстро и незаметно вылезти из крепкой хватки тонких рук. Поднявшись на локти, Мира смогла то ли с печалью, то ли с радостью заметить, что лежала она рядом с Кристианом, а не с каким-то незнакомым оборотнем или того хуже Вильгельмом, за что Лео мог запросто поджарить, до румяной корочки.

В первые секунды смятения показалось, что все еще спали, пока Ченг не заметила тихую суматоху вокруг. И тут то стало ясно: никто не спал. Вильгельм и Лео уже сидели у костра и грели что-то, возможно воду для чая; Алекс стоял неподалеку, хмуро переговаривая с кем-то из волков, тяжело вздыхая; девушки во всю занимались бытовыми хлопотами. Это была обычная деревенская суматоха, практически ничем не отличающаяся от городской, только если местностью. Тихое шуршание под боком заставило напрячься и косо глянуть вниз. Девушка заметила — лорд воды тоже проснулся.

— Ой, господи, — парень приподнялся на локтях, хватаясь одной рукой за лоб. Видимо голова несчетно болит. Слегка зевнув и зачесав блондинистые пряди назад, Бретт замер, осматриваясь. Его глаза по мере передвижения медленно увеличивались, наполняясь шоком и чувством сожаления

— Неужели мне это не приснилось? — Тихо шипит, перед тем как скривить лицо и снова завалиться на землю, устало что-то промычав на последок. Мираисса лишь усмехнулась и поднялась с земли.

— О, встали? — Александр устало улыбнулся, отмахиваясь от своего солдата и поворачиваясь к шатенке.

— Вроде, да...

— Который час? — Неожиданно влез в разговор Бретт и, стоя за спиной девушки, недовольно смотрел на оборотня. Его крепкая ладонь от чего-то мягко ложится на женское плечо, словно помечая территорию и ставя печать: «Моё».

— Уже за полдень, возможно час, два, — все так же спокойно отвечает Алекс, издевательски усмехаясь собственническому жесту Криса.

— Вот чёрт! — Бурчит в привычной для себя манере, проводя ладонями по волосам. — Лео, Вильгельм собирайте манатки! Мы опаздываем! — Было сказано на ходу. Мира с сожалением поняла — уходить им нужно в ближайшие пять минут.

— Как знал, что нужно вас разбудить, — вождь смеется и почесывает слегка черный, кажется даже волчий нос.

— А почему не разбудил? — Злобно глядит лорд воды и пытается найти в волчьем взгляде что-то подозрительное

— Не смог, — Алекс пожимает плечами и смотрит добрым взглядом на свою подругу. Все и без слов стало ясно: не смог из-за нее.

— Мира, идем! — Наконец-то отдергивает лидер девчонку, прерывая безмолвный разговор двух друзей. Мираисса оборачивается, замечая троих парней уже полностью готовых к отчалу, и этот факт не удержал в ее груди печальный вздох. А ведь они только друг друга нашли...

— Иди... Тебе пора, — волк шепчет, трется носом о макушку и обнимает на прощание крепко-крепко.

— А ты?

— Я не могу, Мираисса, –— безвыходно вздыхает, прикрывая глаза, — это не наша война. — Он запинается, замечая в карих глазах напротив непреодолимую печаль. — Прости...

— Понимаю... — Шатенка смотрит в пол. — Первое правило оборотней, да? — Горькая усмешка, а друг лишь кивает. Так заведено, что им нельзя вмешиваться в чужую жизнь. Это их порядки.

— Тогда... Пока, — девушка машет ладонью, стоя совсем близко, печально улыбается, а затем разворачивается, чтобы скрыться со своими друзьями в толще густого леса.

***

Дорога заняла больше времени, чем казалось в самом начале. Уже через час шатенка понимала, что вот-вот сдастся. Девушка действительно старалась держаться стойко, но все равно не могла заставить заткнуться звуки голодного желудка. Ей было стыдно, что тишину нарушал лишь протяжный вой её живота. Ясно и понятно: «что естественно, то не безобразно» — но попробуйте объяснить это юной леди! Мираисса пыталась поспевать за друзьями, придерживаясь за талию, точно при диарее, и молилась святому духу, чтобы живот урчал чуть-чуть потише, ну прям капельку...

— Кри-ис, — лицо недовольно кривится, после очередного урчания живота, — я так проголодалась, когда мы наконец-то придем в город? — Живот снова завыл, точно выброшенный на берег кит, а девушка обхватила его руками, пытаясь заглушить.

— Сначала мы покажемся нашим друзьям и оповестим, что живы-здоровы, затем пойдем поедим. — Лео отодвинул ветку и усмехнулся, неожиданно появившейся в его голове, мысли. Взгляд его устремился вперед, тихо озвучивая: – Алан, наверное, уже отряд собрал на наши поиски, он тот еще паникер, – и девушка резко дергается, озадачено поглядывая на Фарина.

— Хорошо, что мы вчера в Файер Николаса послали: избежим лишних переговоров, – снова слетает с темных губ смешок, но на этот раз экзорцистке было совсем не до смеха.

— Кто, прости?.. — Ее тихий вопрос заставляет остановиться не только саму девушку, но и стихийников.

— А, ты же не в курсе! — Вдруг доходит до Вильгельма и тот легонько ударяет себя по лбу. — Алан Фриз – капитан императорской стражи и еще один командир восстания, — воздушник растягивает губы в квадратной улыбке, да заставляет кишочки в брюхе девушки узелком свернуться, глуша голод.

***

Ожидание, наполненное надеждой, от которой волнение переполняет грудь – самое настоящее мучение.

Ты знаешь, что таких совпадений нет, и шанса на лучший исход тоже, но не можешь перестать верить, что тебя пронесет, что судьба не усмехнулась гадко за твоей спиной, а все твои страшные мысли были лишь паранойей. Алан за последние десяти минут наворачивал по Файеру, наверное, круг тридцатый. Он нервничал. Нет, не так. Он искренне боялся, что его предположение окажется верным. Разумеется, Уолтеру и Руссе капитан еще ничего не говорил, ведь если это предположение неверно, то зачем поднимать шумиху? Только вот Алан все больше и больше давал себе понять, что совпадений быть не может, и что, черт побери, его облапошили, как торговца на рынке! Ведь на протяжении многих лет... он ничего не знал!

— Алан, прекрати маячить! В глазах рябит! — Раздраженный Николас вскидывает руку вверх, привлекая к себе внимание и невольно заставляя этим парня напротив замереть.

— Что случилось, Ал? — Уолтер нежно укладывает руку на плечо и смотрит прямо в глаза: пытается понять самостоятельно, но ничего не выходит, покуда Алан отворачивается, не желая делиться своими смятениями. Старший печально вздыхает, отпуская чужое плечо. Он пытался, но Алан думает, что недостаточно. Поуговаривай шатен его подольше, будь тот понастойчивей, и капитан бы выдал всё без какой-либо утайки.

— Просто думаю, — слово вылетает в пустоту, но и это лучше, чем ничего. А ожидание продолжилось.

Ближе к утру, Николас небрежно заснул на неудобном кресле, закинув ноги на подлокотник, а Уолтер свернулся калачиком на кровати, тоже устало посапывая. Только у Алана сна не было ни в одном глазу. На часах было, примерно, четыре часа утра. Но это время, казалось уже было несколько часов назад, да лишь казалось.

Секунды тянулись настолько медленно и отвратительно, что невозможно было сидеть на месте. Тогда-то капитан и поднялся со стула, тихонько, чтобы никого не разбудить, вышел из спальни в общий зал. В нем, как всегда, было достаточно оживленно. Многие мятежники уже проснулись, остальные же либо еще не ложились, лило только собирались лечь (все спали в разное время из-за недостатка кроватей).

Алан, дабы отвлечься от душевных терзаний, отправился к чужим комнатам, проверяя каждую из них на непредвиденную угрозу, но – к его огорчению и одновременно счастью – все было хорошо. Тогда парню пришлось вернуться обратно, заставая у дверей возвращение ночного дозора.

— Айдар!.. — Привлекает внимание Фриз, а главнокомандующий отряда кидает грязный плащ в корзину и разворачивается.

— Да, Алан?

— Как обстановка? — Спрашивает, увлекая друга в насыщенный разговор, который помогает отвлечься на добрые пол дня: новости были не самыми лучшими – император собирает армию. И тихое, многолетнее противостояние народа и империи начинает набирать силу, чтобы обрушиться на мир кровавою войной.

Капитан тяжко вздыхает, поправляя волосы и протирая взмокший лоб, и вместе с Айдаром начинает планировать оборонительные действия. У них мало что получалось, в основном все валилось из рук: оба не спали двое суток, а работать приходилось так, словно они были полны сил. Но «увы» и «ах», на сон не было времени.

Так и прошло время.

В суматохе дел никто и не заметил, как за спинами открылась и скрипнула тяжёлая дверь; как четыре пары ног затопали по каменному полу, намеренно приближаясь к спине Алана; как эти самые ноги замирают в нескольких метрах от него.

— Ал, мы прибыли, —заявляет за спиной Крис, прибивая этими словами друга к полу, кажется, намертво, — и с нами экзорцист, знакомься, — шаг в лево, а Алан затаил дыхание, не в силах обернуться.

— «Пожалуйста». — Повторял голос в голове, точно молитву.

— Это Мираисса Ченг, — имя и фамилия разлетелись по залу, а капитан тяжело вздохнул.

— «Господи, только не это», – умолял он Бога вновь, закрывая покрепче глаза и надеясь, что как только веки откроются, все произошедшее окажется сном.

— Привет, Ал, — прозвучал женский голос, а буквы из этих уст прозвучали уж слишком привычно. Фриз застонал от безвыходности, не желая разворачиваться и убеждаться в своих догадках, которые оказались верны на сто процентов. Он отказывался в это верить, вопреки неизбежности.

— Э-эй, — тонкий голос был не доволен и требовал обернуться, но очередное «Нет. Этого не может быть» отбилось в голове пульсацией. — Приве-ет?

— Да, привет, — русоволосый сжимает переносицу и пытается что-то быстренько придумать. Но мысли подкидывают только... Бред?..

— Алан, повернись и поговори нормально! Мира между прочем девушка, будь деликатней! — Лео скрещивает недовольно руки, а Фриз же задаётся единственным вопросом. Может совпадение?

— А-ала-ан, — такое резкое обращение заставляет каждого стихийника покоситься на девушку и задуматься: а незнакомы ли они? — Повернись и посмотри на меня... — Голос требует действия, а в мыслях лишь насмешливый тон Судьбы, которая в буквальном смысле издевается.

— Пожалуйста, мы давно не виделись — и это подтверждает догадку: «Эти двое точно знакомы!»

— Не-ет... — Хнычет, потому что... Ну, нет, Алан не хочет, чтобы так было.

— Да, — короткий ответ.

— Ну, пожа-алуйста, — продолжает тянуть, неохотно переминаясь с ноги на ногу и жмурясь, точно в страхе увидеть то, что за спиной, — ну-у, не-ет, — вновь повторяет и потихоньку оборачивается, сталкиваясь с немного прищуренными в издевке карамельными глазами, что на свету отливали прозрачной смолой. — Чёрт, нет! — Вскрикивает, закрывая глаза рукой.

— Ал, ты чего? — Кристиан обеспокоенно глядит на капитана, но лорда открыто игнорируют.

— Почему именно ты? — Задается вопросом, смотря прямо на девушку.

— Ну, я бы задала тебе тот же вопрос, дорогой мой, — хмыкает, хлопая еще по-детски длинными ресницами.

— Дорогой? — Повторяется с боку, и все головы, как одна, поворачиваются назад, чтобы увидеть испуганного Уолтера, который в миг стал покрываться красными пятнами от злости и ревности.

— О! Ал! — Заклинательница изумленно хлопает в ладоши, смотря на шатена взглядом полным восторга. — Это твой парень?! — Счастливая улыбка срывается с ее губ, заставляя всех в округе запнуться о собственную мысль. Злость и ревность Уолтера куда-то улетучилась, сменяясь на смятение. В этот момент парня схватили за руку и аккуратно пожали в знак знакомства.

— Давно хотела с тобой познакомиться! — Счастливые вскрики девушки не давали здраво мыслить, а в голове крутился лишь один вопрос: «Что происходит?»

— Алан, он у тебя такой красивый, — девушка улыбается широко, после чего отпускает чужую руку и вальяжно подходит к капитану императорской стражи, чтобы с улыбкой дьявола обхватить массивную шею и опустить голову так, чтобы та была на уровне головы шатенки, — так вот ты засранец куда сбегал! Я-то думала он на службе, работает, устаёт бедный! А ты тут мятежом заправлял! — Она усмехнулась и схватила лидера за ухо, сворачивая то в трубочку и заставляя Фриза вскликнуть от боли, а окружающих впасть в еще больший ступор.

Никто не смел так обращаться с капитаном. Но почему тогда эта девчонка позволяет себе такое?! Уолтер, что был не в силах терпеть такого нахальства, подхватила новая волна злости, рот открылся, чтобы высказать недовольство прямо в лицо этой девчонке, но:

— А? Как будешь объясняться, братик? — Экзорцистка отпускает ухо, Алан тут же хватается за него, виновато потирая несколько раз и шипя. А громкие слова Уолтера, касательно всего почему-то так и застревают в горле, не в силах выйти наружу.

Шатен замирает, его зрачки блеснули легким белым светом, а в глазах забегали картинки. Он снова не сдержался и неосознанно предсказал будущее. Парень хватается за голову незаметно жмурясь и анализирует увиденное, пока вдруг не выкрикивает:

— Это она! —– И тычет в сторону незнакомки, подрагивая от переизбытка эмоций.

— Ты о чем, Уол? — Алан подозрительно осматривает лицо некровной сестры, а затем переводит взгляд на своего парня.

— Помнишь, я тебе говорил, что есть спасение!? И оно как-то связано с тобой? Это она! Она тот человек! — Крик разносился по всему Файеру, достигая ушей каждого, а отлетающее эхо как будто пыталось докричаться до чего-то в глубинах людских душ. — Я теперь понимаю, почему не мог ее увидеть... — Уолтер сменяет тон на более спокойный и в два шага преодолевает расстояние между ним и кареглазой, хватая ту за кисть и разворачивая внутренней стороной к себе. Глаза снова на секунду загорелись белым, провидец знает, что кожа не пуста

— Руны блока? — Он рассматривает тонкое запястье и водит по невидимым линиям, точно зная, что эти невидимые полосы-иероглифы.

— Да, — коротко отвечает, изумленно следя за провидцем. За 18 лет, Уолтер оказался первым, кто смог обнаружить орнамент.

— Сколько их?

— Около сорока, — Мира смотрит парню прямо в глаза, а он в ответ смотрит в ее. Со стороны казалось, что между ними идет немой диалог, потому что моргать ребята, кажется забыли.

— Снимай их! — Приказывает, наконец-то отпуская чужую кисть

— Что? — Мираисса выдавила из себя тихий шепот, пытаясь промочить пересохшее горло слюной.

— Снимай руны, я тебе говорю! Они блокируют поток маны и не дают тебе как следует восстановиться. — Лейб смотрит на нее сверху вниз, а брови на переносице недоверчиво сходятся домиком. — Здесь не от кого скрываться. Все и так знают, что ты экзорцистка, а император ищет тебя. Так что особо вариантов нет: снимай! — Повторяет приказ, и шатенка беспрекословно подчиняется.

Девушка складывает два пальца в привычном жесте и рисует напротив собственной смуглой кожи огромный золотистый крест. Руки, начиная от запястья и заканчивая плечом, полностью покрываются разными символами и буквами, после чего перечеркиваются, растворяясь в воздухе, точно дым.

Вырвавшийся из-под замков поток энергии ударил по окружающим, как неожиданный ветер. Магия оттолкнула ребят на пару шагов назад, заставляя снова ошарашенно глянуть на Ченг.

Такая девушка не может обладать такой силой...