Последний Экзорцист

Как ни крути, не отвертеться,
Велением судьбы
Придётся выбрать: слушать сердце
Иль быть толпой слепых,
Толпой скупых душой и телом
Избранников зимы,
Где зябнем в одеяньях белых
Глухонемые мы...
© Ольга Бельзер.

Экипаж с лошадьми продолжал свой путь в сторону дворца. Только тихий стук копыт нарушал мертвое молчание между молодыми наездниками. Никто особо не говорил – воспитание не позволяло начать разговор на пустом месте.

— Круто ты того мужика, — усмехнулся стихийник в белых одеяниях, поравнявшись лошадьми с юным лордом воды.

Парень, не ожидавший такой то ли наглости, то ли честности вперемешку со смелостью, вскинул брови кверху. С ним никто не осмеливался говорить, смотря прямо в глаза.

«Глупец» – озвучил он мысли, устало закатывая глаза и отвернулся от молодого лорда ветра.

— Ну, не такой уж я и глупец, многие называют даже гением.

— Пф, — стихийник дернул за поводья, отводя коня в сторону, подальше от неприятного разговора. Прошло всего лишь пара минут, а одно уже было ясно: друзьями им не быть.

— Эй, не смей игнорировать меня, ледышка! — Послышался тихий удар, а копыта быстрее застучали по каменистой дороге, выравнивая наездников вновь. Будущий лорд воды готов был выть от раздражения.

— Я Вильгельм Браун, будущий лорд ветра, будем знакомы, — показалась широкая улыбка в тридцать два зуба, а парень в голубой мантии попытался найти подвох даже в такой, кажется, безобидной и искренней улыбке.

— Ага, — вообще-то, блондин уже знал его имя. Перед отъездом отец заставил изучить всю биографию других лордов, приговаривая: «Вы конкуренты, а не союзники!» – неужели Вильгельму Брауну об этом не говорил его отец?

Взгляд снова направился в сторону стихийника, чтобы понять хоть что-то, но шатен напротив выглядел излишне дружелюбно, словно и впрямь хотел подружиться! Бред.

— А ты значит?..

— Ты и так знаешь, как меня зовут.

В этом магическом мире вообще есть тот, кто не знает молодого, привлекательного и очень хладнокровного преемника лорда воды?

— Ты прав, но хочу услышать это от тебя, давай, не тушуйся! — И легкий удар локтем в бок. Глаза казалось сейчас выкатятся из глазниц от негодования, а бледная рука лишь чуть сильнее сжала поводья.

— Кристиан Бретт.

Короткий ответ заставил Брауна снова улыбнуться, на что Кристиан лишь закатил глаза, а затем отвернул лошадиную морду, прекращая бессмысленный разговор. Тогда до замка оставалось минут десять езды, и кони продолжали путь, громко цокая копытами.

***

— О, мои дорогие стихийники! — Раскинув руки в стороны, крикнул император и встал с золотого, усыпанного разноцветными камнями трона. Все гости поклонились ему в пол, встав на одно колено.

— Здравствуйте, милорд! — сказано гостями практически в унисон.

— Ой, хватит вам! Встаньте с колен, дети мои, — и те послушно встали. Кристиану же в этот момент показалось, что слова, сказанные правителем, звучали немного двусмысленно, словно вместо «дети» он хотел сказать «псы». — Как дорога? Сильно устали? Может, сначала передохнете, а затем мы приступим к обсуждению программы для новых лордов стихий? — Щебетал он, как птичка на дереве, улыбаясь слишком наигранно, что довольно сильно раздражало.

Генри V – по своей натуре очередной трус королевского рода, заметил про себя Кристиан. Император прижат со всех сторон сильными магами, и даже имея силу в несколько раз превышающую обычного чистокровного стихийника, всё равно боится и стремится заиметь поддержку с их стороны, чтобы лишний раз не только не пачкать руки, но и не напрягаться.

— Нет необходимости, милорд, мы не устали, — высказался старший Браун, а Вильгельм рядом скривился. Шатен, в отличии от других лордов, рассчитывал на перекус.

— Тогда давайте для начала все познакомимся? — Правитель воодушевленно хлопнул в ладоши. — Вы наверняка друг друга не знаете? — Не правда. Они давно друг друга знали. И знали настолько хорошо, что складывалось впечатление словно вместо того, чтобы сражаться бок о бок, они будут воевать против друг друга. Вопрос остался без ответа, потерявшись где-то в огромном зале. Сам Генри V не придал этому значение и махнул рукой своему дворецкому, приказывая подойти.

— Садитесь, дорогие гости, — император достаточно дружелюбно пригласил всех за круглый стол сбоку. Лорды со своими сыновьями послушно сели на места с знаками их магии на каретках стульев. Вода, огонь, земля и воздух. — Маркус, принеси нам чего-нибудь выпить, только не крепкого! — и мужчина, послушно кивнув, скрылся с глаз.

— Ну, так что? Начнем представление с водной династии и по кругу?

— Хорошо, — кивнул старший семьи Бретт, а потом слегка толкнул сына плечом, чтобы тот выпрямился. — Я лорд воды, а это мой преемник Кристиан. Старший сын семейства. Ранг маны десятый (87%), — парень с блондинистыми и кучерявыми волосами слегка поклонился, затем сел на место, взглядом обежав всех присутствующих. По данным, которые они могли раздобыть, его ранг здесь самый высокий.

— Я лорд земли, а это мой старший сын Николас Руссе. Ранг магии девятый (74%), — и мальчишка одного роста с Крисом кивнул, откидывая несильно длинные светлые пряди волос назад. Совсем еще зеленый, прям под цвет плаща.

— Я лорд ветра, а это старший сын Вильгельм Браун. Ранг магии тоже девятый (74%), — и снова поклон, а Кристиану стало некомфортно от того, что вечно улыбающееся и раздражающее существо напротив стояло смирно, до скрежета в зубах серьезно и сосредоточено, глядя перед собой.

— Лорд огня, мой старший сын Лео Фарин. Ранг магии восьмой (68%), — и парень в красном плаще, закрепленном на одном плече сомнительным украшением, сделал поклон. А Кристиан сделал пометку, что это Лео слишком юн для данной роли.

— Ну, вот и славненько, теперь все друг друга знают, — снова послышалось слащавое щебетание правителя, что раздражало все сильнее и сильнее. И Кристиан был не один, кого это бесило. Каждый из избранников чувствовал лукавость в голосе правителя. — Хочу сообщить, что с этого момента на три года обучения вы будете жить во дворце. У вас будет одна общая гостевая комната, чтобы вы могли наладить отношения друг с другом и несколько спален, для сна, – к ним вернулся дворецкий со стаканами красного напитка и начал аккуратно их расставлять рядом с гостями. — Кто с кем ночует определит жеребьевка, а потом, если что, вы сами посмотрите с кем вам лучше и переберетесь в другую спальню, — прозвучал щелчок пальцами – и в руках Генри уже четыре листочка с двумя цифрами. Всего две комнаты, шанс на односпальную был равен нулю.

— Ну же, тяните листочек! — голос стал более требовательным: видимо, это лестное общение порядком поднадоело и самому императору.

Бретт тянул первый, вытащив номер два, и с огорчением заметил, что листочек с той же цифрой вытянул Вильгельм Браун.

— О, Кристиан, мы ночуем в одной спальне. Ты рад? — парень радостно крутил листочком перед носом нового знакомого, блондин лишь фыркнул, глянув за спину Брауна и замечая недовольный взгляд огневика, у которого, казалось, сейчас волосы на голове загорятся от недовольства таким распределением.

— Нет. — И отвернулся.

— Как только вы станете официальными членами совета, вам предоставят отдельные комнаты с вашей расцветкой для удобства. Можете идти. — Все понятливо кивнули и вышли, направляясь со своими вещами в единственное место, которое в ближайшие три года они будут называть домом.

***

Через семь месяцев совместного проживания оказалось, что Николас выглядел мягким и слабым, хотя сам таковым не является. От части Руссе был реалист, не верил в чудо, ему вообще было не до розовых облаков в голове. Но несмотря на это, он мог достаточно сильно себя накрутить и вогнать в беспричинную панику, из которой вывести его можно было только хорошей пощечиной. Вильгельм был веселым только на людях. Парень из белой династии пережил тяжелое детство, вспоминая которое не то, чтобы улыбаться не хочется, даже жить нет желания. Лео Фарин – славный малый. Его возраст не давал права насмехаться над ним нисколько, потому что брюнет был очень юн (ему было всего шестнадцать), но в тоже время парень был умнее всех их вместе взятых! А еще он очень много ест, даже слишком. Порой доедая порции за своими старшими, что уму непостижимо, учитывая, какое количество еды им дают. Кристиан же, по словам остальных, оказался внимательным и чутким. Он все время следил за младшими и наставлял в случае неудач. Никогда не орал просто так, а в любом его ворчании можно было найти смысл.

Еще примерно через год между стихийниками появилась некая дружеская атмосфера, что было достаточно неожиданно для Кристиана и политики его семьи.

— Крис, ты вернулся от короля? — спросил Вильгельм, принимая сидячее положение в их гостиной. С недавнего момента капитаном считался Кристиан Бретт, что не удивляло: парень славился своими стратегическими навыками и лидерскими качествами.

— Да, он только что передал нам новое задание на ближайшую неделю, — парень закрыл за собой дверь и прошел внутрь, рассматривая какие-то желтоватые бумаги.

— И что там? Господи, не говори, что мы опять пойдем чистить навоз у лошадей! После того раза я как минимум дней пять чувствовал этот отвратительный запах! — Николас уже закрыл глаза руками, мыча от бессилия.

— Или ловить воришек на рынке! Честное слово, если я опять полезу в проулок между домами за ребенком, то не вылезу оттуда! А случай с той девушкой помнишь? Мы ведь ее чуть за решетку не упекли! — В голосе самого младшего слышен стыд. Да и как же тут забудешь позор их первой рабочей недели?

— На удивление, ни то, ни то... Мы идем на настоящее задание, — вымолвил блондин, еще раз просматривая приказ. А в гостиной повисла тишина... Юные наследники вкалывали больше полугода на разных свалках, искали мелких воришек, переправляли товары, чтобы дожить до этого момента?

— И что там?..

— Сейчас в нашей стране прогрессирует восстание крестьян. Мятежников нужно выследить и по возможности подавить.

— А что за восстание? Разве император не обеспечивает всех достатком? — спросил Никола, а его брови сошлись на переносице домиком, выражая полное недоумение.

— Видимо не всех, раз такое дело...

— И нам придется убить восставших? — тихо проговорил Вильгельм, вглядываясь куда-то перед собой. Убить человека, возможно, неповинного человека, еще и впервые, всегда страшно.

— В приказе ничего такого нет, нужно всего лишь взять заложника и выпытать место, где прячутся остальные бунтующие, — Кристиан долгое время смотрел на потертые листы, отмечая, что это не очень хорошая идея, да и сомнение вызывало. Слишком много слухов об императоре. Чересчур много внимания к одной персоне... И слишком уж ожидаемо «неожиданное» восстание. Но Бретт эти мысли сразу отбросил в сторону: еще он в короне не сомневался! И, устремив взгляд поглубже в строки, сосредоточился только на миссии.

Их первой задачей была разведка, но и тут они как профессионалы оплошали. Идти в разведку они решили ночью – так удобнее и незаметнее, только вот наряды все надели под цвет своей стихии: разноцветные и яркие. Кристиан же перед самым выходом долбанул себе по лицу, понимая их огромную оплошность. Затем сразу всё исправил: нашел где-то четыре черных однотонных плаща с кофтой и штанами. Темные, свободные и удобные. То, что нужно!

Переодевшись и натянув черные платки по самые глаза, отряд выдвинулся в нужное им место, где по документам были замечены частые нападения мятежников. Путь был проложен через крыши невысоких двух- и одноэтажных домов: все как один выстроены в широкие улицы с узкими проёмами. Это был самый быстрый путь до цели.

Сливаясь во тьме ночи и не попадая под свет редких фонарей, стихийникам легко удалось добраться до одного из пентхаусов известных графов, где обычно проходят собрания всякой знати.

— Николас, Вильгельм, спускайтесь вниз, мы с Лео спрячемся на крыше, — и все приняли приказ, разбежавшись в разные стороны и прокручивая в голове ранее обдуманный план. Все шло строго по задумке. Осталось лишь вычислить подходящего для допроса человека.

Шло время. Минуты. Часы. А парни сидели в укрытиях, ожидая чего-то. Но никого подозрительного не было. Кристиан и Лео видели, что происходило в самом доме, следя за ситуацией внутри с крыш домов. Николас и Вильгельм наблюдали за теми, кто приходил и выходил, примечая косые взгляды, подмигивания и жесты. Ничего.

Все было вроде спокойно, и команда даже решила, что сегодня их вылазка не обвенчается никаким успехом и придется выдвигаться еще раз, только завтра. Но в какой-то момент, когда время перевалило за час ночи, а то и больше, на улице возле пентхауса собралось около двадцати человек, одетые в широкие и длинные коричневые плащи. Крис подозрительно осмотрел всех, задерживая взгляд на доли секунды и замечая человека, к которому приковано всеобщее внимание. Видимо, руководитель. Вскоре компания начала расползаться в разные стороны, прячась маленькими группами то в толпе гостей, пробираясь в дом, то в переулках возле пентхауса. Сомнений не было: это те, кто им нужен.

Бретт быстро поймал взгляды Николаса и Вильгельма, которые были направлены точно на него в ожидании дальнейших указаний. Жестами блондин указал на широкоплечего парня, который был посередине между двумя другими участниками сбора. Парни кивнули в знак согласия, слегка переглядываясь. Приказ принят. Каждый знал заранее свои действия. У этих маленьких непрофессионалов было просчитано

всё! На любой случай и на любую ситуацию.

Тихими и ловкими шагами Николас пробрался за спины трех жертв, одну из которых обязательно нужно забрать живым, затем приготовился. Лео сделал то же самое только через крыши, напрягаясь всем телом: оплошать нельзя. Как только небольшая капля воды упала парням на нос в виде своеобразного знака, они поняли: «Пора!» – и оба двинулись беззвучными шагами вперёд, стремительно приближаясь к своей цели. Просунув руки вперед и одной из них в миг заткнув рот человеку спереди, а второй притянув его назад, они ликвидировали двух мятежников, чтобы оставить широкоплечего руководителя без охраны и предоставить его Крису с Вильгельмом. Никола и Лео аккуратно ударили по сонной артерии, медленно утаскивая людей в закоулки и пряча от всевозможных глаз. Убивать они никого не будут.

Парень же, что остался один, дернулся в оборонительном жесте, поворачиваясь лицом к Руссе и Фарину, которым было далеко не до него. Да и действие это со стороны мятежника, наверное, было самой большой его ошибкой, потому что за спиной уже стоял Вильгельм, ловко выбивая из чужих рук оружие и перехватывая запястья. Он заломил руки за спиной; капюшон слетел с темной головы заложника, и послышался стон боли. Кристиан Бретт, вооружившись качественной веревкой, быстро просунул один конец в руку Брауну, а другим начал обматывать потерпевшего, наворачивая круги. Буквально через пару минут Браун отпустил крестьянские руки и начал кружиться вокруг мятежника с другой частью веревки. Со стороны это было больше похоже на танец, чем на обезвреживание противника. Плотно стянув свои спирали и завязав надежным узлом, ребята отряхнули руки в одобрительном жесте. Все готово.

Широкие плечи пленника слегка подергивались: он сейчас по-любому делал попытки разорвать или ослабить веревки, но, убедившись, что это бесполезно, вздохнул полной грудью для крика. Только ладонь Вильгельма быстро пихнула в слегка приоткрытый рот какую-то тряпку и заставил руководителя заткнуться.

— Какой хороший мальчик, — усмехнулся он, и скорее всего со стороны был похож на маньяка со слегка поблескивающими глазами.

Тогда Николас надел пыльный и темный мешок на лохматую голову, да так неожиданно, что пленник ненароком начал думать, что задохнется в нем быстрее, чем его успеют о чем-то спросить. Глухая боль пришлась по затылку, сознание помутнело, и парень отключился.