29. Отомщение
Рэй обернулся к Алетейе. Она и так была ранима и хрупка. А этот никчёмный маг разрушал её изнутри.
Иной раз ему казалось, что из Алетейи не получится королева. Он старался изгонять эти ужасные мысли с самого начала, но они возвращались каждый раз. Она была слишком добра ко всем подряд. Ее сердце было слишком мягким, чтобы править столь жестокими созданиями, как другие эльфы. Если люди иной раз бывают жестоки, хотя они смертны, то какими могут быть эльфы, когда они бессмертны?
Она постоянно страдала от мыслей о своём дяде и родителях. Он жалел, что когда-то рассказал ей эту новость. Лучше бы он просто попросил её уехать на другие континенты. Подальше от двора Луны.
- Рэй, - проговорила она, смотря в одну точку перед собой, где когда-то сидела гостья и пела.
- Да? - спросил он, смотря на ее бледное лицо.
- Нам она нужна.
- Это глупо и бессрасудно.
Алетейя покачала головой.
- Нам нужен гид, чтобы скорее покинуть эти места.
Её голос был без всякой жизни. Тусклым, словно луна узнала, что её солнце погасло, и теперь она никогда больше не будет светиться.
- Алетейя... - тихо прошептал он и она слегка дернулась.
Он и сам забыл, когда в последний раз говорил её имя столь нежно, чтобы поддержать.
- Пошли, - сказал он, согласившись с ней, и взял её за руку.
Она кивнула и позволила взять себя за руку.
Они очень долго скитались по улицам двора Леса. Они старались ходить по менее набитым улицам, но иной раз он проходил мимо рынков, чтобы она отвлеклась и посмотрела очередные побрякушки на прилавках, но стоило видеть кого-то похожего на Денвера, как её тело содрогалось.
Пару раз они остановились напротив непримечательных мест, чтобы поесть, и срывали лиана с деревьев, чтобы покормить их лошадь, которая с самого Твайлатена держится рядом с ними.
Ближе к вечеру Алетейя захотела пойти к морю, в чем Рэй не мог ей отказать. Она села на лошадь, предложенную им. Алетейя захотела сама повести лошадь, он не был против, просто пошёл за ней.
Её волосы другого цвета подхватывал ветер и играл с ними, но она будто этого не замечала и не реагировала. В другой бы раз она бы улыбнулась и может, даже бы рассмеялась.
Воспоминания о такой Алетейе грели душу Рэя.
Они долго скитались по улицам и делали перерывы до самой полуночи. Когда же наконец наступило это время, луна светилась сквозь густые тучи. Они уже стояли и ждали на том же месте, где и встретились с этой странной эльфийкой до этого, которая полностью изменила их планы.
- Я до последнего не знала, что вы придёте, - сказала она и вышла из тени дерева.
Ее тело обвивало золотистое платье в пол с небольшим вырезом. Рэй сразу же недоверчиво посмотрел на это и прикрыл рукой Алетейю, которая тоже рассматривала платье.
- Что это за маскарад такой? - спросил Рэй.
- Он любит все красивое, - ответила она.
- Он? - уточнил Рэй, зная о ком идёт речь.
- Мы пойдём к нему. И её, - она указала своей тонкой изящной рукой на Алетейю, которая стояла позади него. - Я возьму с собой.
Он уже хотел возразить, но Алетейя нежно взяла его за руку и опустила. Ее шаги были лёгкими и уверенными.
- Я иду с тобой.
Олеисфа улыбнулась, ожидая такой ответ. Ведь как такого выбора у них не было.
- Надень.
Алетейя взяла белую и блестящую под лунным светом ткань в руки.
- Ты остаёшься здесь, - сказала она Рэю и быстро увела за собой его принцессу.
Он уже хотел сорваться за ними, но на его плечо приземлилась чья-то рука и остановила его.
- Доверься нам, - услышал он знакомый голос и, обернувшись, удивился увидеть позади себя Сильфу.
- Так это ты...
Она приложила палец к губам и покачала головой.
- Не раскрывай всех секретов.
***
Алетейя переоделась в белое кружевное почти полупрозрачное платье с длинными рукавами. Если бы она была при дворе Луны со своим настоящим цветом волос и глаз, то это платье бы украшало всю её бледность и белость. Её настоящую наследественность родного двора.
- Взгляни на меня.
Алетейя обернулась к эльфийке с козьими рогами и та мгновенно что-то сдула со своей руки ей в лицо.
Принцесса резко закрыла глаза. Что-то успело попасть на ее глаза, словно пыль или пыльца. Один из глаз начал резко болеть и она покачала головой, делая маленькие шаги назад, чтобы стряхнуть это. Она не понимала, что происходит и почему такое сделали с ней.
Она старалась выставить перед собой руку, чтобы не упасть и не удариться, пока другой рукой пыталась достать это из своих глаз.
- Терпи, - сказала Олеисфа. - Так должно быть.
Когда же наконец пламенная боль утихла, Алетейя подняла взгляд своих мокрых глаз на Олеисфу, совсем не понимая, зачем она это сделала с ней.
- Я так и знала, - сказала она и поклонилась ей. - Мы ждали вас, Ваше Высочество.
Алетейя выглядела потерянной, когда увидела, как Олеисфа поклоняется ей и какие слова она сказала перед этим. Рядом с ними была лужа, к которой она подошла, чтобы взглянуть на себя. В ней она увидела себя. Настоящую... Ее глаза приобрели свой оттенок. Оба глаза. А ее волосы... Волосы снова ниспадали своими серебристыми локонами на белое платье и её плечи.
- Как ты узнала? - спросила Алетейя, подняв свои фиолетовые глаза.
Олеисфа выпрямилась от долго поклона.
- Я бы никогда не нашла Лейрифа, если бы не использовала магию камней ведьм, которая разрушает иллюзию для носителя камня.
- Лейрифа?
- Спутник, которого сегодня арестовали. Благодаря этим камням я увидела Вашу настоящую сущность, которую блокирует другой камень, спрятанный у Вас в обуви. К Вашему сожалению и моему счастью, мой камень оказался сильнее.
- Но зачем?
- Он должен увидеть вас настоящую. Это право мести по праву принадлежит Вам. Поверьте, многих из двора Луны он забрал и обрег на вечное скитание без любви и эмоций. Они не чувствуют. Из них забрали души.
Фиолетовые глаза Алетейи загорелись, представив всю боль униженных им эльфийек.
- Веди меня к нему, - твердо проговорила она.
Олеисфа снова поклонилась.
- Да, Ваше Величество.
Они прошли еще пару заросших лианами деревьев со спящими вокруг цветами и наткнулись на небольшой сарай, покрытый мехом. Казалось, что он давно заброшен, однако, когда Олеисфа подняла одну из деревяшек позади сарая, чтобы они прошли внутрь, Алетейя заметила вполне убранное помещение. Свежее сено, инструменты для скота. Эльфийка открыла им люк в подвал, что был спрятан под слоем сухой травы и пропустила Алетейю вперед.
Внизу было сыро и темно, однако они шли вдоль этого туннеля. Они вместе молчали. Им слова и не нужны были. Для чего? Для обсуждения мести? Олеисфа дала понять, что отдаёт это право полностью Алетейе.
В конце была небольшая дверь, которая с небольшим скрипом открылась в слегка освещенное помещение.
- Кто здесь? - щипящим голосом сказала сущность, приковонная к стене цепями.
- Твоя любовь, - сказала Олеисфа и вышла в свет.
Ее золотистое платье красиво переливалось в лунном свете.
Он зашипел и прижался к стене, от чего цепи вокруг него зазвенели.
- Ты - никто. Ты лишь очередная жертва.
Она тихо засмеялась.
- Как это забавно сейчас слышать от тебя в твоём то положении, Лейриф.
Его имя из ее уст заставило его съежиться, будто от удара.
- Пришла отомстить?
Она покачала головой.
- Я нет.
Снова звон цепей. Он поднял свой взгляд чёрных глаз на неё. Алетейя видела, как он сосредоточено осматривать её тело и платье.
- Но вот другой хочется свести счёт.
Рядом с ней вышла Алетейя. Лунный свет будто целовал её с ног до головы, давая ей как можно больше своего света, которого она заслуживала, как будущая королева двора Луны. Её оба фиолетовых глаза устремились на него.
- Не узнал, Денвер? - спросила она своим уверенным голосом королевы, когда увидела недопонимание в его глазах. - А я думала, что у нас с тобой связь, о которой ты говорил без остановке на корабле.
Он глупо хлопал своими глазами и повис на своих цепях правосудия. Его тело было в синяках, словно его тащили сюда и он сопротивлялся. Своими мохнатыми коленями он упирался в каменный ледяной пол.
Она подходила к нему ближе.
- Что ты планировал со мной сделать?
Он оскалился.
- Убирайтесь!
Она наклонилась к нему и положила свою ладонь на его щеку, от чего он вздрогнул, но не отдернулся.
- Признайся, ты так бегал за мной. Так хотел меня. Но мой страж не дал тебе ничего сделать.
Его зубы оскалились, но он продолжал смотреть на её лицо.
- Как ты могла поверить им? Как могла скрывать столь прекрасное лицо от меня? Мы бы прожили хорошую жизнь вместе!
- Слышал когда нибудь имя Алетейя Сильме Лооте? - спросила Олеисфа, прерывая его монолог, и тоже стала ближе подходить.
- Все знают про потерянную принцессу, - рыкнул он, взглянув на неё.
Алетейя достала свой камень, скрывающий сущность и протянула его Олеисфе. Она отошла чуть подальше, чтобы Денвер смог осмотреть её полностью. Ему хватилось всего пары секунд и он резко опустил свою голову, лишь бы не пересекаться своими глазами с её.
Королева. Он чуть не уничтожил королеву.
- Что вам нужно? - из последних сил спрашивал он.
- Твоя жизнь, - ответила Алетейя и мимо лица Денвера пролетел топор. - Ты поплатишься за все жизни, которые ты отнял, Денвер.
Она вновь встала перед ним и развернулась к Олеисфе, которая уже протягивала камень обратно. Позади неё возле входа уже стоял её страж, которого она была рада видеть.
- Закончи с ним, - сказала она Рэю и последний раз взглянула на преступника. - Ты заслужил смерть, Денвер.
- Слушаюсь, госпожа, - кивнул Рэй и направился в сторону звенящих цепей..
Пожалуй, что этого момента он ждал с самого начала знакомства с полуоленем. Настал момент мести за его королеву.
В глазах Денвера читался ужас, когда тёмная сущность Рэя окутывала его для того, чтобы стража не могла услышать криков.
Рэй достал свой топор из каменной стены и провел острым лезвием по щеке полуоленя, из которой сразу же выступила кровь.
- Ты себя представить не можешь, как долго я этого ждал.
Он грубо схватил Денвера за щеки. Его силы вполне хватило, чтобы удержать их и надрезать губы по двум краям, чтобы его челюсть свисла вниз. После чего язык Денвера уже разрезался пополам и упал в ноги Рэю. Месть была приятным моментом, полной наслаждения. Он уже слышал, как бедный маг пытается молить о пощаде, но все бессмысленно. Разве можно простить разбитое сердце его королевы?
Каждый разрез на теле оленя было мщением за слова в Монтене, на корабле и в таверне.
Пока он был с Сильфой, она рассказала ему, что её таверна очень популярна среди изгоев, которым нельзя было во двор Леса. Ничего не поделаешь, зарабатывать надо, а конкуренция таверн слишком высока. Однако Денвер насолил ей и её сестре, из-за чего она сразу же воспользовалась ситуацией и своим отношением с ним. Они скрывали свое родство с Олеисфой и это сыграло им на руку.
Его топор ласково целовал плечи Денвера, живот, а затем холодное лезвие стало целовать ребра, сопровождая это хрустом. Кости стали торчать из резанных ран, уже не соединяясь ни с чем. Рукоятка топора Рэя глубоко вонзалась внутрь этих рёбер. Как же был прекрасен звук, выходящий из его уст, как и бордовая кровь из глотки.
Он жмурился от адской боли, которую ему сейчас приносил Рэй. Страж мстил за Алетейю. За себя. За всех остальных. Он лишь краем уха услышал, что он делал со своими жертвами.
Насиловал их. Некоторых убивал и кормил ими крокодилов в середине континента, часть которая не принадлежит ни одному двору. А некоторых оставлял с собой, чтобы многократно издеваться. Углублялся в их голову и заставлял их любить его. Ломал их, как спички. И Алетейя должна была стать одной из таких жертв.
- Видишь, в каком жалком ты положении, - наклонившись к его уху, спросил Рэй, а затем стал отделять ухо от головы Денвера своим орудием пыток. - Шавкам место в могиле.
Денвер кричал, как мог, но без языка и со свисающей челюстью это сделать тяжело. Казалось, что у него полно сил, когда Рэй ему вскрыл грудную клетку и увидел, как бьётся его сердце и в быстром темпе поднимаются лёгкие, наполняясь кровью.
Он резким движением засунул руку глубоко ему в тело.
- Хочешь взглянуть, как долго живут органы вне тела?
Денвер не хотел смотреть на него, но Рэй заставил, прислонив к его подбородку свой топор. А затем он начал медленно и мучительно выдавливать глаз. Ему было приятно осознавать, что наконец помеха позади. Каков был смысл в этом полу олене? Он не до конца понимал его роли. Да сейчас ему больше хотелось слушать его попытки мольбы без языка, чем думать, зачем он уготован им Тьмой.
- Больше ты не украдешь чужую жизнь.
Рука Рэя залезла во внутрь тела своего врага и сжала все ещё бьющееся сердце. Сжала так, пока оно не лопнуло и не испачкало всю одежду.
Глаза Девнера застекленели и Рэй немного расстроился, что недостаточно его наказал за содеянное, однако был доволен тем, что теперь ему никто не будет капать на мозг.
- Из тебя бы вышло неплохое чучело, - сказал ему Рэй напоследок, вытирая кровь с лезвия об мохнатую руку Денвера.