Глава 27
* * *
— Привет! Не занят? — осторожно заглядываю в кабинет Сергея.
Он сидит за столом и смотрит в экран ноутбука. Заметив меня, снимает очки и захлопывает крышку.
— Проходи, Юль. Свободен до конца рабочего дня. Чай будешь?
— Не откажусь.
Я закрываю дверь и сажусь в кресло напротив. Хорошо помню наше первое знакомство с реабилитологом. Он ещё тогда показался мне очень чутким, внимательным и вежливым. Его словам я верила с первой секунды общения. Не потому, что мечтала об исцелении, а потому, что он слишком убедительно говорил.
Я тогда приехала в центр вместе с Данилой и отчимом. И если первый остался ждать под кабинетом, то Роман Геннадьевич пошёл вместе со мной на приём. Возможно, считал нужным убедиться, что Милохин не зря меня забирает. Если бы Сергей Иванович не дал шансов на успешную реабилитацию, то у отчима был бы прекрасный повод оставить меня в посёлке. От этой мысли мороз по коже гуляет.
Сергей встает с кресла и включает электрочайник. Интересуется как прошёл парный сеанс массажа. Я живо рассказываю, что Верушка вначале капризничала, когда её пытались уложить на кушетку, а затем увидела, что со мной проделывают ту же процедуру и смирилась. Смотрела на меня с интересом, а я на неё. Надеюсь, что так будет и дальше. Легко и непринуждённо.
— Результат увидишь уже через три сеанса, — заверяет меня Сергей, поставив чашку с горячим чаем на стол. — Ноги, мышцы пресса и спины необходимо укрепить в первую очередь. Специалисты помогут ребёнку сформировать правильную осанку и установку стоп. Это очень важно в её возрасте.
— Да, я читала об этом. И спасибо большое за совет. В Торонто мне ни один врач не предлагал подобного. Вера рано начала ходить — в десять месяцев. Возможно, слишком сильная пошла нагрузка на спину.
Сергей садится напротив и вступает в разговор о заграничной медицине. Оказывается, он год работал в Германии, где набирался опыта и знаний. Позже его хороший друг открыл этот реабилитационный центр и предложил работу.
— Зарплата приличная. Куда выше, чем в государственных учреждениях нашего города. В целом, я всем доволен. Мне нечего было терять.
Я улыбаюсь в ответ и достаю из сумочки телефон. Сергей понимает, что мы переходим к первопричине моего здесь появления.
Мне приходится отмотать галерею с фото почти в самое начало. Я делала снимки ноги, когда лежала в больнице и фотографировала все ранние заключения при выписке. Тогда, когда мне давали всего лишь пять процентов из ста. Критически мало для того, чтобы поверить в чудо.
— Вот самые первые фото после снятия гипса, — с содроганием показываю Сергею. — Жуткое зрелище.
Реабилитолог подъезжает поближе на кресле с колёсиками. Смотрит фото самого ужасного периода в моей жизни. Я тогда смотреть на себя не могла — настолько было тошно и непривычно.
— Я скину себе? — спрашивает Сергей.
— Да, конечно. Я ведь для этого сюда пришла.
Он отправляет фотографии в мессенджер. Листает дальше. До тех пор, пока не упирается в наше с Данилой свадебное фото. Самое первое. Его разместили в социальной сети, и я сохранила на память. И пусть я тогда тоже была не в лучшей форме — фото мне безумно понравилось. Мы красиво смотрелись с Милохиным, будто настоящая семейная пара.
В кабинете возникает неловкая пауза. Я забираю телефон из рук Сергея и листаю дальше. Сердце учащённо стучит, ладони становятся влажными. Мне бы не хотелось, чтобы реабилитолог думал, будто я до сих пор сохну по бывшему мужу.
Я нахожу свежие фото с последнего матча, где уже в боевой форме. На своих двоих здоровых ногах. И тут же сбрасываю Сергею в личные сообщения.
— Как ваши отношения с Данилой? — ненавязчиво интересуется Сергей.
— Терпимо.
— Не буду приставать с вопросами. По себе знаю, как сложно общаться после развода имея общего ребёнка.
— Потом станет легче?
— Если переключишься на другого человека — да, — жмёт плечами реабилитолог. — Моя бывшая первое время после развода не давала нам со Славкой возможности видеться. Она была дико обижена и переносила свои обиды на сына. Этого не стоило делать.
— Мне жаль.
— Славке было три года, когда мы подали на развод, — вздыхает Сергей. — Не сошлись характерами — если можно так выразиться. Я часто приезжал к ним домой, чтобы взять ребёнка и хотя бы погулять с ним во дворе, но мне не давали этого делать. Тяжелый был период.
— Что изменилось потом?
— Потом моя бывшая познакомилась в Тиндере с иностранцем. Остыла, переключилась. Стала мягче и позволила видеться со Славкой. Затем она поехала за границу на разведку, где ей сделали предложение. И мне ничего не оставалось делать, кроме как дать разрешение на выезд и отпустить сына. Признаться честно, мне очень сложно далось это решение. Вместо частых встреч я в лучшем случае вижу Славу раз в год. А ещё он зовёт Антонио своим вторым папой. Как-то так.
Сергей грустно улыбается и переключается на тему моей спортивной карьеры. Делает пометки в блокноте и слушает каждое моё слово.
Я непроизвольно думаю о том, что переключиться на другого человека это что-то нереальное. Я не пробовала и сильно сомневаюсь, что из этого что-то выйдет. Влюбиться в кого-то чужого? Когда разочарован в отношениях? Уж лучше быть одной. Воспитывать Веру, заниматься карьерой. Если я никогда больше не встречу свою половинку — совершенно не расстроюсь. Значит, не судьба.
После длительного общения с Сергеем мне звонит бабушка. Вера капризничает, а значит, что пора везти её домой. Сергей предлагает свои услуги водителя. Я как могу отнекиваюсь, но он настаивает и раз за разом говорит о том, что ему вовсе не сложно.
Бабушка общается с Сергеем сухо и то и дело недовольно поджимает губы. Она сидит на переднем сидении, а я с Булкой сзади. Развлекаю её и пою песенки. Часто ловлю на себе взгляды реабилитолога и почему-то сильно смущаюсь при этом.
Домой мы доезжаем, встревая в жуткие пробки. Как только останавливаемся у подъезда — замечаем машину с доставкой. Как раз привезли коляску и стул для кормления. Естественно, в разобранном виде.
Я не знаю, каким чудом Сергею удается меня убедить, но я соглашаюсь на его помощь в сборке. Через пятнадцать минут он уже справляется в прихожей моей квартиры. Собирает стул и показывает, как можно регулировать высоту и наклон. И пусть я всё это слышала в магазине, но на всякий случай запоминаю ещё раз.
С коляской чуть сложнее. Когда Сергей собирает колёса, я думаю о том, что сама бы точно не справилась. От души его благодарю и предлагаю остаться с нами на ужин, но реабилитолог категорически отказывается и, откланявшись, покидает нашу квартиру.
— Ох, Юлька, — качает головой бабуля. — Не надо было так скоро его прогонять.
— Я не прогоняла, он сам ушёл! И вообще, мне показалось, что Сергей тебе не понравился.
— Нудный какой-то, — морщит нос бабушка. — Но я бы не отказалась, если бы он установил нам полочку в спальне.
— Хитрая какая!
— А то!
Мы одновременно смеемся и проходим на кухню. Каждый занимается своим делом. Мне кажется, что разговор окончен, но не тут-то было.
— Вообще, если хочешь знать моё мнение — он неплохой мужик для монотонной семейной жизни, — заключает бабуля.
— Я не понимаю о чём ты.
— Всё ты понимаешь. Серёжа с огромным интересом на тебя смотрит и, скорее всего, серьезно настроен.
Мои щёки мгновенно краснеют. Почему все считают, что у нас с Сергеем может что-то быть? Что Даня, что бабушка. Реабилитолог гораздо старше и мудрее. Он лечил меня, а я была его пациенткой. Мы просто общаемся и дружим. Я… даже представить не могу нас вместе. Тем более в одной постели.
В сумочке начинает звонить телефон. Я иду в прихожую, умилительно улыбаясь и глядя на то, как Булка усердно крутит руль в электромобиле. Завтра нужно будет опробовать его на улице. Уверена, восторг ребёнка увеличится в сотню раз.
На экране высвечивается номер Данилы. Я делаю глубокий вдох-выдох. Снимаю трубку. От него теперь никуда не деться как бы мне не хотелось. Разве что бежать на другой конец света пока мы не решили вопрос с отцовством. Но мне почему-то кажется, что Даня найдет нас даже на другой планете.
— Доставка приезжала? — интересуется Милохин без всяких вступительных слов, типа: «Привет» или «Не занята?».
— Да, всё хорошо. Доставили в целости и сохранности.
— Я заеду? — не то спрашивает, не то утверждает Даня.
— Зачем?
— Помогу собрать обновки.
— Спасибо, Данила. Мне уже помогли.
На другом конце провода звучит напряженная тишина. По плечам гуляют мурашки. Не знаю, что он там придумал в своей кудрявой голове, но лучше пусть не озвучивает и ничего не спрашивает.
— Ясно. В следующий раз, если нужна помощь — смело звони мне.
— Я просто подумала, что ты вечером занят. Слышала, как по телефону договаривался о встрече. Вот и решила, что не стоит тебя отвлекать.
— Стоит, — категорично отвечает Данила. — У меня планировалась встреча с Михой, но она перенеслась на другой день.
Я прикусываю нижнюю губу. Смотрю в потолок, отсчитывая секунды и ожидая, что же ещё скажет Милохин, но он молчит, поэтому я прощаюсь первой.
— Я учту, Даня. И если что-то понадобится — постараюсь звонить тебе. Михе от меня привет.
Надолго спрятать телефон не получается. Он часто вибрирует, я открываю мессенджер и вижу, что Аня создала чат. Добавила туда меня, Жеку и Нику.
«Ну что, девчонки? Когда затусим?», — интересуется подруга.
Ах да, точно. Я обещала проставиться за покупку квартиры.
«Предлагаю в субботу. Место выбираете сами», — отвечаю не раздумывая.