Ночная помощница

Чонгук

Это была та самая ситуация, когда одна фатальная ошибка привела к цепочке катастроф. В кабинете сидели трое: Чонгук, Чанель — альфа северян и дядя Чонгука по материнской линии, и Хосок — альфа черных волков.

Три часа назад эти трое готовы были друг другу глотки перервать. Чанель требовал от Хосока решить вопрос с вампиром, так как инициировала ритуал Айрин, и шаманка, согласившаяся это провести, когда-то пришла к ним из черной стаи. Хосок утверждал, что он его не просил и не заставлял Чанела проводить на своей территории запрещенные ритуалы. Чонгук сначала пытался их успокоить, но потом получил за то, что это он разорвал священную связь с парой.

— Связь с парой?! — Не выдержал Чонгук и его глаза засветились. — Это ты мне рассказываешь про священные связи, дядя? Ты, который ебет все что движется, как дворовая псина?! Как будто в нас течет кровь не волков, а мусорных собак! Или ты меня учить будешь?! — Он повернулся к отцу и выпустил когти. — Давно ты сам эту шаманку трахал?! А потом под родственника укладывал?! Не вам здесь меня учить!

Этот скандал мог бы продолжаться и дальше. Но в самый неподходящий момент в кабинет вошла Розанна. Омега слышала все, что говорил Чонгук. Альфы замолчали. Волчица ничего не ответила, ничего не сказала, но всем троим было понятно, разговор она слышала полностью. Чанель тут же хотел броситься к жене с объяснениями, но по взгляду понял, что встреча с вампиром теперь не самое страшное, что ему предстоит пережить.

Омега молча поставила на стол поднос с кофейником и вышла. Оборотни замолчали. Каждый думал о своем. Чонгук понимал, что если бы отмотать чуть-чуть назад, то он сделал бы все, чтобы не потерять Дженни. Но сейчас... Сейчас было поздно. Отец был прав он жестко пожалел обо всем. Он понял что всегда любил Дженни, не только из за связи а по-настоящему. Но уже поздно и любил ли ее он, Лалиса Чон его жена, который он выбрал.

— Откуда взялся вампир? — Наконец-то у оборотня появилась светлая мысль.

— Твоя бывшая жена оказалась настоящая шлюхой, племянничек, и легла под кровососа. — Чанель хотел укусить Чонгука как можно сильнее, но выпад получился глупым и неуклюжим.

Он как мог старался сдерживать нервную дрожь в руках, передавая Чонгуку распечатанную претензию, которая пришла к нему утром.

— Значит, твоя шаманка была настолько тупа, что влезла на территорию барона Ким? — Не остался в долгу Чонгук. — Или ты ее накануне так отымел, что у нее мозги вышибло? Только рот для работы остался?

— Хватит! - Не выдержал третий участник дискуссии. — Не забывай, что может пострадать твоя мать!

— Лучше бы ты раньше о ней думал, отец!

На самом деле, мать была единственной причиной, по которой он еще оставался в этом кабинете. Связаться с вампиром, да еще и с использованием черных ритуалов, которые были запрещены и карались чуть ли не смертью. Точнее, карались смертью исполнителя и пятерых членов стаи, если того потребует вампир. А вампир может потребовать. В бумаге говорилось, что нападение произошло на «Спутницу барона Ким». Имя женщины не упоминалось, но...

— Ты уверен, что вампир сможет доказать, что это в твоей стае произошло? — Спросил Хосок.

— Метки на теле жертвы. — Следом северянин протянул распечатанный снимок, который прилагался к претензии.

Женщины на нем видно не было. Только крупным планом взяты рисунки на коже. Но родинку на предплечье жертвы Чонгук узнал и сжал зубы. Его волк утробно зарычал, а сам оборотень понял, что по его вине его Джендики чуть не умерла.

— Метки можно оспорить. — Сказал отец Чонгука. — Скажем, что это фальшивки.

— Если он ее приведет на суд, тоже скажешь, что фальшивка? — Спросил Чонгук у отца.

Всю жизнь альфа был для него примером. А сейчас Чонгук поражался тому, какие глупости он произносит. Как будто это вообще был не его отец.

Лалиса

Первый раз Лиса очнулась через три часа после того, как отключилась в машине. Ее всю трясло, как от жара, по лбу скатывались крупные капли пота, губы впервые в жизни потрескались и не заживали. В сознании она продержалась всего несколько минут. Понять ничего не успела и снова отключилась.

Второй раз в себя Лиса пришла уже ближе вечеру. Ее все еще колотило, но она уже не выключалась от слабости. Губы все также оставались сухими, с кровавыми трещинами. Тяжелые, как будто припухшие от аллергии веки открывались с трудом. Она поняла, что подвешена на странной конструкции. Руки вверху, ноги внизу, голова зафиксирована плотным кожаным ремнем, а торс металлическими хомутами.

Но самым страшным было не это. Лиса больше не чувствовала своего волка: ни его дыхания, ни эмоций, ничего. Как будто она больше не была оборотнем. Паника подкралась к горлу. Она попыталась дышать глубоко. Настолько глубоко, насколько позволяли хомуты. Она попыталась дернуться, но ничего не получилось. Тогда Лиса взяла себя в руки, и попыталась понять, где находится.

Освещения почти не было. В тусклом свете она видела металлические стеллажи, стеклянные шкафы со шприцами и какими-то медикаментами. В воздухе плавал запах сухого корма, мокрой собачьей шерсти, мочи и спирта. Откуда-то издалека доносился собачий лай.

Лиса попробовала еще несколько раз дернутся и снова ничего не получилось.

— Не трать силы. — Женский голос раздался сзади.

Холодный пот снова выступил на лбу. Лиса узнала этот голос, но не поверила собственным ушам. Щелкнул выключатель. В глаза волчицы ударил яркий холодный свет, и она зажмурилась. Через несколько секунд, когда глаза привыкли к яркости, волчица открыла глаза, и увидела Айю. Женщина в розовом спортивном костюме сидела на металлическом стуле, и гладила живот.

— Удивлена?

Лиса была не просто удивлена. Такой беспомощной она еще себя ни разу не чувствовала.

— Я рада, что мне удалось сделать для тебя сюрприз.

— Ты кто такая?

— Жена Мин Юнги. Ты разве меня не помнишь? — С издевкой спросила Айю. — Того самого Юнги, который твоя пара. С которым тебя связала Луна, которого ты не могла привести в стаю. Кстати, почему? Стеснялась?

Лиса ничего не ответила. Она просто не знала, что делать. Несколько раз она пыталась обернутся, но ничего не получилось. Волчицы не было.

— Не пытайся. Твоя волчица еще дней пять из транса не выйдет. Или дольше. Так что жить тебе все это время придется как обычному человеку.

— Я убью тебя. — Пообещала волчица.

— Не убьешь. — Ответила женщина. — С тобой без волка я даже в этом состоянии справлюсь шутя, - она показала тонким пальцем на живот. — Но я подстраховалась, как видишь. Мой гинеколог запретил мне чрезмерные физические нагрузки. Умеренный фитнес, ходьба, бассейн. Как видишь, я не люблю нарушать предписания врача. Так что, милочка, живой ты отсюда выйдешь только заключив со мной соглашение. Или я скормлю твой труп свиньям. И это не метафора.

— Ты кто такая?

— Обычная женщина.

— Обычные женщины на оборотней не нападают.

— А я и не нападала. — Айю улыбнулась. — Я защищалась от похотливой шлюхи, которая напала на моего мужа.

— Он моя пара!

— Это я уже слышала. Но есть нюанс. — Женщина достала из кармана худи брачный медальон. — Ты замужем. Думаю, если рассказать твоему мужу, чем занимается его жена, а лучше дать ему посмотреть записи с камер типографии, то свиньи мне не понадобятся. Да, сладкая?

Айю спрятала медальон в карман. Вся эта ситуация была ей омерзительна. Меньше всего ей сейчас хотелось сидеть здесь и воспитывать эту шкуру. Но она была реалисткой. Ровно настолько, насколько Айю была уверена в верности мужа, она была уверена в том, что Лиса их не оставит. И будет мстить до тех пор, пока не уничтожит ее, ребенка, а потом и самого Юнги. А этого хрупкая женщина с прозвищем Птичка допустить не могла. Поэтому ей пришлось переступить через себя, и вспомнить уроки предков, которые испокон веков промышляли охотой на оборотней.

— Мне от него нужен только ребенок. И я отстану. Ты все равно трахаться с ним не можешь, с таким-то пузом.

— Ммммм... Предлагаешь сдать тебе в аренду моего мужа? Или чисто сперму по сходной цене?

Лиса попробовала оскалиться, но без волчицы зрелище получилось жалобным, и она это сразу поняла.

— Меня будут искать.

— Кто? — Айю картинно распахнула глаза. — Чон Чонгук у северян. Кстати, не знаешь, что там твоя свекровь натворила? Нет? Не знаешь? Жаль. Я надеялась, мы посплетничаем.

Слава богу Айю не знала кто была жертва. Если бы она узнала что это её самая близкая подруга Нини — в ту же секунду убила бы Лису за то что та украла мужа у подруги. Потом взялась бы за Чон Чонгука, а следом — за омегу Айрину и всех шаманов до одного. Айю была самой сильной ведьмой в ковены Рубиянсов. И её единственная слабость — это подруга.

Айю встала со стула, и подошла к одному из металлических шкафов. Лиса отметила, что несмотря на живот, двигалась она легко, без напряжения, не переваливаясь с ноги на ногу как уточка, не держась за поясницу.

— Что ты хочешь?

— Ну, наконец-то! А то я думала, придется тебя здесь на ночь оставить. Я хочу, чтобы ты исчезла из нашей жизни. Добровольно. Сама пойми, устраивать кровавую бойню из-за одной похотливой суки — это чересчур.

— Ты много на себя берешь.

— Я? Нет. Ты же уже не чувствуешь волка.

— Что ты с ней сделала?

— Пока усыпила. Но всего одна инъекция, и... - Айю достала из шкафа флакон с зеленым раствором, - знаешь, сколько оборотни живут после смерти волка? — Лиса побледнела. Она уже знала, что в этом флаконе. — Ну что, договоримся?

— И ты мне поверишь?

— Я? Нет! Но клятву приму.

— Клятву?

— Да. Мы заключим соглашение, Лисенок. Ты поклянешься исчезнуть из нашей жизни. И еще несколько пунктов. А я, так уж и быть, приму клятву жизни от тебя. Подумай, у тебя есть время. Я не тороплюсь.