Глава 24
- Ты испытываешь меня на стрессоустойчивость? – возмущалась мама, эмоционально жестикулируя руками позади меня. Я проспала завтрак, поэтому женщина настигла меня в ванной. - Сначала ты отправляешься на сомнительное задание втайне ото всех, где попадаешь в самую настоящую мясорубку; затем тебя избивают на приёме Братства, что ты до сих пор скрупулёзно опровергаешь! Клянусь, я не собиралась устраивать тебе допрос, хотя как шериф имею на это все полномочия, а как твоя мать – и подавно!
Я выплюнула зубную пасту и ухватилась за края раковины, издав тяжёлый вздох. Тем временем родитель и не думала останавливаться:
- Но нет, я всегда шла тебе навстречу и поддерживала, а как ты мне за это отплачиваешь? - Она укоризненно покачала пальцем. - Скажи, Джулианна, сколько ещё бедствий должно обрушиться на нашу семью, чтобы ты, наконец, успокоилась? Вчера ты снова нарушила комендантский час!
Мать пристально следила за мной через отражение в зеркале, но я упорно избегала её взгляда, сосредоточившись на утреннем ритуале: тщательно маскировала подсохшие ссадины на губе и подбородке – немые свидетельства встречи с Джорджем. Отёки и синяки к тому моменту уже сошли, но эти мелкие ранки всё ещё требовали обработки.
- Джулианна Карп, я с кем разговариваю?! – взрываясь от моей не вовлечённости, женщина пихнула корзину с грязным бельём, отчаянно призывая моё внимание.
- Мам, - спокойно издала я, припуская от усталости веки. Бессонные ночи и без того выматывали меня, а тут ещё утренний родительский штурм. – Давай не сейчас.
- Думаешь, я не вижу, как тебе плохо? – неожиданно тихо спросила она, сжимая руки в кулаки. – Ты бледна, сильно похудела, кричишь во сне и эта одежда...
- Сейчас так модно, - усмехнулась я, натягивая на себя серую худи размера «оверсайз», которая приходилась мне до колен.
- Ты всегда носила юбочки, платюшки, приталенные кофточки и узкие джинсы. Ты ведь такая куколка у меня... Кто же так постарался сломить тебя...
Я замотала жгут волос в высокую шишку и ради материнского успокоения сбрызнула шею парфюмом. Пусть видит, что не всё изменилось.
- Успокойся, - я чмокнула её перед выходом. – Просто дай мне время.
Мама преградила путь и обхватила мои плечи.
- Я требую имя! Кто тебя обидел?! Кто этот сраный идиот!?
Я всмотрелась в глаза матери, в надежде, что она сама поймёт ответ. Ответ, что я не хочу об этом говорить. Не с ней, не с кем-либо ещё. Осторожно высвободив свои руки, я прошла мимо, но к последней ступеньке лестницы меня всё же настиг укол совести.
- Эй! – позвала я, на что мама оживлённо встрепенулась. – Сходим в торговый центр на выходных?
Это было не то, что она ожидала, однако не совсем ничего. Женщина подтёрла тыльной стороной руки накатившие слёзы и с улыбкой промычала:
- Угу...
Безграничная отзывчивость моей матери была предметом восхищения не только у близких ей людей, но и у всего города. Каждый день женщины - это череда смены ролей: от строгого шерифа до любящей жены и матери. Отчего назревает вопрос - когда же ей оставалось место для неё само́й? Возможно, лишь в далёком прошлом, где-то до моего рождения. И именно это не позволяет мне делиться с ней своими бедами, хотя я абсолютно уверена в её способности хранить любые тайны.
К тому моменту у нашего дома была припаркована серебристая тесла. Машина поджидала меня какое-то время, тому подтверждением был заглушённый мотор.
- Привет. Извини, я проспала, - проговорила я, вваливаясь на переднее сиденье.
- Забей, - отмахнулся Ленард и протянул мне стаканчик. – Взял тебе кофе и круассан, как чувствовал.
От его заботливого внимания внутри расползлось приятное тепло.
- Спасибо, но я не хочу есть...
- А я говорю - ешь, в мумию скоро превращаешься, - настаивал мой друг грозящим тоном, на что я нехотя скривила рот. - Бери или я насильно впихну это в тебя. Считаю до трех...
Я закатила глаза и приняла угощение заторможенным движением руки.
Люди сближаются под влиянием общих интересов, знакомых или рода деятельности, однако, как показала практика, именно общая утрата - самый прочный узел. Юна оборвала отношения с Ленардом телефонным звонком; а я, желая донести ей, что так поступать неправильно, только лишь усугубила ситуацию. Нагрянуло то, чего я так отчаянно боялась в начале их отношений - мне предстоял выбор. Но здесь, если так можно сказать, помог Каир. Оказывается, мужчина был против нашего с Юной общения, аргументируя, что я, мол, дурной направленности. Напоминаю, что это говорил вшивый мужик, который зажимал меня в баре, не принимая отказа.
- Во сколько забрать тебя сегодня?
Я донесла до Адена, что мне жизненно необходим союзник из числа святых, так как мои знания об их мире, мягко говоря, ничтожны для ведения расследования. Ленард, его брат и мой единственный неотвернувшийся друг, был очевидным выбором. Да и всё оказалось куда проще: выяснилось, что парень с самого начала был в курсе происходящего.
«- Почему ты сразу не объединил нас?! – возмущалась я.
- Я не мог рисковать братом, - отвечал демон с ненавистной мне дипломатией. – Ленард - святой, и, если бы ты со своими угрозами действительно дошла до полиции, у него могли быть проблемы.
- Значит, не приплетать его к твоим делам – было ложью?
- Нет, - сразу же отсёк Аден. – Ленард помогает мне в расследовании, но к моим делам он действительно никак не относится.
Его слова касались инцидента в хижине и тех беспорядочных убийств, которые для демона были столь же привычны и незначительны, как поедание овсянки на завтрак.
- В отличие от меня, мой брат добрый человек, Джулианна, в этом можешь даже не сомневаться, - с нетипичной мягкостью произнёс мужчина. Мне даже стало не по себе от непривычки. – Поэтому бабы и наставляют ему рога».
Жуя круассан до боли в челюсти и прокручивая наш разговор с демоном, я не сводила глаз с Ленарда. Снаружи он казался спокойным: ничто не выдавало той боли, что скрывалось внутри. Интересно, как он держится? И стоит ли мне поговорить с ним об этом?
- Ау? - повторно спросил парень, следя за дорогой. – Во сколько забирать тебя сегодня, говорю?
Накануне Ленард любезно предложил себя на роль моего водителя – мне ради душевного спокойствия и безопасности, а ему для отвлечения. Честно говоря, наше объединение - это лучшее, что происходило в моей жизни за последние две недели. Я больше не чувствовала себя брошенной.
- В шесть, поедем сразу домой, чтобы избежать неприятностей.
- Это потому что после комендантского часа все твои кареты превращаются в тыкву?
Я толкнула парня локтем.
- Не смешно. И если ты забыл, то два моих последних таксиста убиты.
Ленард пусть и добряк, но он наверняка знал многие грешки своего брата, и недавнее покушение на такси было в том числе. Про хижину и подставную аварию он не в курсе, но это со слов Адена, разумеется. Сама я расспрашивать друга не стала.
- Да, помню, чокнутой феей крёстной.
Меня взорвало от смеха. Не знаю почему, но эта шутка показалась мне крайне забавной. Я даже представила Адена в балетной пачке и с волшебной палочкой в руках.
- Итак, кого убить сегодня? Взмах палочкой – это будет доставщик пиццы, потому что нечего опаздывать! Я требую уважения! Вы вообще знаете, кто я!? – разыграла я сцену, имитируя взгляд и напыщенность Адена.
Теперь уже хохотал Ленард.
- Я отвечаю, такое было! – похрюкивал он. – Не убивал, конечно. Но на уши поднял весь отель, потому что ему подали мятый халат.
Мы ещё долго смеялись, извращённо извиваясь над образом демона. И притихла я только тогда, когда поняла, что парень больше не смеялся. Вместо этого он украдкой следил за мной.
- Что? – смущённо спросила я.
- Просто осознал, что так давно не слышал твой смех... - с грустью выдал он, опустив глаза на крепко сжимающие руль руки. – Что же с нами стало, Джулианна?
***
- Как я, по-твоему, сделаю это? – спросила тихо я, прикрывая микрофон телефона ладонью. – Она не выходит из своего кабинета.
- Это первое, что ты должна была сделать, как только стала полноценным сотрудником замка, - кольнул меня Аден по ту сторону провода. – Но зачем думать о расследовании, верно? Лучше убивать время на всякую херню.
- Так уволь меня, босс.
- Не дождёшься, - прорычал мужчина, поджигая сигарету. – Хочешь стать свободной? Так не томи, Джулианна. Начни шевелиться уже.
- Ладно, - только и сказала я, сбрасывая звонок.
Я шла размеренно по коридорам Братства с опущенной головой. Святые клубились вокруг пчелиным роем, кто-то даже сбил меня плечом, и вместо должных извинений выплюнул нервное: ты можешь идти быстрее?! Я подняла голову на недовольного и, при виде меня, прохожего как током сшибло, святой испуганно пустился прочь.
- У вас кровь, - пояснила мне другая святая, утешительно хлопнув по плечу.
Я достала смартфон и включила фронтальную камеру.
- Чёрт, какго хрена... - тихо прошипела я, в надежде, что окружающие не заметят ругательства.
Написав Гузель смс, что немного задержусь, я вломилась в туалетную комнату. Тонкие струи достигли уже подбородка. Я открыла кран, как вдруг ко мне добавилась ещё резкая боль. Виски сдавливало как под прессом, отчего кровь хлынула с ещё большей силой.
- Твою мать... Твою мать... - мой голос дрожал. Я скорчилась над краном, вода не успевала смываться, окрашиваясь в багряный цвет.
Выпусти.Меня.Я.Нужна.Тебе.
Я часто подсмеивалась над глупыми ошибками других. Подправлять кого-то, даже если это не уместно, – часть моего характера. Какая бы ситуация ни возникала – у меня всегда находилось объяснение. Ко всему прочему излишняя самоуверенность не позволяла мне просить о помощи других, я всегда сначала пыталась найти ответы сама. Эта дурная черта. Потому что вовремя оценить свои возможности у меня не всегда получалось. Последний пример – это как я заперла Берту. Думая, что практики с миссис Дикинс будет вполне достаточно, я, с целью разоблачить сестру, поставила между нами стену. Но вот только так же легко снять её не вышло. Испытав стресс на кладбище, домой я приехала разбитой и, естественно, забыла о ментальном блоке. Наутро, испытав укол совести, я, наконец, решила отложить наказание для сестры и вернуть её на место, только вот воссозданная мной стена уже достаточно окрепла: я чувствовала, как она бесперебойно впитывала мою силу и то, что Берта всё это время отчаянно билась с ней. И на этом моменте пора было признать, что моего опыта здесь недостаточно, энергия, словно из прорванной трубы, вытекала из меня с устрашающей скоростью и вместо того, чтобы искать помощь, я, как и обычно, пробовала разобраться с новоиспечённой проблемой самостоятельно, заодно решив, что это уникальная возможность раскрыть свои возможности глубже. И вот снова моя самоуверенность вышла комом: сначала я пыталась убрать блок ударом энергии, потом искала пути обхода, а моментами даже отдавалась медитациям, надеясь собрать как можно больше силы, чтобы где-то сбоку стены, наконец, появилась зелёная кнопка «убрать». Но всё перечисленное лишь изрядно выматывало. И вот уже почти неделю фантом был заперт в моём теле и в совокупности с произведённым мной же энергетическим блоком изрядно выкачивали все силы. Особенно когда Берта «нападала» на мишень.
«Остановись! Ты вредишь мне!»
Впус-ти-и!
«Берта, ты доставляешь мне боль, остановись!»
ВПУСТИ-И!
«Тебе нужно уйти! Живо! Уходи!»
Мигрень отступила, а кровь перестала течь. Я тяжело кряхтела, сжимая ткань кофты у грудной клетки. Прошли долгие минуты, прежде чем моё дыхание выровнялось. Я смочила горло водой из-под крана и боязливо заглянула в подсознание:
«Берта?»
Сестра замолчала. Это был единственный способ унять её – прогнать. Тогда мне становилось хоть и немного, но легче.
«Прости. Моя упёртость загнала нас обеих в тупик. Я жалею, что усомнилась в тебе и так необдуманно оттеснила. Но я обязательно придумаю, как убрать стену, обещаю. Но пока дай мне время восстановиться».
Единственным ответом был дрожащий звук капель, сорвавшихся с крана. Мне оставалось лишь гадать: услышала ли меня сестра.
- Ты в порядке? – замечая неладное, аккуратно спросила Гузель, когда я уже сидела на рабочем месте.
- Да, я просто не выспалась, - глухо ответила я, беспрестанно набирая текст по клавиатуре рабочего ноутбука. Мой мозг взрывался не только от высасывающей из меня соки ментальной стены, но и от задания Адена с пометкой «срочно». Нужно было скормить демону хоть что-то, пока он не раскусил меня.
- Ты очень бледна и так похудела... Может, возьмёшь отгул?
Окружающие меня люди догадывались, что со мной что-то произошло на вечере Братва, того было не скрыть из-за нанесённых Джоржем увечий, однако моё громкоговорящее молчание не позволяло никому спросить об этом вслух. Все связывали моё истощение и бледность с этим происшествием, что в какой-то степени было мне на руку.
- Нет, я почти всё сделала.
Гузель приняла мой ответ кивком, но нечто всё равно не давало ей покоя. Промолчав пару минут, делая вид, будто вчитывается в документы, святая издала:
- Миссис Дёрн просила меня доставить ей ксерокопии пропусков. – Женщина передала мне стопку бумаг. – Можешь сходить, если хочешь. А я сама здесь закончу.
Я выгнула бровь, покосившись сначала на наставника, а потом на протянутые бумаги. С одной стороны – я была только и рада найти повод сходить к Дёрн, но с другой – почему Гузель решила дать мне именно это задание?
- Почему именно это? – уже вслух озвучила я.
Но по невозмутимому виду святой было сложно распознать потайной умысел.
Она беззаботно пожала плечами.
- Прогуляешься.
Парируя листами в воздухе, я шагала по коридорам Братства, прокручивая в голове идеи, которые могли бы помочь мне исполнить задание Адена. Перешерстить кабинет монашки - непростая задача, если её там и не было, то всё равно складывалось впечатление, что старуха следит за ним сквозь стены. Не сто́ит недооценивать её природу низшей. Сила в ней явно нешуточная.
Пульсирующая боль вновь сдавила мои виски, отчего я жалобно захныкала: почему всё взвалилось на меня в один момент? И пока я маячила от припадка, последний удар мне пришёл от новоиспечённой пары Каира и Юны, которые шли, нет, порхали от опьяняющей их любви, навстречу ко мне. Девушка повисла на руке доктора, приоткрыв рот в зачарованной улыбке, пока тем временем он что-то увлечённо ей рассказывал. Наблюдая за их идиллией, я упрекнула себя за глупую ссору с подругой. Кто бы ни был Каир и как бы ни страдал Ленард, её светящийся вид подтверждал одно: она впервые выбрала себя.
Натянув улыбку, я собиралась поприветствовать подругу. Пусть сегодня на мне будет доля инициатора. Однако, когда я уверенно шагнула в сторону пары и радужно помахала рукой, удивлённую, но тем не менее позитивно настроенную ко мне подругу, перекрыл собой Каир. Мужчина брезгливо оглядел меня и, словно как от заражённой, держал дистанцию.
- Джулианна, какая встреча! – Юна ликующе поприветствовала меня, вопреки возведённой её бойфрендом дистанции.
- Эй, - недовольно выдала я, глядя на доктора. В отличие от Юны у меня не было надобности лебезить ему. – В чём проблема?
- В том, что ты только и рада впускать в себя всякую дрянь, - холодно ответил он и, подхватив свою девушку под локоть, продолжил маршрут. – Идём, дорогая. Здесь запущенный случай.
Юна что-то неразборчиво пробурчала, но тут же осеклась. Девушка застыла, ошарашенно всматриваясь в меня.
- Ты уже разлагаешься, Джулианна, - поддел Каир. – Но это, конечно, твой выбор.
Я бегло прошлась по своему лицу и поняла – кровь. Снова. Задерживая её рукавом кофты, я понеслась в противоположную паре сторону, глотая накопившийся сгустки унижения. Неразборчиво пробегая коридоры, я нашла укромный угол, где смогла отдышаться и отдаться боли.
ВПУСТ-И-И МЕ-ЕНЯ!
С каждым разом Берта становилась всё напористее. Стуки по стене били по мне так нещадно, отчего, казалось, череп вот-вот раскрошится. Пульсация выворачивала моё тело наизнанку, а видимость картины реальности стало плавиться в багровой дымке. Сжав в кулак последнюю волю, я отбросила все нежности и, с рычащей свирепостью, приказала:
«Проваливай! Проваливай в свой мир! Оставь меня в покое!»
Меня сжимали злоба и обида. Эти пытки становились невыносимыми, и в этом была горькая ирония: Каир оказался прав - я сама привела себя к точке невозврата. Игнорируя советы живых, я возомнила себя чудотворцем, скормив потусторонней связи собственное тело. Я, должно быть, и правда безумна — кто ещё решит, что всё это окажется удачным опытом?
Берта оставила меня, но я слышала отголоски её шагов. Не тратя больше времени, я живо набрала звонок Адену, но мужчина, как назло, не брал трубки. Стоило отставить и принять это как знак, но мои расшатанные нервы вели меня напролом и всё же принесли к результату:
- Привет, - не успел он взять трубку, как я заговорила впопыхах. – Нам срочно нужно увидеться. У меня проблемы.
Это должно быть неожиданно для нас двоих. Моё признание: да, я признаю́, что вляпалась, и да, я признаю́, что он тот могущественный человек, который может исправить многое, если не всё. Я даже готова извиниться за то, что так много скрывала от него.
- Оу... - От женского голоса у меня сдавило горло. – Я... Передам ему.
Мари. Его жена. Кровь застыла в ушах, а тело затрясло от нового всплеска эмоций. В динамике послышался отдалённый голос мужчины:
- Мари, кто там?
И я сбросила. Проведя в полной тишине резиновые минуты, я сидела на полу и просто ждала. Чего? Сама не знаю. Где-то там уже подкрадывалась Берта, и меня вот-вот охватит новый приступ. Стоило ли плакаться и жаловаться на свою судьбу? Нет. Стоило ли не ударяться в загробные игры? Да.
Пришли первые стуки.
ВПУ-СТ-И-И!
Хлынула кровь из носа.
МЕ-НЯ-Я!
Начались судороги.
ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ! ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!ВПУСТИ!
- Девка! – Я не сразу восприняла инородный голос. – Слышишь меня?!
Миссис Дёрн наклонилась надо мной и похлопала по щекам. Я и не заметила, как уже давно лежала пластом.
- Ты чего?! – заорала старуха наперекор Берте.
- Я всё... - сдавленно промычала я и закатила глаза; боль разъедала изнутри и больше не было смысла сражаться.
- Сгинь непокорная, сгинь грешная! Тело живой – тело не мёртвой; тело души непорочной – не место порочной! Чтоб лавой раскалённой, да как песком обожёной твоя душенька холодная горела в нём! Сгинь не покоенная, сгинь безрассудная! Пока я не отправила в бездну тебя! Негодница!
Скажи мне раньше, что противный голос старухи станет моим исцелением – я бы сочла это плохой шуткой.