Глава 2
Будильник без умолку трезвонил на всю комнату, но моё подсознание всячески противилось пробуждению. Не хотелось вставать. Снова это чувствовать, снова это вспоминать. Несмотря на два месяца терапии, ничего не менялось. Ни один антидепрессант не мог заглушить ту жгучую боль. Хотелось себя бесконечно жалеть, отдаться страданиям, использовать все эти предлоги, дабы забросить учёбу. Однако перед глазами всегда всплывали родители. Страшно представить, что они чувствуют, ведь нет ничего хуже, чем похороны собственного ребёнка. И у них нет возможности взять паузу, чтобы пережить горе. С этим грузом они продолжали работать и жить дальше. Ради меня. Поэтому мне не стоило долго забываться. Это слишком эгоистично по отношению к ним.
С этими мыслями я нашла в себе силы подняться. Села на край постели, продолжая игнорировать противный звон, потому что внимание перешло на соседнюю кровать. Она была аккуратно застелена. Берта ненавидела порядок, а я всегда ворчала, но всё же убирала и следила за её постельным бельём сама. И делаю это до сих пор.
Мы всегда спали в одной комнате и не потому, что в доме мало места. Напротив – мои родители добились немалых успехов и обеспечили нас и себя достаточно просторным жильём. Однако, будучи двойняшками, нас было попросту невозможно разлучить как в утробе, так и в жизни. Это связь не просто двух сестёр, она была нечто бо́льшим и глубоким. Нашим сокровищем.
Хотя мы были разными. Я – спокойствие и тишина, Берта – драйв и веселье. Но это не мешало, а, наоборот, дополняло каждого. Абсолютный баланс - инь и янь. Я прятала её первые сигареты, пускала в дом через окно ночью, решала за неё домашку, а сестра заступалась за меня, учила целоваться да и в целом развивала мою занудную жизнь. При всей разнице наших характеров, мы никогда не навязывали друг другу свои предпочтения. Она терпела моё долгое чтение перед сном, а я её болтовню по телефону. Иногда мы делали это одновременно, поддразнивая друг друга. Это было забавно.
Тихий стук отвлёк меня от воспоминаний. Дверь со скрипом приоткрылась. Мама просунула лишь одну голову в проём.
- Дорогая, ты, случайно, не оглохла? – аккуратно спросила она, кивая в сторону разъярённого будильника. Я всполошилась и тут же выключила его, сама не понимая, как могла так долго игнорировать этот противный звук.
- Послушай... Если ты не готова...
- Нет. Я иду, - оборвала я, на что мама тяжело выдохнула.
- Тогда время, ты можешь опоздать, - понизив голос, напомнила она. Её взгляд перешёл на застеленную кровать.
- Слушай, может, уберём её? Поставим тебе новую и большую с... балдахином! – Она прикусила нервно губу. - Хочешь? Либо, может, комнату поменяем...
- Нет.
Я резко встала и молча отправилась в ванную. Не стоило, наверное, так с мамой. Но я начинала кипеть от этих бесконечных моментом утешения.
Первый день в университете. Вернее, первый после того, что случилось. Меня освободили от учёбы в связи с происшествием. Все жалели, успокаивали меня. Была бы здесь Берта, её бы стошнило от этих всех розовых соплей. Но нужно отдать должное – я правда не могла бы учиться и жить в этих мерзких слухах, которые, несмотря на прошествие двух месяцев, до сих пор актуальны чуть ли не на каждом углу среди студентов и преподавателей. Скажу откровенно - все думают, что моя сестра в край свернула не по той дороге. Теорий много: кто-то говорит, что её довели дилеры за долги; кто-то, что она просто накачалась и словила галлюцинацию, а кто-то, что она просто не могла больше жить в роли испорченного ребёнка в жизни своих успешных родителей. И если мои предки боятся, что я не вынесу такого давления общества, я же больше беспокоюсь, что просто-напросто вырву кому-нибудь волосы за такие сплетни. Мне свойственно спокойствие, но не терпение.
Кстати обо мне. Многие находят мою внешность привлекательной: большие голубые глаза, длинные ресницы, густые пепельно-русые волосы до пояса, курносый нос, пухлые губы, круглое лицо, которое слегка усыпано веснушками. Мой рост не больше метра шестидесяти, я не худая и не толстая. Но главные фишки в другом: бог щедро наделил меня четвёртым размером груди и широкими бёдрами. За что я частенько получаю любопытные (мягко говоря) взгляды в свою сторону.
- Джулианна, не успеешь, - поторапливал голос матери из кухни.
Я быстро закончила водные процедуры, расчесала и оставила распущенными волосы, натянула расклёшенные чёрные джинсы и заправила в них переднюю часть бежевого свитера с высоким воротником.
- Я сегодня буду поздно, так что ложись без меня. - Мама сидела за столом и накладывала мне оладья, сверху она полила их сиропом.
Если дальше говорить о внешности, то мама и Берта были как две капли. Худощавое телосложение, тёмно-карие, почти чёрные, глаза, высокий лоб, губы бантиком, острые черты лица. Волосы тёмно-русые и не густые, но зато послушные и гладкие. Если мы с папой отвечали за сочные формы в этой семье, то мама с Бертой были воплощением аристократической утончённости.
Я уселась напротив неё и пододвинула к себе тарелку.
- Ты работаешь на износ, — недовольно проворчала я, натыкая оладушек. – Есть новости?
По огорчённому взгляду мамы я поняла, что никаких новостей нет. Мы обе тяжело вздохнули. На ней уже была выглаженная униформа, на левой стороне которой блестела шестиконечная звезда шерифа. Волосы мама всегда собирала в высокий пучок, чтобы не мешались. И хотя она нанесла сегодня макияж, это не помогло скрыть её глубокие синяки под глазами. Реальность такова, что женщина сутками находится на работе. Особенно в нынешнем положении нашего города, ведь помимо суицида сестры, у нас всё так же оставались неразгаданные пропажи людей.
- Мир сходит с ума, - со стоном сказала она, отпив кофе. – Люди пропадают, происходят суициды в общественных местах... А мы ничего не можем с этим сделать.
Она крепко сжала кружку. Мама редко давала эмоциям слабину, но сейчас был момент исключения. Шли дни, а зацепок никаких, поэтому её это сильно беспокоило.
- Думаешь, всё связано?
- Определённо. Предполагаю, что здесь может быть замешана какая-то банда. Что Берта, что пропавшие... Они могли как-то перейти дорогу или примкнуть к нехорошим людям.
У нас с мамой были достаточно близкие отношения, и даже несмотря на моё шаткое психологическое состояние на данный момент, она всё равно продолжала делиться со мной всеми нюансами. Ведь как иначе я пойду работать в правоохранительные органы после университета?
- Ты уверена, что готова выйти с домашнего обучения? – не могла не спросить она.
- Да, я справлюсь. Мне нужно включиться в учёбу, всё же последний курс и скоро стажировка. Не хочу брать полноценный академический отпуск и терять год.
Мама одобрительно кивнула.
- Ты сильная, и я знала, что так ответишь. – Она встала, было время уходить. – Но я тебя прошу, сама по улицам не броди, а желательно вообще воздержись от лишних прогулок. И Юне это передай. Сейчас невесть что творится, я не хочу тебя держать в заточении, думаю, ты всё сама прекрасно понимаешь.
- Только учёба-дом, пока хоть что-то не прояснится, - кивнула я.
Целых два месяца я не была в университете. И хотя дома я была уверена, что справлюсь, то теперь меня терзали сомнения. Даже не успев зайти на территорию, меня мгновеннно окружили косые взгляды. Спокойно, Джулианна. Покажи им, что ты не какая-то там несчастная девчонка. Высоко задрав подбородок, я, игнорируя всё на свете, пошла ко входу. Я держала планку достойно, и, слава богу, ко мне навстречу уже бежала Юна.
- Привет! – громче, чем следовало, завизжала подруга и обняла меня. Она часто навещала меня дома, но здесь девушка реагировала так, будто мы век не виделись. Дело в том, что в универе без меня она совсем одна, ровно как и я без неё. Нет, мы вовсе не изгои, а даже наоборот. Просто есть разница между приятельские отношениями и дружбой.
- Тише, задушишь, - посмеялась я и тоже обняла её.
Мы расцепились и пошли в холл.
- Возьмём кофе с пончиками?
Сильнее нашей дружбы был только аппетит моей подруги. Она относилась к тем самым ведьмам, которые вечно едят и не толстеют. Хотя здесь было дело, скорее, в её восточных корнях – это ярко выражено узким разрезом глаз и нависшим веком. Чёрные, блестящие и ровные волосы спадали чуть ниже плеч; в цвет волос были такие же угольные глаза, я всегда сравнивала их с двумя пуговицами из мультика «Каролина в стране кошмаров». На фоне этого её идеально-фарфоровая кожа смотрелась поистине изящно. А ростом моя подружка вышла аж за метр семьдесят пять. Все часто шутят, что Юна выползла из дорамы и на полном серьёзе советуют пойти ей в кей-поп культуру. Однако истинная страсть моей подруги (помимо еды) всегда был стрелковый спорт. Ей совершенно неинтересен мир шоу-бизнеса и что-то подобное, девушка даже не вела социальные сети, фотографии с ней можно было увидеть лишь в школьном альбоме или спортивных статьях, где она брала медали. Чемпионка, красотка и обжора – вот так. Пока все девочки играли в куклы – она стреляла из рогаток, лука, водяных пистолетов. Нет, это не значит, что у неё жажда кого-то подстрелить. Видеть цель и точно в неё попадать – вот в чём суть такого необычного выбора хобби. Родители пытались отдать её на танцы, но в скором времени сдались и узаконили дочь в стрелковый спорт. Чему она очень благодарна и вот уже как восемь лет активно занимается. Скорее всего, она свяжет с ним свою жизнь. По крайней мере, я на это надеюсь. Но ещё, возможно, она закончит юридический и будет гонять за преступниками с пистолетом. Почему юридический с таким раскладом? Да потому что это условие её родителей. Да, они дали возможность заниматься ребёнку тем, что он любит, но серьёзно это дело так и не восприняли.
- Я уже завтракала, но кофе выпью, — ответила я.
- Я так по тебе скучала! Эта Стейси Бри и Дарси Олсо достали меня своими разговорами о парнях и косметике. Тупые куклы,— не унималась Юна и приобняла меня за плечи. Так мы дошли до кофемашины.
- О нет, — проскулила я, когда увидела, кто меня заметил. Джорж Сиквил уже вовсю спешил ко мне широченными шагами. Мой бывший. Или тот человек, которого отметелила Берта в своё время за его измену.
- Так, ускоряемся, — среагировала Юна и развернула меня в противоположную сторону от кофемашины. – Вот бездарь, из-за него пойдём на пары голодными.
- Думаешь, он нас не догонит?
Мы почти срывались на бег, но я слышала, как преследователь зовёт меня:
- Джулианна, стой же, ну!
- Мы опаздываем! – рявкнула ему Юна.
Подруга затащила меня в аудиторию и почти у самого носа Джоржа хлопнула дверью. Он в полной ярости открыл её вновь.
- Что за фигня, Джулианна?! Детский сад! – заорал он, войдя в аудиторию.
- Ты не с этой группы, выйди, — скрестив руки на груди, процедила Юна. Девушка встала между нами каменной стеной.
- Без тебя разберёмся, О'кей?
- А по-моему, она права, убирайся в свою группу, Джорж, — гневно выпалила я. На нас с нескрываемым любопытством уставились все мои одногруппники. Я прям знаменитость этого универа, все последние события со мной в главной роли!
- Зайка, давай нормально поговорим? Может, хватит прятаться за спинами своих подруги и сестры?
После последнего слова по аудитории пронеслось эхо из: «У-у-у... Что он сказал... Её сестра умерла же... Вы это слышали..?» и так далее. Галдёж и противная рожа бывшего вскипятили меня не на шутку. Я не знаю, как книга оказалась в моих руках, но она уже летела в его сторону.
- Убирайся! – завопила я, как потерпевшая и прибрала уже новую книгу. Ей я принялась дубасить этого урода. Юна, с глазами полного шока, начала меня оттаскивать.
- Прости-прости! – начал извиняться парень, но окончательно его заткнуть смог лишь мой прямой удар по лицу.
- Что здесь происходит?! – требовательный голос заставил всех замолкнуть. В дверях стоял профессор, ноздри его сердито расширились.
- Мистер Сиквил, если мне не изменяет память, вы учитесь не в этой группе.
Джорж поднял ладони вверх «сдаваясь» и поплёлся к двери, но его многозначительный взгляд в мою сторону намекнул, что эта наша схватка не последняя. Я прошептала ему вслед проклятья, отчего в аудитории снова начался галдёж.
- Мисс Карп, в следующий раз выбирайте другое орудие наказания. По крайней мере используйте свои учебники, а не мои, – остудил меня профессор, провожая взглядом потрёпанную книгу в моих руках. Мои щёки тут же вспыхнули от стыда.
- Извините, - пропищала я и поспешила собрать раскиданные листы из книг. Потом передала их профессору и с позором села на место. Все бурно обсуждали эту сцену, кто-то даже залил «сторис».
«Словно дух Берты в неё вселился»
«Джулианна была всегда такой милой... А сейчас стала истеричкой»
«Жаль её»
Господи, лучше бы я осталась дома.
***
- Какой же он придурок! – не переставала возмущаться Юна. И я её полностью поддерживала.
- Я окончательно опозорена. Хорошо, что профессор не стал жаловаться на меня, - устало вздохнула я.
- Потому что у тебя отличная репутация и оценки. Хотя, сказать по правде, я тоже в полном шоке, как ты его отметелила. Это так... Несвойственно тебе. Но как же было круто!
- Да я сама себя не узнаю... - поникла я и с грохотом опустила голову на обеденный стол.
- Знаешь, придурок это заслужил. Так ему и надо! Привык, что ты нежная и не можешь дать отпор, а тут нихрена себе! – продолжала восторгаться подруга, отчего я более-менее начала успокаиваться.
Дальнейший учебный день оставался спокойным. Я поняла, что не отстала от программы и домашнее обучение даже выдвинула меня по некоторым темам вперёд. В отличие от многих студентов я поступила на юридический осознанно и без наставления родителей. Меня действительно привлекала охрана порядка, чем я и хотела в дальнейшем связать свою жизнь.
- У-у-у, наконец-то! – Юна потянулась на стуле. Миновала последняя пара. – Сходим в кафе?
Я отрицательно покачала головой.
- Мама просила не задерживаться, времена опасные.
- Тоже верно... Ты в курсе, что близняшки были с нашего универа? Город одновременно такой большой, и такой тесный...
- Да, они с первого курса. Мама сказала, что пропали прям посреди дня. Последний раз их видели гулящими в парке. Может, сбежали вдвоём. Но как говорит их семья – предпосылок не было.
По коже прошёл холодок. С любым из нас могло это произойти, все мы в опасности. Нужно быть начеку.
- Домой едем вместе, договорились? – словно прочитав мои мысли, огласила Юна.
- Конечно, — согласилась я.
Мы стали собираться, как вдруг ко мне подошла преподавательница.
- Джулианна, зайди, пожалуйста, к ректору.
Я нервно сглотнула слюну. Всё-таки мне сделают выговор за сегодня? А вдруг временно отстранят? Хотя странно, я много раз выручала профессора Тёрна.
Миссис Глейд покачала головой.
- Не волнуйся ты так, с тобой просто хотят обсудить одно дело.
Мы с Юной переглянулись. Дело? Вот так сразу? И дня не прошло, как я вернулась. О чём можно со мной разговаривать? Если ректор просто решил побеседовать по типу: как ты себя чувствуешь? Как переживаешь утерю? То меня вырвет. Я стала сильно раздражительной из-за этих вопросов, вот и ходи после такого к психотерапевту.
- Я подожду тебя снаружи, — подмигнула подруга и пошла к выходу. Хотелось поспорить, мол, не трать время, но я понимала, что девушку саму пропирает любопытство и ей натерпелось узнать подробности.
Перед дверью ректора я сделала глубокий вдох, а потом робко постучала. После командного «Войдите» я послушно вползла в кабинет.
- Здравствуйте, мне передали, что вы хотите меня видеть.
Миссис Эванс располагалась за своим огромным дубовым столом, сзади которого открывался панорамный вид высоток и достопримечательностей Меллисанта. Лукавить не стану, наш университет - один из лучших не то, что в городе, но и в стране. Попасть сюда - непростая задача и, соответственно, ректор здесь был той ещё шишкой. Она скрепила руки в замок, демонстрируя дорогие перстни и аккуратный маникюр. Ровная осанка, салонная укладка и прищуренные строгие глаза, в уголках которых проскальзывали непобедимые возвратные мимические морщинки. Мне приходилась ранее с ней встречаться лицом к лицу, но больше на каких-то мероприятиях, потому что я активничала в дополнительных программах и конкурсах университета. Однако, чтобы меня вызывали... Такого не было ни разу за четыре года обучения.
Не скажу, что я была спокойна. Волнение накатывало, наверное, поэтому я не сразу заметила, что надменный взгляд женщины был адресован вовсе не мне. В кабинете, напротив неё, сидел парень. Я не видела его из-за высокой и широкой спинки кресла. Но такая картина ещё больше смутила меня, а ректор, читая мою явную неуверенность, молча указал на рядом стоя́щее кресло.
Я послушно села. Парень никак не отреагировал. Незнакомец продолжал молча сидеть, оперившись щекой о свой кулак. Сбоку казалось, что он вообще дремал или сидит здесь не один час. Надеюсь, меня не коснётся та же участь.
- К-х-м, знакомьтесь. Это – Джулианна Карп. Активистка, победитель олимпиад, творческая личность и, в конце концов, одна из лучших учениц пятого курса юридического, - женщина широко улыбнулась своими белоснежными винирами, явно гордясь моими «званиями». Только вот парня чужие достижения не тронули. Он и не шелохнулся, нам даже пришлось выждать неловкую паузу. Что за позор, зачем она вообще это всё сказала...
Миссис Эванс поняла, что реакции мы не дождёмся, поэтому продолжала сама:
- А это – Ленард Готье. Наш второгодка из филиала в Наутикане*, и он никак не может взяться за голову, - уже не так радужно представила она.
Наутикан - город на побережье юга страны.
Понятно, почему я его не знаю. Он перевёлся.
- Приятно познакомиться? – Я взяла инициативу в свои руки, активистка же. Парень медленно повернул голову. Каштановые волосы торчали «ёжиком», придавая ему эдакий раздолбайский вид. Но какие у него были большие, янтарные и просто красивые глаза... А эти высокие скулы и бронзовая кожа вообще никак не стояли рядом с теми неприметливыми студентами, которых я видела в стенах этого здания. Сразу видно – приехал с юга. В вечно пасмурном Меллисанте можно и не мечтать о таком загаре.
- Ты пожалеешь об этом, — заверил он, вытаскивая меня из размышлений о его мужской привлекательности. Я проморгалась и уже снова смотрела лишь на его красивый профиль. Странный он какой-то. Необщительный.
- Ну-ну, — вмешался ректор. – Понимаешь, Джулианна, Ленард очень способный студент, просто он...
- Тупой, — закончил он. Несмотря на колкость, у парня был весьма мелодичный голос, ему бы с ним петь, а с такой внешностью почаще улыбаться и тогда... Так, стоп. Романы плохо на меня влияют.
Соберись, неужели ты настолько давно не видела красивых людей?
- Ленард! – одёрнула его миссис Эванс. – Тебе просто нужен подход и общение!
И здесь до меня начало доходить. Неужели ректор решил...
- Джулианна – отличная девушка и к тому же – умная. Мы пообщались с её матерью и твоим братом.
Все пришли к выводу, что будет здорово, если она займётся твоей подготовкой к пересдаче. – Мама? Когда она успела?! – К тому же это будет её первый полноценный заработок. Что ты скажешься, Джулианна?
Миссис Эванс уставилась на меня щенячьими глазами. Но за ними скрывалась настоящая хищница, которая перегрызет мне глотку в случае отказа.
- А почему я? — вырвалось у меня, на что миссис Эванс посмотрела уже иначе, и я сразу прикусила язык.
- Потому что вы оба не вовремя столкнулись с трудностями, на носу экзамены и диплом. Здесь может помочь лишь какое-то усердное занятие. Так ясно?
- Да просто исключите меня отсюда и всё, — раздражённо пробормотал он. У меня волосы встали дыбом от такого хамства. Да он что, бессмертный?
- Это всегда можно сделать. А вот попробовать решить проблему – не всегда даётся шанс. – Это был острый намёк, что ему предлагают последнюю надежду. Видимо, Ленард и правда висел на волоске.
- Ну-у-у, мы можем попробовать, конечно... — втиснула свои пять копеек я. Не знаю почему, но эта идея показалась мне довольно неплохой. Помочь кому-то, кто так же, как и я, испытывает определённые сложности в жизни. Хотя ладно, кому я вру. Ключевой момент, что у меня будет жирный бонус от самого ректора, так как этот чудак каким-то образом очень важен, раз мне предлагают даже платить за репетиторство.
- Зачем тебе это? - Ленард обращался ко мне с тем же презрением. Он правда не понимал или правда дурак?
- Люблю помогать людям, — слегка улыбнулась я. Хотя на самом деле уже обдумывала, как так деликатно узнать, сколько мне будут платить и по каким предметам у меня будет автомат.
- Да что ты, — всё так же не веря продолжал он.
- Отлично! – игнорируя дерзость, громко вторглась женщина. От звона ее голоса мы оба подскочили. - У Ленарда первая пересдача через две недели, если он её завалит в очередной раз...
- Можно не ждать и уже исключить меня сегодня, - не стесняясь, продолжал перебивать он. Без понятия, как миссис Эванс всё ещё держится. Даже у меня уже чешутся кулаки. Бога ради, книги лучше убрать от меня сегодня. Книги и раздражающих меня мужиков.
- Ты мой ученик и просто хороший парень. Я хочу побороться за тебя, — проглотив гордость, продолжал ректор. Интересно, сколько заплатили ей за эту «борьбу»? Меркантильная – скажете вы, однако я просто прожила в Меллисанте всю свою жизнь и точно знаю, как у нас решаются такие дела. Мягко говоря, тёплые чувства здесь не в первых рядах, особенно у человека с перстнями и винирами.
- Спасибо, я пас, — отмахнулся окончательно Ленард и начал подниматься с места, даже не прося разрешения.
- Так! – взорвалась миссис Эванс. - Последний раз! Хорошо? Дай мне последний шанс не упустить тебя, Ленард. И потом я отстану от тебя.
Женщина хлопнула по столу и резко встала. На её лбу проявились вены от озлобленности. Терпение заканчивалось. Она достала из шкафчика стопку листов и практически швырнула их в мою сторону. Я перехватила их на лету.
- Вот его работы, так тебе будет легче оценить его возможности.
- Вы это всё хранили? – спросил в недоумении Ленард. Господи, да заткните вы этого парня! Я начинаю жалеть, что подписалась на это.
- Каждую работу, дорогой, — процедила она, пробарабанив ногтями по столу.
Студент набрал воздуха для очередного ответа, но я больше не могла это слушать.
- Хорошо, я изучу их и там посмотрим, что можно с этим сделать.
Миссис Эванс расплылась в довольной улыбке, но я видела, как дёргается её бровь.
С кабинета мы вышли вдвоём. И что дальше? Нужно, наверное, познакомиться с ним. Но уж в чём я была точно не сильна, так это в инициативе разговора.
- Ты... Местный? – Да, Джулианна. Ты полный ноль. Тебе же прямо сказали, что он с Наутикана.
- Нет, иностранец, - видимо тоже самое подумал и он. Мы стояли друг напротив друга, как два застопорившихся барана.
- Да, вылетело из головы, что ты только переехал... Если хочешь, можешь пойти с нами. Мы с подругой как раз хотели зайти в кафе. Там здоровский горячий шоколад...
Сколько он смотрел на меня, столько его лицо так же оставалось искошенным в призрении, отчего я хотела бросить жалкие попытки знакомства и швырнуть в него его же тестами.
- Горячий шоколад? Тебе точно двадцать два? – с издёвкой усмехнулся он. – Или так проявляется жалость к себе после смерти сестры?
Сердце ёкнуло. Я отвела взгляд. Всё желание в общении у меня улетучилось. Этот парень – остряк и чихал на чувства людей, а я таких не люблю.
- Умно, — сухо ответила я. – Что ж, вот тебе мой номер. Кинь мне вызов, я, как изучу твои работы – напишу.
Я не стала ждать ответа от него, протянула листок с номером и молча пошла к выходу.
- Ты обиделась, что ли? – вдогонку спросил грубиян, но я не стала отвечать.
- Прости, я не хотел. Просто эта старая швабра достала меня, там искренностью и не пахнет. Ей выгодно, если я останусь, понимаешь? А меня это злит и...
Но я уже скрылась в гардеробной, чтобы накинуть на себя верхнюю одежду.
- Горячий шоколад, круто. Я тут как раз ничего не знаю, – Нарисовался он на пороге. Я продолжала вести с ним немой протест.
Однако парня ничего не смущало, он не затыкался:
- В последний раз пил его в детстве, когда приезжал с матерью сюда. В Наутикане вечно палит солнце, и такие напитки не актуальны.
Я остановилась спиной к нему, застёгивая дублёнку. Как ещё показать, что я не желаю с ним говорить?
- С меня причитается, честное слово. Дай мне шанс, чёрт побери.
Я остановилась и начала думать. Как поступить?
- Если обещаешь не язвить, - сдалась, наконец, я.
- Прости, я не хотел тебя обидеть. Правда.
Я приподняла одну бровь в немом вопросе: «Да неужели?».
- Я буду хорошо себя вести. – Кладя руку на грудь, пообещал он.
- Что ж...
Мы вышли, Юна сразу меня заметила и подошла.
- Это ещё кто? – в лоб спросила она.
Мне хотелось просто хлопнуть себя по лицу. Забыла упомянуть, что моя подруга отличается чрезмерной прямолинейностью. А тут ещё и Ленард необычный фрукт, который снова нацепил на себя маску презрения.
- Ленард.
- Понятно, — спокойно ответила она и бесцеремонно осмотрела его с ног до головы. Юна была всего на несколько сантиметров ниже его. – Нет, ничего не понятно, - завершила она и перевела внимание на меня.
- Ленарду нужна помощь в учёбе. Миссис Эванс лично попросила меня заняться этим. Ну и я подумала, нам будет полезно пообщаться и познакомиться, сходить в кафе все вместе...
Юна нахмурила брови.
- Да неужели, а как же...
- Да, Юна. Мы с тобой ХОТЕЛИ пойти в кафе, верно? – я напыщенно уставилась на неё, надеясь, что она меня поймёт. Мы должны сгладить углы и подружиться с Ленардом.
- Ничего не понимаю, — признался Ленард. – Я могу уйти, если мешаю.
- Да я шучу. – Юна хлопнула его по плечу и постаралась улыбнуться.
Он от этого ещё больше напрягся.
- Кажется, она от меня не в восторге... - Ленард с угрюмым видом общался в мою сторону.
- Да перестань, - уверяла я, хотя сама сомневалась. Ну не скажу же я, что Юна просто оберегала меня от всяких придурков, так как у меня на них необычное везение.
Маме явно не понравилось бы, что я нарушила нашу с ней договорённость. Поэтому я не стала рассказывать, что после занятий отправилась не домой. Пусть это и несущественно, но я не хотела её беспокоить.
Кафе называлось «Мечтатель». Оно было недалеко от студенческого городка. Здесь мы часто зависали раньше. Сейчас, понятное дело, реже из-за всех событий. Заведение напоминало что-то вроде молодёжного уголка. Яркие столы и стулья, по телевизору вещают последние новости студенческой жизни. В этом месте и работали в основном студенты. На стенах горели различные светодиодные надписи из разряда: люби, учись, будь собой. Но щепотку строгости добавлял символ нашего университета. Это была Фемида – богиня правосудия. У неё завязаны глаза, в правой руке опущенный меч, а в левой, как и предполагалось, чаша весов. Её образ был изображен на меню и расписан в арт-стрит стиле на стенах. Не трудно догадаться, что наш университет имеет правовое направление.
- Интересно, — Ленард с любопытством стал осматривать небанальный интерьер.
- Ты тут ни разу не был? – удивилась Юна.
- Я недавно переехал.
Мы нашли подходящий столик. Весь персонал радужно приветствовал нас по пути. Мы здесь всех знали, с кем-то даже учились в одной группе.
- Да вы прям популярные личности, — заметил Ленард.
- Мы просто звёзды универа, — гордо воспела Юна.
- Так и почему ты перевёлся из солнечного рая? – не унималась я.
- Наутикана?! – ахнула Юна, она ненавидела погоду Меллисанта и часто мечтала переехать в тёплый уголок.
- Да... Как я обожала ездить туда летом, – не скрывала и я свой восторг. Ведь сама была на море в последний раз задолго до развода родителей.
- По мне, так лучше жить в мегаполисе. Море со временем перестаёт впечатлять, больше городу нечем похвастаться.
Принесли наш заказ. Каждый обхватил свою кружку с горячим шоколадом.
- Так значит, ты переехал к возможностям? – отпив свою порцию, продолжала Юна.
- Это допрос? – прищурив глаза, спросил он. Его горячий шоколад оставался нетронутым.
- Нет, так люди узнаю́т друг друга, — весьма резко ответила моя подруга. Ленард продолжал насторожено смотреть на неё, но и Юна не уступала ему в этих «гляделках». Бьюсь об заклад, что видела между ними молнии.
- Я переехал сюда к брату по семейным обстоятельствам, ну и за развитием тоже, — сухо бросил он, громко отхлебнув напиток. Глаза парня продолжали сверлить мою подругу. Раздражение всё больше нарастало.
– Оу, ясно, — наигранно улыбнулась она. Но все мы понимали, что скрывается за этой улыбкой.
- Так, надоели уже, — не выдержала я.
- Что насчёт тебя, Джулианна? – наконец, Ленард отцепился от Юны и резко сбавил тон для меня.
Подруга фыркнула, но промолчала.
- Я здесь родилась.
- Это явно круче, чем у меня. – Улыбнулся он своими ровными белыми зубами, которые сильно выделялись на фоне загорелой кожи.
- Юна вообще из Кореи, у неё поинтереснее.
- Судя по жаргону, Северной? — усмехнулся Ленард. Он будто так ждал новую пищу для битья с ней. – Не щурься ты так, итак, наверное, ничего не видно.
- Только у меня из-за этого нет складок, а вот тебе скоро надо будет обзавестись кремами для разглаживания гусиных лапок*.
Девушка смяла салфетку и одним щелчком пальца пульнула её прямо в глаз Ленарда. Ему повезло, что под её рукой была лишь салфетка.
Гусиные лапки – веерообразные мимические морщины в области внешнего угла глаза.
И впервые за этот странный вечер Ленард засмеялся. Широкая улыбка ещё долго не сходила с его лица.
- Надо же, лёд тронулся, — удивилась Юна.
- Я сдаюсь, — признал он и поднял ладони вверх.
Напряжение сошло, мы заказали ещё по порции горячего шоколада. Начались разговоры об учёбе, оценках, почему мы выбрали это направление. Было место и шуткам, причём некоторые из них обронил Ленард. Думаю, это маленькая победа.
Потом меня прервал сигнал напоминания от телефона. Юна с Ленардом продолжали беседу, тем временем я достала баночку с таблетками и принялась отсчитывать дозу.
- Антидепрессанты? – наш новый друг был весьма догадлив. Я коротко кивнула ему, не желая продолжать эту тему.
- Знаешь, они только ухудшают стрессоустойчивость. Согласен, что их сто́ит пить в самый разгар... Э-э, эмоционального потрясения. Но вот когда ты более или менее пришёл в себя лучше пытаться работать над своей психикой самостоятельно. Подыши свежим воздухом, побегай, посмотри фильм, выпей горячий шоколад... Да что угодно. Только не ищи спасения у этого дерьма.
Под «дерьмом» он имел в виду таблетки. Я удивлённо уставилась на него и хотела тут же начать спор, но меня сбила подошедшая официантка.
- Джулианна, пришла лично похвалить тебя. Ты так ловком втащила Джоржу! Честно говоря, не ожидала от тебя такого. Ты ведь и мухи не обидишь! - Её звали Данной, она училась с нами.
Сплетни-сплетни-сплетни. Им неймётся. Интересно, кто подговорил её подойти сюда?
- Довёл. - Я закатила глаза.
- Точно! Довёл! Ты молодец! – она со звоном посуды забрала наши пустые чашки и галопом удалилась.
Ленард в ожидании уставился на нас.
- Ой, нет. Не сегодня, — Юна махнула рукой. Да уж, рассказывать историю про Джоржа я точно не готова.
- Тебя обидел парень? – всё равно спросил он.
- Давай оставим это на следующий раз? – вяло протянула я.
Ленард с пониманием кивнул. Что же, мы с ним почти подружились. Нам тоже хотелось узнать о его жизни побольше, но всё будет постепенно.
Раздался телефонный звонок.
- Да? – ответил наш новый друг. – Я всё ещё в универе. С одногруппницами засиделись в кафе. Ты далеко? Да. Ага. Отлично.
Ленард положил трубку.
- Вы далеко живёте? – теперь он спрашивал у нас.
- Я в первом микрорайоне, Юна в третьем.
- Вечер уже, мы бы могли вас подвести, если хотите.
- Кто «мы»?
- Да брат мой, он заедет сейчас за мной.
Мы с подругой переглянулись. С одной стороны – это действительно безопасно, так как мы засиделись. До комендантского часа оставалось всего полтора часа. Ну а с другой — мы знаем Ленарда всего день. А у нас тут, вообще-то, люди пропадают.
- Ой, да перестаньте, не похитим мы вас. – Ленард сразу понял, о чём мы подумали.
- Ну... В целом...- Я почесала затылок, не зная, что ответить.
- Вот они, проходите, — ворвалась к нам Данна, рядом с ней шёл высокорослый мужчина.
Данна подмигнула нам и как появилась, так же резко удалилась. Наверняка не терпелось передать новую пищу для обсуждений.
- Жесть, ты на ракете, что ли, передвигаешься? Звонил минут пять назад максимум, а уже на месте. – Ленард подорвался со стула, чтобы обменяться с братом рукопожатием.
Когда Ленард снова сел, я смогла нормально рассмотреть нового гостя. И, чёрт возьми, по мне прошлись мурашки. Не знаю, как описать то чувство, что нахлынуло на меня. Но оно окропило с ног до головы словно ледяной водой. Что это? Дежавю? Нет, и я не понимаю.
Брата Ленарда я представляла такого же угрюмого и смуглого парня, только старше. Но он оказался совершенно другим. Ленард не был крупным, скорее, жилистым и среднего роста. А этот высокий, широкоплечий и явно подкаченный. Вместо каштановых – чёрные, как смола, волосы. Вместо загара — бледная, как у смерти, кожа. Острый гладковыбритый подборок, высокие скулы и впалые щёки — тоже противоречили более мягким чертам Ленарда. Наш, так сказать, друг, по сравнению со своим «братом», был горячим выходцем Наутикана с причёской ёжика и лёгкой щетиной. А этот мужчина являлся олицетворением строгости и холода Меллисанта. Я правда пыталась найти сходство с чудаковатым Ленардом, но тщетно. Глаза незнакомца необычайно яркие и серые, такие запросто можно спутать с линзами. Страшно красив – про него.
Под свою стать он был одет в длинное, чёрное пальто с высоким воротом. На правом безымянном пальце я отметила широкий, золотой перстень, на печатке которой ярко высечена буква «S». Скорее всего, я слишком открыто его рассматривала. Как и он меня. Неужели, не меня одну накатило странное чувство?
- Я был недалеко и хотел взять кофе здесь, — ответил незнакомец брату и отвернулся. Его голос был надменным и с чёткой дикцией. Сказанные им слова остро отпечатывались в голове.
- Джулианна? – Юна начала меня трясти за плечо. – Что с тобой?
Я встряхнула головой и показала подруге жест, что я в порядке.
- Ты обронила таблетки. – Юна указала на пол, где были размётаны в разные стороны белые капсулы.
- Ой...
- Девочки, это Аден, мой брат, — решил, наконец, представить Ленард. Тем временем Аден перевёл своё внимание на официантку, которая принесла счёт и его кофе с собой.
Я не могла оторвать от него глаз. Он будто ненастоящий, словно кукла. Таких людей просто не может быть. Если Ленард симпатичный парень, то этот какой-то принц из готических сказок.
- Джулианна? – Подруга нервно пихнула меня вбок. – С тобой здороваются, ты чего?
Аден уже смотрел на меня, медленно махая рукой. Серые глаза внимательно всматривались в мои. А вместе с этим на меня обрушилось необъяснимое чувство опасности. Мысли были словно в тумане. Я ничего не видела и не слышала, меня полностью поглотил взгляд этих ярких глаз.
- Она странная, — бархатный баритон эхом проник в мою голову.
- Пока ты тупила, извини, конечно, за нас заплатили. Идём уже, — Юна начала меня подпихивать, чтобы я встала.
- Извините, резко голова закружилась просто. – И я не врала. Дикий звон сдавливал мои виски, отчего я болезненно сморщилась и приложила к пульсирующим местам подушечки пальцев.
- Я переведу деньги, кто платил? – мне пришлось сказать это с опущенной головой, чтобы больше не пересекаться с этим героем из сказок.
- В машине переведёшь, — насмешливо ответил мне он же.
В поездке я молчала, а братья и Юна о чём-то мило беседовали и смеялись. Меня дико раздражало, что только меня это всё пугает. При каждом звуке голоса Адена замирало сердце, а его взгляд он... Какой-то безумный. Надо было слушать маму. Она будет в бешенстве, если узнает, что вопреки обещанию, меня ещё и везёт какой-то тёмным тип. Да-да, он точно такой! Только Юна, видимо, так не считала. Девушке компания пришлась по духу.
Настало страшное – остановка Юны. Подруга радужно попрощалась со всеми и попросила меня написать по прибытии домой. Я хотела кричать: «Нет! Не бросай меня! Ты видела их вообще?!». Но духу не хватило, и мы просто разошлись. Я осталась с ними одна и уже сто раз пожалела, что вообще пошла в это кафе, пыталась подружиться с непонятным парнем, да вообще обо всём жалела! Озираясь вниз, я нащупала ручку дверцы, что весьма было глупым, ведь за секунду водитель мог заблокировать замки.
- Так что? – неожиданно обратился ко мне Аден, он повернул водительское зеркало, чтобы я в нём отразилась.
- Что? – повторила за ним я. Наши глаза снова встретились. Мужчина явно читал мой страх перед ним. Он выждал паузу, смакуя мою реакцию.
- Перевод? – Аден подмигнул и уголок его рта приподнялся от удовольствия. Неужели ему так нравится пугать людей?
- Зачем? Не надо, Джулианна. Я угостил вас, — вмешался Ленард. Он сидел спереди, поэтому смог пихнуть водителя в плечо. – Аден, ты нормальный?
- Ну заплатил же я, а не ты. – Мужчина продолжал испепелять меня.
- Так Юна же...
- Ну, Юну угостил, получается
- Нет, правильно. - Я достала свой мобильный и зашла в банк. Наш зрительный контакт прервался. - Куда?
- Перевод по номеру телефона.
Он продиктовал свой номер.
- Ты что творишь, мужик!? – не унимался Ленард. - Джулианна, не слушай его вообще. Я не знаю, что в его прокуренной башке там, но ничего не надо переводить.
- Я перевела, — мой голос звучал тихо, но доходчиво.
Повернув голову в сторону окна, я замолчала и просто ждала конца этой пытки. Ленард продолжал посыпа́ть оскорблениями своего брата, а тот лишь отшучивался. И так продолжалось, пока мы не доехали. Да, ура, мы действительно приехали! Я попрощалась с Ленардом и пулей выскочила из машины. Берта, вот стоило тебе уйти, как меня тут же стали преследовать странные ситуации. Как же тебя сейчас не хватало. Тебя бы точно не смог испугать какой-то мужик. Ты бы сама его испугала.
Мама пришла за полночь. Я приготовила ей ужин и ждала у телевизора.
- Зайка, ты чего не спишь? – прощебетала она, скидывая верхнюю одежду. Женщина пыталась улыбаться, но я видела, как она сильно устала. Тяжёлой походкой она прошла в гостиную и плюхнулась в кресло. Я поднесла ей чай и ужин на подносе.
- Дорогая... — только и смогла выдавить она и охотно приняла еду.
Я начала массировать ей плечи, на что она довольно замурлыкала.
- Моя красавица, спасибо. – Мама положила руку поверх моей. – Как первый день?
Первый день – полная задница. Но ей это знать необязательно.
- Хорошо, по учёбе ничего не упустила особо. Я на домашнем обучении даже ушла вперёд.
- Как здорово...— мама протягивала гласные, язык у неё заплетался.
Отужинав, я провела её в комнату и помогла переодеться. Мучить вопросами о том, есть ли какие-то новости, не стала. Это подождёт.
Мы с Юной переписывались по поводу сегодняшнего дня. Аден ей показался высокомерным нарциссом, но не более. Ладно, может, она и права, а я себе напридумывала всяких небылиц.
Когда я мыла посуду, мне пришло сообщение. Я подумала, что Юна всё ещё не спит, и без лишних мыслей взяла телефон. Но там был перевод.
Перевод денег. От Адена. В три раза больше.
«Купишь лекарство от головокружения :)»
Я испуганно отшвырнула телефон.