Книга Тремира. Алькирия

Как бы Депостайн ни славился скрытностью, утаить такое любопытное дело, как это, не удалось даже им. Смерти трех дочерей исчезнувшего из тюрьмы демона вызвали живой интерес в обществе, и за пару недель Тимот прославился. Теперь не знать его имени считалось неприличным.

Поползли самые разнообразные слухи. Это же первый за три тысячи лет побег из Крепости Темного Правителя! Не было никаких доказательств, что Тимот именно сбежал, но это никого не волновало. Одни говорили, что от пыток у него поехала крыша, и теперь он убивает своих детей в отмщение за то, что они не вызволили его из заточения. Другие считали, что детей убивает какой-то давнишний враг Тимота, а тот сбежал, чтобы их спасти. В общем, слухи ходили один другого краше, и все с замиранием сердца гадали, кто же будет следующей жертвой.

На Алофа в школе посматривали с нескрываемым любопытством. Некоторые ученики надеялись, что следующим будет именно он, ведь в таком случае Школу посетят агенты Депостайна. Пара смельчаков даже решились дразнить его скорой смертью. Той же ночью они обнаружили у себя в кроватях огнедышащих мокриц. И хотя доказательств, что их подбросил Алоф, не нашлось, с тех пор больше никто не решался задирать его. И так двое мальчишек попали в школьный госпиталь с ожогами, а комнаты задир пришлось закрыть на санобработку.

После похорон Ликрии смерти прекратились. Все братья Алофа пока оставались живы, а о Криптии не было вестей, как и о Тимоте. Алоф разочарованно думал о Тее. Она все еще встречалась с этим шальным демоном Люкэ, а значит, находилась под его защитой. Кто посмеет напасть на такого?

Но вот, спустя неделю после неудачного визита к Криптии, Алоф получил приглашение от Морту встретиться в старинном горном городке Кхарту. Несколько удивленный такому выбору места для прогулки, Алоф вновь сбежал от матери и переместился на центральную площадь городка. Морту уже ждал его, сидя на лавочке в развязной позе и лукаво ухмыляясь.

Над их головами серые облака плотным слоем покрывали небо, и казалось, стоит протянуть руку и можно дотронуться до их мягкой поверхности. На вымощенных черным камнем кривых улочках царили тишина и умиротворение, будто город еще спал, хотя уже перевалило за полдень.

– Идем, я договорился с дядей насчет твоего заклятия, – сказал Морту, игриво сверкая зелеными глазами. – А по дороге расскажу про твоего отца. Это, оказывается, такая интересная история!

Дядя Морту, ученый и маг по имени Тарр, жил на вершине горы в овальном форте, с крыши которого он наблюдал за звездами, а в подвале проводил подозрительные магические эксперименты. Зарабатывал он снятием проклятий, лечением заговорами, а также продажей проклятого оружия и самых разнообразных талисманов. В общем, делал все, чем всегда занимались маги.

Добраться до форта из Кхарту можно было только пешком. Судя по радостному лицу Морту, он уже предвкушал удовольствие от предстоящего рассказа и, главное, от получения в свое распоряжение Алофа-раба.

– Дело было так, – начал Морту, словно рассказывал сказку на ночь маленькому ребенку. – Около двадцати лет назад Тимот близко сошелся с братом-близнецом своего друга Мироэ, Князя Полуночи. Звали этого брата Эорим, Князь Полудня, и был он Хранителем Южных Врат Средмира. Они сыновья Экира Акхора, древнего Правителя Срединного Царства Эпохи Лартра, который теперь живет в Маговой пустыне. Ну это ты и сам знаешь... Так вот, как раз тогда начался очередной конфликт по разделу территорий Средмира, но очень вялотекущий. Никто не считал ситуацию сколько-нибудь серьезной. Все ждали мирных переговоров. Но внезапно этот Князь Полудня, Эорим, по предварительному сговору со своим кузеном, командиром армии ларэ светлым демоном Яртфом, открыл вверенные ему Южные Врата и пропустил несколько сот тысяч воинов ларэ на территории Средмира. По официальной версии следствия, сговор произошел при посредничестве Тимота.

Алоф удивленно приподнял брови. Он и подумать не мог, что отец мог участвовать в подобных делах.

Морту продолжал:

– До этого князья наши, будучи метисами, всегда сохраняли нейтралитет и в конфликты между Светлым и Темным Царствами не вмешиваясь. Потому им и доверили управлять землями, где находятся самые важные Врата между Мирами, так? Теперь же действия Эорима дали светлым демонам преимущество, и лишь путем неимоверных усилий морэ удалось удержать баланс сил и заключить более или менее достойное мирное соглашение. И то, многие наши генералы считали это соглашение позорным. Разумеется, такого Эориму никогда бы не простили, и он сбежал. Но самое страшное выяснилось позже, при расследовании. Оказалось, что, обманув Мироэ и похитив у него ключ от Северных Врат, Тимот собирался открыть их одновременно с Южными.

Алоф приоткрыл рот от изумления. Отец собирался устроить апокалипсис в Средмире? Но Тимоту нравился Средмир! Он же там родился и вырос. С трудом верилось, что он захотел бы его уничтожения.

Алоф и Морту давно покинули городок и теперь поднимались по узкой тропинке на вершину горы. Их окружали невысокие деревца с темно-серыми стволами и серебристой листвой. Где-то наверху кричали и ухали дикие птицы, то и дело шумно срываясь с веток, напуганные голосами демонов.

Лицо Морту становилось все радостнее. Забавная, полная удивления и недоверия реакция Алофа доставляла ему особое удовольствие. Он даже забыл, что речь шла об отце Алофа, и возбужденно продолжал рассказ:

– В общем, выяснилось, что Тимот планировал устроить небольшой апокалипсис в Срединном Царстве. Но у него же всего лишь второй ранг, так? Вот он и не смог достаточно быстро открыть Северные Врата. За этим делом его как раз поймал Князь Полуночи Мироэ. Они подрались, Тимот ранил Князя и сбежал вместе с ключом от Врат. Все, конечно, тут же бросились его искать, только он обнаружил истинный талант скрываться от преследований. В результате Мироэ, оправившись от ран, первым нашел Тимота, отобрал у него ключ и собирался убить. Но Тимоту опять удалось бежать. Лишь спустя несколько месяцев его арестовала полиция Общего Протектората. Его судили и приговорили к пожизненному заключению в Крепости Темного Правителя.

Алофу показалось, что его мозг распух внутри черепа, увеличившись как минимум в два раза. Причем при каждом упоминании Князя Полудня Эорима у него возникало раздражающее ощущение, будто он забыл о чем-то важном. Только ему никак не удавалось на этом сосредоточиться.

– Князь Полуночи всячески пытался выгородить пропавшего братца и все свалить на твоего отца, – продолжал Морту. – Якобы Тимот использовал Эорима для достижения своих целей и обманом заставил открыть Южные Врата и пропустить армию ларэ. Но расследование пришло к выводу, что Эорим все знал.

С каждым словом Морту в груди Алофа разгоралось пламя гнева и возмущения, готовое в любой момент вырваться наружу. Он не верил, что Тимот мог совершить что-то подобное. Руки сами собой сжались в кулаки, ногти впились в кожу, но даже боль не уняла желания сжечь придорожные кустики, а желательно весь лес на этой горе.

– Но что отец говорил в свое оправдание на суде? – Его голос звучал как никогда напряженно. – Он признал вину?

– Его так сильно избивали на допросах, что он был не в состоянии особо говорить и, кажется, вообще плохо соображал. Вину он не признал, но это никого не волновало. Его осудили бы в любом случае: им же нужен был козел отпущения, а Эорима так и не удалось найти.

От очередного упоминания Эорима у Алофа окончательно разболелась голова. Не понимая, что происходит, он потер виски и зажмурил глаза. Морту изумленно прервал рассказ.

– Ты что?

– Не знаю, – морщась, ответил Алоф. – Каждый раз при упоминании этого Князя Полудня возникает такое ощущение, что я что-то забыл. Что-то важное.

– Что забыл?

– Если бы я знал, у меня бы не пухла башка от этого! – воскликнул Алоф раздраженно.

Его не оставляло ощущение, что он что-то знает касательно всей этой истории. Но что же именно? Еще и вся эта новая информация про Тимота только мешала сосредоточиться.

– Я еще не рассказал тебе про исчезновение Тимота из тюрьмы. – Морту с видом оскорбленной невинности выпучил глаза.

– Так рассказывай, а то вон уже дом твоего дяди.

Действительно, впереди между деревьями виднелась сероватая стена форта с небольшими овальными оконцами. Морту вновь заговорил:

– Да, так вот. Тимот исчез из крепости во время визита к лекарю. Причем тот сам его пригласил, якобы на ежегодный осмотр. Когда заподозрили неладное и кабинет доктора вскрыли, оказалось, что все наблюдательные и подслушивающие талисманы и заклятия внутри поломаны, а лекаря и Тимота след простыл. Позже труп доктора обнаружился в крепостном рву, а твоего отца до сих пор ищут, но... тщетно.

Судя по всему, Морту восхищала история побега Тимота. Глаза его горели завистливым огнем.

– Конечно, ему помогли извне, – рассуждал он. – Но кто мог такое провернуть? Может, этот самый Князь Полудня Эорим вернулся и помог ему бежать? Они же были заодно. Он как раз достаточно силен для такого. Наверное. А в это время его брат, северный Князь, убивает твоих сестер, чтобы отомстить твоему отцу.

Он бы и дальше развивал свои теории, но демоны подошли к форту, и перед ними распахнулась высокая литая дверь.

– Дядя может показаться странным, – поспешно предупредил Морту, заходя внутрь. – Ты, главное, отвечай на все его вопросы, как хороший мальчик.

По темному коридору они прошли в кабинет дяди Тарра. В центре округлого помещения с грубыми каменными стенами стоял такой же круглый стол, исписанный магическими знаками, больше половины которых Алоф видел впервые. Тарр, в темно-синей мантии и с высоким пучком на голове, восседал в удобном, мягком кресле. С другой же стороны стола стояло два деревянных стула, которые хозяин предложил гостям.

Алоф сразу заметил невероятное сходство между дядей и племянником, даже глаза у них оказались одинакового изумрудного цвета. Учитывая, что отец Морту внешне походил на огромную красноглазую гориллу, Тарр, должно быть, приходился Морту дядей по материнской линии.

Поприветствовав хозяина форта, посетители заняли предложенные места. Тарр некоторое время разглядывал гостя пронзительным ледяным взглядом. Алоф уже сравнил этот холод с веселым и лукавым блеском в глазах его «лучшего друга» Морту и решил, что предпочитает второго.

Но тут в Тарре будто включилась новая программа, лицо его приобрело хитрое выражение, и он накинулся на Алофа с вопросами. Будто цыганка, предлагающая прочесть будущее, он бросал в гостя предположение за предположением, наблюдая за его реакцией. Это напоминало какой-то фарс. Только что серьезный маг, Тарр внезапно превратился во владельца рыночного киоска предсказаний.

– Вы не единственный ребенок в семье, – говорил он. – Много братьев. А еще больше сестер. Недавно ваши родственники скончались. Ваша мать – эмоциональная особа. Вы учитесь в Школе Темных Искусств. Вы очень способны, но не используете свои таланты себе во благо.

Алоф только изумленно кивал. Всю это информацию маг мог вычислить по внешнему виду или узнать заранее от Морту. Да и вообще, какой смысл в этом спектакле? Демона довольно сложно удивить такими фокусами. Морту же, как обычно, с трудом сдерживал улыбку, видя ошеломление на лице будущего раба.

Закидав Алофа вопросами, на которые не ждал ответов, Тарр вдруг спросил:

– Так сколько же у вас сестер? Пять?

– Пять, – уверенно ответил Алоф.

– Точно пять? – спросил маг, с сомнением щуря глаза.

– Нет, было пять, – ответил Алоф, подумав. – Три умерли, теперь их две: Криптия и Тея.

Алофа так раздражали вопросы о сестрах, что хотелось что-нибудь поджечь – желательно Тарра – или хотя бы уйти, хлопнув дверью. С огромным трудом он заставил себя усидеть на месте.

Морту переводил взгляд с одного на другого, не понимая, к чему клонит дядя. Криптия и Тея – две оставшиеся дочери Тимота. Он вчера так и рассказал Тарру.

– Криптия и Тея? – переспросил маг.

– Д-да, – ответил Алоф, ощущая, будто голову сдавили тиски, а в животе завелся паразит, который с энтузиазмом точит когти о внутренние органы.

– Что, голова болит? – спросил маг с наигранно сочувственной улыбочкой.

Алоф, потирая виски и не в силах выпрямиться, уставился на хозяина форта. У него точно было пять сестер. Три из них умерли, осталось две. Так ведь?