Часть 2. Глава 27
Вода прибывала с оглушительным рёвом, заполняя салон за считаные секунды. Она уже коснулась моих губ, ледяная и солёная, перекрывая дыхание. В этот момент я злилась на себя за то, что не послушала Марселя и так и не научилась плавать. Единственное, на что меня хватило — это задержать воду на несколько секунд, но в этой ситуации этого было недостаточно.
Я видела, как Демир отчаянно, со всей силы бил плечом в боковое стекло, понимая, что дверь не поддастся.
Марсель же не отпускал меня ни на секунду. Его пальцы судорожно пытались нащупать кнопку ремня безопасности под ледяной водой, которая уже захлестнула нас с головой.
Ремень намертво заклинило. Я в панике дёргалась, чувствуя, как плотная ткань впивается в плечо, удерживая меня под водой.
Спустя несколько минут воздух в лёгких закончился, и перед глазами стали расплываться тёмные пятна.
Последнее, что я запомнила — оглушительный треск стекла, который прозвучал слишком глухо, и руки Марселя, прижимающие меня к себе.
А потом всё погрузилось в абсолютную темноту. В тот момент мне казалось, что это действительно конец, но внезапно я почувствовала боль. Резкая и обжигающая, будто мои лёгкие горели в адском пламени и я ничего не могла сделать, чтобы прекратить эту боль.
Я содрогнулась, и из горла вырвался мучительный кашель. Я выплёвывала ледяную воду, жадно и болезненно хватая ртом холодный воздух. Каждое движение отзывалось невыносимой болью.
— Вот так, мотылёк, давай... — этот хриплый голос буквально вытащил меня с того света.
Я с трудом приоткрыла веки, чувствуя, как мир буквально плыл перед глазами. Над собой я увидела Марселя — мокрые волосы прилипли ко лбу, по щекам стекала вода, а кожа была бледной в этом холодном свете. Его руки заметно дрожали, когда он прижимал меня к себе на мокрой траве у самого берега.
— Ты в порядке? — тихо, почти шёпотом спросил он.
Я чуть подалась вперёд, с трудом сфокусировав взгляд, и огляделась по сторонам. В нескольких шагах от нас лежал Демир... он прижимал к груди руку и смотрел наверх, пытаясь отдышаться.
Почувствовав на плечах тяжёлую ткань, я нахмурилась и слабо потянула за край. Это оказалась куртка Марселя.
— И зачем ты накинул на меня свою куртку? — едва слышно прошептала я, почти не узнавая свой голос — Она, вообще-то, тоже мокрая.
Марсель на мгновение замер, а затем вдруг тихо рассмеялся.
— Вот теперь ты точно в порядке — сказал он, коснувшись губами моего виска.
Он притянул меня ближе, словно хоть так мог согреть в своих объятиях. Мгновенно перед глазами вспыхнули обрывки того, что произошло несколько минут назад. Внезапно мне стало страшно от осознания, что случилось и могло случиться, если бы каким-то чудом мы всё-таки не смогли выбраться из машины... В ту же секунду все обиды, злость и споры показались чем-то далёким и совершенно бессмысленным. Казалось, я только сейчас начала понимать всю тяжесть того, что мы только что пережили. Вздрогнув, я сильнее прижалась к его мокрой груди, и спустя несколько минут, наконец пришла в себя.
— Я чуть с ума не сошёл — сказал Марсель, прижимая меня к себе так, будто боялся отпустить даже на секунду.
— Испугался, что я умру, а ты не успел извиниться? — тихо спросила я.
Марсель усмехнулся и поцеловал меня в лоб.
— Я бы не дал тебе умереть.
— Настолько не хочешь признавать свою вину?
Он чуть отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза.
— Я бы и так признал... — его голос стал серьёзнее — Я очень виноват. Прости меня.
Я прижалась к его груди, закрыв глаза.
— На самом деле это я виновата — тихо сказала я — Если бы я тебе всё рассказала сразу...
— Не начинай — перебил он, проводя рукой по моим волосам — Это не твоя вина. Скорее я был слишком строг и...
— Эй, может, вы потом посюсюкаетесь? — перебил нас Демир — Нам, вообще-то, надо как-то отсюда выбираться.
Я, не отрываясь от Марселя, нахмуривалась и медленно повернула к нему голову.
— Это, вообще-то, ты виноват, что мы поссорились — произнесла я чуть громче, чтобы он услышал — Если бы я сразу всё рассказала Марселю, ничего бы не случилось.
— Вот именно — поддержал меня Марсель, даже не глядя на Демира.
— Отлично — фыркнул Демир — Теперь я ещё и крайний.
— Вообще-то, да — продолжила я, склонив голову набок — Как я вообще могла поверить в то, что ему его карьера и репутация важнее меня? Это же насколько я была не в себе...
Я сделала небольшую паузу и чуть отстранилась от Марселя, чтобы заглянуть в лицо Демиру. На губах промелькнула слабая, торжествующая усмешка, а руки я упрямо скрестила на груди, несмотря на холод.
— «Как пластилин»... да, Демир? — мой голос едва заметно дрогнул, но в нём всё же слышался вызов.
Демир на мгновение замер, а затем закатил глаза и коротко усмехнулся в ответ, потирая ушибленное плечо.
— Понятно. Она всё слышала — констатировал он, покачав головой.
— Слышала — подтвердила я, кивнув — И ещё раз убедилась в том, какой прекрасный у меня муж.
Марсель не дал мне договорить. Он шагнул ближе, по-собственнически притянув меня к себе, и крепко обнял со спины, прижавшись грудью. Его руки сомкнулись на моём животе, а дыхание коснулось уха, на мгновение заставляя забыть о холоде.
— Слышала, значит? — негромко переспросил он, и в его голосе смешались облегчение и едва уловимая насмешка.
Сдерживая улыбку и чуть повернувшись боком, я едва заметно кивнула.
— Эй, голубки — Демир бесцеремонно прервал момент, кивнув в сторону дороги — Я, конечно, рад, что у вас теперь идиллия в отношениях, но нам надо поймать машину — он бросил короткий взгляд в сторону Марселя — Ты ведь не хочешь, чтобы твоя драгоценная жена заболела?
Марсель нехотя ослабил хватку, но ладонь с моей талии не убрал.
— Он прав — выдохнув, прошептал он — Сможешь идти?
Я попыталась сделать шаг, но в тот же момент лодыжку пробила резкая, пульсирующая боль.
— Ай... — невольно прошептала я и на мгновение зажмурилась, едва не потеряв равновесие.
В ту же секунду я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Он подхватил меня на руки так легко, будто я ничего не весила, и прижал к своей груди. Несмотря на то что его одежда была насквозь мокрой, я ощутила исходящий от него жар и снова почувствовала себя в безопасности.
Внезапно в голове промелькнули события той самой ночи, когда Марсель на руках занёс меня в больницу, после того как я упала с лестницы. Тогда я впервые посмотрела на него иначе... не как на друга, а как на человека, способного оставить все свои дела ради меня и приехать посреди ночи. Но до последнего не хотела этого признавать...
— Не знаю, кому завидую больше — прервал мои мысли голос Демира — Мелиссе, которую несут на руках или тому самолёту, что пролетел только что над нами.
— А мне ты не завидуешь? — усмехнулся Марсель, посмотрев на него.
— Разве что твоему бесконечному терпению — Демир театрально вздохнул, перепрыгивая через небольшое дерево, лежавшее на земле.
— И только?
— Марсель, ты в мокрой одежде, тащишь на себе килограммов пятьдесят, и у тебя ледяная вода в ботинках, а впереди... неизвестность. Чему тут завидовать?
— Вообще-то — чуть привстав, возмутилась я — Всего сорок четыре.
— Вот именно, что всего — сказал Марсель, бросив на меня пронзительный взгляд.
Я посмотрела в сторону, делая вид, что вообще не понимаю о чём речь. Однако чем дольше я старательно избегала его взгляда, тем сильнее чувствовала, как его руки крепче сжимают меня.
— Сорок четыре — повторил он почти шёпотом, и в его голосе проскользнула опасная нотка — Мы ещё вернёмся к этому разговору, Мелисса. Как только ты будешь в сухой одежде и перестанешь дрожать, как осенний лист.
— О-о, началось — Демир впереди театрально всплеснул руками, едва не задев ветку ели — Теперь я Мелиссе не завидую. Жить с двумя мужьями так сложно...
— Заткнись, Демир — закатив глаза, бросил Марсель, но его внимание было приковано только ко мне.
Я лишь уткнулась носом в его плечо, прикрыв глаза. Спорить не хотелось. Сейчас я была просто благодарна тому, что мы были вместе и были в порядке.
— Вы хоть понимаете, что этот ублюдок пытался нас убить? — возмутившись, воскликнул Демир.
— А ты только сейчас это понял? — усмехнувшись, прошептала я.
— Нет, я понял это ещё в тот момент, когда мы летели с моста — огрызнулся он, продолжая идти чуть впереди нас — Просто окончательно я это осознал, когда адреналин перестал бить в голову. Думаю, вы тоже.
— Он изначально это задумал — сухо произнёс Марсель, оборачиваясь к Демиру — И, судя по всему, в серой машине была его сестра, как отвлекающий фактор, а сам он был на том внедорожнике. Видимо, этот блокнот для них настолько ценный, что они, не задумываясь чуть не отправили на тот свет троих человек.
Слова Марселя заставили меня задуматься. Хоггарт годами покрывал свою сестру, создавая ей образ невинной жертвы обстоятельств, хотя на самом деле именно с неё всё и началось. Пока он делал всё, чтобы даже тень не упала на неё и на их семью, она... убивала невинных людей. И насколько сильно он любил её, что здравый смысл окончательно проиграл этой слепой преданности. Он превратился в цепного пса, готового растерзать любого, кто был готов даже не так взглянуть на неё, и сейчас я окончательно убедилась, что он в этой войне не пощадит никого.
— Ты в порядке? — тихо спросила я, посмотрев на Марселя — Ничего не болит?
— Всё хорошо — уголки его губ чуть приподнялись — Только за тебя испугался очень.
Я слабо улыбнулась и, положив голову на его плечо, провела рукой по его щеке.
Лес впереди внезапно расступился, открывая небольшую полосу. Машины проносились мимо на огромной скорости, но даже несмотря на это, Демир всё-таки смог остановить одну из них.
Это был старый, повидавший многое, внедорожник, который со скрипом затормозил в нескольких метрах от нас.
— Эй, ребята, вы что, из реки вылезли? — раздался голос парня из машины.
Дверь распахнулась и оттуда по очереди вышло три парня. Марсель поставил меня на землю и, прищурившись, я попыталась разглядеть фигуры в этой темноте. Когда один из них подошёл ближе, я растерялась, застыв на месте. Оказалось, что удивлена была не только я.
— Мелисса, ты, что ли? — вскинув брови, спросил один из них.
Марсель и Демир тут же посмотрели на меня, явно не понимая, что происходит.
— Это же мы — произнёс самый высокий из них — Рей, Гарри и Ли.
В голове мгновенно пронеслись воспоминания одной ночи, когда я ушла из дома Демира и встретила по дороге троих парней, предложивших мне тогда свою помощь.
— Конечно, узнала — я расплылась в улыбке, переводя взгляд с одного на другого — Не думала, что мы ещё встретимся.
— А мы на тебя до сих пор подписаны — улыбнулся Гарри, подходя ближе — Ты очень изменилась за год.
— Тебя мы тоже узнали — усмехнулся Ли, переводя взгляд на Демира — Только насколько мы знаем, ты уже бывший муж.
Демир фыркнул, покачав головой и скрестив руки на груди, подошёл ближе.
— Вижу, слава о моих семейных драмах бежит впереди меня — съязвил Демир, окинув парней оценивающим взглядом.
— А это мы так понимаем, тот самый муж-прокурор? — спросил Гарри, посмотрев на Марселя.
Я закатила глаза, сдерживая улыбку, и взяла Марселя за руку.
— Это Марсель — я представила их друг другу — А это Гарри, Рей и Ли. Они как-то мне очень помогли.
Марсель пожал протянутую руку Гарри, едва заметно улыбнувшись, явно не до конца понимая, что здесь происходит.
— Ты нам нравишься больше — Рей скрестил руки на груди, оценивающе посмотрев на Марселя.
— Спасибо за помощь, которую вы оказали Мелиссе — произнёс Марсель, едва заметно кивнув.
— Может, мы уже поедем — прервал разговор Демир, покачав головой — На улице так-то холодно.
— Запрыгивайте — улыбнулся Ли, направляясь к машине — Мелисса, запрыгивай скорее на заднее сиденье, там печка греет сильнее всего.
Марсель помог мне забраться в салон и сел сам, по-прежнему не выпуская моей руки. Не раздумывая, я перебралась к нему на колени и уткнулась лицом в изгиб шеи, почувствовав, как тепло начинает медленно проникать сквозь промокшую одежду. Он тут же крепко обхватил меня руками, прижимая к себе так сильно, словно хотел спрятать от всего мира.
— Совсем ледяная — прошептал он, чуть крепче сжав мою руку.
Рей сел за руль, Гарри на переднее сиденье, а Ли запрыгнул назад, пропуская перед собой Демира.
— Надеюсь, ваша машина едет быстрее, чем выглядит — пробубнил Демир, оглядываясь по сторонам.
— Можем проверить — ответил Ли, скрестив руки на груди — Мы будем медленно ехать, а ты будешь рядом идти. По дороге как раз и высохнешь.
Я тихо рассмеялась, чувствуя, как напряжение последних часов начинает понемногу отступать, сменяясь приятной усталостью.
— Только если ты понесёшь его на руках — усмехнулась я, посмотрев на них — Иначе мы доберёмся до города только к следующему Рождеству.
— Вообще-то, это я поймал машину, пока ты, принцесса, болтала ножками у Марселя на руках — съязвил Демир, приподняв бровь.
— Он всё ещё завидует, что ему пришлось идти самому — сказал Марсель, склонив голову набок — И что его никто не несёт, как принцессу — добавил Марсель, и я почувствовала, как уголки его губ едва заметно приподнялись в усмешке.
Демир театрально закатил глаза и поудобнее устроился.
— Слушайте, «счастливое семейство» — проворчал он — пока вы здесь строите любовь, я пытаюсь понять, не закончится ли у этой колымаги бензин раньше, чем мы окажемся в городе.
Рей, сидевший за рулём, усмехнулся, переключая коробку передач.
— Не дрейфь, бывший муж. Эта крошка вывезет нас даже из преисподней.
— И назовёшь её ещё раз колымагой, пойдёшь пешком — обернувшись, спокойно бросил Гарри.
— Ладно-ладно — Демир примирительно поднял руки — Молчу.
Всю оставшуюся дорогу мы ехали молча. Лишь изредка Демир пытался бросить колкость в сторону парней, но и те не оставались в долгу, отвечая резкими фразами. Я же просто положила голову на плечо Марселя и закрыла глаза. Сил почти не было, и всё, чего мне сейчас хотелось, — это как можно скорее оказаться дома, принять горячий душ и наконец-то лечь в свою постель.
Марсель крепко сжимал мою ладонь, осторожно проводя рукой по моей спине. Его прикосновения было единственным, что удерживало меня в реальности и не давало окончательно провалиться в сон.
За оконном мелькали огни ночного города, превращаясь в святящиеся полосы. Машина резко покачивалась на поворотах, и в этой тишине, нарушаемой лишь гулом мотора, я чувствовала, как постепенно проходят холод и страх. Спустя несколько минут я всё же смогла уснуть, на мгновение обо всём забыв. Однако это продлилось недолго, как вдруг я услышала:
— Приехали — негромко произнёс Рэй, заглушая двигатель.
Я открыла глаза, оглядываясь по сторонам.
— Наконец-то — выдохнул Демир, выбираясь из машины. Он потянулся так сильно, что его суставы громко хрустнули — Если бы я ещё хоть пять минут просидел в этой колымаге, мне бы понадобился личный массажист.
— Он у тебя и так есть — фыркнула я, покачав головой.
— Точно. Сейчас поеду домой и наберу его — продолжил ворчать Демир, осматриваясь по сторонам, в поисках своей машины, припаркованной у многоэтажки.
— Вот так и делай добро людям — хмыкнул Ли, поудобнее устраиваясь сзади.
— Не обращайте на него внимания — с улыбкой сказал Марсель, переводя взгляд на парней — Спасибо вам за помощь.
Гарри и Рэй подошли ближе, останавливаясь напротив нас.
— Спасибо — прошептала я, склонив голову набок — Вы уже второй раз меня спасаете. Я вам очень благодарна. Что я могу сделать для вас?
— Если по-настоящему хочешь нас отблагодарить — начал Рэй, потянувшись в карман куртки — То приходи на наш концерт.
Я посмотрела на него чуть прищурившись, не совсем понимая, что он имеет в виду.
Он вытащил из кармана несколько приглашений и протянул мне. Я взяла их в руки и тихо прочитала название:
— Группа «Dragonstoun». Концерты каждую субботу в клубе Faradays.
Рэй довольно усмехнулся и, засунув руки в карманы куртки, слегка качнулся с пятки на носок.
— Вы играете в рок-группе? — я не удержалась от улыбки — Никогда бы не подумала. Особенно глядя на серьёзного Гарри.
— Эй, я, вообще-то, на ударных — отозвался Гарри, и в его голосе проскользнула нотка возмущения — Так что готовься, будет круто.
— Я приду — пообещала я, сжав приглашения крепче.
— Только этого с собой не бери — бросил Ли, усмехнувшись, кивнув в сторону Демира — Нам его нытья в машине хватило.
— Больно надо — фыркнул Демир, закатив глаза — Я хожу в более интеллигентные и приличные заведения.
— Ну да, в библиотеку за углом? — подмигнул ему Рэй, уже открывая дверцу машины.
Демир лишь что-то невнятно пробурчал в ответ, однако его взгляд всё же задержался на приглашениях в моих руках.
— Мы поехали — сказал Гарри улыбнувшись.
— Спасибо ещё раз — Марсель взял меня за руку, чуть потянув к себе — Если вам что-то будет нужно, то...
— Мы напишем Мелиссе в инстаграме — закончил за него Ли — И достанем твой номер.
Марсель тихо рассмеялся, едва заметно кивнув.
Парни сели в машину, и старый двигатель снова отозвался глухим, уверенным звуком. Рэй посигналил на прощание, и они быстро скрылись за поворотом.
— Я поехал — бросил Демир, помахав нам рукой на прощание, и, следом за ними, скрылся в темноте.
Я смотрела им вслед, как вдруг Марсель подхватил меня на руки и направился к дому. От неожиданности я тихо вскрикнула и невольно обхватила его за шею, чувствуя тепло, исходящее от него.
Когда мы вышли из лифта, и он, уверенным шагом направился в сторону своей квартиры, я покачала ногами, заставляя обратить на себя внимание..
— Эй, все мои вещи у меня.
— Наденешь мою рубашку — просто ответил он, даже не оборачиваясь, и, приложил палец к сканеру отпечатка на двери.
Замок щёлкнул с негромким металлическим звуком, и дверь плавно открылась, пропуская нас внутрь. Квартира Марселя встретила нас идеальной тишиной и запахом какого-то нового парфюма, которого прежде у него не было. Он осторожно поставил меня на пол и нахмурившись, я резко посмотрела на него.
— У меня два вопроса — нарушила я тишину, скрестив руки на груди — Первый: почему у меня нет такого крутого замка, а у тебя он стоит? И второй... Что это за парфюм и кто здесь был?
Марсель остановился и медленно повернулся ко мне.
— Сначала отвечу насчёт замка. Я сломал ключ в старом, и пришлось заменить на этот. Завтра же пришлю к тебе мастера.
Он сделал шаг ко мне, сокращая расстояние между нами до минимума.
— А насчёт парфюма... Здесь был только клининг — он едва заметно улыбнулся, приподняв бровь — Можешь посмотреть по камерам.
— Ты и здесь камеры установил? — тут же разозлилась я, вспомнив о том, что он сделал в моей квартире — Что за недоверие к миру?
Марсель усмехнулся, театрально закатив глаза. Ничего не ответив, он развернулся и уверенным шагом направился в спальню. Я же, несмотря на ноющую боль в ноге, упрямо последовала за ним, не желая оставлять последнее слово ему.
Он подошёл к шкафу и достав оттуда чёрную рубашку, протянул мне.
— Иди в душ. Тебе нужно согреться, иначе завтра ты проснёшься с температурой.
— Не уходи от разговора, Рашид — я выхватила рубашку из его рук и, бросила её на кровать — Сначала ты ставишь камеры у меня, теперь выясняется, что ты и собственную квартиру превратил в крепость недоверия. Что дальше?
— Камеры — это не недоверие к миру, Мелисса — тихо произнёс он, делая шаг ко мне — Это простая форма безопасности. Мы здесь не живём, я раз в месяц заказываю клининг, и в случае чего, мне нужно знать, кто переступил порог нашего дома. Всё просто.
Марсель осторожно взял меня за руку, и потянув к себе, продолжил:
— Я не пытался за тобой следить. Только когда ты долго не отвечала и я очень волновался, я мог просмотреть камеры.
— А сегодня? — приподняв бровь, спросила я.
Он едва заметно усмехнулся, покачав головой.
— Признаюсь, сегодня, когда я почувствовал, что скучаю по тебе, то захотел просто посмотреть, что ты делаешь. Ну а когда я увидел тебя... то не смог выключить. Прости. Это было неправильно.
Его признание повисло в воздуха и, на мгновение потеряв дар речи, я просто молча смотрела на него, хлопая ресницами.
— Просто... — он нарушил молчание, осторожно коснувшись моей щеки — Я очень соскучился по тебе.
— Сам виноват — тут же вставила я, закатив глаза — Я хотела с тобой поговорить, но ты ушёл.
— Я боялся, что если мы поговорим утром, то всё плохо закончится — честно признался он — Я был очень зол, Мелисса и чувствовал себя обманутым. Но ещё больше меня задело то, что ты мне не доверяешь. А это означало только одно... что я сделал недостаточно, чтобы ты чувствовала себя в безопасности рядом со мной — закончил он, и его голос дрогнул, становясь непривычно уязвимым.
Я замерла, чувствуя, как его пальцы всё ещё касаются моей кожи. Весь мой гнев, и вся моя напускная дерзость мгновенно растворились. В этом признании не было прокурора, привыкшего, чтобы ему все подчинялись. Был только Марсель, который, оказывается, тоже умел сильно бояться. А я порой об этом забывала...
— Это не так — тихо прошептала я, и мой голос дрогнул — Я ни с кем и никогда не чувствовала себя в такой безопасности, как с тобой, Марсель.
Я сделала паузу, на секунду прикрыв глаза, и тихо выдохнула.
— Прости меня — едва слышно прошептала я — Я должна была тебе сразу всё рассказать, но я... испугалась.
— Меня испугалась? — голос Марселя мгновенно напрягся.
Его рука задержалась на моей щеке, а взгляд потемнел и стал слишком пристальным.
В нём смешались недоумение и некая обида. Он замер, вглядываясь в мои глаза, словно пытался найти в них подтверждение своим самым худшим догадкам.
— Нет — поспешно прошептала я, накрывая его ладонь своей — Я испугалась того, что когда ты узнаешь правду, вся твоя жизнь рухнет, а потом... ты разочаруешься в нас.
— Это невозможно — его голос стал таким низким, что я перестала его узнавать — Как и невозможно разочароваться в «нас», потому что это единственное, что для меня по-настоящему реально в этой жизни.
Он сделал паузу, опустив взгляд, словно собираясь с мыслями.
— Ты даже не представляешь, как сильно я люблю тебя, мотылёк. И не представляешь, как сильно тобой горжусь и восхищаюсь. Ты невероятно умная, сильная и... — он на мгновение запнулся, подбирая слово, которое могло бы вместить в себя то, что он чувствовал — Настоящая. В мире, где каждый второй носит маску, ты — единственное, что заставляет меня чувствовать себя живым.
От его слов по телу пробежала дрожь, и на секунду мне показалось, что земля уходит у меня из-под ног. Этот «мотылёк» прозвучал так нежно и одновременно обречённо, что у меня перехватило дыхание. Марсель стоял совсем рядом, и я видела, как тяжело вздымается его грудь.
— Я был слишком строг и несправедлив к тебе — продолжил он, глядя в мои глаза — Нужно было сначала выслушать тебя, и только потом делать выводы. Просто... я очень боюсь тебя потерять, Мелисса. Ты даже не представляешь, как сильно. И мне страшно, что я не смог оправдать твои ожидания. Не смог стать тем мужем, которому можно довериться и прийти в самый страшный момент. И когда я думаю об этом, мне хочется просто провалиться сквозь землю. Но поверь, ещё никогда я не чувствовал себя настолько живым. И только ты способна заставить меня чувствовать эту жизнь так остро — закончил он, и его голос почти сорвался — Со всей её болью, страхом и сумасшедшей ревностью.
— Марсель... — мой голос сорвался на шёпот.
Я хотела сказать так много... что люблю его до боли в сердце, что боюсь этой любви больше, чем потерять себя, и что готова пойти за ним куда угодно. Но слова застряли в горле, оставив место лишь для тяжёлого вздоха.
Я смотрела на него, и в этот момент весь мир за стенами этой квартиры перестал существовать. Не было больше ни угроз, ни страха, ни чужих ожиданий. Был только он...
Он подошёл ближе и, притянув меня к себе, крепко обнял. Я уткнулась носом в изгиб его шеи, вдыхая запах его кожи.
— Простил? — тихо спросила я, надув губы.
— А ты меня? — не думая спросил он в ответ.
Я чуть отстранилась и посмотрела на него, нахмурив брови.
— Мне и не за что... ты почти идеальный. И это, если честно, моментами раздражает.
— Почти? — усмехнулся Марсель, приподняв бровь.
— На девяносто семь процентов... — сказала я, посмотрев в сторону.
Марсель тихо рассмеялся, так искренне, что моё сердце забилось быстрее. Его руки всё ещё лежали на моей талии, и я чувствовала, как напряжение окончательно покидает его тело.
— Всего девяносто семь? — он притянул меня чуть ближе, так что между нами не осталось и миллиметра — И какие же грехи составляют эти недостающие три процента?
Я сделала вид, что усердно размышляю, постукивая пальцами по его плечу.
— Ну, во-первых, твоя невыносимая привычка всё контролировать. Во-вторых, твоя способность закрываться в себе, когда тебе плохо или грустно — я посмотрела в сторону, чуть нахмурившись — а в-третьих, я не забыла о том, что ты сделал в кабинете... Это было ужасно. Больше никогда не смей мстить мне таким образом. А иначе... я отрежу тебе то, чем ты думал в тот момент — закончила я, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально жёстко.
Марсель на секунду замер, и я почувствовала, как по его телу прошла короткая вибрация от смеха, которую он безуспешно пытался подавить. Он чуть отстранился, заглядывая мне в глаза с напускной серьёзностью, но в его глазах плясали опасные огоньки.
— Жестоко — прошептал он, заправив непослушную прядь мне за ухо — Прокурорская неприкосновенность на такие случаи не распространяется?
— На меня нет — отрезала я, хотя уголок моих губ предательски дрогнул — Ты перешёл черту в том кабинете. Можешь игнорировать меня, не замечать, молчать, но так делать больше не смей. И единственная причина, по которой, я вообще после этого на тебя посмотрела, это то, что ты обломал в первую очередь себя, а не меня.
Рука Марселя на моих волосах на мгновение напрягалась. Он пристально всматривался в моё лицо, переводя взгляд с глаз на губы.
— Ты права — тихо произнёс он, и в его голосе больше не было насмешки — В попытке наказать тебя, я наказал самого себя.
— Но это не помешало тебе быстро уснуть — вспомнив ту ночь, я ущипнула за бок — Уже через час ты сопел как кролик, даже не думая обо мне.
Марсель рассмеялся, притянув меня к себе, и уткнулся носом в изгиб моей шеи.
— Поверь, в тот момент я думал только о тебе. Как и всегда в принципе. Но я не спал всю ночь из-за одного дела, поэтому пока думал, сам не заметил, как уснул.
Я отстранилась, пытаясь заглянуть в его глаза. Они были слишком честными и наглыми, особенно в тандеме с этой ухмылкой на лице.
И единственное, чего мне сейчас по-настоящему хотелось — это... поцеловать его. Поэтому не думая, я потянулась к нему и прильнула губами к его губам. Марсель мгновенно среагировал и, притянув меня к себе, ответил на поцелуй с такой силой и жаждой, словно сам весь вечер только об этом и мечтал.
Я запустила пальцы в его волосы, притягивая ещё ближе, боясь, что если отпущу хоть на секунду, этот момент навсегда исчезнет.
— Идём в душ? — прошептал он тихо, чуть отстраняясь.
— Пару минут назад ты отправлял меня туда одну... — закатив глаза, ответила я.
— Ситуация изменилась — парировал он, коснувшись губами моего виска — Теперь я осознал свою ошибку и готов её исправить.
Я почувствовала, как по коже пробежали мурашки и вовсе не от прохлады в комнате или мокрой одежды, о которой мы уже, казалось, совсем забыли. А от его взгляда, который всегда заставлял моё сердце биться быстрее.
— Исправить, значит? — я чуть склонила голову набок, пряча улыбку — И как именно ты собираешься это делать?
Вместо ответа он просто подхватил меня на руки. Я вскрикнула от неожиданности, крепче обхватывая его за шею, а он лишь быстрым шагом направился в сторону ванной, больше не тратя время на лишние слова...
На следующее утро мы проснулись от настойчивого звонка в дверь. Марсель старательно пытался делать вид, что ничего не слышит, но спустя пару минут сдался и встал. Одевшись, он протянул мне халат и, накинув его мне на плечи, быстро поцеловал в висок. Он выглядел заспанным и слегка раздражённым, явно не в восторге от того, что наше идеальное утро прервали.
— Я посмотрю, кто это, и быстро вернусь — вполголоса бросил он, поправляя воротник рубашки.
Я послушно закуталась в мягкую ткань, прислушиваясь к его шагам. Марсель вышел в коридор, и вскоре я услышала знакомые голоса. Я не выдержала, встала с кровати и босиком подошла к двери, застыв на месте.
— Вы вообще в курсе, что происходит в мире, пока вы тут строите любовь? — раздражённо спросил Эмрах, посмотрев на Марселя.
Позади него стоял Демир, по лицу которого было ясно, что и его отвлекли от сна и силой притащили сюда.
— Во-первых, мы спали — ответил Марсель, проведя рукой по лицу — а во-вторых, ты нас разбудил.
— Это же так важно на фоне того, что весь мир считает ваш погибшими — бросил Эмрах, скрестив руки на груди.
— Что это значит? — спросила я, выходя из спальни — Или вы с утра уже выпили?
— Телевизор включи — не оценив моей шутки, спокойно бросил Эмрах.
Марсель потянулся к пульту и нажал на кнопку. Экран на мгновение вспыхнул белым, а затем по комнате разнёсся тревожный голос ведущей новостей.
На фоне ярких заголовков мелькали кадры с того самого моста, с которого слетела прошлой ночью наша машина... Чёрный матовый гелендваген вытаскивали из воды мощным краном.
— «По предварительным данным известно, что автомобиль принадлежал прокурору штата Марселю Рашиду. Также по найденным документам и вещам внутри, полиция сделала выводы, что в машине находилась его супруга — Мелисса Рашид, вместе с братом Демиром Рашидом...» — голос ведущей дрогнул, добавляя следующим словам драматизма — «Тела до сих пор не обнаружены. Однако по мнению экспертов, шансов выжить после падения с такой высоты, стремятся к нулю. Весь штат замер в ожидании официальных заявлений от офиса прокурора, а также семьи Рашид и семьи Амер».
В комнате воцарилась такая тишина, что казалось, я могла услышать стук сердца каждого, кто находился здесь.
Марсель замер с пультом в руке, а костяшки его пальцев побелели.
— Теперь поняли? — нарушив тишину, спросил Эмрах — Эти новости крутят с шести утра. До вас никто не может дозвониться, у Эли чуть приступ не случился, Нина ваша плачет, а Лорен, пытаясь успокоить одну, не успевает уследить за второй. Но что бесит меня ещё больше, так это то, что куча твоих названых братьев обрывает мой телефон, а я даже не знаю, откуда они достали мой номер. Но зато Мадлена не отчаялась и прислала в дом Саида три венка. Даже для Демира — он кивнул в его сторону, едва заметно усмехнувшись.
— Они решили, что мы мертвы только потому, что нашли машину? — нахмурившись, спросила, пытаясь переварить услышанное — Это ведь глупо...
— Меня больше интересует то, как они нашли машину — скрестив на груди руки, произнёс Демир.
— Хоггарт великодушно подсказал — усмехнулся Марсель — Он не так глуп, чтобы оставлять наше «исчезновение» на волю случая. Но решил поднять шум, чтобы у нас не было времени разобраться с ним в этом хаосе.
— Моё терпение заканчивается — сквозь зубы произнёс Эмрах — Ещё чуть-чуть и я его пристрелю. И мне плевать, что ты всё слышал — он посмотрел на Марселя — Я сделаю это на твоих глазах.
— Эмрах... — я покачала головой, скрестив руки на груди — Ты уже один раз избавился от того, кто должен был понести наказание. Даже не думай.
Он сядет вместе со своей сестричкой.
— Смерть — это наказание — тут же отрезал он — Ведь никто не знает, что его ждёт там...
На мгновение в комнате повисла тишина. Порой способы возмездия Эмраха меня пугали, даже если я сама лично желала кому-то смерти. Но одно дело просто думать об этом, а другое... знать, что есть человек, который не задумываясь это сделает для тебя. Его мир был мне далёк, но не могу сказать, что он не вызывал у меня странного чувства внутри.
— С ним расправится закон — нарушив тишину, наконец произнёс Марсель — И это не обсуждается. Посмеешь привести в исполнение свои мысли, и я лично за тобой приду.
Эмрах окинул его взглядом, а на его губах промелькнула едва заметная ухмылка.
— А ты и ночью в рубашке спишь? — в его голосе послышалась откровенная ирония — Буква закона ни на минуту тебя не оставляет?
Марсель даже не шевельнулся. Он стоял, выпрямившись, не сводя с него взгляда.
— Если мы опустимся до уровня Хоггарта и начнём вершить самосуд, чем мы будем лучше него? — с ледяным спокойствием спросил он — Я уничтожу его, но сделаю это так, что он будет молить о твоей пуле, находясь в одиночной камере по соседству со своей сестрой. Но сейчас он должен верить в то, что у нас на него ничего нет. И он так и думает, ведь блокнот остался на том же месте.
Эмрах лишь покачал головой и отошёл к окну, засунув руки в карманы брюк.
— Твои принципы тебя погубят, прокурор — бросил он через плечо, глядя на город с высоты двадцать пятого этажа — Этот ублюдок не играет по правилам, а с такими людьми нужно разбираться сразу. Дашь им один шанс, и завтра они сами выстрелят тебе в спину.
Слова Эмраха повисли в воздухе, заставив меня на мгновение задуматься о том, что возможно в них есть доля правды.
Однако в этот момент раздался звонок в дверь, прервав все мои размышления.
Демир молча открыл дверь, и квартира мгновенно наполнилась шумными голосами. Роззи тут же бросилась мне на шею, крепко прижав к себе.
— Господи... — она всхлипнула мне в плечо, и я почувствовала, как дрожат её руки — Я так и испугалась.
Я улыбнулась, на мгновение прикрыв глаза, и лишь крепче обняла её. Я даже не представляла, что она чувствовала, и как чуть не сошла с ума от полученных «новостей».
— Всё хорошо — прошептала я, осторожно проведя рукой по её спине.
За спиной Роззи я увидела остальных... Нину, Элеонор и Лорен. Они стояли на пороге, а их встревоженные лица заставили моё сердце забиться быстрее.
Нина быстрым шагом подошла ближе и, дождавшись, когда Роззи отойдёт, крепко меня обняла.
— Моя девочка — прижимая меня к себе, спокойно произнесла она — Мы не успели приземлиться, как услышали эти жуткие новости. У Саида тут же поднялось давление, и он с трудом доехал до дома.
— Ну конечно, он же дед... — фыркнул Демир усмехнувшись.
Нина тут же отстранилась от меня и бросила на Демира презрительный взгляд.
— Тихий ужас... — прищурилась она, склонив голову набок — То, что ты жив, это, конечно, хорошо. Но то, что ты здесь... это плохо.
— Давно ты меня так не называла — усмехнулся Демир — Брак не пошёл тебе на пользу, дорогая.
— Предлагаю поговорить об этом на кухне — с улыбкой сказала Лорен и, коснувшись моего плеча, взяла Нину за руку и потащила за собой.
Я даже не заметила, как вокруг стало пусто, и остались только мы с Элеонор. Она молча стояла у двери, не сводя с меня взгляда, словно пыталась подобрать хоть какие-то слова. Её глаза были красными и опухшими от слёз, а руки чуть дрожали.
Я и подумать не могла, что о нашем вчерашнем «приключении» станет кому-то известно, не говоря уже о том, что кто-то будет так обо мне переживать...
Несколько минут мы стояли друг напротив друга, не зная, как себя вести, но затем она подошла ближе и аккуратно коснулась моего плеча.
— Ты в порядке? — спросила она тихо.
Я едва заметно кивнула, слабо улыбнувшись.
И в этот момент она обняла меня. Так крепко, до хруста в рёбрах, словно пытаясь хоть так убедиться, что я действительно в порядке.
На мгновение я застыла на месте, не зная, как реагировать на это. Одновременно внутри боролось несколько чувств: растерянность от такой внезапной близости и странное облегчение. Я почувствовала, как по телу разливается тепло, вытесняя остатки того страха, который я испытала в момент падения.
— Я в порядке — попыталась успокоить её я — Не плачь... пожалуйста.
— Я могла потерять тебя, не успев найти — её голос сорвался, и она ещё крепче обняла меня — И я задушу его собственными руками. И меня никто не остановит.
— Боюсь, Эмрах к этому моменту его уже пристрелит... — усмехнулась я, посмотрев в сторону — Или Марсель его посадит, если успеет. Так что, до тебя очередь точно не дойдёт.
Элеонор чуть отстранилась, заглянув в мои глаза, и несколько секунд молча смотрела, однако на её лице промелькнула едва заметная улыбка.
— Что такое? — нахмурившись, спросила я.
— Ты впервые обратилась ко мне на ты — улыбнулась она, проведя рукой по моим волосам.
На секунду я замерла, почувствовав, как все слова застряли в горле. Всё это время я выстраивала между нами невидимую стену из вежливых обращений и дистанции, пытаясь защититься от правды, которую мой разум отказывался принимать. Но сейчас, в этот момент, я как никогда чувствовала себя такой уязвимой и одновременно живой.
— Я и не заметила... — тихо ответила я, опуская взгляд на свои ноги — Ну... думаю, нам пора переходить на новую ступень в отношениях.
Элеонор улыбнулась, так тепло и искренне, что у меня по телу пробежали мурашки. Она не стала развивать эту тему, понимая, насколько хрупким был этот момент для нас обеих, и просто ещё раз легонько сжала мою ладонь.
Через полчаса все парни разбежались по своим делам, оставив нас одних. Марсель поехал на работу, взяв с собой Демира в качестве доказательств, что с нами всё в порядке, а Эмрах сказал, что едет на одно важное дело, но вдаваться в подробности отказался. Я лишь надеялась, что завтра в новостях не появится информация о смерти Хоггарта...
Нина и Лорен заказали из ресторана обед, пока мы с Роззи накрывали на стол. Элеонор же с кем-то говорила по телефону, и по улыбке на её лице я поняла, что новости на том конце провода были куда более интереснее, чем происходящее на кухне.
Когда все уселись за стол, я рассказала обо всём, что произошло вчера. И не только... Пришлось начать свой рассказ с самого начала, чтобы ввести их в контекст происходящего. Несмотря на то что Роззи уже обо всём знала, она всё равно слушала эту историю словно впервые. И злилась так же, как и впервые.
— Поверить не могу... — покачав головой, прошептала Лорен — И Джон, и Лиз всегда казались такими интеллигентными и хорошими людьми. А с их старшей сестрой мы работали над совместным проектом. Я часто ужинала с ними, и их семья всегда была такой правильной... В голове не укладывается.
— Обычно у таких правильных и интеллигентных семей всегда в шкафу припрятано пару скелетов — сказала Нина, откусив лимонное пирожное — Никогда не доверяла этим богачам.
Все взгляды тут же устремились в сторону Нины. Она же, словно ничего не происходит, продолжала есть своё пирожное, просто смотря в сторону.
— Насколько я знаю, Саид Амер на свадьбу подарил тебе особняк в Италии — прервав молчание, сказала Роззи — В Венеции?
— Во Флоренции — тут же исправила её Нина — Это же грубейшая ошибка.
— Выходит, что ты теперь богата... — подхватила я мысль Роззи — Какие же скелеты в твоём шкафу скрываются, дорогая Нина?
— А я то, что — отмахнулась она рукой — Все расходы по нему взял на себя Амер. А у него скелетов шкафу... — она тяжело вздохнула — Даже если все мы сядем их считать, боюсь, не справимся.
— Лучше и не начинать — усмехнувшись, бросила Элеонор — У мужчин в шкафу обычно появляется столько скелетов, что с годами начинаешь заново узнавать этого человека.
— Это верно — подметила Лорен, склонив голову набок — В отношениях они раскрываются совершенно по-другому. И что самое обидное, узнаёшь ты об этом уже после того, как влюбилась и сделать ничего не можешь.
— Может, ты уже озвучишь имя своего избранника — возмутилась Роззи, бросив недовольный взгляд на мать.
Лорен закатила глаза, сдерживая улыбку. О своём избраннике она почти не говорила, но мы с Роззи смогли выяснить, что ему больше сорока и у него есть взрослый сын нашего возраста. Сам же он владел огромной сетью отелей по всему миру, но всё равно предпочитал оставаться в тени.
— Саиду приснился сон, что я с ним развелась — сказала Нина, театрально вздохнув и пытаясь перевести тему с подруги на себя — Он проснулся в холодном поту, клялся мне в вечной любви и умолял даже не думать о таком. Я, конечно, сделала загадочное лицо и ответила, что «подумаю», хотя даже не думала об этом...
— Нужно было сразу попросить что-то взамен — усмехнулась Роззи, а в её глазах блеснул знакомый огонёк.
— Я и попросила — Нина хитро прищурилась, отпивая глоток кофе — Я потребовала рассказать мне что-то по-настоящему провокационное о Мадлене.
Все снова посмотрели на Нину, явно не ожидая услышать подобное.
— Ну а что... — пожала она плечами — Всегда нужно иметь козырь в рукаве, мало ли когда эта змея решит снова укусить.
— И что ты узнала? — Лорен подалась вперёд, явно сгорая от любопытства.
Нина выдержала эффектную паузу, убедившись, что даже Элеонор отвлеклась от телефона.
— Саид долго отнекивался, мямлил, что это не его тайна, но... против моих методов не устоять — Нина понизила голос до шёпота, словно кто-то мог её услышать — Оказывается, Мадлена забеременела вовсе не сама, а с помощью ЭКО. Представляете? Давуд даже это нормально сделать не смог...
Услышав это, я замерла. Я была уверена, что она забеременела сама, и поэтому с такой гордостью говорила о своей беременности. Но оказалось, что даже в этом она солгала. Я настолько глубоко ушла в себя, переваривая эту новость, что даже не слышала, о чём говорили остальные за столом.
Внезапно мои мысли прервал звонок в дверь. Я инстинктивно встала из-за стола, подошла к двери и открыла.
На пороге стоял Натан.
Он выглядел так, будто не спал несколько суток... Тёмные круги под глазами, взъерошенный волосы и тяжёлый взгляд.
Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Судя по всему, новость о моей «кончине» дошла и до него, что полностью оправдывало его состояние.
Не сказав ни слова, он резко притянул меня к себе. Я растерялась, уткнувшись лицом в его холодную от уличного воздуха куртку. Натан сжал меня в объятиях с такой силой, что казалось, ещё чуть-чуть и он поднимает меня наверх.
— Сестрёнка... — прошептал он тихо, и его голос дрогнул.
— Что, тоже испугался, но не успеешь извиниться? — спросила я усмехнувшись.
Чуть отстранившись, он посмотрел на меня, и на его лице промелькнула странная улыбка. Взяв за руку, он вдруг потащил меня в гостиную, и, пройдя мимо кухни, выкрикнул:
— Мы скоро. Не скучайте.
— Натан, что ты делаешь? — спросила я, продолжая идти за ним.
Он закрыл дверь и, прислонившись к ней, скрестил руки на груди. На мгновение в комнате повисло молчание, и тишина стала весьма ощутимой. Я села на диван, закинув ногу на ногу, молча наблюдая за ним. Спустя несколько секунд он всё же отошёл от двери и встал у окна, словно собираясь с мыслями.
— Знаешь... — наконец заговорил он — Когда мы были детьми, мне всегда казалось, что происходит что-то неправильное. Мне тогда было двенадцать, а тебе всего пять, но я уже тогда понимал, что счастливыми в этой семье мы точно не будем. Мама не любила тебя, а папа не особо любил меня. Да и в целом он никого кроме себя не любил.
Он сделал паузу, всё так же не оборачиваясь.
— Но если я получал хотя бы её любовь, то ты не видела абсолютно ничего. Помню, дедушка как-то сказал, что люди, выросшие без любви, становятся злыми и несчастными. Но время шло, а ты, несмотря на всё, что с тобой происходило, оставалась доброй и даже в самой мелочи находила повод для радости — голос Натана смягчился, а в нём прозвучала та самая ностальгия — Ты играла с цветами в саду и разговаривала с ними так, словно они были твоими единственными друзьями, а я смотрел на тебя из окна и не понимал, как в таких условиях, мог вырасти такой чистый ребёнок.
Я молча слушала его, чувствуя, как по щекам медленно стекают слёзы. Обычно люди мечтали вернуться в детство, и вновь прожить всё то, что чего им не хватало во взрослой жизни. Но я ненавидела своё детство, потому что никак не могла повлиять на свою жизнь. Я ждала того дня, когда мне исполнится восемнадцать и что-то изменится. Но годы шли, и чем старше я становилась, тем отчётливее понимала, что возраст в этой семье значения не имеет. Особенно если ты девочка.
— Ты верила всему, что тебе говорили, а они... — продолжил Натан, наконец посмотрев на меня — Они просто пользовались этим светом, чтобы самим не захлебнуться в своей тьме. Но у них всё равно ничего не вышло.
От его слов внутри всё сжалось.
— Как ты узнал? — едва слышно спросила я — О том, что... что мы с тобой не...
Мысленно я уже привыкла к тому, что моими родителями были Арс и Элеонор. Но у меня до сих пор не поворачивался язык назвать Натана неродным братом. Пусть в моём детстве и было мало хорошего, но я всегда знала, что у меня есть старший брат.
— Не смей — перебил меня Натан, подходя ближе.
Он опустился на корточки передо мной и осторожно взял меня за руку.
— Ты моя сестра, Мелисса — прошептал он, глядя в мои глаза — Это ничего не меняет. В этой правде только эта истина помогает мне держать себя в руках и окончательно не сломаться.
На мгновение он замолчал, чуть крепче сжав мою руку.
— Я не был тем братом, которого ты заслуживала — продолжил он — Но я всегда гордился тем, что у меня была самая лучшая младшая сестра — его голос окончательно сорвался, превратившись в едва слышный шёпот — Ты даже не представляешь, как сильно я скучаю по тем дням, когда мы оставались дома одни, стаскивали с дивана в гостиной все подушки и бросали их на пол. Затем заказывали что-то вредное и включали сериал, зная, что завтра Нина будет ругаться и заставит меня пылесосить...
Я тихо рассмеялась, всхлипнув, и посмотрела в сторону.
— А помнишь, как она один раз вернулась раньше времени и нашла спрятанную коробку из-под пиццы и выбросила её? А потом потащила нас на кухню и заставила смотреть на то, как она готовит.
— Помню — расплываясь в улыбке, ответил Натан — Она тогда три часа читала нам лекцию о вреде фастфуда и без остановки повторяла, что вкуснее домашней еды ничего нет. И пока она причитала, её пицца сгорела...
Мы тихо рассмеялись, вспомнив её лицо в тот день. Я прикрыла глаза, и на мгновение мне показалось, что я снова чувствую запах той пиццы и слышу ворчание Нины. Это было так просто и так правильно. В те дни мы были счастливы, но только тогда, когда рядом не было наших родителей, испортивших нам детство, и дедушки, вечно причитающего о правилах и традициях. Но иногда и с ним было лучше, чем в обществе Давуда и Мадлены.
Натан осторожно коснулся моей щеки, стирая дорожку от слёз. Его пальцы слегка дрожали, и в этом жесте было столько раскаяния и невысказанных слов, что у меня снова перехватило дыхание.
— Знаешь, я ведь помню Арса — тихо прошептал — Пока родители ругались, а дедушка пытался вставить свои пять копеек в моё воспитание, только он проводил со мной время. Помню, когда его не стало и бабушка плакала в его комнате, она сказала, что отдала бы даже свою жизнь, лишь он вернулся.
Он глубоко вздохнул, посмотрев в сторону.
— И через несколько дней она умерла... Я тогда думал, что Арс вернётся, раз она ушла, но его нигде не было. А потом...родилась ты. Самое прекрасное, что могло случиться с этой семьёй. И когда я узнал, что ты его дочь, я, наконец, понял, в кого ты такая добрая и сильная.
На какое-то время в комнате повисло тяжёлое молчание, словно каждый из нас пытался переваривать те слова, что прозвучали сейчас в этой комнате.
— И я не сказал тебе только потому, что, не знал, как вообще можно произнести это вслух — продолжил он, наконец нарушив молчание — Я должен поговорить с тобой сам и смягчить удар, но... не успел. Прости меня.
Я потянулась к нему и крепко обняла. Натан на мгновение замер, словно не веря, что после всего, я, наконец, проявила чуточку нежности по отношению к нему. Но уже через секунду его руки крепко обхватили меня в ответ. Он уткнулся лицом в моё плечо, и я почувствовала, как его плечи судорожно вздрогнули.
— И для меня тоже ничего не изменилось — тихо сказала я — Конечно, ты бываешь тем ещё засранцем, но ты мой брат, и я тебя люблю.
Он тут же посмотрел на меня, расплываясь в улыбке.
— Да-да, запомни это надолго — прищурилась я, склонив голову набок — Кто знает, когда ты снова накосячишь и когда я в следующий раз это повторю.
Натан тихо рассмеялся, вновь потянувшись ко мне, и крепко обнял. Я прикрыла глаза, положив голову на его плечо, и почувствовала, как ещё один пазл внутри постепенно сложился.
Казалось, всё стало налаживаться, если не вспоминать о Хоггарте и его сестре. Мы с Марселем, наконец, вернулись домой и теперь, когда между нами больше не было никаких секретов, наши отношения стали ещё крепче. К слову, он всё-таки убрал камеры из моей квартиры, оставив их только в прихожей.
Пусть и ненадолго, но мы решили забыть обо всех проблемах и просто наслаждаться жизнью. Марсель взял несколько выходных, и мы провели их дома, собирая пазлы и одновременно смотря Игру Престолов. Я смотрела этот сериал трижды, но Марсель окунался в мир Джорджа Мартина впервые.
И обычно такой собранный и серьёзный прокурор, теперь сидел в простом домашнем джемпере, сосредоточенно пытаясь подобрать кусочек пазла с фрагментом красивого заката и одновременно комментировал события в сериале. Глядя на него, я не могла сдержать улыбки, наслаждаясь этим моментом.
— Сдаётся мне, этот кусок вообще из другого набора — проворчал он, хитро взглянув на меня — Или кто-то специально его спрятал, пытаясь продлить моё поражение.
— Прокурор, вы просто не умеете проигрывать — рассмеялась я, прислонившись к его плечу.
— Зато я отлично выигрываю — приподняв бровь, произнёс он — Могу показать...
Он притянул меня к себе, переводя взгляд с моих глаз на губы. Я потянулась к нему, чтобы поцеловать, как вдруг раздался звонок в дверь.
— Может, отключим этот звонок или сломаем? — спросил раздражённо Марсель, закатив глаза — А то кто-то обязательно должен прийти сюда не вовремя.
— Гости — это... к счастью — ущипнув его за бок, сказала я — Иди открывай.
— С каких пор ты так думаешь? — спросил он, приподняв бровь.
— Ну... — я посмотрела в сторону, сдерживая улыбку — Смотря какие гости...
— Вот-вот — усмехнулся он, встав с пола, и неторопливо направился к двери.
Я продолжила собирать пазл, как вдруг услышала знакомый голос. Это был Демир. Но теперь, вместо привычного самодовольного тона, в его голосе проскользнула неуверенность, смешанная со страхом.
— Что случилось? — настойчиво спросил Марсель.
Я тут же поднялась с пола и направилась в холл. Это действительно был Демир, только он был не один, а вместе с Аннабель.
Увидев её, я застыла на месте, не веря своим глазам. Она стояла чуть позади него, едва заметно сжимая его руку, словно только это помогало ей держаться на ногах. Но что поразило меня больше, так это её вид... она стояла там, с разбитой губой и синяками по всему телу.
— Кто это сделал? — не выдержав, спросила я.
— Её конченый муж — с ненавистью в голосе произнёс Демир — Я выкрал её и отвёз к себе, но туда он приедет в первую очередь, как только узнает, где я живу. Поэтому...
Он сделал небольшую паузу, виновато посмотрев на Марселя.
— Я подумал, что здесь, хотя бы Бель будет в безопасности. Если вы, конечно, не против...
— Конечно, нет — твёрдо ответил Марсель — Захотите в дом. Поговорим внутри.
Они вошли, и мы медленно прошли в гостиную. Пока Марсель и Демир вполголоса обсуждали что-то у окна, я налила стакан воды и подошла к Аннабель. Она выглядела такой хрупкой и беззащитной, что что-то внутри меня дрогнуло.
— Спасибо — едва слышно прошептала она, держа стакан дрожащими пальцами.
— Тебе что-то нужно? — тихо спросила я, опускаясь рядом с ней.
— Мне нужно в ванную... — она запнулась, подбирая слова, и прижала свободную руку к груди.
— Конечно, идём — я встала и осторожно взяла её за плечи, направляясь к коридору.
Вдруг она резко зажмурилась и остановилась пошатнувшись. Её лицо, и без того бледное, стало ещё белее.
— Что такое? Что с тобой? — испуганно спросила я, заглянув ей в глаза.
— Меня тошнит... — выдохнула она, с трудом сглатывая.
— Может быть, поедем в больницу? — мой голос дрогнул — Пусть тебя осмотрят врачи, это может быть сотрясение или шок.
Она покачала головой, и в её взгляде промелькнуло что-то такое, от чего у меня перехватило дыхание.
— Я знаю, что со мной — наконец произнесла она, глядя куда-то сквозь меня.
Наступила долгая, звенящая пауза, и на мгновение мне стало не по себе.
— Я беременна — закончила она, и это признание повисло в воздухе.
———————————————————————————————
Глава подошла к концу, но история продолжается...🩷
💌 Обсуждения, спойлеры и всё-всё — в моём тгк: fatieamor | бабочки не спят