Танец Сердец: в поисках истинной любви

Я сидела, не двигаясь, словно меня прибили к самой кровати. Слова Марселя крутились в моей голове, но до конца не укладывались, будто этой «правдой» он смешал две разные реальности... ту, что я знала, и ту, о которой даже не подозревала. Было ощущение, что почва медленно уходит из-под ног, и я просто смотрела в сторону, не понимая, как на это реагировать.

Когда мы только познакомились с Роззи, она рассказала мне о том, что не знает своего отца и никогда о нём не слышала. Она говорила об этом так легко, словно это была давняя рана, к которой она давно привыкла и которая уже не болит. Я знала, что Лорен встречалась с человеком, который был женат, но соврал ей об этом. Она рассказывала, что он исчез, оставив её совершенно одну, напуганную и слишком юную. Лорен воспитывала Роззи совершенно одна, совмещая материнство с учёбой и работой. Она жила в другом городе, и ей было некому помочь, поэтому она сделала всё, чтобы дать Роззи ту жизнь, которой у неё самой не было. Особенно настоящую, материнскую поддержку. Я всегда смотрела на них с радостью и грустью одновременно, ведь мне всегда хотелось иметь такую маму, как она. Я знала, что Лорен винила себя за связь с тем человеком и признаться честно... ненавидела его сама. И сейчас... у меня даже не было слов, чтобы описать происходящее.

Я провела рукой по волосам, пытаясь собраться с мыслями, но это совсем не помогало.

— Роззи? — наконец прошептала я, до сих пор не веря своим ушам.

Марсель молчал. Словно только сейчас по-настоящему понял, что сказал. Его взгляд стал чуть тяжелее, спокойнее, будто он пытался подобрать правильные слова.

— То есть... — я сделала короткую паузу, потому что иначе голос мог дрогнуть — Роззи дочь мэра Эбера?

Он едва заметно кивнул. Моё сердце неприятно кольнуло оттого, что я только сейчас до конца начала осознавать его слова и не понимала, что делать дальше. Новость о смерти Марка отошла на второй план. 

— И давно ты знаешь? — спросила я нахмурившись.

— Почти с самого начала — спокойно ответил он.

Его чрезмерное спокойствие раздражало. Будто для него всё это было обычным делом, а не открытие, которое могло перевернуть жизнь многих. Особенно Роззи, которая ни на секунду не выходила из моей головы.

— Откуда? — после короткой паузы спросила я.

Марсель отвёл взгляд в сторону и несколько секунд молчал, склонив голову набок, словно пытался подобрать нужные слова.

Я сбросила с себя одеяло и села напротив него, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения. Его молчание медленно, но верно начинало выводить меня из себя.

— Ну? — я посмотрела ему прямо в глаза — Говори.

— Когда ты поступила — начал он после недолгой паузы — я стал узнавать информацию обо всех, с кем ты общаешься и учишься.

— Что? — я вскинула брови, не скрывая удивления.

— В целях безопасности — спокойно парировал он, словно это было очевидно.

— Да, конечно — фыркнула я — Рассказывай мне тут... проворачивал свои дела за моей спиной, прокурор?

Марсель едва заметно улыбнулся, будто не мог сдержаться.

— Ты в тот период была немного нервная — произнёс он с лёгкой насмешкой, поджав губы.

В этот момент я ущипнула его за бок, слегка поморщив нос.

— Ай... — он нахмурился, будто до сих пор не привык к этому жесту. Я же, не отрывая от него взгляда, продолжала допрос и не собиралась оставлять его в покое.

— Заслужил — приподняв бровь, ответила я — Ладно, об этом потом поговорим. Рассказывай, что было дальше?

Марсель лишь вздохнул и вернулся к теме:

— Я действительно о тебе волновался и всего-навсего проверял информацию. Так и добрался до Лорен, а потом узнал, что она была в отношениях с этим человеком. Несложно было сопоставить все сроки и сложить картинку в один пазл.

Я сжала пальцы в кулак, пытаясь осознать услышанное. Не знаю, что именно выводило меня из себя больше: то, что он проворачивал подобное за моей спиной, или то, на что ещё он был способен и сколько всего знал.

— Роззи знает? — спросила я тихо, почти шёпотом.

— Нет — ответил он спокойно.

— И зачем ты мне это рассказал? — возмутилась я, нахмурившись — Как я теперь буду хранить секрет?

Марсель лишь мягко улыбнулся, не сводя с меня взгляда, словно всё это забавляло его.

— Должна хранить — сказал он, взяв меня за руку — Пока Лорен не захочет рассказать ей сама... Думаю, теперь она не станет с этим тянуть.

— Не могу поверить... — прошептала я, обводя взглядом комнату, словно она могла дать мне ответы на все мои вопросы — Леон брат Роззи...

— Ты когда-нибудь забудешь его имя? — приподняв бровь, спросил он.

Я повернулась к нему и прищурилась, не сводя взгляда.

— Ревнуешь? — спросила я с лёгкой игривостью в голосе, наслаждаясь его реакцией.

— Ревную — ответил он серьёзно, даже не моргнув — Ты только моё имя можешь произносить.

— Так мне теперь всех твоим именем называть? — усмехнулась я, с трудом сдерживая улыбку — Боюсь, люди не поймут.

Марсель медленно наклонился ко мне, притягивая за талию. На несколько секунд он задержал взгляд на моём теле... точнее, на том, что на мне было. Его взгляд скользил по мне медленно, но уверенно, словно запоминая каждую деталь.

Я заметила, как его дыхание стало прерывистым, а уголки губ слегка дрогнули. Он, наконец, поднял взгляд на мои глаза, и этот жест заставил меня замереть. Сердце колотилось так быстро, а руки невольно сжались на одеяле.

— Так у нас что-то было? — я попыталась перевести тему, стараясь сохранять спокойствие в голосе.

— Может быть... — ответил он тихо, чуть наклонив голову.

— Марсель, скажи правду — настаивала я, глядя ему прямо в глаза.

На мгновение он замер, словно взвешивая то, что собирался сказать.

— А если было? — произнёс он наконец, чуть улыбнувшись.

Я тяжело выдохнула и едва заметно улыбнулась в ответ.

— Тогда хорошо, что я ничего не помню — сказала я, закатив глаза, и почувствовала, как внутри что-то дрогнуло.

В комнате повисла лёгкая тишина. Взгляд Марселя, мягкий и не требующий слов, медленно скользил по мне, а сердце вдруг начало биться ещё быстрее.

— Мне нужно ехать — внезапно сказал он, нарушая повисшее между нами молчание. Его голос немного изменился, словно игра закончилась и осталась только работа.

— Куда? — спросила я, покачав головой.

— На работу — уже серьёзнее ответил он — Меня ждут на месте преступления.

И только в этот момент я вспомнила о том, что случилось всего пару минут назад... Эбер, Роззи, тело и... то место. Внезапно в голове промелькнула мысль о том, что всё случившееся неслучайно, и я поняла, что мне срочно нужно оказаться на том месте.

— Я с тобой — сказала я твёрдо, поднимаясь с кровати.

Марсель усмехнулся, медленно покачав головой, словно я только что попросила что-то невозможное. Его взгляд стал мягким, но упрямым... именно так он смотрел на людей, которые пытались переубедить его, не имея ни одного шанса на успех.

— Ни за что — произнёс он спокойно, будто ставил точку в этом разговоре.

Только он, видимо, ещё не понял, что точку всегда ставила именно я.

— Марсель... ну, возьми меня с собой, пожалуйста. Ты ведь меня уже брал — сказала я, скрестив руки на груди.

Он слегка задумался, и на его губах заиграла та самая ухмылка — наглая, уверенная, раздражающая и до жути соблазнительная.

— Давно не брал... — протянул Марсель, склонив голову чуть набок. Он пытался выглядеть серьёзным, но глаза мгновенно выдали его... в них блеснул знакомый огонёк.

Я моргнула, не сразу поняв его намёк. Прошло несколько секунд, прежде чем смысл его слов ворвался в мою голову.

— Я не об этом, извращенец! — процедила я и тут же ущипнула его за бок, достаточно сильно, чтобы он поморщился, но не настолько, чтобы всерьёз начал жаловаться — Я про место преступления — добавила я, слегка нахмурившись.

Марсель тихо рассмеялся, покачав головой. Он скользнул взглядом по моему лицу так, словно изучал каждую эмоцию, которая успела отразиться на нём.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста — тараторила я без остановки, будто от этого зависела моя жизнь — Возьми меня с собой.

Он медленно выдохнул, словно моё упорство было отдельной проблемой, с которой ему приходилось мириться.

— Зачем? — спросил он спокойно, но в голосе проскользнула нотка недоверия.

— Мне нужно... — ответила я, отводя взгляд куда-то в сторону.

Я не собиралась говорить ему, что уже давно копаюсь в этом деле сама. Есть вещи, которые Марселю знать было совсем необязательно, по крайней мере, сейчас. Я знала, что если он узнает, то снова «запретит» мне что-то.

Марсель нахмурился, словно прочитал мои мысли.

— Мелисса, это убийство сына мэра. Там будет полно людей, камер и вопросов.

— Меня никто не заметит — уверенно парировала я.

— Тебя заметят даже в огромной толпе — едва заметно улыбнувшись, ответил он — Даже если ты переоденешься в мешок, всё равно будешь выделяться.

— Мне, конечно, очень приятно — я медленно провела пальцами по его щеке — Но это не аргумент.

Марсель чуть улыбнулся, едва заметно, будто эта улыбка вырвалась в самый неподходящий момент.

— Ты ведь не отстанешь? — спросил он наконец, будто уже заранее знал ответ, но всё равно хотел его услышать.

Я медленно покачала головой, едва сдерживая улыбку, словно проверяя его выдержку. Если Марсель был упрямым, то я была настойчивой. Порой чересчур, поэтому я знала, что в итоге он всё равно возьмёт меня с собой.

— Ну, Марсель — почти промурлыкала я, наклоняясь чуть ближе — Возьми меня.

— Взять? — притянув меня ближе, прошептал он низким голосом у самого уха — Ты уверена, что правильно формулируешь свои просьбы?

От его тона у меня по спине пробежали мурашки. Он смотрел на меня так, будто всецело имел надо мной власть, и всё же в его взгляде промелькнул тот самый огонёк, который сводила меня с ума...

— Я про место преступления — выдохнула я, стараясь сохранять спокойствие — Не начинай снова о своих извращённых мыслях.

Марсель тихо хмыкнул, словно ждал именно этих слов.

— Ладно — его голос стал низким, немного дерзким, будто он наслаждался всем происходящим — А что я получу взамен?

Я скрестила руки на груди, склонив голову набок.

— Вопрос в том, что ты хочешь получить.

Марсель задумался... совсем ненадолго, но по тому, как он опустил взгляд, я поняла, что он уже согласен.

— Три желания — спустя несколько секунд произнёс он.

— Желания? — переспросила я, чуть прищурившись.

Марсель медленно кивнул, сдерживая улыбку. Он скользнул по моим глазам и на несколько секунд задержался... а затем опустил его на губы. На мгновение всё вокруг словно перестало существовать, оставив лишь едва ощутимое движение от его взгляда, отчего внутри становилось слишком жарко...

Я выдохнула и с равнодушием, которого во мне точно не было, спокойно произнесла:

— Ладно. Идёт.

Марсель приподнял бровь, будто удивляясь моему решению, несмотря на то что прекрасно знал, что я соглашусь на все его условия.

— И ты даже не спросишь, какие именно желания? — медленно произнёс он, скользя рукой по моему плечу.

— Я примерно догадываюсь — ответила я, демонстративно закатив глаза, что сама едва сдержала улыбку.

Марсель лишь усмехнулся и хотел что-то сказать, но не успел. Я резко приблизилась к нему, и быстро, почти игриво, чмокнула в щёку. Его глаза расширились едва заметно, будто я сделала что-то совершенно невозможное, и как только он попытался схватить меня за руку, я спрыгнула с кровати и побежала в ванную.

— Мелисса...

— Я быстро! — крикнула я через плечо, закрывая за собой дверь.

Стоя под тёплой водой, я постепенно начала вспоминать вчерашнюю ночь. Мои щёки мгновенно вспыхнули от осознания, что я действительно пыталась его соблазнить, и в этот момент я была безумно рада, что он этого не видит.

Но тут мысли неожиданно повернули в другую сторону. Очередное убийство... на том же месте, только теперь это был мужчина, а не женщина. Впервые за несколько месяцев. В голове просто не укладывалось происходящее, ведь я изучила столько похожих дел, строила догадки, искала связи, а теперь всё это словно рушилось на глазах.

Во всём этом было что-то странное и совершенно необъяснимое. В других штатах маньяк убивал по семь девушек одного типажа, и на этом его «ритуал» прекращался. После этого он выжидал какое-то время, а затем история снова повторялась. Три штата, семь девушек. И теперь в нашем университете происходило то же самое, а до завершения ритуала маньяку оставалось всего две последние жертвы. Поэтому я была абсолютно уверена, что убийство Марка Эбера не было случайным совпадением. Я пыталась собрать кусочки в голове, но они никак не хотели складываться. Это была часть тщательно спланированной цепи событий, и теперь ставки стали ещё выше.
Именно поэтому я хотела поехать туда и увидеть всё своими глазами.

Приняв душ, я накинула на себя халат, быстро уложила волосы в локоны и сделала лёгкий макияж. Когда я вышла из ванной, Марселя уже не было в спальне, однако он заправил кровать и аккуратно сложил разбросанные по полу вещи. На мгновение я застыла на месте, вновь удивляясь тому, каким внимательным и чутким он был.

Я быстро пробежала в гардеробную, вытащила первые попавшиеся джинсы и подобрала к ним простую футболку.
Марсель уже ждал внизу, одетый в чёрные брюки, тёмный облегающий свитер и кожаную куртку. Я же, набросила на себя чёрное пальто, стараясь не выделяться, и медленно спустилась по лестнице.

Он стоял у двери, скрестив руки на груди, а его взгляд скользил по мне, сдерживая улыбку.

— Готова?

Я кивнула, ощущая, как сердце забилось быстрее, предвкушая то, что ожидало меня дальше. Марсель протянул мне руку, и я аккуратно вложила в неё свою, словно между нами ничего не произошло.

Он слегка улыбнулся, когда почувствовал мою руку в своей. Казалось, это было знакомое и совершенно естественное движение, но несмотря на это, внутри всё сжималось от странного чувства внутри.

Всю дорогу мы ехали молча, словно каждый из нас был в своих мыслях и не решался озвучить их вслух. Я же думала лишь о том, что могло повлиять на решение убийцы отойти от намеченного плана. Когда мы подъехали к месту преступления, я заметила множество полицейских, пытавшихся удержать любопытных подальше от места событий.

Марсель отстегнул ремень безопасности и повернулся ко мне. Его взгляд был чересчур сосредоточен, и я понимала, что в этот момент он включил прокурора. Этот переключатель срабатывал мгновенно, стирая всю мягкость и игривость, оставляя только тот самый расчётливый взгляд, которым он мог оценить каждую деталь происходящего.

Стараясь вести себя как обычно и не замечая его заскоков, я принялась отстёгивать ремень, как вдруг рука Марселя накрыла мою.

— Ты никуда не идёшь — наконец произнёс он, не сводя с меня взгляда.

— Ну, Марсель... — прошептала я, взяв его за руку. Я надеялась, что мои чары в очередной раз помогут, но он оказался непреклонен. Его взгляд был чересчур сосредоточен, и я сразу поняла, что сейчас никакие уговоры и прикосновения не смогут заставить его уступить.

— Не сработает — серьёзно ответил он — Дальше тебе нельзя. Не сейчас точно.

— И ради этого я отдала тебе три желания? — с лёгкой усмешкой переспросила я.

— Ты попросила взять тебя с собой на место преступления — спокойно сказал он, приподнимая бровь — Я взял. Но пока тебе туда нельзя.

— Пока не увезут труп? — спросила я, всматриваясь в его лицо.

Марсель посмотрел в сторону, устремляя взгляд вдаль, на хаос вокруг места преступления. Его глаза скользнули по полицейским, ограждениям, машинам скорой помощи, а затем вернулись ко мне.

Я сидела, надув губы, и скрестила руки на груди, изображая недовольство и обиду, несмотря на то что знала, что он был прав.

— Мелисса... — он осторожно сжал мою руку — Если ты хочешь посмотреть на тело, я чуть позже отвезу тебя в морг, и ты сможешь выбрать любое, которое тебе только понравится.

Я посмотрела на него, склонив голову набок.

— Какой вы циничный, прокурор — ответила я прищурившись.

— Возможно, но ты должна понять — проложил он, сжимая мою руку сильнее — это не игра и не шутки. Здесь всё серьёзно. Поэтому прошу, подожди меня в машине.

Его голос был твёрдым, а взгляд серьёзным, но в этом была та сила и упрямство, которые не оставляли места для возражений. Я опустила взгляд, глубоко вздохнула и поняла, что спорить бессмысленно.

— Ладно — тихо произнесла я, смирившись и всё же не скрывая разочарования — Иди.

На его лице появилась лёгкая, почти невесомая улыбка, но такая короткая, что я даже не успела толком рассмотреть её.

Марсель наклонился ко мне и прежде, чем я успела понять, что он собирается сделать, его губы мягко коснулись моих. Этот поцелуй оказался другим, не таким, как в наших играх, где каждый из нас пытался перехитрить другого... в нём не было ни вызова, ни желания что-то доказать. Он был осторожным, неожиданно нежным и таким тёплым, будто он пытался сказать мне больше, чем мог произнести вслух.

И в ту секунду я осознала, что за пределами машины происходит что-то страшное и важное, но здесь, внутри, время словно остановилось и остались только мы.

Марсель мягко отстранился, словно возвращая меня в реальность и задержав взгляд на моём лице, медленно открыл дверцу и вышел из машины. Несколько секунд я просто сидела, застыв на месте, наблюдая, как его фигура исчезает за тем хаосом, что творился снаружи. Сердце до сих пор бешено колотилось, словно вот-вот собиралось выпрыгнуть из груди. Этот сумасшедший прокурор всегда умел застать меня врасплох, и ещё несколько минут я сидела, пытаясь собраться с мыслями.

Снаружи действительно творилось нечто необъяснимое. Прежде Марсель уже брал меня с собой на места преступления, но я ещё никогда не видела такого переполоха.

И всё же, несмотря на происходящее, в моей голове настойчиво звучало только одно имя — Роззи... Мысли возвращались к ней снова и снова, и я никак не могла переключиться на происходящее. Я не знала, что будет дальше, но сильно злилась на Марселя за то, что он мне всё рассказал. Он не должен был говорить мне о том, что принадлежало не ему. Это была тайна Лорен, её жизнь и история, и она сама должна была рассказать об этом Роззи, когда придёт время. И теперь, зная об этом, я даже не представляла, что будет дальше и как смотреть подруге в глаза, делая вид, что я ничего не знаю. Поэтому мне оставалось только надеяться, что Лорен уже ей всё рассказала, или хотя бы планирует это сделать в ближайшее время. Потому что если нет... то я даже не представляла, что будет дальше.

Внезапно из мыслей меня вырвал чей-то резкий крик. Я попыталась разглядеть происходящее сквозь лобовое стекло, но всё, что я видела, это мелькающие силуэты. Поэтому я осторожно приоткрыла дверь и вышла.

Холодный воздух сразу ударил в лицо, будто напоминая, что всё вокруг реально, и чем дальше я отходила от машины, тем громче становился шум. Я сделала несколько осторожных шагов, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, словно предупреждая меня о том, что дальше лучше не идти.

И на третьем шаге я замерла, словно кто-то схватил меня за плечи и остановил. Перед глазами постепенно появлялась картина, которую я совсем не была готова увидеть, и мир вокруг словно застыл...

По узкому проходу между полицейскими медленно пронесли чёрный мешок. Он мягко покачивался в руках сотрудников, будто напоминая, что внутри находится на вещь, а человек, у которого ещё вчера были планы на жизнь... да и сама жизнь.

Тело Марка Эбера...

От происходящего у меня перехватило дыхание. Я была уверена, что его смерть несовпадение, что в случившемся был какой-то тайный смысл, но видеть это в действительности оказалось страшнее, чем я думала.

Где-то рядом негромко отдавались команды, кто-то разговаривал по рации, щёлкали камеры, но я ничего не слышала. Мой взгляд дрогнул и метнулся в сторону Марселя... Он стоял чуть в стороне от остальных, чересчур сосредоточенный, с тем самым выражением лица, которое появлялось у него только в минуты полной концентрации на своей работе. Он говорил с кем-то из криминалистов, и по тому, как внимательно он его слушал, я поняла, что информация, которую он получил, была важной. Слишком... Его брови едва заметно сдвинулись, а взгляд стал жёстче.

Я огляделась по сторонам, пытаясь отвлечься от происходящего. Поэтому пока Марсель строил из себя важного прокурора, я решила немного пройтись в сторону моста недалеко от старого кампуса. В той стороне не было ни единой души, и лишь лёгкий ветер играл с моими волосами, напоминая о том, что всё это действительно происходит наяву.

Казалось, что мир вокруг застыл, оставив меня наедине с собственными мыслями, в которых одновременно смешались чувство тревоги, удивления и чего-то неуловимого, не давая сосредоточиться ни на чём конкретном.

Я шла медленно, погружённая в свои мысли, стараясь отвлечься и ни о чём не думать, но внутри всё равно было неспокойно. Остановившись у моста, мой взгляд вдруг упал на землю, зацепившись за что-то блестящее, выглядывающее из-под небольшого листка. Я наклонилась и осторожно подняла находку. В руке оказалось кольцо. Оно так блестело на свету, что сразу стало ясно — это очень дорогая вещь. Кольцо было невероятно красивым, изысканным, с оттенком роскоши, который тут же приковывал к себе внимание. Я застыла на месте, разглядывая его несколько минут, и вдруг заметила небольшую гравировку внутри: «Лиз от Джонатана...».

Я осторожно перевернула кольцо в пальцах, ощущая его тяжесть и холодный блеск металла. Гравировка была аккуратной, почти невидимой, словно предназначенной только для глаз его обладательницы.

«Лиз от Джонатана...» — снова прошептала я про себя. Интересно, кто мог потерять такое кольцо в этом месте? Оно было слишком красивым и слишком дорогим, чтобы случайно оказаться на земле.

Положив его в карман, я снова посмотрела на место, где нашла его. Среди разноцветных листьев больше ничего не лежало, но странные капли красного цвета бросились в глаза. Они были тёмного цвета, слегка размазанные по земле, словно кто-то пытался скрыть их или спрятать.

«Может краска?» — задумалась я на мгновение, стараясь отвлечь себя от ненужных мыслей. Это было вполне логично, ведь решётки у моста были окрашены красным, и капли могли как-то попасть на это место. Я уже собиралась наклониться, чтобы разглядеть их поближе, но внезапно из кармана раздался звонок.

Достав телефон, я увидела на экране имя Роззи. На мгновение я замерла, чувствуя, как сердце забилось быстрее, но не раздумывая, сразу ответила на звонок.

— Милая... — раздался встревоженный голос подруги — Мы можем увидеться?

— Конечно — сказала я, тут же направляясь к выходу — Ты дома?

— Да... — тихо, почти шёпотом, ответила она.

— Я сейчас приеду.

Быстрым шагом я направилась к машине. Услышав её голос, мне стало не по себе, и всю дорогу я думала только о том, в каком состоянии она сейчас находится. Мне хотелось как можно быстрее оказаться рядом и крепко обнять её.

Марсель всё ещё обсуждал что-то с сотрудниками, не замечая моих перемещений. Я села за руль и, не думая, поехала к Роззи. По голосу я понимала, что, скорее всего, Лорен уже поговорила с ней и я даже не представляла, что она сейчас чувствует.

По дороге к ней я думала о кольце и тех странных пятнах на земле. Забыть подобное украшение в безлюдном месте было слишком странно, только если его обладательница случайно не обронила его там, куда-то торопясь. Но не заметить пропажи тоже весьма странно, и было ясно, что кольцо лежало там не пару часов. Поэтому я взяла его, чтобы попробовать найти информацию о владелице кольца, к тому же наличие гравировки могло мне помочь.

Подъехав к дому, я заглушила двигатель и, взяв сумку с пассажирского сидения, вышла из машины. Когда Роззи открыла дверь, увидев её, внутри меня что-то дрогнуло. Её глаза были красные и опухшие от слёз, а руки дрожали, словно она с трудом сдерживалась, чтобы снова не расплакаться.

— Ты знаешь, да? — спросила Роззи, как только увидела меня на пороге.

— Как ты поняла? — нахмурилась я, надув губы.

— По твоему взгляду — сказала она тихо, едва заметно улыбнувшись — Я тоже не могу тебе врать...

Я посмотрела в сторону, чувствуя, как внутри всё сжимается и разрывается одновременно. Она всегда понимала меня по одному лишь взгляду, как и я её, и сегодня эта связь вдруг обрела новый смысл.

— Мне утром Марсель сказал... — едва слышно прошептала я.

— А мне мама... — её голос предательски дрогнул — Открыла правду века.

Я подошла к ней ближе и обняла. Роззи была совершенно разбита, её руки задрожали сильнее, и я чувствовала, насколько она была уязвима в этот момент.

Несколько минут мы стояли молча, ощущая тяжесть происходящего, словно пытались в этом молчании передать друг другу поддержку без каких-либо слов. Я осторожно сжала её руки в своих, чувствуя, как она постепенно отпускает часть напряжения и начинает немного успокаиваться.

Я помогла ей сесть на диван и направилась на кухню, чтобы принести воды. Каждое моё движение было осторожным, словно я боялась нарушить молчание и навредить ей этим.

— Как ты? — тихо спросила я, слегка сжав её руку.

— Не знаю... — прошептала она, глядя куда-то в сторону, будто пыталась сосредоточиться на каком-то предмете — Это так странно... спустя столько лет узнать, что человек, которого ты видела по телевизору твой... отец... — она вздрогнула, сделав небольшую паузу — Что его дети учатся с тобой в одном университете. Что этот человек обманул мою маму и спокойно жил своей жизнью, пока она едва справлялась, пытаясь поставить меня на ноги.

Роззи на мгновение замолчала, словно пытаясь переварить сказанное вслух.

— А потом... Ты узнаёшь из новостей, что твой «брат» — изобразив кавычки, продолжила она — был убит, а твоя мама с утра пораньше решается открыть тебе тайну, которую хранила всю жизнь, потому что ненавидела человека, причинившего ей такую боль.

Я осторожно сжала её руку сильнее, давая понять, что она не одна, и позволила тишине повиснуть между нами, позволяя ей всё обдумать.

— Я его ненавижу — прошептала она, сжав пальцы в кулак.

Я прекрасно понимала, что она чувствует сейчас. Всё это было пугающе знакомо... это бессильное отчаяние, эта злость, которой некуда деться, желание вычеркнуть человека из жизни, будто его никогда и не существовало. Ведь подобное я испытывала сотни раз к своим родителям. Порой я думала о том, что была бы гораздо счастливее, если бы не знала их вовсе.

Я осторожно потянулась к ней и обняла, притягивая ближе, не говоря ни слова, просто давая ей возможность быть слабой, дать волю тому, что так давно копилось. И в тот же миг она разрыдалась, уткнувшись мне в плечо, словно, наконец, позволила себе расслабиться.

Её пальцы судорожно сжали мою футболку, а дыхание стало прерывистым. Я лишь была рядом, поглаживая её по спине и позволяя выплеснуть всё то, что накопилось внутри, чувствуя, как с каждой новой слезой немного уходит напряжение.

Не знаю, как долго мы просидели так, но звонок в дверь прервал эту тишину, заставив нас обеих вздрогнуть. Встав с дивана, я быстрым шагом направилась к двери и открыла. На пороге стояла корзина с нежно-голубыми гортензиями, а среди цветов торчала маленькая белая записка. Я не стала её читать, просто взяла корзину и занесла в дом.

Роззи всё так же сидела на диване, потирая глаза и заметив цветы, едва заметно нахмурилась.

— Здесь записка — сказала я, протянув её ей.

— Я знаю, от кого они... — тихо произнесла она, отводя взгляд — Не хочу читать.

— Натан? — осторожно уточнила я.

Роззи кивнула, сжимая плед в руках, словно он был единственной защитой от всего вокруг. Её плечи дрожали, а взгляд оставался опущенным, но в этом жесте было столько боли, что я на мгновение замерла, не зная, что сказать.

— Ты всё так же злишься на него? — спросила я, склонив голову набок.

— Злюсь — ответила она, скрестив руки на груди.

— Если это из-за меня... — сказала я, опускаясь рядом — Я не хочу, чтобы тебе было больно.

Роззи взяла меня за руку и едва заметно улыбнулась.

— Нет... — она покачала головой — Просто... в тот вечер я увидела его таким впервые... И испугалась, что однажды он и со мной так поступит... что с возрастом станет больше похож на свою семью...

— Натан, конечно, сложный человек — ответила я, закатив глаза — Но он больше похож на семью Мадлены, чем на отца, дедушку или других мужчин этой семьи. Он не плохой человек, просто немного раненный.

На мгновение я замолчала, всматриваясь в её лицо. Роззи сидела, опустив плечи, но в её взгляде уже не было той боли, что была минутами раньше. Мне показалось, что в них промелькнула нотка понимания.

Я чуть придвинулась ближе и мягко коснулась её плеча, склонив голову набок.

— Развод родителей причинил ему больше боли, чем мне — продолжила я после короткой паузы — Ведь тогда он всё понимал, а я нет. Особенно ему тяжело далось то, что некоторое время ему не позволяли видеть мать, а он был к ней очень привязан. После этого его привязанность к ней выросла сильнее. Он возвращался с каникул, боясь, что может больше её не увидеть. И этот страх потерять её, остался по сей день.

— Защищаешь его? — прищурилась Роззи, с трудом сдерживая улыбку.

— Нет — также прищурившись, протянула я — Просто пытаюсь объяснить, почему он такой тупица.

Роззи вдруг рассмеялась, так искренне, словно этот смех пробился сквозь всю боль, которую она носила в себе с утра. Её плечи расслабились, а дыхание стало ровнее, и я, наконец, увидела её улыбку.

Я смотрела на неё и чувствовала, как вместе с этим смехом, в комнате становится чуть теплее, а напряжение понемногу рассеивается. Она провела ладонью по щеке, стирая последнюю слезу с лица, и покачала головой.

— Если любишь его... — продолжила я, закатив глаза.

— Люблю — прошептала она, склонив голову набок — Но мне нужно время, чтобы разобраться в себе.

— Я понимаю.

Она взяла меня за руку и придвинулась чуть ближе, странно улыбаясь.

— А вы... помирились? — спросила она, глядя куда-то в сторону, и в этот момент я поняла, что она не сводит взгляд с засоса на моей шее.

— Это не то, что ты подумала — сказала я, приподняв указательный палец — Я специально попросила поставить мне засос, чтобы позлить его тётю на ужине.

Роззи с трудом сдерживала улыбку, не сводя с меня взгляда. Я прекрасно понимала, что она едва терпит, чтобы не сказать что-то колкое.

— Всё сложно... — продолжила я, откинувшись на спинку дивана — Тяжело жить в одном доме, когда чувства переполняют тебя. Один день я могу его ненавидеть, вспоминая всё, что он заставил меня пережить. На следующий день я с трудом сдерживаюсь, под натиском его чар... хочется забыться и броситься в его объятия. Через день я снова начинаю злиться и так по кругу.

Она слушала меня, склонив голову набок, и в её взгляде читалось, столько понимания и тепла, что на мгновение я почувствовала себя уязвимее, чем хотела. Казалось, она видит меня насквозь и читает все мысли, которые только есть в моей голове и которые я отчаянно пыталась спрятать от всех.

— Звучит... как настоящий эмоциональный аттракцион — тихо сказала она, слегка улыбнувшись, но в её голосе не было насмешки, только искренняя забота — И, честно говоря, я даже не уверена, что ты сама понимаешь чего хочешь.

— Я и не понимаю — призналась я, закрыв глаза на мгновение — В нём есть что-то такое... что-то, что притягивает и пугает одновременно. С ним я чувствую всё слишком сильно. Это раздражает и сводит с ума. Это... — я выдохнула и беспомощно развела руками — это делает меня слабой рядом с ним.

— Вот и я рядом с твоим братом становлюсь слабее, поэтому стараюсь его избегать — прошептала она, слегка усмехнувшись.

Она придвинулась ко мне ближе и аккуратно положила голову на мои колени, словно в этом жесте было всё: доверие, усталость, страх и попытка спрятаться хотя бы на несколько минут. Некоторое время мы просто молчали, и каждая из нас была в своих мыслях. Я осторожно проводила пальцами по её мягким, светлым волосам, а она лежала, прикрыв глаза, будто пыталась забыться.

— Ты решила, что будешь дальше? — спросила я, наконец нарушив молчание.

— Жить так, как жила раньше — спокойно ответила она — Словно их всех никогда и не было в моей жизни.

В её голосе не было ни истерики, ни злости, лишь усталость от всего происходящего.

Я чуть наклонилась, убирая с её лба выбившуюся прядь, и мягко улыбнулась.

— Я всегда буду рядом, чтобы ты не решила.

Роззи медленно открыла глаза, всматриваясь в меня так внимательно, что на мгновение я растерялась.

— Ты ведь знаешь, что это взаимно? — спросила она наконец.

— Конечно, знаю — улыбнулась я, чуть прищурившись — И очень сильно тебя люблю.

— И я тебя люблю, милая — сказала Роззи, расплываясь в улыбке.

И в этот момент мне показалось, что, несмотря на все тайны, хаос, смерти, страх и боль, у нас всё ещё был маленький остров спокойствия — мы сами. И эта связь была настолько крепкой, что её хватало, чтобы пережить всё остальное.

Я побыла у Роззи до вечера и ближе к девяти вернулась домой. Внизу было темно, но снаружи я видела, что свет в моей спальне был включён.
Я поднялась наверх и, открыв дверь, на секунду остановилась на пороге. Марсель лежал на кровати, развалившись на подушках и закинув одну руку за головой, а другой лениво держал книгу в руках. Кровать была аккуратно расправлена, а он самодовольно лежал на моей стороне.

Увидев меня, он несколько секунд просто смотрел, проверяя, всё ли со мной в порядке.

— Я тебя ждал — тихо сказал он, закрыв книгу, и отложил её на тумбочку.

Я закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной, чувствуя, как усталость этого дня накрыла меня.

— Я была у Роззи — ответила я едва слышно — Лорен ей всё рассказала.

Марсель слегка кивнул, внимательно наблюдая за мной, будто по одному жесту мог прочитать, что творилось у меня внутри. Он сел ровно, оперевшись ладонями о матрас.

— И как она? — спросил он уже мягче.

Я медленно подошла к креслу, и, положив сумку, сняла с себя пальто. Он всё так же продолжал следить за мной, склонив голову набок.

— Она... держится — честно призналась я, подойдя ближе, и опустилась на край кровати.

Несколько секунд я сидела молча, чувствуя, как усталость сильнее накрывает меня. Потом медленно легла на кровать, вытянула ноги к полу и уставилась в потолок. Тишина в комнате была весьма ощутимой, что давало мне время отвлечься, но прерывистое дыхание Марселя не позволяло мне забыть о том, что я не одна.

Он осторожно приблизился ко мне и, оперевшись локтем на кровать, наклонился прямо надо мной. Его тень мягко легла на моё лицо, а взгляд был пристальным и изучающим. Его глаза внимательно изучали мою реакцию, словно он пытался понять, что творится у меня внутри, прежде чем сказать хоть слово.

В груди что-то сжалось оттого, как близко он был. Я моргнула, стараясь сохранять спокойствие и не выдавать того, что творилось у меня внутри. Роззи была права, ведь я действительно не знала, чего хочу на самом деле, и сейчас, глядя на него, я на мгновение задумалась.

И прежде чем я успела сказать хоть слово, Марсель наклонился ещё ближе и неожиданно поцеловал меня, так уверенно и настойчиво, что у меня перехватило дыхание. Его губы накрыли мои горячо и чересчур требовательно, будто он, наконец, позволил себе то, что сдерживал весь день.

На долю секунды я застыла, чувствуя, как сердце бешено колотится, словно вот-вот выпрыгнет из груди. Внутри всё смешалось, и я вновь испытала то странное чувство, которое всегда вспыхивало между нами, как только он оказывался слишком близко.

Но в следующую секунду я почувствовала, как он чуть расслабился, словно ожидая, оттолкну ли я его или позволю прикоснуться ещё. Его ладонь осторожно легла мне на талию, как будто он боялся сделать что-то лишнее, хотя сам поцелуй точно не был осторожным.

Я вдохнула, едва оторвавшись от его губ, и прошептала, почти не узнавая собственного голоса:

— Марсель...

Он снова посмотрел на меня, будто пытался прочитать всё, что я пока не могла сказать вслух. В его взгляде не было ни тени сомнения, только решимость и что-то, что я не могла прочитать и отчего сердце снова болезненно сжалось.

— Я люблю тебя — прошептал он едва слышно, не сводя взгляд с моего лица — словами не описать, как сильно...

— Я... — начала я осторожно, наблюдая за его реакцией.

Марсель затаил дыхание, явно ожидая того, что я повторю его слова.

— Хочу спросить... что ты забыл... в моей комнате — сказала я, с трудом сдерживая улыбку.

Он, наконец, выдохнул и, прикрыв на мгновение глаза, склонил голову набок. На его лице появилась та самая раздражённо-смиренная улыбка, которая появлялась только тогда, когда я выводила его из равновесия самым безобидным способом.

— Одно из моих желаний — ответил он, усмехнувшись, проводя рукой по своим волосам.

Марсель слегка выпрямился, всё так же не сводя с меня взгляда, а затем лёг рядом, едва касаясь кончиками своих пальцев моей руки.

— Ладно, оставайся — сказала я, пожав плечами, будто это меня совсем не удивило.

— Так просто? — переспросил он, словно не веря мне.

Я кивнула, не отводя взгляда от потолка, и спокойно ответила:

— Я этого ожидала.

— И ты не против? — его голос стал мягче, но всё ещё такой же настороженный.

Я медленно повернула голову к нему и посмотрела прямо в глаза:

— За эту неделю я уже привыкла к тебе — призналась я, вздохнув — Так что оставайся. Но руки не распускай.

Марсель усмехнулся, и на его лице промелькнула та самая нагловатая улыбка, которая всегда вызывала во мне бурю эмоций. Он чуть придвинулся ближе, опираясь на локоть, что видеть меня лучше.

— По-моему... прошлой ночью их распускала именно ты — усмехнувшись, произнёс он, будто между прочим — Сначала пыталась снять с меня рубашку... а потом твои руки потянулись к моему ремню...

Он на секунду замолчал, не сводя с меня взгляда. В его глазах вспыхнул знакомый дерзкий огонёк, от которого у меня в груди всё сжалось, не от смущения, а оттого, что он слишком хорошо умел играть на моих чувствах.

Я хмыкнула, демонстративно поморщила нос и без тени колебания ущипнула его за бок.

— Ай! — он дёрнулся, резко выдыхая, и тут же посмотрел на меня прищурившись — За что?

— За враньё — невинно ответила я, а уголки губ едва заметно дрогнули — Я просто... забылась. Это не считается.

Марсель тихо рассмеялся, будто ждал этого момента всю жизнь, затем придвинулся ко мне ещё ближе.

— Забылась? — шепнул он, наклоняя голову чуть набок — Если хочешь... я могу напомнить, как именно это выглядело.

— Ещё слово, Рашид, и ты спишь в гостевой комнате.

— Нет, любимая — проведя пальцем по моей щеке, произнёс он — Теперь мы всегда будем спать вместе.

— До твоего первого косяка — сказала я, подмигнув ему и демонстративно скрестив руки на груди, будто подводила итог в нашем маленьком соглашении.

Марсель только усмехнулся, едва заметно покачав головой, и в этой лёгкой улыбке было всё: и его уверенность, и привычное упрямство, и то, что он прекрасно понял, что моё условие не шутка. Хотя, как обычно, воспринимать его всерьёз он и не пытался.

Следующие несколько дней мы действительно спали вместе, как раньше... словно между нами не произошло ничего из того, что мы пережили. Мы не обсуждали это, не давали названий тому, что происходило, но... я позволяла ему быть рядом, не переходя границ, а он, в свою очередь, просто был рядом.

Марсель возвращался домой позже, задерживаясь из-за дела Марка Эбера. Весь город стоял на ушах, новости переполняли эфир, а полиция продолжала расследование. Никто не понимал, что произойдёт дальше, и если раньше боялись только девушки, то теперь даже парни стали пропускать занятия, словно опасность могла коснуться каждого.

Однако теперь большинство людей считало, что у маньяка нет определённого типажа, а все остальные убийства, лишь совпадения, но я знала, что это не так. Моя интуиция кричала о том, что за этими событиями стоит чёткая закономерность, и что истинная угроза всё ещё таится где-то рядом.

С утра у нас была лекция у профессора Хоггарта. Людей было меньше, чем обычно, но самые смелые всё же пришли, пытаясь сосредоточиться на занятии.

Профессор вошёл в аудиторию, его шаги глухо отозвались по полу, а взгляд быстро пробежал по рядам, словно он уже заранее знал, кто будет присутствовать на лекции.

— Профессор, что вы думаете о новом убийстве? — спросил один из студентов в конце пары — Неужели никакого маньяка не было?

В этот момент все взгляды устремились в сторону профессора. Он медленно повернулся к аудитории и на мгновение задумался, словно пытался подобрать правильные слова.

— Понимаю, сейчас многие озабочены происходящим — сказал он спокойно — Однако хочу сказать, что все выводы о маньяке изначально были преждевременными. Мы пока не имеем полной картины, а поспешные суждения лишь путают расследование.

Он сделал шаг к кафедре, перекладывая папки с одного места на другое, и продолжил, не отводя взгляда от студентов:

— В любом деле важна логика и доказательства, а не слухи и страхи. Следует помнить, что за каждым происшествием стоит своя причина, и не стоит продолжать искать во всём этом смысл.

В аудитории повисла напряжённая тишина. Кто-то перестал писать, кто-то перешёптываться, а кто-то нервно провёл рукой по волосам.

Но услышав его слова, я разозлилась. В моей голове отчётливо прозвучало: «Не ищите смысл», но ведь ещё недавно он сам убеждался меня в том, что всё не случайно. Говорил о том, что у маньяка есть определённый типаж, и я даже являюсь потенциальной жертвой.

И теперь вот так? В груди поднялась волна раздражения. Я чувствовала, как пальцы чуть дрожат, и с трудом удерживала себя от того, чтобы не поднять руку и задать ему слишком прямой вопрос. И спустя несколько секунд я всё же решилась это сделать, потому что сдерживать себя становилось всё сложнее.

Я аккуратно подняла руку, чуть заметно сжав пальцы, чтобы не выдать свою раздражительность. Профессор Хоггарт посмотрел на меня, слегка приподняв бровь, словно ожидая вопроса.

— Профессор... — начала я, стараясь сохранять спокойствие — А если в этих убийствах действительно есть закономерность? Что, если убийство Марка Эбера — это лишь попытка запутать следствие?

В аудитории воцарилась тишина, и все взгляды устремились в мою сторону. Кто-то напрягся, кто-то не сводил с меня взгляда, а Хоггарт затаил дыхание, словно я застала его врасплох своим вопросом.

Я знала, что лезу на рожон, но докопаться до правды было важнее.

Профессор медленно перевёл взгляд по аудитории, словно взвешивая свои слова, а затем снова посмотрел на меня.

— Понимаю, что происходящее действительно вызывает вопросы — сказал он, резко переводя взгляд на меня — но важно понимать, что мозг склонен придумывать связи там, где их нет.

Я чуть сжала пальцы, чувствуя, как кровь закипает от вызова в его словах.

— Я думаю, что вы ошибаетесь — уверенно заявила я — Человек с вашим опытом работы прекрасно понимает, что всё не так просто, как кажется. Убийство Марка Эбера — не очередная смерть и не случайность, это холодный расчёт, чтобы всех запутать. И как видите — я обвела аудиторию взглядом — Убийце это прекрасно удалось.

Хоггарт слушал меня, не перебивая, но его взгляд становился всё более жёстким, будто мои слова задели его сильнее, чем он хотел показать. Он склонил голову чуть набок, словно действительно оценивал меня, но в этом движении чувствовалось раздражение и лёгкая насмешка.

— Интересная теория — протянул он холодно, не отводя взгляда — Вам бы следовало присоединиться к следственной группе, но боюсь, таких самоуверенных новичков, как вы, там терпеть не станут.

Он сделал короткую паузу, а его глаза прищурились в лёгкой усмешке, словно проверяя мою реакцию. Сейчас я смотрела на него и не понимала, как этот человек, который сам пытался помочь мне в моём «расследовании», был так холоден и расчётлив. Я прекрасно понимала, что подобными высказываниями провоцировала его, однако это не давало ему права вести себя так.

Казалось, он хотел добавить что-то ещё, но в этот момент прозвенел звонок, нарушив тишину. Студенты сразу оживились и начали складывать свои вещи, словно как можно скорей хотели сбежать отсюда.

Когда я сложила блокнот в сумку и направилась к выходу, Хоггарт вдруг окликнул меня.

— Мелисса.

На мгновение я застыла на месте, затем медленно повернулась и, скрестив руки на груди, посмотрела на него.
Дождавшись, когда последний студент покинул аудиторию, он подошёл ко мне ближе, но в его глазах чувствовалась скрытая напряжённость. Хоггарт остановился на расстоянии вытянутой руки, склонил голову и внимательно посмотрел мне в глаза, словно пытаясь прочитать всё то, о чём я думала.

— Я не ожидал подобного — сказал он, приподняв бровь — Я думал, что между нами сложились доверительные отношения, но...

— Доверительные отношения? — спросила я, нарочно провоцируя его — Уже во второй раз, когда я задаю вам вопросы, вы прилюдно ставите их под сомнение, словно пытаетесь унизить перед всеми.

Хоггарт на мгновение замер, скользнув взглядом по моему лицу. В его глазах мелькнуло раздражение, но он быстро спрятал его за холодной маской профессионала.

— Возможно, вы правы — сказал он медленно, словно подбирая слова — Но иногда провокация студентов — это лучший способ проверить, насколько они действительно понимают суть происходящего.

Я чуть нахмурилась, не отводя от него взгляда, спросила:

— Проверять или просто демонстрировать своё превосходство?

Он усмехнулся, и в уголках его губ мелькнула едва заметная улыбка.

— Мелисса, вы очень умная и смышлёная студентка — сказал он, слегка наклонив голову — Я бы даже сказал, что вы самая умная девушка на курсе. Но ум иногда — это не только дар, но ещё и испытание. Он требует выдержки, терпения... и умения слушать, а не только говорить.

Я слегка приподняла бровь, чувствуя, как его слова вызывают во мне злость и раздражение. Теперь я не верила ни одному его слову, напротив, я задумалась о том, всё это было его игрой, словно он пытался меня запутать и делал это даже сейчас. Однако показывать ему этого я не собиралась и даже решила подыграть.

— Правда? — улыбнулась я, подойдя ещё ближе, чувствуя, как напряжение между нами нарастает — Мне льстит, что вы так думаете, профессор. Но скажите... разве проверка студентов должна быть такой строгой и провокационной, или это вы просто любите ставить людей в неудобное положение? — включив дурочку, произнесла я.

На мгновение Хоггарт замолчал, внимательно глядя на меня, словно оценивая, насколько далеко я готова зайти.

— Иногда Мелисса — сказал он низким, но спокойным голосом — провокация — лучший способ узнать, кто способен мыслить самостоятельно. А иногда... — он сделал паузу, слегка покачав головой — узнать, кто не может справиться даже с самым простым давлением. А как вы знаете, в нашей работе это самое важное.

Я едва заметно прикусила губу, не отводя взгляда и ощущая, как в комнате повисло странное молчание, будто каждый из нас пытался прочитать мысли друг друга.

— Значит... — осторожно произнесла я, слегка наклонив голову — вы специально испытываете нас на выдержку, задаёте вопросы и пытаетесь запутать?

Хоггарт усмехнулся, уголки его губ дёрнулись, и несмотря на то что глаза оставались холодными и внимательными, его взгляд смягчился.

— Именно так, Мелисса — сказал он, слегка улыбнувшись — В этом и заключается методика моего преподавания: не только давать знания, но и учить видеть, оценивать и принимать решения, когда давление растёт и кажется, что выхода уже нет.

На мгновение я задумалась, опустив взгляд в сторону, словно погрузившись в собственные мысли. Хоггарт заметил это и едва заметно нахмурился, словно пытался понять, о чём я думаю.

— Мне нравится ваш метод — добавила я, спустя несколько секунд — В этом есть смысл.

Он слегка кивнул, не отводя от меня взгляда, и в его глазах мелькнула нотка одобрения.

— Рад слышать, Мелисса — сказал он спокойным голосом — Не зря я считаю вас самой способной студенткой.

— Мне приятно — расплываясь в улыбке, ответила я — Но мне уже пора.

— Конечно — кивнул он, делая шаг назад и отстраняясь от меня — Надеюсь, мы ещё поговорим с вами.

— Безусловно.

Стараясь сохранять спокойствие, я медленно повернулась и вышла из аудитории. Улыбка сошла с моего лица сразу, как только дверь за мной закрылась, будто я сбросила маску, которую держала всё это время.

Коридор встретил меня прохладным воздухом и гулом шагов других студентов, но я почти ничего не слышала. Только собственное сердцебиение. Я сжала ремешок сумки, чувствуя, как внутреннее напряжение расползается по телу тяжёлой волной.

Он клюнул. Полностью. Даже не заметил, как именно я вела разговор, как намеренно, играла на его любопытстве и на его собственном самолюбии. Хоггарт думал, что контролирует ситуацию, но на самом деле ситуацию контролировала я. И всё это только усиливало мои подозрения.

Впервые я задумалась о том, что в этом деле что-то не так, в ту ночь, когда убили Марка Эбера. Именно после того, как я поделилась с Хоггартом своими мыслями, тактика убийцы сменилась. После этого я ещё долго пыталась вспомнить все наши разговоры и найти хоть какую-то зацепку.

В тот день, когда он предложил мне встретиться после занятий, была убита Кейси Джексон. В ту ночь Марсель искал меня по всему городу, а я была у Роззи. Конечно, я не думала, что Хоггарт убийца, ведь это было бы слишком легко и примитивно, и я также понимала, что этих улик мало для того, чтобы заранее делать выводы. Но в одном я точно была уверена: Хоггарт причастен.

Я шла по коридору, ощущая, как постепенно раздражение в груди превращается в ясность.

«Методика преподавания». Да, конечно.

Если бы я не знала, какой он на самом деле, может быть, и поверила бы его словам. Но теперь, после этого разговора, и того, как он сам едва не сорвался на лекции, я была уверена в этом ещё больше.

Хоггарт что-то скрывал, и я собиралась выяснить это любой ценой.

Весь день я прокручивала в голове свои теории и только ближе к вечеру смогла отвлечься, когда к нам приехали Демир и Роззи.

Марсель немного задержался на работе и скоро должен был приехать, поэтому пока его не было, Демир с кем-то разговаривал по телефону. Он ходил от окна к стене, сосредоточенно хмуря свои густые брови, вероятно, обсуждая важные вопросы по работе. Ведь когда он говорил с девушками, ухмылка с его лица не сходила весь разговор, но сейчас он был максимально серьёзен.

Роззи сидела на диване, укрывшись пледом, который она бессознательно перебирала пальцами. Она выглядела уставшей и подавленной, не настолько, чтобы сейчас заплакать, но так, что улыбка держалась на лице лишь по привычке, и я знала, что если её не отвлечь, она снова уйдёт в свои мысли.

— У меня для тебя кое-что есть — сказала я, доставая аккуратный пакет и протягивая ей.

Роззи моргнула, удивлённо посмотрела на меня, а затем, расплываясь в улыбке, осторожно взяла пакет, будто боялась, что там что-то хрупкое. На секунду её плечи выпрямились, а выражение лица оживилось.

— И что там? — прищурившись, спросила она — Надеюсь, не фотография твоего брата в рамочке.

— Такое сама себе сделаешь — усмехнувшись, сказала я — А там... то, что тебе точно понравится.

Она негромко рассмеялась, но смех прозвучал немного хрипло. Осторожно открыв пакет, она заглянула внутрь, и на её лице впервые за весь вечер появилась искренняя улыбка.

— Ты серьёзно? Это же... тот самый парфюм из лимитированной коллекции, который я так долго не могла найти... Как ты достала его?

— Пришлось постараться, но ради тебя стоило — ответила я, закатив глаза, а внутри расплылась волна удовлетворения оттого, что я смогла её порадовать.

Роззи отложила пакет в сторону и бросилась в мои объятия, крепко обнимая.

— Ты лучшая — тихо произнесла она, и не сдержавшись, спрятала лицо у меня на плече. Её голос звучал почти по-детски, будто она на мгновение позволила себе быть слабой — Правда, лучшая.

Я улыбнулась и крепко обняла её в ответ, чувствуя, как её напряжение чуть-чуть начинает растворяться. Ей, как и мне, не нужно было много, а просто чтобы рядом был кто-то, кто поймёт.

— Если хочешь... — сказала я мягко, поглаживая её по плечу — Мы можем куда-нибудь улететь? Отдохнуть, сменить обстановку. Хочешь?

Роззи резко подняла голову, её глаза распахнулись, словно я предложила не отдохнуть, а что-то абсурдное.

— Ты что?! — воскликнула она так громко, что Демир обернулся — На следующей неделе мы идём на вечеринку по случаю Хэллоуина! Никто и ничто не заставит меня отменить это событие.

— Ты серьёзно? — я удивлённо приподняла бровь.

— Более чем — заявила она, уверенно скрестив руки — Наши костюмы уже в работе. И поверь... — она хитро улыбнулась — тебе понравится. И уж поверь, прокурора точно заставит понервничать.

Я закатила глаза, но уголки моих губ всё равно приподнялись в улыбке.

— Уже боюсь представить, что ты выбрала — сказала я, покачав головой.

— И правильно делаешь — фыркнула она, расплываясь в улыбке, словно в её голове уже был составлен идеальный план.

— Я пойду с вами — неожиданно раздался голос Демира.

Мы с Роззи одновременно повернулись к нему. Он как раз закончил разговор по телефону и теперь смотрел на нас с таким видом, словно только что принял серьёзное, но крайне необдуманное решение.

— На вечеринку? — протянула я, слегка приподняв бровь — Демир, тебе скоро тридцать. Что ты забыл среди молодёжи?

Он ухмыльнулся, сунув телефон в карман, и откинулся на спинку кресла.

— Мне всегда восемнадцать — заявил он с той наглой уверенностью, которая всегда меня злила — А там полно моих ровесниц.

— Ладно — протянула я с усмешкой — Только не нарвись на Аманду, она и без костюма невыносима, а что будет там... я даже боюсь представить.

Роззи тут же фыркнула, прикрыв рот ладонью, сдерживая смех, а Демир лишь махнул рукой, абсолютно уверенный, что никакая Аманда ему не страшна.

— Да перестаньте — усмехнулся он, взял со столика стакан с соком и сделал несколько глотков.

— Может... Аннабель пригласим? — вдруг произнесла Роззи, отчего Демир чуть не поперхнулся, и половина сока вылилась на его белую футболку.

— Теперь точно пригласим — протянула я, не скрывая улыбки — Иди возьми футболку в его комнате.

— Может, ты сама принесёшь? — Демир театрально поднял брови — Входить в комнату к молодожёнам — дурной тон. Кто знает, что я там найду...

Он усмехнулся, закатив глаза, а я лишь покачала головой, не сводя с него взгляда.

— В моей комнате ты ничего не найдёшь, можешь не переживать. А его там — я указала на противоположную дверь.

Марсель ещё не перенёс вещи из своей комнаты обратно, поэтому я не до конца воспринимала его «переезд».

— В смысле? — недоумевая, спросил Демир — Вы что... отдельно живёте?

— Ну да — пожала плечами я и, не удержавшись, усмехнулась — С тобой так пожила и понравилось. Решила повторить этот прекрасный опыт.

Роззи рассмеялась, склонив голову набок, а Демир на пару секунд задумался, но ничего не сказав, встал с кресла и направился в комнату Марселя.
Пока он переодевался, мы с Роззи вернулись к обсуждению вечеринки, предвкушая то, что там будет. Она оживлённо размахивала руками, рассказывая о ткани, которую выбрала для костюмов, и о том, как рада, что в этом году мы наконец-то туда пойдём.

В прошлом году по какой-то причине нам не удалось там оказаться, и я была уверена, что и в этом году этого не случится. Ходили слухи, что из-за всего происходящего, вечеринку могли отменить, но этого не случилось.

Через несколько минут дверь комнаты распахнулась, и Демир вышел в чёрной футболке Марселя. Она сидела на нём так, словно была сшита по его меркам.

Он опустился в кресле, потёр рукой подбородок и несколько секунд молчал, тщательно подбирая слова. Мы с Роззи переглянулись, почувствовав перемену в его настроении.

— Мелисса... — наконец произнёс он.

— Что? — чуть нахмурившись, спросила я. Его тон уже предвкушал что-то, что точно мне не понравится.

— Я тут подумал... только не воспринимай это в штыки — он поднял руки, словно сдавался — Но я просто хочу помочь. Я заметил, что ты слишком грубо разговариваешь с Марселем. Не подпускаешь его к себе. Вы даже спите раздельно... И... ну... — он поморщился, словно не решался произнести свою мысль вслух — Не думала, что он может загулять из-за этого?

Мы с Роззи одновременно повернулись друг к другу. Её глаза округлились, а мои сузились.

— Не боишься? — добавил он, наблюдая за моей реакцией.

Я медленно выдохнула и посмотрела на него, приподняв бровь, пытаясь понять, шутит он или действительно верит в то, что говорит. Однако Демир не шутил и был максимально серьёзен.

— Ну... — начала я тихо, но с лёгкой улыбкой — если в поиске одноразовых лампочек он готов потерять солнце, то пожалуйста.

Роззи рассмеялась, так резко и искренне, что слегка наклонилась вперёд. Она подняла ладонь, и я тут же хлопнула по ней рассмеявшись.
Несколько секунд Демир просто сидел, задумчиво глядя на нас. Он откинулся на спинку кресла, провёл рукой по подбородку и тихо выдохнул, будто пытался подобрать слова.

— Ты серьёзно не боишься — произнёс он наконец, чуть покачав головой.

— А должна? — спросила я, несколько раз невинно моргнув.

Демир хмыкнул, переводя взгляд на меня, потом на Роззи, которая лишь усмехнулась и подтянула к себе подушку, крепко её обняв, ожидая продолжения шоу.

— Просто... — продолжил Демир, хлопнув ладонью по подлокотнику — ты с ним иногда разговариваешь так, будто он не твой муж, а сосед по квартире.

— Прямо как с тобой когда-то, правда? — усмехнулась я, скрестив руки на груди.

Демир уже раскрыл рот, явно собираясь выдать колкую фразу, но не успел, как вдруг по дому раздался резкий звонок в дверь.

Я нахмурилась и медленно повернула голову к входу. Марсель бы открыл дверь своим ключом, а значит, это был кто-то, кого я не ждала.
Я встала с дивана и медленно направилась в холл. Открыв, я на мгновение застыла на месте, увидев тех, кто пришёл.

На пороге стояли Натан и Мика. В руках одного были цветы, а в руках второго два больших пакета, которые явно намекали на то, что они пришли не просто поздороваться.

— Что вы здесь делаете? — спросила я, не скрывая удивления.

— Впустишь? — мягко улыбнулся Мика, будто боялся, что я закрою дверь перед ними.

Я перевела взгляд на Натана и заметила, как в какой-то момент он резко напрягся. Он смотрел мимо меня, прямо на Роззи и Демира, которые сидели в гостиной и о чём-то разговаривали.

Роззи, едва увидев его, словно превратилась в камень и отвела взгляд в сторону, а Демир, наоборот, оживился и приподнял брови в насмешке.

Заметив невинную улыбку Мики, я немного растерялась и отступила назад, позволяя им пройти. На мгновение в комнате повисло неловкое молчание, которое нарушил Демир.

— Что в пакетах? — спросил он, глядя на Мику.

— Продукты — пожав плечами, ответил тот.

— Отлично — протянул Демир и поднялся — Тащи на кухню, а то Мелисса, судя по всему, питается одним воздухом.

Мика чуть нахмурился, но всё-таки послушался и пошёл за Демиром, который уверенным шагом направлялся на кухню.

Я осталась стоять посреди комнаты, чувствуя, как напряжение между Натаном, Роззи и мной стало весьма ощутимым. Он переводил взгляд с неё, на меня и обратно, не решаясь заговорить.

— Зачем приехал? — спросила я спокойно, чувствуя, как внутри начинает подниматься раздражение.

Натан спокойно перевёл взгляд на меня, скрестив руки на груди.

— Поговорить.

— Я уже сказала, что не хочу с тобой говорить — напомнило я сухо, отводя взгляд в сторону.

Он раздражённо усмехнулся, склонив голову набок.

— Правда? — он сделал шаг ближе — Ты вычеркнула меня из своей жизни из-за одной ошибки, но того парня ты простила.

— Какого парня? — нахмурившись, спросила я.

Натан чуть наклонился вперёд, его голос стал жёстким, почти обвиняющим.

— Демира — ответил он резко — Ты забыла, что он сделал? Как воспользовался тобой? Как угрожал? Как из-за него ты чуть не умерла?

Его слова словно разделили комнату на две половины, на ту, где стоял он, и ту, где находились мы с Роззи. И впервые за долгое время я почувствовала, что во мне поднимается не просто раздражение, а ярость, смешанная с неожиданным осознанием.

— Простила — сказала я тихо, но уверенно — Несмотря на всё, что он делал... именно этот человек оказался рядом со мной в самое сложное время.
Не мой брат, который даже не заметил, что со мной происходит. Нет. Ты был рад верить, что со мной всё хорошо, а он, видел, понял и помог.

— Мелисса... — начал он, шагнув чуть ближе.

— Нет — перебила я его, подняв ладонь — Ты ведь хотел поговорить? Давай продолжим. Я напомню тебе, что было дальше. Ты мне не поверил. Ты молча наблюдал, как твой отец ударил меня, и даже не попытался защитить — я усмехнулась, покачав головой — Этого оказалось мало и что ты сделал после? Зная, что меня задержали... не сделал ничего. А он сделал.

Натан отвёл взгляд в сторону и несколько секунд молчал, словно пытался подобрать слова.

— Но ты простила его ещё до того, как всё это случилось — почти виновато произнёс он.

— Видимо — я слегка пожала плечами — я предчувствовала, что он мне ещё пригодится. Но насчёт тебя моё предчувствие, увы, ошиблось.

Роззи молча наблюдала за нами, сидя на диване. Её взгляд был пристальным и чересчур сосредоточенным, и она слегка склонила голову набок, переводя взгляд с меня на него.

— Одна ошибка, Мелисса — произнёс Натан, сжав пальцы в кулак — Всего одна, и ты...

— Да — ответила я, перебив его — Одной ошибки хватило, чтобы понять твоё отношение ко мне.

Натан нахмурился, словно мои слова резали его острым ножом прямо по коже.

— Ты несправедлива — сказал он тихо — Я всегда был на твоей стороне. Всегда. И лишь один раз... один-единственный раз я совершил ошибку. Я знаю, как сильно виноват перед тобой, но я прошу прощения и буду просить, пока это не поможет — он перевёл взгляд на Роззи — И не ради того, чтобы снова быть с ней, знаю, что это уже невозможно. А потому что ты моя сестра... и потому что я тебя очень люблю.

Он произнёс последние слова чуть тише, словно боялся говорить об этом вслух, и в этот момент в его глазах мелькнула уязвимость, которую я давно не замечала.

Я невольно перевела взгляд на Роззи и заметила, что выражение её лица на мгновение изменилось. Она встала с дивана, и ничего не говоря, направилась к выходу, оставляя в комнате тишину, которая повисла ещё сильнее после её ухода.

— Тупица — произнесла я тихо, подходя к нему ближе — Иди за ней. Быстро.

— А мы... — едва слышно произнёс он.

— Потом поговорим — ответила я, склонив голову набок — А теперь иди и сделай всё, чтобы она тебя простила.

Он на мгновение замер, словно только сейчас осознал, что сделал, затем медленно кивнул, и быстрым шагом направился к двери, чтобы догнать Роззи.

Мне хотелось придушить его за то, каким глупым он был по отношению к ней. Словно смирился с тем, что она уже никогда его не простит, даже не подумав о том, как сильно она до сих пор его любит. Она проживала сейчас трудный период, а он, своими словами, лишь усугубил то, что было. И я злилась на него так сильно, что даже не замечала спора Мики и Демира, доносящийся из кухни.

Марсель вернулся уже тогда, когда все разъехались. Он даже не стал спрашивать, как прошёл вечер, и сразу направился в ванную. Приняв душ, он вышел с влажными волосами, проведя рукой по затылку, будто пытаясь стряхнуть остатки напряжения.

Медленной и тяжёлой походкой, он подошёл к кровати, бросив на меня уставший взгляд, и молча лёг. Он даже не пытался шутить и приставать, словно у него совсем не было на это сил. Несколько минут он лежал молча, глядя в потолок, а потом его глаза закрылись, будто сознание само отключилось от усталости.

И в этот момент я поняла, как сильно новое дело давило на него и отнимало все силы, оставляя лишь усталость и напряжение. Марсель тихо выдохнул во сне, и я поправила уголок одеяла, укрыв его чуть выше.

Я сидела рядом, молча наблюдая за ним и чувствуя, как в груди что-то предательски сжалось... Он был таким красивым в этом состоянии... таким родным и любимым, что хотелось смотреть на него каждую секунду. Слегка приблизившись, я осторожно коснулась его щеки губами, оставив нежный поцелуй, а затем тихо встала и выключила свет, позволив ему, наконец, выспаться.

На следующий день после занятий, мне позвонил Зейн. Его голос был слегка напряжённым, без привычной лёгкой иронии, и я сразу поняла, что что-то случилось. Он попросил заехать меня на работу к Марселю, сказав, что хочет обсудить с нами нечто важное и неотложное.

Занятия у нас начались с обеда, поэтому я освободилась только сейчас. Я находилась неподалёку от его работы, и уже через пятнадцать минут подъехала к зданию. На часах уже было десять вечера и внутри никого не было. Я шла по слегка освещённому коридору, оглядываясь по сторонам, и поняла, что впервые в этом месте было так пусто.

Я тихо открыла дверь кабинета, и, едва переступив порог, заметила Марселя, сидящего за столом. Он был погружён в работу, а его глаза внимательно скользили по бумагам, которые он крепко сжимал в руках. В комнате почти не было света, лишь лампа на столе мягко освещала его лицо и разбросанные по столу документы. Его взгляд был сосредоточенным, но в нём всё равно проскальзывала усталость, которую он тщетно пытался скрыть. Я на мгновение замерла, наблюдая за ним, и тихо произнесла:

— Привет...

Он резко поднял глаза, удивлённо посмотрев на меня, а затем расплылся в улыбке, словно ждал меня всю жизнь.

— Именно тебя мне и не хватало — прошептал он, протягивая руку.

Я улыбнулась и, тихо закрыв за собой дверь, подошла к нему, чувствуя, как сердце чуть ускоряет ритм. Марсель потянул меня за руку и усадил на свои колени, обнимая так, словно пытался передать всё накопившееся за день тепло и любовь. Его взгляд был мягким и сосредоточенным одновременно, глаза блестели от усталости, но в них сияло что-то такое, что заставило меня забыть обо всём.

— Я скучал... — прошептал он, слегка коснувшись лба моим.

— И я... — ответила я, прикрыв глаза, чувствуя, как тепло осторожно разливается по телу.

Впервые за долгое время я ощутила странное чувство внутри. Мне было с ним так легко и спокойно, что захотелось остаться в этом мгновении навсегда, потому что я не знала, как скоро меня накроет, и я сорвусь.

— Зейн ещё не приехал? — осторожно спросила я, снова посмотрев на него.

Он приподнял бровь, а его взгляд был слегка недоумённым.

— А должен?

Я нахмурилась, посмотрев в сторону. Это показалось мне немного странным, но я решила не делать поспешных выводов, пока он не приедет. Марсель заметил мою задумчивость и слегка коснулся моей руки, словно напоминая о своём присутствии.

Я потянулась за телефоном в карман пальто и вдруг вытащила оттуда кольцо, которое нашла на мосту. Взгляд Марселя сразу устремился к украшению, и на его лице промелькнуло что-то между удивлением и интересом.

Он взял кольцо в руки, и на несколько секунд его взгляд полностью сосредоточился на маленьком блестящем предмете. Лоб слегка нахмурился, и в этой тишине слышалось только его дыхание.

— Красивое — прошептал он, склонив голову набок, внимательно рассматривали его — Не помню у тебя такого.

Я перевела взгляд в сторону, слегка сжав губы.

— А оно не моё.

— А чьё? — спросил он, осторожно взглянув на меня.

— Я его нашла — ответила я, посмотрев на него.

— Нашла? Где? — в его голосе прозвучала смесь удивления и недоверия, словно ожидая, что мой ответ ему не понравится.

— На мосту у старого кампуса, пока гуляла и ждала тебя — тихо ответила я, устремив взгляд в сторону.

Марсель резко посмотрел на меня, а его взгляд стал настороженным, словно он пытался уловить каждое моё слово. Не сводя с меня взгляда, он вдруг нахмурился.

— Стоп... когда это было? — спросил он тихо, приподняв бровь, но напряжение в голосе выдавало, что он удивлён больше, чем хотел показать.

Я лишь слегка улыбнулась и спокойно ответила:

— Когда нашли тело.

Он прищурился, и в его глазах промелькнуло недоумение, но я не растерялась.

— Ты что... украла это с места преступления? — вскинув брови, спросил он так, будто я сделала что-то незаконное...

Я спокойно покачала головой, едва заметно улыбнувшись, и забрала кольцо из его рук.

— Я не крала, я нашла.

Он на мгновение замер, словно пытался осознать смысл моих слов. Я лишь сдержанно улыбнулась, делая вид, что в этом нет ничего страшного.

— Мелисса... — пробормотал он, закатив глаза и слегка нахмурившись.

Я усмехнулась и, пожав плечами, посмотрела в сторону.

— Ну а что? Там не было полицейских, да и вообще никого не было. Если твои люди плохо выполнили свою работу, в чём виновата я?

— Может, они просто не успели её выполнить, а ты уже забрала важную улику — сказал он чуть раздражённо, будто я усомнилась в качестве его работы.

Я продолжала проводить пальцем по кольцу, словно играя с ним, совершенно не замечая возмущений Марселя.

— Марсель, ты думаешь, что обладательница такого кольца могла кого-то убить?— произнесла я с лёгкой насмешкой — Это же кольцо от Гарри Уинстона.

Он нахмурился, опуская взгляд на руку, в которой сиял роскошный камень.

— И что такого в этом кольце? — спросил он, нахмурившись ещё сильнее — Кроме бриллианта.

— Ты что... — я слегка рассмеялась — Все девочки в школе мечтали об этом кольце. Именно с таким Чак Басс сделал предложение Блэр.

Марсель моргнул, и на его лице промелькнуло недоумение.

— Чак Басс? Твой одноклассник? — переспросил он, скептически приподняв бровь.

Я покачала головой, закатив глаза, словно он не знал такого очевидного факта.

— Персонаж из «Сплетницы». Ну конечно, ты ведь не смотрел. Но ничего, мы посмотрим вместе, я как раз давно не пересматривала его.

Марсель коротко рассмеялся, слегка покачав головой, и тихо произнёс, почти себе под нос:

— Зря я спросил...

Я улыбнулась, глядя на него с лёгкой искоркой в глазах, и почувствовала, как напряжение между нами постепенно рассеивается.

Я продолжала сидеть на его коленях, ощущая тепло его тела. Он наклонился чуть ближе, скользнув взглядом по моему лицу, и на мгновение в его глазах пробежал знакомый огонёк. Он осторожно провёл пальцем по моей щеке, а я приблизилась к нему, позволив этой тишине заполнить пространство между нами.

Внезапно свет погас, и кабинет погрузился в темноту. Я огляделась по сторонам и заметила, что в окне тоже не горит свет, словно весь город уснул. Сердце забилось быстрее от странного чувства, будто всё это произошло неслучайно. Я почувствовала, как Марсель рядом, слегка напрягся и тоже посмотрел в окно.

— Твоих рук дело? — спросила я, посмотрев на Марселя.

— На этот раз я ни при чём — произнёс он, слегка нахмурившись.

Не успев ответить, я услышала, как ключ повернулся в замке снаружи, и дверь тихо закрылась. Внутри что-то сжалось, и я ощутила, как по спине пробежал холодок от осознания, что происходит что-то странное.

Я встала с колен Марселя и медленно подошла к окну. На парковке стояла только его машина, словно весь остальной мир замер. Внутри здания, казалось, не было никого, кроме нас, но тогда кто мог повернуть ключ в замке? Да и кому это было нужно?

Внезапно в голове промелькнуло одно-единственное имя — Зейн. Я сразу поняла, что тот звонок был лишь предлогом, чтобы затащить меня сюда, и сердце сжалось от предчувствия, которое невозможно было игнорировать.

И в этот момент руки Марселя вдруг оказались на моей талии. Он осторожно притянул меня к себе, крепко обняв, и опустил голову на моё плечо.
Я замерла, чувствуя тепло его тела и тяжесть дыхания.

— Давай поговорим — произнёс он тихо, слегка напрягая руки на моей талии.

— О чём? — ответила я, стараясь сохранять спокойствие, и чуть нахмурилась.

— О нас... — сказал он осторожно, и в голосе проскользнула просьба и отчаяние, словно он боялся, что я вновь его оттолкну. Что я, собственно, и сделала...

— Не хочу — ответила я, едва заметно отстраняясь.

— Мелисса... пожалуйста — сказал он, делая шаг ближе, и я почувствовала, как его дыхание становится прерывистым, словно он сам больше не может сдерживать эмоции.

— Не хочу — раздражённо повторила я — Ты же не хотел разговаривать со мной, теперь я не хочу.

Марсель на мгновение замолчал, будто пытался подобрать правильные слова, но в голову ничего не приходило.

— А когда захочешь? — спросил он едва слышно.

— А сколько ты со мной не разговаривал? Напомни-ка мне — ответила я слегка прищурившись.

— Три месяца — сказал он тихо, и я уловила едва заметное напряжение в его голосе.

— Вот через три месяца и поговорим. Радуйся, что я вообще позволяю к себе прикасаться — сказала я, чувствуя, как внутри поднимается раздражение, смешанное с усталостью после длительного молчания.

Марсель вздохнул, слегка прикоснувшись к моей щеке, и тихо прошептал:

— Ты снова это делаешь.

— Делаю, что? — переспросила я, скрестив руки на груди.

— Ставишь вокруг себя стены — с грустью в голосе, произнёс он — Потому что... тебе больно.

— Мне не больно — ответила я, стараясь сохранять спокойствие, но голос предательски дрогнул.

Марсель склонил голову набок, скользя взглядом по моему лицу. Несколько секунд он молчал, пытаясь найти правильные слова.

— Это не так — наконец произнёс он — Ты стараешься делать вид, что тебе всё равно, но я уверен, что не было ни дня, чтобы ты уснула, не думая о том, что я сделал.

Я ничего не ответила, лишь опустила взгляд, чувствуя, как ком подступает к горлу.

Он сделал шаг ближе, и я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Я не хотела говорить об этом, но понимала, что однажды всё же придётся это сделать. Мне было сложно переступить через себя, сложно открываться перед... Не хотелось вспоминать.

— Я знаю, что есть что-то ещё, о чём ты не хочешь мне рассказывать — продолжил Марсель, осторожно касаясь моей руки — Уверен, что за три месяца произошло больше, чем-то, о чём я уже знаю.

В этот момент в голове пронеслись обрывки тех воспоминаний, что причиняли мне огромную боль. Несмотря на то что после того, что он уже знал, мне стало немного легче, этого было недостаточно. Сеансы с Элеонор немного помогали, но я понимала, что если мы не обсудим всё, что случилось, в этом не будет смысла.

Внезапно я почувствовала, как меня начинает трясти. Марсель тут же обнял меня, крепко, прижимая к себе, будто хотел защитить от всего, что причиняло боль.

— Мелисса... — едва слышно прошептал он — Я готов на что угодно, лишь бы ты смогла простить меня — его голос дрожал от напряжения — Скажи, и я сделаю всё. Если хочешь, мы можем вместе обратиться к психологу.

Я резко подняла на него взгляд, немного всхлипнув.

— К психологу? — спросила я тихо, словно не веря в услышанное.

Он кивнул, и его взгляд задержался на моих глазах.

— И ты правда пойдёшь? — недоверчиво спросила я.

— Если это поможет исправить то, что я сделал, пойду — он сделал паузу, словно ожидая моей реакции.

Я молча смотрела на него, тихо всхлипывая. Признаться честно, его слова меня сильно удивили. Зная его отношение к терапии, я не ожидала, что он предложит подобное, и теперь я по-настоящему задумать, что он действительно готов на всё, чтобы наладить наши отношения...

— Дедушка водил меня к психологу в детстве — сказал он тихо — но ничего не вышло, поэтому он начал ходить к нему сам.

— У тебя удивительная способность отправлять людей к психологу — усмехнулась я, с трудом сдерживая улыбку, но он всё равно смог её разглядеть.

Марсель кивнул, и, склонив голову набок, слегка улыбнулся.

— Видишь?

— Что? — переспросила я, слегка покачав головой, не понимая, что он имеет в виду.

— Ты улыбнулась — сказал он тихо, проведя пальцем по моей щеке.

Я не удержалась и обняла его, медленно прижимаясь к нему всем телом. Уткнувшись носом в его шею, я сразу почувствовала знакомый аромат его парфюма, и чуть уловимый запах его кожи... такой близкий, и такой родной, что я не осмеливалась признаться себе в том, как сильно скучала по этому ощущению.

— Это не отменяет того, что я часто хочу тебя придушить — переводя тему, ответила я, стараясь не выдавать того, что творилось у меня внутри.

— Давай — сказал он вдруг, чуть отстранившись.

Я недоумённо посмотрела на него, склонив голову набок. Марсель подставил свою шею, слегка прикрыв глаза. Несколько секунд я молча смотрела на него прищурившись. От того, каким милым он сейчас был, хотелось его... поцеловать.

— Ну же — сказал он, тихо смеясь — Смелее.

Я обвила руками его шею и сжала, чувствуя, как на его лице появляется улыбка.

— Тебе стало легче? — спросил он, слегка наклонив голову.

— Чуть-чуть — ответила я, чувствуя, как ком внутри постепенно рассеивается.

— Сделай то, от чего станет легче — тихо добавил он, и я не устояла, начав щипать его в шутку.

— Ай, больно — засмеялся он, но не отстранился, прижав меня к себе лишь сильнее.

Наши взгляды встретились, и мне снова стало легко, как раньше... всё казалось таким настоящим и простым одновременно, что в груди что-то ёкнуло.

— Чего так смотришь? — спросила я, слегка прищурившись.

— Нравишься — сказал он тихо, накручивая прядь моих волос на свой палец.

— Нравлюсь и только? — игриво спросила я.

— Ты знаешь, что нет — сказал он, улыбаясь — я с ума по тебе схожу.

Я застыла на месте, чувствуя, как всё внутри сжалось, а сердце забилось быстрее. Мне хотелось забыться, оставив все проблемы позади.

— Покажи как — сказала я, чуть наклоняя голову.

— Показать? — переспросил он, и я кивнула.

Марсель приблизился, и его губы коснулись моих. Сначала нежно, а затем так страстно, заставив меня потерять голову. Поцелуй стал таким жарким и всепоглощающим, что его руки скользили по моему телу, а я лишь поддавалась вперёд.

— Прости... — сказал он, слегка отстранившись — Я немного увлёкся.

— Увлекись ещё — сказала я, глядя в сторону, слегка улыбаясь.

На лице Марселя промелькнуло удивление.

— Ты серьёзно? — спросил он тихо.

Я покачала головой, и в ту же секунду он снова приблизился ко мне и поцеловал, прижав к себе ещё сильнее.
Мои руки потянулись к пуговицам его рубашки, и сейчас всё казалось таким бессмысленным...

— Мелисса... — прошептал Марсель, не сводя с меня взгляда.

— Я не пожалею — сказала я уверенно, почти шёпотом — А ты?

Он усмехнулся с той самой уверенностью, которая сейчас лишь сильнее сводила меня с ума.

— Я? — переспросил он, приподняв бровь.

— Вдруг я завтра снова стану... — я сделала паузу, прикусив нижнюю губу, подыскивая нужное слово.

— Стервочкой? — подсказал он.

Я кивнула, расплываясь в улыбке. Это слово из его уст казалось таким странным и совершенно неподходящим ему, но мне всё равно это нравилось.

— Не пожалею — сказал он, и в его уголках его губ промелькнула улыбка — Если честно, мне даже нравится это.

— Так может, мне теперь всегда себя так вести?

Он чуть наклонился ближе, и его дыхание коснулось моей щеки.

— Не всегда — ответил он тихо — Но время от времени... мы можем возвращаться к этой игре.

Я улыбнулась, слегка прищурившись, словно обдумывая, насколько мне нравится его предложение.

— Игра?

— Это повышает тонус — произнёс он, подмигнув мне.

Я усмехнулась и, глядя ему прямо в глаза, ответила:

— Тогда не жалуйся, если я слишком увлекусь.

— И ты не жалуйся — шёпотом произнёс Марсель, и в следующее мгновение он прижал меня к себе, накрыв мои губы поцелуем. Уверенно, жадно, так, будто он боялся, что я передумаю и отступлю хоть на шаг.

Дальше всё было как в тумане... Мир словно исчез за границей одного-единственного прикосновения. Я почувствовала, как его пальцы скользнули по моей спине и в какой-то момент, пальто упало на пол, словно само соскользнуло с моих плеч.

Напряжение в кабинете достигло предела. Его дыхание смешивалось с моим, а я не знала, где заканчиваются его руки и начинаются мои... да и не хотела знать. Казалось, что время остановилось, давая нам передышку и позволяя забыть обо всём, кроме этого мгновения.

Марсель целовал меня сильнее, одной рукой притягивая ближе, а другой скользя по моей талии, так осторожно, что от этого прикосновения у меня перехватывало дыхание сильнее, чем от самого поцелуя. Я ощущала, как по позвоночнику пробегает дрожь, и как по телу разливается странное чувство.

Я не сопротивлялась. Даже не пыталась.

Мгновение спустя мы оказались на диване. Марсель осторожно, почти бережно приподнял меня, усаживая к себе на колени. Его пальцы дрогнули, когда он провёл ими по моей спине, находя замочек платья. Я почувствовала, как он посмотрел на меня... пристально, чуть растеряно, будто боялся сделать что-то неправильно.

— Мелисса... — прошептал он, словно спрашивая разрешение.

Я молча коснулась его рубашки, чувствуя под пальцами горячую кожу, и медленно расстегнула верхние пуговицы. Рубашка соскользнула с его плеч, и по телу пробежала дрожь... не от холода, а оттого, что мы впервые за долгое время позволяли себе быть настолько близки.

Он склонился ко мне, его губы едва коснулись моей щеки... сначала осторожно, как будто пробовали вкус этого момента, затем чуть смелее. Я прикрыла глаза, позволяя себе утонуть в этом мгновении. Каждое его прикосновение было будто просьбой, а каждое моё движение... ответом.

Платье тихо соскользнуло с моего плеча, а его пальцы на мгновение остановились, словно он боялся перейти границу, которую я сама уже давно стёрла.

— Посмотри на меня — попросил он тихо.

Я подняла взгляд, и мир будто растворился. В его глазах было всё: желание, страсть, страх потерять, чувство вины, нежность и та любовь, с которой когда-то всё началось.

Я провела рукой по его щеке, чувствуя, как он слегка прижался к моей ладони, словно давно этого ждал. Его губы снова нашли мои, и поцелуй стал глубже... медленным, уверенным. От этого поцелуя внутри всё растаяло.

Мы целовались долго, запутываясь в дыхании, прикосновениях, своих желаниях и в том, как сильно хотелось быть ближе. Ещё ближе. Мир сузился до его рук, биения наших сердец и тихого шелеста одежды, падающей на пол.

Сначала скользнуло моё платье, потом его рубашка, которую я расстёгивала дрожащими пальцами, ощущая, как под ними двигаются его мышцы, как он задерживает дыхание, словно от одного моего прикосновения ему становилось тесно в собственном теле.

Марсель смотрел на меня, будто видел впервые, а его прикосновения оставляли тёплые полосы, от которых у меня перехватывало дыхание.

— Ты... невероятная... — прошептал он, проведя пальцем по моей губе.

Внутри всё сжалось от осознания, что это действительно происходит со мной. С нами.
Марсель осторожно уложил меня на диван, наклоняясь надо мной так близко, что его дыхание коснулось моей кожи. Он провёл пальцами по моей щеке так медленно, будто хотел запомнить каждое движение. Его ладонь медленно спускалась, заставляя меня затаить дыхание... затем медленно скользнула по рёбрам, не спеша, изучая так, будто он впервые видел каждую линию моего тела.

Марсель наклонился ближе, его губы требовательно коснулись моей шеи, оставляя свою «печать» на каждом свободном участке. И в эту секунду не было никаких сомнений, только тишина, в которой билось два сердца.

Его ладони легли на мои бёдра, чуть крепче, и я почувствовала, как он притянул меня к себе ближе. В этот момент моя рука сама нашла его затылок, пальцы утонули в его волосах, и Марсель тихо, почти неслышно выдохнул, так, словно это прозвучало как признание.

Я подалась навстречу, желая забыть всё и стереть то время, которое нас разделило.

— Хватит ждать — прошептала я, и это был одновременно приказ и мольба.

Марсель подчинился, не говоря ни слова. Всё началось осторожно, почти неторопливо, но быстро перешло в мощный, уверенный ритм, рождённый долгим, измучившим нас обоих ожиданием.

С каждой секундой его движения становились глубокими и резкими, выражая всё то накопленное желание, которое он сдерживал так долго. Я отвечала ему, словно моё тело пришло в себя после долгой паузы, и жар разлился по венам. Он нежно целовал меня в шею, потом жадно в губы, с каждым разом вкладывая в поцелуй всё больше силы.

Мы двигались, прижавшись друг к другу в полумраке, который скрывал всё, кроме нашего желания. Я запрокинула голову, и сладкий, громкий стон вырвался из моих губ, когда внутренняя волна накрыла меня с головой.

На лице Марселя промелькнула едва заметная ухмылка, которую хотелось стереть с его довольного лица, но сейчас мне было совсем не до этого.

Его руки сжали мои бёдра, прижимая меня максимально плотно. Напряжение стало невыносимым, оно пульсировало жгучим, страстным желанием, и я чувствовала, как дрожит его тело.

Он резко наклонился, и наши лбы столкнулись. Я зажмурилась, и в этот момент, когда наши тела достигли последнего предела, его финальный толчок пронзил меня насквозь.

Марсель рухнул на меня, и я почувствовала, как его мышцы расслабляются. Перекатившись набок, он требовательно потянул меня за собой. Я прижалась к нему, с трудом переводя дыхание...

Его тяжёлая рука легла мне на талию, притягивая ещё ближе, а я положила голову ему на плечо, ощущая тепло его кожи и бешеный стук сердца, который постепенно замедлялся.

В полной тишине, нарушаемой только нашим дыханием, я чувствовала, как усталость и абсолютное удовлетворение накрывают меня. Моя рука медленно поднялась и легка ему на грудь, а пальцы слегка погладили его гладкую кожу.

Когда наши взгляды, наконец, встретились, я затаила дыхание, не зная, что сказать. Внутри всё сжалось от осознания, что это действительно случилось. Смутившись от его пристального взгляда, я почувствовала, как мои щёки залились краской, и спрятала лицо у него на груди.

Марсель лишь усмехнулся и поцеловал меня в макушку.

— Ты моя... — его голос был хриплым, отчего по телу пробежала дрожь.

Я прикрыла глаза, вдыхая его запах и чувствуя, как внутри появляется странное чувство.

— Мой... — едва слышно прошептала я.

— Я по тебе очень скучал — сказал Марсель, притягивая меня ближе, так что его дыхание коснулось моей шеи.

Я промолчала... смотрела куда-то в сторону, будто изучала стену и пыталась не выдать, что сердце уже предательски сжалось.

— И ты скучала — прошептал он, проводя рукой по моей спине, отчего я вздрогнула.

— Я этого не говорила — возразила я, едва заметно пожав плечами.

— Я всё слышал — в его голосе промелькнула знакомая самодовольная усмешка.

— Это была не я — фыркнула я — Просто в тот момент в меня кто-то вселился, и я отключилась. А сейчас я вернулась и ничего не помню.

— Ты можешь не помнить — протянул Марсель медленно — Но точно чувствуешь — его голос стал ещё увереннее.

Я покачала головой, соврав так отчаянно, что сама едва удержалась от улыбки. Мне хотелось его ущипнуть и стереть с лица эту довольную ухмылку.

— Мне снова напомнить тебе? — спросил он, наклоняясь так близко, что я почувствовала, как все мои мысли начинают путаться.

— Боюсь... в меня снова кто-то вселится — сказала я самым серьёзным тоном — Так что напомнить не получится...

Марсель тихо рассмеялся, обхватил моё лицо ладонями и прошептал:

— Тогда будем вызывать твою память заново. С самого начала.

И в этот момент он снова поцеловал меня, но это был уже совершенно другой поцелуй. Не требовательный, а мягкий, обещающий, что теперь всё точно будет хорошо...

———————————————————————————————
                                                                                                                                      

Глава подошла к концу — но история продолжается. Ваши комментарии здесь очень важны: они помогают продвижению книги, а ещё от этого зависит, насколько быстро выйдет следующая глава...)) Буду благодарна за ваши мысли и впечатления..🩷

💌 Обсуждения, спойлеры и всё-всё — в моём тгк: fatieamor | бабочки не спят