Глава 39
Всё вокруг погрузилось во мрак и абсолютную тишину. Как будто я просто исчезла из этого мира. Словно время остановилось. Я не понимала, где нахожусь, лишь чувствовала: что-то не так. Что-то произошло. И это было серьёзно.
Я пыталась открыть глаза, но ничего не получалось. Тело отказывалось слушаться, а в животе чувствовалась тупая, но сильная боль. Я не знала почему, но, казалось, будто что-то внутри меня сломалось. Словно я была где-то между. Не здесь... и не там. И не знала, как долго нахожусь в этом состоянии. Но одно я знала точно, я жива.
Всё казалось сном... странным, тяжёлым и обрывочным. Иногда мне казалось, что кто-то зовёт меня по имени.
«Мелисса...».
Временами я словно слышала шаги. Кто-то приходил, сидел рядом. Иногда я почти чувствовала прикосновения... Чьи-то пальцы на моей руке. Тёплые, знакомые и такие родные.
Сердце вздрогнуло. Я пыталась вспомнить кто я и почему всё это происходит. Но не могла вспомнить всё сразу. Лица, события... всё было в тумане. Но одно я знала точно, он был рядом.
Я чувствовала это каждой клеточкой своего тела.
Марсель...
Ты злился, да? Винил себя? Я не хотела, чтобы он чувствовал себя виноватым. Ведь во всём случившемся виновата была я. Ушла, ничего не объяснив, причинила ему боль и всё время отталкивала. А он всё равно был рядом, несмотря ни на что. Если бы я только могла открыть глаза... я бы всё ему рассказала. Ему было достаточно заглянуть в мои глаза, чтобы всё понять. И я так хотела вновь открыть их, чтобы просто увидеть его. Чтобы обнять. Услышать, как он называет меня мотыльком и упрямой. Посмотреть, как он хмурится и морщит лоб, когда я его дразню.
Я не знала, сколько прошло времени. Минуты, часы, дни... Всё слилось воедино.
Сознание возвращалось медленно. Сначала были только тени и отдалённые звуки, глухие и неразборчивые, как будто кто-то говорил через толстое стекло. Где-то недалеко звучал ритмичный, успокаивающий писк. Он повторялся с одинаковыми интервалами, и с каждой секундой становился всё чётче. Медицинские приборы. Судя по всему, я была в больнице.
Я не умерла, что уже хорошо. С моим везением в последнее время я бы не удивилась и такому исходу.
Я снова попыталась открыть глаза, но веки были тяжёлыми. Тело казалось чужим. Оно совершенно не слушалось и не подчинялось мне.
— Любимая...
Моё сердце отозвалось на его голос. Я хотела сказать хоть слово, но горло пересохло, и каждый вдох давался с огромным трудом.
Я вновь попыталась открыть глаза, на этот раз чуть сильнее. Веки дрогнули, и в тонкой щели между ними проник тусклый свет. Всё плыло, но постепенно очертания становились яснее. Белый потолок и его лицо. Он наклонился надо мной, осторожно коснувшись рукой моего лица.
— Я здесь... — прошептал он — Ты слышишь меня?
Я не смогла кивнуть, лишь слегка моргнула. Он сразу всё понял. Его пальцы крепче сжали мою ладонь, будто боялись снова потерять. Я попыталась улыбнуться, но получилось едва заметное движение губ.
— Я сейчас позову врача — сказал он и, не отпуская моей руки, медленно встал.
Я слегка сжала его пальцы, не желая, чтобы он уходил даже на секунду. Но он всё же вышел, и я снова осталась одна в полутёмной палате, среди звуков медицинских приборов.
Голова гудела, и я не могла нормально пошевелиться, тело до ужаса болело. Особенно низ живота. Я попыталась вспомнить, что произошло. В голове были смутные обрывки. Всё смешалось в одну мутную картинку, как будто кто-то перемешал все мои воспоминания.
Спустя несколько минут дверь открылась, и в палату вошли Марсель и двое врачей. Свет от фонарика ударил в глаза, и я тихо застонала. Один из них сразу подошёл ко мне и начал задавать вопросы, словно проверяя в сознании ли я.
— Мелисса, если вы слышите меня, моргните.
Я нахмурилась, посмотрев на него.
— Отлично. А теперь попробуйте сжать мою руку.
Медленно через усилие, я подвигала пальцами.
— Хорошо. Болей не чувствуете? — спросил второй, осматривая мониторы.
— Чувствую — хрипло прошептала я, удивившись, что голос всё таки прорвался. Он прозвучал слабее, чем я ожидала.
Врач посмотрел на меня с лёгкой улыбкой:
— Это даже хорошо. Постарайтесь меньше говорить и больше отдыхайте.
Марсель стоял сбоку, скрестив руки на груди, и не сводил с меня взгляда. Я уловила в его глазах тревогу, будто он до сих пор не мог поверить, что я действительно пришла в себя. Но за этой тревогой скрывалось что-то до боли знакомое... облегчение.
Словно он только сейчас позволил себе выдохнуть. Я заметила ещё одну странность... его глаза были красными. Не только от недосыпа, но и воспалённые.
Вскоре в палату вошли две медсестры. Они остановились у стены, бросив короткий взгляд на врачей, а потом на Марселя. Обе сразу как-то оживились. Одна из них чуть склонилась к другой и, думая, что никто не слышит, прошептала:
— Он настоящий или мне кажется? Ты только посмотри на него...
— Моя сестра работает в суде — ответила вторая, с таким тоном, будто говорила про голливудскую звезду — Говорит, там все женщины стоят в очереди, чтобы просто документы ему занести. А он ни на кого не смотрит...
— Верю. У него такой взгляд... Он, по-моему, даже дышит красиво.
Они хихикнули, прикрыв рты, и снова бросили на него взгляд.
Я едва слышно выдохнула. Даже находясь в реанимации, едва приходя в себя, я умудрилась услышать это. И несмотря на своё состояние, я всё равно разозлилась.
— Ни на минуту нельзя оставить его — подумала я, закатив глаза.
А главное, Марсель ничего не заметил. Стоял себе спокойно, даже не догадываясь, какое шоу разворачивается в двух метрах от него.
«Красиво дышит, значит...» — мысленно повторила я, глядя на этих «поклонниц».
Врач снова осмотрел мои зрачки, направив в глаза яркий свет, отчего голова стала болеть ещё сильнее.
Он осторожно положил руку на мой живот. Низ которого, тянуло неприятной болью, словно внутри всё сжалось в узел.
— Когда она полностью придёт в себя? — спросил Марсель, впервые за долгое время заговорив с ними.
Один из врачей посмотрел на него с лёгкой улыбкой, словно они давно знакомы.
— Всё зависит от организма. Пока ещё рано делать прогнозы. Была проведена серьёзная операция, и Мелисса провела без сознания два дня. Но по анализам есть положительная динамика — сказал он, бросив взгляд на планшет — Главное покой и время.
Два дня? Я пробыла без сознания два дня?
Мысли словно прокатилась холодной волной по телу. Я попыталась пошевелить пальцами. Едва заметное движение, но оно дало мне чувство контроля. Я здесь. Я жива. Пусть и в теле, которое совсем не хотело меня слушаться.
Врач что-то говорил медсёстрам, но его голос звучал фоном. У меня в голове была только одна мысль: Что произошло за эти два дня? Что за операция? Теперь понятно, почему у меня так болело всё тело.
Я повернула голову на долю секунды. Марсель всё ещё стоял рядом, не отводя взгляда. Его глаза встретились с моими, и в них было всё: тревога, страх, и такая тёплая, настоящая нежность, от которой у меня едва не защемило сердце.
Врач бросил последний взгляд на монитор, кивнул медсёстрам и, обменявшись с Марселем короткой фразой, вышел вслед за другим. За ним, тихо, почти на цыпочках вышли и девушки. Ещё на секунду задержались у двери, бросив украдкой взгляд на Марселя, и, шепча друг другу что-то с улыбками, исчезли за дверью.
В палате снова стало тихо. Остались только мы.
Он сделал шаг ближе и сел на край моей кровати. Его ладонь осторожно накрыла мою. Как будто он боялся сделать мне больно. Несколько минут Марсель молчал, просто смотрел на меня, изучая каждый миллиметр моего лица, боясь снова потерять.
— Ты вернулась ко мне... — прошептал он с лёгкой улыбкой.
— Конечно — едва слышно сказала я, слегка ущипнув его за руку — Кто-то же должен был разогнать твой медицинский гарем.
Он удивлённо вскинул брови, а потом тихо рассмеялся. Смех вышел с лёгкой хрипотцой, как будто за эти два дня он и правда разучился смеяться.
— Ты даже после наркоза не теряешь хватку — качнул он головой, сдерживая улыбку.
— Конечно. Ты так просто от меня не избавишься — сказала я, приподняв бровь.
— Даже не думай. Ты мой мотылёк, и я не позволю тебе улететь.
В палате воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуками приборов.
— Ты напугала меня — тихо сказал он. Голос чуть дрогнул — До ужаса, Мелисса.
Вдруг в голове, как вспышка, промелькнули воспоминания. Та ночь. Демир. Его прикосновения. Попытки поцеловать меня... и не только. Моё отвращение, страх, паника.
Я вспомнила, как вырвалась и побежала на кухню. Как дрожащими руками схватилась за нож... Металл был холодным и тяжёлым. Я поднесла его ближе, чувствуя, как в груди всё сжимается от боли. Потом острая боль и тепло крови, растекающейся по коже. И... темнота. Глубокая, всепоглощающая темнота. Будто всё исчезло.
Я моргнула, слегка покачав головой, пытаясь избавиться от этих воспоминаний. Лёгкий звон в ушах отдался эхом. Я была здесь, жива, а он... всё ещё держал меня за руку.
— Не делай так больше — он попытался улыбнуться, но в глазах всё ещё стоял страх — Я думал, что больше не увижу тебя, не услышу...
Я не могла оторвать от него взгляд. Даже сквозь боль, слабость и затуманенное сознание, я всё равно смотрела только на него. Когда он подошёл ближе, я, наконец, разглядела его лицо как следует.
Он выглядел так... по-другому.
Не таким, как обычно. Уставшим, измученным. Щетина покрывала его лицо, больше, чем обычно, будто он давно не брился. Волосы слегка растрёпаны, а щёки впали. Глаза покраснели, и один из них был полностью алым... у него лопнул сосуд. Скорее всего, от бессонных ночей и стресса. Моё сердце сжалось.
— Как ты? — спросил он тихо с улыбкой на лице.
— Ничего — прошептала я — Но всё болит.
— Я ужасно испугался за тебя... Если бы с тобой что-то случилось... — на мгновение он замолчал — Я даже не хочу об этом думать.
— Всё хорошо... — попыталась я его успокоить.
Но вдруг Марсель стал серьёзным. Я сразу поняла это по его нахмурившимся бровям и тёмному взгляду.
— Мелисса... наш последний разговор... Я всё знаю. И про Натана, и про то видео.
Моё тело напряглось, словно меня ударили током. Воспоминания вернулись мгновенно.
— Где Натан? — от шока я резко приподнялась, и тут же меня пронзила острая боль. Тело словно взбунтовалось против каждого движения, и я поморщилась от боли.
— Он пока не может прийти...
— Почему? — спросила я, почувствовав, как в груди нарастает страх — Ты что-то сделаешь с видео?
Он на секунду замолчал, а затем тихо, почти виновато сказал:
— Я уже сделал... Ты должна понять правильно...
Мир на мгновение словно рассыпался на огромное количество мелких осколков. В этот момент паника подступила к горлу. Я больше ничего не слышала. Не могла дышать...
— Ты что сделал? Как ты мог так со мной поступить? — мой голос сорвался, а руки дрожали от страха.
— Мелисса... — он придвинулся ещё ближе — успокойся, пожалуйста.
— Где мой брат?! Что ты сделал с ним?! — я снова дёрнулась вперёд, не чувствуя боли, будто приглушённой страхом.
Марсель мягко, но настойчиво взял меня за плечи, а затем ладонями нежно обхватил моё лицо, заставив посмотреть ему прямо в глаза.
— Посмотри на меня — его голос звучал ровно, но в глазах по-прежнему стояло беспокойство — Твой брат в порядке.
В эту секунду я замерла, посмотрев на него.
— Он перенервничал — продолжил Марсель — Врачи дали ему успокоительное. Сейчас он спит.
— Что? — прошептал я, но голос звучал сломленным — Я должна его увидеть.
Я снова попыталась привстать, но он мягко держал меня.
— Я удалил видео — сказал он, чуть наклоняясь, ближе — Удалил.
— Удалил? — я не поверила своим ушам.
Марсель кивнул, не отводя от меня взгляд.
— Удалил.
Я смотрела на него, ощущая, как внутри всё будто остановилось.
— Но... разве ты не нарушил свои принципы? — мой голос прозвучал едва слышно.
Он слегка улыбнулся. Совсем грустно... с тем оттенком боли, что рождается только после осознания.
— Это больше не имеет смысла — сказал он — Всё, во что я так слепо верил... всё это оказалось второстепенным.
— Но ты говорил...
— Это уже неважно — резко сказал он, не дав мне договорить — Я был глупцом. Я так сильно люблю тебя, что всё остальное не имеет никакого значения. Жизнь без тебя не имеет никакого смысла. Мои убеждения, принципы... всё это ничего не значит, если тебя нет в моей жизни.
Он на секунду замолчал, и в этот миг мне даже показалось, что я услышала, как в тишине палаты бьётся его сердце.
— Я совершил большую ошибку... — прошептал он — решил, что могу всё контролировать, совсем забыв, что я обычный человек. Разве может быть в этой жизни что-то важнее тебя?
Услышав это, я замерла. Не могла произнести ни слова. Просто смотрела в его глаза, где было столько боли, любви и раскаяния, что всё внутри сжалось.
Он осторожно притянул меня к себе и крепко обнял. Я почувствовала, как он затаил дыхание, будто боялся, что я снова исчезну.
— Марсель, прости... — едва слышно прошептала я, прижавшись к нему — Я испугалась. Очень испугалась.
Марсель прижал подбородок к моей макушке, будто так мог защитить меня даже от воспоминаний. Несколько секунд мы просто молчали. Я слышала, как стучит его сердце, как чуть сбивается дыхание. Он пытался сохранять спокойствие, но я понимала, как будто он вот-вот взорвётся изнутри.
— Я знаю — наконец сказал он, его голос был хриплым — Знаю, что ты сделала это не только ради брата... но и ради меня.
Я чуть приподняла голову и заглянула ему в глаза.
— Я хотела... уберечь тебя... вас. И те слова... я не хотела их говорить, но...
— Я всё знаю, любимая. Ещё тогда понял.
Я сжала его руку крепче.
— Моя упрямая — прошептал он с горькой улыбкой — Ты всё время пыталась спасти всех, кроме себя.
Он нежно убрал с моего лба прядь волос, а затем провёл пальцами по щеке.
— Если бы ты знала, какого это... видеть твою кровь, читать эти новости, стоять возле двери и просто ждать... — он сделал паузу — Не успеть сказать тебе главное — он проглотил ком в горле — А я ведь чуть не потерял тебя навсегда.
Я тихо вздохнула, мои пальца нашли его ладонь и крепко сжали.
— Ты не потеряешь меня — сказала я тихо, посмотрев в его глаза.
Марсель долго смотрел, даже не моргая, будто пытался запомнить каждую черту моего лица. Потом чуть ближе наклонился.
— Только пообещай мне одно... — прошептал он — Больше никогда...
— Обещаю — перебила я тихо, поняв, что он хотел сказать, даже не дав ему закончить.
Он чуть улыбнулся и, взяв мою ладонь, приложил её к своему сердцу.
— Тогда я больше ничего не боюсь — сказал он, и я почувствовала, как под рукой бьётся его сердце... чуть быстрее обычного. Такое живое. Настоящее.
Он осторожно помог мне лечь обратно, словно я была сделана из стекла, и, наклонившись ближе, поправил подушку под моей головой. Его руки задержались на мгновение, будто он не мог поверить, что я рядом... здесь.
— У тебя глаза... красные — сказала я, прищурившись — Теперь ты похож на вампира.
Марсель чуть ближе наклонился и его стал ниже:
— Осторожно... А то укушу.
— Только не в шею, ладно? — пробормотала я, не отводя взгляда.
Он наклонился ещё ближе, его дыхание коснулось моего виска:
— Ладно... тогда в губы.
— Прекрати... — протянула я, но не отстранилась — Ты пугающе хорош в этой роли.
— А ты пугающе быстро восстановилась, если уже успеваешь флиртовать — усмехнулся он, глядя на меня исподлобья.
— Это всё инстинкты самосохранения — слабо улыбнулась я — Надо же как-то защищаться от твоей харизмы.
— Так ты признаёшь, что она у меня есть?
Марсель тихо рассмеялся, проводя пальцем по моей ладони.
— Хорошо, мотылёк — с усмешкой прошептал он, его голос стал бархатным — Тогда обещаю, сегодня тебя не кусать. Разве что... если сама попросишь.
— О боже — выдохнула я, закатив глаза, и попыталась сохранить серьёзность, но уголки губ предательски дрогнули — Тебе срочно нужно поспать. Ты становишься...
— Неотразимым? — подсказал он, чуть наклоняя голову, словно искренне интересовался.
— Невыносимым — поправила я, с трудом сдерживая улыбку.
Марсель наклонился ещё ближе. Его лицо оказалось совсем рядом, дыхание легко коснулось моей щеки.
— Плевать. Главное, что ты снова со мной.
Я смотрела в его глаза, и всё внутри сжималось. На губах появилась улыбка.
— Моя — прошептал он.
— Мой — ответила я, не отводя взгляда.
Впервые за долгое время я смогла уснуть спокойно. Без страха, без тяжести на сердце и в груди. Марсель был рядом, и всё остальное вдруг потеряло всякий смысл. Я до сих пор не могла поверить, что он действительно сделал это ради меня. Что всё наконец-то закончилось.
Я не знала всех подробностей, и если честно, сейчас это было неважно. Ведь наконец-то я чувствовала себя в безопасности.
Утро наступило неожиданно быстро. Сквозь шторы проникал слабый солнечный свет, наполняя палату спокойствием. Первое, что я почувствовала — лёгкая боль в теле, но теперь она не пугала, а была частью меня. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что нахожусь в палате.
Повернув голову, я увидела Мику. Он стоял у окна, даже не заметив, что я проснулась, и я не сразу решилась нарушить эту тишину. Он смотрел куда-то вдаль, как будто пытаясь найти ответы на свои вопросы.
— Ты проснулась — сказал он, наконец заметив, как я осторожно двигаю пальцами. Его голос был тихим, но с ноткой облегчения.
Я улыбнулась, стараясь приподняться, но это оказалось сложнее, чем я думала.
Мика быстро подскочил к кровати, а его руки поддержали меня, помогая устроиться. Я заметила, как на его лице снова промелькнуло беспокойство, когда он внимательно следил за моими движениями.
— Тихо, не спеши — мягко сказал он, наклоняясь ближе — Я помогу.
— Тебя ещё не отчислили? — спросила я, усмехнувшись, наблюдая за тем, как он поправляет подушку.
Он посмотрел на меня с лёгкой усмешкой, и я заметила, как его взгляд стал мягче.
— Пока нет, но если ты продолжишь попадать в неприятности, я точно окажусь за дверью — сказал он с хитрой улыбкой, осторожно ущипнув меня за щеку.
Я поморщила лоб улыбнувшись.
— Значит, скоро отчислят — прищурившись, ответила я, взяв его за руку.
Мика слегка покачал головой, закатив глаза.
— Вижу, останавливаться ты не планируешь.
Я пожала плечами, посмотрев в сторону, пытаясь скрыть улыбку. В этот момент дверь резко распахнулась, и в палату влетела Нина:
— Где она? Где моя девочка? — выкрикнула она, оглядываясь по сторонам.
От неожиданности я приподнялась, удивлённо вскинув брови.
Следом за Ниной в палату вошли Натан, Роззи и Лорен. Каждый из них переживал, но их лица светились от облегчения, когда они увидели, что я пришла в себя.
Особенно Натан... В его глазах было такое чувство вины, что мне стало не по себе. Я знала, что он винил себя, но это было ни к чему. Он бы поступил точно так же, окажись на моём месте.
Нина сразу подскочила к кровати, аккуратно присев рядом, но так, чтобы не потревожить меня.
— Ты меня очень напугала — сказала она, прижав ладонь к груди, словно пытаясь успокоиться.
— Нас всех — вставил Мика, улыбнувшись, подразнивая Нину.
— Простите... — виновато произнесла я.
Мика мягко сжал мою руку, не отрывая взгляда.
— Главное, что ты с нами — сказал он тихо.
— Всё остальное — ерунда — добавила Лорен, подходя ближе. Её глаза блестели, но она держалась уверенно, как всегда.
Её внимание всегда было очень ценно для меня, особенно сейчас, когда я знала, что она отменила все свои рабочие поездки, оставаясь рядом.
— Как ты себя чувствуешь? Что болит? — спросила Роззи, стоя рядом с Натаном. Её голос звучал взволнованно, но спокойно, будто она боялась потревожить меня своим вопросом.
— Мне лучше — ответила я, заставив себя улыбнуться. Я не хотела вдаваться в подробности и расстраивать их.
Натан всё это время молчал. Его лицо было напряжённым, взгляд цеплялся за каждую черту моего лица, словно он боялся упустить хоть одну деталь.
— А теперь скажи мне — внезапно прервала мои мысли Нина, прищурившись — Этот тихий ужас пытался тебя убить?
Я растерялась, совсем забыв, какой прямолинейной бывает Нина.
— Нина — сказала Лорен, покачав головой — Ну не так же в лоб.
— А как ещё? — выпалила она — Что ещё это может значить? Нож случайно оказался у неё в животе? У тебя часто нож оказывается в животе, Лорен?
Все на секунду замолчали. Я снова вспомнила тот момент, чувствуя, как напряжение постепенно начинает возвращаться.
— Нина, дорогая — спокойно, но твёрдо сказал Мика, глядя на неё — Сейчас не время. Мелиссе надо отдохнуть.
Нина вспыхнула, но отвернулась, сжав губы. Злость буквально нависла над ней, как тяжёлая туча. Было видно, как она с трудом сдерживает себя. Так было всегда, когда она не получала ответа на свои вопросы. Но, как ни странно, в этом был её способ заботиться. Пусть и немного пугающий.
— Но я хочу знать — упрямо проговорила она, скрестив руки на груди — Если он пытался её убить, то я убью его своими руками. Без шуток.
— Это так по-нински — усмехнулась Роззи, бросив на неё выразительный взгляд.
Я слабо улыбнулась и, несмотря на боль, протянула руку, осторожно коснувшись её руки.
— Я расскажу всё потом — проговорила я, стараясь, чтобы голос звучал мягко — Но не вздумай никого убивать. Всё не так однозначно, но сейчас я не хочу об этом говорить.
Нина ничего не ответила. Её лицо оставалось напряжённым, но пальцы в моей ладони едва заметно дрогнули. Я знала, что она услышала меня, и всё поняла. И что, как бы бурно ни выражала свои чувства, она всегда будет рядом.
Побыв со мной ещё немного, все вышли. Нина, конечно же, сказала, что совсем скоро вернётся, но Мика буквально силой вывел её из палаты. Все, кроме Натана. Я понимала, что с ним мне придётся поговорить. Ведь если я не скажу ему хоть что-то сейчас, совесть просто не даст ему покоя. И он не сможет нормально жить.
Я медленно перевела на него взгляд. Он остался стоять у двери, но в его глазах было слишком много всего... Вина, боль, смущение и надежда.
— Подойдёшь? — спросила я тихо.
Натан сделал шаг и медленно опустился на кровать. Он смотрел на меня, не решаясь начать.
— Натан...
— Прости меня...
Произнесли мы одновременно и замерли, удивлённо посмотрев друг на друга. На какое-то мгновение в палате повисла тишина, наполненная всем, что мы так долго не могли сказать.
— Сестрёнка, прости меня — он взял меня за руку, склонив голову набок — Если бы сейчас мы могли вернуть время назад, я бы ни за что не позволил тебе остаться с ним.
— А я бы сделала это снова... — чуть улыбнувшись, сказала я.
Он замер, словно не поверил услышанному.
— Знаешь почему?
Натан молчал. Лишь слегка покачал головой, чуть крепче сжав мою ладонь.
— Потому что ты бы сделал для меня то же самое, Натан. Потому что я твоя сестра, а ты мой брат. Защищать друг друга — это нормально. Так и должно быть.
Он отвёл взгляд, чтобы скрыть нахлынувшие эмоции, но я видела, как дрогнули его плечи.
— Поэтому, пожалуйста... — продолжила я мягко, глядя ему в глаза — давай больше не будем возвращаться к этому разговору? Всё уже случилось и время не вернуть, а я не хочу снова и снова вспоминать всё, что было.
Натан кивнул, не в силах сказать ни слова, а потом встал и осторожно обнял меня.
— Обещаю — прошептал он — Но и ты кое-что должна мне пообещать.
— Что? — спросила я, пытаясь посмотреть в его глаза.
— Не проси меня больше не вмешиваться. Не бери с меня слова. Я твой брат. Старший брат. Я должен тебя защищать... не наоборот. Я больше не позволю тебе брать на себя то, за что должен был отвечать я. И больше не переживу, если снова потеряю тебя.
Я молча кивнула, чувствуя, как его слова оседают где-то глубоко внутри. Вряд ли бы я послушала его, случись что-то подобное снова, но спорить сейчас мне совсем не хотелось.
— Ты вроде больше не попадал в неприятности — сказала я, едва сдерживая улыбку.
Натан фыркнул и театрально закатил глаза:
— Я вообще образец спокойствия и законопослушного гражданина — с самым серьёзным видом заявил он.
Я усмехнулась, посмотрев на него.
— Это ты сейчас про себя или про какого-то другого Натана?
— Про свою обновлённую версию — ответил он, гордо вскинув подбородок.
— Интересно... сколько эта версия продержится на свободе? — прищурилась я, наблюдая за ним.
— Пока тебя кто-то не обидит.
— Значит, недолго... — добавила я, пожав плечами.
В этот момент мы оба засмеялись. Одновременно и как раньше. И это был именно тот смех, которого мне так не хватало. Простой, лёгкий, как в старые времена. Когда не было страха, боли и проблем. Когда было беззаботное время, ужины за столом, споры с дедушкой обо всём на свете и шутки над Ниной. Мне действительно этого не хватало...
Натан оставил меня, когда я снова почувствовала усталость. Из-за всех этих событий я слишком быстро утомлялась. Я лежала в палате, закрыв глаза, и даже не заметила, как быстро уснула. Мне снова ничего не снилось. В голове был лишь пустой чёрный квадрат. Даже во сне я не смогла ни на секунду отвлечься от реальности... но, по крайней мере, на душе теперь было спокойно.
Я проснулась от стука в дверь. Сон был слишком лёгким, словно я и не спала вовсе. Это была Роззи.
Она вошла в палату, держа в руках коробку бургеров и два клубничных коктейля. Увидев её, я расплылась в улыбке. С трудом удерживалась всё в руках, она подошла к кровати и, наконец, уселась рядом, аккуратно поставив всё на кровать.
— Прости, если разбудила — сказала она с озорной улыбкой — Но я жутко соскучилась.
— И я — ответила, взяв её за руку.
Я огляделась по сторонам. У окна стояло несколько больших корзин с цветами. Всё они были до безумия красивыми. Внутри каждой я заметила записки, но решила прочитать их позже.
— Я столько всего должна тебе рассказать! — возбуждённо заговорила Роззи, придвигаясь ближе — Пока ты была без создания, здесь творился хаос!
— Рассказывай всё — сказала я, приподнимаясь, напрочь забыв о боли.
— О, милая. Начнём с главного... Марсель прострелил Демиру ногу.
— Что?! — вскрикнула я, чуть не пролив коктейль на кровать.
— Выпустил в него две пули — гордо добавила она, улыбаясь, как довольный зритель боевика.
— Рассказывай немедленно!
— Ну, как всё было на самом деле, я не знаю. Но Марсель забрал Демира домой, заставил удалить видео, а потом... выстрелил. Что уж тот сказал в ответ, не представляю, но...
— Ему стоит только открыть рот, чтобы выбесить любого — пробормотала я.
— Абсолютно! — воскликнула Роззи.
— Не могу поверить... — покачала я головой — А что ещё случилось?
— Парень по имени Эмрах дал тебе свою кровь.
— Что? Эмрах?
— Серьёзно. Оказалось, у вас одна группа крови. Не знаю, откуда он вообще взялся, но между ним и Марселем... такие искры летали. Он ревнует тебя как сумасшедший! Хотя... если честно, кандидат-то достойный.
— Роззи...
— Ну что? — пожала она плечами, отпивая коктейль — Объективно, мужчина красивый, хоть и слишком серьёзный. Но объясни мне, почему он всё время рядом?
— Он мой друг — ответила я, пожав плечами в ответ.
— Такой же «друг», как и Марсель когда-то? — переспросила она, показывая кавычки.
— Эй!
Роззи рассмеялась, а потом вдруг распахнула глаза:
— Я же совсем забыла! Ты разведена!
— Ты шутишь? — выкрикнула я, вскинув брови — Как?
— Ты бы это видела! — заговорила она, возбуждённо размахивая руками — Марсель пришёл в палату к Демиру с адвокатом. Потом заявился Эмрах, прижал пистолет к его виску и, всё... Скрепя сердце, но Демир подписал документы.
— Но... как это возможно? Я же не подписала документы...
— Марсель сказал, что ты дала ему право подписи.
— Точно... — вспоминала я, слегка ошарашенная. Улыбка невольно скользнула по губам.
На мгновение я замолчала. В голове до сих пор не укладывалось всё происходящее, и я не могла поверить, что всё это правда.
— Милая? — позвала меня Роззи, заметив, как я погрузилась в свои мысли.
— Я здесь... Просто задумалась.
— О чём?
— Не могу поверить, что я свободна — прошептала я.
— Марсель сделал всё, чтобы, когда ты проснёшься, тебе не пришлось больше ни о чём беспокоиться.
«Сделал всё»... эти слова крутились в голове без остановки. Я вспоминала наш последний разговор. Тогда мне казалось, что всё кончено. Что мы больше не будем вместе. Что он...
— Милая... — Роззи осторожно взяла меня за руку.
Я посмотрела на неё.
— В ту ночь, когда всё случилось — начала я — Мы с Марселем сильно поссорились. Я думала, что он больше не любит меня. Что любит свои принципы больше, чем меня...
Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.
— Он очень любит тебя — мягко сказала Роззи — Да, он принципиальный. Иногда до безумия, но спиши это на возраст. Знаешь, «старикам» иногда нужно самоутвердиться...
Мы обе рассмеялись. Лёгкий, искренний смех заполнил палату. Роззи умела разряжать любую обстановку, и в этот момент я по-настоящему почувствовала, что всё будет хорошо.
Внезапно дверь распахнулась, и в палату зашёл Марсель. Следом за ним высокий мужчина в строгом тёмном костюме. Он молча кивнул, показав удостоверение, прежде чем закрыть за собой дверь. Мы с Роззи переглянулись. Она приподняла брови, а я вопросительно посмотрела на Марселя.
— Это детектив Холден — спокойно сказал Марсель, приближаясь — Он ведёт твоё дело.
Мужчина сделал шаг вперёд и достал из папки планшет.
— Моё дело? — переспросила я, удивлённо посмотрев на него.
— На вас было совершено нападение — деловито проговорил детектив Холден, не поднимая глаз от планшета — Мы обязаны зафиксировать вашу версию событий. Любая деталь может быть важна.
Марсель подошёл ближе, встав за спиной детектива. Его взгляд метнулся ко мне. Спокойный, но настороженный. Он будто уже знал, что я собиралась сказать, но всё равно ждал.
— Мисс... если вы не готовы сейчас, я могу вернуться позже — предложил Холден, глядя на меня.
— Нет — сказала я быстро — Но сначала я хочу узнать, что сказал Демир Рашид.
Детектив удивлённо посмотрел на меня, не ожидая такого поворота. Марсель тоже слегка напрягся, но ничего не сказал. Но прежде чем что-то сказать, для меня было важно узнать, какие показания дал Демир.
— Это важно — добавила я, глядя Холдену прямо в глаза — Мне нужно знать, прежде чем я начну говорить.
— Ладно — наконец сказал Холден, сделав пометку в планшете — Демир Рашид заявил, что во время ссоры с вами... позволил себе лишнего. Попытался вас поцеловать.
Марсель напрягся. Я краем глаза заметила, как он сжал кулаки.
— Был настойчив — продолжил детектив — По его словам, вы вырвались и побежали на кухню, где схватили нож для самозащиты. Он попытался отобрать его и ранил вас.
Я молчала, не в силах сразу поверить. Демир не соврал. Не обвинил в случившемся меня. И даже... признал, что это он причинил мне вред. Возможно, ему снова угрожали, как было с разводом, но сейчас в этом не было никакого смысла.
Марсель посмотрел на меня. Его взгляд был напряжён.
— Мелисса? — негромко позвал он.
— Он сказал правду — произнесла я тихо — Но... он не ранил меня намеренно. А если быть точнее, это была... случайность.
Холден чуть приподнял бровь. В палате воцарилась тишина, а Марсель смотрел на меня с недоверием. Как будто не мог поверить, что я действительно произнесла эти слова. Да и все те, кто находился в палате, будто были уверены, что Демир соврал. И я бы была, если бы не знала правды.
Как бы я ни относилась к Демиру, я точно знала, что он не желал мне смерти, и сделал это не намеренно.
— То есть... вы не выдвигаете обвинений? — уточнил детектив.
— Нет — сказала я спокойно — У меня нет к нему претензий.
Марсель отвёл взгляд, а я впервые почувствовала, как эта история начинает меня отпускать. Как что-то тяжёлое сдвинулось с места. Словно всё действительно закончилось, и я по-настоящему свободна. Демир Рашид больше не был преградой на пути к тому, чего я на самом деле хотела. А возиться с ним дальше у меня не было ни сил, ни желания.
Детектив Холден кивнул и убрал планшет в папку.
— В таком случае, выздоравливайте. Мы с вами ещё свяжемся — формально произнёс он и направился к двери.
Роззи быстро вскочила, бросив взгляд на Марселя. Он по-прежнему стоял молча, скрестив руки на груди.
— Я провожу вас — сказала она детективу, и, не дожидаясь ответа, вышла вслед за ним, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Мы остались одни.
Марсель всё ещё стоял на месте не двигаясь. Его взгляд был тяжёлым, словно он пытался подобрать слова, но никак не мог их найти. Комната снова погрузилась в тишину, но на этот раз совсем другую.
— Ты сердишься? — спросила я, посмотрев на него.
Он покачал головой, но его губы были сжаты.
— Нет. Я просто... не понимаю.
— Что именно? — тихо спросила я.
Он поднял на меня глаза. В них не было злости, но было то, что я никак не могла прочитать. Смесь злости и... растерянности. Будто он хотел что-то сказать, и ситуация с Демиром здесь была ни при чём. Он изначально зашёл в таком настроении.
— Он сделал тебе больно. Месяцами угрожал. Заставил пройти через всё, а ты... защищаешь его? — в его словах не было упрёка. Словно он просто пытался понять.
— Я не защищаю, Марсель — спокойно ответила я — Демир последний человек, которого я бы стала защищать. Я просто... отпускаю. Не хочу больше в этом копаться. Не хочу иметь с ним ничего общего.
Марсель ничего не ответил. Лишь несколько секунд молча смотрел на меня, словно пытался заглянуть в мою душу.
— Но ведь дело не в Демире — прервав затянувшееся молчание, сказала я — С тобой что-то не так. Я чувствую. Есть что-то, что ты скрываешь.
— Пустяки — ответил он улыбнувшись.
Я непонимающе посмотрела на него.
— Пустяки? — прищурившись, спросила я — Расскажешь? Или ты мне не доверяешь?
— Ещё и не доверяю — усмехнувшись, произнёс он, покачав головой.
— Не поняла.
— Ах, ну да, ты же думаешь, что я не люблю тебя — сказал он вдруг, посмотрев на меня.
— Что? — переспросила я, удивлённо посмотрев ему в глаза.
— Не думала? Не говорила об этом? — произнёс он, чуть склонив голову.
И тут я поняла, что он услышал наш с Роззи разговор. Я не успела договорить эту фразу, и он, как назло, услышал именно эти слова.
— Это было после того разговора — сказала я тихо — Я знаю, что любишь, но тогда всё навалилось на меня, и я...
— Допустила такую мысль — сказал он, перебив меня, и внимательно посмотрел — но я никогда не сомневался в том, любишь ты меня или нет. Мне достаточно лишь одного твоего взгляда, чтобы понять. Поэтому я не жду, когда ты скажешь. Я это чувствую.
— Марсель... — прошептала я, не сводя с него взгляда — Я знаю, что ты любишь меня.
— Но ты не всегда это чувствуешь — произнёс он, посмотрев в сторону — В этом есть и моя вина.
— Тогда заставь меня почувствовать — сказала я, подняв на него.
— Заставить? — переспросил он, чуть прищурившись.
— Заставь — повторила я, не отрывая взгляд от его глаз.
Наши взгляды встретились, и в тот самый момент, когда я уже хотела отвернуться, Марсель вдруг поцеловал меня. Я никак не могла этого ожидать и резко отстранилась.
Он медленно выпрямился, не сводя с меня взгляда.
— Заставил? — спросил Марсель, ехидно улыбнувшись.
— А если бы кто-то зашёл? — сказала я, осматриваясь по сторонам.
— Тогда этот кто-то увидел бы неплохой поцелуй — ответил он, переводя взгляд с моих глаз на губы.
— Ты и вправду сумасшедший — улыбнувшись, я покачала головой.
— Ты сделала меня таким. До тебя я был спокойным человеком, который жил по своему режиму и много работал — сказал он, приподняв бровь.
— А я нарушила твой покой.
Марсель осторожно коснулся рукой моего лица и медленно поднимаясь наверх, заправил прядь волос за ухо.
— И это лучшее, что со мной случилось — произнёс он, приблизившись ко мне.
И прежде чем я успела ответить, он наклонился и снова поцеловал меня. По телу пробежала дрожь. Всё внутри будто сжалось... одновременно болезненно и сладко.
— Ну что? — прошептал он, отстраняясь на мгновение — Заставил почувствовать?
— Уже лучше чувствую — ответила я, улыбнувшись, посмотрев в сторону.
Марсель смотрел внимательно, не отводя от меня взгляда. Он смотрел на меня так внимательно, что я не могла понять в чём дело.
— Что-то не так с моим лицом? — спросила я, невольно касаясь щеки.
— Всё так — мягко сказал он — Просто ты очень красивая.
Я усмехнулась, закатив глаза.
— Шутишь? Посмотри, в каком я состоянии.
— И всё равно, ты самая красивая. В любом состоянии.
Я отвернулась, почувствовав, как щёки залились краской.
— Я уже устала тут лежать... Хочу домой.
— Нельзя, любимая — произнёс он почти шёпотом.
— Любимая... — усмехнувшись, произнесла я, передразнивая его — Господин прокурор, когда вы стали таким... милашечным человеком?
— Каким-каким? — переспросил он, приподняв бровь.
— Милашечным — прошептала я, едва сдерживая улыбку.
Я слегка потянулась вперёд и, почти невесомо, коснулась кончиком своего носа его.
Марсель замер, словно удивлённый этим жестом, а затем медленно улыбнулся.
— Я скучал по этому слову.
Я удивилась, склонив голову набок.
— Я думала, тебе оно не нравится.
— Оно немного странное, это правда. Но мне нравится.
— Но... — начала я, но не успела договорить, как он снова меня поцеловал.
На этот раз увереннее, чем в первый раз, прижав меня к себе ближе.
Я прикрыла глаза, на секунду забыв обо всём... о больнице, о боли и о страхе.
Как же сильно я скучала по нему.
Так, сильно, что каждая клеточка моего тела замирала от его прикосновений.
И от одной только мысли, что теперь нам больше никто не сможет помешать, внутри меня закружили те самые бабочки... давно забытые, но такие родные.
Но реальность быстро дала о себе знать. Дверь в палату распахнулась, и на пороге возник Эмрах. Он застыл, как будто на миг потерял дар речи. Я вздрогнула и отстранилась, а Марсель лишь медленно закатил глаза.
— Тебя не учили стучать? — бросил Марсель, посмотрев на Эмраха.
— Для меня все двери открыты — невозмутимо ответил он.
Я молча наблюдала за их словесной дуэлью. Роззи была права, между ними действительно летали искры.
— Интересно, сколько из них захлопнутся, когда поймут, кто заходит — Марсель усмехнулся, подойдя ближе.
— Главное, что нужная мне дверь всегда открыта — ответил Эмрах и посмотрел прямо на меня.
— Пока я не закрыл её изнутри — сказал Марсель, приподняв бровь.
— Может, хватит? — спросила я, прервав их нелепую перепалку.
Эмрах подошёл ближе и, бросив на Марселя короткий взгляд, сказал:
— Прости, любовь моя. Просто твой парень не умеет спокойно реагировать на обычные вещи.
— Обычные вещи? — переспросил Марсель.
— Вполне. Мелиссу вроде это никак не напрягает — ответил Эмрах, показав на меня рукой.
— Я просила не называть меня так — заметила я, вскинув брови.
Марсель посмотрел на меня, улыбнулся и покачал головой. Эмрах отвернулся и на мгновение замолчал.
— Не оставишь нас одних? — вдруг сказал он, обратившись к Марселю.
— Оставлю, но только потому, что мне нужно поговорить с врачом.
Марсель подошёл ближе и наклонился, легко коснувшись губами моего лба.
Эмрах театрально вздохнул и демонстративно закатил глаза.
Когда дверь за Марселем закрылась, он посмотрел на меня и усмехнувшись сказал:
— В лоб? Так, покойников целуют.
— Ты и другой поцелуй видел — спокойно ответила я.
— Сегодня всё выглядело куда увереннее, чем в прошлый раз. Видимо, вы много репетировали. Но... это всё временно.
— Почему это? — спросила я нахмурившись.
— В тебе теперь моя кровь — ответил он с холодной усмешкой — А она Марселя не принимает.
Я едва заметно рассмеялась. Поведение Эмраха было по-настоящему детским.
— А вдруг наоборот? Что если, ты начнёшь его любить?
— Исключено — отрезал он.
На несколько секунд наступила тишина. В ней звучало напряжение, но странным образом, оно совсем не пугало. Рядом с Эмрахом мне всегда было спокойно. Даже находясь в заложниках. Это странно и практически невозможно объяснить, но я доверяла ему.
— Спасибо — сказала я улыбнувшись.
— За такое не благодарят — спокойно сказал Эмрах, усаживаясь в кресло напротив. Он небрежно закинул ногу на ногу, словно пришёл не в больничную палату, а в собственный кабинет. Его взгляд был непроницаем, но я уже знала, что за этим спокойствием скрывается куда больше, чем он показывает.
— Почему ты мне всегда помогаешь? — спросила я, не в силах больше молчать — Даже сейчас... ты здесь. Если ты не мой друг, то кто?
Он чуть приподнял бровь, словно удивившись наивности вопроса.
— Дружить мы с тобой не можем. Это правда — сказал он, почти с улыбкой, но голос оставался спокойным.
— Почему? — я склонила голову набок, вглядываясь в его лицо. Там не было ни тени иронии.
— Я не дружу с женщинами. Тем более с такими красивыми, как ты.
Я ничего не ответила, лишь усмехнулась. Больше от неловкости этого момента, чем от его комплимента. Внутри всё сжалось от тревожного предчувствия. Он снова уходил от ответа.
— Но ты не ответил на вопрос — напомнила я выпрямившись.
Эмрах опустил взгляд, словно что-то в его мыслях отдалось болью. Казалось, он вёл свою внутреннюю борьбу.
— Я уже говорил тебе, что ты узнаешь всё в своё время — произнёс он тихо, почти не двигая губами.
— Это как-то связано с твоей сестрой? — спросила я резко, словно выпустив стрелу из лука.
Эмрах поднял на меня взгляд, явно не ожидая такого вопроса. Его глаза на мгновение вспыхнули, и в этой вспышке я увидела боль, которая пряталась за маской безразличия.
— Я напоминаю тебе её, так? — прошептала я, продолжая допрос и почти не надеясь услышать ответ.
Его руки сжались в кулаки, едва заметно, но я увидела. Он не подтвердил, но и не опроверг. Лишь молчал, глядя в сторону, будто боялся, что одно слово выведет его из равновесия.
— Артур перед смертью кое-что рассказал Марселю — осторожно продолжила я — Он сказал, что твоя сестра была как-то связана с моим отцом. Расскажи мне.
Эмрах вздохнул, медленно опуская плечи. Казалось, он сражается сам с собой.
— Когда придёт время, ты всё узнаешь — коротко бросил он.
Я покачала головой, чувствуя, как внутри всё закипает от нетерпения.
— Что я должна узнать? — спросила я с надрывом — Ты так говоришь, как будто эта тайна изменит всю мою жизнь.
Он резко встал, шагнул к окну и замер, спиной ко мне. Свет падал на его фигуру, очерчивая силуэт.
— Кто знает — прошептал он.
Я уже собиралась ответить, как вдруг в палату ворвался человек, которого я меньше всего ожидала увидеть.
Я бы скорее поверила в то, что Артур жив, или Демир вдруг стал хорошим человеком, чем в то, что этот человек действительно стоит передо мной.
— Ты? — вырвалось у меня прежде, чем я успела всё осознать.
Эмрах мгновенно напрягся, словно готовясь к угрозе. Его взгляд стал холодным и цепким. Он сделал шаг вперёд, заслоняя меня собой, хотя я не просила защиты.
Фигура у двери молча смотрела на меня. В его глазах не было ни удивления, ни вины. Лишь ледяное спокойствие, от которого по спине пробежали мурашки.
— Не волнуйся, я пришёл с миром — наконец сказал он, слегка усмехнувшись.
— Ты кто такой? — спросил Эмрах, сделав шаг вперёд.
— Я брат человека, которого ты убил.
———————————————————————————————
Ваши реакции и мысли в комментариях помогают продвижению книги и вдохновляют на продолжение.
💌 Обсуждения, спойлеры и всё-всё — в моём тгк: fatieamor | бабочки не спят