>проще умереть<
— Позавтракаем находу! — сказала Энн Марилле и Мэтью, откусывая булочку. — теперь мы с Эви главные в написании статьи.
Это правда. После нашей «битвы» Энн сделали главным писателем ( по моему предложению ), а Энн решила сделать меня своей главной помощницей, поэтому сегодня мы должны были прийти в школу пораньше.
— Удачи, — сказал Мэтью, после чего я ему улыбнулась, и мы с рыжеволосой вышли из Зеленых Крыш.
— Как дела с Дианой? — спросила я, идя под ручку с Ширли.
— Мы не особо общаемся. — ответила та.
— Тебе её не хватает? — она кивнула. — мне поговорить с ней?
— Я была бы рада, но вот что ей сказать? — задумалась рыжеволосая.
— Могу намекнуть на то, что ты была бы рада с ней помириться.
— Спасибо, — улыбнулась Энн.
Дальше мы продолжили путь в более хорошем настроении, параллельно болтая обо всём на свете. Но тут...
Как только мы перешли дерево, закрывающее вид на школу, мы увидели не здание, в котором учились все эти годы, а сажу, дым и пепел. Мы обе застыли от шока, после чего я подошла ближе, оценивая обстановку. К тому времени подошли остальные.
— Боже мой, наша школа!
— Как так вышло?
— Огонь в печи мы потушили. — сказал Муди. — что произошло?
— Спроси у того, кто забрал станок, ведь его тут нет. — сказала я.
— Как нет? Пропал?
— Кто — то поджёг? Специально?
— Очевидно, что школу подожгли нарочно. — сказала Энн.
— Но кто мог? — Руби была в недоумении.
— Те, кому не понравился наш выход. — ответил Гилберт.
— Совет. — пояснила я.
— Нельзя так это оставить, нужно что — то сделать, — сказал Чарли.
— А мы сделали, и вот, что вышло! — сказала Тилли.
— Это я виновата. — протянула Энн. Я взяла её руку и отрицательно покачала головой.
— Энн не виновата, — сказала мисс Стейси, — как и мы все! Невежды приложили руку. Это значит, что мы не пустое место, раз взрослые мужчины побоялись наших действий, — сделала вывод учительница. — браво нам. Теперь время задуматься о вашем будущем и о экзаменах.
Вдруг наши с Энн взгляды встретились, и я поняла, что мы думаем об одном и том же.
— Миссис Линд, — прочла я по её губам, после чего легонько кивнула, и мы побежали в сторону её дома.
Если вы задаетесь вопросом, почему? Я отвечу: она — член совета, следовательно, она тоже принимает решения, это значит, что она была согласна поджечь школу!
— Миссис Линд! — крикнула Энн, зайдя в дом.
— Энн? Эвелин? — удивилась та. К нам подошла Марила, не менее удивленная.
— Как вы могли такое допустить? — спросила я.
— О чём вы?
— Сожгли школу — мы восстанем! Превратим ваш страх в пепел! — сказала рыжеволосая, раздав подбородок. Но вместо того, чтобы начать оправдываться, миссис Линд заплакала. Мы с Ширли встали в ступор.
Мы присели на диван, и она нам всё объяснила.
— Вы не знали? — уточнила Энн. Миссис Линд покачала головой.
— Нет.
— Но почему вините себя? — спросила я.
— После вашего провального манифеста они так говорили о девушках, включая меня, — она задумалась.
— Вы считаете его провальным? — расстроилась Энн.
— Нет. Уже нет. Молодец, что подняла эту тему, иначе бы люди позорились недельку, а после все забыли.
— Я же готовила, — улыбнулась я рыжеволосой.
Школы больше нет, но готовиться к экзаменам нужно в любом случае, поэтому прекрасная мисс Стейси пригласила всех нас к себе.
— Кто будет лимонад? — спросила мисс Стейси, после чего начала разливать его по стаканам.
Я тем временем сидела справа от Гильберта и рассказывала, что узнала от миссис Линд.
— Школа наша сгорела, слов нет! — сказал Блайт, на что мисс Стейси злобно прорычала.
— Не выводите меня! — я её очень хорошо понимала.
— Одолжишь ручку? — попросил меня кудрявый, после чего я протянула ему его. Парень меня поблагодарил.
— И всё же странно, будто в этом мире можно что — то изменить. — задумалась я.
— А я решил, кем точно не буду. Врачом в тени, который предсказывает смерть.
— Как я говорила и раньше, ты будешь отличным врачом.
— Эви, — подошла к нам Джейн с Руби. — скажи Руби! Экзамены на носу, а она рисует сердечки из геометрических фигур!
— Руби — она везде Руби, — улыбнулась я.
— Романтике всегда есть место, спроси у Гилберта! — сказала Гиллис.
— К слову о романтике, — начала Джози, улыбаясь, — Гилберт, я вчера ездила в Шарлоттаун и увидела тебя с какой — то девушкой. Не расскажешь, что за блондинка?
Виннифред.
— Вообщем, — начал он, — эта девушка, с которой я общался. Её зовут Виннифред. И я хотел, — он сделал паузу, посмотрев в пол, — я хотел, — вновь пауза, — жениться на ней и...
Но я тогда не дала ему договорить! Я ушла, не дослушав. В тот же вечер он ко мне подошёл и сказал, что всё отменено, и между ними ничего не будет... видимо соврал. Но зачем?
Я застыла в раздумьях, но после решила, что не буду думать об этом. С каких пор меня вообще это волнует? Сейчас надо готовиться к экзаменам, решающим очень многое. Этим я и займусь. Я пыталась не обращать внимания на их разговор, но всё же услышала пару фраз.
— Ну, на днях я поеду на ужин к её родителям. — сказал Гилберт, на что послышался гул.
— Ууу.
Мозг, сосредоточься на учёбе!
У-Ч-Ё-Б-Е!
***
День экзамена. Как не умереть со страху и волнения? Этот вопрос точно не стоит задавать нам с Энн, ведь мы те, кому нужны ответы на эти вопросы! Мы с утра ходим туда — сюда, повторяя всё, что только можно.
— Площадь прямоугольника равна произведению его длины на ширину. — повторяла Энн.
— А площадь треугольника равна половине произведения его основания на высоту. — добавила я.
Неудивительно, что по большей части мы повторяли геометрию, ведь это самый нелогичный предмет. Не считая биологию, конечно же.
— Вы выучили всё, что могли. — подошли к нам Метью и Марилла. — и мы уверены, что вы всё сдадите.
— Мы сдаём экзамены в Квинс. — пришло осознание к рыжеволосой.
— Даже не верится. — поддержала я.
Метью ущипнул нас, доказывая, что это всё наяву.
— Так, во сколько у вас начинается экзамен, говорите? — сказал он и кивнул на часы.
— Упс. — мы поняли, что время выходить. Мы выбежали, предварительно накинув пальто, пока Марилла с Мэтью махали нам и желали удачи.
Как пережить это волнение?
Все наши одноклассники либо повторяли пройденный материал ( или, как Тилли, узнавали, что заучили неправильную дату ), бегали из стороны в сторону, поддерживали сами себя, говоря фразу «ты справишься, ты молодец», либо как Энн, сидели и спокойно читали книжку по предмету.
Муди относился ко второму варианту.
И, впрочем, что уж тут врать? Я тоже.
— Да где Гилберт? — спрашивал Спуржен, нервно пытаясь восстановить дыхание.
— Я сама не знаю! — отвечала я, идя слева от него. — когда он нужен, его нигде нет!
— Что теперь делать? Эвелин, а если мы умрём от волнения? — спросил меня парень.
— Это будет вина Гилберта, ничего не знаю! — ответила я.
— Экзаменатор. — с ужасом сказал шатен, после чего мы все встали в линию, пропуская мужчину в возрасте.
— Муди, если я упаду в обморок, лови меня. — сказала я, после чего Муди кивнул.
— Диана? Ты что тут делаешь?— шепотом спросила я, заходя в здание. Я только заметила, что девушка пришла.
— Сдаю экзамены. — хихикнула она.
— Ну, удачи нам. — сказала я Руби, Энн и Диане.
Если я прямо сейчас упаду в обморок, Муди ведь меня словит?
— Начинаем работу по моей команде, достаём ручки. Во время экзамена нельзя ни подглядывать, ни перешёптываться. — тут я поняла, что отдала свою ручку Гилберту. Когда — нибудь я убью этого парнишку, если конечно не убью себя раньше.
— Извините, не можете ли вы одолжить мне ручку? Я свою другу отдала. — спросила я, после чего экзаменатор агрессивно положил передо мной карандаш. — благодарю. — сказала я с лёгким сарказмом.
Мужчина начал считать от трёх до одного, и когда он закончил, мы быстро перебирать листы, решая задачи.
В голову ударил адреналин, поэтому я начала решать всё быстро, но внимательно. Всё волнения ушли на второй план. Сейчас главной задачей было не завалить экзамен.
И, вроде, я и не завалила...как и мы все! Именно по этой причине мы все в радостных криках выбежали на улицу, держась за руки и смеясь.
— Мы всё сдали!
— Мы живы!
Вдруг кто — то поднял в руках бутылку какого — то напитка, похожего на воду.
По моим догадкам — алкоголь.
— Я первая! — выкрикнула Диана, забирая бутылку спиртного, она начала пить прямо с горлышка, а после судорожно кашлять. Конечно, у всех вырвались счастливые и удивленные визги, ведь никто не ожидал такого от правильной девушки.
Знаю я, какой он на вкус. Один раз в семье, в которой я работала, я захотела попить воды. Взяла бутылку, налила в стакан и стала пить. Вкус был отвратительным! Но я тоже хороша, не догадалась, что в нём, тем более если учесть, что глава семьи в этом доме был алкоголиком.
На протяжении двух, а может и трёх часов, мы веселились, как только могли. Играли в самые различные игры, пели, танцевали, смеялись. Мы кажется, позабыли о всём, включая проблемы.
— Кто хочет анекдотов про пиратов? — спросила Энн, после чего послышались радостные вопли. Рыжеволосая взяла меня за руку и потянула за собой. Мы встали на длинное и высокое упавшее бревно, сзади нас пылал костёр. Все хохотали над анекдотами Энн, я же хохотала с ребят, ведь все были пьяны и сами не понимали, что шутки вовсе не смешные. — Юху! — Энн начала кружить меня, танцуя.
От лица Гилберта:
Руины, руины... сейчас я иду на руины в надежде застать там Эви. У меня есть важная новость. Настолько важная, что ждать до завтра, да и вообще хоть пять минут — не вариант. Подходя всё ближе к месту назначения, я начал слышать смех людей. Я ускорил шаг, надеясь, что среди этих смехов есть один особенный. И мои надежды были не напрасны.
Я увидел Эвелин. Кружащуюся, улыбающуюся. Её длинные тёмные локоны развивались на ветру, путались между собой. А из — за огня, горевшего рядом, её глаза и искры в них были настолько яркими, что можно было ослепнуть. Возможно, если бы не маленький я, хотевший произвести внимания на новенькую, ничего этого не было бы.
Но к лучшему ли это?
Угораздило же меня...
От лица Эвелин:
Я кружилась, прохладный ветер обдувал моё лицо. В моменте я заметила силуэт, приближающийся к нам. В этом силуэте я узнала Гилберта. Интересно, что он тут делает? А Виннифред привёл? Вроде нет, никого с ним не вижу.
Пока я застыла в своих мыслях, парень подошёл ко мне.
— Мы можем поговорить? — спросил кудрявый, на что я кивнула. Он, как истинный джентельмен, протянул мне руку, чтобы я могла аккуратно спрыгнуть. И когда это произошло, мы отошли в сторону и сели на упавшее дерево, которое служило скамейкой. — слушай, а они?..— начал задавать вопрос Блайт, я сразу поняла, о чём он.
— Да, но я не пьяна. — он приподнял бровь, словно не до конца доверяя мне. — честно.
— Вообщем, — начал парень. — Эви, это очень важно. — я внимательно его слушала. Он встал и начал ходить взад — вперёд. Видимо, правда что — то очень важное. — родители Виннифред предложили мне жильё, университет мечты, много перспектив. Вообщем, подали всё на блюдечке! Предложили жениться...
— Но это ведь здорово. — я попыталась улыбнуться, но внутри что—то сильно сжалось. Я не понимаю, что это за чувство, но оно беспощадно пожирает меня изнутри. — и, — я сделала паузу. — ты согласился?
От этого зависит многое.
Многое для меня.
В какой именно момент и почему я поняла, что не хочу, чтобы Гилберт звал замуж другую — непонятно. Но сейчас я совершенно точно могла сказать — я не хочу, чтобы Гилберт Блайт женился на Виннифред Роуз.
Это ревность? Определенно.
Вопрос в другом: я ревную его как лучшего друга, общение с которым станет реже после появления в его жизни жены, или ревную его как парня, который мне нравится?
Но не может же быть такого, что я влюбилась в лучшего друга...
— Нет. — я посмотрела на него удивленными глазами. — сегодня я ездил к ним, чтобы сказать, что всё отменяется.
— Гилберт, — я от шока встала на ноги и сама начала ходить туда — сюда. — тебе предложили твою мечту. Виннифред, кажется, хорошая девушка, а родители её за. Так почему же ты от всего отказался?
— Просто я не смогу так жить. — почему он, чёрт возьми, тянет кота за хвост?
— Почему же?
— Потому что девушка, которую я люблю — это ты.
Сейчас, казалось, я готова была вывернуться наизнанку от перемешанных чувств: страха, удивления, растерянности.
— Чего? — не верила я своим ушам.
— Я полюбил тебя в тот день, когда мы с тобой встретились. Путешествуя по странам, мои мысли были забиты тобой. И сейчас я не могу представить никого, как свою жену, кроме тебя, Эви.
— Нет! — ответила я. — так не делается, Гилберт Блайт! Ты дёрнул меня за волосы и обозвал, я тебя стукнула, потом возненавидела, но как—то мы сдружились и стали лучшими друзьями! И одно из самого худшего это то, что я не могу отрицать, что всё это время я думала о тебе, и, кажется, мечтала о твоём возвращении! Я уже молчу о нашем секретном танце, во время которого ты, между прочим, сжимал мою талию слишком крепко. А потом появляется какая — то Виннифред, с которой у вас роман, и моя голова кружится от мысли, что я тебя ревную к ней! А сейчас, когда я наконец — то попыталась не думать о тебе, ты объявляешься со словами, что любишь меня! Как я должна реагировать?
— Эви, я понимаю, что это всё странно, но, — он не успел договорить, как я чувствую, что меня тянут за руки.
— Эвелин, давай устроим ритуал? — я посмотрела на Тилли, говорящую это, а после на Блайта. Он понял, что скорее всего меня утащат, поэтому подошёл совсем близко, чтобы никогда не слышал, и сказал:
— Просто скажи, чувствуешь ли ты ко мне то же самое? — я словно онемела, ничего не могла произнести. — ладно. — Гилберт слабо улыбнулся, слово показывая, что не держит на меня зла. — спокойной ночи, Эви. — он сжал мою руку нежно, но крепко, после чего убрал локон волос с моего лица и удалился.
Гилберт Блайт только что признался мне в любви.
«Дорогой дневник, я правда не знаю, что произошло вчерашним вечером. Я не знаю, как разобраться в своих чувствах, ведь даже если я испытываю к нему симпатию, она может пройти. Как быть полностью уверенной, что чувства навсегда? Я не понимаю, совершила ли я ошибку, отказав Гилберту Блайту? И, если я всё — таки разберусь в себе и пойму, что я люблю его, примет ли меня он? Из хорошего только то, что мне удалось помирить Энн и Диану.»
Писала я в дневник следующим утром, после чего начала думать.
Стоит ли мне просить кого — либо о помощи? Или стоит самой разобраться в своих чувствах?
Кажется, проще умереть.