Глава 28
«Стрела забвения» – сильнейшая атака, на которую только были способны полукровки. Под её действием всё, что так или иначе имело связь с эфиром, превращалось в ничто. И сейчас эта сила была спущена с поводка. И никто, даже сама Анастасия, не был способен её остановить.
Александр благодаря своей невиданной силе смог спасти из-под удара Маркуса и Малькольма, а вот серафимы гибли один за другим. Превращались в пыль, а потом и вовсе в ничто.
Волна накрывала крылатых одного за другим, не давая шанса на побег. Те, что остались вне зоны поражения, были слишком ошеломлены происходящим, чтобы предпринять хоть что-то.
Шестнадцатилетний чех Вацлав: бледный подросток с непослушными локонами волос, вечно лезущими в глаза. Он здесь оказался по какой-то нелепой случайности. Точнее, Прима решила избавиться от него, вот и закинула в самую гущу сражения. Только вот Вацлав об этом не знал.
И сейчас на него неслась едва различимая глазу волна, превращающая всех его товарищей в ничто. Страх парализовал серафима, холодный пот стекал по коже, пропитывал одежду. Вацлав не хотел умирать.
Неожиданно его схватили за руку. Мимолётного взгляда хватило, чтобы узнать в нём учителя с тренировочного поля, на котором Вацлав был всего-то раза четыре. Сильным, уверенным и вместе с тем отчаянным движением, он потянул подростка на себя, крутанул вокруг своей оси и отпустил. Ошарашенный парень даже понять ничего не успел, как отправился в полёт. А ещё спустя несколько секунд под ним стали ломаться ветки леса, стоявшего в двухстах метрах от того места, где он находился секундой ранее. Последнее, что успело уловить сознание Вацлава – это как едва различимая волна накрыла учителя и ещё десяток его товарищей.
Александр чувствовал, что за Стася стала гораздо сильнее. Ему пришлось ощутить это на собственной шкуре. Чтобы прикрыть брата и учителя, ему пришлось приложить грандиозные усилия. Живой огонь, в который превратились его крылья, уже обжигал. Никогда нокс-атра не думал, что огонь эфира, всегда тёплый и нежный, защищающий и дарующий силу, мог навредить. Но сейчас Александр использовал такое количество энергии, что ему бы позавидовал с десяток Прим. И эта сила уже не могла не оставить последствий. При этом парень понимал, что он противостоял не прямому удару Стаси. Если бы остриё «стрелы» было нацелено на него, шансы устоять были бы почти нулевыми. Но крылатый уже чувствовал: атака полукровки подходила к концу, а потому сдаваться сейчас он не собирался. Оставалось продержаться ещё чуть-чуть.
Маркус пытался плести защиту, но под напором противоборствующих сил такой величины все его хитроумные плетения просто рассыпались, как слишком хрупкое стекло.
Малькольма оглушило с самого начала, и теперь он только начал приходить в себя.
- Александр, как долго ты ещё продержишься? – стоял такой шум, что Маркус едва слышал сам себя.
Однако парень его понял.
- Уже скоро...
Что именно будет скоро, говорящий с эфиром понять не успел. Поток силы, превращающей всех крылатых на своём пути в пыль, вдруг иссяк.
Нота, предъявленная США Ватикану вызвала широкий резонанс. Не прошло и суток, как повсеместно начали вспыхивать антиамериканские протесты. В некоторых особо религиозных (или ставших такими после появления Примы) странах посольства США уже были разгромлены.
Сама Прима же хранила молчание.
Шина даже не успела вернуться в участок к своим коллегам, как её уже окружила толпа протестующих «верующих». Женщина знала, что с верой эти фанатики ничего общего не имели, поэтому даже внимания на них не обращала. Хотя кто-то попытался её ударить.
- А ты умеешь наделать шума! – поприветствовал её Рэйнольд.
Он сидел на подоконнике и без всякого зазрения совести курил в окно, частенько сбрасывая пепел прямо на протестующих.
- Зато я добилась необходимого результата.
- Как бы наша радость не оказалась преждевременной, - Сильвестор только что закончил разговор по телефону, и теперь серьёзно смотрел на подчинённых. – Мне только что сообщили, что отряд серафимов сократился почти вдвое.
- Александр постарался?
- Понятия не имею.
- Ну, сейчас важнее, что мы будем делать с протестующими. Мне уже есть охота, а они всё никак не угомонятся.
- Ты всегда жрать хочешь, - Шина укоризненно посмотрела на коллегу.
- А ты всегда стервозная, но я же не напоминаю тебе об этом каждый раз.
- Так что же ты сейчас заговорил?
- Ну у нас же день откровений.
- Язык бы тебе вырвать.
- Я курю, на деликатес уже не потянет.
Сильвестор недовольно наблюдал за очередной перепалкой. Встревать ему не хотелось. Во многом потому, что сейчас все были напряжены, и если после такой разрядки его подчинённые начнут лучше работать, то он готов был потерпеть какое-то время. Однако он уже приготовился удалиться в коридор в случае, если очередная перепалка слишком уж затянется.
- Шина! Что ты натворила?! Они же разнесут наш участок! Ты в своём уме?! В мире такое происходит!
- Кенгуру, тебя разве не учили стучаться?! – Грэйс метнула убийственный взгляд на вошедшего.
- Стучаться?! Да ты с ума сошла!
- Не ори тут, чёртов паникёр! – Грин наконец бросил в пепельницу очередной окурок.
- Не орать?! Они к нам в двери ломятся!
- Ну так арестуйте самых ярых, а остальных отгоните. Ты словно первый день работаешь.
- Шина, он каждый день, как первый, работает.
- И после такого начальство ещё нас ссылает на самые неблагоприятные дела.
- Да, несправедливо...
Сбиый с толку Андрэас молча переводил взгляд с Шины на Рэйнольда и назад.
- Детектив Андрэас Сальвэ, какого чёрта ты находишься не на месте преступления?! – в дверях показался мистер Биф. И его лицо не сулило провинившемуся ничего хорошего. – Или ты испугался толпы гражданских?
- Но, босс, они озверели!
- Чёртов трус! – Биф вдруг потерял самообладание, - А ну пошёл вон отсюда!
Андрэасу ничего не оставалось, как послушаться.
Вечер уже спускался на Варшаву, а бунтующие фанатики никак не расходились по домам. Более того, они решили устроить охоту на «исчадий Ада». Конечно же, они забыли, что нефилимы, при желании, способны были скормить всю грозную толпу существам из эфира.
Фанатики вообще много о чём забывают.
Владику сегодня не повезло. Мало того, что на него напал слишком уж воинственный серафим, и ему пришлось уходить через врата эфира, так ещё незнание ситуации в городе и врождённая невезучесть закинули его в самую гущу жаждущих крови людей.
Толпа заулюкала и закричала. В нокс-атра полетели камни. Самые отважные даже попытались ударить его битой или обрезком трубы.
Владик взмыл в воздух. Первым его порывом было ответить на атаку призывом существа, однако он вовремя остановил себя. Открыл врата эфира и смылся поскорее.
Любляна купалась в лучах заходящего солнца. Лёгкий ветерок едва шевелил листья высоких деревьев. Эта безмятежность погоды никак не вязалась с царившим на улицах безумием.
Двое молодых, ещё совсем неопытных нокс-атра пытались уйти от разъярённой толпы. Долго летать они ещё не могли, а о вратах эфира даже и говорить не приходилось. Крылья они обрели только накануне вечером. С разницей всего лишь в час.
- Хватай руку!
Они встретились на перекрёстке, каждый убегал от своих преследователей. Теперь, помогая друг другу, они выбирались из города.
- Когда же им надоест?
Хрупкий мальчик лет пятнадцати уже выбился из сил, так что его тащил парень постарше. Он в отличие от младшего товарища по несчастью спорт любил. И теперь это спасало жизнь им обоим.
- Наверно, никогда, так что шевелись.
- Я уже не могу.
- Мне тебя оставить?
- Нет!
- Тогда шевелись!
Они попетляли по улицам ещё с полчаса, а затем стало ясно, что если не использовать новообретённые способности, им не выбраться.
- Давай, попытаемся улететь от них!
- Но мы можем разбиться!..
- Если не улетим, нам конец, а так хоть шанс есть.
Крылатым удалось подняться на крышу ближайшего здания, где они смогли перевести дух.
- Почему они хотят убить нас? – мальчишка был готов расплакаться.
- О! Нет-нет-нет-нет! Только не сейчас! Поговорим об этом, когда выберемся отсюда.
Их побег по крышам начался. По пути парень постарше пытался понять, как пользоваться той силой, к которой он получил доступ вчера. Он хотел открыть врата, через которые они смогли бы уйти. Он слышал, что так можно, но не представлял, как. Так что побег приходилось совершать с теми силами и возможностями, что у них были. И надеяться на удачу...
Наконец Стася выдохлась, и «стрела забвения», не достигнув последнего на своём пути серафима, развеялась. Обессиленная девушка потеряла сознание.
- Александр, прикрой её! – Маркус первым пришёл в себя.
Он понимал, что замешательство противника будет недолгим.
Посмотрев на своего ученика, говорящий с эфиром узнал, почему тот ничего не ответил. Александр также без сознания лежал на земле.
Маркус выругался.
Серафимы уже приходили в себя, медлить сейчас для тёмных было смерти подобно.
- Нам конец... – заключил поднявшийся с колен Малькольм.
- Вытаскиваем их отсюда.
Нокс-атра бросились к своим товарищам.
Несмотря на неожиданный удар и потери почти половины своих, серафимы быстро оправились. Растерянность сменилась яростью. Атака началась с тройной силой.
Балдор защищал полукровку, пока Маркус пытался к ней прорваться. У разъярившихся серафимов сил прибавилось, и теперь даже говорящий с эфиром был в плачевном положении. Искусно сплетённая защита не выдерживала натиска грубой силы. Многочисленные ловушки и контратаки нокс-атра не могли остановить противников.
Малькольма теснило сразу пятеро. Как он до сих пор держался, разве что боги Эфира могли сказать. Однако с каждой секундой его шансы таяли.
Александр пришёл в себя и встал на четвереньки. Его тошнило, перед глазами всё плыло, но вокруг было разлито столько эфира, что, поглощая его, парень быстро приходил в себя. Ещё чуть-чуть, и он смог бы вернуться в бой. Оставалось лишь молиться, чтобы остальные продержались до того момента. Нокс-атра попытался встать.
Его встретило колено одного из серафимов.
«Глупо, - в полёте успел подумать Александр, - было бы разумней встретить меня какой-нибудь зубастой тварью».
Пролетев несколько метров, нокс-атра упал лицом в землю. Для тёмного Маккоя это было слишком унизительно, поэтому он уже готовился отправить своего противника к тварям Эфира. Но только он повернулся к серафиму лицом, как его встретила неприятная новость: у того в руках оказался пистолет.
Александр громко сглотнул. Впервые после обретения силы он был так близок к смерти. А он думал, что крылатые принципиально не использовали огнестрельного оружия.
Неожиданно за серафимом появились врата. Александр не узнал в их плетении стиль Маркуса, хоть врата и были тёмными. В ушах прогремел шёпот, зовущий кого-то по имени Аббадон. Из врат раздался печальны вой, а затем и плач. Огромные костлявые руки высунулись из другого мира и попытались схватить серафима, но тот увернулся. Тогда руки исчезли и из врат показалась уже коса. Резкий взмах, и лезвие вошло глубоко в грудь светлому. Ещё одно движение, и тот скрылся в эфире. Существо так и не показалось.
Александр огляделся. В небе над полем боя висело несколько десятков нокс-атра. Того, что спас его, парень вычислил мгновенно. По силе тот был равен Маркусу – один из сильнейших. Остальные, хоть и не были столь же сильны, излучали уверенность – никаких сомнений, они прошли через множество схваток со своими светлыми собратьями.
Они начали атаку.
По стилю плетений и тому, как тёмные себя вели, Александр понял, что их отряд сформировался давно – так слаженно они действовали.
Разъярённые противники давали хороший отпор, но спокойствие и методичность атак нокс-атра заставили их отступать.
Очередные врата раскрылись под ногами нокс-атра, но Александр уже набрался достаточно сил, и просто захлопнул их, чтобы не мешали.
Золотая цепь уже летела в его врага, и это не была обманка, созданная из эфира. Серафим попытался её развеять, но та охватила его шею, и Маккой одним движением отправил своего врага в эфир.
Отправляя серафима на верную смерть, он уловил схожий с его тёмными собратьями след, и не долго думая, создал ещё одни врата, из которых вышло несколько его товарищей.
Но времени на что-то большее не было – отступающие серафимы продолжали огрызаться довольно чувствительными атаками, и несколько нокс-атра уже лежали на земле бездыханными.
Александр ринулся в бой.
- Быстро они сдались.
- Ну да, когда почти половину из них убили мы, ваше появление уже не оставило им шансов.
- Ни капли благодарности, а я, между прочим, жизнь тебе спас.
- Я не просил этого делать.
- Гадёныш.
- Захотел прогуляться в эфир, дедуля? – кольца в глазах Александра уже полыхнули золотом.
Серафимы отступили и было решено их не преследовать. Убрав тела погибших и позаботившись о раненых, крылатые наконец смогли поговорить.
Они сидели на широком крыльце старого дома, кто-то устроился на прилегающей веранде, кто-то – и вовсе на земле.
Нервное напряжение наконец отступало, давая выход эмоциям, так что в словесных перепалках не было ничего удивительного.
Того, с кем сейчас ругался Александр, звали Айзак Беловски – один из первых нокс-атра. Это был высокий широкоплечий мужчина с густой бородой и широкими усами. Его крылья были цвета почти чёрного альмадина. Айзак стремился подавить Александра и доказать, что лидером здесь мог быть только он. Однако он не знал, что тёмный Маккой ни за что не стал бы подчиняться. И ещё он не знал, что перед ним сильнейший представитель их рода.
- Ты мне поговори тут, недомерок! – кольца в глазах Айзака полыхнули рубиновым огнём.
- Айзак! – ледяной голос Маркуса заставил разгорячённых крылатых остановиться.
- Что?
- Посмотри внимательней. Ты уверен, что выстоишь в битве с ним?
Бородач нехотя присмотрелся к противнику и... выругался на родном языке.
- Что за чертовщина?! Откуда в нём столько силы?!
- Что ты сказал?! – пренебрежительное выделение разозлило парня не на шутку.
- Заткнись! Сила – не опыт, сила ещё не решает исход. Я поломаю тебе крылья!
Никто из нокс-атра уже не мог их остановить.
Тут из леса вышел, едва держась на ногах, серафим. Совсем ещё молодой.
Уже готовящийся атаковать Александра, Айзак неожиданно сменил цель. Рядом с растерянным серафимом открылись врата. Печальный вой раздался по всей поляне. Костлявые руки потянулись за своей добычей. Но их опередила золотая цепь. Одним движением Александр притянул к себе несчастного крылатого.
Всполошившиеся нокс-атра уже ждали, когда Маккой проявит свою силу.
Кстати о Маккоях, Малькольму пришлось остаться со Стасей в доме, а то остальные крылатые смотрели на него слишком недоверчиво.
Александр не стал убивать серафима, вместо этого, помог тому подняться.
- Ты что делаешь? – вскрикнула девушка с тёмно-зелёными крыльями.
Запоминать её имя сильнейший нокс-атра не счёл нужным.
- Он даже не нападал, сражаться с ним бесполезно. Никакого удовольствия. И вместо обычного убийства, его можно пытать, вдруг он знает что-то интересное? – Александр сурово глянул на серафима.
Колени у того подогнулись.
- Александр, не смей!
- Стася?
- Если ты начнёшь пытку, я от тебя и мокрого места не оставлю.
Александр отпустил серафима. Тот осел на землю, сил стоять не было.
- А ты стала увереннее.
- Ты собираешься подчиниться девчонке? – Айзак не скрывал издёвки.
- Эта девчонка одним ударом убила больше десятка серафимов, - холодно заметил Маркус.
Анастасии пришлось ловить на себе удивлённые взгляды.
Она подошла к лежащему на земле серафиму и протянула ему руку. Тот испуганно отпрянул.
- Похоже, ему было комфортнее со мной, - Александр плотоядно усмехнулся.
- Прекращай издеваться.
- Не могу, ты же меня знаешь.
Стася недобро глянула на парня.
- Это, конечно, весело, - заявила всё та же забытая сильнейшим нокс-атра крылатая, - но что мы дальше делать будем?
- Как что? – притворно удивился Александр, - Оторвём Приме крылья!
Прима не следила за новостями, всё её внимание было приковано к происходящему на другом континенте. Она хотела, чтобы её затея удалась, но почему-то сомнения становились всё сильнее и сильнее. Наконец, они подтвердились.
Короткий звонок, короткий доклад о произошедшем, и мобильный разбился об стену.
Все её старания пошли прахом. Столько серафимовпогибло, а цель не была достигнута. Если Александр нанесёт ответный ударсейчас, прикрываться ей будет некем. И если в битве один на один она ещё могларассчитывать на победу, то теперь, когда к ним ещё и подмога прибыла, надеятьсяуцелеть было глупо.