Глава 2
Нью-Йорк. США 08:32
Офис детектива Сильвестора Дикинсона выглядел... Ужасно выглядел. Это был единственный офис в здании, в котором так и не удосужились сделать ремонт за последние двадцать-тридцать лет. Поэтому выцветшая краска и въевшийся запах сигарет и пыли никого не удивляли. Обычно в это место отправляли либо неудачников, либо тех, кто изрядно достал начальство. Помещение предназначалось для так называемых «висяков». Дел, раскрыть которые не смогли более удачливые детективы. Дикинсон возглавлял этот отдел, однако за пятнадцать лет им удалось раскрыть всего семь дел из сотен. И всех такая статистика вполне устраивала. Всех, кроме самого Сильвестора.
Он сидел за столом, пытаясь найти способ прикрыть галстуком очередное пятно на рубашке. Мужчина не был настолько неряшлив, просто ему часто не везло, поэтому он пытался найти идеальное положение для мятого галстука в чёрно-серую полоску, чтобы тот и смотрелся более-менее привычно, и закрывал пятно от кофе. Сегодня детективу повезло - пятно было небольшим. В прошлый раз пришлось срочно сменить рубашку.
- Тебе пора начать пить кофе через трубочку.
Помощник Сильвестора, детектив Рэйнольд Грин, был здоровенным негром, который в своё время чем-то взбесил начальство.
- На этот раз кофе не мой.
Дикинсон наконец бросил возню с галстуком и пригладил рукой курчавые волосы, пытаясь тем самым навести порядок в вечном хаосе на макушке.
- А у меня новости, - Рейнольд с лицом висельника кинул на стол Сильвестора тонкую папку синего цвета.
- Что это? - он уставился на папку, как на скорпиона, готового вот-вот его ужалить.
- Очередная смерть меченого.
- Где на этот раз?
- В Бруклине.
- Это же подконтрольный участок наших соседей!
- А вот на этот счёт у меня и есть новости, - кисло произнёс Грин, - отныне все дела о смерти меченых в Нью-Йорке передаются нам. Якобы у нас самые лучшие показатели в таких делах.
- Они что, с ума посходили?
- Это ещё не всё, также к нам перенаправляются аналогичные дела из Бостона. Завтра они будут у нас вместе с одним из их сотрудников.
- Они отдают нам одного сотрудника и все дела по меченым... Это что, оптимизация рабочей силы?
- Скорее им надо найти неудачников, на которых можно повесить всех собак, если с них спросят.
Оба детектива были не в восторге.
- Тогда посмотрим, что мы имеем здесь, - Сильвестор со вздохом потянулся к синей папке.
- Похоже, что на этот раз жертва успела заметить убийцу.
- Опять читал дело до меня?
Тот лишь пожал плечами.
- Тогда отправимся на место преступления, - Дикинсон поднялся из-за стола.
- Держись, Бруклин, мы идём, - усмехнулся Рейнольд.
На месте преступления ничего интересного не обнаружилось. Зато поднявшись на восьмой этаж к квартире убитого, Дикинсон почувствовал азарт. Вот оно, место, где убийца ошибся, значит отсюда, пусть и микроскопическими шажками, но их дело должно было пойти вперёд.
- Значит, преступник забрался в квартиру через окно? - Дикинсон и так знал ответ, но не спросить он не мог, так ему лучше думалось.
- Да, - ответил ему офицер, сопровождавший двух детективов.
- И как он туда попал? Восьмой этаж же.
- Крылья отрастил, - хохотнул Грин.
- Нет, здесь побывал человек... - Сильвестор говорил, обращаясь больше к себе, чем к остальным.
Он подошёл к окну и оперся ладонями о подоконник. И его взгляду предстала кладка дома.
- Дом старый, - его осенило.
- Да, а что?
Ни офицер, ни Грин не имели ни малейшего понятия, о чём он говорил. Но Дикинсон не продолжил, вместо этого он открыл окно и свесился через край, приподнимая старую жесть, защищавшую карниз от дождя.
- Вот оно! - вскрикнул Дикинсон, едва не выпав из окна. Вернув верхнюю половину тела обратно в комнату, выпалил напарнику, - Рейнольд, мне необходимо узнать, при какой минимальной нагрузке будут крошиться кирпичи дома. Желательно брать их из этого карниза.
- Зачем? - офицера никто не спрашивал, но он всё равно влез.
- Так мы сможем узнать приблизительный вес убийцы.
- И сузим круг подозреваемых с пяти до четырёх миллиардов человек, - сарказм у Грина получился на славу.
- Трёх, не больше, если учесть, что боров в сто двадцать килограмм вряд ли доберётся до восьмого этажа без помощи грузового лифта.
- Всё равно многовато получается, каждого не проверишь, - у Грина поднялось настроение.
- А нам и не нужен каждый, нам нужен всего один, - Сильвестор поправил пиджак серого, изрядно поношенного костюма.
- Думаешь, по всему миру действует один и тот же человек?
- Не берусь утверждать, но есть на то подозрение...
На следующий день Сильвестор и Рейнольд ждали сотрудника из Бостона. Грин сидел за своим столом, заставленным ящиками так, что те полностью скрывали его от взора входящих. Это позволяло ему проводить больше времени в безделье. А Дикинсон ходил из угла в угол, словно пытался поймать удачу за хвост, но та постоянно ускользала у него из-под носа.
- Ты, наконец, сядешь?
- Боже! Ну и свалка!
Сильвестор резко развернулся в сторону входной двери, а Рейнольду пришлось встать, чтобы посмотреть, кто пришёл. В дверях стояла женщина на вид лет тридцати. Она была миниатюрной, в синем деловом костюме с юбкой всего на пару сантиметров выше колена. Коротко стриженые фиолетовые волосы удивительно сочетались с бледной кожей, орлиным носом и серыми глазами. Волевой подбородок не убавлял женственности. Крупные кольца серёжек.
Сильвестор развёл руками словно извиняясь:
- Начальство нас не жалует...
- Оно и видно, - взгляд женщины был откровенно презрительным.
- Дамочка, а вы кто? - Грин изяществом манер никогда не отличался.
Женщина впервые обратила на него внимание:
- Детектив Шина Грэйс из Бостона.
- Значит, вас тоже начальство не жалует, - хохотнул Рейнольд.
- По крайней мере, мой кабинет не напоминал свалку.
- Ну, уж извините, - Грин не испытывал никакого сожаления, и прекрасно дал Шине это понять.
Она не обиделась.
- Джентльмены или как вас там, собирайтесь, мы едем в Кембридж.
- А что там? - негру не хотелось покидать Нью-Йорк.
- Там произошло открытое столкновение между серафимом и нефилимом.
- Нокс-атра, вы же не хотите, чтобы нас обвинили в дискриминации, - поправил её Сильвестор. - Кстати, меня зовут Сильвестор Дикинсон, а это детектив Рейнольд Грин. Так как вы приехали к нам, вы попадаете под моё командование, детектив Шина Грэйс. Добро пожаловать в Нью-Йорк, - он издевательски-приветливо улыбнулся.
Прямые столкновения между серафимами и нокс-атра были запрещены конвенцией ООН и являлись преступлением, за которое одинаково наказывали как первых, так и вторых. Хоть Прима и объявила себя ангелом господним, светская власть держалась на науке. А наука утверждала, что и те, и другие - подвиды одного вида, который они окрестили homo pennatorum - человек крылатый.
А схватки между ними были запрещены из-за их крайней разрушительности и чрезвычайного радиуса поражения. И сейчас Александр мог воочию убедиться в разумности подобного запрета. Он стоял посреди парка Шейди Хилл. Земля была взрыта, а несколько старых деревьев - сломаны.
Александра потянуло сюда с самого утра. Он осторожно ходил между следами недавней битвы. Осторожно не потому, что боялся потревожить следы, а потому, что не мог двигаться по-другому. Спина ужасно болела и не позволяла быстрой ходьбы. С утра его метка начала кровоточить, и её пришлось перевязать бинтом.
Александр планировал пробыть здесь всего пару минут, пока не поймёт, что ничего интересного здесь нет. Однако его планам не суждено было сбыться.
- Эй, пацан, подойди сюда!
Александр обернулся, чтобы увидеть трёх человек: здоровенного негра с лицом, будто его вырубали топором; белого мужчину, его лицо было открытым и простоватым, сам он был на голову ниже спутника; и женщину с фиолетовыми волосами, весьма злую на вид, несмотря на то что она была почти на голову ниже простоватого мужчины.
Так как сейчас Александр не мог ходить быстро, то странная во всех отношениях компания быстро его нагнала.
- Пацан, ты здесь живёшь?
- А вы кто? - Маккою было не до вежливых фраз - метка ужасно болела и катастрофически снижала уровень его приветливости.
- Рейнольд, давай я с ним поговорю, - вперёд вышел простоватый мужчина в сером, изрядно поношенном костюме. - Я детектив Сильвестор Дикинсон...
Но договорить парень ему не дал:
- Ваш значок, - он почти приказывал.
Сильвестор даже растерялся, но достал удостоверение и показал его парню.
- Это Нью-Йоркский отдел, я не обязан с вами разговаривать, - тот демонстрировал своё знаменитое высокомерие.
- А пацан не промах! - Грин громко хохотнул.
Маккой понял, что это у него давно вошло в привычку.
- Я из Бостонского отдела, - женщина начала злиться, - они имеют право работать здесь.
- Покажите документ, подтверждающий это.
То стало потрясением для всех.
- Что-то ты не очень в авторитете здесь, - Рейнольд пустил шпильку в адрес коллеги.
- Заткнись, - зашипела на него Грейс.
- Ты не смогла справиться с этим сопляком, а теперь хочешь заткнуть меня?
Александр не собирался выслушивать их ругань, к тому же он увидел Малькольма на другом конце парка, его глаза хищно сузились. Полицейские невольно бросили взгляд в ту же сторону, а когда повернулись назад, то увидели лишь стремительно удаляющуюся спину.
- Да-а... - протянул Грин. - А парень-то что-то скрывает.
- И благодаря тебе мы не узнали, что именно, - Шина опять зашипела на Рейнольда.
- Дамочка, а кто оказался настолько непредусмотрительным, что забыл даже элементарные бумаги? Я что, по-вашему, крашу волосы в фиолетовый цвет?
- Ладно вам, давайте работой займёмся. - Дикинсону отнюдь не хотелось выслушивать их вечную перепалку.
Он уже направлялся в сторону вновь прибывшего в надежде, что визит не окажется напрасным.
* * *
Уже начинался вечер, хотя за последние часы погода испортилась, и было такое ощущение, будто наступала ночь. Я буквально ввалился в свою комнату, даже не помня подъёма по лестнице, да и вообще всего остального пути. Глаза застилала багровая пелена каждый раз, как я делал резкое движение. Я добрался до ванной, оперся о раковину и отдышался. Это оказалось намного больнее, чем я предполагал.
Футболка стала влажной от пота, а, возможно, даже от крови. Поднял её края, и моя догадка подтвердилась - все бинты уже были красными, кровь уже стекала вниз, пропитывая собой и нижнее бельё, и джинсы.
Преодолевая боль, я кое-как стянул с себя футболку и принялся за штаны. Стоило мне нагнуться, как из сжатых бинтов струйками потекла кровь, заливая полы ванной. Только этого мне ещё не хватало! И так себя хреново чувствую! Я швырнул футболку в раковину, тут же поморщившись от боли. Решив пока не снимать джинсы, стянул бинты. Лучше б не смотрел на место, где они были. Сквозь толстый слой уже начавшей запекаться крови разглядеть кожу было невозможно. Сдержать желание блевануть от такой картины было тяжело. С максимальной доступной мне скоростью - а это скорость изрядно выпившей черепахи - я забрался под струи холодной воды. Та тут же окрасилась алым. Мне сразу полегчало, и я нашёл в себе силы снять оставшуюся одежду.
От подобных упражнений сильно закружилась голова, в глазах поплыло. Я вышел из душевой и схватился за раковину. Такого ещё не бывало. Это намного хуже, чем похмелье... Я уставился на своё отражение в зеркале, пытаясь сфокусировать зрение. Но у меня это плохо получалось. В итоге я сдался и глубоко вздохнул, закрыв глаза...
Когда я открыл глаза, мою голову раскалёнными иглами терзала невыносимая боль. Зрение пришло в норму, но я не мог понять, с чего это я смотрел в потолок. Только спустя несколько секунд пришло понимание того, что я лежал на полу, залитом моей же кровью.
Сколько я так пролежал?..
Как я здесь оказался?!!
Подниматься было легче, но как-то неудобно - всё время что-то мешало. Я встал, опять схватившись за раковину. Странно, в последнее время она у меня любимая вещь в доме. Набрал холодной воды в ладони и ополоснул лицо. Только теперь я понял, что спина уже не болела. Поднял голову и посмотрел в зеркало...
Какого хрена?!!
Моё лицо не сильно, но изменилось: черты стали резче, более хищные; шрам исчез; волосы стали чёрными и отросли раз в пятнадцать длиннее, чем были, теперь они достигали плеч. Глаза тоже стали очень тёмными, и в них появилось два кольца: одно вокруг зрачка, второе - радужки , оба золотого цвета. Я опустил взгляд на метку, но её там уже не было. Вместо неё у меня на груди красовался здоровенный геральдический крест, сияющий чёрным и золотым.
Чего?!
Сама грудь тоже изменилась. Я раньше не отличался спортивной формой... Теперь же был такой был вид, будто месяцами не вылезал из тренажёрного зала. Чуть более мускулистее, чем знаменитый Давид. Не удержавшись, провёл рукой по кубикам пресса - всегда мечтал иметь такой . Опустив взгляд ниже, я заметил нижнюю часть... Крыла?!!
Резко обернувшись, я ничего не обнаружил позади. Тогда повернулся к зеркалу и оглядел себя ещё раз... За плечами у меня поднимались два огромных крыла чёрного цвета. В них искрами блестели золотые прожилки.
Мне потребовалось минут десять, чтобы понять, что теперь я принадлежу к народу нокс-атра.
В дверь постучали. Выйдя в свою комнату, всё ещё ошеломлённый я приоткрыл дверь, совершенно забыв, что вообще не одет.
В коридоре стоял Малькольм. Он хотел сказать что-тогадкое, но так и застыл с открытым ртом. В его глазах читалось безмерное удивление и... страх.