Империя руин

Свет нежно обнимает ноги босоногой девушки. Она отбрасывает свои розовые волосы назад и поправляет платье. На зеленый мох падают капли алой крови. Девушка разминает шею и потягивается, кровь покрывает ее накидку и ноги, но девушка будто этого не замечает.

Виланна внюхивается в утренний воздух и щурится.

Кровь людей по запаху напоминает железо; странные создания — эти люди — железо у них даже в крови. Виланна никогда не задумывалась об убитых, в какой-то момент жизни она вовсе перестала их считать. Она не хотела чувствовать ничего и прекрасно с этим справлялась.

Подойдя к небольшому чану, Виланна погружает покрытые плотной коркой засохшей крови руки в холодную воду. Вздрогнув, она прикрывает глаза. Бессонные ночи давались Виланне на удивление тяжело, даже очень тяжело. Ноги тоже были погружены в воду, и только после тщательного умывания Виланна смогла наконец взглянуть в небольшое зеркальце напротив умывальника.

Кровавые потеки на лице испугали бы смертного, но точно не Виланну. Она уже давно привыкла к крови, которая преследовала ее противным запахом.
Виланна уже привыкла убивать тех, кто приходил в ее лес, надеясь переночевать. Ранее процветающая империя лайт стала лишь кучкой обломков — руинами.

Яркий свет ослепляет Виланну и она жмурится.

Лес что-то шепчет, но лайта отказывается его слушать. Виланна очень устала. Сегодня ночью она убила путников. Они были людьми, да еще и воинами королевы; они просто должны были умереть. Потом Виланна разожгла костер и сожгла их тела — противная и однообразная работа, повторяющаяся точно пару раз в неделю.

— Ланна, ты пойдешь в храм? — шепчет тень, оборачиваясь вокруг ног Виланны.

— Конечно пойду. — Слова звучат уверенно и немного грубо.

Виланна берет тень на руки и едва заметно гладит темную оболочку. Открывая дверь старой хижины, Виланна заходит внутрь.

Запах лаванды заполняет ее легкие после первого вдоха, и Виланна позволяет себе раствориться в этом ощущении блаженства. В этой маленькой и поросшей мхом хижине была вся жизнь Виланны, этот домик был ее единственным убежищем уже на протяжении долгих одиннадцати лет.

Холодный и мрачный дом стал единственным надежным укрытием. Виланна уже и успела позабыть какого это жить в замке, какого это покупать нужные травы у заморских торговцев и нежиться в горячей воде.

Постоянные снега в Питтарии усложняли добычу трав, нужных для ритуалов и поддержки магии. Но Виланна никогда не отчаивалась, она умела находить выход из любой ситуации и была на удивление находчивой. Да и опыта у нее было достаточно, ведь Виллана была Верховной уже более ста лет...

— Ланна, я хочу в город, — шепчет тень, словно маленький ребенок.

— Что за глупости? У нас еще достаточно еды. Тебе не хватило эмоций сегодня ночью? Ты разве еще голоден?

— Нет. — Тень темным пятном спрыгивает с рук Виланны.

— Что тебе снова не нравится? — закатывает глаза раздраженная Виланна.

— Ты стала неженкой, уже даже убийства тебе в тяжесть. Что случилось с той лайтой, которая разрушала целые селища ради удовольствия?

— Ты знаешь, как я ненавижу говорить о прошлом. Боги говорили с нами, они помогали и подсказывали, но после смерти наследников боги больше не отвечают.

Виланна заплетает свои волосы в длинную косу и замечает, как несколько прядей падают на поросший мхом пол.

— Ты слабеешь, без постоянного источника твоя магия вовсе иссякнет. Твои запасы в сосудах не вечны.

Виланна бросает на тень испепеляющий взгляд и отворачивается.

— Я и без тебя это знаю, но если Боги решили отвернуться от меня и ото всех лайт, то я уж точно не смогу на это повлиять.

Виланна подходит к небольшому столу и откупоривает сосуд с желтоватой жидкостью. Запах резкий и слегка горьковатый, но Виланна блаженно вдыхает аромат магии, которую еще давно закупорила во множество сосудов, спрятанных по всей хижине. Резким движением руки она зажигает огонь под большим котлом. Половина содержимого сосуда отправляется в котел.

— Да услышит меня Изита, да услышит меня Богиня-мать. — Виланна срывает несколько цветков лаванды и бросает их в желтоватую жидкость. — Услышь меня, — шепчет Виланна и щелкает пальцами. Содержимое котла вспыхивает синим огнем, слегка опалив розовые волосы.

— Она тебя не услышит. — Тень становиться сзади с Виланной и улыбается своими прозрачными губами.

— Да услышит меня Изита, да услышит меня Мать. — Голос Виланны срывается на крик.

Виланна поднимает руки над огнем и прикрывает глаза. Запах лаванды расползается по хижине подобно туману, длинными руками обнимая розововолосую лайту.

Виланна в последний раз срывает лаванду и повторяет ритуал снова.

— Да услышит меня Изита, да услышит меня Мать, мне нужна магия... мне нужна магия.

На глазах Виланны выступают серебряные слезы, но она быстро их смахивает и опускает руки.

— Ничего не получается. — Виланна проводит рукой над котлом и огонь тушится, отбирая последние надежды лайты на связь с богиней.

— Может, обратимся ко тьме? К Лорату? К Энеле? К Алае? На худой конец, к Арэлле? – мурлычет тень.

— Это плохой вариант, ты же знаешь. Тьме нужна моя душа или еще хуже — я.

Виланна подходит к столу и наливает в красивую чашку холодный чай.

— Светлым богам лайты явно не нужны, но и темные вряд ли нас примут.

— Ты не можешь говорить за всех лайт.

— Нет, как раз могу. Членов королевской семьи убили, я — одна из восьми Верховных и последняя, что остался жить рядом с храмом Богов. А это значит...

— Что ты можешь говорить от лица всех, — заканчивает за Виланной тень.

— Но лайт продолжают истреблять, а ты прячешься в лесу и ничего не делаешь. Верховные всегда служили проводниками магии, благодаря таким как ты обычные лайты получали магию.

— Но не забывай, что каждая лайта рождается уже с магией, а с помощью Верховных только увеличивают силу и ее количеств.

Виланна медленно потягивает чай с привкусом яблока и пытается переварить слова тени.

— Лайты никогда не вымрут, даже если боги полностью от нас отвернулись.

— Но ты не все лайты, ты Верховная.

Виланна отмахивается от тени и стягивает с себя платье. На Питтарии всегда было холодно, в году было лишь два месяца, когда снег слегка таял, как сейчас, в остальное время же снег лежал сугробами и от холода немели конечности. Но Виланна зачастую носила платье и белоснежную накидку, ведь на белоснежной одежде кровь выглядит ярче. По крайней мере, так казалось Виланне.

Магия поддерживает температуру тела лайт высокой, именно поэтому они и выбрали Питтарию, ведь обычные люди не могут выдержать морозный климат континента.

— Твоя магия в один момент просто закончиться; ты не родилась с магической силой.

Виланна лишь закатывает глаза и показывает тени неприличный жест.

Верховных лайт было восемь, они обращались к богам и защищали династию Роуттенов —правящую династию Питтарии.

Роуттены были прямыми потомками Изиты, и пока Верховные оберегали династию, светлые боги давали магию лайтам.

Верховные служили проводниками, а также сосудами для магии богов.

Виланна, как и еще семь Верховных, общались с богами и получали от них магию. До того дня... Величайшая империя лайт была разрушена, а вся династия уничтожена. Верховные не смогли уберечь Роуттенов и потеряли связь с богами.

— Тень, я собираюсь экономить магию, у меня ее осталось совсем мало, а это значит, что я буду убивать лишь при острой необходимости, лишь оберегая замок... точнее, руины замка.

Виланна поджигает сушенный пучок белого шалфея для очистки маленькой хижины и садится на подобие кровати.

— А чем я питаться должен по-твоему? — возмущается тень, сворачиваясь на коленях у Виланны.

— Ты думаешь, что у людей и фейри, зашедших в Лес лайт мало страха, которым можно питаться?

Тень медленно кивает и прикрывает прозрачные глаза.

С самого рождения Тень была единственной, кто всегда был рядом с Виланной. С самого рождения ее забрали от родителей, как и всех Верховных, и воспитывали в замке.

Тень стала Виланне преданным другом и опорой. Даже когда империя рухнула, и все лайты разбежались по миру, запечатав магию, Тень осталась с Виланной, в надежде на светлое будущее. И сколько бы Виланна не уговаривала Тень уйти, ведь в большом городе Тени легче отыскать человека, чьими эмоциями она будет питаться, Тень не бросила лайту.

Они никогда не были семьей, но они были друг другу поддержкой и спасением, в которых и Тень, и Виланна нуждались...