Империя руин

Лэйлин никогда не была глупой. Она была безрассудной, холодной, серьезной, расчетливой и уверенной в себе, но Лэйлин не была глупой. Она умела бороться, она умела жить по правилам жизни. И Лэйлин всегда была преданна себе и своим жизненным позициям.

Кэльйон сразу показал Лэйлин, что он не будет делать ей поблажек, так же, как и жизнь. В этом мире выживает только сильнейший — это всегда было законом природы. И Лэйлин усвоила это.

Утро встречает Лэйлин проливным дождем.

Это не был один из тех весенних дождей, под которыми хотелось танцевать, а наоборот, дождь изо всех сил барабанил по окнам, заставляя жителей Опина резко менять все свои планы на день.

Глубоко в душе Лэйлин радуется тому, что сегодня не придётся выходить на ярмарку и надевать такое ненавистное ей платье. Новых заказов пока не поступало, и этот временный перерыв был для Лэйлин дарованием Богини.

Лужи медленно увеличиваются, превращаясь в небольшие озерца. Озорные мальчишки разбрызгивают дождевую воду на случайных прохожих.

— Балбесы малолетние, тут вас даже Богиня не убережет: заболеете, и как вас потом лечить? —выкрикивает женщина из маленького окна. Она, скорее всего, была их матерью: уж слишком бесцеремонно она кричит на мальчишек.

Лэйлин сидит на небольшом подоконнике своей комнаты и смотрит в даль. Она вернулась домой лишь пару часов назад, когда небеса начали плакать, и с тех пор ее не отпускает чувство тревоги, такое непривычное ей.

После встречи с Бастианом в театре Лэйлин хотелось затаиться и остаться, как и раньше, тенью. Почему-то она была уверенна, что Бастиан смог рассмотреть ее лицо под тканью плаща, но сможет ли он узнать ее днем? Этот вопрос очень волнует Лэйлин. Так же сильно, как и голос, который снова и снова приятной мелодией звучит в голове...

Почему-то пристальный взгляд и насмешливая ухмылка актера надолго поселились в мыслях Лэйлин. Снова и снова она корила себя за неаккуратность. Как же она не смогла услышать шаги Бастиана и не скрыться раньше?

Лэйлин тянется за сартой, чтоб немного успокоить нервы и с ужасом замечает, что портсигар пропал.

— Твою ж мать! — выкрикивает Лэйлин и плотно сжимает потрескавшиеся губы.

Она понимает, что потеряла единственную вещь, которая помогала ей собирать мысли воедино. Дождь продолжает барабанить по стеклу, когда Лэйлин наконец-то прикрывает окно и спрыгивает с подоконника.

Кровать остается не тронутой этой ночью. Сон никогда не был для Лэйлин чем-то важным: ее временем была ночь, ведь именно ночь скрывала грехи и ошибки.

Лэйлин заходит на небольшую кухню и достает маленький кулечек с коричневым порошком. Из этого сладковатого порошка готовили ставший популярным напиток.

Лэйлин наливает в чашку немного молока и насыпает порошок.

— Лэй! — Слышится крик Кэльйона, как только приятный аромат расползается по комнате. — Яже сказал тебе, чтоб ты не прикасалась к какао. Знаешь какое оно дорогое?

Лэйлин лишь фыркает и делает несколько глотков.

— Какао, — шепчет Лэйлин себе под нос, будто стараясь распробовать слово на вкус.

Какао появилось в их доме несколько недель назад, и с тех пор Лэйлин просто всем сердцем полюбила этот новомодный напиток. Какао было в дефиците, деревья с его плодами росли только в Эльфириуме, поэтому доставка на Ресторн была очень сложной и долгой. Но Лэйлин это явно не волновало. Если ей нравилось какао, то она пила какао, — все было просто.

— Богиня, Лэй, ты неконтролируемый ребенок. — Кэльйон уже давно смерился с тем, что Лэйлин берет то, что захочет, и останавливать ее себе же дороже.

— Доброе утро, — входит в комнату сонный Дэвин.

— Кого это Алая принесла в нашу скромную обитель? — улыбается Лэйлин.

— Дэвин, я думал — ты мертв. — Кэльйон бесцеремонно заглядывает на кухню и берет какие-то бумаги.

— Надеялся, что ты мертв, — хмыкает Лэйлин, медленно попивая какао.

— Дэвин, не нажирайся в хлам, Лэй, не выпивай все какао! — выкрикивает Кэльйон, быстро спускаясь в лавку.

Лэйлин остается наедине с Дэвином.

— Сартайн, давай сходим выпьем вечером? — шепчет Дэвин, как только Кэльйон скрывается за дверью.

— Я не пью.

— А говорят, что фейри не могут врать, — фыркает Дэвин.

— Я фейри лишь на половину, поэтому говорю ровно то, что хочу, и не должна выдумывать что-либо. — Лэйлин улыбается, допивая какао.

Ставя чашку на стол, Лэйлин протирает глаза.

— Ты все еще носишь это на шее? — Дэвин быстро подходит к Лэйлин и дотрагивается пальцами до небольшого сосуда, наполненного розоватой жидкостью, висящего на ее шее.

— Я когда-то его снимала?

— Может, ты наконец скажешь, что в сосуде?

Лэйлин медленно снимает цепочку и перебирает ее в пальцах. Маленький сосуд, закупоренный деревянной пробкой, поблескивает на утреннем солнце, пробивающимся сквозь свинцовые тучи. Бутылочка была прозрачной, и Лэйлин всегда носила ее аккуратно, чтоб не разбить.

— В прошлый раз цепочка была другого цвета.

— Да, прошлая порвалась, мне пришлось купить новую — золотую. — Лэйлин плотно сжимает сосуд в руке и тяжело выдыхает. — Ты догадываешься, что там, мои подтверждения тебе не к чему.

Дэвин хищно улыбается.

— Маленькая жестокая сука, Сартайн, ты просто чудо.

На мгновение их взгляды встречаются: ледяная синева Лэйлин и карие, словно грех, глаза Дэвина. Золотистые искры сверкают между ними, с лица Дэвина не сходит улыбка. Холодок расползается по телу, словно ядовитая змея. Дэвин едва заметно дотрагивается до кисти Лэйлин, и та вздрагивает. Это прикосновение подобно соприкосновению глыбы льда с пылающим пожаром.

Дэвин первым отводит взгляд и пару раз кашляет. Лэйлин торжествующе улыбается.

— Никогда не отводи взгляд, так же учил нас Кэльйон?

— Молодец, Сартайн, ты впервые меня обыграла.

Лэйлин надевает цепочку обратно на шею и внимательно всматривается в темную улицу.

— Мы сегодня пойдем в бар, там будут мои новые друзья, мы вместе приплыли с Эльфириума.

— Хорошо, — быстро выдыхает Лэйлин. Ей действительно стоило наконец расслабиться.

— А сейчас мы пойдем на крышу. Я должен увидеть, чему ты научилась за эти годы.

Лэйлин заметно оживляется и проверяет клинок из каменного дерева на бедре.

— Сомневаешься во мне? — фыркает Лэйлин.

Они с Дэвином быстро выходят на мокрую крышу и осматриваются.

Хоть Лэйлин и была фейри, но она никогда не могла победить Дэвина. Ни тогда, ни сейчас.

— До первой крови? — спрашивает Дэвин.

— До первой крови, — выдыхает Лэйлин, сжимая крепче губы.

Лэйлин быстро и ловко уворачивается ото всех выпадов Дэвина, но никак не может пойти в нападение. За все эти годы Дэвин не растерял своих навыков, и даже наоборот, стал в разы быстрее, и его удары стали сильнее.

Лэйлин не может нанести сопернику ни единого удара, его выпады невозможно предсказать, так что единственное, что остается, — это быстро уврачеваться.

Сердцебиение Лэйлин ускоряется, а вдохи становятся быстрыми и обрывистыми. Давно ей не приходилось сражаться с кем-то настолько ловким. За это время Лэйлин уже совсем успела позабыть о том, что Дэвин всегда был сильнее и мощнее ее.

В очередной раз два меча сплелись в оглушительном звоне камня о метал.

— Может сдашься сразу? — рычит Дэвин.

Лэйлин незаметно даже для самой себя скользит на мокрой крыше, внезапно руки и ноги начинают слабеть. Вода ледяными струйками скатывается по лицам и рукам. Лэйлин резко выдыхает и наносит последний удар, стараясь обезоружить соперника.

Но Дэвин укорачивается и выбивает меч из рук соперницы. Та едва заметно вздрагивает, когда лезвие прорезает мокрую кожу.

Лэйлин немного отходит, чтоб подобрать оружие, кровь незаметно смешивается с дождевой водой и растворяется в больших лужах.

— Сартайн, ты стала тряпкой, — смеется Дэвин.

Лэйлин быстро заматывает руку плащом и убирает с глаз мокрые волосы.

-- Я не выспалась, — фыркает Лэйлин.

— А как можно выспаться, если вообще не спать? — смеется Дэвин, обнимая Лэйлин за плечи.

Дождь поглощает Опин, и Лэйлин задумывается о том, на сколько она ненавидит яркий свет. Эти мысли проникают под кожу, становясь ядом, поглощающим ее остатки души. Мир кружился перед глазами, размывая дома и маленькие улочки города. Лэйлин следует поспать, но она не может, ведь если заснет, то пропустит слишком много и увидит слишком много.

— Я не буду выпускать их, — шепчет Лорат из теней, — повеселись.

— Я не боюсь тебя, — шепчет Лэйлин, даже не поворачиваясь к Богу.

— Не отрицай очевидного: ты не боишься пока что — ты знаешь, что еще рано. — Лорат тихо смеется, его глаза сверкают в тьме его теней.

Лэйлин не смотрит на Лората: она знает его взгляд, как и знает то, как он будет на нее смотреть. Лэйлин хочет забыть его закрытое тенями лицо, как и хочет перестать его слышать. Но Бог преследует ее и улыбается, заставляя Лэйлин дрожать. Дрожь растекается по коже Лэйлин как тогда, так же, как и много лет назад.

— Я приду... Я приду, когда ты не будешь этого ожидать, и тогда, когда ты точно будешь готова к нашей встрече.

Лэйлин чувствует, как тени растворяются и в комнате становится в разы светлее. Она отказывается от платья, так что быстро надевает темные штаны и кофту, прикрывающую ее шею и порез на руке.

Быстро проведя пальцами по холодным волосам, подводит глаза сурьмой.

— Ты выгладишь... живой, — на мгновение Дэвин замешкался.

Дэвин выбрал наряд в разы ярче — его красный плащ сразу бросается в глаза. Лэйлин поправляет ножи, которые уже успела спрятать под одежду, и многообещающе смотрит на Дэвина. Лэйлин едва заметно кривится и выдыхает.

— Я не буду оценивать твой внешний вид, — фыркает Лэйлин.

— Слава Богине, Лэйлин снизошла до того, чтоб не критиковать других.

Лэйлин лишь закатывает глаза.

— Только если кто-то спросит, то я тебя не знаю.

Дэвин едва заметно улыбается и прячет нож под плащ.

— Сартайн, а ты девочкой не хочешь побыть?

Лэйлин в мгновение достает нож из рукава и приставляет его к горлу Дэвина, становясь сзади. На лицах обоих играют яркие улыбки, и Лэйлин чувствует, как сердце Дэвина начинает быстро колотиться.

— В этих дурацких платьях я не смогу сделать так.

Дэвин смеется, выпутываясь из захвата подруги.

— Резонно.

Лэйлин быстро накидывает плащ и прячет колбочку на цепочке под одежду.

Они быстро выходят из дома, попадая под усиливающийся поток дождя. Ноги Лэйлин мокнут, и она шепчет ругательства, пока они с Дэвином пробираются к небольшому светлому бару через три улицы.

Лэйлин и Дэвин быстро выходят на мрачную, сырую, пропахшую гнилью улицу.

Они шагают бесшумно, стараясь не привлекать ненужного внимания.

Складывается ощущение, что Лэйлин больше боится не людей, а ночных духов и демонов, которые шастают по укутанному туманом и тьмой городу.

Лэйлин глубже кутается в плащ, защищаясь от пронизывающего ветра.

Их пункт назначения — бар «Бородатый пес». Какое же противное название, но только в этом баре всегда есть свежий алкоголь. Таким же противным, как его название, был и сам бар: старый и прогнивший. Пару раз в нем даже тушили пожар. Какие-то пьяные гости, видимо, опрокидывали свечи на пол, полностью пропитанный спиртом. Лэйлин до сих пор удивляет, как он вообще еще стоит.

Дэвин открывает массивные двери здания, проходя внутрь.

— Добро пожаловать в бар! — говорит он.

Дэвин часто бывал тут перед тем, как отправиться в Эльфириум. На удивление, бар почти не изменился: такой же громкий и так же отвратительно воняет гнилью. Но только в «Бородатом псе» можно было расслабиться, не страшась того, что Королевские гвардейцы арестуют за потасовку: сюда они не совались.

Ходил слух, что владелец бара — лайта, так что это было безопасным местом для всех существ.

В нос забивается приторный запах дешёвого пойла, гордо величающего себя спиртным, и потных мужских тел. Лэйлин смущенно кривится и старается незаметно смешаться с толпой. Ей не хочется драться, ей не хочется отбиваться от пьяниц... она хочет просто расслабиться и выпить вместе с другом.

Дэвин что-то выкрикивает немного спереди, но она его не слышит.

— Ооо, вот и новая шлюха приехала, — выкрикивает кто-то вслед Лэйлин.

— Подходи к нам, детка, мы тебе хорошо заплатим, — ехидно смеется второй.

На мгновение девушка останавливается и едва заметно сжимает губы так плотно, что они становятся похожими на две тонкие ниточки. Ей хватает лишь мгновения, чтоб развернуться и, на ходу вытащив клинок, прижать его к жирной шее пьяницы. На миг их глаза встречаются, и мужчина видит ненависть и решительность. Этот взгляд говорит громче любых слов: «Я убью тебя и даже не задумаюсь о последствиях. Я убивала много, очень много раз».

— Если я услышу еще хоть слово — тебя больше никогда не увидят, — голос Лэйлин низкий и жесткий.

Мужчина сглатывает. Он до смерти перепуган, а больше всего его пугает то, что это чувство у него вызывает миниатюрная девушка со светло-голубыми глазами. Такая чистая и невинная, что прям противно.

Мужчина кивает, а Лэйлин улыбается: ей приятно, что она может вселять страх. Ведь, в какой-то степени, страх — извращенная форма уважения. Она часто над этим думает. Боится — значитуважает. Правда ли это Лэйлин никогда наверняка не узнает, да она и не особо гонится за ответом. Сформировавшийся расклад вещей ее вполне устраивает.

Отходя от пьяницы, Лэйлин до боли прикусывает нижнюю губу. Так сильно, что через мгновение уже ощущает привкус крови. Она сорвалась, не смогла стать невидимкой и тенью. Да заберет ее душу Энела, теперь ей не избежать пристальных взглядов. Но если несколько минут назад взгляды были похотливыми, то теперь, скорее, настороженные и опасливые.

— Один виски, двойной, — буквально выплевывает Лэйлин, подходя к бару. — Сдачу оставь себе. — С этими словами она бросает бармену несколько монет.

— А что в таком месте забыла такая милая девушка? — заинтересованно спрашивает тот.

— Твою мать, либо ты затыкаешься, либо Королевские гвардейцы завтра находят твой жестоко изрезанный труп где-то на берегу Лашной.

Бармен отбрасывает свои длинные и серые волосы назад, продолжая медленно натирать стакан.

— Сартайн, так ты уже познакомилась с Динаем, — говорит Дэвин, указывая на бармена, которому Лэйлин только что угрожала.

— Я Лэй, — представляется она.

— А это Мина, Пирит и Шолиан, — представляет Дэвин своих друзей, подошедших к барной стойке.

Все трое садятся рядом с Лэйлин. Та сразу же замечает их грациозность и заостренные уши. Все трое — чистокровные фейри, все, кроме бармена. Лэйлин не чувствовала его запаха — он не был лайтой и точно не был фейри или человеком. Тогда кто он?

Фейри улыбаются и осматривают Лэйлин с ног до головы, их призрение к полукровке становится почти осязаемым.

— Приятно познакомиться, — едва заметно кривит в улыбке губы Мина.

Она вовсе не выглядит как одна из тех жестоких и помешанных на чистоте крови фейри. Как минимум то, что она сидит в обычном человеческом баре делает ее более адекватной.

Пирит и Шолиан на удивление похожи. Не оставалось даже сомнения в том, что они близкие родственники. Их русые, коротко стриженные волосы и томные взгляды кажутся Лэйлин чересчур знакомыми, будто она видела их раньше. Фейри не были на много старше самой Лэйлин.

— А ты кажешься мне знакомой, — задумчиво протягивает Шолиан.

Но Лэйлин быстро отмахивается ото всех предположений фейри.

— Твое красивое личико наутро я бы запомнила, — хихикает Лэйлин, стараясь немного ослабить напряжение.

— Твой виски, — фыркает Динай и протягивает Лэйлин напиток.

Следом протягивает небольшой стакан Шолиану, Мине, Пириту и Дэвину.

— За новых знакомых! — прикрикивает Дэвин, стараясь перекричать толпу пьяниц, танцующих и орущих.

— Выпьем, — Мина, Шолиан и Пирит чокаются бокалами и смеются.

Опустошив бокал, Мина тянет Дэвина в середину бара. Музыка звенит в ушах, и Лэйлин едва заметно улыбается.

— Значит, ты полукровка, — хмыкает Динай, протирая стакан.

— Да, — неохотно выдыхает Лэйлин.

— На половину фейри и...

— На половину человек, — перебивает Лэйлин Диная, не давая ему договорить и высказать свои предположения.

— Теперь понятно, почему ты такая низкая и концентрируешься на всех мелочах.

— Я низкая? — недовольно хмурится Лэйлин.

— Да, ты очень отличаешься ото всех фейри: твои действия не такие плавные как у них, да и вообще, твои глаза и волосы... Ты более уязвимая, чем чистокровные, — задумчиво перечисляет Динай.

На мгновение Лэйлин бросает взгляд на Мину, танцующую с парнями. Ее золотистые волосы развиваются на незаметном ветру, а глаза сверкают в полумраке бара. Лэйлин с завистью выдыхает и закусывает и без того покусанные губы. Мина выглядит как белоснежное покрывало, окутывающее мрак и грехи бара.

— А что это тут делает прекрасная Лэй Сартайн? — слышится до боли знакомый голос. Лэйлин закатывает глаза и быстро поворачивается на голос.

В мгновение глаза Лэйлин округляются, и она не может поверить в то, кого видит перед собой.

Бастиан стоит перед Лэйлин и улыбается. Нагло, хитро, будто снова играя одну из своих ролей. В этот раз на нем нет яркого театрального костюма и грима, вместо этого на Бастиане надета рубашка из чистого шелка и штаны из того же материала.

Всего несколько секунд требуется Лэйлин, чтоб понять откуда Бастиан знает ее имя и фамилию.

— Мой портсигар, — протягивает Лэйлин руку Бастиану, ожидая, когда он отдаст вещь, которую она случайно выронила в театре.

— Очень умно с твоей стороны делать гравировку с именем на портсигаре, — рассуждает вслух Бастиан.

— Это подарок.

И Лэйлин не врет, это действительно подарок Кэльйона на ее тринадцатый день рождения. Ему тогда очень надоело, что Лэйлин прячет сарты в карманах или за ухом.

— Красивое имя, — подходит Бастиан к Лэйлин, — красивые глаза. — Бастиан смахивает капюшон с Лэйлин, чтоб рассмотреть ее лицо получше.

— Отдай мой портсигар и разойдемся. — Кровь Лэйлин начинает закипать.

— Значит, ты моя фанатка, раз пробираешься в театр ночью?

— А может мне понравилась девушка, которая играла в паре с тобой? — теперь уже Лэйлин идет в нападение и даже встает на носочки, чтоб поровнять свое лицо с Бастианом.

— Я актер, а значит умею читать по глазам. — Нагловатая улыбка не сходит с лица Бастиана.

На мгновение глаза Лэйлин встречаются с глазами Бастиана и расстояние между ними становится слишком маленьким, их губы почти соприкасаются.

Вдруг Лэйлин понимает, что Бастиан мог бы стать для нее очередной ночной игрушкой, но его голубые глаза... и веснушки... и огненные волосы, спадающие на глаза, не дают ей сделать этот последний порыв.

— Вот и решили. — Бастиан резко отстраняется от Лэйлин и подходит к барной стойке.

— Два двойных виски. — Бастиан протягивает деньги Динаю. — Такая девушка, как ты, пьет только крепкие напитки.

— Это ты тоже по глазам понял? — хмыкает Лэйлин.

— Я видел, что ты заказала только что. — Бастиан улыбается, и Лэйлин подходит, чтоб взять свою порцию.

— За друзей, за врагов и за то, на сколько они похожи, — чокается Бастиан с Лэйлин.

Алкоголь медленно обжигает горло Лэйлин, а мысли начинают мутнеть от уже второй порции виски.

— Я ни разу не видел тебя в зале, среди зрителей, но раз ты была ночью в там, то тебе явно нравится театр, — старается подытожить Бастиан.

— Да, мне нравится театр, но... — Лэйлин не успевает договорить, как раздается громкий крик какого-то мужчины.

— Я предупреждала тебя, чтоб ты не трогал меня! — слышится крик Мины.

Лэйлин старается рассмотреть среди пьяниц хоть что-то. Мина стоит над мужчиной с прижатым ножом к его шее и что-то выкрикивает ему в лицо.

К Лэйлин быстро подходит Дэвин и утягивает ее в глубь зала.

Бастиан даже не успевает крикнуть ей что-то в след, как Лэйлин теряется в толпе.

— Надо уходить, а то Мина порежет всех тут.

— Пойдем, — хватает Дэвин Мину и выводит обеих девушек на улицу.

Пирит и Шолиан выбегают сразу за ними.

— Он меня домогался! — кричит пьяная Мина.

— Когда она напиться успела? — возмущается Лэйлин.

— Она фейри, — говорит Шолиан, и этим все сказано.

— Она выпила два стакана виски залпом, — подытожил Пирит.

Лэйлин фыркает. Ей хотелось просто расслабиться, а не нянчиться с глупой фейри.

Вдруг в глазах у Лэйлин начинает двоиться и она опирается о Дэвина, стоящего рядом.

— Отведи Лэй, — выдыхает Пирит, — с Миной мы справимся.

Дэвин кивает, беря Лэйлин под руку. В глазах начинает темнеть, и она перестает чувствовать ноги. Это не было опьянением... Сознание становится тяжелым и тягучим, словно смола или мед. Лэйлин ощущает странный сладковатый привкус во рту. В глазах темнеет и она перестает отчетливо видеть окружающий ее мир. Слова звучат где-то далеко, где-то в другом мире.

И вдруг Лэйлин снова начинает ощущать рядом Лората. В этот раз он не смеется, а просто стоит рядом, сдерживая свои тени.

— Дэвин, — Лэйлин еле слышно шепчет.

— Пойдем домой, — Дэвин подхватывает Лэйлин на руки, прижимая подругу к своей сильной и теплой груди.

Мысли путаются, а в горле появляется странный и необычный ком и... страх, которого Лэйлин раньше не ощущала. Никогда.

— До скорой встречи, — шепчет Лорат из теней. Лэйлин его не видит, но знает, что Бог рядом. — Он ведь хотел тебя убить.

Лорат рядом, он всегда был рядом и незаметно для всех наблюдал за Лэйлин, укутавшись в свое покрывало из теней.

— Дэвин! — уже громче выкрикивает Лэйлин. — Это не алкоголь, меня и Мину отравили.