В браке за Рыжее чудо

Вечер в пентхаусе дышал обманчивым спокойствием. Чуя сидел в своём кабинете, заваленный отчётами о поставках через южные доки. Лампа отбрасывала резкие тени на его лицо, сосредоточенное и усталое. Он только-только вошёл в рабочий ритм, когда тишину разорвал грохот - дверь распахнулась так сильно, что ударилась о стопор. На пороге стояла Амайя. Вид у неё был безумный и триумфальный одновременно: волосы растрёпанны, на щеке след от чернил, а глаза горели лихорадочным блеском. Она только что вернулась из университета, где, поймав вдохновение за горло, дописывала последние строки прямо в библиотеке.

- Ты с ума сошла?! - Накахара едва не выронил ручку, вскакивая с кресла. - Пятое правило, Амайя! Стук существует не просто так! Я работаю!

- Плевать на правила! - Амайя проигнорировала его гнев и вихрем пронеслась к столу, с размаху шлёпнув перед ним стопку листов, скреплённых степлером. - Читай. Сейчас же.

Парень опешил, глядя на ровные ряды иероглифов.

- Ты издеваешься? У меня через час отчёт перед Мори, - он попытался отодвинуть бумаги, но Амайя придавила их ладонью к столешнице.

- Нет, Накахара. Ты прочитаешь это прямо сейчас. Мне нужно мнение того, кто не будет сопливить и бояться задеть мои чувства. Ты - мой враг в этом доме, а значит, ты будешь самым честным критиком. Если это мусор - скажи мне в лицо. Если нет - я хочу знать.

- Я тебе не литературный редактор! - рыжий исполнитель начал выходить из себя, гравитация в комнате стала ощутимо тяжелее. - Убирайся и дай мне закончить дела!

- Не уйду, пока не прочтёшь, - Танака упрямо вскинула подбородок, и её способность лёгким дымком отозвалась на его давление. - Я просижу здесь всю ночь, буду дышать тебе в затылок, стоять над твоей душой, но ты это оценишь.

Они стояли друг напротив друга - два эспера, два упрямца, готовых разнести кабинет из-за стопки бумаги. Чуя смотрел в её горящие красные глаза и понимал, что эта девчонка не отступит. Она была как оголённый провод. С тихим рычанием он рухнул обратно в кресло, выхватывая листы.

- Ладно! Но если это окажется розовой нудятиной, я сожгу это прямо здесь, - прорычал он.

В кабинете воцарилась тишина. Было слышно только тиканье часов и шорох переворачиваемых страниц. Чуя начал читать быстро, желая поскорее избавиться от помехи, но уже к середине первой страницы замедлился. Девушка написала историю о самурае и юдзё так, что бумага казалась холодной на ощупь. Там не было «романтики» в привычном смысле - там была агония выбора между честью и жаждой жизни. Описание их последнего пути к реке Сумида было настолько детальным, что Накахара почти почувствовал запах тины и предсмертный холод стали. Она не жалела героев. Она описывала их страдания с хирургической точностью, выворачивая наизнанку саму суть человеческого отчаяния. Когда он перевернул последний лист, долго молчал, глядя в стену. Ему действительно понравилось. Это было сильно, мрачно и... очень по-мафиозному.

- Ну? - Амайя едва дышала, ожидая приговора.

- Это... - Чуя медленно поднял на неё взгляд. - Мощно, Амайя. Ты действительно умеешь причинять боль через текст. Написано чертовски хорошо, - он на секунду замялся, вспоминая детали задания. - Но у меня один вопрос. Ты сама говорила, что вам задали написать о романтике. О любви. Но здесь... здесь только страдания, кровь и в конце оба умирают в грязи. Где та самая «светлая любовь», которую ждут в университете?

Красноглазая криво ухмыльнулась, забирая свою работу.

- Романтика - это не розовые лепестки, Чуя. Настоящая любовь - это когда тебе настолько больно, что смерть кажется единственным способом сохранить это чувство в чистоте. Счастливый конец - это ложь для тех, кто боится реальности. Моя история - о любви, которая была слишком велика для этого гнилого мира. И если профессор этого не поймёт, значит, он такой же слепец, как и все остальные.

Мафиози посмотрел на неё по-новому. В этой маленькой, дерзкой «дьяволице» было столько скрытой боли, что она просто не могла писать иначе.

- Думаю, твой профессор либо поставит тебе высший балл, либо вызовет психолога, - хмыкнул он, возвращаясь к своим бумагам. - А теперь проваливай. Мне ещё город спасать.

Танака вышла из кабинета, чувствуя странную лёгкость. Мнение Чуи, этого вспыльчивого и прямолинейного человека, значило для неё сейчас больше, чем любая оценка в зачётке.

-----

Пятница в университете всегда ощущалась как преддверие свободы, но для Амайи этот день был лишь очередным рубежом. Утром она молча вложила свою работу в руки профессора, игнорируя его удивлённый взгляд при виде объёма и мрачного вступления, и теперь, во время длинной перемены, пыталась затеряться в строчках книги, сидя на задней парте почти пустого кабинета. Тишину нарушил скрип отодвигаемого стула. Девушка не подняла головы, но почувствовала чужое присутствие.

- Привет, Амайя, - раздался бодрый, излишне уверенный мужской голос.

Танака медленно перевернула страницу, прежде чем удостоить гостя взглядом. Перед ней стоял Кенто Сато - один из тех парней, которых в университете называли «золотыми мальчиками». Высокий, с аккуратно уложенными каштановыми волосами и открытой улыбкой, он пользовался популярностью на потоке.

- Здравствуй, - сухо бросила она, возвращаясь к чтению.

- Слышал, ты сегодня сдала эссе по Эдо. Профессор Ямада весь перерыв шептался с коллегами, - Кенто облокотился на парту, вторгаясь в её личное пространство. - Какие события выбрала? Наверное, что-то грандиозное, вроде битвы при Сэкигахаре? Или какую-нибудь легенду о преданности? Моя история вот - про поэта и его музу, вышло довольно трогательно.

Амайя лишь на секунду оторвала взгляд от книги, и в её глазах не было ни капли интереса.

- Синзю на реке Сумида. Двойное самоубийство (Дазай одобряет) куртизанки и самурая. Ничего трогательного, только холод и смерть.

Кенто на мгновение замялся, его улыбка чуть дрогнула, но он быстро взял себя в руки.

- О... ну, это в твоём стиле. Мрачновато, конечно, но интригующе. Слушай, Амайя, - он понизил голос, стараясь звучать мягче. - У тебя есть планы на эти выходные? В центре открывается новая выставка современных художников, а потом можно было бы зайти в один закрытый клуб, там отличная музыка.

- Планов нет, - ответила она, перелистывая страницу.

- Отлично! Тогда, может, сходим вместе? Я заеду за тобой, - Кенто уже сиял, уверенный в успехе.

Девушка наконец закрыла книгу, издав негромкий, но отчётливый хлопок. Она посмотрела на него в упор - прямолинейно, холодно, без тени кокетства.

- Нет, не сходим. Ты мне не интересен, Кенто. Ни как собеседник, ни как мужчина. Тратить своё время на пустые разговоры о выставках я не собираюсь.

Парень замер. Его самолюбие, привыкшее к женскому вниманию, получило удар такой силы, что он на секунду забыл, как дышать. В кабинете повисла неловкая пауза. Сато открыл рот, чтобы что-то возразить или перевести всё в шутку, но ледяное спокойствие Танака лишало его любых манёвров.

- Оу... прямо в лоб, - он нервно усмехнулся, выпрямляясь. - Ладно. Я понял. Не думал, что ты настолько... категорична.

- Я просто экономлю наше общее время, - Амайя снова открыла книгу, давая понять, что разговор окончен. - Удачи с «музой», Сато.

Когда он ушёл, она лишь на мгновение задумалась о том, как бы на это ответил Чуя. Наверное, он бы посмеялся над самоуверенностью этого парня. Мысль о рыжеволосом мафиози заставила её губы на секунду дрогнуть в подобии улыбки, которую она тут же скрыла.

--------------------

Продолжение следует...