Осенние будни
Хаято Суо
— Суо-кун, мыло в виде бабочки, которое мне подарил Цугеура, всё-таки закончилось. От него теперь остался лишь маленький осколок. Жалко-то как...
— Попроси точно такое же в подарок на ближайший праздник.
— Тогда не будет интриги перед вручением подарка!
— Будто бы к тому времени ты не забудешь об этой просьбе?– хмыкнул я.
— Хе-хе, может быть~!
«Она как солнечный лучик: теплый, приятный, заставляющий радоваться»— проносится в мыслях каждый раз при общении с Нори. Я давным давно прекратил сопротивляться им, ведь заметил, что за все то время, которое провел с Норико, я стал более активным, стал радоваться самому незначительному. Раньше было трудно улыбнуться хотя бы шутке, а сейчас я готов смеяться до колик даже от обычных рожиц, которые очень любит корчить Нори при своем очередном рассказе.
Мне стало легче дышать. Раньше я словно обвязывал себя невидимыми цепями, буквально запираясь в тесной узкой комнате. Без тепла. Без света. Без кислорода. Встречая и теряя на своем пути людей, я будто карабкался куда-то, а потом падал. Карабкался и падал, вновь и вновь оказываясь в том тесном помещении.
Сейчас же все иначе. Я выбрался. Даже нет, не так. Нори помогла мне выбраться. Показала каково это — дышать полной грудью. Сняла черно-белые очки. Изменила взгляды. Не познакомься я с ней, еще очень долго являлся бы замкнутым, скрытным и недоверчивым человеком, сумевшим открыться только паре человек, которых с успехом можно пересчитать по пальцам.
Я стал собой, вот что произошло; и мне не хочется, ни в коем случае, возвращаться к той изначальной версии себя. Я больше не собираюсь быть «серым и скучным», ведь Нори, неосознанно, но сумела показать мне иную жизнь.
* * *
...— Суо-кун, у меня еще чай с булочкой не переварились,– канючила Норико, когда я в очередной раз приказал ей проделать связку элементов, недавно разученных.– Дай передохнуть.
В конце сентября,— к тому времени, как отец Норико вернулся в их городскую квартиру,— мы, что было очень неожиданно, решили начать заниматься боевыми искусствами вместе. Правда, была небольшая заминочка: Нори сама захотела тренироваться со мной, для того чтобы, цитирую, «уметь справляться с хулиганами, не ввязывая Суо-куна в такую ерунду». Изначально идея казалась мне неудачной, но спустя пару-тройку тренировок оказалось, что Норико весьма сносный ученик. Она могла жаловаться на усталость, боль в боку, голод и жажду, но несмотря на все перечисленное прекрасно запоминала и исполняла нужные движения.
— Хм, вроде я говорил тебе не объедаться перед занятиями!
— Но булочка была такая вкусная.
— Нори-чан.
— Что?
Сумев выдержать мой весьма многозначительный взгляд, она тяжко вздохнула.
— Ла-адно, давай продолжать! Через полчасика наверняка переварится.
Тренировки шли, и совсем скоро я окончательно убедился в том, что подруга вполне себе может освоить стиль моего учителя. Оттого решил включить в занятия йогу. В последние дни я слегка забросил некоторые упражнения, а сейчас выдался превосходный шанс это исправить.
Нори старалась выполнять все качественно, следуя моим наставлениям, но иногда не выдерживала и тихонько хихикала с некоторых упражнений.
Где-то в начале октября я столкнулся с братом Норико в продуктовом. Видеть его не хотелось, даже после того, как подруга рассказала об их примирении. Уж больно кислым был для меня его внешний вид, не вызывая в душе никаких приятных чувств, которые испытываешь при общении с знакомым человеком.
— Йо, Суо!– свистнул мне в спину парень. Лицо само по себе скривилось.
— Добрый день, Тошиюки-сан. Какая неожиданная встреча.
— Когда же ты наконец изменишь свое отношение ко мне и перестанешь язвить?– губы Тошиюки превратились в тонкую ниточку, а бровь вопрошающе изогнулась.
— Правда хотите знать?
— Честно? Нет.
Мы еще с минуту тупо пялились друг на друга, после чего Тошиюки первый прервал молчание:
— У меня к тебе разговор. Пройдемся?
Я сжал ручку пакета с покупками. Будь сейчас сентябрь, я мог бы отказаться, сославшись на жару и то, что продукты испортятся. Но сегодня октябрь, температура около пятнадцати и в пакете не то, что быстро приходит в негодность, если сразу не отнести в холодильник. Так что у меня нет выбора.
Мы идём мимо стареньких домов, доходим до новостроек. Тошиюки молчит. Выжидает или проверяет меня на прочность? А может просто издевается?
— Разговор зайдет о «Keel».– Выдал он так неожиданно, что до меня не сразу дошел смысл сказанного.
— Прошу прощения?
— Тц, Суо, тебе стоит отбросить свои нелепые издевательские шуточки и просто послушать.– Не сдержался парень, закатывая глаза.– А лучше вообще заткнись.
Я пожал плечами.
— Бывшие ребята... и те, новенькие... они все равно моя команда. Хоть уже давно не являюсь ее частью, и хоть собственноручно избавился он нее, я продолжаю нести за «Keel» некую ответственность. Даже после разгрома. И мне ох как не хочется, чтобы о ней шел дурной слух. Да, останутся те, кто будут помнить о «Keel» как об очередном черном пятне на лице Макочи. Это меня удручает, но я ничего не могу с этим поделать. Те люди ничего не знают о том, что случилось самом деле, так что, возможно, совсем скоро забудут о ней вовсе. Но ты, Норико и тот пацан, что тоже каким-то боком втиснулся в наши дела, знаете больше, чем остальные. Поэтому у меня будет к тебе просьба, Суо.
Я кивнул, показывая, что слушаю.
— Я прошу тебя забыть о «Keel». Раз и навсегда. Не упоминай об этой команде, не рассказывай о ней другим. Я не говорю тебе отрицать тот факт, что ты ее знаешь, просто... не разглагольствуй о «Keel» слишком сильно, ладно?
— Если вам так это нужно,– вновь пожал плечами я.
— Я уже договорился с сестрой, так что остался ты и тот мальчик. Сможешь и его попросить держать язык за зубами?
— Это не составит труда.
— Спасибо.– Кивнул Тошиюки.
С того дня мы больше не пересекались. Я не раз видел, как брат Нори выезжал на работу или возвращался домой из магазина, но ни он, ни я не делали попыток заговорить вновь. В какой-то степени это было верным решением с нашей стороны, ведь нам так и не удалось найти общий язык. Даже в якобы «дружеские» моменты мы продолжали подкалывать друг друга, что в конечном итоге приводило к весьма грубым спорам.
Возвращаясь к нашим с Нори отношениям, могу сказать лишь то, что я пока отказался от попыток признаться ей в чувствах. Я понял: грубо говоря, дать своим признанием Норико в лоб будет неправильно. Она эмоциональна, может сделать или сказать что-нибудь не то, из-за чего вгонит нас с ней в краску; и мы, как два идиота-подростка, будет сидеть напротив друг друга, молчать, краснеть и снова молчать, не зная, как выкрутиться из этой ситуации. Сейчас, листая наши с Нори фотки, снятые первого сентября,— сразу же после ее дня рождения,— я заглядывался в ее светлое радостное личико, пытаясь понять, что поможет мне увеличить шанс не быть отвергнутым?
Я собирался перелистнуть очередную фотографию, как вдруг мой палец остановился. На снимке отображалось мое недовольное лицо и рядом, совсем близко, счастливое лицо Норико.
...— Ну-же, Суо-кун! Давай сфоткаемся! Всего один снимок, пожалуйста~!..
— Мы и так сделали достаточно фотографий.
— Еще одну, пожалуйста! На фоне хризантем.
— Хорошо...
— Ура! Давай, Суо-кун, становись поближе!...
Нори яркая, активная. Даже слишком активная. Ей трудно усидеть на месте, она, будто маленький ребенок, верит в чудеса и...
Осознание пришло так резко, что я подскочил.
Точно... Я знаю, как могу признаться Норико!
Стоило взять себя в руки, собраться, но идея успела полностью завладеть моими мыслями. Глуповато улыбаясь, я лег на футон и прикрыл глаза.
Если все пойдет точно по плану, то эти слова я произнесу уже совсем скоро...
* * *
Наступил ноябрь. Третьего числа этого месяца мне пришло приглашение на день рождения Тошиюки. На моей клавиатуре сразу же появились слова «пожалуй, откажусь», но Норико, предусмотревшая такой исход, опередила меня, предупредив, что отказ не принимается.
Пришлось идти. Чтобы не сильно выделяться, я надел свитер, который купила Норико. Немного подумав, я сменил свою привычную обувь на кеды.
Встречу назначили у метро, куда новоиспеченный именинник пришел в сопровождении своей сестры. Каково было мое удивление, когда я увидел на подруге такой же свитер.
— Ничего себе. Вот это совпадение!– заулыбалась Нори.
— Неужели вы начали встре...
— Значит, день сегодня будет хороший!– больно наступив Тошиюки на ногу, почти выкинула девочка. Ее брат тут же заткнулся.
Я не стал переспрашивать, что же хотел сказать Тошиюки.
Как раз в тот самый момент показалась низенькая фигурка с пышной копной рыжих волос, которая, заприметив нашу дружную тройку, тут же бросилась бежать прямиком к нам.
— С днем рождения, Тошиюки!– воскликнула Нао, подбегая к своему парню.
— Спасибо,– нежно произнес брат Нори, наклоняясь и позволяя девушке поцеловать его в губы.
— Они еще долго миловаться будут,– шепнула мне Нори и потянула за рукав свитера в сторону метро.– Пошли.
День рождения Тошиюки проходил в парке, впрочем, весьма весело проходил. Под строгим надзором Норико мы пожали друг другу руки и пообещали не «собачиться», как выразилась девочка, до конца праздника. В тот день, хоть изначально я не сильно ему радовался, всё-таки решил отбросить свои установки насчет еды и насладиться сладкой ватой, напитками со вкусом маття и даже огромной тарелкой сырных шариков, которую щедрая Кояма заказала для каждого из нас.
— А у тебя будет для меня подарок?– ухмыльнулся Тошиюки, после небольшой распаковки (набора резинок для волос от Нори и большой книги жанра фэнтези от Коямы).
— Мой подарок — не подтрунивать над вами сегодня, Тошиюки-сан~!
— Да что ты,– фыркает он.
Спустя несколько часов этой прогулки, зарядил сильный ливень, из-за чего ее пришлось досрочно закончить. Тошиюки и его возлюбленная сказали, что еще посидят в каком-нибудь кафе. Я побоялся, что Нори захочет втиснуться к ним, но она только согласно кивнула, после чего мы бросились к станции.
Целую неделю наш городок и ближайшие префектуры одолевал дождь. Он то прекращался, то начинался вновь. Из-за таких подарков природы, лужи теперь покрывали большую часть наших дорог. Любая погода по-своему хороша, но конкретно сейчас слякоть и резкий скачок температуры с плюс пятнадцати до плюс пяти никак не привлекали.
В отличии от меня, Норико такой расклад событий совершенно не смущал и не останавливал. Потому, как только погода более менее нормализовалась и синоптики пообещали в течении следующей недели полное отсутсвие дождей, подруга вытащила меня на улицу. Она весело разъезжала по лужам, а я бессмысленно плелся за ней. Потерять ее среди людей, которые всё-таки прогуливались, наверняка просто дыша свежим воздухом, я не боялся: светящиеся колесики ее роликов подсказывали мне, куда Нори решила свернуть на этот раз.
Так, за время наших молчаливых похождений, мы дошли до территории Львиной Головы.
— Могу я здесь покататься?– уточнила подруга, подъехав ко мне.– Здесь редко кто-то ходит, поэтому асфальт куда ровнее, чем в других местах.
— Ты ведь не собираешься заезжать к Сиситоурэн в гости,– улыбнулся я.– Так зачем спрашиваешь?
Пока Нори демонстрировала свои способности на роликах, я краем глаза всё-таки следил за тоннелем, ведущим на чужую территорию. В момент, когда сверху с шумом проехал поезд, мне показалось, что в тени мелькнула чья-то тень.
—... И лунную походку могу. Смотри!
Не замечая, что уже въехала прямо в тоннель, подруга круто развернулась с громким «оп-ля» и остановилась, явно ожидая от меня оваций.
— Нори-чан!
— Ой, я случайно,– по моему голосу и тому, что я поспешил прямиком к ней, Норико поняла, куда заехала.– Я уже уезжаю, не волнуйся! Не заметила, как оказалась здесь... Ааа!
По улице пронесся ее испуганный визг, а после я вижу, как Нори пулей летит ко мне.
— Кто-то взял меня за руку. Клянусь, там кто-то есть!
Я вгляделся. Из-за пасмурной погоды и тени, которую отбрасывал тоннель, никакого увидеть не получилось. Но я совершенно не сомневался, что кто-то там точно был.
— Лучше пойдем.
— Да, ты прав. Накаталась.
Когда мы отошли на приличное расстояние, что-то дернуло меня обернуться. Я увидел, как из тени выступил силуэт парня. У него были длинные черные волосы до плеч, серая толстовка и поверх нее фирменная кофта с логотипом Львиной Головы. Он гадко ухмыльнулся, словно маленькая девочка, приставил кулачок к лицу, и помахал мне. Так противно я себя даже при общении с Тошиюки не чувствовал.
— Почему Ветерок враждует с Сиситоурэн?– спросила Нори.
— Если я правильно понимаю, дело в новом главаре. Из-за него у Бофурин и Львиной Головы обострились отношения. Готов поклясться, эта команда только и ждет случая, чтобы напасть и развязать драку.
— Тогда не думаю, что будет разумно давать им для этого повод. На хочу вновь быть втянутой в какие-то разборки — с меня станется,– согласилась Норико, после чего мы не решились возвращаться к этой теме вновь.
Для того чтобы сгладить скучные минуты нашей жизни, после школы Норико прибегала ко мне, когда это было возможно, и мы вместе смотрели очередной фильм. На удивление, перебирать старые кассеты оказалось очень интересно. Мы даже выбрали сразу четыре фильма для дальнейшего просмотра.
Как и в прошлые месяца, ноябрь тоже подходил к концу. А вместе с этим близилось время для исполнения моего заранее обдуманного плана. И только по наступлению декабря, а если точнее, девятого числа этого месяца, я нашел то, что нужно.
Приглашения на зимний предновогодний фестиваль. Ими были расклеены все стены и столбы. Люди стали готовиться к нему, заранее предупреждая всех и рассчитывая на то, что кто-то решит вызваться помогать: раздавать еду или призы.
Фестиваль должен состояться двадцать девятого декабря, то есть практически через две недели.
Меня переполняли эмоции. Я буквально приглашу Нори на свидание, погуляю с ней по праздничным улочкам, сыграю в игры, угощу яблоками в карамели. А потом я признаюсь.
Если быть честным, то у меня все равно присутствовали некоторые сомнения начет моего так называемого плана, но и они развеялись окончательно при просмотре очередного фильма, в котором главной героине,— тайной серийной убийце,— влюбленный в нее парниша делает предложение руки и сердца под яркие вспышки салюта.
— Как это романтично,– всхлипнула Норико,– А если ее поймают? Казнят же сразу, зуб даю! И что тогда будет делать этот бедолага?
— Романтично...– протянул я.– Ты хотела бы также?
— Ну, хах, мечты мечтами..~,– хихикнула Нори,– но, если тебе та-ак интересно, то, да, думаю, я была бы рада такому признанию.
Поймав мой взгляд, девочка вдруг вспыхнула и отвернулась.
— Это не намеки какие-то... ты же сам спросил...
— Я понимаю.
Возможно, я бы посмеялся с такой реакции, если бы не собирался проделать практически тоже самое, что и данный «бедолага» в этом фильме.
* * *
Одиннадцатого декабря, в воскресенье, мы смотрели очередной фильм. На этот раз боевик, весьма скучный.
— Суо-кун, блин!– вдруг воскликнула Норико, схватив телефон.– Два пропущенных от папы!
— Лучше побыстрее перезвони.
— Уже.
Ее не было пару минут, за которые я успел неплохо так заскучать.
— О чем говорили?– решил поинтересоваться я, дабы сгладить повисшую в доме тишину, изредка прерываемую бессмысленными диалогами персонажей из фильма.– Что-то случилось?
— Вовсе нет. Но мне нужно домой.
И, схватив свою сумочку, лежащую у телевизора рядом, подруга поспешила в коридор.
— Отец сейчас приедет. У нас кое-какие семейные проблемы.
— Конечно.
Не прошло и минуты, как Норико была готова выходить.
— До завтра?– я ждал, что подруга обернется и улыбнется мне на прощание, но она только пробормотала в ответ «да, увидимся».
Скорее всего, у нее действительно какие-то серьезные семейный неурядицы. Всякое в жизни бывает.
И именно поэтому я не обратил внимание на изменение в поведении Нори, не стал влезать в ее семью. Ни в тот день, ни в последующие.
Да, тогда я решил этого не замечать, но... было ли это верным решением?
* * *
...Я закинул свою школьную сумку в комнату и направился к раковине вымыть руки. Но не успел я дойти до раковины, как в коридоре зазвучала мелодия звонка моего телефона.
Подойдя к тумбе и взяв аппарат в руки, я очень удивился входящему.
— Нори-чан?
— Привет-привет!– прозвучал какой-то слишком радостный голосок подруги.– Уже двадцать восьмое декабря, ты ведь помнишь?
— Да. Но, погоди, разве ты не хотела остаться в школе и помочь с уборкой кабинета?
— Я передумала.
— И почему?
— По этой причине и позвонила тебе. Я сейчас у Котохи. И ей нужна помощь с украшением Потоса! Ты придешь?
— Да, скоро буду.
— Отлично!
В трубке тут же раздались короткие гудки.
Раньше радостный голос Нори радовал меня, а сейчас мне почему-то тревожит. Я могу ошибаться, и все же... С того звонка Норико стала какая-то странная, чужая. Она не смотрит мне четко в глаза, не приходит посмотреть фильм, не пишет первая, не зовет гулять. А когда я решаюсь мягко об этом ей намекнуть, она натягивает улыбку и переводит тему. Натягивает улыбку. Вновь и вновь.
Теперь при мне она постоянно улыбается. Натянуто и как-то несчастно.
Выходя из дома, я пообещал себе, что сегодня обязательно узнаю причину, ведь завтра фестиваль. А значит и день, к которому я готовился все это время.