Затмение

– Сегодня важный день, – начал Джек, в его руке был стакан с коричневой жидкостью, покачивающейся от движений.

– Да подумаешь, не такой уж и важный...

Мы сидели на кухне за общим столом. Нам редко когда удавалось собраться вот так. Сейчас здесь были Джек, Итан и Агата. Остальных обитателей дома я видела так редко, что иногда и вовсе забывала об их существовании.

– Ну вообще-то да, – прервал меня Джек, подняв вверх указательный палец, – ровно полгода назад ты стала частью нашего общества, и я считаю, что это весомый повод отметить.

Он поднял бокал и залпом осушил его. Смутившись на миг, я последовала его примеру, как и все остальные.

– Он прав, – вдруг после недолгого молчания заговорил Итан, – за эти полгода ты добилась невероятных успехов и, честно говоря, я и сам не ожидал такого. Для меня было большим риском взять к себе семнадцатилетнюю девчонку, которую еще к тому же ищет полиция. Но ты удивила меня.

– Я в общем тоже рада, что пошла с Джеком, а не с полицией, – улыбнулась я и опустошила следом еще стакан.

– Ты сама что обо всем этом думаешь? – спросила Агата, ободряюще улыбнувшись мне. С каждым днем она все больше раскрывалась для меня.

– Сложно, но со временем втягиваешься.

– То есть, если сейчас сюда войдет отряд полиции и скажет, что тебя доставят в Филадельфию первым же рейсом, ты готова их всех перестрелять? – усмехнулся Джек.

– Что?..

– Тупая шутка, Джек, – рыкнула Агата в его сторону, от чего он только рассмеялся. Даже Итан улыбнулся.

– И правда, не стоит пугать ее раньше времени, – все так же улыбался Итан. Его формулировка, казалось, смутила только меня.

Весь вечер мы сидели, пили, обсуждали текущие дела и планы на будущее. Будто компания старых друзей. Под конец вечера я почувствовала, как слипаются глаза. День сегодня был долгий, да и алкоголь уже начал давать в голову. Поэтому предупредив всех за столом, я направилась в свою комнату, услышав напоследок заливистый смех Агаты.

Не успев еще дойти в комнату, я почувствовала чье-то присутствие в темном коридоре. Резко обернувшись назад, я никого не увидела. Внезапно перед глазами предстала картина темной безлюдной улицы и удаляющейся вдалеке фигуры. Слежка, погоня, черный силуэт – но это ведь было невозможно. Прошло уже полгода и после того случая, когда я почти его догнала, преследующий меня человек не объявлялся. За все время, что я в Нью-Йорке со мной ничего подобного не случалось, хотя в Филадельфии он преследовал меня на протяжении последних нескольких лет. Решив все же списать это на усталость и обернувшись, чтобы пойти дальше, я вскрикнула.

– Чего орешь? Я же тебя не трогаю.

По очертанию силуэта я с трудом узнала Лиама. Я видела его настолько редко, что не имела возможности даже полноценно познакомиться с ним, поэтому его появление слегка меня напугало. Да и в темноте коридора его надвигающаяся фигура выглядела довольно зловеще, пусть он и был не сильно больше и выше меня.

– Ты напугал меня, – выдохнула я, мысленно пытаясь успокоить колотящееся сердце.

– Не скажу, что не планировал этого, – даже в темноте я смогла распознать усмешку на его лице.

– Чего ты хочешь?

– Хочу, чтобы ты поняла, – он подошел ко мне ближе и в приглушенном свете коридора казался явной угрозой, – ты не годишься для этой работы. И чем раньше ты это осознаешь и уйдешь – тем лучше будет для тебя же самой.

– О чем ты говоришь вообще?

– О том, что тебе здесь не место, – он усмехнулся, скривил лицо так, будто я была ему противна, а затем отошел от меня. – Ты должна убраться отсюда. Иначе я сам тебя уберу.

Он как-то жутковато улыбнулся, а затем растворился в темноте так же резко, как и появился.

****

В перерывах между основной работой, я иногда выходила в бар по своей воле. Работать в барах мне нравилось всегда, но сегодня дела шли не очень. Подойдя к барной стойке, я опустилась на стул. За баром стоял Рик – хозяин, который и сам любил иногда поработать в зале, как оказалось. Любит быть ближе к людям – как-то так он сказал мне однажды, когда я спросила. Сам Рик оказался очень даже интересным человеком – не жалел времени на интересные истории из своего бурного прошлого, а еще не уставал бесконечно припоминать мне день нашего знакомства, когда мы зависали в его баре. А зависали мы здесь частенько как по работе, так и в свободное время. Никогда бы не подумала, что так полюблю это место, с которого практически и началась моя история в Нью-Йорке.

– Не прет сегодня? – усмехнулся Рик, протирая бокал.

– Ага, как будто все вдруг стали вести здоровый образ жизни.

– Еще не вечер, подожди немного, – улыбнулся он.

Люди сегодня и правда были какие-то несговорчивые. Кому не предложи, находят кучу оправданий – слишком трезвые, слишком правильные, рано вставать на работу. Сегодня определенно не мой день. Мысленно взмолившись, чтобы сюда пришел кто-нибудь более раскрепощенный, я отправилась на поиски очередной жертвы.

– Простите, – вдруг прямо передо мной возник человек – это был паренек небольшого роста и возрастом ненамного старше меня.

– Тебе чего? – раздраженно спросила я.

Пацан, стоящий напротив меня, весь сжался, покраснел и едва дышал.

– А что... что у тебя есть?

Раскрыв сумку, я показала содержимое, отчего он покраснел еще сильнее. Казалось, еще немного и он упадет в обморок.

– Слушай, ты себя хорошо чувствуешь? – спросила я, резко закрыв сумку и ударив его ею по протянутой руке.

– Да, я просто... Просто нервничаю немного.

– Ясно.

Я вздохнула, размышляя что же с ним делать. Пацан трясся так, будто сейчас стоял не в баре рядом с наркодилером, а перед своей матерью, ругающей его за двойку.

– Сколько ты выпил?

– Один коктейль... – я окатила его пристальным сомневающимся взглядом, – ладно, половину. Просто он не очень удачный был.

– Как тебя зовут?

– Вилсон.

– Послушай, Вилсон, – меня вдруг кольнул укол совести. Никогда еще за время работы со мной такого не случалось, но мне захотелось вышвырнуть этого пацана подальше отсюда, – я вижу, что ты не частый посетитель здесь.

– Так заметно? – он неловко улыбнулся и опустил голову, – я пришел с друзьями, и они отправили меня к тебе.

Он обернулся и посмотрел куда-то вдаль. Проследив за его взглядом, я увидела, как за столиком в самом конце зала сидели кучка парней примерно такого же возраста и хохотали, показывая пальцем на Вилсона.

– Ну и друзья у тебя.

– Мы поспорили, что я смогу подойти и...

– Купить.

– Да.

– Ладно, – я ненадолго задумалась. Мне было жаль Вилсона, мне хотелось помочь ему, но еще больше мне хотелось, чтобы он ушел домой и не занимался такими ужасными вещами, – я помогу тебе. Сколько у тебя денег?

Он протянул руку, раскрыв ее и я увидела несколько смятых бумажек. Не густо. Открыв сумку, я вытащила один пакетик с парой цветных таблеток и еще один с порошком, а затем протянула их мальчишке. Но не спешила отдавать.

– Пообещай, что ты сам не будешь пробовать.

– Конечно, я же не идиот.

Я улыбнулась и аккуратно вложила их ему в руку, взяв деньги.

Когда Вилсон, на трясущихся ногах, наконец дошел до своих друзей, я услышала одобрительные возгласы.

– И как ты совестью не мучаешься? – спросил Рик, как только я снова подошла к бару.

– Чем?

Он рассмеялся, а я оглянулась, чтобы снова посмотреть на тот столик в самом конце зала. Двое из парней вдруг пошли куда-то в сторону туалетов. Кучка школьников, для которых это просто развлечение. Но они даже не подозревают к чему на самом деле может привести это, на первый взгляд безобидное, развлечение. Хотя я и сама не лучше, куда мне судить других.

– Зачем ты вообще этим занимаешься? – из задумчивости меня выдернул неожиданно серьезный голос Рика.

– Ты о чем?

– Я же слышал твой разговор с тем парнишкой и видел, как тебе было его жаль.

– Не понимаю, о чем ты. Жалость и я – вещи не совместимые.

– Ну да, конечно. Притворюсь, что поверил, – его отвлекла парочка, подошедшая, чтобы сделать заказ и он переключился на них, жестом велев мне подождать.

Я вздохнула и вновь посмотрела в сторону дальнего столика.

Дверь в бар громко распахнулась и, резко развернувшись ко входу, я увидела, как внутрь ворвались несколько человек. Все произошло за доли секунды.

– Полиция! Всем оставаться на месте!

Кто-то из посетителей рванул в сторону туалетов, остальные пытались с силой протолкнуться к выходу, кто-то закричал. Те, кто были попьянее не испугались даже полезть в драку с полицейскими. Пару секунд, которые показались вечностью, я сидела в оцепенении и просто смотрела на все происходящее.

– Быстрее! – крикнул Рик, хватая меня за руку и расталкивая всех на своем пути.

Наконец выйдя из оцепенения, я поняла, что он тащит меня в сторону служебного выхода, минуя толпу и разъяренных полицейских, к которым уже подоспело подкрепление. Я бежала за ним, даже не сопротивляясь, то ли действовал адреналин, то ли таблетки, выпитые пару часов назад.

Внезапно мой взгляд выхватил в толпе испуганного Вилсона. Он вжался в кресло, все еще сидя за тем же столиком, пока его друзья сражались за то, чтобы продвинуться к выходу, который был намертво перекрыт полицейскими. Я уже собиралась рвануть к нему на помощь, но крепко держащая рука Рика не дала мне этого сделать. Предприняв еще пару попыток, я поняла, что мальчишку мне уже не спасти.

Один из полицейских метнулся в нашу сторону, но путь ему преградила большая фигура – кажется, это один из двух охранников Рика. Это придало мне сил как можно быстрее убираться отсюда. Нам удалось уйти почти незамеченными, мы вбежали по лестнице вверх и оказались в квартире Рика. После того раза я здесь больше не была, но даже не удивилась тому, что здесь ничего не изменилось.

– Ты цела? – он схватил меня за плечи и слегка тряхнул.

– Да! – крикнула я и отпихнула от себя чужие руки.

– Первая облава?

– Да, вообще не ожидала...

– Это видно, Джек должен был предупредить тебя об этом, – он подошел к окну и выглянул на улицу. – Мне нужно вернуться. А ты сиди здесь!

– И долго я должна тут прятаться?

– Пока я все не утрясу. Такие проверки у меня происходят с завидной регулярностью, постоянно находятся крысы, – он рванул к выходу, но перед тем, как уйти, остановился, – в продолжение нашего разговора. Я знаю, что ты хороший человек, просто запуталась. Подумай, нужно ли тебе влезать в этот мир.

И не дождавшись моего ответа, он ушел. А я стояла и думала, что же значит «нужно ли мне влезать в этот мир»? Я уже в нем. Но, пожалуй, так страшно как сегодня мне еще не было ни разу. Хоть меня и предупреждали о том, что такое случается, я понимала – если бы не Рик, для меня сегодня все могло бы закончиться.

Спустя пол часа самокопания я все же решилась выглянуть наружу. В этой квартире сейчас был мой прекрасный, скрытый от всех посторонних, мирок, но мне не давала покоя мысль, что же творится там внизу. Проглотив для храбрости еще таблетку из своих запасов, я едва слышно открыла дверь и стала спускаться вниз, но примерно на середине лестницы замерла, услышав голоса.

– Это точно все? – спросил громкий грозный голос.

– Конечно, – ответил ему Рик.

– Вообще-то я видел еще девчонку, – вдруг подал голос второй, – ты ее повел куда-то.

– Понятия не имею, о чем вы.

– А что там? – не унимался грозный.

– Подсобное помещение, кухня, ничего такого.

– Не против, если мы проверим?

– Да ладно вам, – занервничал Рик, – вы приходите ко мне стабильно раз в месяц. Неужели я хоть раз сделал что-то не так? Я всегда сотрудничаю с вами.

– Тогда вы точно не будете возражать, если мы осмотрим все помещения, – снова сказал грозный и я услышала тяжелые шаги, направляющиеся в сторону моего укрытия.

Думать времени не было, поэтому я вновь рванула наверх. Оставались какие-то считанные минуты до того, как они увидят лестницу и поднимутся сюда. Рик, конечно, сказал мне сидеть здесь, но похоже он и сам не предполагал, что все так обернется. Я побежала к другому выходу – благо, у квартиры был еще один выход, ведущий прямо на улицу. Предусмотрительно выглянув в окно, я увидела еще одного полицейского, что стоял прямо возле входа в квартиру со стороны улицы – путь был отрезан.

Внезапно прямо за дверью со стороны лестницы раздались голоса. Испугавшись, я рванула в первую попавшуюся дверь и оказалась в спальне. Взгляд мой заметался по комнате и в конце концов упал на небольшое, но достаточно широкое окно, за которым виднелись очертания каких-то труб. Метнувшись к нему, я не могла поверить своей удаче. Прямо за ним так весьма кстати располагалась пожарная лестница. Не без усилий открыв окно, я вылезла в него и тут же закрыла обратно, когда дверь в комнате распахнулась. За секунду до того, как в комнату вошли, я успела нырнуть вниз и устремиться прямиком по лестнице. На трясущихся ногах и адреналине я моментально добралась до нижней ступеньки, спрыгнув с нее на землю и, оглянувшись, поняла, что стою в каком-то закоулке между домами. Кажется, сюда скидывают мусор соседние заведения. Засунув отвращение подальше, я преодолела коридор, состоящий из воняющих мусорных контейнеров, и вышла на оживленную улицу. Вход в бар и квартиру был за углом отсюда, поэтому мне все-таки удалось уйти незамеченной. Немного отдышавшись, я направилась подальше от этого места, ровно в другую сторону от бара.

– Эй, мисс! – вдруг я услышала голос позади и зашагала быстрее, надеясь, что адресовано это не мне. – Подождите, мисс!

Голос приблизился, и кто-то с силой дернул меня, заставив остановиться и обернуться. Это был тот самый полицейский, что пару минут назад стоял у входа.

– Что вам нужно? – я с отвращением отпихнула его и попятилась назад.

– Откуда вы вышли? Всего пару минут назад здесь никого не было. Вы вышли из того здания? – он обернулся и указал на бар.

– Я просто мимо проходила! – рыкнула я и развернулась, чтобы уйти, как вдруг он снова схватил меня за руку.

– Стоять!

Вдруг полицейский отпустил меня и медленно опустился на землю. На его месте стоял Джек, держа в руке пистолет, рукояткой вперед. Я уставилась на него ошеломленным взглядом.

– Ты что натворил? – вскрикнула я.

– Спас тебя вообще-то.

– Ты его убил?

– А ты разве слышала выстрел? Просто оглушил, пистолет может и такое, – усмехнулся он, пряча оружие во внутренний карман куртки. – Расслабься, ладно? Нам нужно убираться отсюда и как можно скорее.

Джек схватил меня под руку и посадил в припаркованную недалеко машину. И снова я была в таком ступоре, что даже не нашла в себе сил сопротивляться.

****

– Ну и что это было? – спросила я, как только мы вошли в дом.

– Ты про что именно? Про облаву или свой неудавшийся побег от нее? – он усмехнулся и прошел на кухню. Плеснув себе виски в стакан, он подвинул бутылку в мою сторону.

– Для начала про облаву, – я поплелась следом за ним и взяла бутылку.

– Такое там происходит постоянно, да и в принципе может произойти где угодно, – он отпил из своего стакана и сурово на меня посмотрел, – я же предупреждал тебя.

– То есть, вероятность, что они приходили за мной, можно исключить?

– Да сдалась ты им! Послушай, Эбби, если бы тебя и правда хотели найти, то уже бы нашли. Может это будет звучать слишком жестоко, но я думаю про тебя уже все забыли.

– Да, ты прав. Это и правда звучит жестоко.

– Уж как есть, – смущенно улыбнулся он и снова отпил виски, – я просто хотел сказать, что тебе давно пора успокоиться и жить дальше.

– С этим понятно, но как ты там оказался?

– Рик написал мне. Он беспокоился, что тебе тоже попадет и сказал, что спрятал тебя в квартире. Вот только он не предусмотрел, что ты, взбалмошная и вздорная девчонка, решишь убежать оттуда. Почему было просто не сделать то, что тебе сказали?

– Один из них видел, как Рик повел меня в квартиру. Они как раз собирались обыскивать все остальные помещения, когда я решила подслушать. Если бы я этого не услышала и не убежала они бы нашли меня и тогда...

– ...конец и тебе и нашему союзу с Риком. А ты молодец, быстро соображаешь, – он вдруг стал серьезным и, достав еще один стакан, схватил у меня бутылку и налил в него виски, – хватит обнимать бутылку, ее надо пить. Вот так, – он протянул мне стакан, и я тут же его осушила.

– Почему у меня не получается хоть раз отработать без приключений?

– Такая уж у нас работа, – сочувствующе улыбнулся Джек, вновь принявшись за бутылку, – и мы сами ее выбираем.

– А как ты попал к Итану?

Была уже глубокая ночь, но адреналин, полученный за день, все равно не даст уснуть сейчас. Мы сидели на кухне. Только я, Джек и бутылка не самого лучшего виски. Кажется, это было самое подходящее время для откровений.

– О, это не самая приятная история.

– Расскажи.

– Раз ты так настаиваешь, – подлив мне и себе виски, он сел поудобнее и вздохнув, заговорил: – Я родился в богатой семье. Мой отец был крупным бизнесменом, акционером, а еще владельцем сети спортбаров по всему Чикаго, но это для него было больше, как хобби. Мы жили вдвоем в Хинсдейл – это пригород Чикаго для богатых. Моя мать умерла при родах и с тех пор отец с головой ушел в бизнес, чтобы хоть как-то пережить горе. Меня воспитывали няни, все время разные. Отцу было все равно, иногда он мог неделями не появляться дома, но я знал, как ему было тяжело пережить смерть мамы, потому не обижался. У меня было все: шикарный дом, деньги, самые квалифицированные няни.

Он вдруг вспомнил обо мне, когда мне стукнуло десять и то только потому, что осознал – я его единственный наследник. С тех пор он взялся за мое образование и стал готовить меня для передачи своего бизнеса. Поначалу я был не против, я понимал как для него это важно и не сопротивлялся. Ровно до тех пор, пока мне не исполнилось шестнадцать. Тогда я учился в частной школе, ходил на кучу обучающих курсов, а в свободное время помогал отцу в главном офисе, где он обучал меня тонкостям своего бизнеса. В какой-то момент я понял, как я устал от такого ритма жизни, мне просто надоело. Я взбунтовался, стал сбегать из дома, ругался с отцом, тратил его деньги на тусовки, в надежде, что он сам выгонит меня, я даже попробовал наркотики и связался с одной известной бандой из гетто. Отец терпел все мои выходки, видимо потому, что я его единственный ребенок и у него просто не было другого выхода, он все мне прощал. Он даже пытался водить меня к психологу, надеясь, что я изменюсь, одумаюсь. Но я не сдавался, уже тогда я понял, что не хочу быть его тенью, не хочу продолжать его дело – это его жизнь, не моя.

В восемнадцать я окончательно решил все бросить и, поругавшись накануне с отцом, я ушел из дома. Я оставил ему записку, попросив не искать меня. Я уехал в Нью-Йорк, мне казалось тогда, что это единственное место, где я смогу затеряться, где у отца нет власти. А еще, будучи в чикагском гетто, я узнал о человеке по имени Итан Мур, строящем свой бизнес в Нью-Йорке. Он тогда еще не был настолько успешен, как сейчас, но о нем уже ходили разговоры. Приехав в город, я почти сразу нашел Итана благодаря его обширным связям. Он взял меня к себе, он увидел во мне потенциал и дал шанс по-настоящему проявить себя.

Через три года отца не стало из-за проблем с сердцем. Он выполнил мою просьбу и не искал меня. Я издалека следил за его жизнью, он тяжело переживал мой побег. Он жил один и перед смертью он был совершенно один, бизнес развалился, а все его имущество пошло на благотворительность. Я злился на себя, даже ненавидел. Поехал на его похороны в Чикаго, но туда пришли только люди с его работы, и я казался там лишним, а в нашем доме уже жили другие люди. Поняв, что уже ничего не изменить и нужно жить дальше, я с головой ушел в работу. И пусть я тогда и сам этого не осознавал, но теперь я понимаю, что похож на отца гораздо больше, чем мне бы того хотелось. Я тоже, как и он, предпочёл больше работать, чтобы заполнить пустоту внутри.

Спустя еще четыре года Итан сделал меня своей «правой рукой». Могу не без гордости сказать, что это я помог ему добиться такого влияния, которое он имеет сейчас. Я помог ему, а он помог мне. Он добился того, чего хотел и меня тоже не обделил: деньги, недвижимость, призвание, шикарная жизнь – он дал мне все. Все это было у меня и с отцом, но с той большой разницей, что теперь я все это заработал сам. Поэтому, когда два года назад Итан предложил выкупить несколько заброшенных отелей и обустроить их, я не думал ни секунды. Он и сам продал свою квартиру и машину, и меня попросил сделать то же – для нашего проекта нужна была куча денег. Конечно, я согласился, правда я оставил себе небольшую квартирку на Манхэттене, хотелось все же иметь что-то свое, хотя я и согласился жить в новом доме рядом с Итаном.

Я еще долго обвинял себя в смерти отца, но я ни о чем не жалею. Работа с Итаном дала мне куда больше, чем дал бы бизнес отца. Я с ним уже десять лет, большую часть сознательной жизни. И я буду с ним до конца этой жизни, даже если – а скорее всего так и будет – она будет короткой, – закончив историю, он залпом допил оставшееся в стакане.

Его история по-настоящему меня растрогала. Я почувствовала, как по щеке покатилась горячая слеза. Нужно было что-то сказать, но слова не шли.

– Ты что, плачешь? – рассмеялся Джек. – Брось, моя жизнь не мелодрама, над которой стоит рыдать.

– Просто в глаз что-то попало, – я отвернулась и разом смахнула непрошенные слезы, глубоко вздохнув. – Ты кому-нибудь рассказывал это?

– Я вообще никогда таким честным не был ни с кем, особенно с женщинами. Да и терпеть не могу, когда меня жалеют.

– Точно, ты же великий и непобедимый Джек, у которого все всегда под контролем и абсолютно ничего не может выбить его из колеи.

– Мне нравится, как это звучит, – хмыкнул он и довольно улыбнулся. – У тебя судьба ничуть не легче, но я хотя бы не жалею о принятых мной решениях.

– Ты думаешь, я жалею, что пошла с тобой? – спросила я, уставившись на него. Адреналин все еще бурлил, а алкоголь только «подливал масла в огонь».

– Думаю, да. Особенно после сегодняшнего.

– Нет, – я глотнула виски, который уже нагрелся в моей руке, – конечно, это не всегда легко и, честно говоря, за последние полгода были моменты, когда я была готова прыгнуть в ближайший автобус до Филадельфии, – я улыбнулась и взглянула на Джека, он ответил мне совершенно нечитаемым взглядом, тогда я решила продолжить: – Но потом я понимаю, что у меня попросту нет выбора и придется терпеть.

– Выбор есть всегда, – нахмурился Джек, проведя рукой по волосам. – Я полагаю, жизнь в приюте не идеальна, но для кого-то это все же лучше, чем быть дилером.

– Точно не для меня, – я опустила голову внезапно заинтересовавшись своими руками. На самом деле, я просто не хотела показывать ему, что мне действительно очень страшно. – Что ты делаешь? Ты же сам привел меня сюда, а теперь решил вернуть домой?

– Нет, я никогда не отказываюсь от своих слов, – он самодовольно усмехнулся. – Я просто рассказал тебе свою историю, чтобы ты понимала, что не одна ты страдаешь. Просто я уже привык относиться ко всему как к игре, – он вздохнул и посмотрел по сторонам. – Да, мне тоже было тяжело и страшно, но, когда ты не воспринимаешь жизнь всерьез, она становится куда проще.

Я лишь кивнула и поднявшись поплелась в свою комнату. Почему-то от его истории мне стало немного легче. Ведь если получилось у кого-то другого, значит получится и у меня?