40 часть
Постепенно, ощущая медленные движения внутри неё, я замечаю, как она расслабляется. Я снова кладу большой палец на её клитор и наблюдаю, как она сладко извивается от удовольствия. Она сжимает свою грудь и нежно ласкает соски. Это просто потрясающе! Лучшее, что я когда-либо видел.
— Нормально?
— Даже очень, — отвечает она, и, глядя на её закатившиеся глаза, я понимаю, что боль отступила.
Я ускоряю темп как под своим пальцем, так и внутри неё, но всё ещё стараюсь, чтобы это не было слишком быстро для первого раза.
Я ощущаю, как мышцы её влагалища сжимают мой член. Наклоняюсь, чтобы обвить губами её левый сосок и слегка прикусываю его, одновременно массируя клитор рукой.
— Не останавливайся, прошу тебя, — шепчет она, прерывая свои слова вздохами.
Даже и в мыслях не было.
Я мог бы заниматься с ней любовью часами, прерываясь только на то, чтобы покурить и поблагодарить Бога за то, что он подарил мне самую чудесную женщину на свете.
Я осознаю, что её охватывает волна оргазма. Она начинает стонать, уже не сдерживая себя и не стесняясь. Её стоны заполняют комнату, даря мне непередаваемое наслаждение. Она кусает нижнюю губу, впиваясь пальцами в простыню, но ей некуда скрыться от охватившего её наслаждения.
Я ощущаю, как готов кончить, не только из-за того, насколько тесно эта девушка, но и из-за того, как сильно она сжимает мой член, когда кончает. С тяжёлым дыханием, которое, вероятно, больше походило на рычание, я осторожно вытащил свой член из неё.
На её животе появляется тёплая и густая сперма, и она с особым вниманием наблюдает за этим процессом.
— Все окей?
— Я никогда не видела, как парни кончают, — её всё ещё душит кашель, но она всё же находит в себе силы произнести эти слова. — Ну, в жизни, а не в порно.
Я улыбаюсь, проводя рукой по лбу, чтобы убрать пот. Я снова приближаюсь к её губам, чувствуя, как они слегка пересохли от её частого дыхания. Этот поцелуй был особенным, непохожим на все остальные. В этот момент я осознал, что она принадлежит мне, целиком и полностью.
Она будет принадлежать только мне – и сейчас, и через неделю, и через много лет.
— Тебе было хорошо со мной? — интересуется она.
— Это я должен у тебя спросить.
— Николас, просто ответь.
— Мне никогда не было так хорошо, — сказал я, и это была правда. — Я бы хотел повторить это снова и снова, но сегодня я не могу себе этого позволить.
Я примерно представляю, о чём она думает, и понимаю, насколько это нелепо. Ей не нужно ничего делать, чтобы быть самой привлекательной для меня. Ей не нужно совершать невозможное — я хочу её, даже когда она просто смотрит на меня с нежностью и мягкостью.
Я провожу её в душ и следую за ней.
Она смущенно пытается сделать всё возможное, чтобы не быть там, но её возражения сегодня будут отклонены. Запах её духов становится более насыщенным, когда на тело попадает вода. Я обнимаю её сзади и нежно рисую узоры на её груди, спускаясь к животу.
— Мы же пришли в душ, — говорит она, положив голову мне на плечо. Я снова сжимаю её грудь обеими руками, сжимая между пальцами напряжённые соски. — И ты сказал, что сегодня больше не будешь меня трогать.
— Я сказал, что не буду с тобой спать, но не упоминал о том, чтобы тебя не трогать.
Она поворачивается ко мне лицом и тянется, чтобы поцеловать в губы. Мне приходится слегка наклониться.
Я прижимаю её к одной из стен в душевой, продолжая исследовать её тело руками под струями воды. Она такая хрупкая и нежная, но в то же время будто околдовывает меня с каждой секундой.
— Опять? — она смотрит вниз на снова готовый к процессу член.
— Не обращай внимания.
Потому что это бессмысленно. Даже если я только что вышел из неё, у меня всё равно будет стоять на неё.
Направляясь обратно в постель, она подбирает свои трусики и мою футболку, надевает их и проверяет телефон.
— Кто пишет?
— Адам меня потерял, — объясняет она, переворачиваясь на живот и утыкаясь носом в мою грудь. — Если я не отвечу ему, он поднимет на уши моего отца.
— Он знает?
— О нас? Нет, не хочу.
— Если хочешь, я сам с ним поговорю.
— Не нужно, я расскажу ему, когда буду готова, — она прижимается головой к моей груди, и я понимаю, что она говорит серьёзно. Я нежно глажу её по волосам, стараясь успокоить. — Тебе не нравится, что мы так близко общаемся, да?
— Нет, — она снова поднимает голову и с удивлением смотрит на меня. — Я очень рада, что в твоей жизни есть такой замечательный друг. Когда ты рядом с ним, я чувствую себя спокойно.
Хотя на самом деле это меня очень волнует и даже раздражает. Мне трудно представить, как парень может просто дружить с девушкой, которая словно создана для него, и не испытывать к ней романтических чувств. Каждый раз, когда я вижу их вместе, я радуюсь, что у неё есть такие замечательные друзья, как Адам. Он действительно прекрасный человек. Но в то же время, когда мы встречаемся, я чувствую раздражение и злость, особенно когда она нежно обнимает его за плечи или целует в щёку.
— Раньше ты другое говорил.
— Раньше я даже тебя не выносил, а теперь не могу прожить и дня без тебя, — с застенчивой улыбкой произносит она, снова пряча лицо на моём плече.
— Я был уверен, что у вас роман, пока мы учились вместе.
— И теперь ты убедился, насколько ошибались?
— Теперь да, — я продолжаю гладить ее шелковистые волосы, зная, как она любит этот процесс и буквально мурчит в такие моменты, словно кошечка. — Аида, я уже извинялся за эту хуйню, но, прости меня, пожалуйста, еще раз.
— За что?
— За то, что я сказал тебе тогда в бассейне.
— Я давно простила, иначе не лежала бы сейчас здесь с тобой, — её спокойный голос и тёплое дыхание на моей шее успокаивают меня, и в этот момент я чувствую себя самым счастливым человеком на свете.