Кольцо дракона💍🐉

Внимание! В этой главе могут быть какие-то схожие моменты с «Системой», школой Цандюн. Но только потому, что я считаю, что во многих историях про заклинателей есть кланы, школы для заклинателей и подобное. Для меня это сродни эксперимента (как в принципе все мои последние истории), пробы пера в этой стезе Уся/Сянся как ориджинала. Поэтому я буду рада, если вы поможете мне найти то, что мне надо в следующих работах улучшить (в плане лора, основанного на Фэнтези Китае, в жанре Уся/Сянся). Ведь я сама уже поняла, что мне надо еще работать над чеховскими ружьями и детективной частью сюжета, а также работать над прописыванием отношений между героями. Я хотела бы как-нибудь снова написать в подобном жанре, ориджинал, но с более прописанным лором заклинателей. Или для этого надо быть родом из Китая?😅 Буду рада выслушать ваши замечания и советы. Благодарю за внимание, можете продолжать чтение)))))))🥰🥰🥰😌😌😌😌

Информация, которой поделился Дэшэн и пленник (на самом деле магический зверь-тигр, но Уиншэ не стал его раскрывать) изменили изначальные планы двух заклинателей.

Если темные заклинатели уже давно стали наращивать силу, а 2 года назад храм Хуа выяснил, что они уже и кланы свои формировать начали, то все оказалось намного сложнее. Речь идет уже не просто про давнюю вражду с простыми кланами, что недовольны своим положением и хотят за счет силы божественного зверя продвинуться за раз. Темные заклинатели намного опаснее, ибо их много, и они были умнее — долгое время скрываясь на дне, копя силы и увеличивая свои ряды.

— Сначала надо выяснить, где скрываются крысы? И видимо между делом также пытаясь подавить силы темных заклинателей, — сказала Байху, смотря на карту Элу со флажками — местами, которые они просто обязаны проверить.

Они сами займутся 5 главными школами заклинателей, а именитые кланы возьмут на себя более мелкие и индивидуальные. Так быстрее.

Отправятся Хэй Му Дан, Байху в роли «служанки», Уиншэ и Хуобайше. Дэшэн согласился остаться и защищать цитадель в отсутствие Верховного заклинателя. И сказал, что еще позвал трех лучших адептов храма Хуа, с позволения главы храма. Они прибудут очень скоро. Мадам Ван тоже согласилась сыграть роль «заклинательницы из храма Хуа», ту которая скрывает лицо. Ей оставили обычный клинок.

— Это мера безопасности, но мы надеемся, что его не придется вытаскивать, — сказал Хэй Му Дан, передавая клинок. — Тайная стража защитит тебя.

Мадам Ван сложила руки в печать призыва меча. И тот вылетел из ножен. У Хэй Му Дана вытянулось лицо. А у Байху и двух магических зверей только дернулись брови.

— Это все, на что хватит моих сил. Для создания печати призыва меча не нужно много ци. Но летать я на нем не смогу. И совершать сложные техники тоже. Только размахивать им, будто отгоняю муху. Если что воспользуюсь боевым веером, им я владею лучше, чем мечом. Просто и изящно, — сказала Мадам Ван, доставая и раскрывая красивый светло-пурпурный веер с пейзажем озера, ивы и журавля.

— Сразу видно, что вы выходец именитого клана заклинателей. Сами обучались, или вам дал несколько уроков прошлый глава? — спросила Байху, улыбнувшись краешком губ. Так как на нее накатила внезапно ностальгия по своим годам обучения в храме Хуа.

— Отец тоже пытался обучить меня, хоть и не питал больших надежд. А так я еще подсматривала за тренировками брата, — с ностальгическими нотками сказала экс-мадам Юн, смотря на свой веер. — Этот веер мне подарил отец, сказав скорее в шутку, чем в серьез, что я могу использовать его как оружие, вместо меча. Веер больше подходит такой молодой госпоже, чем острый клинок. Этот рисунок я сделала сама.

— Я могу вложить в веер часть своей ци, чтобы атаки от него выходили более мощными, — сказал Уиншэ.

— Буду премного благодарна божественному зверю за благословение. Не хотелось бы опорочить честь «заклинательницы из храма Хуа», которую буду играть. Кстати говоря, а как же Зиан?

— Не волнуйся, его надежно охраняют и защитят в случае опасности, — сказал Хэй Му Дан.

— Мои подопечные рядом с вашим сыном. И тоже готовы его защищать, — сказала с гордостью хули-цзин.

Уиншэ подошел и коснулся веера, вложив в него немного своей ци. Из рукава его ханьфу вылетела драконоподобная змейка, протрепетав раздвоенным язычком.

— Эту змейку я тоже оставлю на всякий случай. Она защитит вас, если тайная стража не справится. Никто ее не заметит, до момента, когда ей нужно будет вмешаться, — сказал дракон.

Мадам Ван только поклонилась.

Встретившись также с Дэшэном и обсудив с ним про трех адептов из храма Хуа, услышав имя одного из них, Байху встрепенулась. Ее карие (персиковые) глаза загадочно загорелись.

— Ты серьезно? Она тоже прилетит? — спросила она у своего шисюна.

— Да. Она возглавит этот небольшой отряд, — ответил Дэшэн.

— О ком вы говорите? — не могли не спросить Хэй Му Дан и Хуобайше, ведь им стало очень любопытно.

Уиншэ хоть и тоже хотел бы узнать, но не показал своей заинтересованности.

— О главной ученице главы. Мей-цзе вторая по силе в храме, после главы. Она не входит в список Прославленных заклинателей лишь потому, что о ее существовании знают только выходцы самого храма. Она много проводит времени на заданиях во внешнем мире, в других государствах. А если она возвращается в храм, то чаще всего бывает в пагоде Тиатанг, где обитает глава. Я видела ее 5 раз за время ученичества. Она не очень общительна с младшими, но отзывчива со старшими, — сказала Байху. — Шисюн, как она? Как обычно?

— Ну, как тебе сказать? Когда до храма дошли вести о твоей смерти, не только я порывался отправиться по горячим следам убийц. Несколько шиди и шисюнов нашего поколения тоже хотели пойти. А также и Мей-цзе. Сначала мы обрадовались: если наш поисковый отряд возглавит шицзе, то мы быстро и легко найдем этих ублюдков. Но наш рейд остановил глава храма. Он сказал, что должен поговорить с шицзе наедине, потому они ушли в пагоду. Все, кто хотел пойти в рейд, стали ждать. Мы прождали два больших часа. Шицзе вышла только на закате. И закрылась в своих покоях, сказав только, что «уйдет в уединение, чтобы успокоить душу и не получить искажение из-за гнева». Через 2 месяца мы узнали, что той ночью она отправилась в странствие по внешнему миру, чтобы «выпустить пар» по настоянию главы храма. Поэтому я пошел один, и вы сами знаете, к чему привели мои поиски, — рассказал Дэшэн.

— Глава храма ее не пустил, боясь, что кто-то пострадает? — спросил Уиншэ.

Все удивленно посмотрели на него, а потом на бессмертного заклинателя.

— В каком-то смысле. Хотя шизце довольно отстраненная личность, ее не стоит злить. Все-таки она Бессмертный магистр. С таким шутки плохи, — выразился довольно мягко Дэшэн, с неловкой улыбкой.

Байху на это только хмыкнула. Но она не скрывала того, что рада будет встретиться с шицзе спустя столько лет. Если та поможет защитить цитадель от врагов, пока они и тем более Уиншэ отсутствуют, то можно не переживать. Наверное...

В общем, проверив все, ребята отправились в путь. Байху переоделась в сохраненный наряд солнечного цвета, в котором была в роли «служанки». И сделала ту же прическу — два пучка, похожих то ли на рожки, то ли на уши. Свой клинок Кумегуи она убрала в цзянькунь. Шпильку-феникс она тоже убрала в безмерный мешочек, не рискуя ее оставлять в своих покоях. Вдруг ее сломают при нападении? Она не хотела бы ее лишиться. Взяла с собой нарисованные в ручную талисманы, на всякий случай. А подвеску с рубином (договор с Хуобайше) спрятала под нижним слоем одежд.

Ее было не узнать, когда она пришла ко остальным. Хуобайше решила перемещаться в виде маленькой лисички. В случае, она может принять облик «второй заклинательницы из храма Хуа». Поэтому увидев подопечную, хули-цзин обратилась в маленькую форму и запрыгнула заклинательнице на плечо.

Хэй Му Дан пытался не улыбаться, но подрагивающие уголки губ и плечи выдавали его. Байху заметила это и вперила в него недовольный взгляд карих (персиковых) глаз.

— У тебя какие-то проблемы? — спросила Байху, сложив руки на груди.

— Нет. Никаких, — отвел взгляд заклинатель, все же не сдержав легкой улыбки на губах.

Прежде чем эти двое начали бы выяснять отношения при всех, их прервал божественный зверь уже давно как пребывающий в истинной форме и ждущий, когда они отправятся. Сейчас он представал во всей своей красе и истинных размеров: примерно 21 Чжан{1} в длину и около 30 Чжанов{2} в высоту, если выпрямится. Но сейчас он пригнулся ближе к земле, чтобы эти трое смогли взобраться на него и также, чтобы его не было видно за стеной цитадели, потому что та около 10 Чжанов высотой{3}.

— По дороге разберетесь, полетели уже? Или даже стена цитадели не сможет скрыть меня в истинной форме, — прорычал Уиншэ.

Байху только фыркнула. Божественный дракон опустил голову на землю. На него сначала взобрался Хэй Му Дан, а потом тот подал руку заклинательнице и помог ей. Они разместились на бело-серебряной гриве, мягкой, как облако.

— Я скрою нас до места назначения. Держитесь, — сказал Уиншэ и применил технику сокрытия.

Пусть для них ничего не изменилось, но для остальных их провожающих — огромный дракон исчез прямо на глазах! Уиншэ взлетел в небо и быстро покинул столицу.

Ребята даже не подозревали, что их враг начал стягиваться к столице и приближаться к цитадели...

⛰️⛰️⛰️

Зачистку они решили начать с 1 по силе и популярности школы заклинателей. Как и любая уважающая себя школа она находилась в горах, для закалки духа и тела адептов. Тем более, так легче разделить ее на несколько частей: каждое направление школы находится на отдельном пике. В зависимости от количества пиков, школы занимают то или иное место в рейтинге. Частные школы и независимые школы обычно занимают либо 1-2 пика, и у них тоже есть свой рейтинг, на который влияет несколько факторов: количество учеников, количество различных направлений, количество преподавателей и количество техник, которые являются «лицом школы». С такой мелочью и должны заняться именитые кланы.

Первая по силе и популярности школа стоит на 13 пиках. Ее глава был из одного поколения с Мэйгуи. Хороший человек, честный, но это не значит, что об него можно вытереть ноги. Хэй Му Дан в начале своего пути в роли «Верховного заклинателя» попросил этого уважаемого заклинателя поделиться парой советов в плане «управления и стойкости в решении». Глава этой школы не отказал помочь юноше быстрее освоиться, сразу показать «стержень» перед другими и поделился несколькими советами и указаниями. Поэтому Хэй Му Дан не мог поверить, что в школе, которой руководил такой хороший по его мнению заклинатель, уважаемый не только им, но и главами кланов и главами других школ, могло произойти такое: что внутри нее завелась «крыса», которая продает молодых адептов темным заклинателям!

Он должен помочь в ответ. И выяснить, почему вообще глава самой известной школы ему ничего не сказал? Неужели кто-то его шантажирует?

Первая по силе и популярности школа находится на западе Элу. Туда и держал путь Уиншэ. Под ними проносились реки, поля, деревни и леса, все еще заснеженные. Пусть весна и началась, но снег пока не торопился сходить. Западная часть Элу довольно лесная. Из всех водоемов — главная река Элу, которая проходит через южную, западную и северную часть. Восточная сторона сама по себе полна разных водоемов, поэтому там полно полей, для выращивания еды для всего государства. А вот другая сторона Элу могла гордиться лесами, то есть мастерскими, по изготовлению бумаги и мебели из дерева.

За время путешествия Байху все же выпытала у своего «жениха», что же его так насмешило, когда он увидел ее в этой маскировке? Сначала Хэй Му Дан делал вид, что не слышал, но когда заклинательница начала тыкать пальцем ему в бок, вызывая щекотку и мурашки, он сдался.

— Я просто не ожидал, что увижу тебя такой... милой? — пояснил как мог Хэй Му Дан.

— Милой? — переспросила Байху, изогнув бровь. Она не знала, учитывая ее нрав, считать это за комплимент или же наоборот?

— Ну, просто в роли «служанки» ты выглядишь очень мило. Особенно с этими «рожками»... или мне стоить считать их за «лисьи ушки», как у Хуо-цзе? Твое лицо с ними имеет больше детских черт, что так и хочется пощипать за щеки. И ты может не заметила, но отчего-то ты в таком наряде кажешься еще ниже, чем обычно. Или роль «заклинательницы из храма Хуа» делает тебя очень солидной и взрослой? — выдал все, о чем подумал в тот момент Хэй Му Дан. Он даже показательно хотел ущипнуть девушку за щеку, но та не позволила и отпихнула его руку. Смотря как злая кошка.

Но услышав все, что о ней подумали в этом амплуа, она смутилась. И могла списать покраснение лица на холодный ветер здесь в небе. Сила ветра помогала троице и дракону говорить без помех и слышать друг друга, без перекрикиваний.

Хуобайше, услышав, что два пучка на голове ее подопечной, похожи на лисьи уши, не могла не усмехнуться. И самой дернуть своими уши, для большей схожести.

— Кстати говоря, почему ты решила сделать глаза карими? — спросил Хэй Му Дан, заметив несовпадение со своими воспоминаниями.

Когда он впервые услышал про «служанку в ханьфу цвета солнца», то наблюдатели по его приказу проверили более точно цвет ее глаз. И передали, что те были персиковыми. Но почему Байху сейчас спрятала свой цвет глаз? Привыкла?

— Не хочу, чтобы кто-то узнал, кто я, — подтвердила его догадки Байху, передернув плечами.

— Но до того, как восстановить свою культивацию и до нашей встречи, в поместье клана Хэ ты не могла скрывать цвет глаз. И все равно никто не заметил? — попал не бровь, а в глаз Хэй Му Дан.

— Раньше я была просто маленькой служанкой из простого клана. Кто решит обращать на меня много внимания даже в клане Хэ? Никого не волновал мой внешний вид и мои черты лица. А сейчас я уже предстану как служанка Верховного заклинателя. Если взгляды устремлены на тебя, то они будут устремлены на его слуг и его приближенных. Ведь их ошибка поставит под удар твое лицо перед обществом, подвергнет опасности репутацию, — пояснила Байху.

Хэй Му Дан только кивнул. Он понимал о чем говорила бывшая Верховная заклинательница. Она потому и не держала рядом с собой много людей. А в последние годы жизни вообще держала рядом только своего ученика. И так как Хэй Му Дан как примерный ученик старался не разочаровать свою наставницу и вел себя подобающе, то он был идеальным отражением и защитой ее лица перед обществом. Он не совершал ошибок. А его «светлая, как солнце» аура оставляла достаточно тени для его наставницы, чтобы в ней Мэйгуи могла проявлять свой нрав для сдерживания простых кланов.

Он тоже старался не держать рядом с собой много людей. Только Гу Нина. И то на расстоянии вытянутой руки. За 5 лет он научился использовать свою собственную репутацию и «светлый лик», чтобы в их тени решать дела в тайне от всего общества заклинателей. То есть проделывал то же, что делала Мэйгуи. Рабочая схема, почему бы собственно и нет? Если знаешь, как следует пользоваться и был наглядный пример?

— Мы скоро уже прилетим. Я уже вижу тот горный хребет, на котором стоит эта школа, и начинаю снижаться, — сказал Уиншэ.

— Мы поняли, спасибо за предупреждение, — сказал Хэй Му Дан, а после повернулся ко своей спутнице и спросил, — ты сразу отправишься искать подозреваемого предателя?

— Нет. Сначала надо поговорить с главой школы. Хэй Му Дан, если кто-то из глав пика будет настаивать на том, чтобы отметить твой приезд и предложит также остаться ненадолго — отказывайся, не соглашайся, — сказала Байху.

— Но нам возможно придется хотя бы еще на день задержаться... — сказал Хэй Му Дан.

— Не спорю, но никому кроме главы школы об этом знать не надо. Иначе нас с тобой тоже продадут темным заклинателям. Ты не забыл план? — сказала Байху.

— Я помню. Я должен дать тебе возможность тихо покинуть нашу с главой школы компанию и отправиться на поиски предателя. Но может пусть Уиншэ пойдет, скрывая присутствие, с вами? Для моего душевного спокойствия.

— Нет, он останется с тобой. Думаю, он сможет заметить, что что-то не так, — сказала Байху, а после посмотрела прямо в глаза заклинателя. — Хэй Му Дан, ты должен доверять мне. Если понадобится помощь, я попрошу Хуобайше ее послать. Она говорила, что они с Уиншэ придумали методику обмена «срочными сообщениями».

Байху почесала лисичку под подбородком, а та запрокинула голову, позволяя совершить этот жест. Хэй Му Дан задумчиво пригладил гриву божественного зверя. И ощутил нечто странное. Тепло в груди. Нет, он и раньше его (тепло) ощущал, но по отношению к Байху. Но это чувство будто было откликом другой души, связанной с ним неразрывно. Чувствами Уиншэ. Видимо, они не только мысленно могут общаться, но и ощущать эмоции друг друга?!

Хэй Му Дан удивленно обернулся, чтобы рассказать об этом Байху, но увидев ее взгляд, сам все понял. Уж Байху то точно знала о таких особенностях договора. Ведь уже была связана договором с божественным зверем.

— Впервые ощутить эту связь договора — незабываемое чувство, — сказала с лисьей улыбкой на устах и в глазах Байху.

Хэй Му Дан хотел сказать что-то еще, но перед ними резко разошлись облака, открывая глазам приближающуюся с бешенной скоростью землю — площадку, выложенную белым камнем. А после их немного подбросило в воздух — Хэй Му Дан, интуитивно прижал Байху и хули-цзин к себе, принимая весь удар на себя от воздушной волны, — это божественный зверь приземлился на эту самую площадку. Из разошедшегося тумана, стелющегося по земле из-за большой высоты над уровнем моря, и поднявшегося из-за приземлившегося огромного дракона, вышло множество и множество людей: молодых и взрослых. Адепты носили светлые наряды, с позолотой, хотя цвет у каждого пика был свой. Лорды пиков носили более яркие наряды, тоже с позолотой, чем адепты. Однако из этой толпы вышел единственный, носящий ханьфу угольного цвета с позолоченными узорами — глава школы!

Это был мужчина 30-40 лет на вид, хотя сложно сказать про возраст заклинателей. Совершенствование обычно замедляет старение. Детали того, как оно влияет на каждого — другая история. Глава 1 по силе и популярности школы имел темно-каштановые волосы, завязанные в низкий хвост. Лицо прямоугольное. Глаза серо-зеленые. Он был чуть шире в плечах, чем Хэй Му Дан. На поясе старшего заклинателя висели ножны его клинка.

Все адепты и лорды поклонились прошедшему через толпу главе. Тот вышел перед божественным зверем и поднял голову.

Уиншэ посмотрел на толпу с высоты своего роста сверху-вниз своими аметистами. А после опустил голову поближе к земле. И с головы дракона спустился Верховный заклинатель. А следом за ним девушка с луновидным лицом. Хуобайше скрыла свое присутствие, оставаясь сидеть на плече своей подопечной.

Когда с него слезли, Уиншэ вернулся в кольцо серебряным смерчем.

Верховный заклинатель и глава школы подошли ближе, встав друг напротив друга. Все, кроме Байху, задержали дыхание. Что же эти двое будут делать? Но двое заклинателей пожали друг другу руки. А после глава школы отстранился и поклонился как следует выше стоящему, будто только что проявленная минутная слабость не существовала и произошла не с ним.

И только тогда все выдохнули.

— Хэй-сяньши, не ожидал увидеть вас за пределами столицы. Еще и верхом на Хранителе Элу, — сказал глава школы.

— У меня есть на то веская причина — прибыть внезапно, без предупреждения. Поговорим в твоих покоях? — ответил как следует Хэй Му Дан.

Он проделывал это множество раз, и эта вежливая манера въелась в уста и в кости.

Глава школы развернулся и разогнал любопытную толпу, попросив лордов забрать своих адептов. Повторять дважды было излишне, и очень скоро площадка быстро опустела. Остались только трое.

Глава школы только теперь обратил внимание на девушку в ханьфу солнечного цвета с луновидным лицом. Та, сложив руки в рукава, как положено слуге, встала позади Верховного заклинателя. И смотрела на землю, как и положено статусу.

— А это...? — спросил глава школы.

— Моя личная служанка, — только сказал Хэй Му Дан с привычной улыбкой, чтобы вернуть внимание к себе.

Глава школы только поджал слегка губы. А после приглашающим жестом предложил наконец отправиться на главный пик, где находился его кабинет и жилище. И делая вид, что не замечает внимательного взгляда этой служанки на себе.

⛰️⛰️⛰️

Когда они закрылись в кабинете главы школы, Хэй Му Дан сразу приступил к делу, встав нерушимой скалой перед столом хозяина кабинета:

— Буду честен, причина моего визита — желание избавиться от «крыс», засевших в школах заклинателей. Пятью самыми сильными школами я решил заняться сам, а частные и самодостаточные оставил на именитые кланы.

— Крысы? Предатели? — спросил глава школы, но по его лицу было видно, что он не удивлен.

— Да. Мой доверенный источник информации сообщил, что темные заклинатели крадут поступающих в школы и уже обучающихся в школах. Почему я узнаю об этом от своего источника, а не от глав школ только СЕЙЧАС? — спросил сухо Хэй Му Дан.

Глава школы тяжело вздохнул, сложил руки на груди и отвернулся к окну. Кажется, он не собирался говорить. Можно было бы подумать, что он стал сообщником. Но по его печальному взгляду стало понятно — есть причина, почему он отмалчивается.

Хэй Му Дан уже хотел начинать убеждать его рассказать, как старший заклинатель повернулся обратно и сказал:

— Нам есть о чем поговорить, но без лишних ушей. Это должен узнать именно Хэй-сяньши.

— Выйди и жди меня снаружи, если что я позову, — сказал тут же Хэй Му Дан «личной служанке».

Так кивнула и покинула кабинет, а потом и вовсе главный пик, отправившись искать зацепки.

Как только за девушкой закрылась дверь, глава школы встал и повел Верховного заклинателя тайным выходом, на задний холм. С которого открывался чудесный вид на заднюю часть горного хребта. Хэй Му Дан встал позади старшего заклинателя и ждал объяснений.

— Сначала ответьте, Хэй-сяньши. Ваш источник информации — храм Ксингшия Хуа? — заговорил после минуты молчания глава школы.

Ветер на такой высоте трепал полы его наряда и полы наряда Хэй Му Дана. Тот хмыкнул на этот вопрос.

— Допустим, — ответил он. Его собеседник только хмыкнул.

— Ожидаемо. Так вот по поводу цели вашего прихода. И того, что вы узнали от храма Хуа... все не так просто. Не знаю, почему храм Хуа скрыл это от вас, но вы должны знать: темные заклинатели это вам не шайка разбойников, которые порой заходят в Элу. Может раньше темные заклинатели такими и были, но все изменилось с тех пор, как у них появился «главарь», называющий себя — Верховным заклинателем темного пути, — пояснил глава школы.

— Верховный заклинатель темного пути? Такое возможно? Я не очень много знаю про методы совершенствования на этой скользкой дорожке. Если мы — светлые заклинатели используем энергию Ян, то наши противники — энергию Инь? — спросил Хэй Му Дан, нахмурившись.

— Вы почти угадали. Мы тоже не ведаем всех секретов их совершенствования. Но узнали, что они используют свежие трупы обычных людей, магических зверей и тела павших светлых заклинателей для своего совершенствования, — повернувшись полу боком к Верховному заклинателю, ответил глава школы.

Хэй Му Дан передернул плечами от ветра на такой высоте, но точно не от осознания всей мрачности ситуации.

— Так вы видели главаря темных заклинателей? — спросил молодой заклинатель.

— Я не только его видел. Я его смог узнать спустя столько времени, когда видел последний раз на том банкете, когда Мэй-сяньши решила ни с кем не связываться, — приглушенно ответил глава школы.

Хэй Му Дан уже слышал, что произошло тогда по словам матушки, которая узнала об этом от своего брата (главы клана Ван). Но не слышал ни про кого больше из «ухажеров», чем про главу клана Юн. А оказывается есть еще одна ключевая фигура. Однако теперь юноша задался вопросом: неужели глава клана Ван не придал этому значения и потому не рассказал сестре про «будущего темного Верховного заклинателя»?

Тем временем, глава школы продолжил свой рассказ. Он был из одного поколения с Бай Мэйгуи, и был на 2 года младше нее. Более 20 лет назад он был учеником из внутреннего круга прошлого главы школы. И вместе с наставником и другими адептами своей школы помогал восстановить Элу после 10 лет террора. Поэтому видел не только тогда еще наследника клана Юн, но и другого юношу, который крутился тоже рядом с Бай Мэйгуи. Эти двое постоянно сорились. Причина была одна: наследник клана Юн имел какую-никакую родословную, пусть и был из простого клана; а его оппонент был мальчишкой без роду и племени, и потому считался недостойным даже «смотреть на новую Верховную заклинательницу». Сама Мэйгуи на эти распри вокруг тех, кто хотел с ней сблизиться, не обращала внимания: ни говорила ничего против этих разборок, ни была рада. От того еще сильнее казалась «сошедшей с небес отстранённой от всего мирского богиней», пусть ее характер, о котором все узнали позднее, оставлял желать лучшего.

Когда она отказала открыто на банкете наследнику клана Юн и закрыла двери цитадели, закрывшись в ней, этот «безродный» юноша исчез. Глава школы и сам на долгое время забыл о нем. Но встреча с главарем темных заклинателей заставила старым, запылившимся на закорках воспоминаниям о событиях 20-летней с лишним годности всплыть перед глазами тогда. Глава школа узнал этот взгляд темных, как самая черная бездна, глаз. Безродный мальчишка превратился в настоящее чудовище, пожирающее (в прямом и переносном смысле) своих врагов... всех, кого убьет своим клинком, покрытое (чудовище) и проливающее реки крови.

Эта встреча произошла 5-6 лет назад. Незадолго до смерти Бай Мэйгуи. Сначала небольшая разведывательная миссия переросла в побоище светлых заклинателей с темными. Несмотря на то, что темные заклинатели привели и спустили магических зверей, совершенствующих негативную энергию, они явно уступали в силе сильным адептам, нескольким горным лордам и главе школы, который прибыл помочь, когда до школы дошла весточка об «подкреплении в бою против темных заклинателей». И когда уже добро почти одержало победу, явилось зло во плоти и изменило баланс сил. Глава школы уже был свидетелем того, как дралась против тирана-предшественника Бай Мэйгуи в дуэте с божественным зверем. И главарь темных заклинателей нисколько не уступал в силе ныне покойной Верховной заклинательнице, даже не имея под рукой договор с могущественным магическим зверем. Его техники были беспощадны, стиль боя — грубым и сотрясающим землю. Ему было плевать, что задействуя свои техники, он порой задевал ими своих сторонников. Просто — вижу цель, не вижу препятствий.

Он мог убить всех светлых заклинателей, но почему-то не стал. Вместо этого, когда стало ясно, что победа точно в его руках, он предложил «обмен». 5 самых сильных школ будут отдавать через посредника со стороны «завоевателя» молодых адептов. Как залог послушания — на 4 горных лорда будет наложено «проклятье», которое убьет их, если сторона «проигравших» решит взбунтоваться. Если главы школ откажутся от щедрого предложения, то их всех сметут, а школы сожгут. Темных заклинателей оказалось на удивление очень много. И это полчище возглавило ненасытное кровожадное чудовище в облике человека.

Главы школ попросили время на подумать. И их враг согласился, хотя перед уходом сказал, что скоро все пятеро приползут к нему, когда грянет большая буря... Этой самой бурей стала смерть Бай Мэйгуи. Глава школы признался, что они все видели в каком разбитом состоянии находится во время траура ее ученик. Так как Хэй Му Дан рос и на их глазах практически тоже, и они знали, что для него «потеря единственного близкого человека» произошедшее так внезапно, было очень болезненно, и почти сломило его, они пришли к мнению — защитить его от этого монстра, который может воспользоваться слабостью убитого горем юноши и разобраться с ним. И приняли предложение об обмене. Некоторые горные лорды также изъявили желание «пожертвовать собой», чтобы не привлекать внимание монстра к Хэй Му Дану.

Сам Хэй Му Дан ощущал себя странно. Он был удивлен и несколько тронут, а также в пребывал в ужасе от того, что творилось за его спиной. Что ж, оказалось не он один скрывал многое от мира заклинателей. Но и те умудрились скрыть ТАКОЕ от него!

— Почему вы сейчас решили рассказать мне о том, что некоторые из горных лордов находятся в качестве «заложников»? Что если этот безбашенный следит за вами? — спросил Хэй Му Дан, вернув дар речи, который потерял во время рассказа.

— Мы увидели, как ты вырос как Верховный заклинатель. Мэй-сяньши оставила идеальную замену после себя. После того судебного разбирательства мы пришли к общему мнению: пришло время посвятить тебя в это. Мы общими усилиями не смогли противостоять темным заклинателям. Потому что действовали без своего «главаря», в то время как у темных заклинателей появился кто-то сравни по силе твоей наставнице. Останься она жива — то смогла бы противостоять этому созданию, воплощению созданий подземного мира. Но она так не вовремя покинула нас. А ты еще не отошел от потери наставницы, — ответил глава школы, повернулся полностью и улыбнулся печально. Это было видно по губами и глазам.

Хэй Му Дан крепко сжал руки на груди. История повторяется. В клане Ван, Уиншэ ему как-то сказал: «Мэйгуи не хотела говорить на эту тему, потому что ей тяжело далась победа. Даже с моей поддержкой. Она впервые участвовала в такой масштабной битве. Но если не она, то кто?.. Почему никто из здешних не восстал? Да потому что ни одна их попытка не увенчалась успехом. Потеряли слишком много своих и перестали пытаться... <...> И потому, когда мы пришли с Мэйгуи, здешние увидели в нас спасение. Возложили на Мэйгуи спасение своих шкур. А ей это надо было? Идти в битву не на жизнь, а на смерть, лишь бы не рушить чужие надежды на спасение? И даже если все заклинатели Элу ей помогали, честь одолеть именно главного злодея дали Мэйгуи. И хочу сказать, что это было очень эгоистично со стороны жителей Элу: посылать на смерть незнакомую девушку, пришедшую им как-то помочь».

Разве сейчас главы школ не поступают также с ним? Да, ситуации различаются. Но ощущение того, что его хотят использовать, скреблась между ребрами ветками ежевики. Потому что он Верховный заклинатель? Или потому что ученик своей наставницы? Или из-за договора с божественным зверем? Почему именно он? Он очень хотел бы объяснить, что не уверен, что справится. Но не может.

Об этом он может сказать только Байху, но не главе школы, который 5 лет жертвовал своими адептами и жизнями горных лордов, чтобы не привлекать внимание опасного врага к нему — единственной надежде светлых заклинателей. Без лидера они не смогут противостоять темным заклинателям, которые имеют сильного лидера. Страшно представить, что сделают темные заклинатели, если одержат вверх? Превратят обычных людей и светлых заклинателей в скот для продвижения в совершенствовании? Хэй Му Дан не хотел этого.

Не потому что это то, что ему доверили охранять и беречь. И потому что сам не хотел, чтобы родина превратилась в руины. А невинные люди страдали...

— Я приму к сведению ваши слова. Это только ваша воля, или главы других 4 школ согласны с вами? — спросил сухо Хэй Му Дан.

— Это общая воля пяти школ, — только сказал глава школы, прикрыв глаза. Ему было стыдно смотреть в глаза Верховного заклинателя.

— Понятно. Мне остается только попросить вас передать горным лордам, являющихся заложниками, и другим главам школ, еще немного подождать. Я должен и сам собрать информацию про своего врага. Иначе победы, даже с моей поддержкой и поддержкой Уиншэ нам не видать, как собственных ушей, — сложив руки в рукава перед собой, ответил Хэй Му Дан.

Почувствовав, что юноша собирается уходить, глава школы предложил вернуться в его дворец. Не стоит шататься по школе лишний раз. Они отправились обратно по тропинке, по которой пришли в это тихое место.

⛰️⛰️⛰️

Пару-тройку часов ранее, когда глава школы попросил Хэй Му Дана поговорить наедине. Байху покинула главный пик и с хули-цзин отправилась искать «крыс».

Когда они попали на другой пик, идущий следующим после главного по старшинству, хули-цзин удивила свою подопечную заявлением:

— О, чувствую поблизости того юношу из простого клана, который еще участвовал в Верховной охоте...

— Что? Ты про Цзиньсуна из клана Хэ? — удивилась Байху.

— Да, про него. Видимо он учится именно в этой школе. Совпадение?

Байху только хмыкнула. Но ей было не с руки встретиться сейчас с этим юношей. Она сейчас была в роли «служанки», которая когда-то принесла себя в жертву, чтобы дать возможность своему молодому господину учиться в прекрасной школе заклинателей. Поэтому им лучше не видеться. Или ее маскировка полетит гую под хвост!

Байху и хули-цзин продолжили изучать пик, который был покрыт растительностью. Соснами, широколиственными деревьями и бамбуком. Хуобайше скрывала их присутствие, поэтому никто их не видел. Хули-цзин в виде маленькой лисички изучала те места, куда могла пролезть незамеченной только она.

И одним из таких мест стала приличная хижина на опушке леса.

— Это видимо место, где живет лорд этого пика. Нужно быть осторожнее, или он нас заметит, — сказала Байху.

— Не боись, меня никто не заметит, я туда и обратно, — сказала Хуобайше и отправилась к хижине.

Через парадный вход идти тупость, поэтому лисичка нашла вход со стороны кухни и попала после в жилую часть хижины. Когда она дошла до лунных врат, прикрытых полупрозрачной вуалью, свисающих до середины, то замерла и присела. Она услышала внутри голоса, потому навострила свои большие ушки.

— Либо ты отдаешь еще одного адепта, либо вы все поплатитесь, — сказал один грубый голос.

— Я слышу это уже не в первый раз. Но ты не убедил меня. Я знаю, кого ты хочешь взять. И ты не получишь его! — сказал другой холодный и стальной голос.

Послышался скрип отодвинутой по деревянному паркету мебели. А потом шуршание одежд.

— Либо он, либо вы поплатитесь жизнями. И ты в том числе, — сказал второй голос «неприятеля».

— Спасибо за напоминание. Однако ты скорее сидишь у меня в печенках, чем пугаешь. Ты в последние несколько раз что-то зачастил ходить ко мне. Что на других пиках тебе дали отворот-поворот? Могу и я тебе прописать. И тогда тебе придется покинуть нашу школу и искать жертв для своих людей и своего господина в другом месте, — сказал другой голос.

— Хорошо, я уйду. Но вот увидите, когда наш господин узнает об этом, вы все горько пожалеете, — сказал неприятель.

Хуобайше нашла хороший угол и забилась в него, когда этот нехороший человек ушел. От него разило темной энергией!

Хули-цзин хотела уже было уйти, но ее слух уловил тяжелый вздох и слова:

— Я сделал все, что смог. Видимо мы уже слишком долго отодвигали эту войну. И она скоро разразится. Мы пожертвовали слишком многим.

Покинув хижину, Хуобайше пересказала отрывок разговора. И про эти слова. После добавила:

— Эти чувства звучали очень печально. Видимо у хозяина хижины есть какая-то вина за плечами.

— Но про кого они говорили? — спросила Байху.

Однако очень скоро хозяин пика покинул свою обитель. Он выглядел изящно и его светлый наряд со светло-зелеными узорами очень вписывался в местность пика. Мужчина выглядел на 30 лет с хвостиком и слегка нахмурился. Он остался стоять возле своей хижины.

— Чего он ждет? — спросила Хуобайше.

— Скорее КОГО...

И ожидания заклинательницы оправдались: к хижине подошел знакомый ей и хули-цзин юноша — Хэ Цзинсун! Тот поклонился наставнику.

— Младший адепт Хэ, ты патрулируешь? — спросил горный лорд.

— Да. Вам нужна моя помощь с чем-то, учитель? — учтиво спросил Цзиньсун.

— Нет. Я просто вышел подышать. И раз уж мы встретились, хочу дать тебе совет. В ближайшие несколько дней не спускайся с пика. Если собирался навестить родных — отложи на потом. Это важно, — сказал горный лорд.

Даже если у юноши были вопросы, он не задал их и поклонился, сказав, что примет к сведению слова учителя. А потом горный лорд ушел по своим делам. Перед хижиной остался только молодой господин клана Хэ. К Байху и хули-цзин он стоял спиной.

— Так это Цзиньсуна хотел получить тот ублюдок из темных заклинателей? Потому что мальчик поступил в эту школу благодаря рекомендации Му Дана? Вполне весомая причина, — сказала через мысленную связь Байху.

— Мы должны найти этого ублюдка и спасти детей! — сказала Хуобайше.

— Мы не пойдем вдвоем, позови Уиншэ. С ним спокойнее, — сказала Байху.

Лисичка кивнула и выдохнула огненное колечко, которое исчезло. А если точнее отправилось к божественному зверю. Хуобайше уже проверила с Уиншэ: даже если он находится в кольце, он чувствует этот выплеск ци. И он мог также отправить какой-нибудь сигнал, хотя обычно посылал драконоподобную змейку от себя, даже находясь в кольце.

Дамы уже собирались пойти в тихое безлюдное место, где встретятся с драконом, но их заметили! Видимо, это огненное колечко надо было делать подальше от хижины горного лорда. Байху хмуро посмотрела на хули-цзин, но та отвела взгляд, будто тоже ищет виноватого, а потом поняла, что смотрят на нее.

— Ой, — виновато усмехнулась она.

— Кто здесь? — спросил холодно Цзиньсун, складывая руку в печать для призыва меча. — Покажись, или я созову весь пик сюда.

Байху не долго думала и изменила цвет наряда на черно-белый, какой носил Хэй Му Дан. Только у него был узор пиона. А у нее узор белого солнца на черном. И только потом она вышла. Хуобайше не стала открывать свое присутствие.

Цзиньсун опустил «загривок», но не опустил руку, сложенную в печать призыва меча.

— Ты кто? — спросил юноша.

— Подчиненная Верховного заклинателя. Веду расследование и преследую подозреваемого, от которого несет кровью и негативной энергией. Не видел такого? — спокойно ответила Байху.

— Подчиненная Хэй-сяньши? — юноша все еще не выглядел убежденным.

Пришлось Байху достать из безмерного мешочка пропуск, который ей как-то дал ее бывший ученик.

— Тебе придется поверить мне на слово. Я уже ухожу на поиски этого негодяя, поэтому не волнуйся, мне ничего не надо от лорда этого пика, — сказала Байху и показательно развернулась, чтобы уйти.

Цзиньсун пребывал в смешанных чувствах. Эти черты, этот взгляд... голос... Он где-то уже его слышал. Но где? Ему в память врезались воспоминания об девушке в ханьфу цвета солнца... Как только он вспомнил этого человека, то сразу же преодолел расстояние и схватил девушку за руку, заставляя ее обернуться и случайно заглянуть в глаза напротив.

— Цзиньхуа{4}? Это ты? — спросил с какой-то надеждой Цзиньсун.

Всего на секунду Байху испугалась. Сердце будто упало ухнуло вниз. И если раньше, ее не смущало, что кто-то может узнать о том, кто она. То сейчас она не хочет этого. Небеса дали ей шанс изменить свою жизнь, сбросить оковы, в которые она заковала себя сама в прошлой жизни. Бай Мэйгуи умерла 5 лет назад. Она другой человек. По крайней мере, она решила жить так, как хотела, когда покинула храм Хуа, но не согласилась с Уиншэ помочь освободить жителей Элу от тирана.

Цзиньсуна она воспринимала также, как когда-то при первой встрече Му Дана — нераскрытый талант, который в будущем поразит окружающих своей ослепительностью. Но она уже не могла так бездумно бросаться в огонь страстей. И позволила Му Дану помочь этому молодому господину, непродолжительная защита которого помогла ей добраться до столицы и там начинать копаться в своем прошлом.

Эти мысли пронеслись в ее голове быстро, подобно вспышке молнии. Поэтому она сразу же пришла в себя и с серьезным лицом выдернула руку и сказала:

— Вы ошиблись. Говорю же, я — человек Верховного заклинателя. Прибыла, чтобы кое-что расследовать. Прощайте.

Байху тут же использовала боевое искусство, чтобы быстрыми и высокими прыжками покинуть это место и наконец отправиться на встречу с божественным зверем.

Но и юноша не стал стоять на месте. Хотя он только недавно сказал горному лорду, что не станет покидать школу. Однако обстоятельства изменились. Ему доводилось пересекаться с тем, кого преследовала эта девушка. И он посчитал, что одна она не справится. Поэтому должен помочь. Поэтому отправился следом.

Об его уходе узнал его учитель, и тяжело вздохнув, отправился возвращать мальчишку. Пока тот не попал в неприятности. Пусть он согласился стать «заложником» ради благой цели, но не безумный главарь темных заклинателей его напрягал, а их Верховный заклинатель. Который еще и здесь, в их школе. Очень не стоит дергать этого тигра за усы лишний раз.

⛰️⛰️⛰️

Когда Байху встретилась с Уиншэ, тот не мог не заметить, что его бывшая подопечная изменила цвет наряда. Он прекрасно помнил, что она собиралась полететь в ханьфу цвета солнца. И узора солнца на груди у нее не было.

— Я просто столкнулась с молодым господином Хэ. Пошлите, надо спасти детей раньше, чем они попадут в руки этим ублюдкам, — сказала Байху.

— Он раскрыл тебя? — спросил дракон.

— Нет. Но кажется он вспомнил про «личную служанку», — ответила Хуобайше.

— О, понятно. Вряд ли моему подопечному понравится, что за тобой еще кто-то бегает помимо старого ублюдка, — сказал Уиншэ.

Хуобайше только усмехнулась.

Байху и так чувствовала себя неважно. А эти разговоры ее только еще больше нервировали. Поэтому она остановилась и повернулась к божественному зверю:

— Лучше бы вы двое с таким усердием искали темных заклинателей и адептов этой школы, как вы сейчас треплетесь по этому поводу, — прошипела она.

Хуобайше почувствовала угнетающую холодную ауру подопечной и перескочила с ее плеча к божественному зверю. Байху достала свой клинок, призвала, встала и взлетела. Уиншэ превратился в призрачный образ дракона, на спине которого сидела хули-цзин, и отправился вперед показывать дорогу.

Они летели в полном молчании до города у подножья горного хребта. А там спустились, и Уиншэ принял другой облик, а Байху просто взяла свой клинок в руку, готовая к бою. Божественный зверь повел их по запаху, скрывая их присутствие.

— Там. И эти ублюдки, и дети, — сказал он, указывая в сторону бедного района.

Они отправились туда. И когда дошли до явно заброшенного полу развалившегося дома, постарались найти детей. Тех держали на втором этаже. Хуобайше отправилась их вытаскивать. Байху и Уиншэ — ловить темных заклинателей.

— Что за...? — удивились темные заклинатели, услышав, как кто-то выломил дверь.

Темные заклинатели, человек семь, почувствовали в воздухе запах приближающейся грозы.

«Бабах!»

И одного из темных заклинателей в мокрое место обратила молния! Остальные шестеро посмотрели в сторону, откуда прилетела молния. И увидели юношу в бело-серебряном ханьфу и с такого цвета волосами. С драконьими рогами на голове и горящими аметистовыми глазами.

— Убивать нет нужды. По крайней мере всех. Оставь только одного — его, — сказала Байху, выходя из-за спины божественного зверя и указывая на того, кто покинул хижину горного лорда и привел детей сюда.

Дракон только кивнул и собрал в своей руке скопление ци — шаровую молнию!

— Разорвите их! — приказал один из темных заклинателей и сложил руку в печать призыва.

Изо всех щелей полезли магические звери! От которых веяло негативной аурой.

— Это магические звери, совершенствующиеся по темному пути, — предупредил Уиншэ, призывая смерч в другой руке.

— То есть их ранит позитивная энергия, — ухмыльнулась Байху. На что дракон ей только криво усмехнулся.

Они вступили в бой против магических зверей и темных заклинателей.

Те пытались сбежать, но им преградила дорогу Хуобайше, принявшая иной облик.

— Куда-то собрались? — спросила она.

— Святой зверь? — удивились темные заклинатели.

Они знали только про божественного зверя. А вот святой зверь-лиса была для них неприятным сюрпризом!

— Сыграете со мной в салочки? Я вожу. В кого попадет мой огонь, тот проиграл. Только я могу случайно вас сжечь, — сказала с елейной улыбкой Хуобайше.

Но и против нее темные заклинатели призвали магических зверей. Такой расклад сил заставил Хуобайше принять истинный облик — большой огненной лисицы с 12 хвостами.

Магические звери не испугались и бросились на большую лисицу, но получив от нее, убегали с поджаренной шкурой и хвостами. Пусть она и была в меньшинстве, но была сильнее. А ее огонь и позитивная энергия ранили этих созданий, идущих по темному пути.

— Гуй вас дери! Нам не убежать. Эта хули-цзин закрыла дорогу вперед и даже магические звери ей ни по чем. А сзади нас догоняет божественный зверь, который от нас и мокрого места не оставит, — сказал один из темных заклинателей.

— Они не убьют нас, им скорее всего нужна информация, — сказал тот самый темный заклинатель, которого единственного собирались оставить в живых.

— Ты что оглох, когда та девчонка сказала, что всех нас, кроме тебя, можно убить?! — встряхнул его командир отряда.

За их спинами послышался треск. Они сбежали в лес, но здесь столкнулись с Хуобайше, которая уже освободила захваченных детей. Этих детей встретил горный лорд и расспросив их по быстрому, приказал возвращаться в школу. А сам продолжил путь. Сбежавших почти догнали Уиншэ и Байху.

Цзиньсун тоже времени не терял. Но он зашел с другой стороны, оставаясь в кустах. Он тоже не ожидал увидеть огненную хули-цзин снова. В прошлый раз он видел ее во время Верховной охоты. Ее потом вырубил божественный зверь и унес. Что с ней стало после этого, юноша не смог бы узнать. Но вот она перед ним. Заставляет магических зверей убегать слегка поджаренными. Она преградила дорогу темным заклинателям. А дорогу назад им отрезали Уиншэ и Байху.

— Вам некуда бежать, сдавайтесь. И вам на время сохранят ваши жалкие жизни, — сказала холодно Байху.

— Вы... даже не подозреваете, что с вами сделает наш господин, если узнает, что вы пошли против нас! — сказал один из темных заклинателей.

На что Байху злорадно рассмеялась, заставляя у всех, кроме Уиншэ и Хуобайше, пробежать мурашки. Ее взгляд был очень опасным, как острый меч.

— Ах, вот оно что? Стоило вам, ублюдки, обрести поддержку в виде своего господина, такого ВСЕСИЛЬНОГО и УЖАСНОГО, и вы тут же решили, что вы правите миром? Но это неправда. Один человек не поможет вам заставить нас тут же пасть ниц и умолять о пощаде. Потому что вы всего лишь расходный материал для него. И если мы вас убьем — он даже не почешется, — ядовито сказала Байху, крепко сжав свой клинок в руке до скрипа костяшек.

Пусть она и делала вид, будто ей плевать, но это лишь бравада. Она знала, что такое возможно: один человек, одно случайное событие может изменить жизнь на корню. Как она и Уиншэ изменили жизнь в Элу, так и этот внезапный главарь темных заклинателей может перелопатить весь баланс сил в Элу! Если одно его существование заставило темных заклинателей оживиться и поднять голову, решиться на переворот — заменить светлый путь на темный — то это очень большая проблема для них.

Это уже рыбка побольше, чем какой-то недовольная кучка старикашек из простых кланов. Те создали небольшие круги на воде. А этот неизвестный темный заклинатель, возглавивший остальных на этом пути — настоящий булыжник, который создаст большие волны, которые снесут их всех!

К концу ее бравады с западной стороны от собравшихся в лесу затаился тот горный лорд. Он увидел, что на восточной стороне спрятался тот, кого он и искал. И также увидел опасность, которая притаилась за спиной беспечного мальчишки.

— Ты так думаешь, девочка? А как вы заговорите тогда? — сказал другой темный заклинатель и щелкнул пальцами.

Цзиньсун вылетел из укрытия на своем мече раньше, чем его успел схватить магический зверь, притаившийся в этом лесу. Теперь встает вопрос: кто кого на самом деле заманил в ловушку? Из леса выскочил большой зверь, размером с Хуобайше, с тремя волчьими головами{5} и с бурой шкурой, с алым отливом! Этот зверь зарычал, оскалив острые зубы на трех головах. Три пары алых глаз посмотрели на присутствующих. Лицо Уиншэ потемнело при виде этого чудовища.

— Это зверь на ступени Святого темного пути? — прошипел он.

Кажется, магический зверь увидел его и бросился без страха на божественного зверя. Тот принял истинный облик и попытался подавить аурой. Но это трехголовое создание не впечатлилось и попыталось снова напасть.

Ему на спину вскочила хули-цзин и начала обжигать своим огнем и позитивной энергией.

— Слезь с меня, тщедушное создание! — прорычал трехголовый волк и попытался укусить хули-цзин.

— Никогда не видела такое безобразие. Откуда ты вылез, щеночек? — оскалилась Хуобайше и воткнула когти поглубже в бока волка. — А если выражаться яснее: из какой ямы?

Пока все отвлеклись на трех больших магических зверей, горный лорд схватил своего ученика и спрятался среди деревьев.

— Ты дурак? Куда ты полез? — спросил шепотом старший заклинатель.

Цзиньсун не ответил. Он лишь посмотрел в сторону Байху. Та заметила его взгляд. И когда увидела, что тот в безопасности, то ее взгляд немного посветлел.

— Мне показалось, что я знаю этого человека. Но мне лишь показалось, — сказал Цзиньсун.

Его наставник только хмыкнул. А потом вместе с юношей взглянул в сторону поле боя, ведь услышали командный голос:

— Вот значит как? Вы припасли большой сюрприз? Не знаю, где вы откопали эту головастую образину, но ему не сравниться в силе с Хранителем Элу. Уиншэ, используй технику на поражение «Гнев богов», — сказала Байху, а хули-цзин через мысленную связь передала, — как только увидишь первые всполохи молний — спрыгивай с него и разберись со всеми, кроме того, кто покинул хижину горного лорда.

— Хорошо, — ответила хули-цзин.

Уиншэ не нужно было повторять дважды. По его мысленной воле наплыли грозовые облака. Хуобайше, увидев знак, соскочила с волка и взялась за темных заклинателей, кроме одного. А волка связали по лапам, телу и головам — три большие драконоподобные змеи. Те раскрыли пасти и показали острые клыки, яростно зашипев.

— Какого гуя? — прохрипел трехголовый волк.

— Неприятно было познакомиться, — сказал Уиншэ и послал в противника молнии.

Драконоподобные змейки, были созданы его Ци, поэтому им не были страшны молнии. Они скорее еще больше проводили их через себя.

Хуобайше в это время, благодаря выскочившим вовремя горному лорду и Цзиньсуну, разобралась со всеми. А нужного связали и вырубили, запечатав его ци.

Когда светопредставление закончилось, тело волка было покрыто дымком. Пахло поджаренной шерстью. Драконоподобные змейки освободили эту тушу.

Все уже подумали, что все. Но тут вспыхнуло темно-красное пламя, оно покрыло все тело волка. Тот поднялся на лапы и стал настоящим созданием, пришедшим из низов Преисподней — тело, состоящее из темно-красного огня, глаза-угольки. Даже из пастей трех голов вылетали языки пламени. Волк стал выглядеть еще страшнее. Он встал, издал рев и сказал глухим голосом:

— Думаете, мы так просто сдадимся? Скоро лиса пойдет мне на корм, а дракон пожрет противник его весовой категории. Когда она узнает про тебя, змея переросток — то не упустит шанса, пожрать твою силу и душу.

А после его шкура вспыхнула костром, и он исчез.

— Противник весовой категории? О ком он говорил? — спросила Хуобайше, обеспокоенно посмотрев на божественного зверя.

Дракон не ответил. Он разогнал тучи и вернул себе змеек. А после принял другой облик.

— Легенды гласят, что единственное создание, способное противостоять божественному зверю — демонический зверь, — сказал горный лорд.

У хули-цзин шерсть встала дыбом.

— Что? Демонический зверь? Но вся Элу — территория Уиншэ. Как тут мог появиться демонический зверь? — спросила она.

— Дерево легче всего спрятать в лесу, — только сказал Цзиньсун, из-за чего на него вопросительно посмотрела хули-цзин.

Байху пребывала в таких же смешанных чувствах, как и божественный зверь.

— Ну, мы схватили этого негодяя. Больше из вашей школы детей красть не будут. Как они кстати? — спросила она у горного лорда.

— Я посоветовал им вернуться в школу. Они просто напуганы, — сказал тот.

— Давайте возвращаться, а то нас могут хватиться, — сказал Уиншэ.

Хуобайше приняла иной облик. И три заклинателя с пленником, и один магический зверь подошли к божественному зверю поближе, чтобы тот перенес их обратно в школу, поближе к главному пику.

⛰️⛰️⛰️

Настоящее, главный пик, кабинет главы школы.

— Если бы я узнал об этом раньше, то не стал бы так «громко» появляться на Уиншэ. Есть вероятность, что подчиненный нашего врага может слить информацию о моем внезапном появлении? Вас не заподозрят в том, что вы все рассказали мне? — спросил Хэй Му Дан.

— Вам очень повезло. Этот ублюдок покинул нашу школу, чтобы передать собранную группу адептов своим пособникам. И до 3 стражи не вернется. Но даже если возникнет подозрение, я скажу, что пусть вы и прилетал, но я убедил вас, что у нас все хорошо, — ответил глава школы, смеющийся несколько нервно.

Хэй Му Дан не успел спросить что-то еще, как снаружи зазвучали быстрые шаги нескольких пар ног, а потом дверь открылась и внутрь чуть ли не ввалились четверо: Байху, все также пребывающая в облике «личной служанки», но в ханьфу другого цвета; Хэ Цзиньсун, который сразу поклонился главе школы и Верховному заклинателю; Уиншэ, который неизвестно когда покинул пространство кольца, не сообщив о своем уходе своему подопечному; и горный лорд 2 пика по старшинству, который встал за спиной адепта.

— Приношу глубочайшие извинения, мы просто хотели сообщить, что поймали «подозрительную личность», которая пыталась передать не менее подозрительным личностям связанную стопку адептов этой школы. Можете не благодарить, — сказала Байху, которая не стала кланяться, а улыбалась по-своему.

Уиншэ бросил вперед свою ношу, которую тащил за задний воротник и до этого умело скрывал за своей спиной. Пленник ударился лицом об стол и упал этим же местом в пол, заставив главу школы вскочить на ноги. Если он (пленник) пребывал до этого в полу сознании, то теперь точно был благополучно вырублен.

Лицо главы школы стало пепельным. А Хэй Му Дан с тяжелым вздохом прикрыл лицо рукой. Ситуация была хуже некуда.

— Шиди, какого черта? — спросил глава школы у горного лорда, который стоял, как ни в чем не бывало.

— Я не против. Он меня уже выбесил. Небеса наказали его, — сказал тот, пожав плечом.

Глава школы устало вздохнул. Ему стоило догадаться самому, ведь он знал характер шиди. Особенно, своего первого шиди со 2 пика. Он был готов к тому, чтобы стать «заложником», но его терпение не безгранично.

Хэй Му Дан тоже не мог не отчитать эту отчаянную троицу — Хуобайше снова стала лисичкой и сидела на плече Уиншэ.

— Я думал, что мы договорились просто расследовать этот вопрос. А вы даже подраться успели? — спросил он устало, потирая лоб.

— А еще мы думали, что крыса скрывается среди горных лордов. Но это не так. Эта самая крыса бродила по школе и забирала детей с разных пиков. Он и молодого господина Хэ хотел тоже отдать темным заклинателям, но мы вмешалась. Плюс мы узнали кое-что очень важное, — стойко выстояла Байху, сложив руки на груди.

— Я тоже. И вы зря это сделали. Теперь мы все в опасности, — сказал Хэй Му Дан.

— Я в курсе. Трехголовый волк уже нас ПРЕДУПРЕДИЛ, — фыркнула Байху.

— Что? — удивились Хэй Му Дан и глава школы.

Но никто из участников битвы не успел рассказать, как Уиншэ встрепенулся и бросился к окну. Он вглядывался в даль, в сторону столицы. А после чуть не отодрал часть оконной рамы когтями, когда развернулся обратно. Его лицо было темнее ночного неба.

Он прорычал холодно:

— Возвращаемся, сейчас же. Дома беда. Этого мы возьмем с собой, чтобы отвести от вас беду на некоторое время.

Он схватил пленника под мышку, ветром подтолкнул к себе Хэй Му Дана и Байху и перенес их обратно в столицу!

Глава школы и горный лорд пришли в себя. Они остались рассказать, что произошло. Поведать какая страшная буря идет на всех их — светлых заклинателей.